Хроники Палара: Старые раны

      — Зеллан?       — Нет, это Тэмар. Сначала про него напишу, а там уже и про того, чье имя я взял на Фикбуке.       — И чем он тебе так запомнился? Скучный же персонаж, вечно недовольный.       — И с ранимой душой, затворник, преданный друг и почитатель традиций… мне продолжать? С себя списывал, а потому нельзя лажать с ним.       — Какие мы тут многогранные шо пипец.       — Именно, а ты превратился в Матиаса. Нерешительный овощ, что постоянно истерит, но делает всё как следует.

***

      «Новая жизнь, новые друзья, новый заработок и старые проблемы».

***

      Параллельно предыдущим событиям:       Жизнь в Амзаре невозможно назвать хоть сколько то плохой, здесь каждый найдёт себе дело по душе, в отличии от столицы, где понавалившие отовсюду конкуренты просто на корню задушили пятнадцатилетний труд Тэмара. Вообще, могло всё кончиться куда более плачевно, не спохватись он вовремя и не успей продать своё дело за не самые достойные деньги. Просто повезло с предложением, откажись бы он от него, просил бы милостыню где то на улицах и помер бы от заточки не поделив чекушку с другим бездомным.       Но сейчас Суран снова встал на ноги, нашёл новое прибыльное дело, купил небольшой домик на окраине порта и начал постепенно навёрстывать убытки в компании таких же людей, которым не удалось укорениться в столице. Таких оказалось немало, что того ни капли не удивило, ведь конкуренция сейчас крайне жестока, а многим не хочется зарабатывать честным трудом.       Такие и идут к ним: тесному братству приключенцев. Надолго они не задерживаются: получают первые деньги и уходят, пытаются начать новую жизнь и преуспевают. Мало в нынешнее время сторонников приключений. Из всех кого он видел, никто не горел этим делом, а лишь гнался за деньгами. Впрочем, понять их можно.       Один лишь Тэмар работал с более чем десятью группами искателей, которые выглядели как ходячие анекдоты и непонятно как, но им удавалось держаться на плаву. Ремесло это пусть и не самое простое, но разбросанные по всяческим забытым руинам ценности окупали все затраты на подготовку и выводили такие группы в плюс.       Только через полгода активных походом Тэмар смог найти постоянную команду и не выглядеть среди них лишним колесом: группа оказалась полностью иноземной и состояла исключительно из беженцев, чьи истории очень сходились, но постепенно группа уменьшалась. Большинство уходило из-за травм, другие были не очень требовательны и уходили через пару-тройку походов.       Вскоре из трёх десятков осталось четверо. Костяк команды, который, собственно, и организовал её. Они стали друг-другу верными боевыми товарищами, обчистив не одну «точку интереса» и вытаскивая друг-друга из передряг. Плечом к плечу они отбивались от зверей и бандитов… и так же вместе сбегали из руин, которые оказывались логовами драконов и уносили зад из потревоженных залов со смертельными ловушками.       Сегодня, впрочем, как и всегда лидер этой шайки, Тэмар Суран рассматривал карту Амлоима и наносил на неё метки уже исследованных за пару линамов мест. Последняя прогулка выдалась не очень: Яла цапнуло за руку хищное растение, яд оказался не смертельным, но и приятного в нём было мало. Сорб неудачно приземлился и серьёзно повредил колено, а Мэйя всё никак не могла сбыть собранное добро и только поэтому она уже третьи сутки не ночует в доме вместе с остальными.       Всё же времени прошло слишком много… они перестали обращать внимание на странности друг друга: на тряпичные, утыканные иголками куклы Сорба, лунатизм Яла и настенные творчества Мэйи. О своих выходках Суран никогда не интересовался, но по глазам видел, что что-то странное тот точно делал. К тому же, если это не вредит общей атмосфере, то значит, что всех всё устраивает.       Как уже было заведено: если Мэйя не ночует в «штабе», значит, она нашла новое приключение для всей команды, маленькая примета банды с первых дней не давала осечек. Так случилось и в этот раз…       Отметив на карте все посещенные нами места, он понял одну простую вещь: за полгода его команда исследовала ничтожно мало, это лишь земли около Амзара и вдоль хребта Мола вплоть до города Анктур, где с треском и провалилась крайняя экспедиция.       