Супружеская терапия

— Кас, дома тебя ждёт Пайпер. Она наверняка уже извелась с Гейбом и Сэмми. Ты правда хочешь оставить свою маленькую киску одну так надолго? — Этот аргумент всегда срабатывал. Кас любил свою кошку, а она не очень любила Гейба с Сэмми. Сломанная лапка к тому же делала её менее независимой, а рядом не было Каса, с которым можно было бы пообниматься. — Никто не умрёт. Если хочешь, можешь пойти со мной на кухню и посидеть на диване, пока я сделаю завтрак. Дин не хотел оставлять Каса одного, так что, забрав у него чашку, лёг рядом, накрыл обоих одеялом и ласково погладил его по щеке. — Ну же, ангел. Нечего бояться, я же с тобой. — Навсегда. — Ну хочешь, я тебя отнесу в машину. — Как же давно он не носил Каса на руках… Когда-то он делал так часто… хотя в основном просто подхватывал его за бёдра по пути в спальню и вжимал в стену, заодно пытаясь избавиться от лишней одежды. Дин снова начал целовать Каса, рассчитывая отвлечь его от грозы; пожалуй, не будь это неуместно, он зашёл бы и дальше — впервые за два года… но, конечно, момент был неподходящий. Это должно было случиться иначе. Не ради того лишь, чтобы забыть о грозе. Кас послушно разомкнул губы, и поцелуй стал глубже; Дин тихо выдохнул и чуть подтолкнул его, чтобы он лёг на спину, а сам устроился между его ног и стал спускаться к его шее поцелуями — невинными и лёгкими, просто чтобы Кас мог отвлечься и расслабиться. Они уже давно начали сближаться, но в плане близости телесной далеко пока не зашли. — … — Проклятие, Дин был прав. Пайпер ждала его дома! Кастиэль не мог оставить беспомощную малышку одну — и уж тем более с Габриэлем и Сэмом! Он, конечно, не думал, что они плохо с ней обходятся, но… она была его кошкой! Никто не мог позаботиться о ней лучше него, особенно те, кто даже не изучал медицину. Всё же он продолжил ворчать, потому что, пусть Дин и был прав, это ещё не значило, что Кастиэлю всё нравилось. Кроме того, он был уверен, что умрёт, если останется один. Он позволил Дину забрать чашку и послушно сполз ниже; Дин лёг рядом, и стало значительно уютнее. Вздохнув, он крепко прижался к Дину. — Отнеси… — согласно пробормотал он. Раньше он любил такие моменты; когда Дин нёс его в постель, сонного — или возбуждённого, спеша скорее оказаться на горизонтальной поверхности. От этих воспоминаний его пробрала лёгкая дрожь; Дин поцеловал его, и Кастиэль прикрыл глаза, со вздохом устраиваясь в его объятиях, запуская пальцы в его светлые волосы и отвечая на поцелуй. Забыв о громе и молниях, он крепче прижал к себе Дина, к счастью, сдержав порыв его укусить, часто возникавший у него во время грозы, когда Дин пытался его отвлечь; сейчас Дин устроился между его ног и стал целовать шею, и Кастиэль удовлетворённо выдохнул, продолжая поглаживать его по волосам. Для Дина существовали только Кас, его губы и участившееся дыхание. Он улыбнулся, совершенно счастливый, но всё же заходить дальше казалось ему неправильным, и он отстранился. Краткий невинный поцелуй — и Дин, завернув Каса в одеяло, обхватил его под коленями и лопатками, поднял и понёс в гостиную. Осторожно устроив его на диване, Дин ушёл на кухню — пора было заняться завтраком. Оглянувшись на Каса — кажется, тот был в порядке, — он накрыл на стол. — Я соберу вещи, и сможем ехать. Или ты всё ещё хочешь остаться? — Может, в Лоуренсе была гроза, может, нет. Касу нужно было решаться. Завтра ему было вставать раньше, чем Дину, и работать ему наверняка предстояло дольше. Почему-то мысль об этом Дина не расстроила; он просто был рад, что они возвращаются домой. Он, Кас и Пайпер, в своей квартире. По вечерам они будут вместе ложиться спать, по утрам — просыпаться. Все их трудности показались Дину не такими уж и страшными — и в любом случае решаемыми. Нежно улыбнувшись Касу, севшему за стол, Дин снова ушёл в свои мысли. Нужно было ещё купить подарок. И не один — по одному за каждую годовщину, о которой он забыл. И теперь он будет чаще заглядывать к Касу на работу. У него сложилось что-то вроде плана, и это наполняло его оптимизмом, радостью и надеждой. — Я и через три часа не захочу ехать, — проворчал Кастиэль, — но понимаю, что надо. Ради Пайпер! Но гроза его всё ещё не радовала. Дин отодвинул пустую тарелку. — Одевайся, ангел, а я пока соберусь. Судя