Последний сон
7 января 2023 г., 14:19
«Нелюдимые учёные из глубины лесов, что постигают тайны стихий в единении с природой. Должно быть эльфийская культура плотно укоренилась в из умах… они окажутся бесценными союзниками.»
***
1059 год после битвы на полях Мифреля. 19 день Звезды. Берег реки Соад. Штаб Кайранов. Рассвет. Святая река Соад, берущая своё начало в горах Фарнарвона, на плато Водного Кубка и протирающаяся на весь Делей, доходя до самых Заиндевелых Вершин. Из-за того, что она течёт непрерывно по всей империи и по большей части скрываясь под землёй, этой великой реке приписывают звание проводника в мир мёртвых. Согласно вере в Феникса, когда человек умирает, его душа опускается на дно Соада, и если человек вёл праведную жизнь, то ему не составит труда взойти против её течения к самому истоку, откуда он сможет вознестись к Фениксу. Но если же человек оказался недостоин, то его душа обречена вечность томиться под землёй, постепенно растворяясь в её течении навсегда. Каждый год, в первый день линама Звезды по всему Амзару проходит большое шествие, именуемое Маршем Забытых, на котором молятся за перерождение всех тех, кто оказался недостоин, дабы им выпал ещё один шанс. На одном из её многочисленных ответвлений, у границы леса Бракен, на высоком холме расположился форт Кайран, по названию которого Синий Синдикат и стал более известен. Древний форт, ставший одним из крупнейших вызовов для короля Торана Валь-Тора в объединении Делея в одну империю долгое время пребывал в запустении ввиду истощения ранее располагавшегося в Кардинии Скола и последующего возведения на том месте Граетола. Около двух столетий назад, основатель и идейный лидер нынешних Кайранов, беглый маг Ашгарат, одержимый исследованием тайн стихий вместе с единомышленниками обосновался в труднодоступном лесу. Со временем это место стало прибежищем и местом поклонения, а после, медленно, но верно нашло общий общий язык с правящим родом и стало предлагать услуги по решению проблем магического плана. Сейчас Кайран переживает свои, пожалуй, лучшие времена в связи с увеличившейся активностью аномалий. Их помощь в войне может оказаться неоценимой, но по Закону Наёмного они не могут участвовать в конфликтах, которые могут слишком сильно пошатнуть баланс сил… но есть обходной путь. — В одно время Айдан здорово помог и Кайранцам, и Ранидам. Пришло время взыскать с них долг — Указывая на возвышающуюся перед ними громадину, Астера постучалась в ворота — Это народец сговорчивый, думаю, проблем с ними не возникнет. Мы с Фанаком хорошие знакомые. — Вы кто такие, мы вас не звали! — Рявкнул кто-то с другой стороны. — Кивар Охат Мори! — Чуть прокашлявшись для большей важности Астера произнесла пароль, после которого врата сразу же отворились. — Я даже не удивлён. Астера Никар, Красный Соглядатай собственной персоной. Позволь я сам догадаюсь о цели твоего визита — Подпалив самокрутку, мужчина в серебристой маске чуть подался вперёд и едва дотронувшись до Астеры максимально неправдоподобно задёргался, пытаясь изобразить удар электричеством — Ай, какая холодная, будто железо, меня аж передёрнуло… Ладно, слушай, Фанака тут нет. Он дня четыре назад собрал себе мордоворотов и двинулся на северо-восток Санктра, разбираться с усыпляющим пением в Анктуре. — Так этой беде уже сколько сот лет? Она же с самого основания города известна, в честь чего зашевелились? — Теперь уже Астера подалась вперёд, нависнув над наёмником, в это же время со стен форта раздался одобрительный свист. — Так, давай не на людях. Уединиться успеем ещё — Затянувшись из самокрутки, наёмник пустил кольцо дыма прямо ей в лицо — А как это обычно происходит? Никто и не почешется пока беда касается лишь смердов и рабочих… а вот мэр города другое дело. Его около недели назад свалил сон, поэтому Фанака и припахали к делу. — Ладно, Сиф, тогда скажи мне вот что, у вас есть чем связаться с ним? — После кивка в сторону одной из башен, на которой располагался пункт связи, Астера продолжила — Фанаку ни слова о нашем прибытии, а сами будьте наготове и пакуйте свои вещи, потому что я заставлю его присоединиться к нашему походу. — Да-да ваш бродие, мы ни капли в вас не сомневаемся — Сиф провёл рукой по губам в жесте, будто застегивая их — Он не узнает… мы ведь верим друг-другу? — Разумеется, мы ведь никогда не лгали друг-другу — Похлопав его по плечу, тем самым сбивая глупую ухмылку, Астера развернулась и ушла не оборачиваясь. 26 день Звезды. Пригород Анктура. Западный въезд. Полдень. Путешествие в Анктур прошло под знаменем спокойствия. Выбравшись из Бракена мы вышли на центральный тракт, пролегающий по предгорьям цепи Луврад. Ясная погода на протяжении всего приключения лишь благоволила, позволяя не задерживаться ни в одном населённом пункте более чем на пару часов. Как выяснилось из разговора с императрицей, Сколы пропали не везде, а лишь в зоне недавно минувшего бедствия, протянувшегося от северной части Граетола и всей береговой линии до Рограу, не затронув большую часть Анктура и границу Полей Мифреля. Это значит только одно: в сборе наёмников не поможет, но всё ещё будет полезно быстро перебросить уже собранную армию прямо к тайным тропам в Альмеране и оттуда проникнуть в самое сердце Адмира. Но до этого момента ещё следует дожить, с чем, судя по бедам в мире могут возникнуть проблемы. Они только добрались до въезда в Анктур, миновав горную арку, как уже начались странности. Из слышанных обрывков сплетен и разговоров наёмников уже можно было сделать вывод о том, что городок не самый населённый и находится на грани запустения из-за этого самого пения, раздающегося каждую ночь. Многие не выдерживают и уезжают, поэтому здесь по большому счёту живут старики, либо приехавшие сюда чтобы провести последние годы в тишине и окружении равных себе… либо которым некуда идти. Средний возраст в этом городе близится к семидесяти, не переступая эту черту лишь из-за того, что постоянно находятся отчаянные предприниматели, пытающиеся здесь обустроиться. Но истинная причина, насторожившая Зеллана, обнаружилась несколько позже. Стоило им въехать в сам город, как обнаружилось, что не было даже зевак, которые обычно встречали их в любой, даже самой захудалой деревушке на всём пути. Город будто вымер окончательно, будто все погрузились в сон и не могут от него пробудиться. — Господа! — Раздался голос в одном из ближних домов — Поворачивайте пока не поздно. На днях по городу прошло странное поветрие… мы до сих пор собираем спящих и относим их в церковь, под охрану святого отца и ещё немногих, кто способен стоять на ногах. — А сами-то не боитесь заразиться? — Астера обратилась к вышедшему из дома мужчине, увешанному множеством кукол — Или это навешанное на тебя тряпьё помогает её избежать? — Я не боюсь. Эта зараза действует по странному принципу, она задевает не каждого. Даже некоторые старики совершенно не подверглись её влиянию, а ряд крепких мужиков просто повалились с ног, стоило им пересечь границу города. Видимо, я один из счастливчиков — Мужчина вдруг указал пальцем куда-то за спину Астере и Зеллану — А вот они