С первого этажа донёсся громкий хлопок дверью и быстрые шаги наверх, они направлялись как раз в зал, где Суран и находился. Традиционно встречать напарников было принято сидя, чтобы не падать от радостных и не очень новостей, а потому присев на простенький табурет у камина, он одним глазом смотрел на огонь, а вторым на дверь. В лёгком косоглазии были и свои плюсы, несмотря на некоторые неудобства и… косые взгляды. А получилось все очень просто: удар дубины по лбу сотворил чудо.       Толстая дубовая дверь распахнулась и в зал пулей влетела эта непоседливая эльфийка–санрит, она подбежала к карте и чернилами поставила небольшую кляксу немного севернее Амзара. И всё это буквально за секунду, главарь даже толком не успел среагировать, так и продолжая сидеть у камина. Он много раз слышал о скорости эльфийских охотников, но впервые увидел ее на деле, даже далеко не в опасной или требующей того ситуации.       — Вот, туда нам надо — Буднично и беззаботно сказала она, указывая пальцем на эту кляксу — Скоро рискуем озолотиться настолько, что свою гильдию можно отстроить.       — Уверена? И что мы можем найти у самого моря? Там же даже ни одной пещеры или грота нет.       — А вот и есть, причём ещё какая, загляденье сплошное. К тому же птичка шепнула о ценностях в её глубинах.       — Что же это у тебя за «птички» такие? Всё-то они у тебя знают.       — Сек-рет. Главное, что свою работу исполняют как надо — Она поправила волосы и направилась в свою комнату — Ладно, собираемся здесь же в полдень, зови остальных, пусть по рынку прогуляются.       Тэмар поднялся со стула и трижды ударил в колокольчик, висящий над камином, созывая копателей на совет. Яла и Сорба ждать никогда не приходилось. Только колокольчик отзвенел, а они уже тут как тут. Два брата, пусть и не по крови, но по характеру.       С самого детства они промышляли кражами по всей империи, слыли неуловимыми карманниками а позже и грабителями… до того момента, когда однажды не смогли поделить монету. Тогда- то их и поймали в заброшенной и заросшей части кладбища. Не казнили их только потому что они были ещё детьми, поэтому отделались пятнадцатью годами, которые успешно отсидели. Их прошлое дало им большое преимущество в новой работе по сравнению с любым другим авантюристом.       — Здоров будь, чего звал? — Одновременно спросили они.       — Да так, Мэйя опять работу нашла, вот, взгляните — Суран махнул рукой на карту.       — Да там же ничего нет, каменистый берег без всего — Сорб уселся на диван и закинул ноги на край моего табурета — Бывали же там.       — Ты так же не верил, что мы сможем хоть что-то найти возле Анктура, а нашли храм — Братские споры этих двоих как правило затягивались надолго и никуда не приходили.       — И сразу же сбежали оттуда, стоило нам только заслышать пение. Я это помню, бежали так, что я навернулся со склона — Сорб вынул из сумки зелёное яблочко и в пару укусов полностью расправился с ним.       — Но суть то, мы нашли то, что ещё никто не находил, как раз с её помощью — С этим аргументом Яла было невозможно спорить.       — Хех, и не поспоришь. Ладно, пойдём «купим» припасы для похода — Сорб громко хлопнул Яла по плечу, закинул свою сумку на спину и вышел из комнаты.       — Ладно, успехов нам, я тоже пойду, лошадей приготовлю — Тэмар встал со стула, кровь отлила и в глазах помутнело, а ноги подкосились.       — Ага, давай — Ухватив его за руку и облокотив на стену камина сказал Ял и тоже вышел из комнаты.       Парадная дверь дважды тихо хлопнула, оставив после себя лишь легонько позванивающую тишину. Тэмар снова сел и решил ещё немного посидеть у камина и покурить перед тем как спускаться в конюшни. Похлопал по карманам, он нашёл свою любимую альмеранскую махорку, засыпал её в трубку и поджёг. Полную тишину небольшого особняка сбивало только тихое потрескивание камина и затяжки из трубки.       Он никогда не любил тишину, возможно из-за того, что её толком и не было в жизни. Сколько Тэмар себя помнил, как не придёт в дом, так постоянно свистит чайник, трещат дрова в печи, а по ночам соседи поют песни. В академии было не лучше, каждую ночь находились те, кто приходил в стельку пьяный и считал своим долгом оповестить об этом все десять этажей, правда, иногда это был он с товарищами.       