Семь смертных грехов

***

      Очередные посиделки с другими демонами в заброшенном поезде уже проелись настолько, что я больше и вовсе не видел смысла приходить туда. Какая разница, где я буду пьянствовать, если у меня в комнате находится целый отдельный шкафчик из красного дерева, до краев наполненный алкоголем совершенно разных видов. Однако что-то вновь заставило меня отбросить своё высокомерие, как бы странно это не звучало, и вновь пойти в местный клуб похоти и разврата, сливаясь с толпой. То ли Ости настолько хорошо настояла на своих вечерних планах, то ли какое-то непонятное шестое чувство нашептало мне не отказываться от предложения демоницы. Не важно. Исход один: особо долго не колеблясь, я согласился.       И вот, расслабленно восседая на небольшом кожаном диване рядом с другими представителями тёмной касты, я «наслаждался» времяпрепровождением здесь, слушая никому неинтересную болтовню дочери Велиала. Я лишь скучающе попивал глифт из бокала и переодически согласно кивал дьяволице, якобы поддерживая разговор с ней, когда на самом деле внутренне боролся с желанием свернуть ей шею, дабы она замолчала. Шум голосов и смех из соседних столиков рядом и лепетание брюнетки смешивались в одну кашу и неприятно били по барабанным перепонкам, заставляя моё лицо неосознанно кривиться. Ох, Дьявол, и что я здесь забыл?       В голове на секунду промелькнула мысль о том, что давно пора бы отсюда свалить, как вдруг в нос дал знакомый запах клубнично-ванильной энергии. Уокер... Интересно, ей наконец надоело скрываться и делать вид, что меня не существует? Что ж, пожалуй, это и впрямь знак задержаться подольше в подобного рода забегаловке. Вот только что здесь делает эта Непризнанная? Неужто малышка Мими постаралась над её визитом? Уверен, так и есть, ведь ангельские наклонности Вики противоречат предпочтениям дочери Мамона в плане мест для развлечений. Как и ожидалось, через мгновение дверь в поезд отворилась и внутрь зашла небольшая компания, чей частью была и убогая. К моему удивлению, девушка выглядела весьма... привлекательно и сексуально как на обычную недобессмертную? Шикарное боди пурпурного цвета идеально обтянуло изящное тело девчонки, подчеркивая все её достоинства. Повезло, однако, Уокер с соседкой: у неё прекрасный вкус в одежде, а её вещи смотрятся на Непризнанной даже лучше, чем на самой дочери Мамона... Так, стоп! Что за внезапное восхищение этой недобессмертной?..       Я раздраженно отвёл взгляд и посмотрел куда-то в потолок, но перед глазами так и мелькала полуобнажённая фигура Вики. Вырядилась, словно для меня старается. Вот сучка... Тогда я вновь, не в силах не поддаться искушению, повернул голову в её сторону, только на этот раз мои тайные подглядывания не остались незамеченными: убогая сама рассматривала меня с неким любопытством в голубых зеницах. Я расплылся в довольной ухмылке, вновь мысленно оценивая отличное декольте, тонкую талию и упругие ягодицы девушки, стоящей неподалёку в толпе. Моя реакция на внешний вид Вики смутили саму Уокер, окрашивая её щеки в красный до самых кончиков ушей и заставляя её отвернуться, дабы избежать зрительного контакта со мной. Ну просто посмотрите, какая застенчивая. Видела бы она похотливые взгляды других ангелов и демонов в её сторону... Ух, как же бесит!       Внезапная злость на других наблюдателей и на саму недобессмертную за то, что та позволила себе такой откровенный наряд, подала мне идею немного «скрасить» вечер Непризнанной, напомнив о недавних событиях адской ночи и о том, что расслабляться на пару с алкоголем ей пока рановато. Я пристально посмотрел на свою «подопытную», словно устанавливал с ней ментальный контакт, а после, проникнув в самый разум этой строптивой девчонки, передал ей послание, будто это были её собственные мысли:       «Милый наряд, Непризнанная, но буду ли мил я с тобой, зависит лишь от тебя...»       Я внимательно наблюдал за тем, как постепенно глаза убогой расширялись от шока, а хрупкое тело съёживалось от накатившей паники. Девушка словно хотела обернуться ко мне, но страх не дал ей это сделать, сковывая по рукам и ногам. Она услышала. Она поняла, что я её так просто не отпущу. И то, что это действительно сработало, пугало и радовало меня одновременно. Ведь только истинные соулмэйты способны на подобное общение через сознание друг друга. Только родственные души. Правда, недобессмертная пока ничего об этом не знает. А узнает ли вообще? Ох, Дьявол!       Обессиленный, я откинулся головой на диван со смешанными чувствами внутри. Разве Шепфа мог такое допустить? Или это определённая карма за мои проступки, нарушения законов Небес и Ада? Но одно здесь явно не сходилось с моими догадками: я родился с этой чертовой отметиной; она была у меня изначально, а эта никчемная Уокер находится здесь всего лишь чуть больше месяца! Что же это получается?.. Единственный адекватный вывод, который пришёл мне на ум: Он знал о нашей встрече заранее. Он предвидел это. И Ему зачем-то нужна наша связь...       — Люций, что-то случилось? Тебе принести ещё выпивки? — демонесса, сидящая рядом, прервала мои раздумья внезапными вопросами беспокойства с её стороны, тем самым выводя меня из некого транса. Я встрепенулся и встретился с лазурными глазами девушки, практически нависавшей над моим лицом. Она выжидающе уставилась на меня, игриво улыбаясь и нежно водя острыми ноготками по тонкой ткани моей чёрной рубашки. Окончательно придя в себя, я поспешил убрать её руку с моей груди и отстранённо кивнул, нервно поправляя воротник сорочки. Спутница тяжело вздохнула, встала с дивана и неспешно, покачивая бёдрами из стороны в сторону, направились к барной стойке за добавкой глифта. По шлейфу её чернично-лавандовой энергетики я понял, что мой игнор вызвал у Ости внутреннее негодование и грусть, но сейчас меня это совершенно не волновало. Мои мысли заняла другая девушка, так ещё и Непризнанная. Чёрт, и куда катится мир?       Я вновь неосознанно стал искать взглядом знакомый крылатый женский силуэт в пурпурном боди в толпе таких же бессмертных существ, однако её аура чувствовалась издалека, что и помогло мне найти Вики за долю секунды. Она стояла с бокалом алкоголя в руке и разговаривала с другим непризнанным наедине, чуть вымучено натягивая улыбку на каждом слове. То ли я поспособствовал тому, что теперь убогая и вовсе не может нормально отдохнуть под моим чётким прицелом, то ли компания этого странного паренька ей явно была неприятна. И чем дольше я продолжал наблюдать, тем больше склонялся ко второму варианту, так как собеседник девушки при каждой удобной возможности пытался коснуться её, приобнять или что-то в этом роде, на что она мягко отстранялась, чтобы не обидеть «друга». Данная картина вызвала у меня неимоверную злость, словно внутри взорвался целый вулкан эмоций. Да как он вообще смеет дотрагиваться до моего соулмэйта без разрешения самой Вики? Ладони непроизвольно сжались в кулаки, а зеницы загорелись красным пламенем. Желание придушить этого подонка, что позволил себе распускать свои гадкие руки, с каждым моментом росло всё больше. Я разрывался между чувством остаться на месте или взять под свой контроль данную ситуацию, но в итоге так и продолжал сидеть не двигаясь, испепеляя взглядом «сладкую парочку».       Моё столь увлекательное занятие вновь прервала из неоткуда появившаяся на горизонте демоница, которая полностью закрыла мне обзор своим широким тазом, обтянутым в чёрный латекс. Она села рядом, протянула мне стакан с голубой жидкостью, и я на автомате осушил его, не отводя глаз от точки моих изначальных наблюдений. Дочь Велиала молча окинула лазурными зеницами уже пустую посудину, затем посмотрела на меня, а после внимательно проследила за моим взглядом. То, как её аура вдруг вспыхнула, словно спичка, могло означать лишь одно: она догадалась, чем я занимаюсь. И ей это явно не понравилось. Не понравилось, что всё моё внимание приковано к жалкой недобессмертной, но не к ней. Дьяволица развернулась всем телом ко мне и заставила наконец-то признать её присутствие рядом со мной раздраженной репликой:       — И что ты нашёл в этой никчёмной Непризнанной? Стоит ей разодеться, как шлюха, так ты сразу побежишь к ней и снова затащишь к себе в постель?! — прошипела, словно змея, брюнетка, на что я лишь наплевательски фыркнул:       — Это не твоё дело, Ости.       Я думал, что на этом нытьё демонессы закончится, однако когда та внезапно подорвалась с места и, чуть пошатываясь, направилась к Уокер, я осознал, как ошибался насчёт её трезвого состояния. Да и смысл её слов дошёл до меня ровно в тот же момент, как только в воздухе повис стойкий запах ревности. Спал? С Непризнанной? Да с чего она это вообще взяла? Сука неуравновешенная. Я метнулся за девушкой в надежде остановить её неконтролируемый порыв расцарапать Вики лицо, но моё нездоровое любопытство заставило меня остановиться и понаблюдать за бесплатным представлением. Сложив руки на груди, я напряжённо следил за действиями моей спутницы на небольшом расстоянии, чтобы в случае чего я смог вовремя вмешаться в их перепалку. Ости уверено подошла к ничего не подозревающей компании и сразу обратила их внимание на себя, выхватывая бокал глифта из рук убогой и разбивая его о стену вместе с содержимым на мелкие осколки. Все вокруг вмиг притихли и устремили свои любопытные взгляды на назревающий кукольный театр, не в силах промолвить ни слова.       — Ты в своём уме?! — донёсся до меня недовольный возглас Уокер, на что та лишь приторно-наигранно рассмеялась:       — Демоны любят шоу, моя дорогая. Серым мышам вроде тебя не понять. Ах, точно, забыла, клеймо подстилки для Люцифера тебе больше походит, да? — толпой пронеслась череда громких вздохов и смешков в сторону недобессмертной, кто-то подсвистывал в поддержку демоницы, а кто-то молча наблюдал за тем, что будет дальше. Поезд загудел, как улей, от новой волны перешёптываний и обсуждений. От услышанного мои ладони сжались в кулаки до побеления костяшек, а зубы заскрипели от злости. Ситуация начала набирать стремительные обороты и далеко не в лучшую сторону. Что за бред несёт эта пьяная дура? Откуда, мать её, такие выводы? Я стал плавно пробираться сквозь толпу к эпицентру событий.       — О чём ты? Разве это не твоя работа? — к моему удивлению, девчонка оставалась крайне спокойной и невозмутимой, достойно отвечая на провокации дочери Велиала, что меня внутренне крайне порадовало. Я усмехнулся уголками губ, наблюдая за растерянным лицом дьяволицы, которой впервые хоть кто-то смог нормально закрыть рот. А ведь Непризнанная права. И не такая уж она и глупая, оказывается. Зрители в шоке уставились на осмелевшую убогую, ожидая хоть какой-то реакции Ости на подобное высказывание. Однако та подозрительно молчала, и лишь её рванное дыхание и напряжённые крылья говорили об одном: она собиралась напасть. Но Уокер, видимо, была не в курсе. Я бросился расталкивать стоящих впереди бессмертных, но уже было слишком поздно: послышался громкий шлепок и звук падающего тела на пол. Следующее, что я увидел это победная улыбка моей спутницы и рядом сидящая на коленах убогая, что держалась за левую щёку.       — Да как ты смеешь говорить обо мне такое, жалкая Непризнанная? Небось, вместе с опытом в постели твоя самооценка также взлетела до небес? Ну ничего, мы сейчас исправим это! — демоница оглянулась по сторонам и эмоционально зажестикулировала, переключая внимание окружающих на себя. — Дамы и господа, прошу минутку вашего внимания! Вики Уокер — это обычная проститутка, которая ради личной выгоды раздвинула свои ноги перед Люцифером. Я собственными глазами видела, как совсем недавно они вместе направлялись к выходу из Ада в полуобнаженном виде! — гул неодобрений из уст других учеников колоссально вырос. На меня бросали косые взгляды, однако плевать я хотел на мнение остальных. Единственное, чего мне хотелось в этот момент — это придушить свою «подружку» и увести недобессмертную в безопасное место. Брюнетка вдруг присела на корточки рядом с Уокер и приподняла пальцами её подбородок, заглядывая в глаза. — И как, понравилось?       — Заткни свою пасть, Ости! — не выдержал я, вплотную подходя к виновнице представления и поднимая её на ноги. Я оттолкнул демонессу подальше от Вики, краем глаза замечая, как тот самый непризнанный из начала тусовки аккуратно оттаскивает девушку в сторону, придерживая ту ладонями за талию. Угх, пускай так, чем оставаться рядом с этой ненормальной!       — Почему ты защищаешь её? Значит, между вами и вправду что-то было! Да уж, Люций, ты скатился! Возвращаешься в былые времена, когда каждая третья сучка знала, каково скакать на члене сына Сатаны! — продолжала язвить девушка, явно позабыв о том, с кем она говорит и в каком тоне. Я резко хватаю её за горло, поднимаю над землёй так, чтобы её каблуки не касались пола, и чуть сжимаю, заставляя ту запыхтеть от недостатка кислорода и уцепится в мою руку своими когтями. Я прожигал Ости злым взглядом, однако не увидел в её глазах ни капли сожаления за свои действия. Отчаялась, видите ли. Ревнивая сука. Отвратно. Низко.       — Ты ещё ответишь за свои слова. Мы с тобой не закончили, так и знай! — я внезапно разомкнул пальцы на её шее, заставив демоницу больно упасть коленями на пол, на что та лишь истерически засмеялась, прерывисто хватая ртом воздух. Да по ней психушка плачет! Плевать. Я оглянулся в попытке найти Непризнанную, но наткнулся лишь на испуганные взгляды окружающих. Я раздражённо скривился и прошипел, наигранно поклонившись перед всеми: — Спектакль окончен. Продолжайте веселье.       Я выскочил из заброшенного поезда, и в глаза сразу бросились два силуэта, пытающихся скрыться под покровом ночи. Но от меня не убежишь, наивные. В пару взмахов крыльев я оказался рядом с парочкой, чего они явно не ожидали. Непризнанный всё ещё пользовался моментом быть ближе к «подруге», прижимая ту к своему телу, а заметив меня, он вытянул одну руку вперёд, пытаясь отгородить девушку от меня. Тоже мне, герой нашего времени нашёлся. Я злобно оскалился и практически прорычал:       — Отойди по-хорошему, иначе будет хуже, — но, казалось, парень только больше вжался в девчонку, всем своим видом показывая, что отпускать её он явно не намерен. Укол ярости подействовал как яд, отравляя каждую клетку моего тела и вражески настраивая разум против непризнанного. Да кем себя возомнил этот подонок, чей мерзкий смрад похоти и разврата шлейфом тянется за километр? Так ещё и за моей Непризнанной? То ли это перебор с алкоголем сыграл со мной в злую шутку, то ли моё собственничество взяло надо мной верх — я не знаю причину своей бурной реакции на происходящее. Но одно я осознавал точно: Вики — мой соулмэйт, как бы сложно не было принять это, и в том, что случилось в поезде, лишь моя вина. Это наше с ней дело, никак не касающееся левых убогих.       — Я думаю, тебе лучше уйти, Люцифер, — подаёт свой жалкий голосок непризнанный, загораживая испуганную Уокер за своей спиной. Но мне это только и было нужно: я воспользовался тем, что парень наконец-то отлип от убогой, и хорошенько снес его своим мощным крылом, откидывая подонка на несколько метров в сторону. В результате непризнанный ударился головой о ближайший ствол дерева, что привело к потере сознания, чего я не ожидал, но результат меня явно устроил. Девушка вскрикнула и в панике зажала рот рукой, наблюдая за безвольным тельцем парня, лежащего неподалёку. Я попытался по-спокойному подойти к ней, но девчонка протестующе замахала руками со словами:       — Оставь меня в покое! Псих! Ты что наделал, чёртов эгоист?! — я кое-как смог поймать брыкающуюся недобессмертную, крепко схватить её за запястья и с силой притянуть к себе, блокируя любые её резкие движения собственным напором. Ну что за строптивая натура! К счастью, Уокер сопротивлялась недолго, поняв для себя, что шансов у неё против меня мало. Как только я почувствовал, что тело Непризнанной наконец-то сдалось, я ослабил хватку в надежде, что Вики не сочтёт это за очередную попытку сбежать. Но она и с места не сдвинулась, вымученными и стеклянными глазами уставившись на меня. Вдруг из её пухлых искусанных губ донеслось жалобное: — За что ты так с Энди?       — Не волнуйся, Непризнанная, жить будет, — с нескрываемой иронией в голосе ответил я, но, видимо, убогая шутку не оценила, раз её тело вновь забунтовало в моих «объятиях» с новой силой. — Ну-ну, не дёргайся. Дай хоть осмотреть место удара, — и без особых церемоний я аккуратно хватаю вырывающуюся девушку за подбородок, поворачивая её голову чуть вправо, чтобы лучше разглядеть ушибленную щеку. Вики покорно замирает, боясь своим же лишним действием навредить себе, и в страхе зажмуривается, дрожа от каждого моего легкого прикосновения в районе покрасневшей и опухшей от следа ладони кожи. Касаться её — это как получать небольшой разряд тока в подушечки пальцев и в место метки на запястье. Судьбоносная татуировка под слоем хлопковой чёрной рубашки приятно покалывала и жгла руку, вот только чувствовала ли то же самое Уокер в этот момент? Или она была настолько зациклена на пощечине, что даже не замечала очевидных знаков семиконечной звезды? Ох, и почему с этой девчонкой всё так сложно? На какое-то мгновение я даже забыл, чей я сын, и проникся жалостью к Непризнанной, которая по сути была лишь жертвой обстоятельств произошедшего казуса в заброшенном поезде и отхватила от Ости, считай, ни за что, но я быстро отбросил эти мысли куда-то далеко в пучину моего сознания. Отец бы не одобрил подобных мыслей. Кажется, я и впрямь перебрал с алкоголем сегодня. — Ты как? Уже лучше или всё ещё болит?       — Как будто бы тебя это и впрямь волнует, — эта девка ещё и смеет огрызаться, полностью игнорируя все мои попытки вести себя как можно нежней с ней, хотя мне это совершенно несвойственно. Я бы мог плюнуть на всё это и уйти, оставив неблагодарную Непризнанную одну ночью, но что-то заставило меня подавить в себе этот порыв и постараться хоть как-то наладить контакт с убогой, что пока выходило не очень. Оно и правильно, ведь я «испортил» ей жизнь, якобы разорвав ей связь с её родственной душой, хотя эта самая родственная душа сейчас стоит прямо перед ней, а она даже не догадывается об этом. Глупая, глупая Уокер...       — Сочувствие и забота не в моём стиле, Непризнанная, так что не выдумывай, — отмахнулся я уже в привычной для меня манере, наконец выпуская измученную Вики из своих объятий. Она отошла на пару метров назад и смерила меня недовольно-непонимающим взглядом, прежде чем укоризненно спросить:       — Почему ты опять увязываешься за мной? Ты и так разрушил моё адекватное существование на небесах своей выходкой днём ранее, теперь моя репутация также под вопросом благодаря стервозной сплетнице Ости, а ты продолжаешь преследовать меня, лишая такого желанного мне покоя! — девушка сорвалась на хриплый крик, а после и вовсе умолкла, вытирая ладонью нежданно подступившие слёзы. Я смотрел на неё с полным безразличием и даже холодностью в глазах, мастерски скрывая внутренние терзания за очередное заплаканное лицо Уокер, которое мне довелось увидеть уже дважды по моей же вине. Впервые за долгое время сквозь тьму моей разбитой на куски души начал пробиваться лучик света, который подталкивал мой разум к попытке извиниться за предоставленные проблемы в ничем неповинной девчонке. Однако я был слишком чёрств, чтобы поддаться чувствам, слишком горделив, чтобы сделать первый шаг к примирению, слишком груб и невнимателен, чтобы ответить что-то нормальное, но вместо этого мой отуманенный глифтом разум цепляется лишь за последнее предложение Вики, игнорируя остальные нападки, и с моих уст слетает пренебрежительное:       — Единственный, кто и не давал тебе покоя весь вечер, так это твой Энди. И не отрицай, что это не так: твою напряжённую энергию на протяжении всего отдыха в клубе рядом с надоедливым непризнанным можно было учуять ещё за километр, поэтому хотя бы себе не ври! — раздраженно рявкнул я, заставляя Непризнанную в сердцах отпрянуть и поражено скривиться от накатившей обиды за сказанные мной слова правды. Однако вижу, что отступать она тоже не собирается и пытается задеть меня в ответ:       — Ну уж лучше с Энди, нежели с таким неадекватным типом, как ты! — чуть ли не выплевывает убогая, попадая данным замечанием прямо в самое сердце и метко задевая моё самолюбие. Я невольно морщусь и дёргаюсь, словно от сильной пощечины, переваривая услышанное оскорбление убогой в свой адрес, а после моё лицо искажает злобный оскал, не предвещающий ничего хорошего. Девушка, пускай и довольная результатом моей реакции на собственную провокацию, замечает это и в страхе отходит ещё на шаг, не намного обезопасив своё положение, но я лишь ядовито усмехаюсь подобной выходке. Глупая Непризнанная. Так отчаянно пытается укусить своими молочными зубками, когда на её шее затянута петля моей власти над ней под названием «дьявольский договор». Боится, но в то же время язвит, бессмысленно защищая свою честь, когда этим только сильнее закапывает себя. Я молчу. Я сдерживаюсь, подбирая нужные слова, но плюю на всё в итоге, выдавая:       — Вот и водись с мусором тебе по статусу! — грубо отчеканил я, наблюдая за тем, как Вики задыхается от неспособности что-либо опровергнуть, судорожно подбирает нужные слова и также успешно проглатывает их, нервно заламывая пальцы, а после, окончательно сдавшись, одним резким движением разворачивается ко мне спиной и отрывается от земли, желая скорее скрыться в покровах ночи от моего пылающего огнём взгляда. Смотрю, как изящный женский силуэт с каждым новым взмахом крыльев отдаляется от острова с заброшенным поездом всё больше до тех пор, пока след Вики и вовсе не простыл, оставив по себе на губах лишь приторно-сладкое послевкусие её клубнично-ванильной энергии. Я недовольно морщусь от осознания того, что аура у неё действительно манящая и притягательная, а внутри будто всё разрывается на части от противоречивых чувств. И вроде в идеале я не должен ощущать за собой вины за собственные слова, но внутренний голос кричал в агонии недовольства.       