Супружеская терапия

Оранжерея примыкала к зоопарку, и, пройдясь мимо вольеров, Дин и Кас направились туда, хотя Дин ещё не был готов к тропическим температурам. — Почему ты хочешь в оранжерею? В смысле… — С ней было связано множество воспоминаний, хотя большая их часть касалась обжиманий. А ещё они были здесь перед помолвкой, и Дин не забыл, как изнервничался в тот день. Тогда они тоже сначала пошли в зоопарк, потом в оранжерею, а после направились в роскошный ресторанчик неподалёку. За несколько дней до того Дин приехал в ресторанчик, чтобы всё объяснить и убедиться, что всё пойдёт так, как он себе представлял, то есть идеально. По нему не было заметно, как он волнуется; он даже смог поесть, хотя это он всегда мог. Они вошли в оранжерею, и Дин со вздохом стянул рубашку, оставшись в одной футболке: пропотеть насквозь ему не улыбалось. — У нас ещё два часа до начала показа. — А что потом? Дину просто поехать домой вместе с Касом или подождать? Дождаться приглашения Каса или просто подняться с ним? — Ну просто… мы же решили относиться к свиданиям серьёзнее, вот я и подумал… оранжерея… Ой, не знаю. — Кастиэль пожал плечами и, порозовев, отвёл взгляд. Ему всегда нравилось бывать в этом месте с Дином, держать его за руку, тянуть его за собой, время от времени сжимать в объятиях или обмениваться нежностями. Может, он просто хотел оживить эти воспоминания? — О-о… Два часа — это же совсем мало! Раньше он проводил тут по полдня. Дин иногда выходил подышать свежим воздухом, но Кастиэлю здешняя температура не мешала. Два часа — это совсем ничего. Но он всё равно был рад первым ярким цветам и бабочкам. — О… смотри, эти деревья так вымахали с нашего последнего посещения! — воскликнул он, привычно схватив Дина за руку и потащив его в нужную сторону. — И тут столько новых растений! И таких красивых! От сочетания оттенков оранжерея словно светилась, а запах цветов был просто невероятен. — Кас, я вообще без понятия, выросли они или нет. Каждый раз, как мы сюда приходим, я просто надеюсь, что не задохнусь или не раздавлю какую-нибудь бабочку. — Эти штуки повсюду носились. Для бабочек была отведена особая секция, но они летали по всей оранжерее, и Дин действительно боялся случайно убить одну из них. — Не так уж тут и душно, Дин! — Кастиэль закатил глаза и вернулся к особенному дереву. — И когда мы были здесь в последний раз, это дерево было ниже меня! А теперь — выше! — Огромным дерево не стало, но было заметно, что за прошедшее время многие из них подтянулись, и разница была для него очевидна. — И не бойся… Бабочки очень быстрые, а ты держишься так осторожно, что ни одну не заденешь. По крайней мере Кастиэль так считал. Хотя Дин ни с кем не обходился так бережно, как с ним. И его это только радовало. — По-моему, это дерево точно такое же, как и всегда. — Больше, меньше… Дин не видел никакой разницы; он видел только Каса. Всё, что он сейчас видел, — лишь Кас. — Знаешь, давай не будем рассказывать Бальтазару про… остальное. Что я буду у тебя спать или что мы будем ходить и на другие свидания. Он иногда просто… жуткий. — Хотя, конечно, Дин был ему благодарен. Ведь это Бальтазар в какой-то степени посодействовал тому, чтобы они снова сблизились. Да, за это ему и правда спасибо. — А тебе правда стоило стать садовником! Ты же знаешь каждый цветок, растение и вообще всё… — Дина всегда это впечатляло, хотя иногда обширность познаний Каса наводила жуть. — Здорово, что мы… что мы здесь, — Дин поцеловал Каса в губы. — Каждый раз, как мы сюда приходим, ты так сияешь! — И Дин обожал это сияние. — Не волнуйся… Я никогда не рассказываю Бальтазару больше, чем нужно. — Кастиэль прикрыл глаза, когда Дин поцеловал его, словно