Раны

Стук в дверь вынудил Виктора прервать разговор с Рафаэлем. Он ожидал увидеть Милу, но то была не она, а Говард Кроуфорд. Виктор посмотрел на часы. Всё правильно. До встречи с Кравец ещё почти четверть часа, она ведь имеет привычку приходить минута в минуту. Улыбка мелькнула на лице вампира. Говард подошёл к князю. Кивнул, приветствуя. Сел неподалёку, скрестив на груди руки. Нарочито вежливым тоном обратился: — Вы хотели меня видеть, Князь? — Да, — ответил Виктор. — В скором времени мне предстоит уехать. Вести дела будут Артур, Ксандр и София, однако… Они из Европы и не так хорошо знают местность. Твоё участие будет весьма кстати. — Не боитесь, что снова учиню войну с волками, или того хуже, организую переворот? Не иначе как провокацией это не назовёшь. Говард понимал, что любая попытка смены власти закончится ничем. Когда Ван Арт только стал князем, то времени не терял. Ездил по штатам, дабы обзавестись множеством полезных знакомств. Совсем скоро старания окупились, Виктор получил безоговорочный авторитет не только у вампиров, но и в высших кругах смертных. Такой быстрый набор влияния обусловлен ещё и тем, что многие знали о его давних действиях в европейских странах. Не обошлось без недовольных, но смирившихся большинство. — Тебе это невыгодно, — констатировал Ван Арт. — Ты же не хочешь вернуться в изгнание? — Когда понадобится моя помощь? — С тобой свяжутся. Говард встал, отвернулся. Уже пошёл к выходу, но в нескольких шагах от дверей остановился. Вздохнув, обронил. — Я делаю это только потому, что обязан тебе жизнью. — Благодари Мию. Это она просила не убивать тебя. — Точно… — Говард слегка повернул голову к князю. — Как поживает мисс Сверхъестественное сегодня? — Она в порядке. Кроуфорд хотел что-то ответить, но стук в дверь оборвал мысль. Виктор сразу посмотрел на наручные часы. Нахмурился. Вовремя. В дверном проёме показалась голова Кравец. — Виктор? — Мила с опаской посмотрела на Говарда. — Я не помешала? — Нет, мы уже закончили. Проходи, садись. Старший из вампиров пристально осмотрел вошедшую женщину. Всё в ней казалось знакомым: невысокий рост, стиль одежды, парфюм, одесский акцент. Он хотел посмотреть смертной в глаза, чтобы определить наверняка, однако та всячески избегала зрительного контакта. К тому же, делала это очень умело, естественно. — Простите, — обратился к ней Кроуфорд. — Мы раньше не встречались? Кажется, я видел… — Говард, мы закончили, — напомнил Виктор. — Да… Конечно. Кроуфорд вышел, беззвучно прикрыв за собой дверь. Виктор и Мила остались одни. Кравец присела на диванчик, Ван Арт же остался стоять. Кабинет наполнился тишиной, которая перебивалась лишь тихим жужжанием ноутбука. Хозяин офиса с еле заметным любопытством разглядывал вошедшую. Будто пытался поймать нечто важное в её облике. Под гнётом красных глаз Мила смущённо опустила взгляд на папку, край которой торчал из сумки. Заправила локон за ухо. — Чай? Кофе? — Ван Арт, наконец, заговорил. — Потанцуем? — Что?.. — Что? — Мила захихикала. — Нет, спасибо. Ничего не нужно. Однако эта небольшая шалость не помогла снять угнетающую завесу с комнаты. Эти высокие стены будто бы сдавливали посетительницу, из-за чего ей приходилось периодически менять положение тела, чтобы оставался спокойной. — Я всё понял, — тихо сказал Виктор. — Что? — Мила резко распрямилась, закинув ногу на ногу. — Что ты понял? — Новая причёска. — А, ну таки да, — она смело потрогала волосы. — Решила сделать милые кудряшки. Нравится? — Мне? Почему ты спрашиваешь? — Ты же сам заметил. Что думаешь? — Очень мило, тебе идёт, — его тон похолодел на несколько градусов. — Однако я хотел обсудить с собой нечто более злободневное. — Контракт, да, — женщина достала папку. — Всё здесь. — Я взгляну? — Конечно, пожалуйста… Виктор присел рядом. Принял документы из рук Милы. Отметил про себя и её новый красивый маникюр. И когда только она всё успевает? Он немного тряхнул головой, чтобы прогнать посторонние мысли и сосредоточиться на делах. Свою версию контракта Виктор успел выучить уже наизусть и теперь лишь сверял бумаги Кравец со своими. Медленно. Внимательно. Дотошно. Момент, когда он перелистывал страницу, для Милы вообще растянулся на вечность. Пока Ван Арт скрупулёзно изучал договор, сидящая в нескольких сантиметрах женщина, не отрываясь, изучала его. Отглаженная рубашка, костюм с иголочки, дорогой галстук, начищенные туфли. Эстетика в каждой детали. До неприличия глубокий, опьяняющий и изысканный, как бутылка отменного рома. Виктор с характерным хлопком закрыл папку. Потёр пальцами лоб. Договор составлен грамотно и отличий с его версией не было. Наименования материалов правильные. А вот что до качества поставляемой продукции, то информация здесь искусно завуалирована. Постаралась ли она сама, или привлекла профессионального афериста — значения не имело. Однако постаралась госпожа Кравец на славу. Виктор мог сразу вывалить на неё всё, что узнал, но решил поступить разумнее — остыть и переосмыслить ситуацию на холодную голову. В конце концов, от необдуманных действий Кравец никто не умер, жизнь не полетит в тартарары. Его обманывали и ранили куда более жестоко. — Всё в порядке, — произнёс Ван Арт. — Просто нужно было кое-что проверить. Облегчённый вздох Милы услышали бы в соседнем помещении, будь там кто-нибудь. Она встала с места. Со всей искренностью, на которую сейчас была способна, улыбнулась. В ответ — каменное выражение лица. Кравец не так уж и хорошо узнала вампира за короткий срок. Однако этого хватило, чтобы можно было сказать, что для Виктора подобная эмоция — обычное дело. Увы, не в этот раз. Кравец, поняв, что это всё, на ватных ногах засеменила к выходу. Она ощущала, как тяжёлый взгляд Ван Арта упирается в спину, проникает под кожу. Во рту пересохло за считанные секунды. Узловатые пальцы схватились за ручку и тут же отпрянули. — Нет, знаешь, — начала Мила. — Я так не играю… — О чём ты? — Наверное лучше присесть. Разговор будет долгим. Мила вернулась к дивану, на котором продолжал сидеть хозяин офиса. Тряпичной куклой опустилась на место рядом с ним. Выражение лица Виктора стало заинтересованным. — Дело в том, что… Контракт… Составлен не совсем верно. Материалы, которые тебе привезут, они… Хурмовые. — Какие?.. — Плохие, некачественные… Короче, полный отстой, Витя! Но я