Цирк

— Я люблю Вертинского, но с огромной неохотой вспоминаю строки из его романов.- Тихо произносил Демон, лишь краем глаза поглядывая на всеобщий беспорядок в их со Святым покоях. Почти без спешки они собирали свои вещи, готовясь к поездке на море, но из уст их капитана вся эта затея, навеянная влиянием Окито-сана и Садовника, больше выглядела, как шутка, причем очень плохая. — Почему? Поинтересовался парень, аккуратно укладывая носки с нижним бельем по компактным чемоданам, что были только совсем недавно куплены и привезены из Польши, куда Семён ездил почти каждый месяц, ведь имея крышу на границе с Европой вполне резонно ездить именно туда за вещами. — Просто всякий раз, как я дочитываю его роман, он насаживает мое сердце на ржавую иголку. Жить по расписанию, иметь полноценную семью, встречаться со всеми родными в пятницу вечером за большим столом — такая приторная мечта, об этом можно мечтать до бесконечности. О таком стоило забыть после прибытия в сладкий мир убийц, в котором больше никогда никого не отпустит. Ведь даже после смерти за твои грехи будут расплачиваться близкие люди. — Я не читаю подобные грустные романы, ты ж знаешь. Мир и так печален, так зачем еще сильнее себя накручивать. Это как кино, что снимают на нашей родине… Чернуха с пьяницами, да и только. Будто ничего хорошего нет в этой жизни. — Насчёт хорошего, ты не против сегодня вечером сходить на концерт? — Какой концерт? Стой-стой, ты снова пойдёшь слушать эту музыку Сатаны? Я ни за что там не появлюсь! — кричал Святой, пока Демон улыбался так лукаво, словно ощущал на губах своего человека привкус лжи. Омерзительный мир, характерный чернотой мыслей, освещался палящим солнцем летнего периода жизни, и это удивляло две мрачные фигуры, возвышающиеся над всеми проходящими мимо людьми . — Как жаль. Мурчал Демон, еле касаясь своими губами хрустальной белой шеи. Искоса поглядывая на парня из тени, как жуткое потустороннее чудовище, что вот- вот выползет из-под кровати ребёнка и утащит его в свою обитель, где поглотит со всеми косточками. — А ведь так хотелось разделить с тобой свою VIP-ложу, что я заранее забронировал. Ничего святого не было в этом персонаже, что одним своим лукавством и чёрным пламенем добивался всего, а ведь в мире обычных людей он являлся юридическим лицом, владевшим собственной пекарней где-то на углу между тверским парком и христианским храмом. Самое любимое занятие этого хитреца — продавать своими грешными руками, пропитанными кровью жертв для приношений подземным князям, постный хлеб для службы в церкви. Цепи на его шее с опущенным нимбом или ошейник верного пса дьявола, звенели так ясно, вводя в транс Святого. — Ты же знаешь, что если на этом мероприятии кого-то принесут в жертву, я с тобой неделю разговаривать не буду. Все, что желал услышать Демон от своего Святого, это слова согласия. И, проваливаясь в омут удовольствия, он вцепился своими цепкими длинными пальцами в короткие тёмные волосы любимого, всегда скупого на эмоции, но не на тепло. — Вот и договорились. Пометь этот день в своем графике чёрным маркером. — Что за бред? Это ведь сегодня… Покидать свой уютный вакуум, называемым домом, всегда не комфортно, но имелись и уникумы, что с удовольствием галопом мчались подальше от защищённой обители. Вот и Демон, обросший родным человеком, работой, любимым хобби, всё равно всё пытается сбежать из зоны комфорта. И смотря на это взрослыми яркими глазами падшего человека, становилось смешно, ведь уже давно стукнуло за 30, а характер после школы совсем не поменялся. Хватая своего любимого за покрытые перчатками руки, Демон невольно заулыбался, ослепляя Святого столь яркими эмоциями. — Ох, я так счастлив, что именно с тобой проведу эту жизнь. Сердце, что сжималось в кулак от бесконечной нежности этого мрачного широкоплечего парня, так и сводило с ума. Всё же Святой не жалел об этих отношениях, что начались ещё в школе и продолжаются больше целой декады. Но иногда в разум лезут ужасные мысли, что когда-то весь спектакль подойдёт к концу и не лучшим образом. — Спасибо за искренность. Наградив своего любимого солнечной улыбкой, Священник направился на кухню, где дожидался огня остывший чайник. Когда Фокусник с Механиком 1 доехали до их базы, парень был удивлён происходящему рядом с их домом. На свежем газоне красовался бронированный чёрный автомобиль с прицепом, что уже был захламлён вещами всей мужской части Цирка. Мир вокруг словно напевал песню жизни, окутывая летним бризом плечи наёмников, которые омрачали своим видом всё окружение. — Ты же не умеешь кататься на доске! — кричал Музыкант, закидывая сумку с оружием в ноги пассажиров. — И что?! Никогда не поздно учиться! — радостно выкрикивал Семён, стаскивая со своих ушей наушники, — А-а-а, воу-воу. — Видимо, это что-то из иностранщины, и ты слов не знаешь? — усмехался Музыкант, продолжая с любовью поглядывать на того, чьи щёки уже обрастали веснушками. Жара стояла невыносимая, и не будь малейших теней от близрастущих деревьев, все бы персонажи тут же бы покрылись красными пятнами от ожога, не считая Святога с Демоном, что охотно продолжали разгуливать в своих чёрных мантиях. Пока каждый из присутствующих проверял наличие нужных вещей, на скамье рядом с подъездом, под плотным зонтом, сидел одинокий Клоун, презрительно поглядывающий на каждого из членов команды, лишь только брат Музыканта был спасен от этой участи- быть убитым взглядом. — Как дела? — резко и неожиданно громко , что было похоже на влет на трассу без тормозов, спросил Клоун у Димы, от чего брат Музыканта пошатнулся и ошарашенно поглядел на темноволосого парня. Клоун прекрасно ассоциировался с тишиной и отстранённостью, только в школе этот персонаж имел эмоции, но не сейчас… Именно поэтому брат Музыканта осторожно отошёл поближе к Демону, за чьими двумя метрами роста можно было бы легко спрятаться. Мужчина же, что носил на себе украшения и чёрную мантию, лишь удивленно приподнял свои солнцезащитные очки и