Проклятый зверь
16 апреля 2023 г., 18:41
«Сегодня моë мнение о беспощадности мира вновь пошатнулось. Правда, в этот раз его решили шатать не люди или звери, а то, что стоит между ними. Эта битва научила меня тому, что иногда бывают случаи, когда смерть зла приносит лишь ещё большую скорбь».
***
1059 год после битвы на полях Мифреля. 6 день Моря. Катакомбы под холмом Икон. Штаб Ранидов. Рассвет. Древние и некогда обжитые руины, ныне обратившиеся в непроходимый лабиринт зарослей и завалов… в таком месте поселились люди Бельмана. В свободное от охоты на потусторонних тварей и нескончаемых ссор с Судьями время, Раниды медленно, но верно обживают подземелья Икона, возведя там свой храм Первому Охотнику Азладу. Около сотни лет назад, на улицах Амзара объявился бродяга из Хальронда. Он представился Азладом, обедневшим из-за старости наёмником, готовым продать некоторые тайные знания о чудовищах со всех концов света. Король Гарон Валь-Тор, пра-прадед Теаны Валь-Тор, оказался охоч до любых знаний, которые могли помочь его королевству и обеспечил Азладу беспечную старость. Старый северянин не обманул и сдержал свою часть сделки, раскрыв знание о ряде тайных мест, разбросанных по всему миру и хранящих священных силы. Святилища давали великую силу, но требовали взамен вечного нахождения вблизи них до тех пор, пока в этих людях не будет нужды. Так возникли Раниды, навеки связанные с Иконом отшельники. Несмотря на высокую цену, они были необходимы во времена частых нападений чудовищ. Благодаря их стараниям удавалось отбивать Жатвы одну за другой до тех пор, пока от засилья монстров не удалось избавиться и не превратить их в угасающую опасность. И хотя сейчас надобности в них уже почти не осталось, орден продолжает свою жизнь и даже немного разрастается. Когда наёмники, наконец, добрались до Икона, тут же встретила дюжина человек в серых мантиях. Они поклонились и попросили проследовать за ними. Красные с Кайранцами приняли их приглашение и вошли внутрь, где после непродолжительной прогулки оказались в сердце их святилища. — Мы знали когда и с какой целью вы придёте, досточтимый Соглядатай. Святилище даровало нам волю на этот поход, но требует завершения прошлого дела — Сказал один из наёмников, подходя к статуе Азлада, стоявшей рядом с большой чашей, что до краёв была заполнена подношениями — Почти все братья ушли охотиться на сбежавшего из Монастыря оборотня, но не смогли совладать с ним, тёмная сущность столь древнего зверя и его искажённый вид смог противиться силе света… большая часть братьев сдерживает зверя, не позволяя ему вырваться за пределы деревни и ближайшего леса. — Большая? Значит, помимо вас есть ещë кто-то не у дел? — Поинтересовалась Астера, обходя главный зал по кругу — Слышала, Раниды бьются до последнего и не уходят без добычи… или всё же прячутся, подобно крысам? — Не стоит оскорблять волю святилища, не отмахивайтесь от руки помощи, мы справимся и без вас, а вот вы… — Наëмник многозначительно потянул тишину — Часть братьев этой ночью направились в Амзар, искать помощи Судей и красной стали. — Неужели беда столь серьëзная, что из закромов Ордена вы собираетесь вынести реликвию старшего порядка? — До этого Зеллан лишь слышал об этой стали, которую вплавляли в доспехи и оружие самых выдающихся Стражей. — Так и есть юноша, зверь очень стар, ему не одна тысяча лет и он являет собой воплощëнное зло. Сами увидите это, если решите рискнуть и отправиться на выручку — Наëмник обращался к каждому из прибывших будто столетний старик к своему правнуку — Если готовы, то направляйтесь строго на юг от нашей обители, или идите по тракту до ворот Монастыря, а оттуда по народной тропе на восток. Было заметно, что иное общество здесь не жаловали. Изредка проходившие в главный зал Раниды отворачивались, едва завидев гостей из других синдикатов, а некоторые и вовсе плевали на пол и разворачивались. Должно быть, когда Астера в пути обмолвилась о дурной репутации королевских наëмников, это было ничуть не преувеличено. Красных многие недолюбливают из-за их близости к короне и часто наплевательского отношения к кодексу чести наëмного воина. Если все прочие стараются поддерживать чистую репутацию и не берут преступников, то Красные состоят из романтиков с большой дороги почти поголовно, а у Айдана послужной список столь длинный, что в нëм собраны все грехи человечества. — Мы, пожалуй, останемся здесь до следующего утра, а то как народы пустынь бродим по миру. Многого не потребуем: еда да вода — Ял и Сорб, которые решили некоторое время попутешествовать с ними, вышли вперëд — Всего до утра, думаю, сотня человек вас не стесняла, раз все ваши ушли и освободили койки… да и как-то нехорошо отказывать гостям в их просьбе. От такой наглости на секунду опешил даже Ремм, которого, казалось, ничто не могло пронять. Глаза каждого без исключения округлились и уставились на братьев, которые лишь чуть склонили головы и продолжали вопросительно смотреть на Ранида, который лишь тяжело вздохнул и попросил проследовать за ним на нижние этажи. Чем глубже спускались, тем беднее становилось убранство, дойдя до крайности в комнатах отдыха. Кроме голых стен и соломенных кроватей в таких комнатах не было ничего. Впрочем, учитывая монашеский и в какой-то мере даже отшельнический уровень жизни, это не стало для Зеллана неожиданностью… в отличие от многих других, которые недовольно завздыхали, увидев жильë на грани бедности. — Одно из богатейших наёмных сборищ, а живут хуже бродяг на улицах… и куда всё королевское добро уходит? — Стоило Ремму бросить свою походную сумку на кровать, как из соломы с писком выбежал выводок крыс — Твою-то мать… начальник, моя кровать изгажена! — Покажи мне свою кровать и скажу каков ты… гласит древняя поговорка, и ведь не поспоришь — После слов Шеала среди столпившихся наёмников волной прокатился смешок — Сама жизнь намекает что человек ты говённый. — Пошёл ты, не буду я спать на этом! Лучше замёрзнуть холодной ночью в поле, чем спать на такой кровати. Я умываю руки, даже не пытайтесь переубедить — Схватив только брошенную сумку, Ремм резво зашагал наверх. — Больно надо, хоть вздохнём нормально, а то даже когда ты молчишь смрад глаза выедает, а стоит рот открыть… хоть вешайся — Вмешался Терил, чей вечно прилизанный и блестящий от чистоты вид приводил Ремма в состояние, близкое к ненависти и презрению — Таким поступком ты окажешь всем невероятную услугу. В этот раз перепалки не состоялось, Ремм лишь плюнул Терилу под ноги и удалился наверх, напевая неразборчивую мелодию. Остальные вздохнули от вестма смешанных эмоций и расположились кто как смог. — Это, конечно, не самый лучший номер, но ночь переждать можно — Стягивая с себя латный доспех, проговорила Астера — У нас ещё целый день в запасе. Занимайтесь чем хотите, а на следующее утро выдвигаемся с первыми лучами. — Что-то ты не очень торопишься. Когда мы были во дворце, ты порывалась всё выполнить в кратчайшие сроки, а сейчас позволяешь отдохнуть целый день. Что такого на Мифреле померло? — Задал Зеллан мучавший его уже третий день вопрос — Неужели опять Теана нашла повод для радости? — Можно и так сказать. Для тебя уже не будет