Крайняя мера
9 ноября 2021 г., 21:12
— Ну так что там по сюжету? Ты ведь только его умеешь писать. Давай тогда к нему и вернёмся.
— Согласен, надо вернуться к Силдуру, забыл я о нем. Пора будить его и делать грязь.
— Только не говори что все по старому канону, это очень подло.
— Ну, иногда нам стоит идти на риски. Кто не рискует, тот не пьет шампанское.
— Ты ведь аллергик?
— Да, поэтому я хочу хотя бы здесь рискнуть.
***
«Как любил говорить наш зоолог: даже если вас съели, у вас есть как минимум два выхода. Когда его проглотил ящер, он, похоже, избрал первый путь».
***
1059 год После битвы на полях Мифреля. 16 день Звезды. Земли вокруг пылали зелёным огнём, пожиравшим всё, до чего он мог дотянуться. Дым душил собой всё, что было рядом. Людям некуда бежать: стоило им ступить хоть пару шагов, как вспыхивали столпы пламени, неприступной стеной отрезая выход из порта. Молнии били с небес и десятками залпов разрушали каменные дома в пыль. Шаровые молнии гонялись за паникующими людьми, которые ещё совсем недавно размеренно гуляли по улицам. Земля покрылась трещинами и воронками, втягивающими в себя всё, чего они касались. Невидимая волна стихии прошла через стену порта и разорвала её на части. В море бушевали воронки, а к городу приближалась невероятных размеров волна, затмившая собой весь город и погрузившая его во мрак. С ужасным грохотом эта громадина упала на доки, стерев их с лица земли. Лишь чудовищные затраты энергии позволили магам сдержать волну и защитить остальной город. Посреди всего этого кошмара Каор и проснулся, ни чувствуя ни боли, ни страха, одно лишь любопытство и непонимание двигали им сейчас. Медленно перебирая ногами, он поднялся по винтовой лестнице, которая его сюда и привела. Наверху была полная разруха. Вход в реликварий по которому тот прошёл в своём времени был так же открыт. Дыра в потолке и огромный валун красноречиво намекали на то, что именно открыло путь. У входа плотным строем стояла стража дворца и ждала врага. Они о чем-то говорили, только вот Силдур не смог понять о чём. Их язык был не похож ни на один другой даже примерно. Двое защитников обернулись, будто почувствовав стороннее присутствие и медленно направились в его сторону, но сделав несколько шагов остановились в нерешительности, или незнании что делать дальше. Ещё раз пристально осмотревшись, один из них пожал плечами и собирался уходить, но второй его одёрнул и показал некий свиток. Едва заметно кивнув друг-другу они приступили к странному ритуалу. Первый взмахнул рукой, а второй прочёл неизвестное заклинание, от которого несло тьмой, после которого оба крайне удивлённо посмотрели на материализовавшегося перед ними Силдура, будто призрака увидели. «Маг огня… значит, мы проиграли войну. Тебе здесь не место». «Похоже, он не из этого времени. Это ещё хуже, грядёт нечто куда более жуткое, чем происходит сейчас». Голоса раздавались в его голове и на его языке. Каждое слово отдавало металлическим лязгом, заставляя инстинктивно закрывать уши. «Твоя правда. Эй, маг огня! Беги на вершину собора, поговори с нашим командиром. Если кому и под силу вернуть тебя обратно, то только ему. Уходи, пока не стал пленником вневременья, это твоя единственная надежда». Солдаты переглянусь и глубоко вздохнув, крепче сжали оружие. Они вернулись к своим и что-то сказали, снова на их языке. А Каор же, не видя иного решения проблемы в которой оказался, решил последовать их совету. У самого верха собора, под чёрным шпилем располагалась небольшая комнатка, переоборудованная под штаб. Всюду висели кристаллы для связи с различными группами и отрядами. В бочках в углу хранилось нечто с гнилостным запахом, но обладающее мощным магическим фоном, которое смогло скрутить магическое поле подготовленного волшебника. В центре стоял стол с