нет. За спиной раздался раскатистый храп и звук удара о землю. Развернувшись, отряд увидел, как четверо наёмников просто упало с лошади и погрузилось в сон, даже не выпустив поводья из рук. Спустя несколько секунд и лошадь Зеллана погрузилась в сон. — Вот, видите, они чем-то не угодили этой силе. Ну а теперь, раз ваши в плену сна, то и бежать поздно, они уже не проснутся. Добро пожаловать в Анктур. Меня зовут Сорб и я рад приветствовать вас в городе-призраке. Следуйте за мной, отнесём ваших товарищей в безопасное место. Городская церковь располагалась в самом его сердце и была видна отовсюду, что не очень и удивляло. Народ здесь уже немолодой, кроме соседа и Феникса не на кого положиться в решении житейских проблем, а потому возведённая церковь и видна со всех концов города, будто рассеивая благословление бессмертной птицы повсюду. Проходя по опустевшим улицам, они лишь изредка видели, как другие люди занимались ровно тем же что и Сорб, который явно был не местным… скорее всего одним из южан, что переехали сюда и осели, подальше от бед собственной родины. Этому здоровяку не было трудно нести на своём горбу сразу два тела, а его рост был равен Зеллану, может даже чуть больше. Несмотря на нездоровое влечение к куклам, с которыми он сюсюкался будто с малыми детьми, Сорб выглядел внушающим доверие и даже малость простодушным мужчиной. — Слушай, а твоё лицо мне кажется знакомым — Вдруг Сорб обернулся и уставился на меня — Точно, ты же Граетольский кузнец, Зеллан Атрид. О тебе одно время много говорили, даже Тэмар всё порывался тебя увидеть и уехал в столицу по делу… и пропал, не видал его? — Нет, не доводилось. Мы уже год друг с другом связь не держим… а от кузнечного дела отказаться пришлось, пришли более умелые гномы — Вспоминать события прошедшего года было неприятно. — Жаль, очень жаль — Перехватывая для большего удобства два лежащих на плечах тела, Сорб отвернулся и чуть ускорил шаг. Вышли в центр города, на котором и располагалась церковь, а рядом с ней и резиденция уснувшего мэра. На пороге гостей уже встречал святой отец, готовящийся к молебну и снующие туда-сюда горожане, среди которых были и Кайранцы. — Да укроет вас Феникс своим крылом от опасностей, да поможет он нам очистить это место от зла — Святой отец был рад видеть новые лица, в его глазах читалась надежда и несгибаемая вера в лучший исход. — И да осветит он пламенем своим всех нас — Каждый скрестил руки на груди и поклонился. Всё таки порой вера творит чудеса и помогает преодолеть даже самые тяжёлые испытания. — Отец, позволите нам войти внутрь? Несколько наших бойцов попали под чары этого места, мы хотели бы оставить их там на время нашего задания — Зеллан заглянул внутрь здания, оно уже было переполнено, а если верить его силе, даже верхние этажи забиты до отвала — Хотя, я так понимаю, у вас тут и без нас много проблем. — Что есть, того не отнять. Тогда посмотрите в мэрии, я и так уже собирался каждого отсылать туда. Только будьте осторожны, хозяин дома долгое время страдал от тяжёлой болезни, так что зараза ещё может гулять — Будто в знак подтверждения, внутри церкви раздался кашель ужасной силы, казалось, лёгкие такого выдержать не должны — Не беспокойтесь, он лежит отдельно от других. Наёмники последовали совету священника и перенесли всех в мэрию, заодно решив начать небольшое расследование, в попытке получить хоть малейшее представление о природе творящейся здесь чертовщины. Внутри здание выглядело на удивление скромно, даже не походя на дом зажиточного человека, которым мэр, вне всякого сомнения и являлся. Оставив всех бойцов на первом этаже, остальные поднялись наверх. На втором этаже, в личном кабинете хозяина обнаружились пустые фиалы из-под лекарств и разбившийся кристалл связи… должно быть он уснул прямо здесь, а судя по равномерному слою пыли, его забрали почти сразу. Так же на столе лежала записная книжка, покрытая рядами неровных букв, текст написан впопыхах, а писавший его человек был серьёзно болен. Так же рядом обнаружились зарисовки неизвестного места в горах, на котором стоял храм. — Я знаю это место, мы были там не так давно, но духу исследовать его нам не хватило. Нас будто встретил барьер, не пропускающий дальше… это было днём, так как ночью мы бы туда никогда не сунулись. — Значит, с очень высокой вероятностью этот храм и есть источник беды. Но тогда остаётся другой вопрос: если пение слышат все, то почему засыпают не все? — Астера подняла записную книжку и пролистала её в самое начало, было исписано лишь два листа.***
«4 день Звезды. Снова началось, спустя пять лет появилась новая жертва пения. Один из старожилов заснул прямо на выходе из церкви. Он долгое время тяжело болел, а потому я даже сначала подумал что его время пришло. Но осмотр показал, что сердце ещё билось. Пришлось поднять архивы прошлого мэра, там я обнаружил интересную закономерность: жертвами пения почти всегда становились люди с серьёзными болезнями или травмами, не обязательно смертельными. Они впадали в сон из которого уже не выходили, умирая от невыявленных болезней, которые, вероятно, приобрели в период сна. 9 день Звезды. Ситуация по городу ухудшается, наблюдается резкий всплеск сонной болезни. Только за сегодня привезли уже четверых, никаких внешних признаков болезней и травм не обнаружено, двое из них приходили на днях и помогали уносить спящих, возможно, это заразно. Моя болезнь так же прогрессирует, но я смог добыть необходимые лекарства, думаю, смогу продержаться ещё некоторое время. 14 день Звезды Можно начать с хорошего, мне удалось остановить развитие своей болезни, но на этом хорошее кончается. Болезнь прихватила и местного отшельника. Он никогда не контактировал с жителями, но всегда наблюдал за ними с одной из скал. До этого он всё бормотал про проклятие… теперь я готов ему поверить, ни одно из известных лекарств не помогает. При нём был обнаружен рисунок горного храма, оставлю его у себя. Нужно бы вызвать Кайранцев, они должны помочь в решении э…»***
— Итак, из этого можно выделить две самые важные вещи: эта штука не заразна и она распространяется только на серьёзно заболевших или раненных — Положив книжку обратно, Астера приказала спускаться — Атрид, можешь проверить моих ребят? Если я всё поняла верно, то они должны быть серьёзно ранены. — Лекарь из меня такой себе, но попробую — Присев рядом со спящими, Зеллан дотронулся до головы одного из них и попробовал представить его тело и душу так, как сделал это когда укололся о порченное растение. Слабо барабаня пальцами по шлему он превратил его маленькую часть в землю и так же схлопнул её в руках, после чего осторожно притронулся ко лбу и попробовал выйти на контакт с его душой и телом. Откликом стала совершенно неожиданная эмоция души: радость. Душа наёмника будто была рада оказаться во сне, детали которого разглядеть не получилось. Более тщательный осмотр души не помог выявить причину, должно быть, причина крылась в самом его теле. Перейдя на уровень тела и начав постепенно понимать принцип разделения, он, слой за слоем, просмотрел его на наличие дефектов. Дойдя до уровня