Я уже во второй раз отталкиваю убогую. Отталкиваю своего соулмэйта, что я искал больше двух человеческих тысячелетий. Отталкиваю, потому что мои ожидания не оправдались, тем самым заставляя отступить. Всю жизнь я рассчитывал на сексапильную и соответствующую мне по рангу демонессу, а когда утратил всякую надежду на существование моего соулмэйта в целом, то внезапно получаю в подарок Непризнанную. Самую обычную бывшую смертную. Совершенно противоположную мне по характеру. И пускай её невинность и красота действительно цепляют изнутри, из неё выйдет прекрасный ангел, но никак не демон, что противоречит местным законам. Шепфа, это что ещё за шутки? С каких пор Ты позволил себе такое наплевательское отношение к собственным детям? И самое главное — с какой стати я вынужден повторять судьбу отца? Чем я заслужил такую же участь?       Но я был слишком пьян, чтобы искать ответы и здраво рассуждать на подобные темы. Земная поговорка «утро вечера мудренее» сейчас была актуальна, как никогда. На сегодня с меня точно достаточно. Я тяжело вздыхаю, в последний раз бросаю томный взгляд на звёздное небо, словно всё ещё надеясь увидеть убогую где-то вдалеке, и неспешно возвращаюсь обратно в заброшенный поезд. Тишина. Вокруг ни единой души. Только шуршание травы под ногами и лёгкое дуновение ветерка. По дороге краем глаза замечаю тело того самого непризнанного, которого я всего несколько минут назад вырубил одним движением своего крыла. Ради полного удостоверения с безопасности убогого я прислушиваюсь к ощущениям и ловлю размеренные вибрации его ауры, что означало, что он жив, но всего лишь без сознания. Едко усмехаюсь самому себе: я же говорил, что ничего с ним не случится, а Уокер так сильно переживала. Переживала. От последнего предложения моя ладонь непроизвольно сжалась в кулак, но я тут же отдернул себя. В конце концов, это станет для него хорошим уроком, что со мной связываться ему лучше стоит. А для Вики... Нам с ней нужно будет поговорить в более спокойной обстановке, но для начала я должен разобраться ещё с кое-кем, как и обещал. ***       — Ну и что за цирк ты устроила вчера, Ости? — моё следующее утро началось отнюдь не с кофе и пончиков, а с серьёзного разговора по поводу произошедшего прошлым вечером казуса в заброшенном поезде. Демоница, пускай и уже протрезвевшая, сковано сидела на моей кровати с чуть опущенной головой и всё также молчала, игнорируя мои вопросы. И вот откуда только эта непокорность? Ведь впредь она никогда не смела возражать мне и слушала каждое моё слово. Всегда. Неужто её мотивы в клубе были вполне осознанными, как и дальнейшие действия? Да уж, я разочарован в этой шавке... Однако тем лучше: на одну проблему в моей жизни меньше. Правда, сначала нужно, чтобы эта отчаявшаяся дочь Велиала ответила за свои поступки. Прождав ещё с минуту и не увидев нужного результата, я перешёл в наступление, крепко схватив немую дьяволицу за лицо одной рукой и чуть сжав пальцами её щеки: — Говори, иначе я действительно вырву тебе язык!       — Я тебя не боюсь. Ты больше не имеешь надо мной никакой власти. А та убогая девка получила по заслугам, — рассмеялась мне в лицо брюнетка, явно позабыв о разнице в рангах и элементарном уважении к наследнику короля. Я раздраженно посмотрел в лазурные радужки демонессы, такие чрезвычайно спокойные, словно то, что сейчас происходит, никак её не касается. Неужто ей надоело играть послушную сучку? Однако бунт с её стороны выглядит просто никчёмным и смешным для меня. Так она ещё никогда не унижалась в моих глазах... Я лишь надменно фыркнул и покрепче сжал пальцы на её скулах.       — Да кто ты такая, чтобы вершить судьбы других непризнанных? И с чего ты вообще взяла, что я спал с той убогой? — тот вопрос, который волновал меня больше всего ещё со вчерашней ночи, сорвался с моих губ, заставив девушку застыть с какой-то странной нервозностью на лице, а после отвести свой до этого увереный взгляд в сторону. По энергии я понял, что она тщательно пытается скрыть от меня своё волнение, из неоткуда взявшееся в ней, а все факторы её поведения в данный момент указывали на то, что собеседница готовила выдать мне что-то далёкое от правды. Ну хоть где-то мне пригодились мои знания о человеческой психологии. Только сейчас передо мной сидело, как мне до этого казалось, высшее существо. Как иронично... Спустя ещё несколько секунд моего ожидания она наконец промолвила:       — Я просто знаю и всё... — голос Ости, уже не такой твёрдый и раскованный, чуть поутих и дрогнул на последнем предложении, а после она вновь замолчала, уставившись на