посмотрел на Диму, который был тут лишним, но таким важным для Фокусника, что тот сам предложил его кандидатуру. Почему? Всё было просто и каждый это знал — «манипуляция». А вот это уже больше ассоциировалось с капитаном Цирка, добившегося только за счёт манипуляций своего важного статуса в преступном мире. — Вот этот маршрут подойдёт, — отчеканил Священник, указав на 101 маршрут. — Ты уверен? — Да. — Я в тебе тоже уверен, — ухмыляясь, сказал Демон. Тяжёлая рука темноволосого парня уверенно легла на талию Святого, как на родное местечко. Брат Музыканта с опаской покосился на эту парочку, после чего отошёл и от них, как ошпаренный, он пятился от каждого подозрительного человека. — Что такое, Дима? — улыбаясь спросил Фокусник, выходя из машины парящей походкой, словно идя по красной ковровой дорожке. — До сих пор непривычно находиться среди одних «особенных» извращенцев. Только Клоун, да Механик тут по девушкам…,- откровенно сказал Дима. — Эмм… Как бы тебе сказать, вычеркни из этого списка Клоуна, — улыбаясь, сообщил Фокусник, похлопав по плечу Диму, да так, что можно было бы легко выбить лёгкие сквозь рёбра. — Ч…что?! Тогда с кем он… — Ты сейчас с ним разговариваешь, — печальным голосом сказал Механик 1, — Привыкай, я уже с ними более 9 лет знаком. — Так, все сучки в сборе, может, поедем? — с усмешкой поинтересовался Музыкант, забрасывая финальную сумку в багажник, — Так, наши две дылды едут в прицепе, остальные запихиваемся. — Я надеюсь, поведёт машину не этот придурок? — медленно забираясь в прицеп, говорил Клоун, косо поглядывая на капитана. — Я в смертники не записывался. — Да, Фокусник, давай я поведу, так как это вправду опасно. На этой машине нет автомата, да и с твоей манерой, меньше 100 км\ч не выжимать, будет не просто. Хотя, ха-ха, твоя сумка кэша всегда все проблемы решала. Помню случай! — воодушевлённо начал свою историю Музыкант, закидывая мускулистую руку на плечо капитана, как на плечо давнего приятеля. — Поехали мы за пивом на другой район, так пришлось две тысячи зелёных оставить, чтобы откупиться за все проезды на красный и за пересечение двух сплошных. — Ты приукрашиваешь. Не так уж и плохо я вожу. Спокойно ответил капитан, недовольно поглядывая на своего школьного приятеля, что вовсю улыбался, демонстрируя прям голливудскую улыбку, что слепила ярче солнца. — Ой, не, это он ещё краски разбавляет. Разве не помнишь, как мы с тобой в кювет улетели, так как ты зимой забыл резину поменять…- сдерживая оскал, заговорил Клоун, отчего его бровь невольно задергалась, — Вот же ж ты мудак. Хотел со мной в один день умереть. Пошёл на х.., пидор. — Воу, кто-то опять накосячил, — не скрывая самодовольной улыбки, прошептал Музыкант, прежде чем убрать руку с плеч капитана. — Ребята, давайте жить дружно, — сверкая хищным оскалом, Демон с удовольствием понизил свой голос до бархатистого баса, — Мы же все желаем отдохнуть или… Вы предпочтёте гореть все вместе в одном котле? Словесная перепалка этих персонажей могла бы длиться вечно, если бы не громкий рёв двигателя престижного автомобиля, что возил сотрудников конторы Директора. Неизменный водитель конторы, а на заднем сидении, за тонированными окнами этого длинного «гроба на колёсах», предполагаемо сидел всем уже знакомый персонаж, что уж слишком часто стал вертеться в кругах Цирка. Слишком глупо и смело, всё что следовало говорить о его поведении. Все эти ужасы, что творились на брошенной территории, где обитал Цирк, отнюдь не пугали парня с миловидными чертами лица и хитрой ухмылкой. Этот травоядный, в шкуре лисицы, совсем не представлял, во что ввязывался, так храбро и гордо выходя из автомобиля. — Доброго дня, — сухо произносил Секретарь, поправляя тугой галстук на своей тонкой шее, — Смотрю, я успел до вашего отбытия. Наступила тишина. Музыкант невольно сжал руку Семёна и оттянул его за свою спину, наблюдая за реакцией Клоуна, что обезумевшими глазами глядел на этого юного парня. Эта наглость и их безнаказанность, так и щекотала костяшки, с желанием разбить в мясо лицо человека напротив. Священник и Демон с безразличием глянули на незнакомца, почти не акцентируя на нём внимание, ведь для них он не больше, чем очередной работник Директора, что только бумажки перебирает, да подписи подделывает. — Я не знаю, может это комплексы, но ты видимо хочешь заглотнуть полностью, — мычал себе под нос Клоун, копошась одной рукой в своей сумке, одновременно прикрывая лицо зонтиком от солнца. — Секретарь, вы немного невовремя, — спокойно произносил Фокусник, делая первые шаги навстречу работнику, который,довольно улыбаясь, крепко удерживал у своей груди синюю папку с документами. — Пс-с, брат, а кто это? — тихо спросил Дима, осторожно поглядывая на Клоуна. — Дим, это не важно. — Да, Дим, послушай брата, — с улыбкой на лице и пустыми глазами, вымолвил Клоун, опуская свой зонт ближе к ногам, чтобы продемонстрировать всем небольшой пневматический пистолет, — Он уже уходит. — Воу, какой ты суровый, — не скрывая свою надменность, произносил Марк, с презрением наблюдая за обезумевшим Клоуном, — А другого и не ожидалось от Бывшего, лучшего наёмника в компании. Смакуя колкие слова, Секретарь словно наслаждался этим общением, пока остальная часть команды с интересом наблюдала. — Секретарь, да ты на словах ебанный панк, а на деле, сука не битая. Небось в постели ты так же сладко тявкаешь, как в жизни? — А вы, как всегда, любезны. Поправив свою тонкую оправу очков, Секретарь свысока посмотрел на хилого наёмника, одетого во все чёрное, как на собственных похоронах, и скрывавшего израненную кожу под длинными рукавами и высоким воротом. — Но жаль, что сами являетесь чей-то пешкой. — Прекратить, — отчеканил капитан, вставая перед Секретарём, как живая стена, готовая принять пули из рук любимого, что сидел в прицепе и пожирал его взглядом, - Секретарь, вы приехали за подписанием документов на выезд? Если нет, то вам нужно немедленно убраться отсюда. — Да? Как удачно, что я здесь не