Супружеская терапия

Они вернулись в свой уютный номер — в котором было куда теплее! Кастиэль с улыбкой упал на кровать. — Ничего не имею против дешёвых мотелей или заднего сиденья, но до чего же здорово лечь на хороший матрас, — пробормотал он, разлёгшись на всю кровать, но вскоре протянул руки к Дину: ему хотелось быть рядом с ним, и неважно, будут ли они просто лежать или обниматься; он был невероятно влюблён и так же невероятно счастлив! — Эй, не говори так о детке! Мы только что поженились, но это не значит, что тебе можно говорить, что она не идеальна. Её заднее сиденье прекрасно, и не спорь. — Конечно, настоящая кровать — это здорово, но это было несравнимо. — Вот обижусь и уйду спать в другой номер, — не всерьёз сказал Дин. Он любил засыпать, обнимая Каса, прижимая его к себе и целуя. То, как быстро Дин реагировал на любое слово о своей машине, было даже мило. Кастиэль поднял на него обиженный взгляд. — Что? Нет! Иди уже сюда! — Он настойчивее протянул руки. Дин забрался на кровать, посмотрел на Каса сверху вниз, подполз ближе и снова его поцеловал, начав неспешно раздеваться. Они были влюблены, только что поженились и были ходячим подтверждением всех клише насчёт того, что новобрачные постоянно занимаются сексом. По крайней мере, к ним это точно относилось. В кровати ли, на заднем ли сиденье Импалы, в лесу, на диване, в душе — где бы то ни было, они чертовски часто занимались сексом, особенно в этой поездке. Дин стянул с себя джинсы и улыбнулся Касу — устало, но влюблённо. — Так… Чем займёмся? Пиво здесь есть? — В багажнике точно было, но это пришлось бы вставать, а ему было неохота. Он предпочёл перекатиться на бок, притянуть Каса к себе и прочувствовать веющий из открытого окна ветерок с моря — прохладный, чистый, свежий, пахнущий солью. Да, этот номер ему очень нравился. Дин прикрыл глаза, забрался руками под футболку Каса, оглаживая влажную тёплую кожу, опустил голову на его грудь и стал слушать, как бьётся его сердце. — Знаешь, с тех пор, как мы живём вместе, я гораздо реже вижу кошмары. — Раньше он видел их постоянно, но теперь каждую ночь рядом спал Кас, и ему стало лучше. Дин больше не чувствовал себя одиноким и знал, что рядом есть кто-то, на кого всегда можно положиться, и это многое для него меняло. Конечно, у него был и Сэм, но Дин не хотел его загружать. У него были свои дела, свои проблемы, и Дин хотел быть для него опорой, а не бременем. — Наверное, нет… разве что в мини-баре? — Кастиэлю было лень проверять. — Это хорошо… Мне не нравится, когда ты плохо спишь. — Он заключил Дина в объятия и притянул как можно ближе к себе. В этот вечер они не то чтобы занимались чем-то помимо обниманий, обжиманий, прижиманий и сна. В Майами они провели ещё два дня; ходили на пляж, Кастиэль собирал ракушки, Дин уговаривал его зайти в воду, оба загорали. В номере они не засиживались. По пути Кастиэль изучал всю рекламу, чтобы найти что-нибудь интересное. — О, взгляни, Дин! — он помахал одной из бесчисленных листовок, когда они остановились перекусить. — «Лучшие пироги во всей Америке». Это на границе Флориды и Джорджии. — Как раз по пути. — Не хочешь заехать? Там можно испечь себе пирог самому! Было бы весело! Кас изучил рекламу всех закусочных по дороге, и Дин пробовал пироги в каждой. Но пирог, который он ел в тот момент, был не особенно хорош, так что выражение лица Дина было скептическим. Когда Кас заговорил о лучших пирогах в Америке, Дин навострил уши и потянулся за листовкой. — Звучит круто! Поехали. — Он проглотил остатки не особенно вкусного пирога и нашёл глазами адрес на рекламке. — Но ты же знаешь, что я предпочитаю есть, а не печь? — Печь он не умел вообще. Готовить — ещё более-менее, но на этом всё. — О-о, да ладно, будем печь вместе! Да и нам же будут помогать и не дадут напортачить. Что может пойти не так? — Кастиэль просительно посмотрел на Дина. — Да и ведь съесть собственноручно испечённый пирог — это совсем другое дело! И начинку наверняка можно будет выбирать! Он непременно хотел