Цветы

***

Пока ещё застенчиво и нежно Свидание продлить желаешь ты, Пока ещё кипят во мне мятежно Ревнивые тревоги и мечты Некрасов

      Хорошие и приличные парни на свидания ходят в рубашках, застёгнутых на все пуговицы, строгих штанах и идеально чистых туфлях. Миша далёк от такого амплуа, но глаженную белую рубашку и штаны всё равно надел. Почему-то показалось, будто подобный внешний вид будет идеальным для прогулки с Андреем. Да только строго одеваются только ради фотографий на паспорта и линеек в школе. Первое у Миши уже есть, второе давно закончилось. А вот привычка одеваться в «наряд пингвина», как это называет Андрей, есть до сих пор.       Миша торопится, потому что боится опоздать, но бежать не собирается: портить потом рубашку жалко. Уж лучше послушать Андреевские возмущения из-за задержки, чем потом маме объяснять, почему рубашка воняет, как дохлая псина или вспотевшая лошадь. Да и не так уж и сильно Миша опаздывает: до встречи, если верить отцовским наручным часам, есть ещё добрые пять минут.       Однако шаг Миша всё же ускоряет. В его планы не входит встречать Андрея, будучи потным и запыхавшимся от бега. Уж лучше прийти немного заранее, примерно представить вариант развития свидания. Вот оно должно пройти, как минимум, хорошо. В конце концов Миша неплохо так подготовился, нет, идеально! Миша специально сидел рядом с мамой и смотрел эти сопливые советские фильмы о любви, чтобы понять, как люди ведут себя, когда влюблены и находятся на свидании.       Ориентироваться на кино — дело гиблое и неправильное. Тут нужно опираться на чей-то личный опыт. Да только знакомых, готовых поделиться таким, у Миши нет. У мамы или у папы спросить нельзя. Они обязательно начнут выпытывать, что за девочка понравилась сыну. Тот же не представляет, как будет объяснять, что не девочка ему понравилась, а какое-то лысое (из-за вшей), лопоухое и синеглазое чудо-юдо. Мама от такого в обморок упадёт, а папа распсихуется.       Вот и приходится сейчас Мише идти на свидание со знаниями, полученными из романтических фильмов и таких же сопливых книг. Их дома оказалось много, каждое такое чтиво было написано странным языком, с употреблением миллиардов слов, намекающих на член. Прямо член членом никто в этих книжках не называл. Некультурно ведь. Поэтому Миша идёт и думает, а можно ли в компании Андрея называть член членом, секс, сексом, а не использовать для этого сто тысяч синонимов. Последнее, вроде как, правильно и больше располагает к себе.       На назначенном месте Андрея не оказывается. Сперва Миша думает, что он просто не увидел своё «лопоухое чудо-юдо», поэтому принимается вертеться и в панике оглядываться по сторонам. Никакого Андрея нет. Он либо обиделся из-за опоздания и ушёл, либо сам задерживается.       С тяжёлым вздохом Миша опускается на скамейку и нервно запускает руки в волосы. Правда, быстро отдёргивает ладони, вспоминая, как много времени провёл перед зеркалом в тщетных попытках сделать нормальную укладку. Волосы тогда не хотели причёсываться и всё время вставали дурацким, нелепым ёжиком. Над последнем весело посмеялся Лёша, назвав причёску брата «кошмаром парикмахера». Ситуацию не помогли улучшить ни вода, ни мамина расчёска, ни полотенца, которое Миша заботливо швырнул в надоедливого брата. Ни черта не помогло.       Идёт десятая минута от назначенного времени, Андрея нет на месте, а Миша, как дурак, сидит да головой вертит. Для полноты картины не хватает только букета из украденных у бабушек роз. Его, букет, Миша порывался взять, но вовремя вспомнил — Андрей цветы не очень-то и любит, да и после вручения придётся их битый час в руках таскать, а ещё прохожие неправильно подумают…       Они и сейчас неправильно думают. Ходят себе, иногда косятся на взволнованного Мишу и качают головами. Во взглядах прямо читается жалость. Вертел её Миша на одном месте! Не надо тут его, Мишу, жалеть. Он, между прочим, ждёт самого невероятного парня на свете. Осталось только немного набраться терпения, и Андрей обязательно придёт, весь красный. Запыхавшийся и со своей фирменной широкой улыбкой от уха до уха. Тогда Миша сможет с важным видом начать жаловаться на медлительность Андрея и выслушать неловкие извинения.       