костей, его взгляду предстала ужасная картина: весь его череп, рёбра и верхняя половина позвоночника стали похожи на губку или сыр, покрывшись порами и будто разрыхлившись. Повсюду виднелись неестественные наросты и сквозные дыры. Проекция его тела была наполовину чёрной, что означало бесповоротные травмы организма. Неизвестная ему болезнь пожирала человека изнутри, здесь он был бессилен. Будь на его месте Тэмар или другой хороший лекарь он мог хотя бы попытаться, но Зеллан мог лишь наблюдать. — Он точно не жилец, его верхняя половина тела буквально разваливается, выглядит так, будто нечто пожирает его кости. Думаю, и у остальных найдётся что-то похожее, правда, теперь желания лезть туда нет никакого — Он ясно дал понять всем свою позицию, с которой уже не сойдёт ни на каких условиях. — Хорошо, большего нам и не надо. Главное, что написана правда. Теперь уже не так страшно. Когда всё прояснилось, наша задача такая: найти Фанака и помочь ему разобраться с проблемой, тогда он точно не отвертится — Астера вышла на улицу, отряд последовали за ней. В церкви уже начался молебен, на который собрались все немногочисленные жители города, в том числе и все без исключения Кайранцы, среди которых и был их лидер, только закончивший свою пламенную речь. -… и этой ночью всё решится, Кайранцы избавят нашу родину от очередной беды! Сегодня мы изгоним зло, поселившееся в этих горах и вернём город к процветанию! — Отдаваясь речи полностью, Фанак даже не сразу заметил Красных, подошедших к первым скамьям, а когда речь закончилась, и он увидел, то даже немного испугался — Оу, меня не предупреждали о вашем прибытии, мисс Астера. — Значит Сиф сдержал своё слово. Мы хотели сделать тебе сюрприз… и попросить о помощи — С лёгкой улыбкой Астера протянула рисунок храма — Мы помогаем тебе, а ты присоединяешься к походу в Адмир. — Звучит справедливо. К тому же я не смею отказывать после стольких услуг — Фанак пожал протянутую руку и принял рисунок — Ещё вчера вернулась разведка и сообщила что только под покровом ночи можно миновать барьер около храма. Предлагаю подождать заката, а там мы как раз доберёмся. Закат: Вечер выдался аномально холодным, а в воздухе вскоре начал витать едва различимый кислый запах, должно быть в Спорных Землях снова прошли дожди. Наблюдать за умершим городом с высоты колокольни было на удивление интересно, Атрид никогда бы не подумал, что простой заброшенный город может так притягивать внимание. Все эти ещё совсем недавно обитаемые домишки, в которых топились печи и горел свет, вся эта безлюдная площадь и улочки, по которым ныне ступает лишь ветер и гоняет мусор. Всё это создаёт такую жуткую картину, к которой даже близко не подбирались актёры Граетольского театра, ставившие какую-то историю о войне между мёртвыми и живыми, когда толпы нежити сметали целые селения и города. Реальное запустение оказалось куда страшнее пусть и хорошо поставленного, но всё-таки не существующего. Не хотелось бы видеть такое ещё хоть где-то и когда-либо… Солнце уже медленно заходило, перед наступлением ночи оставалось ещё около двух часов, которые войска наёмником должны были провести в восхождении на гору. Хотя он бы на их месте не торопился и основательно подготовился к походу, у Зеллана было неприятное ощущение чего-то зловещего и неизвестного. К тому же и голова разболелась ближе к ночи, должно быть рядом есть место с большим магнитным фоном. Лихорадочно вращающаяся стрелка компаса, расположенного на одной из стоек рядом с ним лишь подтвердила догадку. Внизу начинал нарастать шум, перешедший в перекличку. Выглянув из проёма колокольни вниз, Атрид увидел около десятка человек, которые быстро строились в одну линию. «Похоже, всё-таки соизволили, хотя должны были уже как полчаса идти». Было лень медленно спускаться по лестнице, а потому он решил немного ускориться и спуститься вниз за считанные секунды. Топнув по каменному краю колокольни, тот смог заставить камень магнититься к своим ногам, что позволило просто пробежать по внешней стене и встать в конце цепи как раз когда Астера уже начала кричать его имя на весь город. — Ловко, плюс тебе в послужной список за находчивость — Положив руку ему на плечо, Астера развернулась к головной части цепи и скомандовала — Руки в ноги и за дело! Прямо за ним шёл Ремм, за ним Шеал и Терил, Астера встала в свободное место в центре, Кайранцы заняли места в самом начале, но в самой голове стоял Сорб и ещё один неизвестный, схожий с ним как две капли воды. «Должно быть его брат-близнец. Кажется, я начинаю припоминать их, это они были самыми неуловимыми ворами в Делее, но попались на делёжке, когда бежали с кладбища сверкая пятками от страха. Стража их тогда и поймала, но на слова о живом мертвеце внимания не обратила. Правда, вскоре им пришлось пересмотреть своё неверие, когда там начали пропадать люди». Строй двинулся, уверенным шагом они пробирались всё выше в горы и всё глубже уходили от и без того иссякающих лучей света. Эти горы полнились полезными ископаемыми, ценными камнями и металлами, но не были сильно тронуты. Мало какие люди захотят работать на проклятой земле, хотя в глубинах этого хребта изредка находились рассыпающиеся от древности поселения, принадлежавшие шахтёрам. Всё выглядело так, будто рабочие в спешке и панике покидали свои места, бросая так и не пригодившиеся инструменты, которые до сих пор догнивают свой век в забвении. Отстроенный городок, мимо которого они проходили, даже не выглядел так, будто кто-то в нём жил и работал. В теснинах между горами и склонами, а иногда и на и без того узкой тропе лежали обглоданные кости домашнего скота, дикого зверья и людей. Зачастую останки просто лежали посреди дороги, но только когда отряд набрёл на одну из пещер, полностью увешанную различными костями, к ним и пришло осознание. — Стойте и не дёргайтесь, медленно отступаем, без шума и пыли — Сорб остановил всю группу и начал всматриваться в мелькающие впереди тени — Это логовище Рассветников. Надо искать иной путь. — Больше мы никак не обойдём, вокруг только голые скалы, даже моим ребятам пришлось жизнью рисковать — Возразил Фанак, хотя всё же послушался совета и отошёл на десяток шагов, притаившись за одним из камней. — Мы не проберёмся по склонам, у нас в отряде акробатов нет, зато морду чистить умеем таким тварям — Резонно заметил Ремм, с которым согласно закивали и остальные — Вопрос в количестве, может и так прорвёмся. — Согласна, идти в обход может быть не менее рискованно, они могли уже нас заметить, а на засаду у них мозгов хватит — Астера достала меч и уже приготовилась к бою — Атрид, скажи, сколько их здесь? — Четверо, один внутри пещеры, двое движутся с юга, а последний… он спускается вниз, должно быть это разведчик — Рассветники уже точно знают о нас, они готовятся к атаке — Сбежать мы уже не сможем, нас не отпустят. — Тогда послушайте меня. Их шкуру не взять никаким из оружий, даже паровые изобретения гномов бесполезны, а удары могут порвать металл. Единственная уязвимость находится внутри. Метьте в пасть, там достаточно любого ранения чтобы тварь испустила дух — Астера