чертежами и планами наступления, за которым сидел взрослый мужчина лет сорока: седовласый, с короткой чёрной бородкой и бледным лицом, не выражавшим никаких эмоций. Не поднимая на пришельца взгляд, он указал рукой на кресло, стоящее у входа. Силдур повиновался и сел. Мужчина продолжал что-то чертить и отдавать приказы ещё некоторое время, потом резко встал из-за стола и посмотрел на него своими полностью чёрными глазами. «Чужак, но не по своей воле. Этот временной отрывок не для тебя. Хочешь домой, ведь дело великое и благородное ждёт. Раз войну мы проиграли, то и для пререканий смысла нет, моих сил хватит чтобы вернуть тебя в твой мир, к Всеотцу нашему, что ждёт там». Под его ногами вспыхнула руна, очень похожая на ту, которой того оглушили совсем недавно. «Знакомая руна, да? Воровка и извратительница магии. Она такая же, как и ты: расплата Всеотца нашего за ошибки его. Но она служит ему, как и послужишь ты… какова ирония, полагаться на тех, кто был создан для медленного уничтожения рода людского». Руна набирала сияние всё больше, медленно обволакивая синеватым туманом и многочисленными вспышками искр. Последнее что вторженец увидел перед исчезновением, было появление сферы из, казалось, чистого света. Мужчина оглянулся, и на его лице впервые проявилась эмоция: яркий животный ужас. «Всеотец, мы не смогли исполнить то, для чего ты создал нас. Сторона света восстала против нашей тьмы. А ты, молодой маг…прошу тебя, забудь всё, что произошло здесь, и всё, что ты видел». Всё растворилось в яркой вспышке, а чуть позже и во тьме. Пробуждение в настоящем времени сразу же встретило Силдура жуткой головной болью. Мысль о попытке подняться даже не приходила в голову. Всё, что он смог сделать, это перевернуться на спину. В глазах всё поплыло и зарябило, а сердце стучало невпопад. Вокруг царила гробовая тишина, прерываемая редкими стуками капель, стекающих с потолка на устилавшие пол обломки реликвий. Только когда голова чуть пришла в норму, он увидел всё тот же чёрный дым, из которого состояли виденные им тени и тот, что стекал из ран южан. Дым медленно поднимался вверх, заволакивая потолок непроглядной пеленой. Во мраке мелькали дальние звезды и созвездия северного полушария. Наконец, тьма стала настолько плотной, что комьями повалилась вниз. Хлюпая и переливаясь металлическим блеском эти бесформенные сгустки с множеством крошечных глаз, медленно поглощали друг друга и увеличивались в размерах. По комнате начал расползаться запах гнили и железа. Одна за другой эти груды тьмы сливалась воедино, образуя поистине гигантское существо, упиравшееся плечами в потолок. Силдур хорошо чувствовал своё тело, каждое его движение, иногда, если слишком сильно сосредоточиться, даже получалось ощутить движение крови по телу. Решил провернуть этот трюк повторно. Известия были далеко не самыми приятными: удар серьёзно повредил мозг. Открылось внутреннее кровотечение, и кровь медленно накапливалась в голове, давя на мозг. Рябь не проходила, а слабость становилась только сильнее. Списал эти сгустки на галлюцинации, предвещающие конец. Существо же аккуратно взяло его на руки и поднесло к своему лицу, выплывшему из-под пелены: полностью чёрному провалу с одним маленьким золотистым огоньком глубоко внутри. Это нечто упало на колени и протянуло руки вверх, будто в молитве. Раздался глубокий монотонный шум, больше походивший на мычание. Закончив ритуал, существо поглотило Силдура и человек оказался в полной темноте, посреди которой мягко светил огонёк. Пламя медленно набирало свечение и вспыхнуло ослепительным сиянием, пробивавшимся даже через закрытые глаза так, будто совсем не встречало преграды. Сияние пошло на убыль, мир вокруг наполнился звуками природы, а заставили открыть глаза чьи-то шаги, совсем рядом с ним. Первое, что