Подземелья и драконы: предыстории

С самого детства я любил природу. Я и мои братья часто резвились в лесу в раннем возрасте играя в догонялки или же прочие детские игры. Становясь старше я учился охоте и выживанию в лесах. Наш лес был для нас священным местом, в котором можно было найти как материальные, так и духовные блага. Хоть нас такому и не учили, однако я взял для себя за привычку, если я убиваю, не важно ради чего, я всегда закапываю останки под корнями деревьев. Почему-то я инстинктивно понимал, что эти подношения жертв великому лесу себя окупят. Другие лесные эльфы знали о моей причудливой привычке, однако молчали, лишь иногда кто с осуждением, а кто с одобрением смотря на мои действия. Однажды к нам в поселение пришли друиды. Они жили далеко от поселения, где-то в сердце леса и там изучали свои таинства и общались с лесом. Я всегда мечтал быть способным понимать лес, общаться с ним, и к огромной удаче друиды пришли именно за мной, чтобы учить меня. Тогда они сказали, что лес указал им на меня. Живя в круге друидов, я научился понимать природу, общаться с ней, творить магию. Но я так и не бросил своей привычки, и теперь знал, что лес благодарен мне. Я начал понимать насколько важна смерть для жизни, другие друиды лишь давали жизнь забирая силы у леса и ничего не даря взамен, но этим они нарушали равновесие, ведь смерть — это продолжение жизни. В тайне от круга друидов я проводил эксперименты с силами природы, даруя духам леса жертвы в виде костей и плоти животных, а иногда и людей что врывались с священный лес, я вникал в процесс смены жизни и смерти. Постигая столь великую науку, я обрел знания не только природной, но и темной магии, а великий лес всегда помогал мне в моём деле. Моими любимыми растениями вскоре стали грибы, я вырастил собственный сад в одной из частей леса, там куда не решались ходить другие друиды. Все трупы что я приносил поглощались спорами и передавали всю их питательную силу лесу. Они же и помогали мне скрывать всю мою деятельность от глаз глупых, по моему мнению, друидов. Выучившись всему что могли мне дать в круге, я объявил себя взрослым, я взял себе имя Азалаелон, что означало «Правитель гармонии жизни», а моей фамилией стало Майалан, что означало «Творец гармонии смерти». Раскрыв свои действия перед друидами круга, я покинул круг, мне было плевать что они подумают, однако лес я покидать не стремился. Вскоре я заметил, что начал обрастать лианами и спорами грибов. Я перестал носить одежду и через некоторое время на мне вырос доспех из растений, лиан и толстых листьев. Я прятался в темной части леса развивая свой сад, иногда выходя на охоту за животными или неудачливыми людьми, оскверняющими лес своим присутствием. Так же я приносил погибшие растения в свой лес и так же жертвовал их грибам. Все это время лес вел меня, преисполненный благодарностью. Мне повезло вырастить несколько газовых спор которые окружали мои владения и не давали никому пройти к моим владениям, любой попавший в их досягаемость или того хуже наступивший на них становился их рассадником и умирал, отдавая свою жизненную силу лесу. Естественно меня они никогда не трогали, а я прекрасно знал, как не наступить на них. Однажды я заметил, что ко мне в сад пытались прорваться отнюдь не люди. Странные твари что я никогда не видел лежали на земле, так же отданные в жертву лесу. Покопавшись в их вещах, я нашел странное письмо, что гласило: «Волею графа Тасканы вы пригашаетесь служить в его владения. Ваши знания и умения будут оценены по достоинству, а в ответ будет предоставлено спокойное место для ваших исследований и организации вашего сада. В случае отказа вы будете объявлены врагом графства и объявлены в розыск. Канцелярия графства Тасканы.» Не будучи глупым, я понял, что уши графа есть повсюду, если я откажусь, то угроза сбудется, а уничтожение леса, которое последует за охотой на меня я не мог потерпеть. Собрав несколько семян особо любимых мною растений, я принёс последнюю жертву лесу в виде случайных путешественников и простился с лесом. Уходя в сторону графства, благо карта прилагалась к письму, я слышал плач леса, привыкшего к моей заботе. Я так же не желал покидать свой дивный сад, однако выбора не было.