секретом новость о гражданской войне, но вот принесённые ею трофеи… Ольтрикская Гильдия смогла обезглавить кровавых культистов во всех смыслах. Они смогли забрать с собой в ад самого Кхора, действующего главу их культа. Помимо этого наши восточные друзья связали боем армию, которая спешила присоединиться к бою в Кардинии, хотя изначально они должны были атаковать со стороны Анкора — Астера улыбнулась и поправила свисающий локон — По прогнозам, мы выиграли около двух недель, но зная Малькольма и его хитрость, будет хорошо, если неделя пройдёт спокойно. Этого времени нам должно хватить хотя бы на сбор наёмников. — В самом деле, повод для радости — Он пересёкся с Астерой взглядом, впервые её глаза излучали тепло, но от этого даже стало куда более некомфортно, чем от уже становившегося привычным пристального взгляда хищника, полного пронзающего холода — Если возражений нет, то я, пожалуй, пройдусь по этим катакомбам. Астера лишь едва заметно кивнула в знак одобрения. Зеллан, стараясь не подавать вида тревоги, поспешил ретироваться на верхние этажи. Он отдалялся самыми длинными шагами в жизни, перешагивая по четыре ступени за раз до тех пор, пока не выбрался к главному святилищу. Сердце стучало как бешеное, казалось, оно бьётся о рёбра. Ноги от такого забега даже ненадолго отнялись, оставалось лишь опереться о стену и жадно глотать воздух. «Раздери меня ильд! Впервые в жизни так испугался, да ещё и не чудовища какого-то, а вполне красивой женщины. В скольких переделках побывал, но даже близко такого не испытывал… кому скажи, засмеют ведь. Чёрт, и ведь это заходит слишком далеко, становится взаимным, а я даже не знаю как реагировать и что делать… с юности опыта никакого. Боюсь теперь потерять то, чего ещё даже толком не обрёл… как я до такого докатился? Был бы рядом Силдур, он бы точно дал совет, у него никогда таких проблем не было, да и опыт общения большой…». Зеллан опустился на каменный пол и сжал в руке пробившийся через трещину в кладке комок мха. Постепенно состояние возвращалось в норму, но в сердце всё ещё занозой сидела недавняя мысль. Похоже, она будет преследовать его ещё долго, чего совсем не хотелось, а потому всё же решил в самом деле правда воспользоваться предлогом и пройтись по этим залам. Начать было решено с главного зала, в котором интересного было не так уж и много, разве что статуя Азлада и большая чаша с подношениями в центре, которая, вероятно, и являлась местом силы. Внутри серебряной чаши горело синее пламя, жар от которого расходился по всей комнате, но при этом не трогая брошенные в него украшения. Мраморная статуя северянина так же не была особо интересна, а выбитое на колоннах по бокам жизнеописание так же не могло похвастаться лихими поворотами жизни. Единственное что не на шутку заинтересовало, так это то, что его род берёт свои корни от известнейшего пиратского барона по имени Ардахар, чьё наследие до сих живёт и продолжает грязное дело, выплывая из Бухты спящих кораблей. В самом низу статуи, у ног Азлада располагался высеченный из мрамора календарь Жатв, уходящий своим исчислением на четыре сотни лет назад, когда, если верить исторической литературе, кровавая луна восходила каждый год, предвещая очередную волну ужасов. У самого края, под датами располагалась небольшая подпись. «Не небо диктует смерть людскую, а само зло красит небеса в багрянец. Не кровавая луна возвестит о Жатве, а Жатва предвещает кровавую луну». — Вот и попался Силдур, спустя двадцать лет я докажу тебе свою правоту, теперь у меня есть какие-никакие доказательства. Звёзды и планеты никогда не решали нашу судьбу… астролог диванный. Обойдя комнату по кругу, Атрид поклонился святилищу и спустился на этаж ниже, где начиналась целая сеть тоннелей, южная часть которых так и оставалась заваленной, хотя опасности оттуда не маг чувствовал… наверное, решили сосредоточиться на раскопках вглубь. Пустив ударную волну по завалу, ему удалось сместить самые большие камни и проделать себе проход вглубь. Света тут не было, придётся полностью положиться на глубинное зрение. Фиолетовая дымка вновь пронеслась по сводам и угасла за множественными поворотами, уходящими всё дальше. Впереди не было ни единой ловушки или малейшего присутствия следа жизни. Протиснувшись сквозь брешь в завале, он зашагал вперёд, опираясь рукой о голую стену, на которой когда-то висели знамёна, а разбросанное повсюду ржавое оружие покоилось на сгнивших от старости стойках, располагавшихся рядом. Любопытствующего встретил запах сырости и холод, должно быть, рядом проходит подземный источник. В конце концов он упёрся в тупик: небольшую комнату, на полу и потолке которой располагалось два узора. На потолке располагалась восьмиугольная звезда, от вершин которой к центру исходят линии, сходясь на точке, выполненной из оникса. Линии пересечения были выполнены из едва светящегося металла, а восемь вершин символизировали огранённые драгоценные камни. На полу серебром выведен другой узор: рунический символ Игтос-Лакор. Вестник путешествий и странствий, внешне напоминающий обычный дом с крышей. Его линии пересекались в трёх местах, образуя четыре треугольника в центре. Равно как и со звездой, края Игтоса были подписаны названиями городов со всех концов Палара. И только его нога неудачно переступила края этих фигур, как некоторые из надписей засияли слабым огоньком. На Игтосе сиял Рограу, а звезда источала свет из Граетола и Фарналя. «Что это всё значит? Почему постоянно именно я нахожу эти древние надписи?». В голове сразу всплыли слова драконопоклонника Ранда, что его, на ком Санкуа и Рион сошлись, ждёт поход против самих звёзд… и слова Плакальщицы про Шестерых… «Мне предстоит пройти весь путь с ещё пятью людьми, но кто это? Будет ли одним из них Астера. Насколько далеко вообще зайдёт эта шутка судьбы?». Зеллан решил покинуть это место как можно скорее, весь этот бред про избранного начинает давить на уровне, а то и сильнее чем влюблённость Астеры. Молясь и оглашая своды тоннеля именами известных ему богов, а позже и ругательствами, Зеллан ринулся к выходу, а за ним будто распростёрлась вуаль всепоглощающей тьмы, одно касание которой отнимало силы и заставляло пошатываться, считая лбом каждую встреченную колонну. Когда он уже почти добрался до выхода, из вуали его будто схватило что-то, а перед глазами возникло видение этих символов. Руки, подчиняющиеся чужой воле, вытащили записную книжку, перо и бутылёк с чернилами и сами заставили перерисовать увиденное, не отпуская до тех пор, пока не получилась точная копия, после чего тело просто встало на колени и простояло так сам не известно сколько, опутанное липким чувством страха… силы вернулись нескоро, ноги к тому времени успели онеметь, а горло пересохнуть из-за вновь бешено скачущего сердца. — Зеллан! Зеллан Атрид! — Раздался голос с той стороны завала, это был кто-то из местных, он подошёл к завалу и уже начал пробираться к нему. — Я здесь, всё в порядке. Отошёл-то на час, чего орать?! — На подгибающихся ногах, маг вылез к главной развилке, где его уже дожидались. — Ночь на дворе, тебя весь день не было. Возвращайся к своим, они уже с ног сбились пока искали на нижних уровнях — Обратился наёмник, а после чуть тише спросил — Было ли там что-то интересное? Стоит нам позаботиться об очистке пути в ту сторону? — Нет, там ничего пригодного. Время не пощадило ни единой вещи — Вдруг вырвалось у него, хотя он намеревался рассказать об увиденном — Там лишь пустые коридоры, а на полу ржавое оружие. Налетел в темноте ногой на одно из таких, оказалось, это довольно больно. — Ладно, значит не зря мы оставили это место в покое… идти можешь? — Не дожидаясь ответа, наёмник поставил его на ноги и положил руку себе на плечо, позволяя опереться на себя — Можешь, это хорошо. Пойдём, горе-путешественник. Постепенно становилось лучше: сердце вернулось в привычный ритм, дышать снова стало легко, а ноги, если бы могли говорить, то сказали бы большое спасибо за столь необходимую разминку. Вскоре он смог идти самостоятельно и отказался от помощи сопровождающего, который вернулся наверх, к святилищу, готовиться к ночной молитве. Преодолев очередной пролёт, Страж вышел к спальням, из которых уже доносился громкий храп. В какую комнату бы не заглянул, везде была одна и та же картина: наёмники спали, а кроватей на всех не хватало, некоторым приходилось умещаться на полу или спать поверх других. Обходя комнату за комнатой он всё не мог найти подходящего места, куда можно было бы лечь, не потревожив остальных. Наконец, всё же нашёл подходящий вариант, в котором была загвоздка: единственное свободное место располагалось рядом с Астерой. Благо, она уже спала, при этом регулярно поправляя волосы, которые то и дело спадали на её лицо. В таком безмятежном состоянии она выглядела даже мило… что всё-таки и сыграло решающую роль в решении. «Ладно, нельзя бежать от проблем, будь что будет. Если всё завертится, значит такова судьба». Аккуратно стянув с тела броню и едва коснувшись кровати, Зеллан почувствовал облегчение, чего не скажешь о самой кровати, которая тут же издала негромкий скрип. Кто-то в комнате несвязно промычал, а Астера повернулась лицом в его сторону, от чего Атрид смог почувствовать её спокойное дыхание и приятный, едва уловимый запах амзарской фиалки, исходивший от её тела. Непроизвольно сглотнув от волнения, Зеллан продолжил медленно опускаться на кровать, пока всё тело не смогло удобно расположиться на ней. «Всё хорошо… успокоились, вдохнули-выдохнули, закрыли глаза и уснули, никаких лишних мыслей мне не надо». В очередной раз поправив волосы, Астера положила руку ему на плечо, а после скользнула к спине, пытаясь обхватить полностью. По телу пробежала дрожь, но на удивление не от волнения или страха. В этот раз было даже приятно и удалось расслабленно выдохнуть… всего один раз, так как сразу после этого она пододвинулась вплотную и почти упёрлась носом в грудь, после чего мило засопела. Зеллана будто сам Люфтар током ударил в этот момент, он вздрогнул, но всё же решил ответить на этот жест и положил свою руку ей на талию, чуть ниже груди, после чего Астера немного согнула свою руку и прижала ею мою, а после небольшой паузы закинула свою ногу на мои. — Я успела в тебя влюбиться — Едва разборчиво пробормотала Астера во сне. Она совершенно точно спала, нити её души совершали лишь малейшие колебания, которые разгладились сразу после этих слов, из-за которых его душа наоборот уподобилась штормовому морю. Одно дело когда тебе говорят другие, но услышать это вживую… — И я в тебя — Не сказать что это было бы ложью, но слова Ранда о том, что их пути разойдутся навсегда, сидели в голове и изо всех сил пытались убить радость, растекающуюся по телу в момент произношения этих слов — Боюсь потерять тебя. Осторожно поправив вновь выбившийся из её волос локон, он свободной рукой провёл по щеке Астеры, едва коснувшись уха и будто невзначай дотронувшись до губ, которые так и манили его с самого начала. Тепло её мерного дыхания и вздымающаяся на вдохе талия вкупе с полумраком создавали, пожалуй, самое лучшее чувство из тех, что доводилось ощущать. Зеллан очень боялся нарушить его, а потому дышал почти неслышно и будто через раз. В конце концов он сдался силам сна и погрузился в их объятия, перед этим покрепче обняв Астеру и уткнувшись лицом в её волосы. «Плевать, судьбе многое позволено отнимать, но только не это. За любовь я буду биться до последнего». Утром: Глаза Зеллан открыл самым первым, из-за страха того, что придётся объясняться перед всеми какого, собственно, дьявола тут происходит. За дверью так же не было посторонних звуков, равно как и из всех комнат. Открыв глаза, он обнаружил, что нахожусь под одеялом, а его с Астерой тела полностью соприкасаются. Тогда же он заметил и то, что всё её бельё лежало рядом. Несмотря на всё желание, которого было через край Речного Кубка, он не посмел одёрнуть одеяло и заглянуть. Всей собранной решимости хватило только на осторожный поцелуй в щеку, после которого Астера довольно хмыкнула и обняла, всё ещё не проснувшись. Решив не искушать судьбу, он с предельной осторожностью выбрался из пленительных объятий и вышел из комнаты, прихватив с собой доспехи, чтобы подготовиться к походу заранее и не потревожить ничей сон. Надевание доспеха: это важный ритуал, который может занимать довольно много времени, а если уж маяться с этим в одиночку, то растянуться на настолько неприличное время, что замок успеют трижды сровнять с землёй и отстроить. Великое благо, что наёмные доспехи, что броня Стражей устроены совершенно иначе и позволяют даже в одиночку в неспешном темпе завершить все приготовления за несколько минут благодаря системе, прозванной «всё и сразу», из-за которой элементы представляли собой одну вытянутую конструкцию, в которую буквально влезают и просто зашнуровывают всё по очереди без нужды в оруженосцах. Массовость такие доспехи не приобрели сразу по нескольким причинам: нужна строжайшая подгонка под владельца, после которой будет необходимо держать себя в форме на всю оставшуюся жизнь, а второй причиной является дороговизна такого способа ковки и сборки, чтобы оплатить которые даже у рыцарей старшего ранга уйдёт не один десяток лет. Но куда большее число людей сходится на том, что большинство рыцарей находятся в доспехах только на время похода и что им нет большой нужды постоянно его снимать, в отличии от наёмников, которые вечно подвержены опасности… и Стражей, которые всегда должны быть наготове. Неторопливо зашнуровав доспехи, Зеллан решил выйти подышать свежим воздухом и заодно полюбоваться местной природой. Пока он преодолевал пролёт за пролётом, наверху уже собрались Раниды для утренней молитвы, принимать участие в которой не было желания, а потому он предпочёл обойти зал по краю и выйти как ни в чём ни бывало. Осторожно прошмыгнув в тени, Зеллан вышел за порог и споткнулся о что-то, что лежало у самого входа, раздался грохот и лязг металла. В этот же миг кучка земли встрепенулась и из-под неё вскочил напуганный Ремм, на которого тот и свалился, вновь прижав к земле. — Эй, под ноги смотри! Я же говорил что спать тут буду — Потирая голову, произнёс Ремм и столкнул с себя — Ты чего в такую рань подскочил? Стоило признать, несмотря на грубость и довольно скверный характер, Ремм всё же всегда держал слово, даже когда грозился