Проходит ещё десять минут, потом двадцать, тридцать… А Андрея всё нет и нет. Миша честно старается поверить в то, что Андрей просто не успел вовремя сесть в транспорт и просто ждёт новый. Правда семена сомнения продолжают прорастать в голове. От былого энтузиазма не остаётся и следа. Миша расстёгивает верхние пуговицы рубашки и взъерошивает волосы.       Андрей не приходит и через сорок минут. Миша чувствует себя униженным и тем самым парнем из сопливых романтических произведений. Нет, не парнем главной героини, а тем самым хорошим парнем, которому отказали молча, дав лишь ложные надежды. Они так жестоко истоптались в правде.       Вот вроде Миша сильный и не плачет из-за романтики. Он в конце концов здоровый лоб! Однако слезам плевать. Они всё равно скапливаются в уголках глаз и неприятно щипят. Хочется просто свернуться калачиком и тихо-тихо разреветься или выместить всю злобу и обиду на случайном прохожем. Миша даже готов устроить драку, чтобы выпустить пар и не чувствовать себя настолько погано.       Бить случайных прохожих нельзя: совесть не позволит. Действительно, случайные люди не виноваты в самом большом унижении Миши. Тут ответственен лишь один человек, ушастый такой, как чебурашка хренов, а ещё лысый, как бильярдный шар. Вот ему, Андрею, и нужно начистить рыло.       С твёрдой уверенностью и острым желанием отомстить Миша встаёт с нагретой скамейки и направляется в сторону остановки. Нужно срочно доехать до Купчино, побить Андрея, оторвать ему уши, потом вернуться домой, где-то закрыться ото всех и вдоволь пожалеть себя. Просто идеальный план для человека, которого так жестоко обманули, поиздевавшись над чувствами.       Едет Миша в Купчино, а сам вспоминает, как трясся из-за назначенного в воскресение свидания. Это же единственный официальный выходной на неделе. Плевать, что большую часть пар Миша бессовестно прогуливал в туалете с Андреем. Между прочим, всё равно обидно за впустую потраченный день.       Вокруг, на зло, полным полно милующихся парочек. Они будто специально воркуют, чтобы Мише стало ещё хуже морально. Он такой смелый и гордый лишь на людях, а вот наедине с собой, родителями и Андреем — из волка в кутёнка беспомощного. Об этом Андрей знает, но всё равно не пришёл на встречу.       Воображение принимается рисовать картины того, как Андрей вместе с одногруппниками смеётся на его, Мишиными, попытками понравиться. Андрей ещё наверняка какой-нибудь там стишок сочинил про то, насколько Миша глупый и наивный. Текста Миша ещё не видел, но обида мучает всё равно.       Обида грызёт, и Миша невольно выпускает злость на парочке, целующейся на соседнем сиденье. На удивление, в конфликт влезла девушка, а не её парень. Он пытается успокоить спутницу, готовую выцарапать глаза Мише. Тот на мгновение даже пугается: он знает — девушек бить нельзя, даже если они полезут. Это не только рамки приличия, но и своеобразный кодекс чести. Будет огромным позором, если Миша, главный панк Ржевки, подерётся с девушкой.       Её в конце концов смогли успокоить, но Мише больно сделали иначе. Спутник языкастой девушки посмотрел на Мишу, как на идиота, и покачал головой. Вроде и ничего такого, но Мишу будто ногами избили.       Прибыв в Купчино, Миша сталкивается с новой проблемой: он не помнит, где именно живёт Андрей. Понятное дело — в Купчино, но тут домов пруд пруди. Поэтому Мише приходится набраться терпения, на секунду придушить обиду и начать спрашивать прохожих о лысом, лопоухом и голубоглазом Андрее. Только с попытки двадцатой, если не двадцать первой, Мише дали верную наводку.       