меня с некой опаской. Видите ли, признаться самой не вариант, зато клеветать и пускать грязные сплетни о сыне Сатаны, когда прямо сейчас находишься у него же ловушке — очень и очень глупо. Даже Уокер по сравнению с этой дурой кажется смышлёней. Что ж, такая версия с уст демоницы меня явно не устроила, поэтому я продолжил давить на неё, в надежде, что мне не придётся применять силу:       — Лжёшь. Вчера ты сказала, что видела полураздетого меня и Непризнанную в Аду. Что ты там делала в столь позднее время? И заметь, что твоя комната находится в учебном корпусе, а не в Преисподней, — видимо, я попал в самую точку, раз тело дочери Велиала бросило в дрожь после моих слов и она завертела головой в попытке вырваться из моей цепкой хватки. Это ещё что за фокусы? Одной рукой я покрепче сжал её лицо, заставив дьяволицу легонько вскрикнуть от боли, а второй свободной я надавил ей на плечо, чтобы даже не посмела встать с места, пока я ей этого не позволю. Брюнетка оказалась прикована к постели без шансов сбежать. Я поднял её подбородок чуть выше, чтобы посмотреть ей в глаза, но на этот раз она избежала зрительного контакта со мной, посмотрев куда-то в бок. — Отвечай на вопрос, когда тебе его задают. Что ты знаешь? Откуда такие громкие выводы?       — Я... Эм... Я... к тебе шла в тот вечер! Да!.. А потом увидела вас двоих и... вот. Что я ещё могла тогда подумать?.. — произнесла что-то нечленораздельное демонесса, продолжая нагло мне врать и выдумывать на ходу. Смрад жуткого волнения девушки разлетелся по всей комнате, раздражая мои обонятельные рецепторы. Неужто до последнего надеется, что я поверю в этот бред сумасшедшей и ей удастся избежать наказания за собственные слова? Эта наивность и тупость свойственны разве что непризнанным, но никак не рождённым демонам. Однако тут, видимо, исключение... Этот допрос стал мне уже порядком надоедать: желание закончить с проблемой по имени «Ости» как можно скорей с каждой секундой росло. И я не выдержал. Сама напросилась, паршивка...       Одним сильным толчком своей энергетики я ворвался в нутро собеседницы, полностью вытесняя её собственную ауру и наполняя «сосуд» тьмой. Ости закряхтела от неожиданности и даже первые секунды сопротивлялась моему напору, но это было бесполезно, учитывая количество пройденных веков, спущенных на одни тренировки под чётким контролем отца. Пара мгновений — и от прежней самоуверенной демоницы не осталось и следа: передо мной сидела обычная пустышка, которой легко манипулировать. Тело её расслабилось, взгляд стал стеклянным, как у куклы, и у меня больше не оставалось причин и дальше так сильно удерживать лгунью. Разве что для полного контроля над «жертвой». Не долго же она играла роль сильной и независимой... Что-то её испугало в моих догадках, но что? Чем она занималась позавчера ночью? Именно это я и собирался сейчас выяснить.       Я заглянул дьяволице в глаза и с легкостью проник в её голову, перебирая нужные воспоминания. Водоворот красочных эпизодов из жизни брюнетки пронеслись передо мной, словно мои собственные, а после я вдруг из замиранием сердца остановился, наткнувшись на то, что искал. В один момент я перенесся в тот самый злополучный вечер, когда я раскрыл тайну семиконечной звезды Вики Уокер и нашёл своего соулмэйта. Однако сейчас не об этом.       Я увидел всё, будто в ускоренной съёмке: как демонесса прилетает в Ад, как слоняется по холодным и одиноким коридорам, как внезапно встречает избитого меня, но всего присутствия не выдаёт, прячась за каменными стенами, чуть выжидает, а после уверенным шагом направляется прямо к... покоям моего отца? Что? Но что ей понадобилось у самого Сатаны? И ответ на мой мысленный вопрос не заставил меня долго ждать: зайдя внутрь, девушка, как и полагается, низко поклонилась перед Повелителем тьмы, а после на коленях подползла к его ногам и, чуть привстав, принялась расстёгивать ширинку элегантных чёрных брюк, дрожа от возбуждения. Судя по реакции отца на происходящее, это для него было далеко не в новинку и он будто... ждал Ости у себя? До меня тут же дошло, что здесь происходит, пускай и принять такую правду мне было непросто: моя бывшая подружка спит с моим папашей. Прямо у него на рабочем столе. И это уже не впервые. Но кому какая польза от данного соития? И почему я не замечал следов энергии отца на ней, если между ними был столь близкий контакт? Как бы мерзко мне не было от этой картины, но я досмотрел данный «порнофильм» от первого лица до самого конца в надежде получить все ответы на волнующие меня вопросы. Как оказалось, не зря...       «— За всё приходится платить, Ости. Так уж и быть: я сохраню твоего отца при власти, однако пускай и он не расслабляется. Не можешь же ты отделываться за его ошибки собственным телом, правильно? — величественно звучит голос мужчины, сидящего в своём излюбленном кожаном кресле перед нагой демоницей.       — Премного благодарна Вам за Ваше снисхождение, Повелитель. Если опять возникнут какие-то трудности, дайте мне знать. Я сделаю всё, что скажете, — в очередной раз кланяется королю Ада дьяволица, собирая разбросанные ко комнате вещи.       — Послушная девочка. Не забывай, что никто не должен узнать о нашем секрете. Носи амулет, скрывающий посторонние ауры вокруг тебя, при себе. Ни тебе, ни мне не нужны проблемы.       — Слушаюсь, Повелитель...»       