Цветы

***

❝Отчаяние является необходимым

ингредиентом для обучения чему-нибудь

или для создания чего-нибудь. ❞ Джим Керри

      С предателями разделываются жестоко — простая истина, которую выжигают на подкорке сознания каждому начинающему охотнику. Главная задача — убить заказанную тварь, а не встать на её сторону, глупо поверив в душещипательную историю о тяжёлом детстве, невыносимой участи и несправедливости всего белого света. Тварям нельзя верить — они бесконечно врут, чтобы спасти собственные шкуры и убить ещё больше людей. Охотник, принявший слова нечисти за чистую воду, несёт полную ответственность за сотни загубленных жизней. Доверчивый ловец — плохой ловец, нет, он убийца, обрекший на смерть невинных жителей.       Андрей Князев — убийца.       Он допустил ошибку, проявил слабость, обрёк на смерть невинных, предал свой долг — поверил вампиру, ещё не потерявшему облик человека. Они — вампиры — преображаются постепенно: в первые года их невозможно отличить от нормальных людей, если не присматриваться к деталям (наполненные кровью глаза, узкие вертикальные зрачки, клыки, бледная кожа и резкая реакция на раздражители), а потом начинаются ужасные метаморфозы, стирающие с вампира почти всё человеческое и добавляющее звериные части. Так, у заражённых со временем преобразуется нос, превращающийся в рыло, способное улавливать тончайшие запахи, главный среди которых — смрад крови. Уши преобразуются в огромные локаторы, «хватающие» каждый шорох. Зрение постепенно сходит на нет за ненадобностью. Когти растут, заостряются, делаются смертоносными. Зубы трансформируется в маленькие ножики, готовые разрывать плоть. Тело вытягивается, худеет, а разумом овладевает вечное чувство безграничного голода, который невозможно утолить.       Победить полностью обратившегося вампира почти невозможно, намного легче устранять их тогда, когда метаморфозы не завершены. Иначе умрут невинные люди, попавшиеся на пути твари, одержимой чувством голода, потерявшей рассудок и начавшей жить согласно инстинктам, шепчущим одно: «Ешь, убивай, ешь, убивай…»       Жалость потому и бесполезна. Стоит раз увидеть деревни, истреблённые вампирами, как становится понятно — этих тварей необходимо забивать сразу после укуса, чтобы предотвратить настоящее истребление граждан. Андрей лично видел поселение, уничтоженное одним полностью обратившимся вампиром. Это напоминало ночной кошмар во плоти: разгромленные дома, распотрошённые тела мужчин, женщин, стариков и детей… Зрелище поистине ужасное, особенно, когда просыпаются чувства, напоминающие — все трупы имели когда-то счастье.       Вампиров надо убивать.       Вампиров не надо слушать.       Вампиры — убийцы.       И Андрей теперь такой же безрассудный убийца, из-за которого через пару лет умрёт множество невинных людей. Он совершил страшное, когда пренебрёг правилами охотников, сохранив жизнь новообращённому вампиру. Вообще, эти твари не всегда истребляют целые поселения, в отравленных вирусом мозгах есть ещё одна задача — оставить после себя потомство. Нет, вампиры не насилуют женщин, не откладывают яйца, а просто кусают одного человека, прячут его ото всех и убегают. А метаморфозы неумолимо настигают несчастного…       Андрей обычно не думает, когда убивает «молодняк», старается не видеть в нём бывших людей, а сразу убийц. Однако в тот день рука так и не поднялась, чтобы умертвить несчастного. Наверное, потому что снова облажался и нарушил негласное правило охотников — не смотреть жертве в глаза. Андрей взглянул в них, обомлел и узрел не бездумное животное, а человека, напуганного и отчаянно желавшего лишь одного — жить. Так не могла смотреть глупое животное, оно не могло… Шура же даже не старался отбиваться, просто хлопал болотными глазами, загнанно дышал, глотал подступающие к векам слёзы и не требовал, а жалобно просил не убивать. Голос ласкал уши, трогал в Андрее что-то живое и пробуждал сочувствие, кое охотники должны были в себе глушить.       А он не смог.       Андрей — неправильный охотник, способный, талантливый, но излишне чувственный. Наверное, поэтому он и спас Шуру, затащил на свою телегу, обработал ему раны и, бросив буквально всё, поехал в неизвестность, не представляя, что произойдёт через десять минут. Возможно, другие охотники разнюхают о предательстве и убьют.       Глупо это, невероятно глупо, но разве можно приказать сердцу?       Нельзя.       Вот и Андрей по уши втрескался в Шуру с первого взгляда и не смог бросить, физически не смог. Кажется, произошла та самая «вспышка», какая возникает лишь у тех, кто предназначен друг другу судьбой, а ей противиться нельзя. Потому всё и пошло коту под хвост.       Обычно, разъезжая на своей телеге по заданиям, Андрей напевает шуточные мотивы и вовсю кричит пошлые шутки, гогоча с них во всю. Теперь же не до смеха, потому что о предательстве могут узнать с минуты на минуту. Тогда умрёт не только спасённый «молодняк», называющий себя Шурой, но и сам Андрей.       Он этого заслуживает.       Он не хочет умирать, но и убить Шуру не может, просто не может. Почему? Потому что привязался, как к щенку ласковому, проникся сочувствием, наслушался душещипательных рассказов и в какой-то степени даже полюбил Шуру. Тот хороший парень, которому просто не повезло стать «молодняком», медленно теряющим человеческий облик.       Никогда ещё Андрей не наблюдал за тем, как человек обращается в безрассудную, кровожадную тварь этап за этапом…       Честно?       Лучше бы неведение длилось до самой смерти.       Теперь Андрей вынужден наблюдать за тем, как зубы Шуры заостряются, как зрение ослабевает, а организм постепенно принимается отвергать нормальную пищу. Вслух Шура про это не говорит, но Андрей то и дело замечает на местах привалов следы рвоты, расцарапанные стволы деревьев и обгрызенные тушки зайцев и кроликов.       Дело — дрянь.       Лекарства от обращения в вампира не существует и вряд ли когда-нибудь появится. Единственная возможность облегчить страдания несчастного — умерщвление при помощи смеси чеснока и осиного кола. Сперва это обездвижит, а потом необходимо сжечь тело, пока силы не вернулись к вампиру. Однако Шуру убивать не хотелось.       Он страдает.       Метаморфозы происходят невероятно болезненно, постепенно искажая разум. Так, Андрей понял — вампиры безумны не из-за вируса, а из-за того, что переживает их тело во время трансформации. Её необходимо предотвратить любыми способами. Но Андрей не может убить того, кого так сильно любит, ради кого так сильно рискует…       — Ты же не допустишь, чтобы я стал… стал животным? — Скулит Шура однажды ночью.       — Конечно, — врёт Андрей, зная, что помочь не сможет.

***