попробовать; пусть Дин и не испытывал особенного энтузиазма, у Кастиэля его хватало на двоих. — Ладно, там можно будет и заночевать, — решил Дин, начав складывать листовки. Нужную он отложил в сторону. Дин положил на стол пару купюр. — Переночуем здесь, а утром поедем дальше? На углу есть небольшой мотель. — Хотя, конечно, там будет не так мило, как в Майами. Кас всё ещё был завален рекламками, и Дин вздохнул: — Ой, просто возьми это всё с собой, ещё успеешь изучить. Самому Дину было лень всё это читать. В основном он предоставлял Касу выбирать, чем им заняться, ему же для счастья хватало Каса и пирогов. Официантка подошла забрать тарелки, он признательно ей улыбнулся, и она окинула его заинтересованным взглядом. Несмотря на кольцо на пальце, к нему постоянно подкатывали, и в медовый месяц это было особенно неприятно. Дин никогда не изменил бы Касу. — Женат, — усмехнулся он, приподняв левую руку и кивнув на Каса. Покрасневшая официантка испарилась. — Ну что, идём? Пирог тут отстойный. — Кто бы знал, что такую простую вещь можно испортить? Кастиэль раздражённо посмотрел на Дина и покрасневшую официантку и закатил глаза. Конечно, он доверял Дину, и всё же это было… неприятно. Он облизнул губы, но комментировать не стал; в конце концов, Дин чётко прояснил ситуацию. — Да, идём! Собрав листовки и закинув в рот последнюю картофелинку, он поднялся со стула. Дин обхватил Каса рукой за плечи, и они направились в мотель — пешком, потому что Импала уже стояла поблизости: больше припарковаться оказалось негде. К их удивлению, мотель оказался не таким уж и захудалым — по крайней мере, очень аккуратным. Правда, кровати были только раздельные, но что могло помешать им спать в одной односпальной? — Я видел, как ты закатил глаза, — с ухмылкой заметил Дин, закрывая за собой дверь номера. Он положил их сумки на одну кровать и уселся на другую, всё это время не сводя глаз с Каса. — Ревнуешь? Кастиэль уже стряхивал ботинки и раскладывал листовки на кровати. Приятно было оказаться босиком! Услышав вопрос, он поднял на Дина виноватый взгляд. — …нет! — без особой убеждённости воскликнул он. Врать он не умел, особенно когда его заставали врасплох. — Нет… — упрямо повторил он. — …разве что чуть-чуть. Дин поднялся, подошёл к нему, подтолкнул к ближайшей стене и нежно поцеловал; впрочем, нежности и невинности хватило ненадолго. — Привыкай, ангел. Я ведь невероятно хорошо выгляжу. Я горяч, — усмехнулся он. Оба понимали, что дальше обмена взглядами это не зайдёт, и всё-таки Дин предпочёл бы, чтобы с ним не заигрывали, когда Кас сидит рядом и всё видит. Это выводило его из себя, хотя вообще-то Касу тоже перепадало множество оценивающих взглядов. Наверняка из-за его роскошных волос. И, конечно, глаз. Кастиэль чуть закатил глаза и легонько боднул Дина в лоб. — Кто-то очень уверен в себе. Дин снова поцеловал его, скользя ладонями по его телу. — Ты поищи что-нибудь в своих листовках, а я пока схожу в душ. А потом проверим прочность этих кроватей. — Дин притянул Каса к себе за подбородок и нежно поцеловал в губы. — Или тебе нужно больше времени на рекламки? Я тогда успею вернуться в закусочную… — Конечно, это было шуткой, и он не собирался ни возвращаться, ни в принципе идти куда-то одному, но ему нравилось немножко злить Каса. Отступив на шаг, он окинул Каса оценивающим взглядом. — Нет, лучше останусь здесь. — Дин… — Кастиэль свирепо сверкнул глазами. Он знал, что для ревности нет причин, но знать — одно, а перестать ревновать — другое. Особенно когда Дин говорит такие вещи. Всё же он сдержался от едких замечаний. — Иди уже в душ, — и, чтобы Дин не подумал, что он всерьёз обиделся, Кастиэль его поцеловал. Стоило заняться изучением листовок — а потом Дином… и проверкой кроватей на прочность. Кастиэль понимал, что Дин не может не притягивать восхищённые взгляды. Что поделать, если он невероятно горяч? Но было бы куда лучше, если бы Кастиэль оставался единственным, кто это замечал. И уж точно не стоило замечать это официанткам в кафе и клиенткам в мастерской. — Ты