Словно в фильме, кадр сменяется другим, когда брюнетка уже покинула покои Сатаны и направлялась обратно в учебный корпус, но вдруг издалека увидела мимо проходящих по коридору меня и Непризнанную, направляющихся к выходу из Преисподней. Вновь затаившись, словно ядовитая змея, она решает переждать и в удобный момент также незаметно вернуться обратно в школу, только теперь с мыслями о незамедлительной мести для Уокер...       Блядь.       По-другому я просто не мог описать свои эмоции в тот момент. И это ещё мягко сказано. Хотелось рвать волосы на голове и кричать от отчаяния, но с виду я оставался всё таким же не возмутительным и серьезным, как меня учили с детства. Разве что, желваки на моей шее заиграли с новой силой от нарастающего напряжения в теле. Я понял, насколько был слеп всё это время, сколько всего не замечал, а ведь правда была просто передо мной! Я мыслено стал сопоставлять моменты прошлого с последними странными событиями в моей жизни, связанные с демонессой. К моему ужасу, всё идеально сошлось. Ости действительно спала с моим отцом. И сколько бы это это ещё продолжалось, будь я и дальше в неведении? Ещё вчера, если бы мне кто-то вдруг рассказал о тайной связи дочери Велиала с Сатаной, я лишь просто посмеялся бы над данной «выдумкой больного». Но сейчас осознание молотком било по вискам. Мир будто на многновение перестал для меня существовать. Я провалился куда-то в небытие. Шок, смешанный с разочарованием и болью — отвратительный микс. Отец был мне противен сейчас, как никогда раньше, но он уже давно пал в моих глазах. А Ости... Пускай мы не были в отношениях и лишь удовлетворяли свои желания за счёт друг друга, я был привязан к ней, к её телу. Я допускал, что у неё могли быть и другие сексуальные партнёры, кроме меня, однако не мой отец! Как вообще до этого дошло? Но у девушки были свои цели на эти совокупления, и теперь я был в курсе о них.       Резко отталкиваю демоницу от себя, словно тряпичную куклу, на кровать и на ватных ногах сажусь в кожаное кресло неподалёку, устало облокачиваясь головой об его спинку и с силой сжимая пальцами обивку мебели так, что на ней остаются следы-полумесяцы от ногтей. Но меня это сейчас совершенно не волновало. Хотелось выпить. Нет, напиться в дребезги! Однако не сейчас. Нужно довести дело до конца прежде, чем я уйду в отрыв. В голове всё никак не укладывалось увиденное в воспоминаниях брюнетки; после столь долгого сеанса гипноза, который я использовал на бессмертной, нарушая тем самым один из законов Небес и Ада, я чувствовал себя обессиленным; а мой пустой и холодный взгляд был направлен на ту самую шлюшку, что до недавнего времени была моей подружкой.       Демонесса, как только действие моего влияния спало с неё, словно очнулась из долговременного транса и в сердцах заметала головой по сторонам, о чём тут же пожалела, когда сильная головная боль пронзила её тело. Остаточные явления. Она скривилась и закрыла глаза всего на несколько секунд, пытаясь прийти в себя, а когда вновь открыла, то её испуганный и беспомощный взгляд был направлен прямо на меня. Я внимательно следил за тем, как эмоции на лице дьяволицы сменяют друг друга: страх, недопонимание, осознание и вновь страх. На этот раз животный, поражающий всё тело и каждую клетку мозга. Она догадалась. Догадалась, что я сделал с ней, какие меры предпринял и какая ценная информация теперь у меня есть. Ещё никогда я не видел её такой жалкой. Но смиловаться над ней в мои планы не входило, поэтому я сразу же перешёл в наступление, грубо отчеканив лишь:       — Сколько? — собеседница в недоумении захлопала ресницами, явно не понимая или лишь делая вид, что не понимает, о чём идёт речь. Борясь с дрожью в голосе, она выдавила из себя:       — Ч-что «сколько»? — я, не скрывая раздражения, закатил глаза, но для особо одарённых разъяснил более чётко и понятно, чтобы даже умственно отсталый смог ответить:       — Как долго ты трахаешься с моим отцом? — чересчур резкое и грубое заявление с моей стороны заставило Ости задрожать с новой силой. Она опустила голову, словно наказанный ребёнок, и вновь стала заламывать пальцы, явно собираясь с мыслями. Оно и понятно: в таком поступке сознаться нелегко, особенно, если другого выхода нет и ты зажат в угол. Как бы сильно меня не душило её молчание, я покорно ждал ответа, за что, возможно, демоница была мне благодарна в тот момент. Наконец с её искусанных губ слетело едва уловимое:       — За последний месяц... трижды, — она подняла на меня свой виноватый взгляд, но тут же отвела его, когда столкнулась с грозным моим. Я сидел и продолжал смотреть на дочь Велиала, чей образ с каждой секундой искажался всё больше. Меня охватило такое сильное отвращение к ней, которое не сравнилось бы даже с ненавистью к ангелам. В голове я прокручивал её слова и всё больше понимал, каким дураком был. За последний месяц это происходило трижды. Значит, были и другие месяцы? Как долго я бы ещё оставался слепым, если бы дьяволица сама себя не подставила? Ведь на это и был расчёт: она даже имела под рукой редкий амулет, что скрывает любые посторонние энергии, что контактировали с владельцем. Вот почему я не чувствовал энергию отца на ней. Всё было спланировано до мелочей, однако они упустили одно: Вики Уокер, что стала ключом к разгадке их тайны. Молчание с моей стороны затянулось, поэтому брюнетка не нашла ничего лучше, чем прервать мой поток мыслей своими оправданиями: — Прости меня, Люцифер... Я делала это не по своей воле, а ради отца! Я хотела сохранить ему должность, но какой ценой... Мне очень жаль, что я обманывала тебя!..       