по забитости холодильника и кухонных шкафчиков, сюда ещё кто-то собирался приехать в ближайшие дни. Бобби, родители или Сэмми с Гейбом. Нужно было всё-таки расспросить их о том, что между ними происходит. Дин прибрался, выключил электричество, закрыл окна, собрал вещи, отнёс сумки в машину и вернулся за Касом, завернувшимся в плед. — Пойдём, ангел, пора. — Дин поцеловал его, взял за руку, под сильным дождём довёл до машины, открыл дверь, усадил его внутрь, вернулся, запер дом и наконец уселся за руль. Два часа спустя, когда они прибыли в Лоуренс, дождь ещё лил, но, по крайней мере. не было грозы. На парковке стояла машина Сэма. Дин взял все сумки, и они поднялись в квартиру. Сэм, сидевший на диване с книгой, поднял взгляд. Пайпер спала рядом, чуть вытянув лапку. — Привет, Сэмми. — Привет. — Сэм поднялся, закрывая книгу. — Как у вас тут? — Дин кивнул на кошку. — Хорошо. Ест, пьёт, про лекарства мы не забывали. Габриэль носил её на руках, чтобы она не нагружала лапку. Кто-то всё время был рядом. — Сэм взял свою сумку и, посмотрев на стоящих рядом друг с другом Дина с Касом, улыбнулся, видимо, решив, что выходные прошли хорошо. — Я пойду. — Спасибо, что подстраховал, Сэмми. — Дин коротко обнял брата, и тот ушёл. Дин повернулся к Касу. — Иди уже к Пайпер, — закатил он глаза. Кас явно весь день собирался уделять внимание исключительно кошке — заботе, обнимашкам и поглаживаниям. И Дин его понимал. Он поставил сумки на пол и огляделся. — Так мне остаться или съездить за вещами в мастерскую? Вещи он мог забрать и завтра, но, может, Кас хотел какое-то время побыть один. Может, перед окончательным возвращением Дина домой он хотел улучить последние минуты наедине с собой. — Пока, Сэм… — Кастиэль уже направился к Пайпер, поцеловать её в макушку. Да, он любил свою кошку и не хотел даже думать о том, что ждёт его, когда она умрёт. — Останься, — ответил он Дину. Тот наверняка мог забрать вещи и завтра или в другой день. — Я хочу посмотреть кино! В обнимку, — он похлопал по месту рядом с собой. Дин оперся о косяк, скрестив руки на груди и наблюдая за Касом. Пайпер тихо мурчала, прижимаясь к нему. Она была уже не молода; правда, Дин понятия не имел, сколько живут кошки. Но знал, что Каса её смерть раздавит: всё-таки тот её выходил и вырастил. Улыбнувшись в ответ на приглашение, Дин сел рядом, погладил Пайпер, закинул руку Касу на плечи и поцеловал его в висок. Он был рад, что Кас захотел, чтобы он остался. Тот ведь даже не задумался, прежде чем ответить. — Когда нам к ветеринару? — Надо было освободить это время в расписании. — Что хочешь посмотреть — «Рапунцель»? Или, может, «Чёрного лебедя»? — Его они хотя бы не смотрели вчера. Дин поднялся и подошёл к пёстрой полке с дисками, в том числе разраставшейся полной диснеевской коллекцией, и взял оба, вполне уверенный, что они посмотрят и то, и то. — В среду, если не станет хуже. — Но, кажется, пока Пайпер была в порядке. Не двигалась, не напрягала лапку, по квартире её носили. Вероятно, в среду им могли сказать перестать принимать лекарства, ведь всё шло как положено, может, назначить повторный визит через пару недель: главное, что нужно для лечения перелома — время. — Хм… давай сначала «Лебедя», а потом «Рапунцель»! Кастиэль всегда был в настроении для «Рапунцель» — в любое время и вне зависимости от того, нужно ли ему завтра на работу. Он гордился своей диснеевской коллекцией дисков как воплощением чистой детской мечты. — Так… завтра забрать тебя с работы или ты поедешь на терапию на своей машине? — Дин был бы рад подвезти Каса до офиса Бальтазара, чтобы провести с ним побольше времени. Он был бы рад вообще всегда забирать Каса с работы и отвозить его туда, даже если бы для этого нужно было вставать посреди ночи. Он притащил плед, сходил на кухню за пивом для себя и водой для Каса и снова сел рядом. — Боги, я скучал по этому. — По возможности свернуться с Касом на диване, смотреть кино и не думать ни о каких ссорах и проблемах. Неужели они снова становились счастливой парой? — Хм… — задумался Кастиэль. — Было бы здорово, если бы ты меня забрал, но ведь тогда мы одновременно придём к Бальтазару… Разве что один из нас подождёт внизу. — Пока что, если не считать случая с застрявшим лифтом, им удавалось приходить по