что уйдёт на улицу ночевать. Атрид поднялся на ноги и протёр глаза, всем видом показывая, будто всё ещё сонный. — Прости, не до конца проснулся ещё. Решил глянуть на местную природу и насладиться свежим воздухом — Осознание двоякости этой фразы возникло почти сразу что заставило чуть смутиться. — Ладно, расслабься, я не в обиде. Уж с чем родился, с тем и смирился. Прадед мой ещё подцепил эту болячку, а оттуда и весь род страдает — На лице Ремма проскользнула улыбка — Вся родня приучилась жить с этим, ежедневно ведро духов льют на себя, иначе на торжества не пускают. — Куда говоришь? На торжества? Если род уж знатный, то кого ты тут потерял? — Искренне удивился Атрид и присел рядом — Знаешь ведь поговорку что в семье не без урода? Так вот, помнится, был я как-то на таком приёме и вдруг случилась потасовка… сынка вельможи зарезали, а спихнули всех собак на меня. Я бежал, потом постепенно опускался всё ниже по лестнице жизни до самого дна. Там занимался мародёрством, грабежом, убийствами… всем, что могло поддержать меня на плаву, ведь розыск не прекращался более десяти лет. А потом на меня вышли и повязали, отправили на публичную казнь, где меня и вызволил Айдан, не знаю каким чудом ему это удалось, но факт остаётся фактом — Ремм достал из тайного кармашка наёмничий жетон с выгравированным именем — Теперь мне выпал шанс загладить все ошибки прошлого, я обрёл новую семью и как бы я с ней не ссорился, всё равно готов помереть за них… как и они за меня. Спорить с ним он не мог, потому что Ремм был в самом деле прав. Этот приземистый, чуть сгорбленный и неухоженный мужчина лет сорока с дай Феникс половиной зубного состава, которые были прокурены чуть ли не до сверкающей желтизны и совершенно неухоженной бородой в очередной раз подтвердил, что даже у людей с самого дна этой жизни есть шанс и право на доверие, новую жизнь и крепкое братство, на которое они могут опереться в трудные моменты. — А теперь, если не возражаешь, я пойду и искупаюсь. То, что я принял болезнь ещё не значит что я поставлю на себе крест, я буду жить полной жизнью до тех пор, пока она не оборвётся, желательно в кровати и кругу любящих людей — Ремм протянул руку, которую Зеллан, чуть помедлив, крепко пожал — А природа здесь в самом деле прекрасная, к тому же и родная для меня. Наслаждайся её красотой. Шумно выдохнув, Ремм поднялся и бодро зашагал вверх по холму, в сторону источника, который маг ещё вчера почувствовал. Когда он скрылся на холмом, Зеллан сел на кучку листвы и мха, которая служила наёмнику покрывалом и начал неторопливо осматриваться. По изначальным планам они должны были прибыть в это место ещё три дня назад и уже давно быть в деревне у Монастыря, но у судьбы на это были иные планы. Будто специально, поджидая именно их, по пути возникали проблемы сильно замедлившие наш поход. Сначала разразилась непогода и стена дождя заставила переждать одну ночь в Анктуре, после напали бандиты и выкрали лошадей, на возвращение которых ушёл весь день, а вишенкой на торте из проблем стал большой разлом, рассёкший не только ближайшие горы, но и единственную добротную дорогу. С другой стороны, не будь на пути этих приключений, то пришлось бы в этих катакомбах кваситься куда дольше, чего точно хотелось намного меньше. Если его расчёты верны, то Раниды должны уже возвращаться из Амзара и прибыть примерно в одно время с ними. Теперь оставался лишь вопрос о их выдвижении, который, впрочем, скоро решится. «Есть в Астере некая загадка. Как бы она ни старалась выглядеть обычной, её душа то и дело поблескивает странными огнями, таящими в себе великий секрет… и теперь я обязан докопаться до него несмотря ни на что. Раз мы связаны, то не должны иметь секретов друг от друга». Час спустя: Природа к северу от столицы невероятно красива, мало какие места на Паларе могут посоперничать в красоте с величественными лесами Делея… ведь лесов больше нигде особо и нет, особенно зелёных. За исключением Эфирного леса, все остальные находятся в плачевном состоянии: на всей территории Адмира леса утопают в пепле Чёрной горы, в Альмеране за пределами городов сплошные великие степи и встретить дерево там получается очень нечасто. Разве что на Витоне, около реки Эльдирен и в Стальных низинах есть нечто схожее с местными лесами, но и тамошние леса постепенно вымирают от больной воды. «Всё же, много несчастий свалилось на эту землю, даже не знаю, удастся ли миру оправиться от них за это тысячелетие, хотелось бы увидеть это». — Всё ещё природой любуешься? — На голову опустилась рука Ремма, от которого теперь довольно приятно пахло, улавливались нотки мяты — Уже пора выдвигаться, начальник тебя опять потерял. — А, вот ты где. Следовало догадаться — Раздался властный голос за спиной — Ну хоть наготове, давай по коням, Зеллан. — Слушаюсь, начальник — Нарочито по старчески прокряхтев, он поднялся и неторопясь зашагал к лошади, поравнявшись с Астерой, Зеллан посмотрел ей в глаза и чуть улыбнулся, ответом мне стала такая же едва заметная, но тёплая улыбка. — Забот у нас непочатый край, так что медлить нельзя, с этого дня у нас не будет отдыха, нужно выложиться на полную и добраться до Малькольма в самые сжатые сроки. Из доверенных источников стало известно что войска Адмира в ближайшие дни завершат перегруппировку и выдвинутся в Кардиний всеми своими силами. Битвы уже в любом случае не избежать, но именно мы сможем свести потери с обеих сторон к минимуму… не должно простым людям страдать от самомнения их правителя. Отряд издал воодушевлённый клич и все вместе они помчались к Монастырю, на помощь последнему из лидеров наёмников: Бельману, имя которого Зеллан случайно подслушал, проходя мимо молящихся Ранидов. 1059 год после битвы на полях Мифреля. 9 день Моря. Дорога к деревне у Монастыря. Глубокая ночь. Было решено последовать совету, что дал Ранид и просто следовать по тропе до Монастыря. И пусть так они чуть задержались, но это время не было критичным, зато успели морально подготовиться к тому, что могло тут ждать. Преодолев крутые холмы, их взгляду предстала низина, на горизонте которой виднелись толстые, будто уходящие до неба стены, которые отрезали от всего мира рощу Догрон. Было тяжело представить, что хоть кто-то мог пробраться через них, но недооценивать упорство и волю тамошних тварей, о которых написан не один трактат… верх наивности и безрассудства, присущего самоубийцам, решившим покинуть эту жизнь наиболее филигранным способом. В воздухе витала концентрированная злоба, проявляющая себя в едва заметных, поблескивающих в лунном свете частиц, оседающих на всём, чего могут коснуться. Но злоба не была беспросветной, немного восточнее нашей позиции виднелся столб света, менявший ночь на день даже отсюда. — Хмм… боюсь ошибиться, но, думаю, туда нам и надо, если Бельман ещё нужен — Шеал был первым кто поднялся на холм и увидел это странное явление — А ещё, у нас большие… нет, огроменные проблемы ростом метров под восемь в лучшем случае. Прямо у подножия холма с другой стороны лежало вырванное с корнем вековое дерево, покрытое глубокими следами от когтей, доходящими до самой сердцевины. Место же, на котором это дерево росло, находилось почти