Супружеская терапия

— Кас много работает, я тоже, — начал Дин. — Мы пытались как-то состыковать наши смены, но Касу часто приходится ехать в больницу, когда случается что-то срочное, а я постоянно зарабатываюсь допоздна. Начиналось всё постепенно, и, наверное, мы поняли это, когда было уже слишком поздно. Когда я приходил домой, Кас уже спал, и наоборот. Иногда Кас просыпался, а меня уже не было, и на выходных то же самое. Мы просто не проводили время вместе, — и это казалось чем-то нормальным, что само по себе говорило о том, что их брак подошёл к концу. — Вы счастливы вместе? — спросил Бальтазар. — Если бы мы были счастливы, стали бы мы подавать на развод? Я больше не делаю Каса счастливым, так почему он должен застревать со мной? Счастье… Когда они в последний раз вместе были из-за чего-то счастливы? Когда последний раз дурачились, как раньше, и часами обнимались? — Но вы всегда поддерживаете друг друга? — Это да. Развод не обязательно должен делать нас врагами. Кас всегда может прийти ко мне, и я знаю, что точно так же могу прийти к нему. Просто наша совместная жизнь больше не работает. — Когда вы последний раз делали что-то вместе? Дин со стоном запрокинул голову. Он что, со стеной говорит? Он вопросительно посмотрел на Каса. — Года… два назад? Может, три? Это было целую вечность назад… Даже свою годовщину они праздновали словно вполсилы. — Что-то около того, — согласился Кастиэль. Быстро облизнув губы, Дин снова посмотрел на Бальтазара. Не то чтобы он перестал любить Каса. Кас был его большой любовью, любовью всей его жизни, мужчиной его мечты, и это не должно было меняться. Просто судьба так сложилась, что они уже не могли оставаться вместе. — Значит, вам срочно нужно заняться чем-то вместе! — решил Бальтазар. — Я хочу, чтобы вы оба освободили один день или вечер друг для друга. — …что? — озадаченно спросил Кастиэль. — Даже если вы не хотите здесь находиться, цель наших сеансов — снова сделать вас счастливой парой. Вы как будто твёрдо решились развестись, но я на это не куплюсь, — продолжил Бальтазар. — Если к последнему сеансу вы всё ещё будете хотеть развода, так тому и быть, но до тех пор я буду пытаться спасти ваш брак. А значит, вы организуете себе выходной, в который должны заняться чем-то вместе. Только вы двое, никаких родственников или друзей. И для начала… скажи Кастиэлю, чем ты предлагаешь заняться на следующей неделе, Дин. — У меня мастерская! Собственная! Я не могу просто взять и освободить вечер! — Можешь. Я знаю Бенни, а от него знаю, что ты вполне можешь позволить себе выходной вечер, чтобы провести его с Кастиэлем, — Бальтазар победно улыбнулся. Дин поверить в это не мог. Откуда Бальтазару знать Бенни? — А я заведую отделением в больнице, я не могу взять и попросить выходной, — вмешался Кастиэль. — Можешь и попросишь. И поверьте, я знаю, когда меня пытаются водить за нос, так что если вы не сделаете, как я говорю, но притворитесь, что сделали, я узнаю. У меня глаза повсюду. — Это… жутко, — у Каса было такое же выражение лица, как в те моменты, когда Дину удавалось уговорить его посмотреть фильм ужасов, и обижаться на него было сложно. — Не обсуждается. Один день в неделю, а если вы не хотите, я сам решу, чем вам заняться и когда… У меня есть парочка идей. Эротическая готовка или парная йога… — Ладно, в пятницу, — выпалил Дин. Пятница — хороший день. Его можно будет освободить, или по крайней мере полдня. — Как хорошо, что пятница — это уже завтра! — восторженно хлопнул в ладони Бальтазар. — И я должен решить, чем нам заняться? — Верно. — Это ничего не изменит. Мы с Кастиэлем вполне твёрдо намерены развестись. — Это мы узнаем, когда сеансы подойдут к концу. — И как в одном человеке умещается столько оптимизма? Просто жуть! — Это может быть что угодно, а Кас должен участвовать? — Как и ты должен будешь делать то, что после предложит Кас. Дин качнул головой, фыркнув про себя. Чёртов Бальтазар не мог предлагать такое всерьёз, но было не похоже, чтобы он шутил. — Надеюсь, ты не потащишь меня в свингерский клуб, — скептически заметил Кастиэль. — Этот вечер пятницы вы проведёте вместе. На следующей неделе решает Кас. Каждую неделю вы будете проводить один вечер за свиданием, и, как я уже сказал, я пойму, если вы захотите меня обмануть. — Бальтазар снова начал подпрыгивать на мяче, а Дин мысленно перебирал в уме срочные дела. К сожалению, завтра он действительно мог провести время с Касом. — Мы уже и не знаем, чем заняться друг с другом, — сказал он. — Тогда узнайте. Вы снова научитесь проводить время вместе, даже если займётесь не чем-то захватывающим, а просто погуляете. Начните сначала. Десять лет брака нельзя просто выбросить в мусор. Дин даже удивился тому, насколько серьёзным казался в этот момент Бальтазар. Кроме того, он уже представил их вместе в городской оранжерее — тропической оранжерее, где Кас мог бы посмотреть на пчёл, бабочек, колибри и цветы. Раньше они часто бывали там вместе, а почему вообще перестали? На мгновение Дин взглянул на мужа с тоской, но это, должно быть, был пережиток