Она вдруг разрыдалась, словно маленькая девочка, обнажая передо мной свои настоящие эмоции и раненую душу, которые она всегда так тщательно пыталась скрыть ото всех на публике, надевая маску безразличия и высокомерия. Мне впервые довелось видеть её такой жалкой и слабой, горько плачущей и раскаивающейся. Макияж был испорчен и стекал по щекам вместе со слезами, но демонессе будто было плевать на свой внешний вид. Глядя на эту «душераздирающую» картину, я так и не смог проникнуться элементарным сочувствием к девушке, как, например, я сделал это по отношению к Вики вчера в заброшенном поезде. И дело было вовсе не в наставлениях, каких я придерживался ещё с детства. Причиной были вплывающие в памяти яркие порно кадры из воспоминаний Ости, что только больше усугубляли её положение в моих глазах. Выбор есть всегда, но демоница решила продать собственное тело за своего придурка-отца.       Чёрт, я так больше не могу! Нервным движением руки я полез в карманы брюк и, нащупав незаконченную пачку сигарет, удовлетворённо выдохнул. В предвкушении чиркаю несколько раз зажигалкой, кончик вытащенной из коробка сигары тлеет, и я жадно прислоняюсь к ней, набирая полные лёгкие ядовитого вещества. Блаженно выпускаю дым изо рта и на секунду прикрываю глаза, выпадая из реальности. Комнату всё также наполняли громкие всхлипы и скулёж, но я не обращал на это внимание. Земной табак подействовал практически моментально, и вот я уже расслабленно восседал на кресле, покорно ожидая, пока Ости не выплачется и не сможет продолжить разговор в более спокойном виде. Это её последний визит в мою комнату. Потом она исчезнет из моей жизни.       — Знаешь, в чём твоя главная проблема? — потушив сигарету о стол, подал я голос, когда дьяволица более-менее пришла в чувства после длительной слезотерапии. — Ты лезешь в политику, где тебе совершенно не место, и много болтаешь. Тебе давно пора вырвать твой ядовитый язык, но только статус твоей семьи не позволяет этого сделать. Если Велиал не справляется с обязанностями, данными ему Адом, тогда ему не место в правительстве. Удерживать его таким образом — самое настоящее унижение для тебя и твоей семьи. Твоё тело и так грешное, а ты ещё больше себя отравляешь. А теперь скажи мне: как после подобного ты смеешь называть ту Непризнанную шлюхой, не зная правды?       — Ты опять за свою убогую? Кого вообще интересует её судьба? — стоило мне вновь заикнуться о Вики, как брюнетка впервые за долгое время вспомнила, что имеет клыки и когти, и посмела повысить на меня голос, пускай и охрипший от слёз. Её тело напряглось, а глаза хищно сверкнули от недовольства. Такая реакция демонессы на упоминание Непризнанной в нашем диалоге очень позабавила меня, чего скрывать я не стал, надменно оскаливаясь. Моя насмешка только подначила злость девушки: это было понятно по её вспыхнувшей огнём энергии. Но я всё же ответил на её вопрос:       — Меня интересует. Имеешь что-то против? — резкий контраст в моём тоне заставил собеседницу вздрогнуть от неожиданности, но сказать что-то ещё по этому поводу она больше не решилась. Вот и чудно. Ревность с её стороны в данном случае совершенно неуместна, особенно, когда между нами ничего, кроме секса, не было. Чуть помолчав, Ости с некой опаской в голосе промолвила:       — Так... ты теперь всем расскажешь, какая я шаболда, да? Отомстишь мне за свою убогую и испорченную репутацию? — я услышал нотки самоиронии в её словах, пускай сейчас она не в том положении, чтобы дерзить мне. Однако самокритику я люблю, да и новый повод поиздеваться никогда не упущу.       — Я бы мог, но я — не ты. А ещё, это не интересно и слишком просто, — я поднялся с кресла и, засунув руки в карманы брюк, неспешно и чуть покачиваясь стал подходить к кровати, на которой сидела озадаченная моими словами Ости. Я хищно улыбнулся, когда заметил, как демоница инстинктивно отодвигается подальше от меня, не сильно обезопасив этим своё положение, и стала настороженно ловить каждое движение моего тела. Я остановился у самого края постели и с любопытством продолжал наблюдать за тем, как брюнетка вжимается спиной в стену, преграждающую ей путь.       — Что ты имеешь ввиду? Что ты хочешь от меня? — я медленно наклонился корпусом вперёд и загадочно спросил:       — А тебе есть что мне предложить за моё молчание? Спасибо, в твоих постельных услугах я больше не нуждаюсь, — дьяволица поражено скривилась и опустила голову, не в силах больше мне противоречить. Какое-то время я молчал, детально обдумывая свои дальнейшие слова и условия для Ости, а после мое лицо исказила победная улыбка, что означало полную готовность заключить договоренность с девушкой: — Сейчас играем по моим правилам. Если посмеешь нарушить хоть что-то из сказанного мной — твоя семья окажется в самых низах бессмертного общества! Поняла меня?       — Да, — тихо и кратко ответила собеседница, наконец-то полностью смирившись со своей неминучей участью, какой бы она не была. А будет она ой какая несладкая...       — Вот и славно. А теперь слушай меня внимательно...

***