объясню… — Попробуй. — Владелицей химического концерна я стала не так давно. До меня всем заправлял… — Итан Вуд, мой предшественник. — Да… — Как ты с ним связана? — Надо же, ты и об этом узнал? Хотя чему я удивляюсь?.. — Ответишь на мой вопрос? Кравец вздохнула. Поставила сумку на пол, сняла пиджак. Закатала рукава. Шёлковый шарфик вскоре покинул её шею. Женщина начала расстёгивать верхние пуговицы блузки. Она делала всё медленно, нерешительно, оттягивая момент. Зрачки Ван Арта, глядя на эту картину, невольно расширились. — Постой, — сказал он. — Что ты делаешь?.. Мила не ответила, но кофточку расстёгивать прекратила. Освободила плечи от приятной материи. Взяла с колен оставленный там цветастый лоскуток и с усердием начала тереть кожу. До скрипа. Руки, шею, ключицы, область декольте… Через несколько минут Виктор увидел, как шёлковый аксессуар испачкался в большом количестве тонального крема. Испорченный платок полетел на пол. Ван Арт оглядел сидящую напротив фигуру и ужаснулся. Его рот слегка приоткрылся, а глаза забегали по оголённым участкам тела. Невообразимое количество шрамов, ссадин, следов от зубов. Выглядело пугающе. Не потому, что раны как-то уродовали Кравец, нет. Виктор не мог не признать тот факт, что вопреки всем шрамам, тело этой женщины всё равно выглядело по-своему привлекательно. Больше всего ставил в замешательство вопрос: как ей удалось, пережив подобные издевательства, остаться такой энергичной, открытой и лёгкой на подъём? Что за чудовище могло такое совершить — Виктор догадывался. И всё же спросил: — Откуда это, Мила? — Я и Итан… У нас был роман. Через несколько лет после того, как мы с Лёшей переехали сюда. Я работала директором в агентстве недвижимости. Тогда-то и познакомилась с ним… Итан поначалу не заприметил её, Мила же обратила на него внимание сразу, как только он вошёл. Ещё бы, ведь такого мужчину ей довелось увидеть впервые. Абсолютно всё в Вуде казалось необычным и притягательным. Внешность, обаяние, голос, взгляд, галантность, таинственность. Счастью Милы не было предела, когда Итан подошёл к ней на презентации, последние приглашения на которую достались с трудом. Фактурный мужчина аккуратно поцеловал ручку, засы́пал комплиментами, угостил шампанским. Кравец безрассудно влюбилась в него. Скоро Вуд стал присылать цветы, дарить дорогие подарки, всячески показывать ответную заинтересованность. — От ухаживаний моя крыша поехала окончательно. Свидания с каждым разом становились всё романтичнее, секс был потрясающим… — Мила тихо засмеялась. — Мама дорогая! Это мне сейчас смешно, а тогда такой страх хватил… Всё изменилось в одну ночь. Когда Мила спала, раздался звонок. Итан потребовал, чтобы она как можно скорее приехала. Судя по голосу, женщина сразу поняла — что-то случилось. Вуд был нервным, взволнованным. Переживая, Мила быстро собралась и отправилась на место. Только там её ждал не Итан, а нечто другое… — Первая моя мысль — я всё ещё сплю. Вот прикол, да? Хотела убежать, но это появилось за спиной так быстро, я даже моргнуть не успела. Звериные черты лица, красные глаза, клыкастый рот. Я будто попала в фильм про Дракулу… А потом он… Мила не договорила, голос дрогнул. Она сжала губы. На щеке блеснули крупные слёзы, которые женщина поспешила стереть. Дрожащие руки опустились на колени. Рассказывать дальше было тяжело. — Возьми, — рука Виктора протянула стакан с водой. — Если не хочешь говорить об этом, не мучай себя… — Нет… — Кравец сделала несколько глотков. — Я никому не рассказывала… Мне это нужно… Вуд буквально въелся в шею Милы. Она услышала, как хрустит собственная кожа под зубами безумного существа. Её рот раскрылся от шока. Ресницы, до предела распахнутые, почти не дрожали. Крик застрял в лёгких, сдавливая рёбра. С каждым — болезненным для неё и сладким для вампира — глотком силы покидали. В глазах становилось всё темнее. Сквозь беспамятство Кравец почувствовала новый укол клыков — в руку. Самое страшное — бессилие. Осознание своей никчёмности в критический момент. Внутренний стержень, что она наращивала годами, как броню, сломался. Пополам, словно соломинка. И ничего не осталось, кроме пустоты и страха. Молчать. Смириться. Терпеть. Принять свою судьбу… Самое угнетающее — неизвестность. Из тела Милы поминутно утекала жизнь, и она не знала, что будет дальше. Повезёт — выживет, понесёт на хрупких плечах неподъёмный груз воспоминаний. События останутся гнойниками в сердце. Но всё пройдёт. Мила справится. Всегда справлялась. А если гнойники дадут о себе знать, она их вскроет, зальёт спиртом, вытерпит жгучую боль, сжав зубы. Затем продолжит жить, как прежде. Не повезёт — что ж, таков жребий. Мила достойно, насколько это возможно в данной ситуации, примет свою судьбу. Ибо всякий слаб перед лицом смерти. Даже несмотря на то, что до этого она всегда старалась быть сильной. Лишь об одном тогда жалела Кравец. О том, что сын останется один. И она молила смерть, чтобы Лёша не увидел свою маму в безобразном состоянии… — Я очухалась в частной клинике. А по ощущениям — в Аду. Всё тело горело, шея и запястья не чувствовались, почти омертвели. Голова звенела, как после отменной пьянки. Голоса вокруг пугали и раздражали. Оказалось, Итан меня в больничку положил. Заплатил врачам, чтобы не болтали о случившемся. Он даже пришёл ко мне ночью, просил прощения. — И что же? — Я любила его, Витя, поэтому простила. Мне показалось, что в этом, возможно, что-то есть. В том, что он открылся мне. Своя романтика… Наивная… Я и подумать не могла, что это только вершина айсберга. Вуд, пользуясь чувствами Милы, начал пить её кровь чаще, больше. Брал везде, при каждом удобном случае. Если сопротивлялась — бил или гипнотизировал. Беспокойный сон, потеря аппетита и постоянные обмороки от недостатка гемоглобина стали её лучшими друзьями. Силой, что держала душу в теле, был сын. Но и этого её хотели лишить. Дошло до того, что Вуд пообещал достать Алекса потому, что Мила «слишком часто отвлекалась на пустяки». Ради безопасности ребёнка женщина вынуждена была терпеть избиения и домогательства, унижения и нытьё. — Итан часто жаловался на неудачи в бизнесе, на то, как его всё достало… На тебя тоже жаловался, Витя. — На меня? — Ван Арт в удивлении поднял брови. — Говорил, что из Европы приехал сильный вампир. Вуд видел в тебе конкурента, боялся