медленно вышла из-за камня и подала сигнал сбора — Я и мои бойцы разберёмся с теми, кто пошёл в окружение. Фанак, на тебе разведчик, справьтесь с ним до того, как ещё один выйдет из логова, Атрид на подхвате. План на битву был прост как два медных диима: дерёмся как в последний раз. Обе стороны мигом ринулись в бой, а Зеллан решил не спешить и изучить поведение врага как следует. Опытным путём было выяснено, что кожа чудовища не пропускает и магию, которая буквально рассыпается при приближении, что ещё хуже, магический фон лишь раззадоривает их, заставляя атаковать куда активнее. Положившись на уловки, Фанак снял с пояса болас и достаточно раскрутив, метнул чудовищу в ноги. Оружие быстро обвязало ноги и заставило уже набиравшего разбег Рассветника упасть, что позволило выиграть немного времени и окружить существо, которое одним рывком порвало ремни и быстро вскочило на ноги, заставив отшатнуться всех поблизости. Стоило битве начаться, как ещё двое спрыгнули со скал и отрезали отряд Астеры от Зеллана и остальных. Они были окружены, ни одна из сторон не начинала атаку, дожидаясь малейшей ошибки со стороны противника. Астера подала знак к действию, он должен был отвлечь хотя бы одного. «Пора вспомнить то, что за годы учёбы не раз меня спасало. Ни одному ещё не удавалось справиться с этой техникой». Тихо постукивая ногами, Зеллан придал камню такую эластичность, будто тот превратился в резину. Когда область и сила натяжения стала достаточной для осуществления атаки, он взметнул маленькие камни в воздух и зафиксировал их для дальнейшего использования. Глубокий вдох, максимальное сосредоточение на притяжении и формировании доспеха из окружающих камней, напряжение земли, просевший на три его роста и свободный полёт, завершающийся сальто в воздухе и принятии положения, параллельного земле. Быстрое отталкивание от зависших в воздухе камней и стремительный полёт к цели, завершившийся удачным захватом и падением Рассветника на землю. Силы разгона было достаточно чтобы повалить монстра, а толстый, почти неподъёмный слой камня стал прекрасным доспехом, сквозь который было невозможно достать до тела. Пока ночной охотник пытался сбросить груз и подняться на ноги, Ремм с боевым воплем ринулся к нему и вонзил клинок в незащищённые внутренности. Стоило оружию ранить его, как монстр обмяк, всё обошлось без предсмертных хрипов и воплей. Расклад сил резко изменился, стоило отряду Фанака разобраться со своей целью, как у них появились шансы на победу. Наёмники действовали слаженно, лишённый подмоги, последний Рассветник быстро оказался окружён, но перед смертью он, ударом руки, оторвал голову одному и вмял пластины доспеха в грудь второму. Оба умерли мгновенно, а Шеал, стоявший ближе всех к ним, отделался глубокой раной на груди и переломом верхних рёбер. — Трое, где-то должен быть ещё один — Проговорил брат Сорба — Не ослабляйте бдительность. — Ял, я наблюдал за пещерой, оттуда никто не выходил. Должно быть, он ещё там — Сорб решил зайти внутрь, но не в силах одолеть смрад, отшатнулся — Народ, отбой. Похоже, не только люди и звери могут стать жертвой этого сна. — С чего взял? Может он просто притворяется, а потом нападёт со с спины? — С опаской уже Терил зашёл внутрь, но вскоре он облегчённо выдохнул — Нет, он точно не жилец. Внутри, в полумраке, на куче обглоданных тел неподвижно лежал четвёртый. Белая, почти прозрачная кожа покрылась волдырями и будто сползла с половины его тела. Всё тело Рассветника, покрытое кислотными ожогами и глубокими кровоточащими ранами, из которых ещё текла чёрная кровь вдруг дёрнулось, а следом раздался стон. Задвигав переломанными руками, он заставил всех напрячься, но чуть позже снова затих. Его рёбра, обтянутые побитой кожей, то и дело вздымались от дыхания, ритм которого проследить было невозможно. — Было ли в округе что-то странное в последние дни? — Вдруг спросила Астера. — Мы ничего не видели, но один из горожан говорил, что слышал недалеко от города взмахи больших крыльев — Ответил Ял без особого интереса. — Тогда всё сходится: волдыри, ожоги кислоты, глубокие колотые раны. Если кто-то и обладает столь могучей силой, чтобы пробить эту кожу, то только дракон. Скорее всего один из детей Шазмии, именуемой Эгидой лесов — Все уставились на Зеллана с немым вопросом — Должно быть, когда Ранд исцелил меня, он передал мне часть своих знаний. — Ты с каждым разом меня всё больше удивляешь: то знаешь имена Аспектов, то в пушечное ядро превращаешься — Как только речь зашла про его особую технику, все присутствующие одновременно захлопали, а кто-то даже одобрительно просвистел — Должна признать, я всё-таки ошибалась в тебе и твоих наставниках. Гамильтон достаточно поработал над выбиванием из тебя трусости и любого колебания в битве. — Я весьма признателен, хотя на похвалу и не надеялся — Заговорил Зеллан, когда хлопки сошли на нет — А ещё я очень сердобольный, не могу оставить никого страдать от ран. Подойдя к израненному чудовищу, он оборвал его мучения вынутым из пояса кинжалом. Находиться в таком смраде было крайне проблематично, за считанные секунды пребывания здесь, его и без того кружащаяся из-за магнитов голова совсем потяжелела, а в глазах начало темнеть. Тело убитого монстра вдруг рассыпалось, оставив лишь череп, привлёкший его угасающее внимание. Подобрав череп, Зеллан на ватных ногах выбрался из пещеры, на входе из которой его и вырвало. — Предлагаю устроить привал. Заштопаем раны и хоть как-нибудь похороним павших. Есть кто против? — Неожиданно Ремм поднял несвойственную ему тему. Инициативу одобрили все, и, как это принято с инициаторами, свалили основную работу на него, но и про Атрида не забыли, заставив помогать ему с могилами. Неподалёку отсюда было подходящее место: около заброшенного поселения располагалось место с достаточно глубокой почвой, а ближайшие камни подойдут для возведения небольшой пирамиды, как это принято в Делее. Вся церемония заняла около пары часов, пока на землю окончательно не опустилась тьма. Похоронив и как помня, помолившись за место под крылом Феникса, оба вернулись в разбитый лагерь. Работа пошла на пользу, слабость в теле исчезла, уступая место лёгкому чувству голода, который тот перебил взятыми ещё в городе фруктами. Шеала к их возвращению уже пропоили настойкой кровотравья, которая должна была замедлить кровотечение и помочь организму перебороть инфекцию, которая могла туда попасть. Двигался он бодро, хотя и было видно, что каждый шаг причинял тому сильную боль. — Ты не пойдёшь с нами, кто знает, какие опасности ещё нас могут встретить? Ремм, Терил, сворачивайте лавочку и помогите раненному вернуться в город, сами оставайтесь там же, дорога может стать небезопасной — Астера помогла ему снарядиться и выдала ещё какие-то травы — Мы и так многих потеряли. — Будет исполнено, начальник — Эти двое явно рады тому, что могли быть свободны. Отряд отряд заметно поредел, убавившись вдвое. Продолжать дорогу предстояло вшестером. Ещё недолго погревшись у костра, они покинули лагерь и направились к вершине горы, у подножия которой находились. Уже отсюда можно заметить