только за подписанием документов, но и за отчётом за месяц. Ну, так я пока пройду в ваш кабинет? Именно этого не хватало Клоуну, чтобы, сорвавшись со своей невидимой цепи, выстрелить перед ногами капитана, как предупреждение. Его потухшие глаза, так и манили опасностью и злобой, но капитану было давно плевать до этих его всплесков гнева. — Подождите 10 минут. Я передам документацию Директору и поедем. Холодно, как всегда, ответил Фокусник и устремился в двери дома. Секретарь же, как его мелкая тень, строго шел за спиной и, усмехаясь,поглядывал на Клоуна, развалившегося на сумках и с недоумением провожавшего взглядом эту пару. Как только капитан скрылся в дверях их дома, Семен обеспокоенно глянул на бледного наемника, что с безразличием убрал пистолет себе под свитер и продолжил лежать. — Клоун! Пошли за кофе! Дим, ты ж с нами? Громко прокричал Семен, вырываясь из рук Музыканта, как из крепких веревок. Как писк недобитых котят, прозвучал голосок Димы, совершенно не желающего разгуливать по улице с наемником, который только на препаратах и держался в этом мире. — Никуда я не пойду с тобой. Обдолбался чем-то и еще говоришь со мной. Мерзость. Слова красит поступок, всегда было так, поэтому Клоун после своих грязных речей встал с сумок и, спрыгнув на землю, косо глянул на улыбчивого Семена, что уже нацепил поясную сумку и уже был готов вышагивать в своих сланцах по твердой городской почве, что давно была мертва. Брат Музыканта дал понять, что не желает идти в компании убийцы до кофейни, но это и не страшно, ведь Демон с удовольствием попросил двух коллег Святого об одолжении - прикупить заодно пару кусочков тортов. Хоть он и превосходный пекарь, владеющий собственной кондитерской, но попробовать тортик конкурентов — это святое. — Хоть что-то в этом мире не меняется, — с улыбкой произнёс Семен, гордо шагая наравне с хмурым Клоуном, что с непривычки сутулил плечи и прикрывал лицо темной маской. — Ты это к чему? — Я про твое отношение к нашему младшему братишке. — Ну, я ему жизнью обязан… — Это да. В тот день, когда тебя чуть сапогами не забили в коридоре, как брошенную псину, Дима на удивление проявил храбрость. Не растерялся и Музыканта позвал, что подлетел, пока наш мелкий тебя откачивал и водой кровь с лица смывал. — Захлопни пасть. Я все сам прекрасно помню. — Да? Тогда зачем притворяешься таким невменяемым? Как хлесткая пощечина по обнаженным скулам, заставила Клоуна притормозить свой шаг и обернуться на улыбчивого рыжего парня. Недолго думая, наемник схватил Семена за отвороты летней рубашки и дернул его на себя, притягивая наглую мордашку рыжеволосого к себе поближе. — Ты позвал меня с собой, чтобы попиздеть о прошлом? — Да. Все мы знаем, что Фокусник с годами теряет зрение, но вот незадача, другие- то не слепнут… Я могу отличить лучшего напарника Музыканта от задолбанного наркомана с поехавшей кукухой. — И кто сейчас перед тобой? — коварно улыбаясь, Клоун пытался заглянуть прямиком в душу парня, сквозь его зеленоватые глазки. Мрак опускался на город с угасающим солнцем, напоследок обласкавшим крыши домов. Люди спешили домой, только вот пара из двух противоположностей Цирка всё стояла в парке, да молчала. Умолять Клоуна вести себя более добродушно- это утопия, ведь даже со сломанными ногами и руками, он будет выгрызать плоть противника зубами, как лезвиями. День близился к своему плавному завершению, вот только Секретарь все копошился, то и дело выбрасывая какие-то документы в рейдер, а какие-то аккуратно упаковывая в папочки. Фокусник же, как подобает вежливому хозяину, подливал ему чай и не мешал работать, бродя по своей квартире и, рассматривая вещи, контролируя, все ли он собрал. Путь был близким, а как иначе, это маленькое путешествие до Юга этой великой страны. И пока команда потихоньку собирала вещи, Секретарь неторопливо собирал нужные документы из офиса Фокусника, в то время , как мужчина заваривал чай на двух персон. — Я под впечатлением, — тихо произнёс Марк, подписывая акты о малых потерях на задание, — Вы сдержали своё слово. — Вы о количестве пролитой крови? Да, в этот раз ее было намного меньше. Фокусник был скуп на эмоции, но ощущение о его скрытой улыбке не покидало Секретаря, что отправил часть документов в шредер, предварительно сфотографировав их на свой смартфон. — Немного не по теме… Вам известна судьба вашего Гримёра, недавно доставленного в больницу? — А разве это так важно? Она читала контракт и знала, что произойдёт, если нарушить хоть один из пунктов. Я дорожу каждым из своей команды, но противостоять воле Директора или… руководства, я не могу. Чувствовалось, что капитан невольно прикусывал губы, словно пробуя свои же слова на вкус, что были лживы и горьки. Он хорошо подбирал предлоги с суффиксами, строя свою речь по крупинкам, лишь бы не сказать лишнее. — Ребёнка забрал к себе Директор. Эти слова эхом прошлись по пустынной светлой квартире Фокусника. Секретарь гордился собой, ведь мог поделиться какой угодно информацией с Фокусником, все ради одобрительной усмешки и великолепно заваренного чая, что согревает душу так же приятно, как и касание этих длинных пальцев, что скрывались за белыми перчатками. Гореть улыбкой от столь мелких и ненужных вещей, было в стиле Марка, что по злому стечению обстоятельств доверял свои эмоции совершенно не лучшему персонажу. — Он всегда любил воспитывать мелких деток. Ничего не меняется, все так же строит вокруг себя детский сад. Натянутые улыбки этих лиц, как у Квазимодо -ужасное зрелище, что приходится терпеть не только Фокуснику, на общем собрании директоров, но и теперь Секретарю. Этот юный парень уже не первое собрание стоял за спиной Директора, накручивая новую информацию на ус о происходящем в их маленьком мирке. Их длинные мерзкие старческие языки, как жареный бекон, извивались от хохота. Жадные взгляды и нахальные фразочки - до тошноты доводили эти люди, господствующие над жизнью многих людей. — Он устранил только этих двоих или… ещё кого-то зацепил? — К счастью, у ее мужа не оказалось близких родственников, только коллеги по работе, но думаю… их тоже зачистят. — Ха, какой ужас. Секретарь осторожно указал пальцем на подставку для чашек, тем самым подманив к себе капитана. Тот с удовольствием усмехнулся, взял две аккуратные фарфоровые чашки и направился к Марку, чтобы стать с ним вплотную, да так, чтобы только лист формата А4 разделял их тела. Как в танце, что с каждым сближением, с каждым вздохом и словом становился опаснее, но Марк не жалел об этом. Внешний мир был ужасен до отвращения и единственное, что даровало ему уверенность в завтрашнем дне — это общение с Фокусником. — Раньше ты шарахался собственной тени, а сейчас… так смело следишь за убийцами. Да, я тебя недооценил, — ласково прошептал Фокусник, приглаживая уложенные волосы Секретаря на затылке.