проведённых вместе лет, ведь они уже жили отдельно. Такие чувства всё-таки не исчезают за ночь. — На следующих сеансах мы обсудим ваше завтрашнее свидание и по порядку пройдёмся по вашей жизни. Первая встреча, первый поцелуй, как вы влюблялись, учёбу Касси, стажировку Дина, первое совместное жильё, предложение, свадьбу, медовый месяц, ужасные вещи, вполне обычные дни… в общем, всё, — решительно объявил Бальтазар. Дин тем временем размышлял, где бы можно было спрятать его тело. — Значит, сейчас мы можем идти? — спросил Кастиэль. — Сейчас вы можете идти. Увидимся через неделю. — Бальтазар поднялся, Дин тоже встал и направился к выходу. Сделав несколько шагов к лифту, он остановился, прислонился спиной к стене, провёл рукой по волосам и глубоко вздохнул. Конечно, он собирался подождать Каса. Пусть они и разводились, но всё ещё могли нормально общаться. Не было никаких причин избегать друг друга или молчать. Дождавшись мужа, Дин вошёл в лифт и посмотрел на него. — Конечно, я не потащу тебя в свингерский клуб. Думал, ты лучше меня знаешь. — И Дин знал Каса, как знал и то, что подобное его не порадует. Сунув руки в карманы куртки, Дин подумал, что, пусть они и уверены насчёт развода, это всё равно немного грустно. — Кто знает, может, этот вариант предложил бы Бальтазар, он же так хочет спасти наш брак, — буркнул Кастиэль, и в эту версию можно было поверить. — Но я спокоен, раз ты не собираешься меня туда тащить. — Так я заберу тебя в пятницу? Около шести? Или где-нибудь встретимся? Могу забрать тебя из дома, повидаюсь заодно с Пайпер. — Хотя это и была кошка Каса, Дин почему-то скучал по скотинке, пусть и редко звал её по имени, чаще называя клубком шерсти. Поначалу Кас всегда награждал его за это сердитым взглядом, но в итоге кличка прижилась. — Лучше забери. Что касается времени, то давай, наверное, созвонимся позже. Мне нужно сначала отпроситься в больнице. Они меня убьют, ведь я хочу поменяться дежурством всего за день до него, а график составляется заранее… — поморщился Кастиэль. — И, думаю, Пайпер будет тебе рада! — Я знаю, что тебе это не нравится и что в больнице у тебя полно работы… Ты не передумал? Вообще должны ли мы… не знаю, воспринимать эти встречи всерьёз и делать, как говорит Бальтазар? Был ли в этом какой-то смысл? Они жили по отдельности, не проводили друг с другом время, и Дин не верил, что встречи раз в неделю смогут что-то изменить в их отношениях. Просто время их брака вышло, и нечего было спасать или изменять. Может, года два назад у них и был бы шанс, но сейчас? Нет, было уже слишком поздно. — Если мы не будем ходить на эти встречи или воспринимать Бальтазара всерьёз, он отправит нас на парную йогу, а у меня нет ни малейшего желания туда идти, — проворчал Кастиэль. Да уж, он был не особенно гибок… скорее неуклюж. — Кстати, в мастерской тебя ждут новые шины для Линкольна. Тебе надо приехать поменять их, и как можно скорее, потому что старым вот-вот придёт конец, а я не хочу, чтобы ты попал в аварию. С Касом не должно было ничего случиться. Он всё ещё был важен для Дина, и они всё ещё были женаты, пусть и перестали быть парой, а уж тем более супружеской. — Что с ними не так? — они как раз вышли из здания, и Кастиэль всмотрелся в шины. Дин едва удостоил их взглядом. — Кас, они своё отъездили. Пожалуйста, просто приезжай, это много времени не займёт. Минут двадцать — и снова сможешь ездить безопасно. Дин знал, что Кас ничего не понимает в машинах, так что на нём лежала ответственность за то, чтобы не дать тому разъезжать на стёртых шинах. -…мне кажется, или наш терапевт… эм… немного… сумасшедший? — сменил тему Кастиэль. Или это он был излишне спокоен? — Надеюсь, ты знаешь, что я не имею ничего против того, чтобы проводить с тобой время, просто… это неожиданно и странно, — и придётся перестраиваться и менять график дежурств. — Он-то? Да «сумасшедший» — не то слово, — Дин облокотился о машину Кастиэля. — Я знаю, что ты не против, но это просто нелепо. За два года мы не провели вместе ни дня… Ну, и ни вечера. — И как это будет? Будет ли общение натянутым? Действительно нелепо, но они ведь согласились. — В общем, я тебя заберу. Только напиши, во сколько и где, и, может, получится зайти поздороваться с Пайпер. Дин вполне добровольно оставил квартиру Касу. Упаковал свои чашки, барахло и съехал. Ключ у него оставался, но заходил он редко. Если ему что-то было нужно, он мог предупредить, что заедет, но такого не случалось уже несколько недель. Оттолкнувшись от Линкольна, Дин направился к своей машине, но остановился. — Не забудь про шины, Кас. — Это действительно было важно. — Если совсем не можешь ждать, просто пригони машину, а я дам тебе другую на замену. Ну, до скорого. Завтра увидимся. — Дин улыбнулся и всё-таки пошёл к своей машине. — Ага… не забуду, — ответил Кас. Наверное, он уже забыл. — Пока, Дин. Давно уже они не сидели так близко, как сегодня, всего-то на расстоянии вытянутой руки. Целую вечность. Нужно было пережить эти сеансы и, наконец, развестись… В их отношениях никакая терапия ничего не могла исправить.