стены и купол искомого храма, что будто был вырезан в горе, но и одновременно находился между ними, будто паря в воздухе. Дорога начала закручиваться, становясь похожей на спираль, обвиваясь вокруг горы. Вскоре снова накатила головная боль, но в этот раз куда сильнее, казалось, ещё немного и пойдёт кровь из носа. Причину головной боли все узрели вскоре после появления симптомов, когда поднимаемая ботинками пыль перестала оседать, вместо этого плотными комьями паря в воздухе, а идти становилось всё сложнее, нас будто наоборот тянуло вниз. В конце концов отряд вышел к последнему препятствию на их пути, прямо за которым располагался вход в храм: путь преграждал разлом в земле, полный фиолетовых кристаллов, между которыми то и дело проскакивали разряды молний, создавая едва слышимый гул. Над пропастью висели большие камни, которые поддерживались неведомой силой налету, они будто плыли по границе разлома, постоянно покачиваясь как корабль в море. Обойти с боков не получится: скалы здесь выросли в виде частокола, идеально гладкого со всех сторон и отторгающего магию, что говорило о том, что это не природное творение. Должно быть, чтобы пройти это испытание, нужно просто перебраться на другой край и не упасть вниз. Попытка снять броню для уменьшения веса плодов не дала, это ни капли не ослабило давление, а потому Зеллан вновь снарядился и рискнул пойти первым. — Зачем вы здесь? Поворачивайте пока ещё точно живы, всё-таки это не совсем ваше дело — Обратился Страж к братьям, чьей цели пребывания не знал — Какая вас ведёт жажда? — Жажда нажи… жажда перебороть свой страх и узнать новое, нас влечёт тяга к знаниям, ну и к золоту, будем честны. Когда ни один из историков не взял нас к себе в помощники, одна жажда сменилась другой. Тогда мы и стали обносить людей и их жилища, а на вырученные деньги скупали трактаты самого разного содержания, в том числе и оккультные — Ял провёл рукой под парящим камнем, всё ещё пытаясь полностью познать принцип работы этого места — Мы совместили приятное с полезным, подавшись в многочисленные авантюры с твоим другом и многое почерпнули о истории этого мира… вот наша главная жажда. Это место наверняка даст ответы и новые вопросы. Ради такого стоит жить, жизнь это одно большое исследование. — Я уважаю ваше стремление и жажду познавать новое, но всё же повторю своё предостережение. Знания не настолько ценны — Получив второй отрицательный ответ, и убедившись в твёрдости этих двоих, он сделал шаг на камень, который тут же накренился. Быстро перебросив и вторую ногу, Зеллан развернулся и оттолкнулся от края пропасти, пуская себя в путешествие над смертью. Самым сложным было занять устойчивую позицию на этом, будто движущемуся по волнам камне, заставить перестать свои ноги дрожать от малейшего взгляда вниз и сосредоточиться сквозь сильную боль. Через несколько секунд плаванья он услышал глухой стук и резкое замедление, когда его камень столкнулся с другим, намного меньшего, но куда более длинного, что и уравняло их вес. Переступив на него, Зеллан сразу же поспешил занять положение в самом центре, чтобы камень не совершил полный оборот, но нога соскочила и сорвала ещё кусок глыбы, уменьшив и без того некомфортное пространство. Из-за этой оплошности вся скорость камня сошла на нет, заставив Зеллана остановиться ещё на первой трети разлома. Даже с прыжком он бы не добрался до следующего, а потому стоило начинать выкручиваться. Поднявшись на ноги и заняв относительно устойчивую позицию на камне, он принялся самостоятельно раскачивать его, переступая от одного края к другому, что дало свои плоды и камень медленно поплыл дальше. Впереди было целое скопление булыжников, пробираться по которым стало бы излишне рискованным, а потому продолжил раскачивать камень и набирать скорость. Одним таранящим ударом он разбросал булыжники во все стороны и вышел на половину пути. Обернувшись, Зеллан увидел, что весь путь расчищен, а самая первая глыба уплыла в сторону. В голове возникла идея о том, как помочь другим пересечь это место, но сначала нужно было найти подходящий камень, который выдался прямо по курсу. Не дожидаясь столкновения, в коротком прыжке он добрался до следующей каменной плиты, когда находившаяся под его ногами предыдущая уже начала давать трещину. В первую секунду даже подумал, что остаток пути пройдёт без трудностей, к тому же он был чист. Но стоило подняться, как плита перешла точку невозврата и начала совершать полный оборот. Что было сил, Зеллан вцепился в выщерблины и прижался всем телом к камню, вставшему под прямым углом и медленно накрыв его. Пальцы рук намертво вцепились в камень до такой степени, что он их не чувствовал, а ноги что было сил прижал к краю камня и старался придать его вращению немного скорости, но когда одна из них соскользнула, а пальцы чуть съехали, Атрид отбросил любые мысли о вмешательстве и положился на высшую волю, моля её о благосклонности. Большая часть пути была позади, он висел уже головой вниз, ещё совсем чуть чуть и всё будет позади. Пальцы начинали соскальзывать, а к голове резко прилила кровь, в глазах зарябило. На последних силах он сам дёрнул этот камень, а встречная сила, в виде обессилевшего тела не дала совершить круг почёта, почти идеально уперевшись краем в противоположный конец этого разлома. Отлипнув от камня, он переполз на твёрдую землю подобно улитке, так как руки совсем перестали слушаться. Едва поднявшись на ноги, он вновь обернулся. Все, кто остался на том конце аплодировали. — Дайте мне отдохнуть, я отправлю вам этот камень и вы переберётесь так же! — Крикнул им он и перевёл взгляд на свои уже малость окаменевшие от магии руки. Как оказалось, приключение длилось около трёх минут, хотя по ощущениям прошло втрое больше. Немного переведя дух, Зеллан оттолкнул камень на другой конец и дождался переправки каждого. Теперь, когда и остальные прошли это испытание, ни одна из бед, которая могла бы поджидать внутри не казалась непреодолимой. Наёмники подошли к ступеням храма, и услышали постепенно нарастающее пение, доносившееся будто прямо из-за двери. Фанак уже тянулся к ручке, это задание его явно утомило и он собирался закончить с ним как можно скорее, но Астера одёрнула его, считая, что там их уже могут ждать, хотя внутри никого не было слышно. Пение ещё не успело достаточно усилиться, чтобы заглушить шаги, к тому же даже в выбитых окнах не было видно ни души… было принято решение открыть дверь и ворваться внутрь с оружием наготове. Ворота, выполненные из чёрного оникса сами распахнулись перед гостями, обнажив запустение этого некогда святого места, будто учтиво приглашая прихожан войти и посетить очередное богослужение. Огни зажглись сами по себе, озарив мрачное место ярким и тёплым светом, внушавшим безопасность. Запах церемониальных трав, что ещё тлели на алтарях неторопливо добрался до прихожан, её подожгли совсем недавно, наверное, непосредственно перед их приходом. Всё же кто-то тут есть, и этот некто знает о них… хотя был и другой вариант. — Здесь нет следа жизни, даже давно угасшего. Это место никогда не посещала нога живого существа, мы