в сотне метров дальше по дороге. Рядом с тем местом располагалась цепочка следов, глубоко входящих в плотную почву. — Может это самое, ну его? — Растерянно пробормотал Терил, которого поддержало довольно много людей — Думаю, стоит довериться профессионалам своего дела, у нас подобного опыта с мышиную… слезу. — Слушай, а кто клялся верности своей новой семье? Кто обещал полезть за своими братьями в самую пылающую задницу этого мира чтобы спасти их? Кто теперь даёт заднюю, когда пришло реальное испытание? — Ремм на пару секунд притих, подготавливая самый увесистый аргумент в этой разгорающейся перепалке — Или всё гораздо проще и прилизанный маменькин сынок боится потерять свою привлекательность из-за ран, когда даже я, тот самый урод в семье из поговорки… готов встретить смерть с чистыми зубами и помытой шеей? — Прикуси язык, прореха на человечестве. Это тебя приволокли сюда чуть ли не на цепи и без права выбора. Я же пришёл сюда по доброй воле и могу уйти в любой момент, меня ничто здесь не держит. Ни кто либо из вас, ни ваши убеждения. Хочешь сдохнуть, так пожалуйста, собачья смерть тебе к лицу! — Пока Терил исходил желчью, Зеллан покосился на Астеру, которая уже закипала и мириться с таким положением дел не собиралась. Ни сказав ни слова, Никар слезла с лошади и одной рукой стянула Терила на землю, тот даже слова сказать не успел, как на него со всей силы опустился кулак, попавший в плечо и согнувший всю броню. Раздался лязг и хруст сломавшейся кости, следом за которым всю округу огласил крик боли, который тут же затих, когда Астера разломила шлем пополам и заткнула Терилу рот. Именно в этот момент до всех дошло, что дело может не ограничиться одной лишь рукой. — Ни с места, не смейте подходить на помощь! — Скомандовал Фанак, как только его бойцы сорвались для помощи — У неё рука тяжёлая, отхватить можете за милую душу, сейчас с этой фурией шутки плохи. Астера же будто не замечала того, что происходило вокруг, продолжая методично калечить дезертира. Ухватившись обеими руками за другую, ещё здоровую конечность Терила Астера не позволяла тому кричать, навалившись плечом ему на голову. В этот раз целью стал локтевой сустав, который Астера начала медленно выгибать в обратную сторону до тех пор, пока тот не сложился параллельно остальной руке. Любой палач уже на этом моменте наверняка бы согласился, что с человека хватит пыток, но Терил всё не учёл одного: дезертиров и предателей по законам военного времени убивали, а Астера… это до крайности преданный своему делу человек. Она продолжала свою экзекуцию. В этот она раз взялась за крепления доспеха и одними лишь пальцами согнула их и оторвала от всей конструкции, от чего те распахнулись и обнажили кольчугу с поддоспешником, которые не стали хоть сколько-то большой преградой. Чтобы распороть эти два слоя зашиты Астере хватило лишь пальца, а если быть точным, то её ноготь смог разрезать стальный кольца и набитый хлопком поддоспешник. «Она просто чудовище, откуда у неё такая сила? Я не чувствую магии в её теле, но даже не каждый клинок справится с подобной задачей… каким бы крепким не был ноготь, но ему не всегда под силу даже древесная кора». Сорвав с Терила весь доспех и оставив его в чём мать родила, Астера всё же начала успокаиваться. — Ещё раз на глаза попадёшься, убью без промедления. А теперь вали в любую сторону. Если Феникс сочтёт тебя достойным прощения, то как-нибудь дотянешь и залечишь свои раны… но я надеюсь на то, что ты сгинешь в равнине — Астера поднялась и спустила Терила с холма одним броском, после чего обратилась к остальным — Мы на войне, а потому, к каждому из вас применимы её правила, равно как и правила империи, на которой вы проживаете. Если кто-то хочет предать Делей сейчас, то вперёд, я найду каждого, рано или поздно. Никто из отряда не посмел даже оглянуться назад, хотя всё ещё было слышно как Терил скатывался с холма. Гробовое молчание стало для Астеры знаком согласия, после которого она вмиг изменилась и беззаботно-бодрым тоном приказала продолжать движение на свет. «Интересно, а вмешайся я в этот процесс, то смог бы изменить хоть что-то? Всё же, насколько я знаю, принято прислушиваться к мнению… более приближенного человека, мать с отцом так прожили уже более трёх десятилетий, несмотря на трудности и склоки. Хотя вряд-ли, Астера совершенно из иного теста. Она упёрта и непоколебима как скала или же силанит». Он вырвался чуть вперёд, поравнялся с Астерой и посмотрел ей в глаза, она перевела взгляд с дороги на него. — Ты мог облегчить его участь, но принял более верное решение, оставшись в стороне… и да, я слышала и чувствовала каждое твоё движение прошлой ночью, и те заветные слова — Она чуть усмехнулась и, как ему показалось, малость смутилась, прикрыв лицо ладонью — Признаюсь честно, я сама не знаю как обрела всё это, все те дары, что помогают мне жить… и одновременно отравляют существование, но будь бы моя воля, то я без раздумий бы отказалась от всего этого. — Мы в этом разберёмся вместе, даю слово. — Да? Быстро же ты выкинул из памяти слова того драконопоклонника, хотя изначально принял их близко к сердцу. Но тебе я верю, ты дольше всех меня не подводил — Тихая усмешка последовала за этими словами — Да и весь род Атридов всегда был честен и верен, а ошибки прошлого заглаживал. — Хех, повод для гордости значит… а слова я не выбрасывал из головы. Если и «пойду против звёзд», то пойти против судьбы смогу и подавно — Проговорил Зеллан и чуть сбавил скорость, возвращаясь к остальным. Дорога до Монастыря была прямая как стрела, и как было сказано Ранидом, только едва видимая тропа в вытоптанной траве вела в сторону, к столбу света. Спустившись с холма они могли полностью разглядеть эту низину, усеянную следами буйства оборотня, на которой не осталось и живого места. У самого подножия, когда преодолели упавшее дерево, на всех накатила резкая усталость… должно быть они преодолели защитный барьер и теперь полностью вступили в домен Монастыря, охваченный гневом и яростью. Земля под ногами стонала от боли, временами исторгая из своих недр гейзеры удушливого газа, который был тяжелее воздуха, а потому быстро оседал и впитывался обратно. Земля здесь была сродни той, что расползалась неподалёку от Амзерена, она была на грани истления, равно как и все растения, которые рассыпались под ногами. — Я не смогу отследить дыхание жизни в такой среде, нет образца нормальных колебаний для настройки… сюда бы Тэмара, ему это не помеха — Поговорив с землёй в этот раз Атрид ничего полезного не выяснил, история этого места молчит могильным камнем — Будем полагаться на природное чутье. Пока я не чувствую опасности, но это ненадолго. Преодолев несколько заслонов из высоких кустов, они, наконец, вышли к деревне, в центре которой стоял большой костёр, который и был сердцевиной, как оказалось, огненного столба. Сама деревня ничем не выделялась из сотен точно таких же, в которых проживает по самым смелым подсчётам около трёх десятков человек. Всюду горели факела, пропитанные пахучей смесью, а по улицам ходил патруль из десятка местных, вооружённых кто чем горазд. — Стой, кто идёт?! — Выкрикнул один из местных и мигом выставил