— Спасибо за полезную информацию. — Рад стараться для такого человека, как вы. Знаете, а ведь раньше я так боялся умереть один, но сейчас я знаю, что такого не произойдет. Недовольно закатив глаза, Фокусник аккуратно поправил галстук на шее парня и промурлыкал ему на ушко: — Я отдам тебе свою жизнь, но мою смерть, к сожалению, нет. Бояться всего на свете — такова была жизнь Секретаря до встречи с Цирком. Это ведь нормально, жизнь ведь так опасна. Особенно страшно умирать, когда есть что терять. — Если что-то не успеешь доделать, то я могу оставить тебе ключ от дома, — хладнокровно произнес капитан, отворачиваясь от парня. Марк с недоумением смотрел в спину капитана, что удалялся от него лишь для одного- присесть в свое любимое кресло горчичного цвета. Это кресло было совсем не дорогим, да и куплено в обычном шведском мебельном магазине, но капитану оно было дорого как память. Как яркое пятно в серой и однотонной квартире, что пропиталась медицинским запахом лекарств, болью и злобой. Хотелось бы все повернуть вспять, вернуться в светлые подростковые моменты, еще раз пройти через все встречи с приятелями, что в одночасье стали коллегами и отдалились от Фокусника. — Почему вдруг решили дать мне ключ от своего дома? Любопытству Марка не было предела. Он с удовольствием отложил пачку документов и пристально стал рассматривать черты капитана, что был одет так непривычно для него, в обычную яркую одежду, что была куплена в ближайшем масс-маркете, не считая дорогущих часов, стоивших дороже квартиры Секретаря, и фирменной белоснежной маски. — А разве ты не желаешь сам сюда приходить, даже без моего присутствия? — Это очень приятно слышать… — Но, знай, в последующем, не смей грубить или дерзко отвечать Клоуну. Он- дорогой мне человек и, если он пожелает расправиться с тобой, я не буду ему мешать. Ты же это понимаешь? Повисла неловкая тишина, что сковала плечи парня, давя на грудь. Совсем не такого ответа ожидал он от капитана, что так щедро оставил ему ключ от своих покоев, тем самым позволив Марку копаться в его документах о самых закрытых от всех тем. — Это было грубо. — Зато правдиво, — отчеканил Фокусник, резко вставая с кресла, — Я оставлю ключи в двери, как закончишь, не забудь закрыть за собой и камеры включить. Капитан без раздумий бросил холодный взгляд на парня, поправил маску на своем лице и двинулся ближе к выходу, вот только громкий хлопок, ассоциируемый с падением бумаги, остановил его и привлек внимание обратно к юному парню, что с недовольством поправлял свои очки и смотрел куда-то сквозь капитана. — Забыл рассказать про то, как недавно ездил на одни переговоры с дилером, что попытался расправиться с Директором… И со мной. Вам интересно послушать? Так иллюзорная надежда, слабая и почти не ощутимая, промелькнула в воздухе, и Фокусник это ощутил. Он глядел в ответ на парня, что видел в нём кого-то большего, чем простого капитана команды, но тот в свою очередь лишь холодно смотрел в его сторону. Нужно научиться соблюдать субординацию, а то, такие случаи столь преданных взглядов от коллег, будут не редкостью. — На Директора каждый день кто-то, да покушается, это его обыденность. Но так как он многодетный отец, у него есть те люди, кто всегда стоят за его спиной и, как голодные псы, готовые кого угодно растерзать. — Да, так и есть. Как раз один из его отпрысков вытащил меня с кухни, когда меня хотели препарировать… Охрана того наркоши думала, что я буду отличным аргументом на столе переговоров. Это было поистине страшно. И он начал свой сухой рассказ, без лишних подробностей о солнечной погоде, о парящих птицах, что являлись простыми поедателями падали в пустыне, об ужасных местных людишках, что обитали на территории Мексики. Кому-то дано замечать мельчайшие детали вокруг своего окружения, складывать все в один длинный пазл, а после долго и совсем не нудно рассказывать о произошедшем. Но это был не тот случай. Выслушивать подобные сухие изречения, без доли литературных оборотов, было скучно, но всё же Фокусник позволил юному парню подойти к нему ближе. История из уст Марка текла быстро и излагать четкие факты. Вот они с охраной и Директором прилетают на частном рейсе, разгружаются, пересаживаются на бронированный джип с кейсом денег и едут дальше. Всю дорогу Директор молчал, ведь за него на звонки отвечал Марк, торопливо что-то помечая в ежедневнике. Вот и очередная неделя забита под завязку, есть время только на сон и на встречу с семьёй, что было обязательным делом в суете дел Директора. Как бы не было загружено расписание, будь он даже на разборках с итальянской мафией, к семейному ужину в пятницу он никогда не опаздывал. — Завтра с утра у нас отбытие в Москву, — отчеканил Секретарь, что-то суетливо зачеркивая в блокноте, — А послезавтра пятница. Я максимально разгрузил этот день для вас. А так же я уже составил план по украшению ваших торговых центров. Тот что на север от МКАДа, нужно оформить в стиле… — Всю эту шелуху по дизайну отправляй Екатерине, младшей дочери. Она же занимается дизайном северного ТЦ. Грубый прокуренный голос мужчины всегда отдавался мурашками по спинам всех