здесь первые и незваные — Пройдя внутрь и дотронувшись до алтаря, Сорб снял одну из кукол и она вспыхнула синим племенем — Храм Смерти и призраков. Тени этого места терпеливо ждут и наблюдают за нами. Они нам не враги, как минимум пока. — И что нам теперь делать? — Зеллан так же вошёл внутрь, за мной последовали остальные. — Нужно узнать историю этого места, только тогда мы будем знать что делать и где искать — Проведя пальцем по пыльным рядам книг, Ял достал торчавший из книги обрывок — Очень похоже на обрывок страницы дневника. Интересно… что она тут делает и как не истлела? Думаю, стоит поискать подобное по всей территории, если уцелел один лист, то и остальные могли сохраниться. Решив не разделяться, они начали обход с первого этажа. По правую руку от главного зала располагалось помещение неизвестного назначения, которое было полностью завалено скелетами, каждый из которых застыл в одной позе: сцепив пальцы в замок на уровне пояса, будто во сне. Несмотря на кажущуюся идиллию, это место совершенно точно подверглось разгрому: за прогнившими картинами виднелись сквозные дыры в другие комнаты, многочисленные реликвии и атрибуты, расставленные в гармоничные образы были опалены и расколоты, а в некоторых местах осыпавшаяся кладка была наскоро восстановлена… совсем недавно, будто за этим зданием ежедневно приглядывают и проводят косметический ремонт. — Я нашёл ещё несколько обрывков, они за другую дату — Подал голос Фанак, осторожно пробиравшийся меж скелетов — Это место будто восстановилось после штурма, интересно, чьих это рук дело, неужели здесь водятся призраки? Стоило ему закончить, как в левом крыле раздался всплеск воды и шлепки босых ног, которые нарезали круги по той комнате. Позже к шагам добавился глухой кашель и отвратительный запах, сопровождающий звук ломающихся костей, который возникал будто в двух местах одновременно. В главном зале промелькнула шатающаяся тень, но вскоре она скрылась и снова раздался хруст, в этот раз в комнате, в которой находились все. Развернувшись, Зеллан на секунду увидел источник шума и запаха, который поспешил исчезнуть в тот же миг. Из маленькой щели в стене на смотрела гниющая оболочка, некогда бывшая человеком. Существо находилось на поздней стадии разложения и стыдилось этого, закрывшись от взгляда руками и вмиг втянувшись обратно в стену. — Держать оружие наготове! Я только что видел одного из местных обитателей — Зеллан достал свой меч и принял боевую стойку. — Угомонись, поверь мне, если бы кто-то желал нам зла, то уже бы причинил его. Призраки бесстрашны и зачастую уже обезумевшие от заточения — Тряся перед его лицом одной из множества своих кукол вмешался Сорб — Мой народ, что проживает в Дальнем Оазисе, крепко связан с Предками, которые оберегают нас и защищают… до тех пор, пока есть кому помнить их, после они сходят с ума от страха забвения. — Поддерживаю, должно быть, он наоборот пытается что-то сказать нам — Ял встал на сторону своего брата — Это загадка, любимое занятие призраков, нужно найти способ выйти с ним на связь. — Если так, то… пойдём на звуки — Фанак выглянул в зал и увидел кружащий белый шар на другом конце. Стоило приблизиться приблизиться, как свечение ушло под воду небольшого природного источника, оставив на месте ещё несколько страниц, идеально подходящих к дневнику, обрывки которого соединили и получили хоть какое-то представление об этом месте. «1372 год от Восхождения Молчаливого Короля. 4 день Гармонии. До меня дошли тревожные слухи о восстаниях по всей Единой Империи, хотя Король так и не сообщил нам об этом напрямую, с недавних пор от него мы слышали лишь завуалированные намёки на это, и только сейчас я понял их суть. Саракин уже пал, наверняка следующим на прицеле будет Анктур, а там до нас рукой подать, следующей ночью они уже будут тут. Войск в городе немного, если срочно не прибудет подкрепление из столицы, то Анктур продержится несколько дней. Я приложу все усилия чтобы сохранить каждого из прихожан, что теперь стали пленниками этого места, а вместе с ним и нашу дорогую Арил… 6 день Гармонии. Огонь возвышающийся над горами стал вестником конца. Анктур пал, а вместе с ним и последний бастион. Я не успеваю завершить спасающее заклинание, нарастает паника и многие хотят сдаться, надеются на милость еретиков. Я не боюсь за людей, но сейчас тут доживают свой век и скоротечные расы, которые могут не пережить моего замысла… с другой стороны, благодаря самоотверженности Арил, что согласилась петь свою песнь вечно, они могут обрести покой уже сейчас. 7 день Гармонии. Более никто не покинет Пристанище Грёз. Я, Дравин Моргул, настоятель этого находящегося на грани забвения места запечатал вход в сердце святыни, а ключ к ней укрыл на тысячи лет. Надеюсь, к тому времени правда восторжествует. Я подсыпал яд всем, кто остался со мной… лучше пусть умрут от моей руки, чем от этих святотатцев, проведя последние часы в мире своих мечт и желаний. Эти листы будут утеряны до тех пор, пока сдерживающее заклинание не начнёт ослабевать… тогда восставшие братья смогут вернуть это место себе и освободить последнюю из Поющих, а вместе с ней и нашу историю. Ключом к вратам послужат мои кости, укрытые между миром реальным и миром ушедших. Душа станет путеводным факелом сквозь сапфир природы, в котором заключен осколок расколотой баталии. Когда воины вновь пойдут маршем, основы этого места придут в движение, открывая путь телу, что так стремится собраться воедино. Дар от единения частей преподнесите к месту общей жертвы… тогда лишь достойному откроется дорога в место меж миров». — Хм… начало звучит как нечто простое. Скорее всего этот огонёк и есть его душа. Раз она станет факелом и укажет путь, то… нам на дно — Ял вдруг примолк и посмотрел сначала на своего брата, который тут же отрицательно помотал головой — Кто умеет плавать? Просто… мы не умеем. — Нет… — После непродолжительной паузы всё же ответил Фанак. — Мне тоже не выпала возможность научиться — Честно сказал Зеллан и все перевели взгляд на Астеру. — Ладно, сделаю — Без тени смущения Астера начала снимать с себя доспехи и одежду. Должен признать, выглядела Астера вне всяких похвал, да и судя по тому, что она не приказала отвернуться, своей фигуры она не стыдилась… даже наоборот, будто красовалась перед ними. Осторожно опустив одну ногу в воду, она чуть шикнула от холода, а после нырнула туда с головой. Наблюдавшие всей толпой подбежали к краю водоёма, который был кристально чист и продолжили наблюдать за погружением командира. Она плыла, изгибаясь всем телом, будто рыба… каждое движение было идеально выверенно, без каких либо затруднений ей удалось преодолеть густые заросли водорослей и скрыться, следуя всё дальше за огоньком. — Вот это женщина… сильная, как удар молота… и крепкая, как орочий самогон — Выдал Фанак, едва оторвав взгляд — И подержаться есть за что… даже как-то жаль, что она уже занята. Такое сокровище… я бы побыл её драконом. — Точно — Одновременно протянули братья — Характер у неё пусть и не самый простой… за звание хозяина в доме пободаться придётся, но… да-а-а. — Даже