вилы перед собой, в его движениях чувствовалась некоторая сноровка — Ещё подмога прибыла? Кем значитесь? — Красные, Кайранцы и Страж — Фанак спешился и подошёл к местному — Теперь ты скажи, где Бельман? — У знахаря нашего, тварь его ранила. Давайте провожу — Весь пыл фермера куда-то вмиг испарился, стоило ему услышать сколь важные гости подоспели. Фанак обернулся и с ехидной улыбкой поправил поля шляпы, после чего выбрался в голову отряда и едва заметно пританцовывая направился вслед за местным. Шли недолго, буквально за парой поворотов стояло жилище знахаря: каменный дом в виде шалаша, наружная часть которого полностью испещрена словами на вымирающем диалекте С’Окир, который раньше использовался жителями центральной части Делея. «И да помогут нам все существующие боги, и да направят они всё зло в его колыбель, и да оградят нас от вечных сумерек гнева. Пусть будет здрав род королей, пусть никогда звёзды за их спинами не угаснут, пусть ведут они нас тропою, что бережёт от всякого зла». Стоило подойти к двери, как изнутри раздался хлопок и из щелей повалил красноватый дым с кислым запахом, а следом за дымом на улицу вырвался и знахарь: мужчина лет тридцати с взъерошенными зеленоватыми волосами и неаккуратной бородкой в белом халате с рядом непонятных формул на воротнике. Чуть отдышавшись, он развернулся и с улыбкой протянул руку в знак знакомства. — Алхимик Сен к вашим услугам! Нуждаетесь в товарах? Или наоборот что-то хотите продать? — Протирая глаза от слезоточащего дыма, Сен попытался снова войти в хижину, но не смог. — Должно быть неправильно рассчитана пропорция пыльцы гниловика к кристаллам из выпаренной выжимки нирива жёлтого — Полной грудью вдохнув то, что завалило ему отличную оценку по алхимии в Академии в десятом классе, Зеллан почувствовал себя занудой, но не смог остановиться — Если грамотно смешать эти два ингредиента под давлением и низкой температуре, то получается мощнейшее из известных на данный момент противоядий… я слышал, Бельман должен быть у тебя. — Верно, он в дальней комнате, дым туда всё равно не доберётся, так что мы можем просто подождать… простите за навязчивость, но ваше лицо мне знакомо — Порывшись в своей сумке, Сен достал оттуда книжку и начал активно её листать, остановившись на главе по алхимии он протянул её мне — Вот, ваш портрет и звание лучшего алхимика двадцатилетней давности, на вас многие по сей день равняются. «Ну и ну, известность пришла откуда не ждали… правда, спустя столько лет…». — Да уж, предвыпускной год и правда был полон достойных алхимиков, но уж не думал, что я окажусь самым достойным из них — Смущенно проговорил Зеллан, вглядываясь в свой молодой портрет и поглаживая бороду — Честно говоря, я думал что талантливый чудак и недоучка Бохас всех обскачет. — Это тот, который устроил переполох с помощью всего одной котлеты? — Получив утвердительный ответ, Сен пусть и неохотно, но согласился — Кто же знал, что в тот день подавали мантикору… воссоздать опасного хищника из кусочка мяса в самом людном месте Академии, благо, никто не пострадал. — Но избежать исключения это ему не помогло, в тот же день его выгнали… жаль этого коротышку — Вздохнул Атрид и снова посмотрел внутрь хижины, дым уже почти улëгся. Набрав полные лёгкие воздуха, он уверенно шагнул внутрь, обходя битое стекло и разбросанные по всему жилищу реагенты, некоторым из которых достаточно небольшого давления для начала реакции. Сквозь всё ещё едва красноватую вуаль, он увидел на другом конце хижины задёрнутую синими занавесками комнатушку с исходящим оттуда слабым сигналом жизни. Следом вошла Астера и без промедления одëрнула занавес, откуда повеял гнилостный запах, перемешавшийся с лекарствами. Такой смрад обычно царит в лечебницах, где занимаются больными с различными язвами и воспалениями, отвратительный и почти ничем неубиваемый запах. Источником его был Бельман, лежавший на кушетке из больницы для душевнобольных, с ног до головы покрытый смесями из трав и замотанный в бинты да кожаные ремни. — Мать моя женщина! В рот мне ноги… — Единственное, что смог выдать Зеллан для описания этой картины всем остальным. — Лихорадочный бред, он уже второй день не приходит в рассудок, лишь бьëтся с истерике и горячке — Сен подошёл к Бельману и смерил температуру — Его здорово ободрал оборотень. Чудо, что он вообще жив. Подтверждением слов лекаря выступили доспехи, которые прришли в полную негодность в ходе битвы: нагрудник с левого бока будто плугом пропахали в трёх местах, сапоги и наголенники смялись под чудовищным давлением челюстей, а шлем будто пустили под пресс. — Не думаю что он проживёт хотя бы до двадцатых чисел, но я буду всеми силами поддерживать в нём жизнь и бороться с доселе невиданной заразой. Надеялся, что отвар нирива поможет, но теперь уже не узнаю — Почесав затылок, Сен подозвал гостей чуть ближе — До меня доходили слухи, что оборотни переносят проклятие, которое развеивается с их смертью. Верится тяжело, но больше надеяться не на что. Если убьëте оборотня, то Бельман будет вам по гроб жизни обязан, да и я смогу получить новые знания для своей практики. — Это всё, несомненно, хорошо, но как нам его выследить? — Наконец и Астера, доселе стоявшая рядом с непонимающим видом, вклинилась в разговор. — Никак, но можно попробовать преследование. Мы две ночи подряд подвергаемся нападкам волчьих стай, которых ведёт за собой это чудовище — Среди ввалившихся деревенских зевак оказался и местных охотник, по совместительству занимающий пост старосты деревни — Волки не убивают, но уносят жителей вглубь леса на юго-восток, оборотень приходит оттуда же. Переживëм эту ночь и попробуем выследить его. — А почему раньше так не сделали? — Решил поинтересоваться Зеллан. — При всём уважении к Бельману, но его людей было слишком мало, а бросать все силы на преследование, оставив деревню без защиты будет слишком рискованно — Староста окинул нас взглядом — О силе Красных и навыках Стражей ходят различные слухи. С вашей помощью и сталью, что должна вскоре прибыть, у нас появится надежда на окончание этого ужаса. «Ладно, прогиб засчитан». — Сделаем, выбора у нас нет в любом случае — Астера с лёгкой улыбкой пожала руку охотнику и направилась осматривать деревню и строить план обороны.***
