Плоды амнезии

— Что ты хочешь узнать? — андроид участливо спросил у Гэвина, согласившись сесть на лавочку в парке и недолго поговорить. У него не было планов на этот вечер, он никуда не спешил, но программа нуждалась в отдыхе, который можно совершить только на станции перезагрузки для андроидов. Однако он видел с каким отчаянием просил этот человек о разговоре, словно от этого зависела его судьба. И он был так чертовски прав. Ведь именно от этого разговора, именно сейчас Гэвин сможет узнать о многом, о чём думал со времён беспамятства. — Ты работаешь в департаменте полиции Детройта? — андроид плавно подтвердил его гипотезу. — Там потерялся человек, да? — Нет, скорее умер. — Умер? — андроид снова кивнул. — Около месяца назад департамент потерял крайне амбициозного и успешного детектива во время операции по захвату преступников. Могу предположить, что именно поэтому меня прислали в департамент, — Гэвин слегка приоткрыл рот от удивления. Ключевые слова — «месяц», «детектив», «операция по захвату» — колючей проволокой вытягивали из бездны амнезии воспоминания, попутно раня некоторые участки мозга. Боль была терпима, она может подождать. Но информация, которую он может получить от андроида, ждать не может, он должен всё узнать и запомнить. Он должен вернуть свою жизнь. — Как его звали? — андроид поморщился от дискомфорта, ведь эта тема в департаменте, как он смог сегодня понять, была табуированной. Но человек жаждал знать, он не мог отказать столь отчаянному человеку. — Гэвин Рид, ему было 38 лет в момент смерти. — Меня похоронили? — с тяжелым и мрачным удивлением выдохнул Рид, сжимая пальцами ткань джинсов. — А ты Гэвин Рид? — Да, да! — воскликнул он, услышав своё настоящее имя. — Это я! Я живой! Я просто, понимаешь, память потерял, очнулся около костра с Дейвом, он помогал мне восстанавливаться… Но я не знал, что меня похоронили. — У тебя есть документы? — резонно произнёс 900. — Нет, — он с тоской покачал головой, — я проснулся в порванной форме спецназа и никак не могу себя идентифицировать. — Что ты помнишь? — Только своё имя и фамилию и… образ какой-то, все время в голову лезет… — Можешь как-то описать этот образ? — Гэвин с тоской покачал головой. — Нифига… да какие там вообще образы. Я самого себя не помню, я не знаю, кто я, — андроид, проявив дольку альтруизма, поискал в базе данных информацию о Гэвине Риде. Информации было немного, но, учитывая комментарии сотрудников, ситуацию и процесс проведения похорон, он сделал вывод, что перед ним действительно сидит Гэвин Рид. — Мне очень жаль, что тебе пришлось через это пройти, — проговорил андроид, мягко улыбаясь. — Думаю, мы сможем что-то с этим сделать. Пойдём, покажу тебе кое-что?       Гэвин пошёл за ним. Он не знал что ему хотят показать, но догадывался, что это очень важная информация. Так он сможет хоть что-то узнать о себе и своём прошлом.