присутствующих, и Марк не был исключением. Человек, что вовсю погряз в болоте криминала, продолжал строить какие-то проекты без крови, но всё так же нервно выкуривать по пачке в день, как когда-то по две. Его постаревшие руки, покрытые шрамами и следами буйной истории в 90-ых, отлично сочетались со всем его образом, такого образцового, но красивого, бывшего бандита из лихих времён. — Принято. Тогда все наработки и правки отправляю вашим дочерям. Директор лишь кивнул головой, даже не смотря на своего покорного офисного работника, что днями и ночами выполнял всю работу по первому зову. — Запиши в памятке - купить внучатам сувениры. Вдруг неожиданно произнёс мужчина, выбрасывая окурок в окно и впуская в салон тонированного автомобиля местную пыль. Пока Секретарь всё не поднимал носа от своих записей и телефона, Директор наблюдал за миром вокруг, подмечая каждого маленького человека в этой стране, что был или нищим на улице или военным. А где же богатые? Спросил бы другой на месте Директора, но тот прекрасно знал, что все богатые члены этой страны живут за высокими заборами в своих виллах с оазисами. — Как вариант - сомбреро, рецепты местной кухни, самые острые перцы… — Нет, Колькины близнецы любят «праздник мертвых» и печенье,  — громко произнёс один из мужчин, что занимал место рядом с Директором и был полностью экипирован как военная охрана, даже каска не мешала ему громко и чётко говорить, — А вот сестрицам лучше по редкому цветку подарить, а ещё специи. — Да, Марк, бери с собой Кирилла, он знает всё про каждого. Даже не задавая лишних вопросов, лишь по интонации можно было понять, что этот мужчина, что сидел по правую руку от Директора, так же являлся его родственником. Когда машину тряхнуло пару раз, она остановилась прямо перед воротами одной из вилл, за забором которой скрывался настоящий райский сад, окутанный пустыней и бедностью. По этому райскому саду бегали павлины, у пруда отдыхали фламинго, а где-то под деревьями, на цепях сидели дикие кошки, как дорогое и элегантное украшение. — Вышли. Захватили периметр. Оружие сдали, — отчеканивал предполагаемый родственник Директора, что не снимал со своей головы защитный шлем. — О, Маркью, добрый день! Я вас совсем заждался. Думал уж, заблудились. Приветливый, низкорослый, с широкими плечами и бурной растительностью на груди, встречал своих деловых партнёров, но по нему было прекрасно видно — самый настоящий лицемер, что называл всех братьями, но на самом деле лишь думал о наживе. Крепкие рукопожатия, прекрасные слащавые речи и все, Директора уже начало мутить от этого мужчины. Он этим делом занимался намного больше, чем лет Секретарю по паспорту , а это о многом говорит. — Пройдемте за стол, — произносил мужчина, пока его миловидная девушка - переводчик пряталась за спинами мужчин, как серая забитая мышь, — Вы же голодны. — Я сяду с вами за один стол, но я не голоден. Холодно произнес Директор, доставая почти пустую пачку сигарет. Хозяин виллы нервно улыбнулся и торопливо попросил всех пройти внутрь, там тоже можно было раскурить табак и не только. — Прощу прощения, где тут у вас руки можно помыть? Роковой вопрос, о котором до сих пор жалеет Секретарь, даже сейчас, рассказывая этот короткий эпизод из своего прошлого, что научило его многому, теперь он никогда не будет отходить с охраной хозяина дома. Да, все люди далеко не идеальны, вот и в тот момент Секретарь с довольным лицом удалился с незнакомыми людьми, что через уже каких-то пару минут прижмут его к гранитному столу и занесут над рукой нож мясника. Страх и беспомощность -вот что испытывал Марк, пока по его щеках текли горячие слезы, а голос предательски провалился куда-то вместе с душой в пятки. — Дай я угадаю, — невольно усмехаясь, произносил Фокусник, сидя на кресле и выслушивая парня, что как испуганный осиновый лист, прижимался к нему и дрожал.— Когда разговор с Директором зашел в тупик, что не удивительно, этот дилер попросил своих людей вынести «твое» расчлененное тело на стол, как предупреждение. Но,к твоему счастью, за тобой пришел сын нашего шефа и сам уже вынес тела тех мужчин на стол и… Сделка была завершена на хорошей ноте, для Директора. — Это обычный четверг такой? — Ха-ха! Больше на понедельник похоже. А ведь правда, Директор во время разговора и угроз был максимально спокоен. Он лишь докуривал сигарету и с уставшими глазами поглядывал на эмоционального мексиканца, что чуть ли слюной не плевался от гнева, ведь все его угрозы пролетали мимо ушей мужчины, ведь он пришел за товаром, все остальное не волновало. Далеко не идеальный персонаж, что смотрел на ошметки плоти своих врагов, как на мусор, облеванный маргинальной молодежью. А после, когда мужчина посмотрел на исковерканное лицо мексиканца он тихо произнес такую фразу, пробирая своим тембром каждого из присутствующих: — А теперь, мужик, подписывай договор о продаже всех своих полей. Нервный смех Фокусника был таким искренним и успокаивающим для ушей Марка, что он невольно улыбнулся и поправил свои съехавшие очки. — Ты правда испугался? — поинтересовался капитан, разглядывая яркие глаза Секретаря, что были ярче сапфира. — Конечно! Не каждый же день меня кидают на стол и пытаются попилить на кусочки. — Это правда. Ты к такому не привык. Тяжело вздохнув, мужчина встал с дивана и, поправив свою рубашку, протянул ладонь Секретарю, словно давая некий неосознанный выбор. Это пугало не сильнее убийц с холодным оружием, но настораживало, особенно его сегодняшний холодный нрав, что был напрямую связан с одним человеком в его команде. — После всех ужасов, желаешь ли продолжить работу? На этот вопрос было тяжело ответить, ведь рука Секретаря сама потянулась к Фокуснику, что невольно улыбнулся и помог ему встать с дивана. Дороги назад нет, это прекрасно осознавал Марк, но что уж биться головой об стену, ведь уже давно все решено. Фокусник славился своими манипуляциями над людьми, но парень, что крепко прижимался к его груди даже и желал быть