интересно, кто же этот везунчик… способный растопить холодное сердце — После слов зеллана, они все переглянулись и почесали голову. — Вообще, Астера попросила молчать об этом, но раз её здесь нет, то… не расскажем, но намекнём — Ещё раз взглянув в водоём, Фанак глубоко вздохнул — Этот человек высокий, с чёрной бородой и вечно кирпичным лицом, но который умеет неплохо думать и принимать нестандартные решения проблем. Он умеет настоять на своём, но и приказам подчиняется беспрекословно, готов пожертвовать жизнью ради не особо знакомых ему людей… и, что самое главное… не замечал, с кого она не сводила взгляд, пока готовилась? Кто смог разглядеть в ней человека, а не идола, которому только и делают что поклоняются по самым разным причинам? Фанак явно не был силён в искусстве намёков, даже при том условии, что делал это намеренно в лоб. Ещё до того как он начал говорить, по его поведению Зеллан уже начал догадываться, а после удостоверился окончательно. В голове даже не возникало вопросов, всё казалось закономерно, тем более по словам лидера Кайранцев, но всё-таки оставалось нечто, что не могло дать собраться с силами и заявить об ответных чувствах, которые начали тлеть где-то в глубине души. Начиная с самой первой встречи, он почувствовал в ней что-то инородное, будто не присущее простому человеку. Такое доводилось ощущать лишь дважды: при разговоре с Николасом и королевой Теаной… но это были не родственные узы, а нечто более странное, связанное с доселе неизвестной силой. Только он собирался открыть рот, как за спиной раздался всплеск воды и громкий вдох, а после и кашель. Астера вернулась и притащила с собой металлический сундук, который даже ржавчина не взяла. Пусть всплыть ей и удалось, но самостоятельно выбраться на сушу сил уже не хватало, а потому пришлось в одиночку, под радостные взгляды и кивки напарников вытаскивать тяжеленный сундук, а после и помочь подняться Астере. — Даже пытаться его ломать не буду, моих сил в жизни на это не хватит, а ключ от замка я найти не смогла — Достав из походной сумки сукно ткани, Астера перешла к сушке — Хотя, как мне кажется, это лишь очередное испытание… на ум или нечто подобное. — Возможно, но есть решение куда проще — Подняв с пола обломок, Зеллан превратил его в грязь и залил в личину замка, после чего обратил размягчение и спустя ещё несколько манипуляций провернул каменный ключ. Замок щёлкнул и рассыпался, а крышка отворилась сама по себе. Внутри лежал кусок фрески, изображающий одного из воинов древности, верхом на механическом исполине. «Значит, это и есть тот осколок баталии… теперь нужно найти место, куда его вставить и всё, дальнейшее описание загадки не выглядит таким уж сложным». — Места не так много, мы найдём фреску очень быстро. Судя по размерам, она довольно большая, мимо глаз не пропустим. Искать её и правда долго не пришлось, стоило выйти из комнаты в центральный зал и поднять взгляд наверх, как она уже оказалась перед глазами. На высоте в десяток метров, на потолке была ярко расписана одна из битв того времени, что до сих пор не потеряла своего цвета. Недостающий фрагмент располагался прямо по центру — Я пойду — Фанак смерил высоту и снял перчатки, подвязал фрагмент фрески к поясу и начал подниматься. Должно быть, своей ловкостью и выносливостью Фанак обязан жизни среди лесов и скал Бракена, которые заставляют даже на склоне лет выдавать максимум сил. Не видь Зеллан его лица, то подумал бы, что ему чуть под сорок, но увидеть что он вдвое старше стало своего рода откровением. Морщины уже крепко обосновались на его лице, а из-под шлема пробивались пряди седых волос. Несколько плохо заживших шрамов располагались по всему лицу, но при этом не выглядели отторгающе, как это случается в подавляющем большинстве. Ловко перескакивая от одного уступа к другому он даже не всегда использовал руки, приземляясь на карнизы и трибуны наверху он не сбавлял темпа, будто плывя по воздуху. Подобравшись под самый потолок, Фанак снял с пояса очередной моток верёвки с грузом и подозвал своего напарника снизу, чтобы тот поднялся на противоположную сторону. Несмотря на юность, до уровня своего командира ему было далеко, хотя показанный уровень всё равно был для многих недостижим. Его движения ещё не были отточены в достаточной мере, из-за чего наёмник несколько раз споткнулся и обрушил часть ветхих конструкций, но, тем не менее, успешно добрался до вершины и обвязал брошенную ему верёвку вокруг шеи одной из статуй, Фанак сделал так же и оттолкнувшись от стены, запрыгнул на верёвку, где впервые проявил осторожность и существенно замедлился. Сняв с пояса камень, явно весивший ни один килограмм, он, балансируя на чуть проседающем тросу, добрался до центра, где успешно и восстановил фреску. Стоило камню войти в паз, как прямо под центральной лестницей часть пола сдвинулась и открыла путь в длинный тоннель, завершающийся решёткой. Снова раздался уже знакомый хруст, и, быстрее, чем кто-либо смог на него обернуться, оболочка прошмыгнула внутрь. — Снова эта половинка человека. Должно быть, внизу его уже заждалась его лучшая часть — Ял достал из сумки лампу и зажёг её — Идём, получим обещанный дар. Спустившись вниз, они увидели как едва различимая во тьме верхняя часть чела протискивалась меж прутьев. Медленным шагом посетители загадочного храма пробирались всё дальше, пока застрявшее меж прутьев тело всё больше изламывало себя для того, чтобы пробраться внутрь. Когда они уже подобрались к мертвецу на пять метров, он взвизгнул, и, распрощавшись с одной рукой, влетел внутрь, а после дёрнул рычаг, поднявший дверь и скрылся за поворотом. — Идём, уже близко — Ял поднял гноящуюся руку и как ни в чём ни бывало продолжил путь — Как говорили родители, на нашей родине такое не редкость. Им часто приходилось подобным образом успокаивать души. За коридором их встретила небольшая комната, из всего убранства которой было лишь большое кресло, на котором лежала нижняя половина тела. Мертвец, продолжая ползти при помощи одной руки, взобрался на кресло и сросся воедино, после чего молча уставился на людей. Ял осторожно протянул руку, которая тут же приросла к телу, а мертвец поднялся на ноги и распахнул свою грудную клетку, обнажая ещё бьющееся сердце, которое он тут же вырвал и протянул Ялу, после чего обратился в прах. Ни проронив ни слова, но многозначительно переглянувшись, колдуны вышли в главный зал, а оттуда в комнату со скелетами. Изучив её более внимательно, они поняли, что лежащие здесь тела расположены в форме руны Рассан: символа границы между мирами, что идеально подходило под описание загадки. Теперь, если верить словам братьев, все должны встать в центр и дотронуться до сердца. Отвратительная вонь, прилипающая к пальцам гниль и ритмичный стук сердца, что не гоняет кровь уже не одну тысячу лет стали последним препятствием на пути к выполнению ритуала. Моргнув, Зеллан остался один, всё ещё придерживая гнилое сердце. Рядом с ним не было совершенно никого живого, даже оставленные пришельцами следы жизни исчезли, должно быть, его сочли достойным и переместили на границу миров. Здание