Bitter sweet symphony

- Будет гроза, - сказал Драко. – Очень скоро. Они валялись на берегу, постелив на камни разноцветные полотенца. Гарри лежал на животе, читая растрепанный учебник трасфигурации. Драко спрятал обгоревший нос под широкополой соломенной шляпой. Эту шляпу прислала с совой Нарцисса. Посылки от неё теперь шли нескончаемым потоком: шоколад в затейливо завернутых коробках, зелья в хрустальных фиалах, перья с позолоченными кончиками, разноцветные мантии, которые Драко никогда не носил. И письма. Эти письма он всегда читал один. Гарри перевернулся на спину и посмотрел на небо. Солнце двигалось к закату, на горизонте собирались сизые тучи. В воздухе пахло озоном. - Надо идти, - сказал он, вставая и наклоняясь над Драко. – Роб, наверное, уже заждался. Драко лениво смотрел из-под полей шляпы. - Я не пойду, - сказал он. – Мне надо заниматься. Гарри некоторое время смотрел на него, потом сдернул шляпу. - Эй, - возмущённо крикнул Драко. – Отдай! - Она дурацкая, - Гарри спрятал шляпу за спину. – И совсем тебе не идёт! - Но-но! – Драко поднялся на ноги и двинулся к Гарри, - Я красавчик! Он подошел вплотную и поставил локти Гарри на грудь. В глазах его отражались серые облака. - Ладно, - Гарри нахлобучил шляпу ему на голову. Драко с достоинством её поправил. – Я пошёл. Не перетрудись! *** Паб закрылся поздно. Роб и Гарри еле вытолкали за дверь подвыпившую компанию, и с улицы до них ещё долго доносились бессвязные выкрики и беспечный смех. Гарри устроился за барной стойкой, протирая стаканы. Роб сидел рядом на высоком стуле и читал газету. Потом отложил её и бросил на Гарри проницательный взгляд: - Тааак. И когда, ты говоришь, у парня экзамены, - Драко он называл «парень», а Гарри - «сынок», и казалось, ничто на свете не могло бы его переубедить. Гарри не нравилась эта тема. Мысль об экзаменах Драко наполняла его душу ледяным холодом. - В середине июля, - ответил он неохотно. - Ага. Ну а ты что собираешься делать? Гарри с подозрением посмотрел на него. - В каком смысле? - Чем дальше планируешь заниматься, сынок? Не сидеть же тебе всю жизнь у меня на острове. - Почему бы и нет. Роб усмехнулся. - Нельзя просто спрятаться от всех. Начинается сезон. Сейчас здесь одни маглы. Но поверь мне, скоро появятся и волшебники. Ты великий человек, сынок. Ты не можешь сопротивляться своей судьбе. Гарри молча смотрел на него. В нем закипала злость. - Я слыхал, ты хотел стать аврором? – невозмутимо продолжил Роб. Гарри замер. - Кто вам сказал? - Не кричи. Допустим, Кингли Шеклбот. Знаешь такого? Глаза Роба посмеивались. Гарри на секунду показалось, что ему очень не хватает бороды и очков-половинок. - Вы что? – заорал он. - Тоже за мной приглядываете? Сколько можно! Сколько можно за мной приглядывать! Черт! Гарри сжал стакан так сильно, что тот лопнул. Он затряс окровавленной рукой. Из ладони торчал осколки. Роб провел палочкой, пробормотав заклинания. Осколки упали на пол, порезы начали затягиваться розоватой новой кожей. Не глядя на Роба, Гарри взял щетку и начал возить по растрескавшемуся деревянному полу, сгребая стекло. - Сынок, - невозмутимо сказал Роб, – Я приглядываю за вами обоими. Гарри остановился, сердито отбросив волосы со лба. - У нас все нормально! – выкрикнул он. – Все отлично! - Да я и не спорю, - Роб встал со стула. - Ну-ка. Глянь сюда. И он кинул Гарри свернутую газету. Ловко поймав её, Гарри развернул страницы. На первой полосе красовалась фотография Люциуса Малфоя – худого, с запавшими глазами. «Амнистия! – было написано под фотографией. – Бывший пожиратель смерти выходит на свободу! Люциус Малфой пообещал Министерству полное сотрудничество. Эксклюзивное интервью читайте на страницах 5-6». Гарри оглушенно молчал. - Когда… когда вышел номер? – спросил он хрипло. Потом увидел сам. 3 дня назад. В тот день Нарцисса как раз прислала очередную посылку. Едва Гарри вышел за дверь, как в небе громыхнуло. Капли дождя забарабанили по крыше. Гарри со всех ног понесся к маяку. Он вихрем вбежал по лестнице наверх, в крошечную библиотеку под самой крышей. Драко сидел за столом, поджав по себя одну ногу, и что-то строчил на длинном свитке пергамента. - Ты! – Гарри бросил газету прямо на стол, опрокинув чернильницу. – Почему не сказал мне? - Мерлин, ты что делаешь, Поттер? Всю работу загубил! – Драко схватил пергамент, на котором расплывались бесформенные кляксы. Гарри дернул его за руку и развернул к себе. Его трясло от бешенства. - Люциус вышел из Азкабана! Драко молча выдернул руку. За окнами гремело и сверкало. Вода потоками бежала по стеклам. - Драко, - Гарри все никак не мог вдохнуть как следует, словно в горле застрял комок водорослей. – Что ты планируешь делать дальше? Драко стоял, опустив голову. Потом ответил: - Сдать экзамены. Вернуться домой. - Со мной? - Что? – почти неслышный шепот. - Ты собираешься вернуться со мной? – Гарри чувствовал, как в груди разливается холод. – И кстати, «домой» - это куда? В поместье? Драко поднял голову. По щекам бежали слезы. - Мы волшебники, Поттер! Мы должны жить как волшебники! Я не могу постоянно торчать с тобой, как последний магл, это ты привык жить со своей магловской семейкой… Гарри, размахнувшись, ударил его кулаком в лицо. Драко отшатнулся и чуть не упал. Из носа хлынула кровь, заливая белую майку. Секунду он дикими глазами смотрел на Гарри, потом развернулся и побежал вниз по лестнице. - Драко! – сердце болело так, словно вот-вот разорвётся, - Драко, стой! Гарри понёсся за ним, перескакивая через ступеньки. Он выбежал под дождь. - Драко! – вода заливала глаза и рот. Вспышка молнии осветила тонкую фигурку на обрыве скалы. Гарри бросился вперед, крепко обнял худое тело. - Прости меня! Драко медленно поднял руки и обхватил Гарри за шею. Они стояли, вцепившись друг в друга, а вокруг молнии рассекали море огненными стрелами.