выражая таким образом доверие и откровенность. — Ну он же странный. Ты видел, что у него пятнадцать разных дисков с «Титаником»? И книг столько же, если не больше? — Дин обратил на них внимание ещё на первом сеансе, когда избегал смотреть на Каса: иначе начинало щемить в груди. Он весь сеанс рассматривал кабинет, так что не мог не заметить это собрание; не хватало разве что постера. — Да, видел, — кивнул Кастиэль. — Но то, что он сидит на мяче для йоги, ещё страннее. Я рад, что хотя бы для нас есть диван… Кастиэль бы точно упал с такого мяча. Конечно, это развеяло бы обстановку, но он с его-то везением мог бы и что-нибудь себе повредить. — Да, нелепый шар. И Бальтазар всё время подпрыгивает и никогда ничего не записывает… хотя точно составляет на нас досье. — Ну, все психотерапевты составляют досье, но Бальтазар явно хотел сунуть свой нос во все их дела, и для него любые средства были хороши. — А хорошая профессия — садовник… — пробормотал Кастиэль. Выбирая будущую специальность, он думал о своём желании помогать людям и о том, как трудно найти работу садовника — разве что открыть своё дело, но это сложно. Он чуть подался к Дину, отвечая на его нежный поцелуй. — Мне хорошо здесь… с тобой. Без Дина было бы иначе. Дин повёл Каса дальше; когда они добрались до одного из укромных уголков, он глянул на часы, а затем поцеловал Каса. Потом они снова пошли дальше, снова остановились, и так не раз; совсем как годы назад, в начале их отношений, когда они были счастливы. — Как ты завтра работаешь? — спросил Дин, когда они уже приближались к выходу (в основном благодаря тому, что он оперативно оттаскивал Каса от странных растений, не давая ему простоять на одном месте слишком долго; причина была не столько в ограниченности во времени, столько в том, что ему хотелось вернуться на свежий воздух и нормальную влажность). — И, кстати, ты правда думаешь, что Пайпер по мне скучает? Пайпер была для них почти как ребёнок, и Дин хотел знать, будет ли она рада его возвращению или же сейчас она довольна, что не приходится делить с ним Каса. Кастиэль был готов часы простоять на одном месте, но Дин каждый раз уводил его дальше. Остановившись, он целовал Кастиэля, и тот с улыбкой подавался вперёд. Так они прошли через всю оранжерею, немноголюдную: возможно, по причине температуры. — Завтра мне к восьми утра. В девять операция, а к ней ещё нужно подготовиться, так что… Это было ещё приемлемо: он мог бы поспать пару часов, если бы не задержался в кино. Но диснеевские ленты были не такими уж длинными, да и вообще они могли уехать в любой момент. — Восемь — нормально. — Значит, Кас сможет нормально поспать и поесть, а ночь и утро они смогут провести вместе. — И Пайпер по тебе скучает, это точно. Хотя поначалу Пайпер в основном цеплялась за Кастиэля, Дин тоже завоевал её сердечко. Может, он занимал в нём не такое важное место, как Кастиэль, но тот её всё-таки спас, и между ними была особая связь. В любом случае Кастиэль не мог думать о том, что рано или поздно она умрёт и его мир рухнет. Она была его якорем. — А она у нас уже довольно давно, да? — Десять лет, одиннадцать? Больше? Дин не помнил, но это не имело значения: Пайпер была членом семьи. Правда, он понимал: когда она умрёт, Кас будет опустошён. Может, нужно было завести ещё одну кошку? И Пайпер не было бы так одиноко, и дом после её смерти не стал бы таким пустым. И в любом случае домашнее животное приносит радость. Дин посмотрел на обручальное кольцо, которое до сих пор не снял. Хотел бы он снова планировать их с Касом совместную жизнь. Кас кивнул. Дин ещё раз поцеловал его и потянул дальше, к бабочкам. Осторожно открыв двери, он пропустил Каса вперёд и вошёл следом. Этот