***

      На небе сиял полумесяц, освещая гражданам путь в ночи. Один из лучей ночного светила пал прямо на имя и даты рождения-смерти Гэвина Рида. Мужчина почувствовал, как падает на колени перед собственной могилой, не в силах поверить, что его действительно умертвили раньше времени. — Они правда решили, что я умер? — тихо спросил он, стараясь глубоко дышать и не поддаваться панике. — Но я же не умер, что они там хоронить решили? — После операции по захвату ты остался в доме в тот самый момент, когда он обрушился. Команда решила, что твое тело осталось под обломками стен и потолка, поэтому твой гроб пуст. — Но как же так? — недоумевал Рид. — Они даже не искали меня? — Это было бы весьма затруднительно: поднимать большие и тяжелые плиты, дабы найти хладный труп… — Постой, но я ведь живой, почему они не подумали о том, что я еще жив? — Это было очевидно для них. Ты не откликался, не подавал никаких признаков жизни. И единственное, что они обнаружили от тебя — это кровавые следы. — Да не может такого быть… — пробормотал он. На все вопросы, которые крутились в его голове на протяжении месяца, нашёлся один-единственный ответ — его отправили к праотцам. Его никто не искал, никто не позаботился о более тщательном обыске его тела в том доме, его просто-напросто признали мёртвым и похоронили. Он мёртв для этого мира. И что же получается… ему некуда возвращаться? — У меня была семья? — Твои родители умерли десять лет назад, единственный твой кровный родственник — мой создатель, Элайджа Камски. — То есть они создали тебя для того, что восполнить утрату? — Можно сказать и так. — Да какой бред! — вскрикнул Гэвин, от бессилия ударив кулаками по земле. Его страх принял форму — ему некуда возвращаться. У него уже нет имени, нет прошлого и настоящего. Он всего лишь тень умершего детектива. Это невозможно исправить. Или же всё-таки есть шанс? — Смерть — не конечная станция. А твоя амнезия — не порог бессмысленности, — проговорил андроид. — Ты тот, кем ты являешься. И даже после смерти ты таким остаешься. Мне кажется, тебе стоит заявить о себе. — У меня есть шанс вернуться? — андроид посмотрел в серо-голубые глаза мужчины, оценил возможные реакции коллег и своего создателя и пришел к выводу, что это мероприятие будет весьма затруднительным. — Думаю, да. Семьдесят три процента успеха в твою пользу. Но ты должен понимать, что это будет не легко. — Да и так понятно…       Гробовая тишина и яркие вскрики ворон окружили его. Мысли вихрем крутились в его голове, то угасая, то вспыхивая. Как он может вернуться в мир, в котором он погиб? Что ему делать? Он должен вернуться к своей жизни, но что если эта жизнь для всех оборвалась? — Детектив Рид, — окликнул его андроид знакомым до боли именованием. — Твоя жизнь не испарилась, ты все ещё жив. Мир не отвернулся от тебя, твои близкие все ещё горюют, ты нужен миру живым, ведь для кого-то ты сам являлся целым миром. — Мне кажется, уже нет. Меня вряд ли хоть кто-то ждёт. — Гэвин, — андроид присел рядом с мужчиной, вглядываясь тому в глаза, — расскажи, почему ты так думаешь? — Прошёл где-то месяц, может, даже больше. Меня считают мёртвым. Я наверняка потерял работу, дом, семью. Мне уже некуда возвращаться с таким херовым раскладом вещей. Все потеряно. — Но месяц — не десятилетие, — резонно проговорил андроид. — Спасибо, капитан очевидность, — Гэвин прикусил губу, невольно вспоминая, как навязчивому образу в его памяти нравился этот жест. — Месяц — тоже не хилая потеря времени, знаешь. — Понимаю, но что же ты тогда собираешься делать? — А я не знаю. Что дальше? Как дальше быть, если в этом мире я мёртв? — Ты можешь уехать отсюда, оформить все документы и начать новую жизнь… — задумчиво глаголил GV, не понимая сути проблемы. — Отличная идея. — Но почему ты не хочешь возвращаться в прежнюю?       Гэвин замолчал, детально обдумывая этот вопрос. Даже если этот мир похоронил его, то почему он не может снова заявить о себе и влиться в старый добрый коллектив? Что ему мешает это сделать? Страх. Дикий страх того, что его не примут. И ужас от предстоящего возобновления воспоминаний. Он чуял, что стал другим человеком, не тем, кем его когда-то видели, андроид не прав, утверждая, что он остался тем же, каким был раньше, даже если воспоминания о бывшей сути его личности отсутствуют. Родные люди примут его, это факт, но сможет ли он принять их, учитывая амнезию? Он же не сможет с ними контактировать. Он ничего не помнит. Сможет ли он ходить на работу? Конечно нет, ведь он даже не помнит, в чём заключается работа детектива. Получится ли жить в обществе, которое он не сможет принять по многим причинам? Удастся ли ему хотя бы в нём существовать? — Я уже иной человек, не тот, кем меня привыкли видеть, — с отчаянием прошептал Гэвин, опустив голову на горстку землю, скрывающую от лишних глаз пустой гроб. — Я не смогу жить в этом обществе. Для него Я уже месяц как мёртв. — Значит, ты покидаешь город? — Да, мне ничего больше не остаётся… — А если твои родные все еще тебя ждут? — Что ты несёшь? — сморщился Рид, чувствуя, как дыра страшной боли в сердце разрастается. — Я умер для них! Меня больше нет в их жизнях. Как я могу вернуться? Куда? Мне некуда возвращаться! У меня нет дома, нет родных. Больше никого у меня нет, пойми ты это, — Гэвин кричал сквозь слёзы. Страшное бессилие, страшные боль и отчаяние накрыли его с головой. Паника затмила взор и он видел лишь размытый силуэт собственного надгробия, на котором росли скромные ромашки и ярко-зеленый мох. Он почувствовал руку андроида на своём плече. Даже такая поддержка оказала должный эффект и он выдохнул. — Я умер для этого мира. — Но ты не перестал быть целым миром для родных и близких. Тебя ждут, тебя хотят видеть. И я уверен, ты бы тоже хотел на них посмотреть. Смерть не стирает людей из памяти. Смерть — это далеко не крест, которые любят ставить православные. Для тебя смерть — это мост в следующую жизнь. Ты можешь уехать и начать жизнь с чистого листа, а можешь остаться и также начать строить свою жизнь заново. Эта могильная плита, — он указал пальцем на надгробие, — не является для тебя финалом или конечной станцией. Это шанс восполнить утраты своих воспоминаний и чувства близких. Поверь мне, я уверен, что они всё ещё ждут тебя, пускай даже не подозревают об этом, — Гэвин вытер скупые слёзы, не переставая кивать. Андроид был прав, каждое его слово было правдой — это так. — Мне так страшно, — прошептал Гэвин, поворачивая к собеседнику голову. — Не бойся. Следуя из информации по твоему личному делу, могу сказать, что ты очень сильный человек. И ты сможешь наладить контакт с близкими и заново обрести свой дом в этом мире. — Спасибо, Гэвин, — он криво ухмыльнулся, поднимаясь с мокрой травы. — Всегда пожалуйста, Гэвин, — неумело пошутил андроид, поднимаясь вслед за ним. — Что будет дальше — твоё решение, но я искренне надеюсь, что ты сделаешь правильный выбор.       Гэвин попрощался со своей копией и поспешил в ночлег для бездомных. Он долго размышлял о том, что ему сказал GV900. И он принял решение уехать из этого города. В конце концов, он был убеждён в том, что много выхода у него нет. По крайней мере, ещё не нашёлся тот самый человек, который смог бы убедить его в обратном.