за статус. Из его причитаний я сделала вывод, что ты опасен, — она сделала очередной глоток воды. — Итан даже переписал на меня часть дела. На всякий случай. Оставил денег, чтобы выкупила оставшуюся… Знал, что я хочу его бизнес. — Ты поэтому решила меня обмануть, Мила? Потому что думала, что я — угроза? — Да, только… Вуд был моральным уродом. Трусом… Я думала, что все князья из одного теста сделаны, но ты не такой. Просто я так часто ошибалась в людях, что… — Он больше ничего не рассказывал? — Виктор внимательно посмотрел на неё. — Возможно что-нибудь необычное? Ван Арту стало интересно, знала ли Мила о планах Вуда насчёт ритуала и пророчества. Однако смертная покачала головой. Аккуратно заглянув в сознание, вампир понял, что она не врёт. Тогда решил задать следующий вопрос: — Ты знакома с другими князьями? — Нет, а что? — Кравец напряглась. — Назревает что-то плохое? — Тебе и твоему сыну ничего не угрожает, если будешь честна. — Больше никого не знаю. Я всегда старалась держаться подальше от всего этого… Вампирского… — Что ж, понятно. Спасибо. В этот момент с Виктора словно сняли тяжёлый груз. Он был рад тому, что Мила не причастна к охоте на Стражей, хотя по нему этого нельзя было сказать. Поднялся с места, подошёл к окну, рассматривая поздний Нью-Йорк. Кравец привела себя в порядок и тоже встала. Тишина снова начала разъедать атмосферу. Наконец, женщина произнесла: — Знаю, что облажалась. Я возмещу убытки, всё до последнего цента. Мне очень жаль, что так вышло. Извини. — За то время, что я существую, жизнь многому меня научила. В том числе и прощать. Мне не вперво́й терять деньги. Твой поступок никому больше не навредил, поэтому всё хорошо. — Правда? — Кравец захлопала глазами. — Серьёзно, я ничего тебе не должна? — Должна, — вампир обернулся. — Скоро в городе состоится выставка картин. Хочу, чтобы ты составила компанию. И да, в этот раз я полностью плачу за всё. — Да уж, у вампиров свои причуды, — в глазах Милы заблестела влага. — Чёрт, Виктор… Иди, обниму. — Что? Я… Не успел он дать ответ, как почувствовал на спине женские руки. Для бессмертного это оказалось в новинку. Несмотря на небольшой рост и в целом хрупкую комплекцию, Мила обняла Ван Арта крепко. Поняв, что погорячилась, скоро отпустила его. Щёки неизбежно нагрелись. — Ну, я пойду? — Кравец улыбнулась. — Меня Лёшка уже заждался наверное… — Да, конечно… Слегка покачивая бёдрами, смертная вышла. Хозяин небоскрёба остался один. Красные глаза скользнули по комнате, заметив на полу шёлковый платок. «Порой миг может рассказать о человеке больше, чем целая жизнь, — он поднял испачканную вещицу. — Итан… Был ли предел у твоего безумия?»

***

Пробираясь через густой, прохладный туман, Мия вытянула руку. Надеялась, что это поможет понять, что за препятствия стоят впереди, если они вообще есть. Тщетно. Дальше ног не было видно ни зги. Боясь споткнуться или упасть, девушка почти кралась по земле, по консистенции больше походившей на жижу. С каждым шагом Мия ощущала, как в теле начинает циркулировать энергия. Она становилась теплей с каждой секундой, совсем скоро стало жарко. Вдруг ладонь что-то нащупала впереди. Что-то твёрдое и приятное на ощупь. Это был человек. Он обернулся, и голубые глаза узнали его. Брат Мии, Сет. Тот был выше на целую голову и широк в плечах. Глядя на сестру, улыбался. Мия, обрадованная внезапной встречей, крепко обняла Сета. — Ты ведь поможешь мне, сестра? — С чем? — Помоги, Мия… — Я не понимаю, — вдруг ей на макушку что-то капнуло. — Чем я могу помочь, Сет? Она подняла голову на брата и потеряла дар речи. На его шее зияли, уродливые следы от когтей. Из широких ран сочилась тёмная кровь, пачкая футболку парня. Сет улыбался, но его бледные губы, будто бы кем-то управляемые, продолжали с мольбой повторять: «Помоги мне, Мия… Помоги!» … Мия резко распахнула глаза, вздрогнув в постели. Ни слёз, ни криков, однако пробуждение нельзя было назвать приятным. Под плотным одеялом было, как в парилке. Кожа обильно вспотела, волосы прилипли к лицу. Блай потянулась, чтобы взбодриться. Рука уткнулась во что-то. Точнее, в кого-то. Она повернула голову. Рядом, мирно посапывая, лежал Кир. Девушка оглянулась и, увидев скомканную постель и разбросанные на полу вещи, всё вспомнила. Лицо бурно покраснело до кончиков ушей. Захотелось спрятаться, исчезнуть, раствориться в воздухе. Мия уткнулась в подушку и тихо промычала, чтобы справиться с нахлынувшими эмоциями. «Не так я себе представляла доброе утро, — подумала она. — Стоп. Утро!» Сев на край кровати, девушка прикрыла тело уголком одеяла и посмотрела на дисплей телефона. С чувством внезапной лёгкости вздохнула. Ещё несколько минут до того, как зазвенит будильник. Нечасто она была рада дурным снам, однако сегодня тот самый случай. Вспомнив кошмар, Мия сжалась. «Интересно, как они там? Надо позвонить, наконец, домой…» Последний раз девушка видела своих родителей и брата за день до того, как уехала покорять Нью-Йорк. Городок Ньюпорт, откуда она родом, — тихое живописное местечко прямо у Тихого океана. Там постоянно сыро и пасмурно, поэтому Мие с подросткового возраста хотелось оттуда уехать. После окончания школы такая возможность появилась, однако отец не одобрил эту идею. Разразилась самая настоящая, по меркам небольшой семьи, война. Отец с пеной у рта настаивал на том, чтобы Мия выкинула из головы «печатную чушь» и занялась семейным делом — разведением породистых лошадей. Брат пытался сохранить нейтралитет, только и он был не в восторге от мысли, что сестра собралась учиться так далеко от дома. Сложнее всего в этой ситуации было маме. Женщина металась меж двух огней, стараясь примирить мужа и дочь. Не получилось… Вдруг Кир пошевелился во сне. Мия вздрогнула. Ей не хотелось, чтобы он сейчас проснулся. Ведь тогда надо же будет что-то делать, что-то говорить. Сил и настроения на это не было совсем. Снова взглянув на часы, она потёрла лицо ладошкой и аккуратно, чтобы не разбудить Кира, встала на ноги. В мышцах сразу запульсировало приятное утомление. Тело, конечно, расслабилось, только в голове творился кавардак. Пролетали мысли о чём угодно, только не о прошедшей ночи. Раздался тот самый, неприятный сигнал будильника. Точнее, первые его звуки. Девушка успела вовремя нажать на кнопку отключения. Затаив дыхание, уставилась на спящего