Наверное поэтому он не мог подолгу оставаться один в доме. Молчащие стены и потолки домов всегда на него давили, прибавляя к общей не комфортности страх замкнутых мест. Поэтому в его проданном доме были чудовищно высокие потолки.       Стряхнув весь пепел в камин Тэмар подтянул сапоги и спустился в конюшни, сегодня была его очередь убираться. Вооружился он лопатой с перчатками и принялся за уборку. Нужно было сменить сено и добавить фуража, а так же убрать навоз. Работа прошла быстро, но слишком уж не хотелось ему возвращаться в дом, в звенящую тишину. Оставив уборочный инвентарь в углу, Тэмар принялся снаряжать лошадей в скорый поход: нацепил котёл, мешочки с лекарствами, кое-какие сменные вещи и личные безделушки, без которых по словам братьев «удачи не будет».       Пусть он и не настолько суеверный, чтобы таскать с собой кукол, но к словам Сорба всегда прислушивался, было в нём что-то такое. Да и они весят чуть, лошади даже не почувствуют.       Всё было готово, оставалось лишь дождаться остальных. Сел он на кучу сена и снова закурил, ничуть не волнуясь о возможном пожаре, медленно водя глазами по комнате. Раньше именно здесь располагался центральный зал, где проводились сборы некогда солидной банды в самом начале пути. Позже, когда пустующего места стало слишком много, а золотое время обильной добычи ещё не ушло, они переделали зал под конюшни. Всё ещё на потолке отчётливо виднелись фрески, оставленные предыдущим хозяином дома, а многочисленные картины, что были вне зоны досягаемости под потолком грустно смотрели на такое преображение.       Его же портрет, нарисованный художником из Адмира год назад висел в центре, со стороны входа. До сих пор ему не переставало казаться, что она провожает взглядом, а может это просто хвалёные адмирские краски, чье качество выше всяких похвал. Пусть она и выглядело немного чужеродно среди других, выделяясь не только новизной, но и некоторой мрачностью, вечно списываемое на вечернее время появления на свет произведения искусства… Тэмар был рад видеть его каждый раз, а он его.       Братья обернулись быстро, притащив с собой четыре корзины, доверху забитые едой, а немного позже подошла и Мэйя. Общим голосованием решено было не дожидаться полудня и отправляться в путь прямо сейчас. Если всё пройдёт удачно, то обернутся за два дня.       Выехав за черту города, Сурана посетило странное чувство, шептавшее, что то, что будет найдено там, лишь часть чего-то большего. Тогда он не придал этому большого значения, и очень зря. Не прояви он тогда лишнего любопытства, всех дальнейших приключений можно было бы избежать… или всё же нет и судьба изначально всё предрешила?       Ночью:       Они разбили лагерь на небольшом холмике возле той отмели к которой вела Мэйя. Уже сейчас картина рисовалась прекрасная: синее, едва освещённое луной и светящимися рачками море уходило за горизонт, небольшие пороги с бурлящей рядом водой и скалы выходящие из-под неё. Отсюда и дальше морские пути посещаются очень редко, ведь путь только один: на Хальронд.       За долгие годы Тэмар перестал просто радоваться природе, перестал замечать всё, что происходит вокруг, сосредотачиваясь лишь на работе. Последний раз так радовался лишь когда выбрался со старыми друзьями год назад…       «Хорошее время было».       — Чего раскис? Опять грусть по молодости одолела? — Мэйя подсела, оставив братьев разбивать лагерь.       — Даа… всё никак не могу отпустить их, может это и звучит по-детски, но я думал, мы будем вместе до конца. Да и что такого плохого в ностальгии?       — Ничего, если есть что хорошего вспомнить — Она положила свою руку Тэмару на плечо.       — Ты говоришь так, будто ничего хорошего в жизни с тобой не случалось — Я пустил блинчик по воде, он подпрыгнул пять раз и утонул.       — А что может быть хорошего у сироты, выросшей в приюте и чьих родителей повесили у неё на глазах за то, что они от бедности начали торговать Пеплом? Да и потом я всю жизнь жила в заброшенных домах и питалась чуть ли не на помойке. Я сюда прошла через весь Адмир, на одних дарах природы. И только благодаря удаче, я прибилась сюда и работаю с вами — Она посмотрела на Тэмара блестящими от слёз глазами и тихо сказала — Не всем дано жить хорошо. Если кто-то радуется жизни и живёт на широкую ногу, то другой, как я например, будет объедки экономить, лишь бы встретить рассвет. Таков закон природы, одни мрут, другие растут, кому как не магу, чья сила символизирует жизнь знать об этом?       — Понятно, прости… — Едва слышно выдавил из себя Тэмар, вовремя перехватив порыв откровения. Иначе бы всё только испортил.       — Не усугубляй проблемы извинением, они никогда и нигде не помогут. Лучше веток для костра наломай сходи — Она снова сменилась на привычно весёлую и непоседливую, вприпрыжку направившись в лагерь — Да и не ты сделал моё прошлое таким.       В целом она была права, нечего ему брать на себя чужой моральный груз, да ещё и отдыхать, пока все работают. Он снял с пояса походный топорик и немного углубился в заросли, где нашёл поваленное дерево. Собрав веток и немного дров, Тэмар вместе с братьями соорудил костёр, а Мэйя сварила ужин.       Ели по нашему обыкновению неторопливо, суп уже успел поостыть и покрыться жирной плёнкой. Было решено подогреть его утром, не пропадать же добру.       Сразу после ужина, наконец, разбили лагерь. Поставили палатки вокруг костра и компаньоны уже легли спать. За всё это время Мэйя ни проронила ни слова, даже Ял и Сорб удивлённо переглядывались между собой, но спросить напрямую не пытались, ибо знали: жди в таком случае беды.       День сегодня был не очень-то и трудный, но устать Тэмар успел вусмерть, а сна ни в одном глазу. Он спустился с небольшого обрыва к каменистому берегу, опустил туда руку и прислушался к голосу вод. Правда, в этот раз ответом была лишь тишина, изредка прерываемая тихим ни то скрипом, ни то стоном. Давно тут уже никто не живёт. Вся рыба уплыла, русалки тут отродясь не водились и только лишь полустёртый от приливов, прицепившись к одной из скал висел коралловый голем.       «Бедолага, должно быть прибило сюда издалека».       Картина была очень удручающая, впрочем, как и везде в Делее. Это не та империя, где всегда светло и красочно, здесь полностью ясные дни в последние годы большая редкость.       «Интересно, как там Силдур? Небось, опять мучает Теану просьбами отправиться в командировку. Да и от Зеллана вестей уже два линама нет, опять разбежались кто куда».       — Надо будет навестить их, нехорошо получается… и с Мэйей поговорить. Но не сейчас, она меня и слушать не станет, да и не время.       Поднявшись на ноги, Тэмар вернулся к лагерю, вокруг было очень тихо, ни души. Живность к северу от Амзара начинает встречаться редко, разве что в рощице около Дернфрака, да в Заиндевелых вершинах стада горных козлов. Всему виной влияние Фарналя: одновременно прекрасного и ужасного места.       Через более чем час, сон всё же одолел, уже в полусне он с закрытыми глазами залез в палатку и овеваемый приятным морским ветерком уснул крепким сном.       Утро:       Несмотря на дикую усталость, именно Тэмар проснулся раньше всех, но не надолго. Почти сразу же после него проснулись и остальные. Молча разогрели вчерашний суп и доели его. Собирались так же молча.       — Ну, веди — Общую тишину прервал Ял, окидывая взглядом серые скалы. Небо снова было пасмурное и унылое. Но дождя не будет, кому как не магу воды об этом знать.       — Хорошо, за мной — Тихо сказала Мэйя и жестом позвала за собой.       Шли в сторону большого нагромождения камней. Выглядело оно так, будто кто-то большой специально наложил их здесь. Мэйя первая залезла наверх и помогла подняться остальным, сил ей было не занимать. Пройдя ещё добрую сотню шагов, группа оказалась возле отвесного спуска в пещеру. Рядом ничего подходящего для привязывания верёвки не оказалось, а потому пришлось сооружать упор самостоятельно. Вместе притащили тяжёлые камни, сложили их в кучу и зафиксировали крюк.       Конструкция хоть и не выглядела надёжной, но таковой являлась. Достигшая дна верёвка ответила всплеском воды. Было неглубоко. Первым спустился Тэмар, глубина была где-то в пару десятков метров, а внизу расположилось довольно глубокое подземное озеро. Следующими спустились братья, а Мэйя шла замыкающей.       Уже внизу все достали факела и подожгли их, грот озарило подрагивающее пламя. В ущелье, являвшимся единственным проходом дальше было довольно тесно, но для одного человека достаточно. Тоннель оказался коротким и вёл он в другую просторную пещеру.       