он увидел открыв глаза, была морда скакуна, которого он оставил за городом. В голове Силдура мелькнула мысль, он подскочил и огляделся. Город был далеко и выглядел ещё хуже, чем когда тот приехал туда, даже собор разрушился. «Ну и чудеса, сколько всякого повидал, но такое впервые». Из ступора же его вывело недовольное ржание лошади. Конь настороженно уставился и попятился назад, как ильд от меруна. Стоило попытаться подойти к лошади, как она что есть силы заржала и попыталась ударить копытом, а после этого сбежала. «Идти придётся пешком». Четыре дня спустя: Путь был долог, подошвы сапог уже давно стёрлись, а сменить их было нечем: всё осталось в поклаже лошади. Пришлось резать одежду и наматывать лоскуты на ноги чтобы не разодрать их в кровь о каменистые поля. Ночевать пришлось под открытым небом, терпя холода и ночных насекомых. Происшествие в реликварии и весь тот ужас были списаны на травму, как и кровотечение было списано на не до конца вернувшее сознание. Только случай с черногривом и появление уже далеко за городом придворный маг никак не мог объяснить. «Если не знаешь что случилось, спиши это на аномалию Фарналя» — Не Феникс весть какая отговорка, но лучше чем никакая. Вернулся он в Дернфрак уже затемно и без промедления направился к травнице, чтобы поговорить с Натаниэлем. Стража у ворот без проблем пропустила, но он слышал, как они перешёптывались о нём за его же спиной. Как и ожидалось, ночью город был тих. Густой и кисловатый от дождя Спорных Земель туман спустился с Хребта Мола, утопив в себе весь город. Идти пришлось почти вслепую. Наконец, он набрёл на хижину травницы, она была закрыта на замок, а к двери на маленький гвоздь прибита записка: «Ушла за травами, приду к рассвету». Чуть ниже, маленьким шрифтом было написано: «Силдур, Натаниэль вернулся в Шпиль, ищи его там». Оставалось лишь пожать плечами и идти туда. Если выпадет шанс, то следует непременно отблагодарить её, да и имя узнать, а то не хорошо получается. Уже с площади перед Шпилем было видно, что внутри Натаниэль не один: тут и там мелькали тени людей, будто патрулировавших коридоры. Во всех комнатах горел яркий свет, а магические печати по всему строению гулко резонировали невидимыми иглами, покалывающими тело. Было что-то неладное во всём этом: в воздухе витал смрад гниющей плоти, совсем недалеко кто-то взвыл леденящим саму душу криком и будто заскрёб когтями. За одной из лавок на площади раздался шум, что-то там шуршало. Послышался звон бьющегося стекла и чавканье вперемешку с утробным урчанием. Ни один известный зверь, ни тем более человек на него не был способен. Настала тишина, утих даже ветер. К счастью или к сожалению, она продлилась недолго. Из той же палатки раздался тихий хруст, похожий на тот, когда хрустишь пальцами или шеей. Попытка опознать тепловое поле не увенчалась успехом. Тот, кто был там, не источал тепла. Сердце мигом ушло в пятки, а по телу прокатилась волна мурашек. Уж с нежитью ему ещё не доводилось встречаться. Медленно, осторожно и наступая полной стопой для меньшего шума, как при ходьбе по битому стеклу, Силдур направился в сторону Шпиля. Звук прекратился, послышались шумные втягивания воздуха, а следом за этим последовало протяжное мычание, переходящее в булькающий рык. В слабом свете луны скользнула тень. Силдур обернулся и встретился глазами с ещё одним неупокоенным. Красно-жёлтые глаза, походившие на большие мешки гноя, выпирали из-под глазниц и светились на удивление ярко, как факел в ночи. Мертвец таращился на него, не спуская глаз и шумно сипел. Даже в относительно тёплой ночи от него исходил пар, а падавшая на землю слюна на лету превращалась в лёд и разбивалась о мощёную дорогу. Длинные и кривые когти на его руках были крайне остры, раз смогли вцепиться в кладку одного из