одному. Дин вернулся с напитками и пледом, накрыл их обоих, и Кастиэль с улыбкой подался ближе к нему. Пайпер у него на коленях тоже частично оказалась накрыта пледом — совсем как раньше. — Тогда я тебя заберу и пойду первым. Думаю, ты не заслужил лишних страданий. — Дин предпочитал взять их на себя. Он прикинул, что завтра или послезавтра сможет купить подарки; время было, и вряд ли бы хоть кто-то в мастерской упрекнул бы его ранним уходом. Пайпер, открыв глаза, теснее прижалась к нему, подтянула сломанную лапку и посмотрела на них обоих. — Сэм дал ей обезболивающее, но она всё равно не кажется довольной, — заметил он. Ну конечно: у неё была сломана лапка, Дин с Касом уехали на все выходные — их кошке было непросто. А для Дина Пайпер была их кошкой. Их кошка, их квартира, их брак. — Что я могу сделать, чтобы ты был счастлив? — спросил он. — Сейчас? Сегодня? И… потом? — Он искренне хотел попытаться спасти их брак, и ему казалось, что того же хочет и Кас. А для этого нужно было начать снова делать Каса счастливым — и знать, что Касу нужно. — Ах, Дин… Я уже более чем счастлив от того, что ты возвращаешься домой. Кастиэлю немногое было нужно для счастья. Было бы здорово, если бы у Дина было больше свободного времени, но он никогда бы не стал просить его отказаться от мастерской или начать меньше работать — как и Дин не стал бы требовать подобного от него. — И это всё? — Дин ожидал большего, но ведь это был Кас. Его Кас всегда умел радоваться мелочам и никогда не хотел многого. Они всегда жили довольно простой жизнью и не тратили всех денег, что у них были. В основном они тратились на заказ еды, ведь у них постоянно не было времени или желания готовить после работы. — Давай что-нибудь закажем. Неохота готовить. — Он притянул было Каса ближе, но вспомнил, что нужно поставить диск. Он снова поднялся, поставил первый фильм, стянул джинсы с рубашкой, кинул их на кресло и вернулся на диван. На сердце у него было радостно от того, как всё шло. Они с Касом были семьёй; Бобби всегда говорил, что семья — это не только кровь. Прижавшись лбом к виску Каса, Дин ненадолго закрыл глаза и тихо произнёс: — Я люблю тебя, ангел. Он был уверен, что прошлым вечером Кас его не услышал, и тот должен был знать, что Дин любит его, снова называет ангелом и хочет делать это всю жизнь. — Я тоже тебя люблю, Дин, — так же тихо ответил Кастиэль. *** — Значит, я поднимусь к Бальтазару, а ты подождёшь пять минут и придёшь следом. — Не будут они радовать этого индюка совместным приходом. Никогда! Дин поцеловал Каса в щёку. Может, им уже не была нужна эта терапия? Правда, они так окончательно не говорили ни об этом, ни об отказе от желания развестись… Может, пришла пора? — Ладно, до скорого, — улыбнулся Кастиэль, ответив ему влюблённым взглядом, и принялся считать секунды про себя. Может, Бальтазар следил за ними из окна… впрочем, вряд ли. В любом случае тот уже встречал Кастиэля в дверном проёме, когда он выходил из лифта. Дин ждал на диване, и Кастиэль сел рядом, не заметив, что оказался к нему ближе обычного. К удивлению Дина, Бальтазар не стал пытать его новой порцией терапии, пока они ждали Каса. Он спросил, как идут дела в мастерской и вообще. Не спрашивал ни о выходных, ни о свиданиях, ни об отношениях с Касом. Дин ощутил прилив подозрительности; он не был уверен, какой Бальтазар пугает его больше — терапевт или поддерживающий разговор ни о чём. Наконец появился Кас; он сел на расстоянии половины вытянутой руки от Дина. Если раньше между ними мог свободно усесться человек, то теперь места хватило бы разве что для Пайпер. Бальтазар жизнерадостно подпрыгивал на своём мяче. Дав им минутку, он начал: — Отлично. В последний раз мы говорили о свадьбе, так? Сегодня я хотел бы попросить вас вспомнить свой медовый месяц. Чем занимались, где были? Не думаю, что вы взяли отпуск и на три недели заселились в пятизвёздочный отель, но и вряд ли просто гуляли по Лоуренсу… — Он выжидательно посмотрел на них. — Мы поехали прокатиться. Две недели колесили по Америке. Спали в дешёвых мотелях или на заднем сиденье машины. — Дин с улыбкой посмотрел на Каса. С самого начала было ясно, что они не собираются ехать за границу на несколько недель — хотя бы потому, что Дин боялся летать и ни за что не сел бы в самолёт.