мужчину, однако тот, кажется, открывать глаза не собирался. Мия на цыпочках прокралась к куче на полу. Выбрав оттуда свою одежду, захватила сумку и скрылась за дверью ванной. Из зеркала над раковиной на неё смотрела преступница. Обнажённая, помятая, лохматая, с встревоженным взглядом. Но всё-таки преступница. Бунтарка. Она рассмеялась бы, да только боялась, что проснётся кавалер. «Даже хорошо, что Кир спит. Ну и рожа у меня с утра… Чучело». Оглядев полочки, Мия мысленно помолилась за благополучие отеля потому, что там лежал небольшой тюбик пасты и одноразовые зубные щётки. После умывания она поспешила надеть свои вещи. Что-то неизбежно помялось, но альтернативы не было, увы. Осторожно выйдя из уборной, она вновь посмотрела на Кира. Безмятежный сон был ему к лицу. Улыбка невольно посетила лицо девушки. Мия хотела получше укрыть его одеялом, но в сумочке завибрировал ещё один предусмотрительный будильник. «Намёк судьбы поняла, — вздохнув, подумала Мия. — Хоть бы успеть!» Обувшись, она покинула номер. На выходе из отеля как раз стояла машина такси. За рулём сидел загорелый мужчина, лет шестидесяти. Морщинистые руки держали свежую газету. Увидев девушку, таксист оторвался от чтения и приветливо улыбнулся. Мия показала ему с экрана телефона адрес, куда ей нужно ехать. Через какое-то время они уже стояли в пробке в черте города. В утренние часы многие едут на работу, поэтому скоплений машин было не избежать. Циферблат на экране показывал, что до девяти утра осталось сорок минут. Блай нервничала. Заглянув в переводчик, она обратилась к водителю: — Pouvons-nous aller plus vite? Je paierai un bon pourboire.¹ Таксист энергично закивал и забегал глазами в поисках объездного пути. Петляя узкими переулками, машина успешно выехала на трассу уже через десять минут. Мия в очередной раз поразилась тому, как меняет людей жажда наживы. С другой стороны, это выгодное вложение. Страшно представить, что начнётся, если Тереза обнаружит её пропажу. «В лучшем случае, мне и Рафаэлю здорово влетит, — глядя в окошко, думала Мия. — В худшем… Позвонит Виктору? Только этого не хватало… Бррр!» В памяти снова всплыли события той ночи, когда князья забрали её буквально с порога Кира. Стало неуютно и тоскливо. Взгляд упал вниз, но и там ждало напоминание в виде сапог. — Только не надо на меня так смотреть! — Мия злобно зашипела на ботфорты. — Я знаю, что делаю! Девушка осеклась и медленно повернула голову в сторону руля. Таксист в замешательстве глядел на неё, разинув рот. Захотелось провалиться под землю от всей неловкости и странности происходящего. — Смотрите на дорогу, — буркнула она, ткнув пальцем в лобовое стекло. Кажется её поняли и без перевода. В очередной раз взглянув на дисплей, Мия вспомнила, что хотела сделать звонок брату. Они редко созванивались, в основном, на праздники. И даже тогда их болтовня не длилась слишком долго. Весь диалог разбивался о вопрос — «Когда ты приедешь?» Но что она могла ответить? Поначалу это было нелегко, потому что отец не хотел её видеть. А потом Мия обнаружила, что жизнь сама по себе прекрасно складывается без родительского участия. Гудки длились недолго. На том конце провода раздался голос брата. Сет изо всех сил старался бодриться, но Мия всё равно уловила — что-то не так. Вспоминая ночной кошмар, насторожилась. — Какие люди, и без охраны! — И тебе привет. — Я уж думал, совсем про нас забыла. Больше года не созванивались. — Да, прости. Завал в колледже… О том, что величина завала поражала воображение, Мия говорить не стала. Она ведь успевала обрубить все хвосты, значит не стоило понапрасну забивать брату голову. Тот обязательно передаст родителям, а они уж точно поднимут панику. — Как вы там? — Мия неожиданно услышала явную тревогу в своём голосе. — Как ты, как мама? Как… отец? — Всё нормально, — сухо ответил Сет, тут же задорно добавил. — Родители ворчат друг на друга, как обычно. Сама понимаешь, двадцать шестой год брака… — Как бабуля? При упоминании бабушки Дебби сердце Мии сжалось от чувства тёплой тоски. Сразу вспомнился ласковый голос; морщинистые руки, от которых всегда пахло домашним печеньем и косметическим кремом. В свои почти семьдесят пять лет Дебора Блай могла похвастаться активным образом жизни, гладким лицом с румянцем и густыми волосами без намёка на седину. Когда Мия заявила о желании уехать из родного города, Дебора не без грусти, но всё же одобрила планы на будущее, созревшие в голове любимой и единственной внучки. «Правильно, детка, — согласилась она, прижимая к себе. — Нечего тебе делать в этой дыре. Молодая кровь пространства требует, перспектив…» — Бабуля-то? Ну… Чёрт. Извини, я нужен отцу. Давай потом созвонимся? — Да, конечно, — девушка насторожилась, но настаивать на продолжении разговора не стала. — Передавай всем привет. — Обязательно передам, и знаешь… Ты приезжай, ладно? Не прогонит же тебя отец. — В прошлый раз прогнал. — Это было давно. Уже все остыли, поверь. — Хорошо, Сет… Я постараюсь. Остаток пути прошёл непримечательно. Мия глядела то на проплывающий пейзаж, то на циферблат часов в телефоне. Рождённая Луной с удивлением заметила, что Рафаэль за утро ни разу не позвонил. А чего ещё ожидать? Сказано один раз. Поняла — отлично. Нет — твои проблемы. Князь по сто раз напоминать не будет, у него есть дела и поважнее. Как только Мия расплатилась с таксистом и вышла из машины, увидела у ворот взвинченную Венсан. Помощница дворецкого то и дело озиралась по сторонам и безмолвно торопила гостью рукой. Они почти бежали по неприметной дорожке парковой зоны. Мия дважды чуть не обронила свою шляпку. Массивные ступени у парадного входа, казавшиеся до этого бесконечными, на сей раз были пройдены рекордно быстро. Мия и подумать не могла, что Венсан настолько активная. Озарённый солнечным светом главный холл почти ослепил. А когда помощница дворецкого плотно закрыла дверь, девушка услышала за спиной шорох, заставивший обернуться. Перед ней стояли Рафаэль и Рауль. — Ave Maria! ² Где Вас носило? Вы опоздали на одиннадцать минут! — Простите, Рафаэль, — она стыдливо опустила голову. — Я не… — По-французски, и тише. — Эм-м… Pardon, Rafael? — Другое дело. Теперь идите, — французский князь показал на Рауля. — Он проводит Вас до комнаты. — Что? — Мия повысила голос. — С ним?! — Тише ты, бревно, — прошипел