немногих каменных домов, они медленно переходили в синюшную кожу, поблескивающей льдом в тусклом свете луны. Пока Силдур разглядывал это мерзкое недоразумение, первое чудище успело покинуть палатку. Скосив один глаз в его сторону он пожалел об этом. Выглядел тот ещё хуже: весь покрыт кровавыми нарывами, да ещё и распух как утопленник. Ходячий труп выдернул из брюха меч и вооружился им. Волоча левую ногу за собой, он на удивление быстро направился к живому. В окне Шпиля мелькнуло три тени, они недвусмысленно приказывали бежать к ним. Находиться в столь неприятной компании не хотелось, а потому, что есть силы, маг рванул к Шпилю, под охрану печатей. Но не дали ему сделать и пяти шагов, как в одном прыжке того нагнал когтистый мертвец. Он навалился всей тушей и прижал к земле. Каор успел извернуться и упереться ногами в грудь мертвеца, отдаляя его почти беззубый рот от тела. Благо, идея пустить в ход когти того пока не посетила. Под давлением этой туши ноги начали погружаться внутрь тела, с хрустом проломив тонкий слой ледяной кожи в том месте. Склизкое месиво из давно сгнивших кишков морозило едва прикрытые ноги, капало на живот и впитывалось в одежду. Чудовище хрипело и силилось укусить его ещё недолго. Осознав провал такой атаки, оно одной рукой намертво обвило утопающие во внутренностях ноги и протолкнуло их глубже в себя, а второй готовилось к атаке. Внутри трупа что-то копошилось, оно было довольно большим. Что-бы то ни было, оно до крови вцепилось в ногу. Умирать Силдур не планировал, особенно так, а потому пришлось импровизировать. Одной рукой он ухватил разложенца за горло и пустил поток огня прямо к мозгу. Голова просто растеклась и упала чуть правее него, забрызгав ту часть лица. Отсутствие головы не помешало чудовищу заверещать так, что у Силдура зазвенело в голове, визг исходил из живота. Потеряв голову, чудовище начало махать когтями наугад и смогло оставить глубокую рану, разорвав щеку. Боль была адская, а кровь лилась ручьём. Пришлось направить энергию на рану и прижечь её изнутри. Взревев от боли он ухватился за торчащий на месте шеи позвоночник твари и пустил большой поток энергии огня через него по всему телу. Последовал короткий рывок, а потом тело обмякло и растеклось за считанные секунды. Скоро о себе даст знать вторая стадия истощения. Использование магии на полную силу, без какого либо контроля к этому быстро приводит. Схватка очень вымотала. Каор без проблем уснул бы прямо здесь, но рассекающий воздух взмах клинка поспешил прервать его мечтанья. Звон металла о каменную дорожку прекратился и на смену ему пришёл хруст кости и взмах полуторного меча. Лезвие уже опускалось на голову. На остатке магического запаса Силдур растворился во вспышке пламени и переместился за спину мертвеца. Что было силы ударил по ногам и побежал к воротам. Раздался глухой хрип и вой, будто от нестерпимой боли, и в дверь влетел клинок, пробивший её насквозь и застрявший гардой внутри. Удар пришелся в паре сантиметров от головы, едва поцарапав ухо. Силдур перебрался чуть дальше к стене. От осознания катастрофической близости к смерти тот просто отключился. Быть на грани смерти два раза за неделю для тела было уже слишком. Некоторое время спустя: — Эй, гражданин, ты как? — Именно этим вопросом от высокого и побритого налысо мужчины было встречено пробуждение. — Сложно сказать, но жив, и на том спасибо — Силдур лежал на мягкой кровати в чистой одежде, грязные вещи лежали рядом. — И это главное — Судя по щедро увешанным регалиями доспехам, этот человек был одним из Судий — Натаниэль обязан тебе жизнью. Ты избавил его от проклятия. — Я… что? — Остатки сна как рукой сняло. — Проклятие вины… одно из самых редких. Ты, должно быть не знаешь, за что же его сослали сюда — Чуть прищурив глаза Судья посмотрел