Час спустя. Центральная площадь деревни. — Похоже, стая приближается. Сигналов, что превысили бы волчьи… пока не наблюдается — Зеллан, сев на перекрëстке троп, внимательно вслушивался и считывал потоки земли — Стая большая, состоит из стай поменьше, в общей сложности около сотни, может чуть меньше. Все со стороны юго-востока, стоят и ждут команды. — Принято. Местные успели подготовить ловушки у северного входа, они же и будут его оборонять. Наши люди встанут у главного входа и примут врага в лоб. Ты же возглавишь небольшую солянку из оставшихся и будешь патрулировать саму деревню. Стены здесь высоковаты, но судя по количеству, волки могут и перелезть — Стерев нарисованный на песке план деревни, Астера села на скамейку рядом с Зелланом и положила руку ему на голову, медленно проведя по длинным волосам, доходившим до лопаток – Слышала, ты хорошо проявил себя как командир на первом самостоятельном задании, надеюсь, ты и сейчас будешь на высоте. — Сделаю всё возможное, я ещё ни разу и ни в чëм не сдавал позиций — Со слабым ехидством в голосе проговорил Зеллан, завороженно смотря на выглядывающую из облаков полную луну. Вдруг Зеллан, развернувшись на месте всем телом к Астере, медленно поднёс руку к её щеке и осторожно зарылся в волосах, едва касаясь шеи и заставив впервые за долгое время покрыться мурашками. Чуть помедлив, будто собираясь с мыслями, он потянул её к себе и коснулся её губ своими. И хотя Никар готовилась к этому, но не ожидала столь скорой реализации, которая заставила ответить ему скромным поцелуем. Желая в ответ дотронуться до него, она потянула руку к его плечу, но Зеллан осторожно протянул её к своей груди и прижал у сердца. Без труда можно было ощутить то, как сильно оно стучит, ещё чуть-чуть и выпрыгнет из груди. Впервые в жизни она почувствовала настоящие любовь и доверие, которое исходило не только от неё, которое было взаимным и чистым. Прошло всего несколько секунд, для обоих протянувшись куда дольше. Наконец, она отпрянула и коснулась его лба своим. — Скажи, можешь-ли ты пообещать, что когда всё это закончится, мы заживём нормальной жизнью, оба позабыв об опасных авантюрах? — Прошептала она на ухо. — Ничего обещать не могу. Кто знает, что эта война приведёт за собой. Но одно я знаю наверняка: ни одна из бед не коснётся тебя, пока не пробьëтся через меня — Последовал такой же тихий ответ и лëгкие, успокаивающие хлопки по спине — Слово Атридов прочнее мифрила. Вдруг Зеллан на секунду замер, он вновь вслушался в природу и получил тревожные вести, это было понятно без слов. Они кивнули друг другу и отбросив все посторонние мысли, направились к своим отрядам под сопровождение нарастающего воя. Наëмники уже заняли оборону, стальной стеной перекрыв вход и заняв огневую позицию на крышах. Лес находился прямо за воротами, его непроглядная тьма позволяла зверям незамеченными подобраться вплотную, что и произошло через считанные секунды. Большой волк, почти втрое превосходящий обычного, в сопровождении десятка поменьше показался из леса и в один прыжок подобрался вплотную к линии обороны, мигом вцепившись в один из щитов и вытянув бойца из строя, где его жизнь быстро оборвали другие. Быстро перестроившись и закрыв брешь, защитники деревни перешли в контратаку, накрыв врага точным залпом стрел. Первая волна атаки было захлебнулась, но вожак просто растворился у нас глазах и появился на крыше одного из домов, мгновенно вцепившись одному из ранидов в шею. Тут же из леса подоспела ещё стая и попыталась преодолеть стену рядом с нами, их намеревались схватить в кольцо. – Перестраиваемся! Круговая оборона! Гримона оставьте на меня! — Отдав приказ, Никар тут же отправилась в погоню за духом неупокоенного. «Сталью его почти не взять, а Зеллан далеко и скорее всего занят своими делами, остаётся только решить всё своими руками». Убрав меч в ножны, Соглядатай встала на пути материализовавшейся души человека, что когда-то был убит в лесу. Сейчас, при свете факелов спутать его с обычным зверем было невозможно: ничего не выражающие глаза мертвеца, торчащие рëбра без внутренностей и будто невесомая шерсть, что переливами следует за телом. Увидев её, дух на секунду замер и, как Астере показалось, дрогнул, и хотя смятение было недолгим, оно лишь укрепило веру в победу. Обычному человеку никогда в жизни не справиться с таким существом, будь он хоть мастером всех искусств, но она была исключением. Её сила точно не происходит просто от хорошей родословной. Будь то проклятие или благословение, она научилась использовать его так, как было нужно. И в этот раз эта странная сила вновь послужит на благо. Чуть согнув колени, она встала в стойку и приготовилась к нападению. Лучше самой завязать бой вблизи и вести его так, как считаешь нужным. В три больших шага сократила дистанцию и нанесла первый удар. Глупо было надеяться на быструю победу, поэтому она решила ослабить врага, что есть силы ударив по передней лапе. Удар достиг цели, пусть мёртвые и не чувствуют боли, но это здорово скажется на его перемещении. Раздался хруст старой кости и оторванная лапа тут же истлела. Чуть не рассчитав сил, она не успела вовремя уклониться. Отпрянувший гримон успел перейти в контратаку и вцепиться клыками в руку. Броня остановила удар, но всё же погнулась, а боль заставила упасть на землю. Хватка была мëртвой, рука отказывалась двигаться. Зарычав, гримон смог приподнять девушку над землёй, но попытка растрясти из стороны в сторону оказалась провальной, всё же её личный специальный комплект брони оказался для него слишком тяжёл. Схватив свободной рукой гримона за шею, она подтянулась к нему и попыталась ухватиться за наиболее удобное место: череп. Вставив в левую глазницу большой палец, Астера надавила на гниющий глаз и выдавила его. Холодная струйка гноя попала на лицо, но не стала помехой, Соглядатай лишь протолкнул палец дальше и схватилась за внутреннюю сторону черепа, после чего уже остальными пальцами пробилась через правую глазницу. Призрак заметался по улице, мотая головой словно разъярённый бык и сметая всё, до чего мог дотянуться. Пусть и с трудом, но он мог нести меня на себе, при этом всё ещё не разжимая пасть. Наконец её удалось изловчиться и заблокировать ногами заднюю лапу. В очередной попытке стряхнуть груз, гримон упал на спину, но более не смог подняться, так как Астера решила не оставаться в долгу и намертво зафиксировала его лапу. Вынув пальцы из пустого черепа, на ощупь она нашла наиболее выступающее ребро и вырвала его, после чего, не теряя ни секунды пробила череп насквозь и через образовавшуюся дыру между челюстью и черепной коробкой ухватилась зажатой рукой за верхнюю челюсть. Собрав все силы в один рывок, она вырвала челюсть и нос, оставив одну сплошную дыру и полностью лишив врага оружия. «А теперь я подарю тебе покой». Схватив гримона за шею, Никар потянула её на себя. Голова, шея и часть рëбер отошли от остального каркаса, а чудовище перестало трепыхаться, хоть и не было до конца повержено. Бросив останки на алтарь церквушки, она вернулась на поле боя, где сражение уже подходило к концу: волчья яма была переполнена, крестьяне добивали раненых и окружали последних волков. Зеллан с отрядом добивали отбившихся и заплутавших. Битва закончилась так же неожиданно, как и началась, а козырь в виде гримона не успел причинить слишком больших проблем. — Что по потерям?! — Окинув взглядом всех присутствующих, она не досчиталась четырнадцати человек. — Могло быть и хуже, если бы не вы, то сегодня наша деревня исчезла бы — Староста поблагодарил её — Но странно то, что сегодня оборотень не явился. — Нет, он здесь, я чувствую это. Прячется где-то рядом, ждёт момента — Вдруг лицо Зеллан исказила гримаса ужаса — Ложитесь! Не задавая вопросов, все попадали на землю за секунду до того, как амбар, находившийся рядом с ними разорвался в щепки. Сквозь взметнувшуюся пыль и грязь лишь на секунду получилось выловить огромную, покрытую мехом фигуру, голову которой венчали оленьи рога. Глаза его светились фиолетовым огнём, а распростёршаяся над ними ладонь была размером с человека. — Бегите! Вам