Тогда он сжимает кулаки, выпрямляет спину и направляется в сторону квартиры Андрея. О втором Мише сильно жалеет: спина начинает болеть — поэтому снова сгибается. Если бы это увидел папа — он бы обязательно озверел и стал бы читать лекцию о горбунах. Но папы тут, к счастью, нет, так что Мише предстоит сделать из Андрея конька-горбунка, его бюджетную версию.       Злость мешается с обидой, а на деле в сердце поселяется бесконечная грусть. Миша впервые так сильно влюбился, вот по-настоящему, а не для галочки, чтобы пацаны не засмеяли. Миша искренен, а Андрей. Оказывается, нагло врал, когда рисовал Мишины карикатуры и говорил, что так много рисует только тех, кто ему, Андрею, очень и очень нравится. Обманул. Урод поганый.       Нужный этаж находится быстро благодаря окну, на котором красуется рисунок Андрея. Определить автора несложно: никто, кроме Андрея, не рисует настолько утрировано преподавателей верхом на свиньях. Миша бы обязательно посмеялся, если бы не обстоятельства, по которым он пришёл в Купчино к Андрею. Сейчас нужно быть максимально серьёзным.       Миша каким-то чудом попадает в подъезд, находит номер квартиры Андрея и принимается тарабанить по ней. По ту сторону слышится недовольное бурчание Андрея. Ну ничего… Совсем скоро он скулить будет.       — Миша? — Спрашивает открывший дверь заспанный Андрей. — Ты чего тут делаешь? Что-то случилось?       Миша не отвечает: он забыл все слова, когда увидел такого домашнего Андрея. Однако обида на того всё равно не отпускает.       — Ты не пришёл, а я тебя сорок минут ждал, как идиот какой-то, — недовольно шипит Миша, готовясь ударить Андрея.       — А зачем ты меня ждал? — Тот рассеянно хлопает глазами и широко-широко зевает. — Да ещё и сорок минут…       Да как Андрей смеет! Пусть он не строит из себя идиота и возьмёт ответственность за своё поведение.       — У нас свидание сегодня, как ты можешь не помнить? — Шипит Миша, стараясь проглотить слёзы.       — Миша, у нас свидание тридцатого апреля, а сегодня двадцать третье, — качает головой Андрей.       Миша позорно опускает голову. Он вспоминает, как сам назначал дату. Так что стыдно забывать такие вещи.       — Проходи давай, а то замёрзнешь. Устроим свидание у меня дома, раз ты пришёл, — говорит Андрей и затягивает Мишу в квартиру.       Тот оглядывается по сторонам и молчит. Он сейчас фактически вломился в дом Андрея без приглашения и обвинил непонятно в чём. Миша ненавидит признавать свою вину, но в этот раз никак иначе нельзя.       — А ты это… — Андрей потирает глаза. — Ты специально для свидания, как пингвин оделся, или ты это… С какого-то мероприятия? Военные вроде любят своих детей таскать на всякие встречи.       — На свидание надел, — совсем-совсем тихо признаётся Миша, ковыряя ковёр носком. — Я ж это… Хорошим хотел показаться, поэтому и оделся, как пингвин и фразочек из книг нахватался и надушился.       Андрей внимательно слушает, а после смеётся. От этого гогота Мише становится только хуже морально. Конечно, он старался, а над ним хихикают, как над каким-то шутом или котом в носке.       — Дурак ты, Миха, дурак! — Андрей подходит и берёт Мишу за щёки, заставляя посмотреть на себя.       — Я как лучше хотел, а ты надо мной ржёшь! — Не выдерживает Миша, а его голос искрит обидой.       — Так ты дурак, раз решил, что мне не понравишься без костюмчиков и тупых фраз. Я тебя хорошим считаю и в грязных штанах, и в красивых, — хихикает Андрей и целует Мишу в нос. — Так что тридцатого не ссы в трусы и одевайся нормально, а то в твоей рубашке дышать страшно.       Миша неловко улыбается, а после крепко-крепко обнимает. Андрей не отталкивает, а только прижимает к себе и обещает проводить Мишу до остановки. Но перед этим нарядить в свою одежду, чтобы не было страшно потеть.

***