на него, а после вздохнул и продолжил — То была жена и старшой сын его. Своими руками их задушил, а тела в море скинул. Правда, забыть и простить он себя не смог. Повисла тишина. А представления Силдура о Баросе, как о человеке лишь на вид суровом рассыпались в пыль. — После первого нападения он перебрался сюда, чтобы, изучив секреты Фарналя, найти способ избавиться от груза. Благодаря тебе, Натаниэль, наконец, сможет обрести покой — Судья положил свою руку Каору на плечо — Ты упокоил его жену, а прижизненная привязанность сына к матери убила и его. Тебе явно стоит проведать старика. А останки местной травницы мы сами предадим огню и проводим её душу. С этими словами мужчина покинул комнату. Машинально потянувшись рукой к ране, Силдур был приятно удивлён тому, что от неё остался лишь небольшой шрам. Работа Судий, не иначе. Он поднялся с кровати, и как ожидал, оказался весь покрыт шрамами от ожогов истощения. Взял всю грязную одежду и спалил её к ильду. Не хотелось больше даже видеть эти омытые в крови и гное лохмотья. Больше в комнате не было ничего интересного, а потому было решено отправиться на поиски Бароса. Долго искать его не пришлось, Натаниэль ждал в комнате-перекрёстке, этажом ниже комнаты, куда положили Силдура. Он был весь ободран, будто его как следует оттаскал медведь. — Оклемался… немудрено, Судьи своё дело знают. Ещё и руны ослабляющие навешали. Сожрала бы моя ненаглядная тебя без них — Смотря прямо в глаза, усмехнулся Натаниэль. — А давно они тут? – Не обращая внимания на его слова, поинтересовался СИлдур. — Судьи дня два в засаде сидят, а мертвецы уже третий год стерегут меня. Мне, наверное, стоило бы поблагодарить тебя за спасение моей жизни. Только вот… Око не при тебе? — Барос немного оживился, но тут же угас, получив отрицательный ответ. Каор же поведал ему обо всём, что приключилось с ним за эту неделю. Рассказал о путешествии в прошлое, о встрече с южанами и сероволосой девушкой, даже о том странном видении или галлюцинации. — Дела, дела. Я был бы рад дать ответ хоть на один твой вопрос, но это нечто из ряда вон выходящее… раз Ока при тебе нет, то придётся брать хитростью — Барос подскочил с кресла и направился к порталу на первый этаж — Не вешай нос, есть ещё способ. Он куда сложнее. Если откажешься, я пойму. А сейчас… иди за мной. Шагнув вслед за Натаниэлем, они оба оказались в прихожей, напротив массивной двери, закрытой на замок. Пошарив по карманам, Барос выудил маленький серебряный ключ с гравировкой. Замок щёлкнул, дверь открылась. Лестница уходила глубоко вниз, навстречу вышел сладковатый воздух, пропитанный травами. Похоже, это хранилище различных ингредиентов. — Идём, увидишь наш последний шанс на успех в этом деле — Барос взял зажжённый факел со стены и начал торопливо спускаться по лестнице. Пройдя десяток кругов по винтовой лестнице, мы оказались в хранилище. Огромное помещение было полностью заставлено различными склянками и пучками трав. Шкафы которые держали на себе всё это добро десятком стройных рядов тянулись другого конца помещения. Пыли в воздухе не было, за хранилищем регулярно ухаживали. Натаниэль направился к левому дальнему углу, к большой книге, стоявшей на пюпитре отдельно от остальных. — «Иралунос Фокар». Ритуальная книга, она-то нам и нужна. Открой двести сорок первую страницу и внимательно изучи написанное. Книга была старая и пыльная, будто её все эти годы обходили стороной при уборке. Плотный переплёт с изображённой на ней руной «Лусаш» в перевёрнутой позиции был покрыт толстым слоем пыли, грязи и умерших насекомых. На манер дневников книга была закрыта на заклёпку. Каор открыл книгу, приятный запах старинной бумаги пополз по носу. Старые страницы похрустывали при перевороте, книга явно пережила как минимум столетие. Открыл двести