Когда-то давно это место точно было обжито: до сих пор на стенах остались подставки для факелов, хоть и уже насквозь проржавевшие. Настолько, что они хрустели, если их зажать между пальцами. Сама дорожка, по которой расхитители шли, была уже протоптана и обшарпана, но резко обрывалась, уводя в глубину вод. Там точно что-то было. Глубоко под водой, у самого дна чувствовался магический след. Но туда путь был заказан. Да и вновь заговорившая Мэйя звала в другую сторону. Плутания продлились ещё очень долго, пока Мэйя не упёрлась в каменную кладку.       — И что теперь? — Сорб шумно выдохнул, бросая свой рюкзак на землю и садясь рядом, чтобы перевести дыхание.       — Тэмар, попробуй разрезать кладку напором воды. Один раз уже сработало, может получится и сейчас? — Ял достал из рюкзака светящийся камень и бросил его в воду. Со временем камень погас, так и не достигнув дна — Другого выхода всё равно нет.       — Почему бы и нет? Отойдите подальше только.       Суран сфокусировал толщу воды в острое лезвие с помощью фазы плотности и направил на стену. Взмахом лезвия смог немного повредить её, но вот чтобы сломать… понадобится много сил и некоторое время. Нанося удар за ударом он всё больше уставал, а стена поддавалась очень неохотно. Ногти на руках снова начали отслаиваться от влаги, а кожа рядом распухла добела.       «Понадобится помощь лекаря».       Но как бы то ни было, стена, наконец, поддалась и развалилась надвое.       — Тэм, выглядишь неважно — Мэйя протянула зеркальце из сумочки и была права. Кожа по всему телу набухла и приобрела слегка фиолетовый цвет, как у утопленника, а пальцы так вообще чуть ли не сами отходили от костей, но больно не было.       — Ничего, проживу. Ты ещё не видела что магия творит с Силдуром. Он однажды руки себе обжёг до нарывов во всю ладонь. Ходил весь в бинтах и пах, как сгоревшее мясо. Мне ещё повезло.       — Если магия творит такое с обладателем, то почему вы вообще ею пользуетесь, какой в этом смысл? — Вполне справедливо заметил Сорб.       — Скажу так, если не пользоваться магией, то она накапливается в теле и тогда будет даже хуже, чем сейчас. Просто запомните, магия, это совершенно не дар, это оружие, одинаково опасное как для врага, так и для обладателя.       Братья помогли надеть рюкзак и все вместе отправились дальше. Ещё глубже в эти древние руины. В коридорах было ожидаемо темно и тянуло сыростью, всё поросло мхом. Иногда проглядывали барельефы с различными изображениями, по всей видимости героев древности и их подвигов. Все изображения были испещрены маленькими символами. Похоже, это древняя письменность, но она не принадлежит человеку, больше походила на эльфийские буквы.       — Ну что, удастся что-нибудь разобрать? Сдадим оттиски коллекционерам и разбогатеем.       — Нет, Ял, письменность местами истёрлась, а та, что осталась, вообще даже близко не похожа на хотя бы один современный язык. Но слепок я сделаю, отдам на расшифровку своему другу, он в этом деле намного лучше меня. Достань у меня из рюкзака раствор.       Ял выполнил всё в точности с инструкциями, а для удобства порезал подстывший раствор на плитки поменьше и положил себе в рюкзак. Пришлось идти дальше, иногда снимая оттиски и делая слепки для продажи коллекционерам. Этот поход пока ещё даже в ноль не вышел, не то что окупился, но Мэйя продолжала вести дальше, а её чутьё не подводило.       Чуть позже расхитители вышли в просторное помещение со множеством глиняных печатей в стенах. Разбив одну из них, они обнаружили древнюю мумию, увешанную различными побрякушками.       «Девиз мародёров и исследователей всех мастей: мёртвому в тяжесть, а нашедшему в радость».       Грабители разбили все печати до которых смогли дотянуться и забрали столько, сколько смогли унести. На резонный вопрос о проклятии на побрякушках был получен не менее резонный ответ от Сорба: если перепродать, то и проклятие не наша проблема. Пусть мучаются сами.       С трудом застегнув забитые доверху сумки, расхитители уже собирались возвращаться, как Ял заметил небольшую дверцу, прикрытую почти истлевшей тканью. Заглянув туда, он увидел сокровищницу… пустую, и обрыв, уходящий в воду. Подобрав с пола пару десятков монет, которые можно отдать коллекционерам, все уже собирались уходить, как на глаза Сурану попался маленький свиток, прижатый выпавшим из стены кирпичом. Письменность на этом свитке отлична от барельефной и больше походила на руны.       