обманутым им. Тишина рассыпалась, от грядущего ужаса, что волочил за своими плечами этот интеллигент. Не увидеть им другой судьбы, другого более доброго мира, где люди не ведут себя, как стая продажных собак. Если можно было кричать, то все бы давно стали немыми, ведь, заглатывая эту жизнь, как горькую водку, люди в этой холодной стране давно стали бесчувственными. Безумие? Именно. — Клоун, не желаешь ли на Новый год посетить наш дом в горах? Скрывая свою миловидную улыбку, Фокусник обернулся к пассажирам заднего сидения, чтобы разглядеть недовольную мордочку своего любимого. Словно на иголках, сидел этот худощавый молодой парень, едва закусывая язык, чтобы не подавиться им же от отвращения. Капитана команды удалось усадить на пассажирское место рядом с водителем Музыкантом, а вот Клоун, Дима и Механик 1 уселись на задние места в салоне, остальные же члены команды с, удовольствием развалившись, ехали в прицепе. Демон уже открывал баночку безалкогольного сидра, чтобы разделить этот яблочный нектар со своим Святым, что то и дело поучительно, как старший брат, отчитывал легкомысленного Семена. — Пошел на хер, Фокусник. Прошипел Клоун, прижимаясь скулой к прохладному окну, что его удивляло в такой жаркий день. — А куда едем? — спросил Механик 1, не отводя глаз от своего ноутбука, где он вел активную переписку со своей теперешней девушкой, Механик 2. — В Адлер кажется? Или в Крым… Да, в Адлер, — торопливо отвечал Музыкант, поглядывая на навигатор. — А что не заграницу, а?! Сразу же до Питера, а там на паром и мы уже не в этом аду! — воскликнул Механик 1, невольно хлопнув по клавиатуре. — Тоже хорошая идея, но к сожалению, наши спонсоры строят искусственные острова на территории этой страны. Бюджет сам себя не потратит. Пожимая плечами сообщил Фокусник, что неохотно, но пристегнул ремень безопастности. Их бронированный джип, под управлением Музыканта, не нарушал скоростной режим, что вводило в сон капитана. По радио играли старые хиты своего времени, что еще больше успокаивало, нежели пролетающие огни светофора на фоне сумрачного неба. Музыкант подпевал песни, словно знал каждую строчку наизусть, истинный меломан, чей лейлист скакал от нынешней попсы, до тяжелого металла. — Ой, мамуля-мамуля меня прости! За слёзы на глазах и за седину на висках, Браслеты трут запястья, в поисках счастья, Но я скоро вернусь, ты меня жди-и. — Почему вы постоянно включаете ретро музыку? — тихо спросил Клоун, не отводя свои потухшие глаза от темного леса, что мельком проносился перед глазами. — Слышишь? — с улыбкой на лице спросил Музыкант. Неохотно прислушавшись Клоун осознал, что это не вой сбитых зверей на трассе, а голос рыжеволосого парня, что уже пританцовывал в прицепе, пока машина все катилась по дороге. — Такая музыка нравится Семёну. Он сейчас там натанцуется и уснёт, и тогда я включу нейтральную музыку, как раз для сонного царства. Бесконечность, вот что приходило на ум Клоуна, от наблюдения за миром тьмы, что обволакивала их машину. Жуткая тоска навалилась на сердце, ведь парень не желал ложиться спать, не здесь, не среди всех этих людей. Душа требовала одиночества и тишины, что довела бы его до очередного приступа, да так, чтобы сердце замыкало от боли. Именно этого он и заслужил, так считал Клоун. Ведь челочек, что лишал жизни других за деньги, разве достоин жить припеваючи? Но иногда, все же хочется, вернуть те яркие и теплые моменты назад, но вот незадача, кроме боли и крови, рассудок ничего не запомнил. И куда же делись все эти теплые моменты? Черт его знает. Дорога длилась уже 4 часа. Музыкант успел притормозить у закусочной, для «зелёной» остановки Семёна, и для того, чтобы закупить еды и алкоголя. Священник купил себе всего-лишь минералки, в то время как Демон помогал Музыканту тащить второй ящик с пивом, а Фокусник спокойно пил чай на заправочном пункте. Напротив капитана сидел недовольной и мрачный Клоун, ел свои печенья, чтобы наполнить желудок хоть какой-то едой перед принятием лекарств. — Тебе лучше? — улыбаясь спрашивал Фокусник. — Если бы я не поехал с этими идиотами, было бы лучше. — Клоун, ты же знаешь, что я все делаю для твоего же блага. — Ага, — без лишних эмоций произнес Клоун, невольно закатывая глаза. Холод под июньским солнцем, вот что испытывали эти двоя, глядя друг на друга. Прожив столь испытаний, пройдя сквозь все невзгоды, бедность, голод, страх, пытки и стоя вот сейчас друг напротив друга они не понимали, пора ли уже расторгать столь долгий контракт. — Ты ревнуешь? Столь глупые и короткие слова, что обронил капитан, невольно заставили улыбнуться парня. На часах альбиноса стукнул уже третий десяток, а он дозволял себе столь глупые выражения обычных людей, забавно, да и только. — А ты как думаешь? Жив был бы этот парнишка на подносе у Директора? Вот и я думаю, что это глупый вопрос. В это время как они разговаривали, обмениваясь колкими ядовитыми фразами, добивая сердца друг друга, Священник повздорил с Демоном, что привело к крикам и нравоучениям об вреде алкоголя. Вскоре эти бессмысленные нравоучения на повышенных тонах закончились огнем, вернее вспышкой эмоцией Святого, что расползалась вдоль бензоколонок. Увидев эту пугающую сцену, капитан мигом подхватил своего драгоценного Клоуна на руки и утащил в машину, отдав приказ об эвакуации с места возгорания, что устроил Святой в порыве истерии. Механику 1 пришлось поспешно подключить к камерам наблюдения, чтобы стереть все записи за эти сутки, ведь будет много вопросов от властей и руководства, если данная запись о горящем Святом попадет в сеть, хотя, капитан был бы и не против подобной шумихи. После этого их ждала ночь без остановок. Отдал приказ Фокусник, из-за сжатых сроков, по его словам, ведь дел было много, а этот маленький отпуск им устроил Садовник, что совершенно не умел ценить время. Всю ночь пока все спали, Музыкант нервно пил уже 5 банку энергетика и второй стакан кофе, в колонках разбивался бас, а все остальные спокойно спали. Фокусник