павильон тоже был хорошим местом для предложения. Дин поднял взгляд на порхающих пёстрых мотыльков; Кас тоже почти сразу задрал голову. — Стой так, — Дин полез в карман за телефоном и сделал снимок. Как же давно они не фотографировали друг друга? Точно года два-три. Вернувшись к Касу, Дин сделал с ним селфи. — Об этом Бальтазару тоже знать не следует. — Если мотыльки не расскажут, то он и не узнает. — Очень мило смотришься с бабочками. — Хотя Кас всегда хорошо выглядел. Даже после двойной смены, с кругами под глазами он был для Дина самым красивым человеком в мире. Кастиэль с удовольствием позволил затянуть себя в павильон; он обожал бабочек, больших и маленьких, порхающих над головой и садящихся на него. Они были доверчивее обычных и привыкли к людям, так что часто опускались на плечи или голову посетителей. Некоторые считали это жутким или своеобразным, но не Кастиэль. Он всегда немного отличался от других. Когда Дин попросил его постоять на месте, он охотно подчинился, надеясь, что на него сядет ещё несколько бабочек. Он улыбнулся, позируя, а когда Дин сделал селфи, его улыбка стала ещё шире. Конечно, они не скажут об этом Бальтазару; хотя ему это точно бы понравилось. Пытаясь не спугнуть бархатных бабочек у себя на руках, он потянулся поцеловать Дина; ему всегда нравилось приводить его сюда. Несколько бабочек село и на Дина. Убрав телефон, он осторожно подался навстречу Касу, целуя и ощущая прилив спокойствия, которое всегда дарил ему муж — как никто другой. Поцелуй был невинным и сладким, почти как раньше, когда они только начали встречаться и ещё не распробовали более страстные способы. Но сейчас это было идеально; Дин стиснул рубашку Каса пальцами, снова ясно осознавая, как сильно не хочет его потерять. Кас был мужчиной его мечты, его большой любовью, его первой любовью. Кастиэль прижался к груди Дина, зная, что бабочки успеют упорхнуть и не беспокоясь об их сохранности. Он склонил голову, углубляя поцелуй и замечая, как всё больше мотыльков садится на Дина. Они были повсюду; Кастиэлю всегда это нравилось. Он закрыл глаза, улыбаясь в поцелуй и полностью отдаваясь моменту. Спустя два года отчуждения они снова становились близки; это было невероятно, и Кастиэль не хотел допустить новых ошибок. Но каких? Что могло случиться дальше? Стоило ли продолжать сближаться, забыв о разводе, несмотря на то, что это было их общим решением? Бальтазар проделал хорошую работу… Что никак не поднимало его в глазах Кастиэля. — В школе, когда я в тебя уже влюбился, но ты ещё не упал на меня с лестницы, я успел отказать четырём девушкам. — Дин когда-нибудь рассказывал об этом Касу? — И перед выпускным тоже. Некоторые думали, что наши отношения долго не продлятся или что я захочу пойти с девушкой, так что меня приглашали, и я знал, что некоторые ждут моего приглашения. Когда я купил билеты, реакция была как лесной пожар, Чарли даже переволновалась. Каждый раз, когда её начинали втягивать в такие разговоры, она отвечала, что это касается тебя и меня, а не её или кого-то другого. Думаю, она была просто рада за нас… И ещё тому, что теперь ей оставалось куда больше девушек. Я помню, как перенервничал, когда звал тебя на выпускной… и до сих пор злюсь, что не смог тебя туда отвезти, — а всё из-за сломанного запястья. К счастью, за рулём был не умолкавший ни на минуту Габриэль. Дин понятия не имел, о чём тот болтал; он всю дорогу обжимался с Касом. — Ты был так невероятно красив… и так смотрел на меня… и тогда, у лестницы, и весь тот вечер… по-особенному. — Словно Дин был лучшим, что случалось с Касом. Дин не видел этого взгляда уже два года и жаждал вернуть его. Кастиэль смотрел на Дина, широко распахнув глаза и чуть