же врать не умеешь, ангел, — Дин ответил на поцелуй и пошёл-таки в душ, но на пороге обернулся. — Ты же знаешь, что тебе не стоит ревновать. Я люблю тебя, Кас. Я женился на тебе, и другие меня не интересуют. — Конечно, Кас это знал, но всё же Дин считал, что лучше проговаривать такие вещи вслух. Он ведь и сам знал, что Каса больше никто не интересует, и всё же бывали моменты, когда от нахлынувших чувств он переставал трезво смотреть на вещи. Например, когда в дело вступала Мэг. Или тот парень, постоянно подкатывавший к Касу. Или какой-нибудь дурацкий врач, или медбрат, или ещё какой придурок. Допев «Highway to Hell» в душе, Дин вышел, обернул полотенце вокруг бёдер и стал рассматривать Каса, полностью сосредоточившегося на изучении и сортировке листовок. Дину нравилось это его выражение лица. Чуть напряжённое, задумчивое и всё же мягкое — по крайней мере, когда сосредотачивался он не на чём-то плохом. Бывал его взгляд и холодным, и жёстким, не принимающим никаких возражений, отметающим любые попытки его переубедить. Дин подошёл к Касу, сел рядом так, чтобы не перемешать рекламки, и коротко его обнял, после чего снова встал и пошёл взять себе пива. На этот раз он не забыл прихватить упаковку в номер и не оставил её в машине. — Ну что? — спросил он. — Есть что-нибудь кроме выпечки пирогов? — Он уже знал, что согласится на эту выпечку; в конце концов, это ведь были пироги. А потом можно будет слизать с тела Каса взбитые сливки… Ну, не прямо там, конечно, а когда они останутся одни. Кастиэль не мог оторвать взгляда от полуобнажённого Дина; раньше бы он обязательно покраснел, но в последнее время это, к счастью, прекратилось. Он уже спокойнее любовался Дином — хотя, конечно «спокойнее» было совсем не подходящим словом с учётом того, как тот был привлекателен. Вопрос Дина до него дошёл не сразу, и он с трудом оторвал взгляд от его обнажённой кожи. — А, эм… — Ему понадобилось какое-то время, чтобы собраться и перевести взгляд на листовки. — Вот реклама одного ранчо — можно туда съездить. — Дину должно было понравиться. — А ещё точно нужно побывать на Ниагарском водопаде, ночью там невероятно красивое освещение. Ещё пара океанариумов, но это необязательно… А по дороге будет пасека, может, заглянем? И контактный зоопарк! — А он любил животных, это все знали. Дину нравилось смотреть на такого Каса — порозовевшего, тянущегося коснуться его, словно не верящего в то, что Дин на самом деле его любит, стоит перед ним обнажённым; что они женаты. Дин понимал, что привлекателен, но важнее было то, что таковым его считал Кас. — Ранчо — это здорово, а пасека… Ну, я уже предвижу, что кое-кто забьёт мёдом полбагажника. — Лишь бы не пчёлами. — Я не против Ниагары. — Если Кас хочет, то почему не поехать? — А океанариумы и зоопарки… что-нибудь одно можно выбрать. — Дин бы предпочёл океанариум. Он сам не знал почему. Допив пиво, он отставил бутылку, подошёл к Касу и стянул его футболку через голову. Смотреть на полураздетого Каса ему нравилось ещё больше. Почти невинно Дин стал целовать его плечи и шею — от одного плеча к другому и назад; едва ощутимо прикусил чувствительную мочку; он знал все чувствительные места Каса, знал, что ему не нравится, а что заставит позабыть обо всём. Легко поглаживая плоский живот Каса, Дин притянул его к себе и поцеловал уже настойчивее. — Может, будет океанариум по дороге домой, — тихо сказал он и, выбросив листовки из головы, снова нашёл губами мочку. Ему нравилось соблазнять Каса — и нравилось, когда тот соблазнял его… или пытался, потому что тот был… ну, Касом. Обычно он просто подходил к Дину и начинал его раздевать. — Ну как? Испытаем кровати? — Те выглядели довольно прочными, но всё же проверить стоило. Ладони Дина скользнули дальше, и он тихо застонал в тёплую кожу Каса; его тело давно уже решило, что устроить кровати испытание было бы здорово. — Хм… — тихо ответил Кастиэль, чьи мысли были максимально далеки от океанариумов. Тёплое дыхание Дина, прикосновение его губ к чувствительной мочке, пробежавшая