сорок первую страницу. — «Ритуал последнего взгляда». Вы о нём говорили? — Да, это он. У нас тут хранится великое множество ингредиентов. Не хватает только одной… в нашем случае двух вещей. — «Человек узрит правду на свою мольбу, но то будет его последнее видение». Я так понимаю, дело в этом? — Именно, но есть способ обойти плату — Натаниэль накручивал свою длинную бороду и мерно постукивал пальцами по груди, пытаясь вспомнить что-то — Есть способ. Серебряная линза идеальной чистоты… главная реликвия Серебряного Гнезда. — Но? — Но, но, не запряг ещё. Место это недоброе, на острове за Фарналем находится оно. Туда одному я тебе соваться не позволю. Займёшься пока другим компонентом: слёзной водой. Высоко в Заиндевелых Вершинах есть озеро, которое никогда не покрывается льдом. Возьми этот флакон. Воду набирай только в него, любой другой материал разлетится на осколки — Барос протянул ничем непримечательный стеклянный пузырёк. — У меня много времени? — Достаточно, за завтра подготовься как следует, мой тебе совет. Послезавтра нужно будет выходить, а пока тебя не будет, я поищу помощника, в Гнездо отправитесь вдвоём. — Понял, разрешишь идти? — Силдур громко зевнул. — Куда уж я денусь? Иди, отсыпайся. Оба вышли из хранилища и разошлись на перекрёстке. Каор сразу упал на кровать и снова провалился в сон. Утром: Проспал тот недолго, не более шести часов. Вчерашнее происшествие постепенно забывалось, а потому Силдур уже без всякой тревоги заправил кровать, оделся, привёл лицо и волосы в порядок, вышел из Шпиля и направился на торговую площадь. Купил еды, тёплой одежды, нож для разделки и топор, всё остальное ему выдал на руки Барос перед уходом. Он направился в лавку к портному, в надежде купить новую мантию, взамен сожжённой. На месте его встретил уже седеющий старичок невысокого роста с моноклем у левого глаза. Выслушав заказ, он удалился в одну из комнат, откуда вынес точно такую же мантию, которая была на нём ещё совсем недавно. — Хе-хе, люди вашей комплекции здесь не редкость, а одёжка мне сразу приглянулась, когда увидел вас. Это было нечто новое для меня, а потому интересное. Вот я и не сдержался. Рад, что не зря сшил. — Благодарю, дедуль, сколько с меня? — Немного, сорок серебряных за такую-то работу отдать стоит, не считаете? — С хитрой, но доброй усмешкой спросил портной. — Это точно, вот, держите. Каор расплатился и вышел. Всё что было необходимо для путешествия тот приобрёл, а потому неторопливо направился обратно к Шпилю, решив по пути добить последнюю главу «Хроник Дивной Отчизны». Его радости не было предела когда спустя три тома узнал, что умер хоть кто-то. Горьким же разочарованием стало то, что сила любви в очередной раз показала себя куда более сильной, чем сами боги. «Вроде бы и интересно было, весь том держало в напряжении, но концовка как всегда обманула все мои ожидания. Больше никаких Хроник, хватит с меня этих розовых соплей. Я не удивлюсь, если в конце герой умрёт и воскреснет, тем самым победив древнее божество, которое имея все шансы на победу, ни одним не воспользовалось». День был испорчен, настроение совершенно убитое. Очередной пасмурный день грозился дождём, которого не будет. Он брел, не разбирая дороги и пиная попадавшиеся под ноги камешки, они со стуком отлетали и врезались друг в друга… как люди при битве Наследника с Бронегрызом. Снова мысли о провале Хроник протиснулись в голову. Хоть пиши свою историю… было бы время на работе, Силдур давно написал бы с десяток полноценных книг. «Неужели больше во всём мире нет нормальных приключенческих романов»? — Ой, а кто это у нас носик повесил? Неужели Силдур снова съел кактус и разочаровался в финале истории? — Этот голос он узнает из миллиона. — Тебя-то каким ветром занесло сюда, Тэмыч? Неужто к знаниям потянуло? — Тебя