предстало передо ним в своём первоначальном величественном виде, которым оно обладало до запустения, а вместе с ним исчезли и останки, что до этого были лежали по всем углам. — Скажи, удостоившийся чести, как давно мы вернули себе власть? — Из сердца возник безликий образ — Когда мы заставили еретиков поплатиться кровью за их злодеяния? — Никогда. Ваш король пал, защищая свой народ до последнего. Не выжил никто — Зеллан не намеревался лгать — Их род всё ещё продолжается. Мы, потомки тех людей. — Неужели всё, что я слышал перед забвением оказалось ложью. Не было ни сияния ложного идола, ни отравляющей саму суть мира поступи детей скверны? Отец не созвал шестерых воителей в поход? — Отовсюду послышались всхлипы, пол задрожал, а стёкла разбились — Тогда… почему тебя сочли достойным? Тебя, сына наших убийц сочла достойным сама судьба… неужели… да, так оно и есть… сама судьба сведёт тебя с Отцом и заставит исполнить волю Его. Именно ты, одна из бессмертных душ, станешь вестником грядущих бед, а за ними и рассвета нового порядка. Сердце истлело, но тут же из горстки праха возникли кости, из которых собрался скелет. Он с ног до головы осмотрел Атрида и будто усмехнулся. — Делай что должно, позволь судьбе провести тебя по предначертанной тропе… но чтоб с пути бежать не смел, сей разговор выжжен из памяти твоей безвозвратно будет. Падут цепи, что сердце храма берегут, а вместе с ней и след твоей судьбы возьмёт неотвратимость — Выйдя из помещения, скелет направился к главной лестнице и остановился у стены — И да падут стены его! Всё исчезло в яркой вспышке, и маг вновь очутился в кругу товарищей, чувствуя, как последние минуты памяти стираются из головы. Почти сразу после этого раздался звон цепей и грохот камня, пыль от которого заволокла весь этаж. Центральный зал изменился до неузнаваемости, с него спали иллюзорные чары и обнажили истинный вид, при котором не существовало никаких лестниц на второй этаж, что вели к так же исчезнувшим трибунам. Здание приобрело тот вид, который и должны было иметь: разрушенный почти до основания, с вековыми слоями пыли и разбитыми на осколки реликвиями. Исследователи пошли в образовавшийся проход, он вёл в небольшую комнату с подъёмником, потолка которой видно не было из-за растянувшейся наверху дымки. Только сейчас Зеллан понял, что не слышит вокруг ничего, кроме пения, которое возобновилось после грохота. Помимо чужих голосов, он не слышал и своего, даже на уровне мыслей. Должно быть, побочный эффект ритуала. Сбитый с толку, он встал в центре подъёмника и случайно привёл механизм в действие, наступив на нажимную плиту. Лифт взмыл вверх и спустя несколько секунд уже утонул в тумане, посреди которого и остановился. Вокруг ни на шаг не было видно дороги, будто сам туман и был ею, позволяя идти в любую сторону. — Давно мне не доводилось видеть живых, хоть вы и пришли прекратить моё существование, я очень рада видеть вас — Из пелены раздался приятный женский голос, а туман приобрёл форму длинной скамьи — Присаживайтесь, мне бы хотелось хоть немного поговорить перед тем, как моя душа зацветёт белоснежным цветком. — Скажи, что это за место, какова была его история? — Зеллан сел на скамью, куда после долгих уговоров со стороны братьев присоединились и остальные. Они выглядели удивлённо, должно быть, перед их глазами сейчас совсем иная картина. — Многие тысячелетия назад это место носило гордое имя: Пристанище Грёз. Именно здесь люди ухаживали за смертными расами, лечили их раны и обучали искусству врачевания другие народы. Сюда в поисках облегчения приходили безнадёжно больные, желавшие провести последние дни в объятьях своих мечт и несбывшихся желаний. Во снах они проживали совсем иную жизнь, в которой могли быть кем угодно, а поддерживали их покой мы, Поющие — Из тумана вышла фигура, полностью состоящая из ослепительного света — Нашей задачей было хранить воспоминания спящих. Но когда обретшие силу стихий люди развязали войну, они уничтожили всех нас. Лишь я, прозванная Серой Плакальщицей, смогла избежать этой участи, став вечной жертвой Пристанища. — Как ты узнала, что мы идём именно за тобой? — Вновь обернувшись к своим напарникам, он понял, что они явно слышат её, но не могут задавать вопросы — И почему ты говоришь о бессмертии людей, раз мы стареем как и все? — Как я уже говорила, моим долгом было хранение воспоминаний. О вашем прибытии я знала уже несколько дней, благодаря памяти жителей отстроенного Анктура, но полностью осознала масштаб ваших намерений лишь после того, как под мои чары попал разум настоятеля церкви, который знал всё о вашем походе — В тумане возник образ святого отца, живущего посреди леса в гармонии с природой — Он давно хотел стать друидом и постичь тайны бессмертия природы, ведь страшился скорого конца своей жизни… которого лишился именно по воле природы, когда люди отвернулись от истинного света и баланса. Вы отказались блюсти долг хранителей равновесия между народами, а потому и стали смертными. — Но кому мы раньше поклонялись? Кто такой Король и Отец? — Раньше эти титулы были знакомы каждому. Первый человек и тот, кто его сотворил из крови и пепла всех народов. Молчаливый Король Контарр и таинственный Всеотец, Хранитель Равновесия и главный враг Запрета, Змея Холодов, что на протяжении тысяч лет медленно пожирает Палар, создавая места скверны повсюду. Их сила была непомерной, но оба пали жертвой предательства… вскоре вам всем предстоит встретиться с тем, что породило ваше безрассудство. Вся ярость, заключённая в Расколотом мире, пламенем пройдётся по миру, а шестеро Бессмертных душ встретятся с народом, что служит воплощением Его мучений. Ты один из Шестерых. — Скажи тогда ещё вот что. Что случится, если я оставлю тебя здесь, а не освобожу? — Хочешь оставить измученную душу томиться и дальше? Я не смогу хоть как-либо помешать тебе, но даже против воли мне придётся петь, и тогда лишь времени вопрос… когда за мной придут уже другие, ведь простому люду от этого не легче будет. Заклятие Моргула уже снято, оно сочло вас достойным и более не воспрепятствует никому… но отступив с тропы судьбы, ты обречёшь себя на незавидный финал — Плакальщица развеяла туман и показала свои останки — Погребите их и заклятие спадёт. Астера поднялась и медленно прошла к алтарю, на котором лежали кости и подняла их вместе с погребальным саваном. Плакальщица же лишь кивнула и попросила следовать за ними вниз. Выйдя на свежий воздух, наваждение будто спало, а в голове вновь всплыл разговор с Моргулом, который запомнился хорошо. Неужели он не сделал того, что обещал… или отменил заклятие за ненадобностью? «Юмор мертвых мне не понять». Останки последней из Поющих были похоронены рядом с Анктуром, на городском кладбище перед самым рассветом. Когда это случилось, сам воздух будто потяжелел, освобождённый от присутствия светлой сущности. После похорон, спасители вернулись в город, который уже сбросил с себя оковы сна и зажил как прежде. Может хотя бы теперь, после изгнания силы, хозяйничавшей здесь тысячелетия, город сможет расцвести, как того желали последние из его коренных жителей?