по телу дрожь — Кастиэль позабыл обо всём остальном. Впрочем, вопрос о кроватях он услышал и кивнул в ответ. — Да, давай. — Он повернулся, чтобы наконец поцеловать Дина как следует; мешавшие листовки он попросту смахнул на пол. Дин сейчас был важнее всего — его влажные губы на губах Кастиэля, его тёплая кожа под пальцами Кастиэля… Кровати на прочность они испытали не раз, после чего уснули, тесно прижавшись друг к другу. Наутро Дин проснулся первым; поцеловав Каса, он поднялся и отправился за завтраком. Вчерашней официантки в кафе не было, и он ощутил некоторое облегчение. Запасшись едой и кофе, он вернулся и поставил всё на столик. Пока Кас спал, Дин проверил сообщения, позвонил Сэму, узнал, как там Пайпер и не грозит ли им обоим умереть от руки Каса за неправильное обращение с ней. На фоне было слышно крики и смех Габриэля — редкого человека, способного шуметь, как целая толпа. Позвонив ещё и родителям, Дин вернулся в комнату и собрал разбросанные накануне по полу листовки. Значит, пасека; вряд ли он сумел бы противостоять желанию Каса туда попасть. Часть рекламы ушла в сумку, остальное — в макулатуру. Наскоро собравшись, Дин выпил кофе — уже второй за утро. Он прихватил с собой побольше: оба выпивали немало, а Кас в иные дни только на кофе и выживал. Выбросив опустевшие стаканчики, Дин достал ноутбук, чтобы посмотреть сериал: Кас всё ещё мирно спал. Казалось невероятным, что Кас способен так долго спать. Дин успел посмотреть сериал, позавтракать и сходить в душ, а тот всё ещё пребывал в стране снов. Наконец он всё же заворочался, что-то бормоча, и Дин присел на край кровати. — Дин!.. — зевнул Кастиэль, силясь разлепить веки. Он ненавидел просыпаться, особенно когда Дин не лежал рядом и нельзя было прижаться к нему всем телом. — Доброе утро, солнышко. — (Был уже почти полдень.) Дин лёг рядом с Касом, притянул его к себе и стал поглаживать по волосам. Он знал, каким ворчливым может стать Кас, проснувшийся в одиночестве и оставшийся без утренних объятий. Прижав Каса поближе, он поцеловал его в затылок. — Как ты умудряешься столько спать? Мы же вчера даже особо не делали ничего. — Хотя… ладно. От такого количества (и качества) секса можно было и устать. Дин, наверное, просто привык мало спать и оставаться в форме. — Обнимашки тебя немного взбодрят? — Дин надеялся, что Кас простит его за то, что он встал, не дождавшись, пока тот проснётся, но Дин был попросту не в состоянии лежать и ничего не делать так долго. Когда им нужно было на работу, оба вставали рано, но в отпуске Кас мог спать столько, сколько пожелает, и Дин его не будил. — …утро… — более чем сонным голосом ответил Кастиэль. — …я всё равно устал… — Не будь он таким уставшим, он бы объяснил Дину, что дело в сексе: на следующее утро он всегда чувствовал себя измотанным — увы. Может, он скажет об этом позже… в другой раз… — …обнимашки… — только и пробормотал он. Вот что делало его счастливым и довольным — и менее ворчливым. Прижимаясь к Дину, он уже ощущал себя счастливее и бодрее. Моргая, он открыл глаза и устроил голову на груди Дина, прислушиваясь к его дыханию. — Ты так мирно спал, — сказал Дин, — что я не хотел тебя будить. Так что я съел твой завтрак… и выпил кофе… — Ну а что было делать? Оставить Касу холодную еду? И он ни за что не стал бы его будить, если бы не было на то веской причины. Даже сейчас Кас выглядел так, словно в ближайшие несколько часов не выберется из кровати. — Поспишь в машине, если захочешь. — А это случалось частенько. Иной раз Кас засыпал так крепко, что Дин выносил его из машины на руках и заносил в квартиру — или нежно будил, если у него не было на это сил. — Мой кофе?.. — проворчал Кастиэль со вздохом. Не то чтобы он не мог обойтись без кофе… ладно, он не мог. Он чаще пил кофе, чем занимался чем-либо ещё. Хотя… поспать в машине? Это было бы неплохо. Мэри уложила им с собой пледы и подушки, так что там было очень уютно. — Только сначала схожу в душ, — сказал он, но не сделал ни малейшего усилия к тому, чтобы подняться.