тоже никак не мог уснуть, так как видел, что Клоун заснул на коленях у Димы, приобнимая его за талию, как уютную подушку. — Вот почему меня он так не обнимает? — возмущённо спросил Фокусник, который совершенно не хотел спать. — А я никогда не думал, что рассвет буду встречать с литром энергетика между ног, с 5 стаканами кофе и с тобой, мой любимый, да-да, я о тебе капитан, которого я сейчас настолько люблю, что выброшу вот-вот в кювет, — скрывая свою злобу под улыбкой, сонным голосом говорил Музыкант, встречая перед уставшими глазами кровавое зарево. — Ну, почему, — ноющим тоном, скулил как брошенный пёс Фокусник, — Клоун меня, что не любит? Он меня не любит. Нет, он меня любит. А может нет. — Да заткнись ты! Заебал меня к чёртикам ебучим! Я уже и так на нервах, а тут ещё ты скулишь! Не беси человека допинге! Ведь прямо сейчас, остановлюсь на трассе я или мое сердце! — Эм, Музыкант, как-то не стандартно ты просишься в туалет. Если так надо, остановись. — Да я спать хочу. Не привык я не спать ночь, только если это не касается личной жизни. — Успокойся, я неделями терплю, и ты потерпишь. Как сказал самый гениальный капитан, то есть я: «Если страдать, то вместе». — Это слова самого тупого, наглого, самовлюблённого капитана на свете! — Оу, спасибо. Когда горизонт разгорелся пламенным солнцем, Музыканта за рулем сменил Демон, позволив тому уснуть на коленях любимого человека, что плавно поглаживал его о волосам, вместе с обволакивающим теплым воздухом, что разрезал их джип. Демону было не особо удобно управлять данным автомобилем, ведь его два метра с кепкой не дозволяли расправить плечи, ведь в противном случае он упирался головой в крышу. Со стороны, наблюдая за этой картиной, Фокусник невольно посмеивался, ведь даже в не самом маленьком автомобиле, этому темному человеку было не уютно и тесно. Даже с наступлением немного ослепительно света, Клоун все также прижимался к Диме, чтобы подремать, из-за успокаивающих, вводящие в туман и сонное состояние, он не мог толком соображать и каждое его пробуждение заканчивалось невнятной фразой, а потом снова в мир грез. Первое время брат Музыканта вздрагивал от прикосновений Клоуна, но вскоре свыкся с этим его омебным состоянием. — А кто остался за главного в доме? — поинтересовался Дима, руша эту умиротворяющую спокойную атмосферу. — Новенькая команда, ASD-3, — холодно произнес Фокусник, доставая телефон из кармана брюк, — Совсем забыл об этих малолетних дураках, что под крылом Музыканта работают. — О, у Цирка появилась дочерняя команда, это забавно. Капитан больше ничего не рассказал Диме, он был полностью увлечен сообщениями в телефоне, что приходили к нему чаще обычного. — Эммм… Фокусник, извините, но это же не просто поездка к морю? — Дим, будь хорошим парнем и не забивай свою голову лишними мыслями. Что и требовалось ожидать от капитана, он ничего не рассказывал о своих планах, тем более тем, кто в его представлении занимали роли рычагов давления. Демон лишь усмехнулся данным словам Фокусника, но ничего не произнес. Меньше всего на свете он желал спорить или вступить в диалог с тем, кто смотрит на людей, как на мусор на своей дороге. — Переночуем, — отчеканил Демон, поглядывая на навигатор. — У нас сжатые сроки пребывания на место, — ответил капитан, поглядывая на высоченного парня, что упирался головой в потолок салона автомобиля. — Как жаль, — не скрывая иронии, Демон с довольной улыбкой поглядел на безэмоциональную маску мужчины, — Но я уже проложил маршрут до ближайшего мотеля. Ой, только не делай такое лицо и не плачь. — Демон, ты с годами только хуже стал. — Не знаю, мне многие говорят, что годы меня красят. Манерно поправив свои отросшие до плеч темные волосы, мужчина нахально облизнул пересохшие тонкие губы и улыбнулся Фокуснику, что нервно поправил маску на своем лице. Этот мужчина, как самое настоящее слияние тьмы, что на удивление был менее кровожаднее всех тут присутствующих. Как законопослушный гражданин, он платил налоги государству, вел свой бизнес, приобрел свою недвижимость за городом и занимался любимым делом, но вот судьба, что свела его в школе с Цирком, сильно омрачала будущее. Вот и наступило время ночевки, и в то время, как все еле вываливались из машины, с дикой болью в суставах, Семён с радостью, как юная газель, выпрыгивал из прицепа со своей сумкой и ненужным барахлом на спине. Сам отель был как и все придорожные, не лучше, не хуже-стены тоньше фанеры, слышны каждые вздохи в соседнем номере, запах плесени и старья, где-то обои ободранные, светильники не работают, по телевизору прошлого века показывает только пять телеканалов,и те с пропагандой. Но и это не лишило Семёна оптимистического настроя, как и Клоуна, что узнавал в этом месте свою полупустую квартиру в первые годы заселения, впрочем…ничего с годами не изменилось. Пока Музыкант оформлял номера для всех, Фокусник с нахальной улыбкой лоснился к парню с рыбьими глазами и бесконечно глубокими синяками под глазами. — Клоун, как себя чувствуешь? — Хорошо. — Может ты желаешь… — Я буду спать один, а ты, ночуй,где угодно, — с холодом ответил Клоун, направившись за ключом для номера, что ему протянул Музыкант. Фокусник поправил свою маску и снова скрытно заулыбался, приближаясь к Механику один, что, завидев капитана, невольно закатил глаза и согласился разделить с ним номер. — Так, девочки, если у каждой по койке, кто пойдет со мной бухать? — поинтересовался Музыкант, скидывая свою спортивную сумку на хриплого Семёна. — Дорогуша, куда ты, туда и я. Игриво произносил Демон, невольно опуская со своих темных глаз солнцезащитные очки. Но после столь манерного общения и пробирающего до мурашек баса, мужчина схватил удар по печени от Святого. — Больно? — Больно… Простонал от боли мужчина, придерживая место удара и сутулясь сильнее обычного. — Вот и печень твоя тоже заболит, если вы с Музыкантом так весь отпуск квасить будете! Иногда споры могут сближать людей сильнее, чем тошнотворная