склонив голову к плечу. Даже сейчас ему было трудно поверить, что из-за него Дин отказал кому-то другому. В школе он никогда не думал, что Дин Винчестер заинтересуется им. Даже когда они вместе прогуляли экскурсию, когда в автобусе он уснул на плече Дина, Кастиэль и думать не думал, что они и дальше продолжат общаться. Всё, что происходило дальше, заставало его врасплох. — Большинство не думало, что мы долго продержимся. Он вспомнил свои сомнения; до него ведь доходили слухи, что он для Дина лишь развлечение. Хотя он и раньше не считал, что Дин из тех, кто влюбляется в чирлидерш, а сейчас знал это наверняка. — Точно, — рассмеялся Дин. — Вот бы они удивились, узнав, что мы до сих пор вместе! Думали, что я тебя кину, что это ненадолго, что не так уж мне и нравятся парни, что я мутил с кем-то на стороне… чёрт знает что ещё. И иногда я боялся, что ты бросишь меня, поверив во все эти слухи. — И радовался, когда Кас на перемене приходил его поцеловать. — А я даже не замечал половины происходящего. Я не знал, что ты купил билеты, и не замечал, что Чарли вся на нервах. — О билетах он узнал от самого Дина, а о Чарли — вообще только что. — И я был рад отвезти тебя на выпускной. — Конечно, если бы Дин его отвёз, это было бы иначе, но и заехать за Дином было приятно. И, наверное, он всю жизнь будет краснеть, когда Дин упомянет тот его взгляд. — Я… я чувствовал такую невероятную любовь… а ты был такой невероятно красивый… — Да весь вечер был невероятен, как и последующие годы! — Вечер был идеален. — Дин притянул Каса к себе, чтобы не смотреть на него; ему тяжело было совладать с чувствами, хотя он учился этому с самого начала их отношений. — Я уже тогда решил, что хочу быть с тобой. Всегда. Бенни пришлось почти год искать кольцо, потому что я никак не мог найти идеальное, а хотел, чтобы оно таким было. Я пользовался каждой возможностью отправиться на поиски. На одних выходных мы даже поехали ради этого в Канзас-Сити. — А это было добрых четырнадцать часов на машине. — Знаешь, я бы сделал предложение куда раньше, если бы не искал кольцо так долго. Но оно того стоило. Кольцо было идеально, и вечер тоже вышел идеальным, даря веру в то, что они с Касом поженятся и всю жизнь проведут вместе. Сам Кас был для него идеален и с годами становился лишь идеальнее. Дин любил его больше, чем кого бы то ни было, и он не обратил внимания на то, что Кас сейчас сказал о своей любви в прошлом времени. Наверное, их любовь тогда была не такой, как сейчас… если Кас вообще всё ещё любил его. Но ведь должен был он чувствовать что-то, иначе они не стояли бы сейчас в оранжерее, не были бы так близки. Два года многое изменили, близость стала иной, но не утратила своей значимости. — Дин, оно было идеально… но я согласился бы, даже если бы оно было из автомата со жвачкой. Просто Кастиэль любил Дина, и всё остальное не имело значения. Он заметил, что Дин в последнее время из-за чего-то волнуется, но даже не думал о возможном предложении. Он думал, они идут поужинать, и всё; это ещё тогда напомнило ему об их первом свидании. — Пойдём, пора на твои фильмы. — Дин уже гадал, не присоединятся ли они на этот раз к компании обжимающихся парочек. — Да, пора… — кивнул Кастиэль и снова потянулся поцеловать Дина, после чего они стряхнули бабочек и покинули оранжерею, а затем и зоопарк. Ехать до автокинотеатра было недолго, и он уже предвкушал просмотр. — Ох… надеюсь, они покажут «Рапунцель»! Он обожал этот мультфильм, но не стал выяснять, что будут показывать в этот вечер. — О боже, только бы не «Рапунцель»! — Дин закатил глаза. Даже когда он уже спал на диване, они ещё не перестали вместе смотреть телевизор, а Кас включал «Рапунцель» очень часто…