искал, кучу времени угробил. Не поверишь, из Амзара в Делей тащиться пришлось, а оттуда сюда. — Так и знал, жить без меня не можешь. Не удивительно. Никто без такого красавчика как я не может долго жить — Силдур повернулся к нему, поправил волосы и улыбнулся. — Хех, шалун — Улыбка сползла с лица Тэмара как только он посмотрел на лицо — А со щекой что? Опять не по размеру взял? — Он вновь залился громким смехом — Как они посмели сделать это с моим мальчиком?! Проходившие рядом люди удивлённо посмотрели на них. — Не поверишь, с нежитью боролся, вот когтями мне щеку и порезали. Но Судьи меня подлатали. — Я охотнее во Всевышнюю Справедливость поверю, чем в нежить. Ну, не хочешь говорить и не надо, не сильно-то и хотелось — Само собой он поверил, но не мог не отшутиться. — И всё же, что так далеко от Амзара? — Пришло время встречного вопроса. — Лучше раз увидеть — С этими словами Тэмар снял свой большой походный рюкзак и вытащил оттуда глиняные плитки с необычными письменами и рисунками, а после вытащил старый свиток и положил его поверх всей этой кучи. — Хвалю, писать учишься? Почерк тебе и правда стоит подправить — Силдур повертел табличку в руках и пожал плечами — Если без шуток, то это нечто слишком древнее, похоже, старогномий язык. Я изучал его в свободное время, но далеко не продвинулся. Могу расшифровать лишь пару символов. А вот с рисунками куда проще, это эльфийский линейный шифр, в каждом изгибе заложена своя мысль, но и он переплетается со старогномьим. Со свитком та же беда, комбинированный шифр очень сложен. — Старогномий значит… есть зацепка. Попробую сплавать к Аркитам. В их библиотеке должно быть хоть что-то об этом. — Хорошая идея, любой историк душу продаст за подобные расшифрованные таблички, даже я — Силдур вернул Тэмару его табличку — Как смотришь на то, чтобы сплавать вместе? — Если тебя как обычно не стошнит, то с радостью. — За такие знания пройду через всё что угодно — Каор поднял палец к небу — Закончу только с поручением и под шумок уйду в самоволку. — А во что ты влип на этот раз? Может, помощь нужна? «Так вот ты какое, предложение, от которого невозможно отказаться»! Он даже не стал пререкаться. От помощи ему не следует отказываться, но пусть лучше она будет знакома. Тэмар идеально подходил на эту роль. Оставалось лишь предупредить Бароса. Ну и обрадовать одного старого знакомого встречей с другим старым знакомым. — А знаешь, я согласен. Пойдём пока в Шпиль, завтра отправимся в путь. Разберёмся побыстрее со всем этим делом и отправимся на родину Зеллана. — Жаль, он не с нами, вдвоём хоть и веселее, но всё равно не то — Тэмар достал из кармана свою трубку, забил альмеранской махоркой и поджёг. — Тэмар, а ведь курение убивает — На шее, рядом с амулетом, на второй цепочке висела старенькая трубка, которую Каор не дымит уже много лет. Таскает с собой на удачу. — Нас стремится убить всё и все вокруг. Табак же, в сравнении с этим, меньшее зло. Да и что этот малыш мне сделает? К тому же… надо же от чего-то умереть.***
— Ладно, ты и правда долго держался, но всё-таки прорвало. Снова чужие Хроники шатаешь? — Да, ибо ничего оригинального он придумать не смог и взял столь банальное название. Ещё и эти ходы с девизом «любовь спасёт мир»… заколебало. — Ты ведь понимаешь, что у тебя работа так же называется? К тому же он пишет лучше тебя и у него уже три тома готово, а ты с одним маешься столько времени. — Да, ибо я прекрасно осознаю что ничего нового в жанр не привнесу, а потому могу себе позволить быть вторичным. А он вроде что-то уникальное хотел показать, у него есть стимул, а я пишу в своё удовольствие. — Опять отговорки в бой пошли. Если не можешь написать что-то вменяемое, то зачем берешься за это? — Да Х’тон его знает. Если так и дальше пойдет, то заброшу это дело.