Барте. — Я, как видишь, тоже от счастья не прыгаю. — Я и сама могу дойти до комнаты! — Конечно, однако с Раулем это случится быстрее и незаметнее, — ответил Мартен. — Ну, живее! — Хорошо, только один раз! — Мия подошла к Раулю. — На руках меня понесёшь? — Ещё чего… Сама залезай. — Э… Как? — Меня это не волнует, — он повернулся спиной. — Поторопись. Встретив недовольный взгляд Рафаэля, девушка переступила с ноги на ногу и подошла ко второму вампиру. Нечто среднее между брезгливостью и страхом засело в груди. Мия покрепче схватилась за крепкую холодную шею. Судя по скрипу зубов Рауля, ему тоже было не совсем приятно. Впрочем, ничего удивительного. Для него Рождённая Луной была лишь закуской. Конфетой, которую прятали от сладкоежки на самую верхнюю полку. И когда он «подставит стул» и доберётся до неё — лишь вопрос времени. Не успела она поудобнее расположиться на спине вампира, как тот со всех ног побежал. Мие потребовалось собраться, чтобы не завизжать. Рауль бежал так стремительно, что окружение поплыло перед глазами. Казалось, ещё немного, и её укачает. Пришлось зажмуриться и отстраниться от реальности, чтобы не стошнило. «Это вообще нормально?! Ставлю сто баксов на то, что когда-нибудь он споткнётся и на всей скорости врежется в стену… Чёрт, чтобы это увидеть, никаких денег не жалко!..» Стоило ей закончить мысль, как вампир остановился. Мия аккуратно открыла один глаз, а следом и второй; убедилась в том, что они стоят у двери в её комнату. Она даже не знала, что думать об этом. Развивать такую скорость может быть очень полезно в применении, однако невозможно насладиться всеми прелестями быстрого бега. Девушка сделала пару шагов, пошатываясь. Чтобы не упасть, прижалась спиной к стене. Перед глазами всё двоилось и крутилось, как после аттракциона. Рауль смотрел на неё с нескрываемым пренебрежением. Наконец, Мия сказала, сдерживая смех: — Такой быстрый… Тебе это с девушками не мешает? Ну, в плане… — Какое тебе дело? — Рауль нахмурился. — У девчонки забыл спросить. — Пффф… Ладно-ладно… Спасибо, что подбросил. — До ванной доползти сможешь? — Это ещё зачем? — От тебя развратом за версту несёт, — он показательно помахал ладонью перед носом и тише добавил. — А ещё человечиной. Помойся. Лицо Рождённой Луной мгновенно вспыхнуло от возмущения. Она постаралась придать себе суровое выражение: распрямилась, сдвинула брови на лбу, вздёрнула нос. — А ты не нюхай! — Мия уткнула руки в бока. — Парфюмер* тоже мне! — Помойся, бревно, — настоятельно повторил Рауль, удаляясь быстрым шагом. Как только вампир скрылся за поворотом, девушка пригрозила кулачком ему вслед. Едко бросила: — Ъуъ**, извращенец… Очутившись в спальне, она почувствовала себя в безопасности. Оставив обувь у двери и повернув замок, прошла к кровати, плюхнулась «звёздочкой». Голубые глаза с нетипичной внимательностью стали разглядывать матовый потолок. Мия думала: «Недели не прошло, как я здесь, а уже столько всего случилось… Интересно, тут всегда так или это я доставляю столько проблем? М-да, идея вернуться в Америку не такая уж и бредовая… Чёрт, от меня и правда чем-то пахнет… Душ, срочно. Нет, ванна». Сменив мятый свитер и кожаные шорты на махровый халат, девушка прошла в соседнее помещение. Включила вентили ванны и отрегулировала нужную температуру. Нашла в шкафчиках небольшую коробочку с разными маслами и солями. Флакончики были подписаны на французском. Пришлось определять содержимое опытным путём. Это заняло не так уж много времени. Скоро она уже лежала в ванне с густым слоем пены. В воздухе летали обволакивающие ароматы карамели и какао. Мия блаженно прикрыла веки, ощущая, как суета исчезает в белоснежной, мягкой материи. Создавалось впечатление, будто она лежит в чашке ароматного капучино с нежной молочной пенкой… Увы, релаксацию пришлось прервать. Ей позвонили. Мия напряглась. Взяв телефон мыльными руками, взглянула на экран. Это была Фрэнсис. Немного помедлив, девушка приняла вызов. — Привет, не отвлекаю? — Ну… Нет. — Отлично. Я тут подумала, чего ждать, пока ты мне позвонишь, вот и набрала сама. — Что-то случилось? — Случилось, — в голосе Фрэнсис слышалась усмешка. — Мы не виделись год. Теперь хочу наверстать упущенное. — В каком смысле? — Надо бы встретиться, поболтать. Кажется, вчера ты была немного занята. — А, ну да… Где? — Не знаю, а где тебе будет удобнее? — В центре, у чешского посольства. Часов в восемь. — Да уж… Ну и местечко ты выбрала… — Оно мне запомнилось. — Почему не тот ресторан? Блай притихла, задумалась. С одной стороны, вариант неплохой. Уютная обстановка и кормят вкусно. С другой, она была в том месте с Киром. Вдруг он захочет зайти туда вновь? Всем станет неловко… Внезапно Мия вспомнила свой уход и чуть не уронила телефон в воду. Обречённо протянула: — Вот блииин… — Что? — Я же сбежала! — О чём ты говоришь? — После ресторана мы с Киром пошли в отель, там слово за слово… Сама понимаешь… А сегодня я просто ушла, пока он спал. — Значит, блондинчик тебе не по вкусу пришёлся? — Нет же! — Мия поспешила найти объяснение. — Я опаздывала, в этом дело! Мне нужно было вернуться в замок князя до девяти утра… — Ну-ну… Насколько я знаю, до поместья Мартенов ехать прилично. За это время можно было SMS написать. — Ты права… Как думаешь, он сильно обижен? — Не накручивай себя! Может, он всё ещё спит? Позвони ему. Остальное расскажешь, когда увидимся. — Хорошо, спасибо, Фрэнсис. — До встречи. Не теряя времени, Мия набрала номер Аквидиса. С каждым гудком сердце разгонялась быстрее. Во рту появилось неприятное вяжущее ощущение. Вызов сбросили, но она не собиралась сдаваться и позвонила ещё раз. И ещё. Раз десять. Безрезультатно. Это был провал. Девушка понимала, что сама виновата, и всё же ей захотелось кого-нибудь ударить. Или кинуть телефон с размаху в стену. К сожалению или к счастью, сейчас и то, и другое было невозможно: в комнате она одна, а смартфон — слишком нужная вещь, чтобы вот так вот срывать на нём злость. Аккуратно положив мобильник на пол, Мия прижала колени к груди. Начала тихо ругаться и кусать кулаки. Настроение принимать ванну безнадёжно пропало. Закутавшись в халат и обернув волосы полотенцем, Мия вышла в комнату. Она уж было подумала открыть шкаф, чтобы переодеться, но замерла с ужасом в глазах. С зеркальной дверцы гардероба, вместо собственного