Где летают Соколы

[Четверг, 9 сентября 2004 года]

      Процесс восстановления Поттера продвигался по плану, но даже спустя две с половиной недели после того несчастного случая он так и не очнулся. Целители сняли вызванную магией кому и теперь ждали, когда он придет в себя самостоятельно.       После их первой встречи филин возвращался каждый вечер. Драко не хотел, чтобы его снова укусили, и сначала пытался игнорировать птицу, но это оказалось бессмысленным занятием. Филин просто со всей силы стучал по стеклу клювом. Из-за этого пребывание Драко здесь теряло всякий смысл, ведь теперь даже в комнате отдыха ему было бы проще сосредоточиться на своём исследовании.       Драко потребовалось меньше пяти минут, чтобы уступить и впустить зверя. Филин уселся на подлокотник и принялся наблюдать за Поттером. Переодически он поглядывал на часы, и ровно через час улетел. Драко предположил, что он ждал, когда Поттер очнется и напишет ответ.       Но по мере того, как проходили дни, в его голову закрадывалась мысль, что, возможно, это был филин Поттера, и он просто беспокоился о своём хозяине. Драко попытался подкупить его совиным печеньем, но тот лишь сверлил его взглядом и не притронулся к печенью даже после того, как Драко оставил его на столе.       Будучи главным целителем Поттера, Драко поселил Аврелия у Блейза и вызвался проводить ночи в его палате, чтобы присматривать за ним. Он наколдовал роскошную кровать с балдахином рядом с больничной кроватью Поттера и последние три ночи спал там. Это походило на возвращение в спальню Слизерина, но только в больнице было гораздо тише и гигиеничнее. Любой, кто когда-либо жил с Крэббом и Гойлом, согласился бы без раздумий.       Была уже глубокая ночь, и Драко ворочался с боку на бок. Он ещё не привык спать в одной комнате с этим чёртовым Гарри Поттером. Он продолжал представлять, как просыпается посреди ночи и видит Поттера, стоящего над ним. Он не мог отделаться от этих мыслей даже зная, что Поттер не сможет стоять. Это логика, а логика не работает по ночам. Ночью правят иррациональные (и рациональные) страхи.       — Да пошло оно всё, — пробормотал он и снова поднялся.       Он подошёл к кровати Поттера, решив заняться хоть чем-то полезным. Раз уж не спится, можно проверить его состояние. И пускай никто не говорит, что Драко Малфой не заботится о своих пациентах.       Драко призвал комплект флаконов жизненных показателей и заколдовал их, чтобы они парили в воздухе над Поттером. Он начал настраивать флаконы, чтобы те показывали состояние Поттера, как вдруг...       БАХ!        Драко развернулся и едва успел разглядеть силуэт филина, улетающего от окна. В эту же секунду кто-то схватил его, рывком повалил вниз и прижал спиной к матрасу.       — Экспеллиармус! — Поттер грубо зарычал, и палочка Драко исчезла из его поля зрения.       Флаконы упали, отскочили от кровати и с грохотом разбились об пол. Поттер попытался перекатиться на него, скорее всего, чтобы перекрыть дыхание, но ноги его не слушались. Он потерял равновесие, с оглушительным криком свалившись с кровати.       — Твою мать, — прошептал Драко, лежа на кровати в полном оцепенении. Кровь застыла у него в жилах, словно ледяная вода, а сердце бешено колотилось в груди.       Немного придя в себя, Драко присел на корточки рядом с Поттером, не осмеливаясь прикоснуться к нему.       — Поттер! Пожалуйста, не нападай, это всего лишь я – Драко Малфой. С тобой всё в порядке?       Поттер застонал, и Драко воспринял это как хороший знак. Сознание он не потерял и особой враждебности не проявлял – с этим уже можно было работать. Драко осторожно положил ладонь Поттеру на плечо, прощупывая почву. Тот слегка вздрогнул, но, по крайней мере, рука у Драко осталась на месте.       — Сейчас я тебя подниму, — сказал он, подхватывая Поттера под мышки и поднимая его на ноги. Поттер весил от силы фунтов сто тридцать, но Драко всё равно вымотался, пока уложил его обратно в кровать. После этого Драко принялся искать свою палочку, которая оказалась возле окна. Что-то хрустнуло у него под ногами.       — Люмос.       В комнате царил полный беспорядок. Флаконы разбились вдребезги, и на полу были рассыпаны осколки стекла вперемешку с разноцветным песком. На том месте, где лежал Поттер, осталось два окровавленных отпечатка ладоней.       Драко быстро очистил ступни и осторожно подошёл к кровати. Поттер трогал свои ноги, заливая кровью пижамные штаны. Казалось, он этого не замечал, а может, ему было всё равно. Его рубашка была усыпана разноцветным песком, что делало его похожим на радугу.       — Почему я не чувствую ног? — спросил он ровным тоном. Его голос звучал спокойно, но то, как отчаянно он вглядывался в лицо Драко, выдавало всю его панику.       — Потому что ты, как последний идиот, сломал себе спину. Не волнуйся, ты полностью восстановишься, просто это займет некоторое время, — Драко изо всех сил старался не выдать своего беспокойства. Когда не знаешь, что ответить Поттеру — говори оскорбления, верно? Знакомая ситуация.       Поттер застонал и откинулся на подушку.       — Только не говори мне, что мы проиграли. Я больше никогда не смогу смотреть в лицо МакКарти.       Драко взял золотой снитч с бокового столика, где тот служил пресс-папье для открытки с пожеланием, и бросил Поттеру. Тот без труда его поймал.       — Вы победили. 280:40. Но это в любом случае не имеет значения, это же просто товарищеский матч. Хотя, должен сказать, это был не самый дружелюбный приём.       Поттер вертел снитч в руках, довольно усмехаясь. Потом легко подбросил его в воздух, явно желая, чтобы тот полетел. Но снитч упал обратно, ударил Поттера по лбу и покатился по полу.       — Отличная работа. Теперь у тебя полный комплект, — заметил Драко.       Поттер, нахмурившись, проследил за движением снитча.       — А где всё остальное?       — Крылья — это улика.       — В смысле? — Поттер снова застонал, видимо, придя к какому-то выводу. — Боже, неужели Торнадос пытаются аннулировать нашу победу?       Драко покачал головой. К этому моменту он уже почти не сомневался, что голова Поттера была забита тысячей крошечных снитчей и больше ничем. А может, в ней был всего один гигантский снитч. Или один крошечный снитч, а вокруг — просто воздух. Скорее всего, именно так.       — Они главные подозреваемые в убийстве Гарри Поттера.       Поттер рассмеялся, очевидно, решив, что это шутка. Но он быстро осёкся, заметив, что Драко не смеется вместе с ним.       — Но я жив, — сказал он. — Или ты хочешь сказать, что это моя загробная жизнь? Не думал, что заслужил такое наказание.       Драко скрестил руки на груди.       — К твоему сведению, некоторые находят мое общество весьма приятным. Хотя, как правило, это люди куда более утонченные, чем ты.       — Естественно, — согласился Поттер, усмехнувшись.       Драко проигнорировал его реплику и продолжил объяснять.       — Может, ты и жив сейчас, но когда ты грохнулся на поле почти три недели назад, живым ты точно не был.       — Три недели назад? — Поттер нахмурился, сосредоточенно вспоминая. — Ты говоришь про мое столкновение с МакКарти? Всё было не так уж и плохо.       — Нет, я говорю про ваш матч против Торнадос, который состоялся три недели назад.       — Ничего подобного, — упрямо возразил Поттер.       — Я говорю правду, — видя, что Поттер готов спорить с ним дальше, Драко поднял ладонь, пресекая его. — Ты разорвал снитч на куски, он ударил тебя по голове, ты упал, сломал спину и три недели провалялся в Мунго, — подытожил Драко. — Ах да, и ещё, ты умер. А теперь покажи мне руки.       Поттер опустил взгляд на свои ладони, словно только сейчас заметив, что они в крови. В принципе, это было даже к лучшему – пускай он думает о руках, вместо того, чтобы зацикливаться на фразах про смерть. Драко не знал, случаются ли у Поттера истерики, и выяснять это ему совсем не хотелось.       — Ты здесь научился тактичности, или у тебя это природный дар? — сухо спросил Поттер, наблюдая, как Драко очищает и исцеляет его руки.       — Обычно у меня хорошо получается вести такие разговоры. Просто ты меня очень сильно раздражаешь.       — Эй, это уже обвинение жертвы!       — Ты жертва собственной некомпетентности, не более того, — отрезал Драко, лёгким движением палочки перемещая одеяло на ноги Поттеру. — Если уж на то пошло, то настоящая жертва здесь — снитч. Ты уничтожил его. За его замену с тебя должны взять деньги.       Драко взмахнул палочкой над Поттером, убирая песок и применяя стандартные диагностические заклинания. По их результатам стало ясно – Поттер был живой и вполне здоровый, за исключением парализованных ног.       — Не будь идиотом! Его всё равно не смогли бы использовать снова. Он же запоминает первого, кто его коснулся.       — Тише, спи уже. Это приказ целителя.       — Но я только что проснулся!       — Да, но сейчас уже поздно, так что тебе надо поспать.       — Я проспал целых три недели! — Поттер вскинул руки.       — Это не считается, — сказал Драко, забираясь в свою кровать.       — Почему?       — Потому что я устал, а ты не даешь мне уснуть, — ответил Драко и погасил свет. Ему бы хотелось оставить его включенным, но тогда Поттер точно не сомкнул бы глаз до утра.       — Но... — начал Поттер.       — Заткнись, или мне придется тебя вырубить. Исключительно в медицинских целях.       Это сработало, и несколько божественных минут в комнате стояла тишина. Драко уже решил, что Поттер наконец заснул, когда вдруг...       — Здесь как будто единорог взорвался, — сухо заметил Поттер.       Драко посмотрел на разноцветный песок, покрывающий пол, и на мелкие кусочки стекла, сверкающие в лунном свете. Он и забыл о беспорядке, который устроил Поттер.       — Единороги бывают серебряными и золотыми, — протянул он. — Ты должен это знать. Хотя чего я жду от ученика того некомпетентного болвана?       — Не заставляй меня идти к тебе! — сердито сказал Поттер, сдёрнув одеяло, будто был готов подскочить и надрать ему задницу. Что, впрочем, было для него привычным состоянием.       — Пожалуйста, милости прошу, — усмехнулся Драко и направил палочку на пол. — Репаро.       Флаконы жизненных показателей восстановились и мягко приземлились Поттеру на ноги, которыми он всё равно сейчас не пользовался. Стекло выглядело как новенькое, но в сердечной пробирке оказалось несколько крупинок зеленого песка, а в синем кислородном флаконе появилось множество желтых крапинок. Драко предположил, что в них попала ещё и кровь, но это уже нельзя было исправить. По крайней мере, для учебных целей они ещё сгодятся. Драко отправил флаконы на стул взмахом волшебной палочки.       На несколько мгновений в комнате воцарилась тишина. Поттер, видимо, дулся. Или пытался силой воли заставить себя встать. Скорее всего, он занимался и тем, и другим, но по очереди. Мозг, набитый снитчами, на мультизадачность не рассчитан.       — Где моя палочка? — внезапно спросил Поттер, словно только заметил ее отсутствие.       — Грейнджер забрала её на хранение.       — Жаль. А то я бы с удовольствием тебя сейчас проклял.       — М-м-м, — пробормотал Драко, уже почти засыпая. — Наверное, поэтому она и забрала её.       — Это у магглов так, — через некоторое время сказал Поттер.       — Что, желание наслать на меня проклятие?       — Нет, единороги. Они любят рисовать их с радужными гривами и хвостами.       — Это просто глупо.       — Сам ты глупый.       — Помни про медицинские цели! — Драко поднял палочку и угрожающе ею потряс. — Я тебя без колебаний вырублю.       — Это я тебя вырублю, — пробормотал Поттер, но так тихо, что Драко сделал вид, будто не услышал.       Не то чтобы он обычно уклонялся от конфликтов (особенно, если это касалось Поттера), просто в этот раз ему хотелось хоть немного поспать.