Всунув его в свободный узелок на поясе Тэмар поспешил за своими напарниками. Они осматривали крипту на наличие тайных ходов, но, похоже, безрезультатно. Дружно вздохнув от нежелания волочить тяжёлые, пусть и набитые ценностями сумки и рюкзаки, они побрели обратно ко входу. Медленно пройдя по узкой тропе над озером, они осторожно начали подниматься на поверхность. Упор немного дёрнулся под таким весом, но всё же выдержал подъём. Уже наверху Тэмар как смог, ухватился за верёвку и дополнительно поддерживал её.       Плоть с пальцев уже почти слезла и рана начинала ныть. Сейчас ещё не сильно, но Тэмар прекрасно знал, что будет хорошо, если он просто будет кричать и кататься по полу в слезах. Обратно в Амзар они вернулись как раз к ночи. К этому времени Тэмар уже был белый как известь и держался из последних сил. Мэйя сняла с него рюкзак и направила лошадь к зданию больницы, где того уже знали как постоянного гостя.       Эту ночь он не спал, было больно просто попытаться двинуться, не говоря о том, чтобы почесать голову или спину.       «Который раз зарекаюсь, что не буду сильно увлекаться магией и доводить себя до такого, но каждый раз обманываю сам себя, ведь работа требует жертв».       Утро следующего дня:       За ночь боль утихла и пальцы встали на свои места, хотя от шрамов в этот раз избавиться не получилось. Тэмар попрощался с лекарем и направился в штаб. Забрал оттуда слепки и оттиски, заплатил фермеру, чтобы он довёз на своей телеге до Анктура. Оттуда направился прямиком в Граетол, на встречу к Силдуру.       Путь был не из близких. Прошло уже три дня, на выбритом лице опять начали пробиваться щетина и усы. За это время Тэмар уже полностью оклемался и был готов к аудиенции у императрицы. Пройдя в замок, он сразу же направился прямиком в башню Силдура и наткнулся на табличку «Никого нет дома и не будет ещё долго!».       «О как!»       Раз Силдура нет в его конуре, то он может быть только в тронном зале, куда его друг сейчас и направлялся. Массивные двери уже были открыты, а сама императрица сидела на троне и скучающими глазами смотрела вдаль.       — Приветствую вас, императрица Теана — Тэмар поклонился и продолжил — Прошу, не могли бы вы сказать, где сейчас Силдур?       Теана, казалось, не заметила и даже не услышала посетителя, лишь чуть погодя, она повернулась к нему.       — О, Тэмар Суран, давно тебя здесь не было, что же привело тебя сюда?       — Моя команда… исследователей недавно наткнулась на древние залы, стены были испещрены непонятными символами, а я сделал их слепок и хотел попросить помощи в переводе от Силдура.       — Древние залы? Да, единственный кто разбирается в древностях помимо Совета магов Дернфрака, так это только он. Но я отправила его на важное задание в Фарналь. Если есть желание, можешь навестить его, а если понадобится, то и помочь — Вот так нехитро его послали подальше. Делать нечего, придётся опять ехать.       — Благодарю вас — Тэмар снял шлем и вышел из зала.       Потраченного на поездку времени было катастрофически жаль, но ничего поделать с этим было невозможно. Утешал лишь зов наживы, который обещал сгладить последствия поездки. Даже не пытаясь искать обозы до Дернфрака Суран отправился в путь в одиночку. Взял в конюшнях лошадь явно по завышенной для неё цене и с мыслями о радостной встрече отправился снова на север, молясь о том, чтобы Сколы максимально сократили его путь.

***

      — Вкусновато, но маловато, что-то ты сегодня недовольный. Глава неплоха, есть взаимодействия и пара интересных черт о персонажах. Видно что люди тёртые уже, повидали разное.       — А это я решил описать наш школьный поход, когда впервые выбрался за пределы села. Мы тогда заночевать хотели, но не сложилось, да и в пещеры не лазили, это позже было… у меня до сих пор есть небольшая коллекция камней.       — Ого, покажешь потом? Я и не знал, что история вдохновлена этим.       — Да у меня вся история будет построена на реальном опыте, пусть местами и гиперболизированном. А коллекцию я покажу. С превеликим удовольствием.       — Буду ждать, ты когда поедешь домой?       — Да наверное в следующую субботу, но это не точно. Потом, по ходу дела буду показывать другие источники вдохновения.