отражения, на неё смотрела Элизабет Мартен. Взгляд вампирши был доброжелательным, почти нежным, а вот улыбка, напротив… Безумная, кривая, с острыми зубами. Первая мысль Мии — спрятаться под одеялом, однако она вовремя опомнилась. Захотелось понять причину своих галлюцинаций. Розоволосая женщина не просто чудилась ей, а пыталась что-то сказать. Протягивала худые руки с полусогнутыми пальцами. Очаровательно подмигивала красными глазами с мутными зрачками. Нелепо, но жутко наклоняла голову на бок. Мия начала медленно наклоняться к призраку в зеркале, будто думала, что это приблизит к истине… Вдруг раздался стук в дверь, вынудивший повернуться к источнику. А когда Мия снова взглянула на шкаф, то Элизабет там уже не оказалось. Лишь она сама. Девушка заморгала, прогоняя остатки помешательства. Громко отозвалась: — Да-да? — Завтрак готов, мадемуазель, — это была одна из близняшек. — Вам принести или Вы подойдёте? — Скоро спущусь! Как и в прошлый раз, Мия решила не заморачиваться по поводу одежды и надела те же чёрные скинни. Только вместо чёрной блузки — нежно-розовая, а вместо лодочек — цветастые кеды. Запомнив, где находится столовая, она довольно скоро пришла. Там вновь сидели Мартены. Рядом с Рафаэлем, оживлённо болтая, сидел Жак. С каждым словом князя юноша светился. Улыбаясь, за ними наблюдали Тереза и Долорес. Увидев в проходе Мию, Жак замер и поздоровался по-французски. Немного смутившись от того, что ей удалось переключить внимание на себя, девушка кивнула и поспешила сесть рядом с Блэквуд. Парнишка вновь переключился на вампира. Блай шёпотом спросила: — О чём они говорят? — Мальчику отныне позволено жить здесь, и он может видеться с родными. Ещё мсье Мартен рассудил, что семье Стража действительно не помешают деньги, однако просто так давать их было бы странно. Поэтому Жак будет здесь работать. — Это же здорово… Чем он будет заниматься? — Будет помогать Лизетте. Сад большой, лишние руки ей не помешают. Вспомнив габариты парка, Мия мысленно согласилась. Количество насаждений на территории замка восхищало. И это ещё даже не всё, что ей довелось увидеть. Вдруг юный Страж обратился к ней по-французски. Мия с надеждой посмотрела на Долорес, та с удовольствием выручила переводом. — Он вчера тренировался с Раулем и хотел показать Вам свои успехи, но Вы, кажется, спали. Вспомнив, чем на самом деле она вчера занималась, девушка опустила взгляд на тарелку. Услышав тихое покашливание Рафаэля, она собралась и выдала первое, что пришло на ум. Нельзя выдавать себя. — Да… Я вчера занималась в комнате и так устала, что решила лечь пораньше… Подождите, как Вы сказали? Его тренировал Рауль? — Да, кажется, Рождённому Луной больше по душе Дар Крови. — Но Рауль… Он же его… Он же псих! Послышался хриплый смех Рафаэля. Только вот Мия не могла разделить его эмоций. Рауль казался неуравновешенным, кровожадным. В общем, вызывал абсолютную антипатию. С чего бы ему помогать Жаку? На того, кто решил замолить грехи, Барте явно не смахивает. «Надо выяснить, что ему нужно от Жака на самом деле, — думала Блай. — Следить за ним? Не вариант. Слишком быстрый и незаметный. Значит нужно спросить прямо. Это опасно, но навряд ли Рауль мне что-то сделает. Его чуть не казнили, а ещё… Есть Ван Арт, которого Рауль побаивается. Поэтому он меня не тронет… Но Виктор далеко…» — Мия?.. — А? Что? Я здесь. — Сейчас у меня есть свободное время, — французский князь взглянул на настенные часы. — Продолжим развивать Ваши способности? — Я не против, а Жак с нами? — Разумеется! — Мартен подозвал одну из горничных. — Присцилла, позови Рауля, будь добра. — Я Сибилла, Ваша светлость. — Merdе… всё время вас путаю… Ступай. — Эм… А можно мне? — Мия неуверенно подняла руку. — Неожиданно… — Рафаэль встретил протестующий взгляд сестры. — Вы же его боитесь, разве нет? — Рауля? — Мия расправила плечи, хотя на самом деле скрутило живот от беспокойства. — Я же ему врезала! — Ха! Хорошо… Его комната на втором этаже. Налево, последняя дверь.

***

Триша шла по улице домой, держа в руках пакеты с продуктами и небольшую пластиковую переноску. Оттуда изредка доносилось мяуканье. Девушка старалась подбодрить обитателя клетки разговором. — Потерпи, пушистый, скоро будем на месте. Меньше, чем через пять минут обещание было выполнено. Плотно закрылась за нею входная дверь. Триша обернулась. Перед ней стоял бесшумно подошедший Дэрил. Она уже привыкла к особенностям своего парня, поэтому нисколько не испугалась. — Сегодня пасмурно, я бы мог тебя встретить, — он взял пакеты из рук возлюбленной. — Почему не позвонила? — Ой, да ладно, мне надо было кое-куда зайти. — Уже вижу, — вампир посмотрел на переноску. — Кто это? — Старый знакомый Мии. У неё ведь день рождения скоро, решила подарить котика. Представляешь, тот самый, которого она не смогла оставить себе год назад! Как думаешь, ей понравится? — Сто процентов, — щеки Триши коснулся прохладный поцелуй. — Идём… — Подожди, — девушка аккуратно поставила клетку на пол и открыла дверцу. — Ему же надо дать воды, еды… Кис-кис, не бойся, иди ко мне! Однако кот выходить из своего убежища не торопился. Забился в угол пластиковой коробки, сверкая большими жёлтыми глазами. Питомец был явно напуган новой обстановкой, хоть и тихо мурлыкал. Тогда Триша решила вытащить его самостоятельно, и тут же пожалела об этом. Кот вцепился когтями в нежную кожу. Прохвост вырвался и убежал под диван, сверкая пятками. Девушка с досадой посмотрела на пострадавшую руку. На тыльной стороне ладони красовалась длинная, тонкая царапина. Оттуда просочилось несколько алых капель. — Триша? — Дэрил стоял прямо за её спиной. — Всё нормально? — Да-да, — она прижала руку к груди. — Не смотри, я сейчас… Триша поспешила скрыться в ванной. Достала из аптечки ватные диски и перекись. Сразу после попадания нескольких капель царапина запузырилась и зашипела. Кожу защипало. — Надеюсь, ты скоро, — голос вампира слышался через дверь. — У меня для тебя тоже есть подарок. — Ой, правда? Чего же ты сразу не сказал? Сейчас выйду. Движимая любопытством, Триша вышла из ванной. В коридоре Дэрила не было, поэтому она заглянула в комнату. Восхищение вырвалось из её груди звонким писком. Окно закрыли плотные шторы. Тут и там горели язычки небольших ароматических свечек. На столе стоял букет её любимых орхидей и два фужера, почти