с ним не справиться! — Заорал во всё горло Зеллан и подал пример к произнесëнному им приказу, побежав в лес. Все, кто был на площади, в один миг разбежались как тараканы. Остались лишь Астера и Фанак, что намеревался отвлечь существо до тех пор, пока она не скроется из виду. Несмотря на свои немолодые годы, он ловко уворачивался от широких взмахов оборотня, исполняя один пируэт за другим. Трезво оценив ситуацию, девушка решила, что Зеллан в данном случае прав и укрылась в одном из домов, откуда всё же могла наблюдать за оборотнем. Даже после её ухода Фанак не отступил, будто продолжая чего-то ждать и совсем скоро стало понятно что именно. Со стороны леса, куда ушёл Зеллан, вылетело массивное каменное ядро, будто пущенное из катапульты. Камень летел со слепой зоны, а потому попал точно в цель — в голову. Ядро раскололось и выпрыгнувший Зеллан использовал последнее доступное ему заклинание, создав из обломков копьё и ткнув им в глаз монстра, после чего без сил упал на землю, где его подхватил Фанак и уволок в безопасное место. Брызнула кровь и шея оборотня осталась висеть на одной лишь коже и части мышц, пока голова его безвольно болталась и мельтешащим глазом искала вредителя. Вдруг, раздалось ржание и чудовище поспешило бежать в лес. Как оказалось, прибыли Раниды с грузом красной стали. — Долго же вас не было, пропустили самое интересное! — Зеллан хоть и не мог пошевелиться, но его лицо излучало истинную радость, которая бывает у ребёнка, когда находят его любимую игрушку. — Страж, возникли небольшие затруднения в переговорах с Судьями, потому и задержались — Прибывший наëмник поклонился Зеллану. — Не нужно формальностей, надо нагнать тварь, пока она не зализала раны. Передайте этим двоим оружие и соберите небольшой отряд для погони — Напоследок пробурчал Зеллан и отключился. — Ну, ты слышала его — Фанак переложил свой груз на лошадь и достал два клинка, один из которых передал её. Три часа спустя: чаща у Монастыря. Они шли по кровавому следу в самое сердце этой чащи, где не пели птицы и не было ни единой живой сущности. Дорога давно превратилась в сплошной бурелом с пусть и зелёными, но гниющими листьями. В конце концов оба вышли к поляне, на которой была собрана большая ритуальная формула из поваленных деревьев и куч трупов людей и животных. На другом конце поляны виднелось мëртвое дерево огромных размеров, полностью испещрëнное тоннелями, по которым может протиснуться даже это существо. Должно быть, это его логово и оно готовило некий ритуал по превращению, о чём свидетельствует начертание формулы. — Пора положить этому конец — Фанак прокручивал фитиль у шашки динамита — Этим малышкам всё дела не находилось, но теперь мы можем разгуляться. Не думаю, что взрыв трупов входит в планы этого чудовища, так мы выманим его на открытую местность. Астера кивнула и взяла четыре шашки. Достаточно было подложить всего одну под эти кучи, как от них оставались лишь кровавые пятна и многочисленные ошмётки. Много времени это не заняло, а результат не заставил ждать. Из полости в дереве выглянул оборотень с до сих пор свисающей, но начавшей регенерировать головой и ринулся к нашедшим его логово. Должно быть он понял, что теперь терять нечего, и приготовился к последней битве. Их было двое, отряд решено оставить на границе поляны, чтобы никто под ногами не мешался. Отходом в разные стороны они ушли от тарана и пропустили оборотня вперёд, после чего нанесли удар по хвосту и отрубили его. Потеряв равновесие, зверь упал, но смог быстро подняться и метнуть в Астеру уцелевшее тело, от которого та уже не смогла уйти. Разорвавшееся в лоскуты тело передало чудовищную ударную волну телу, отправив в свободный полёт на несколько секунд с последующим жёстким приземлением о валун. Было невозможно двинуться, боль, равной которой она ещё не ощущала, сковала тело и разум, заволакивая его пеленой. Фанак остался один на один. Пока ещё были силы, Астера беспомощно и бесполезно наблюдала за ходом боя. Схватив меч двумя руками, Фанак дождался следующей атаки. Лапа оборотня опускалась прямо на него, и когда расстояние позволило нанести удар, он замахнулся и отрубил все пальцы, после чего, не теряя ни секунды, продолжил нападение. Быстро нырнув к ноге, старый наëмник коротким взмахом отрубил еë. Чудище пало на землю и было тут же добито без шанса на милость. Красная сталь сделала своë дело, прорубаясь через прочнейшую шкуру она не встречала и малейшего сопротивления, будто выжигая себе путь ещё до того, как лезвие коснётся плоти. «Похоже, победа за нами, можно и отдохнуть». Наутро: Только к рассвету они смогли вернуться обратно, но вместо благодарности победителей встретила тишина, перебиваемая шёпотом деревенских. В толпе Астера увидела Зеллана и поспешила к нему, вся перемазанная в крови и гное. Но даже это его не оттолкнуло, он крепко обнял её на глазах у всех, чем вызвал целую волну ликования среди наëмников. — Что здесь произошло в наше отсутствие? — С ярко выраженным недоумением, Никар обратилась к Зеллану. — Пойдём к Сену, тут проще самой увидеть — Его голос был предельно серьёзен и опечален. Подойдя к дому лекаря, её встретил хозяин и кивком пригласил пройти внутрь. — Бельман, пришла твоя гостья. Надеюсь, ты ещё узнаешь её? — Сен лишь крикнул со входа, не желая идти дальше. В комнатке лежал Бельман, закованный в каменные наручники и опоясанный кожаными ремнями. Всё тело его покрывала шерсть, а глаза находились в состоянии между человеческими и звериными. — Астера, благодаря тебе мир очистился от одного чудовища, но на его замену идёт другое — Прорычал Бельман, с оскалом глядя на её шею — Ты не знала всех деталей, а потому я не могу винить тебя в происходящем. Это родовое проклятие, тянущееся тысячи лет от отца к сыну. От твоей руки пал мой дальний предок, а так как никого старше меня не было, проклятие перекинулось на меня. — Подожди, ты хочешь сказать… — Рык Бельмана, отчаянно сопротивляющегося сущности зверя не дал договорить. — В какой-то мере мы все заражены этим, поэтому вместо истребления было принято решение о изоляции, со мной надо поступить так же. У меня ещё остался сын — Переведя взгляд на письмо, которого раньше не было, Бельман продолжил — Всё обговорено, скоро меня увезут за Монастырь в Догрон, а ты встанешь во главе моих людей, я знаю цель твоего визита, Страж мне рассказал. Пусть это будет моим последним подарком тебе.***
– Я думал, ты уже помер там, или всё Новый год отмечаешь. Сколько главы не было, месяца три же? – Если бы, помереть на фоне этого сначала мне казалось прекрасной идеей, но потом я смирился с тем, что если кто-то хочет идти, то нельзя его заставлять остаться или возвращать. – А, прости, не хотел тебя так задеть. Виноват. – Да ладно уж, что было, то было. Надо двигаться дальше. – Это да, но как минимум в Хрониках нам снова нужно открыть нафталиновый шкаф. Там по плану интересный ход сюжета. – Читал, помню. Пора знакомить читающих с тем, что было в самом начале, ну и продолжать телегу древних народов. – Слушай, время уже позднее, надо на здоровую голову думать над сюжетом. С утра поделишься примерными наработками, а сейчас я спать, устал и морально и физически.