романтика, особенно если этот спор заканчивался теплыми прикосновениями и искренней улыбкой. Номера команды располагались на втором этаже, а туда ещё подняться нужно было по винтовой лестнице, что уже было испытанием для двух персон, что,согнувшись, как гоблины поднимались по лестнице, лишь бы не биться головами об потолки. — А где мой номер? Вдруг поинтересовался Дима, тащась за спиной брата, что одной рукой нес на себе три сумки, позволяя своим домашним без труда подняться на второй этаж. — Ну, смотри, если не хочешь ночевать с Клоуном, то можешь в моем номере поспать, а я на диване в прихожей или на полу. — Эммм… Да, ладно, как-нибудь сам перекантуюсь. Нервно улыбаясь произносил парень, поглядывая на безэмоционального Клоуна, что еле передвигал свои худощавые ноги по лестнице. Диме и так было страшно сидеть с Клоуном в одной машине, а тут придётся провести целую ночь с ним взаперти, чуть ли не в клетке без окон. И пока юный парень все летал в своих беспокойных мыслях, вся команда разбрелась по номерам, лишь только крепкий удар об стенку вывел Дмитрия из мира иллюзий. Это был стук головы Демона о косяк двери, что не рассчитал свой рост и с лету приложился об угол, крепко матерясь, в лучших традициях русского мата. Брат Музыканта сделал глубокий вдох -выдох и решительно направился к номеру, но, как только он подошёл к этой заветной двери, за которой уже успел скрыться пугающий его сосед, он решительно повернул обратно. Он никак не мог решиться подойти и открыть дверь, не то чтобы зайти туда и лечь спать. — Ну, подожду, пока он уснёт. Так парень и сделал. Он уложил рядом с дверью свою сумку, сам присел в уголке и, включив маленький плеер,ушёл в свои мысли, что перемешивалисьс прошлым в крепкий коктейль. Когда эта амброзия из всего в голове утомила его, парень тут же уснул, почти даже не помня, в какой это момент он успел задремать, да так, что не заметил снятия наушников со своих ушей. — Что ты тут делаешь? — спокойным голосом спросил Фокусник, присев на корточки перед сонным братом Музыканта. Дима только хотел ответить на данный вопрос капитана, но тот бесповоротно встал с корточек и, возвышаясь над парнем, как горделивая статуя, протянул ему крепкую руку. Приняв этот жест доброй воли, Дима мигом встал на свои две ноги и продолжил наблюдать за хозяйническими замашками капитана, что тут же подхватил его сумку к себе на плечо и отворил двери в номер Клоуна, где конечно же стояла гробовая тишина и темень, что даже глаза выкалывай. Включив тусклый огонёк, а именно ушатанный временем светильник, Дима смог разглядеть своего соседа, что, укутавшись в кокон из тонкого одеяла, уснул где-то в углу у неработающей батареи. — Видишь его? — спросил капитан, укладывая сумку на ближайшую тумбу. — Конечно. — И где? Укажи мне рукой. Не понимая ничего, рука Димы невольно сама потянулась в сторону, где именно находился пугающий персонаж, но с закрытыми глазами выглядевший так несчастно. Сердце парня невольно защемило, ведь ему стало жалко этого человека, что выглядел как глубоко больной и брошенный пёс, но ,вспоминая все те ужасы, что он творил в школе и в Цирке, жалость снимало как рукой . Брат Музыканта лишь присел на свою кровать и наблюдал, как Фокусник поднимал на руках Клоуна так легко, словно тот совсем ничего не весил для капитана. Нежно, словно пушинку, уложив наёмника на кровать, капитан протёр его лицо влажной салфеткой, которую он достал почти из воздуха. — А что с ним? — решившись спросить, Дима не сводил взгляд со спящего Клоуна. — Ничего. Он просто немного плохо спит. Ничего страшного, — улыбаясь говорил Фокусник, но по его словам было слышно, насколько ему самому было больно видеть такое. — Тогда, если он так плохо спит, почему не остался с вами? — Я недавно сделал ему очень больно, но ты можешь об этом не беспокоиться, это мои проблемы. Кстати, если Клоун будет ходить во сне с открытыми глазами, то просто спокойно выходи из комнаты и запирай его там, а после зови меня. — Может, тогда вам лучше остаться здесь? И мне будет спокойно и вам. — Нет. Клоун не должен знать, что я был здесь. Пусть думает, что ему становится лучше и без моей помощи. Эту ночь прошла почти спокойно. Механик 1 всю ночь рассказывал Фокуснику насколько прекрасна Юля и насколько он ненавидит капитана, что забрал его от такой прекрасной особы. Демон уже не мог стоять на ногах, он бы душу продал, чтобы голова перестала болеть и тело не ныло от скованности. Последние силы он потратил на то, чтобы, стянув с себя всю одежду, крепко обнять Святого, да уснуть. Не скрывая умиления, Священник приглаживал мужчину по волосам и напевал ему колыбельную, нежно, лаская уши своим завыванием, как осень, негласно, целовала ветром по губам. Его глаза светились чистой любовью и лаской, а ведь в такие моменты было тяжело не проявить эмоции. — Через сотни горных скал Я тебя везде искал Сквозь моря и океаны Я ищу и не устану Другая же пара, Семён с Музыкантом, благополучно ушагали в ближайший бар для дальнобойщиков, что был грязнее их мотеля. Вонь сырости была ощутима на кончике языка, но это не испортило аппетит к алкоголю у этих двоих, что с легкостью выперли всех мужичков на улицу, а все для чего, чтобы упиться до потери пульса, но обязательно вдвоем. Улыбаясь, как два студента, они рассказывали несмешные анекдоты про жизнь, но при этом смеялись так звонко, словно это была золотая десятка юмора. Сплетаясь пальцами на столе и стреляя в друг друга взглядами, им становилось только смешнее. И вот уже кружки предательски выскальзывали из рук, языки невнятно спотыкались, а воспоминаний о прошлом становилось всё больше. А это неспроста, люди часто возвращаются мыслями в прошлое, ведь они подсознательно считают, что именно тогда было их золотое и самое счастливое время. Так и Музыкант, проклиная свою нынешнюю жизнь с улыбкой на лице, крепко удерживал в своей ладони пальцы рыжеволосого спутника, как воспоминания о прошлом, когда всё было проще, ярче, вкуснее и дышалось легче.