до краёв наполненных шампанским, пузырьки которого интересно блестели в полумраке. На диване лежал телефон Дэрила, проигрывая их любимую песню. Сам вампир стоял рядом с диваном, довольный и отчего-то смущённый, сжав руки в кулаки. — Как круто, — прошептала Триша, разглядывая обстановку. — Сегодня какой-то праздник? — Почти. Подойди ко мне. — Если ты хочешь заняться этим как-то по-другому, не обязательно так заморачиваться, — она подмигнула, краснея. — Можно просто попробовать новую позицию. — Вообще-то я хотел с тобой поговорить, — вампир взял девушку за руку, нежно погладил царапину большим пальцем. — Я не романтик, не знаю, что надо делать в таких случаях, что говорить… Голос Дэрила стал слишком тихим, сиплым, а его дыхание, наоборот, чересчур громким. Он разжал второй кулак. На бледной широкой ладони лежало миниатюрное колечко с небольшим камнем в форме шестиугольника. — Я хочу, чтобы мы… Чтобы ты… — Дэрил тихо засмеялся. — Выходи за меня. В этот момент Триша ясно услышала щелчок своей челюсти. Она стояла так некоторое время, широко раскрыв свои чёрные глаза и рот. Дэрил терпеливо ждал, улыбаясь. Чуть сильнее сжав в своей руке её руку. Для девушки всё это было очень неожиданно и приятно. Они встречались уже больше года, им было комфортно вместе. Оба неисправимые тусовщики с кучей общих интересов. Триша считала своего бессмертного парня идеальным вариантом. А что? Не стареет, не напивается, запах пота отсутствует. И кормить не надо. Это особый плюс, если учесть, что Триша не любит готовить и мыть посуду. Можно было с уверенностью сказать, что они созданы друг для друга. — Я… Д-да… — Да? — Дэрил посмотрел на Тришу очень серьёзно. — Да. Да-да, — она начала прыгать на месте. — Конечно да! Вампир надел кольцо на аккуратный безымянный палец, мелко дрожащий от волнения. В глазах девушки заблестели слёзы. Дэрил заключил Тришу в объятия. Сложно сказать, сколько они так стояли. Кот уже давно вылез из-под дивана и теперь тёрся о ноги влюблённых. В комнате играла их песня и слышались тихие всхлипы новоиспеченной невесты. Иногда для счастья нужно так мало. Всего одно слово. «Да…»

***

Никогда ещё Мия не шла так медленно. Словно ноги пустили корни в пол, и теперь с каждым шагом идти становилось труднее. Чем дальше, тем у́же казался коридор и холоднее становился воздух. Внезапно одна из дверей открылась. Мия замерла, чувствуя, как душа уходит в пятки. В коридоре появился бессмертный, Лоуренс де Бридж. Его лицо было задумчивым, но вот он увидел Мию. Слегка улыбнувшись, скорее из вежливости, поинтересовался: — Ваши покои разве не этажом выше? Заблудились? — Нет, я просто ищу Рауля… Вы его не видели? — За ним послали Вас? — де Бридж окинул девушку взглядом снизу вверх. — Бедняжка… — Что, простите? — Не поймите неправильно, мадемуазель, однако… Таких, как Вы, Барте обычно пьёт на ужин. — Сейчас утро. Потерпит. — Будем надеяться. Кажется, я видел, как он зашёл к себе в комнату час назад. — Спасибо. Рождённая Луной и советник князя разошлись в разные стороны. Через пару минут Мия вновь осталась наедине со своим воображением. Позади послышался ржавый скрип и чьи-то редкие шажки. Блай сглотнула и ускорилась, обхватив себя за плечи. Странное дело: путь освещали массивные люстры и свечи, а всё равно неспокойно. В просторных и излишне роскошных помещениях, как это, девушка ощущала потерянность. «Налево, последняя дверь… Ох, не нравится мне лево… Никогда не нравилось. Умереть сейчас от зубов ненормального, вот будет смешно… И куда только Виктор смотрел, пока этот маньяк был маленьким? Клянусь, если выживу, дам ему подзатыльник… Чёрт, он же высокий… Тогда залезу на стул!» Озираясь по сторонам и болтая с собой, Мия встретила тупик. Огромная картина во всю стену изображала апокалипсис. Красное небо, захваченное уродливыми существами, отдалённо напоминающими горгулий. Выжженная земля, на которой валялись поверженные люди. Лиц не было, только силуэты. Но Мия видела. Боль, ужас, отчаяние… Или просто хотела так видеть. С трудом оторвавшись от страшно притягательного полотна, девушка увидела дверь. Ту самую. На вид обычную среди прочих. Однако сердце забилось так, будто за ней скрывалась клетка с цербером или проклятый саркофаг фараона. В общем, что-то по-настоящему пугающее. Она пару раз постучала. В ответ ничего. Повторила попытку уже более настойчиво. Тишина. Прошептав себе под нос подобие молитвы, Мия повернула ручку. Дверь, на удивление, оказалась не заперта. Захотелось ругнуться от прилива адреналина, но страх сковал зубы. Потоптавшись на пороге, Мия поняла, что её не обнаружили, и вошла. В комнате Рауля было прохладно. Кроме тлеющей свечи на письменном столе, источников тепла и света не нашлось. Пришлось использовать фонарик телефона. Казалось бы, такая мелочь, а уже не первый раз выручает в подобных ситуациях. Теперь можно хотя бы осмотреться. Односпальная кровать в центре больше походила на кушетку с решётчатым изголовьем. Тонкий матрас, разглаженная чистая простынь и пара подушек. Куда делось одеяло, неизвестно. Да и было ли оно там вообще? На полу лежал ковёр из шкур животных. Взамен картин стены украшало холодное оружие. Разных размеров, форм, годов (и веков) производства и степени пригодности. Около полусотни клинков. В углу стоял какой-то сундук и шкаф из состаренного дерева. Не спальня, а музей. И всё же, это оказалось куда лучше, чем она себе напридумывала. Исходя из того, что увидела вчера в глазах Рауля, Мия готовилась к кунсткамере. Представьте… Заспиртованные головы девушек в пыльных трехлитровых банках, побритые и почерневшие. Внутренности и глазные яблоки в собственном соку. Двенадцатиперстная кишка, свисающая с люстры. Композиции из изящных женских рук, ног и не только. Пентаграммы на полу, и потолке. Повсюду пыль, смрад, кровь, кости… К счастью, ничего подобного не предвиделось. Вместо смрада — запах свежести, сохранившийся с ночи. Вместо крови и пыли — идеальная тишина и порядок. Для подобной аккуратности больше подходило другое слово — стерильность. Спальня находилась в идеальном состоянии, но от этого больше отталкивала. Рауль словно пытался компенсировать бардак в голове поразительной чистотой окружения. — Рауль, — шёпотом позвала девушка, понемногу удаляясь от двери. — Ты здесь? Выходи, я не собираюсь с тобой играть. Ей не ответили. Экскурсия по пещере чудес продолжилась. Чтобы было не так жутко, Мия подошла к свечке на столе. Точнее, к тому, что от неё осталось. Огарок источал тусклый свет, который едва ли мог озарить столешницу. Глаза девушки сразу же наткнулись на интересную деталь. На столе царил небольшой беспорядок, что никак не вязалось с остальной обстановкой. Две книги — одна большая, другая поменьше — лежали друг на друге. Под ними хаотично располагались чистые, слегка пожелтевшие, листы бумаги. С другой стороны стояла красивая баночка чернил и пушистое перо. Мия хихикнула. Кажется, кто-то не знает о существовании ручек. Рядом со свечой обнаружилась прозрачная ваза, а в ней нежно-розовый цветок. Роза. Крупная, чем-то похожая на пион. Шипов на стебле не было и лепестки уже подсохли в нескольких местах, зато бутон дарил тонкий аромат яблок. Мия захотела приблизиться, чтобы в полной мере оценить запах, однако её окликнули: — А ты какого чёрта здесь делаешь? — Рауль? — Блай испуганно обернулась на голос. — Я тут… просто… тебя ищу, вот. Вампир быстро приблизился к ней, только его больше волновала не Мия, а хрупкий мир, существовавший на письменном столе. Напряжённым взором осмотрев каждую деталь, Рауль повернулся к нежданной гостье и хриплым от негодования голосом спросил: — Что ты трогала? — Ничего, честное слово, — она подняла одну ладонь вверх. — Разведением цветов увлекаешься? Неожиданно… — Не неси чушь. Хотела разыскать меня? У тебя получилось, а теперь проваливай. — Гостеприимству тебе ещё учиться и учиться. Даже чаю не предложишь? — Рождённая. Выметайся, — он схватил её за руку. — Иначе я сам тебя выставлю. — Можно подумать, я эротические журналы нашла… Не любишь посетителей — скажи вежливо. — Ты вампиром, случайно, не ошиблась? — А вот это смешно, да, — девушка улыбнулась. — Но вообще-то ты нужен князю. — Скоро буду, иди. — А ты не думал больше подушечек положить или стену в жёлтый покрасить? — Покрашу в цвет твоей крови, если не уйдёшь! Рауль буквально выволок Мию из своей спальни в коридор. Дверь захлопнулась прямо за её спиной. Спросить про Жака она так и не смогла.

***

Эдгар допил очередную банку пива. Смятая жестянка с шелестом полетела в угол. Хоть он работал уже на другого князя, получая приличные деньги, образ жизни к лучшему не поменял. Не только потому, что тратил жалование неразумно. Ему просто нравилось так жить. Романтический образ бродяги, живущего назло целому миру, прочно засел в его нездоровом сознании. Эдгару пришлось по душе бросать вызов обществу. После гибели прошлого хозяина этот вампир начал презирать иерархию бессмертных, да и на теперешнего босса ему стало всё равно. Он существовал лишь ради мести. От князя нужны были только ресурсы. Кучка пешек во главе с девчонкой смогла поставить на колени того, на кого Эдгар молился, как на бога. Стерпеть такое унижение невозможно, ведь именно он дал ей эту силу! Он сделал её Рождённой Луной, а что получил взамен? Клеймо неудачника. Быстро набрав уже выученный номер телефона, Эдгар ждал ответа. И, как всегда, пришлось повисеть на линии некоторое время. Надменный голос князя вызывал отвращение, однако ради дела не жалко терпеть и изображать покорность. Цель оправдывает средства. — Здравствуйте, у меня хорошие новости, — на лице Эдгара заиграла блаженная улыбка. — Ну? Выкладывай, — собеседник явно скучал. — Быстрее, я тороплюсь. — Киллеры во Франции. — Прекрасно… Скажи им, чтобы были осторожнее. Мартены не должны их обнаружить, — голос собеседника помрачнел. — С ними шутки плохи. Всё должно случиться быстро и без следов. — Ну что Вы, они не промахнутся! Я лично собирал команду. — Именно это меня и смущает.

***

Тренировка и урок французского вытянули из Мии все силы, поэтому весь путь до центра столицы она дремала. На сей раз пришлось долго уговаривать Рафаэля, чтобы тот отпустил гулять допоздна. Решающим аргументом стала Фрэнсис, точнее её бессмертие. Блай добавила роль вампирши в поиске частей пророчества, и Мартен сдался. С одним условием — пришлось дать ему номер Фрэнсис на всякий случай. Та конечно очень удивилась и растерялась, когда услышала в трубке голос князя. Однако за Мией присмотреть пообещала. Мия, зевая, вышла из такси прямо у входа в чешское посольство. Фрэнсис иронично заметила: — Не похожа ты на ту, кто будет гулять до рассвета. — Да, я знаю… Привет. Мне сегодня пришлось рано вставать, потом ехать в замок, потом драться… — Драться? — Ага, с князем. Он похвалил, сказал, что у меня неплохой Дар Крови. — А с Луной что? — Ой, лучше не спрашивай! — Мия махнула рукой. — Не получается сосредоточиться, а если и получается, то совсем ненадолго. — Знаю, что тебе поможет. Пойдём, выпьем чего-нибудь, послушаем хорошую музыку. — Отличная идея, только на свежем воздухе, ладно? Хватит на сегодня тёмных и тесных помещений. — Хорошо. По дороге расскажешь, как успехи с тем блондинчиком. Кир не брал трубку целый день и не отвечал на сообщения, хотя в соцсети заходил, причём не раз. Мия понимала, что поступила некрасиво, но вот почему он не может хотя бы выслушать? Вся эта ситуация казалась максимально странной и глупой. — Подумаешь, — цокнула Фрэнсис, сделав глоток безалкогольного коктейля. — Сбежала разок после секса, и он сразу обиделся. Другого найдёшь. — Вдруг ему просто не понравилось? Вдруг я… бревно? — Откуда в твоей голове эта мысль? — Фрэнсис засмеялась. — Даже если и так, то Кир мог бы сказать тебе об этом прямо. Игнорировать в таких случаях… Но Мия уже не слушала. Она напряглась, физически ощущая спиной чей-то взгляд. Всю дорогу до террасы кафе девушка думала, что ей кажется. Паранойя, воображение, совпадение… Мало ли? Но нет, за ними действительно следили. И чутьё подсказывало, что это вампир. Мия обернулась. Голубые глаза всего на несколько секунд успели захватить сутулый силуэт в невзрачной одежде, после чего он скрылся. Сердце беспокойно забилось в груди. — Эй, ты чего? — Фрэнсис коснулась её руки. — Кто там? — Кажется, за нами хвосты… _________________ *«Парфюмер. История одного убийцы» (1985) — роман немецкого писателя Патрика Зюскинда о не очень хорошем человеке с очень хорошим обонянием. **Ъуъ — имеется ввиду мем с изображением чёрного нечто, которое угрожающе поднимает вверх свою лапку. Добавлено для комизма, если хотите, могу заменить на обычное «У-уу-у!»