комбинезон с жирафом

Антона начинает потряхивать уже на пятый час в студии и Дима, заметив нервное дёрганье ногой, предложил Шастуну прогуляться до ближайшего кафе, чтобы перекусить. Парень считает эту идею лучшей за последние несколько часов, а потом быстро сворачивает все открытые программы и быстрым шагом направляется к выходу из помещения. — Ты чего нервный-то такой? — спрашивает Позов. — Устал, наверное, — предполагает Антон. — Или не выспался. Или из-за перелёта. — Или из-за того, что мы за пять часов ничего не сделали? — Не напоминай. Херня какая-то. У меня вроде есть пара старых демок где-то в папках на компе, можно их использовать. Они классные вроде, но не вошли в альбомы. — Ты серьёзно? — удивляется Дима. — Это же классно, ты уверен? — Да, — кивает Антон. — А почему нет? — он несильно пожимает плечами. Перекусить в спокойствии не получается: официант узнает парней уже тогда, когда видит их в окне. На просьбу сделать совместное фото Антон с Димой согласно кивают, а сами мысленно и устало закатывают глаза. Сэндвич с курицей Антон оставляет в стороне уже после первых двух укусов. Ему приходится собирать остатки сил в одну горсть, чтобы в итоге просто проглотить чёртов сэндвич. И двух укусов оказывается достаточно, чтобы понять, что таких усилий это не стоит. После выпитого, почти залпом, кофе, Антон заказывает ещё одну кружку и опустошает её также быстро, как первую. Работа сдвигается с мёртвой точки только после того, как ребята начинают менять одну из старых антоновских демок. Паша приходит ближе к шести вечера, когда Антон с Димой уже сводят трек. К огромному удивлению Антона, свою партию он записал довольно быстро. Хватило всего-то трех попыток и двух мысленных подзатыльников. — Как продвигаются дела? — спрашивает Паша у ребят. — Отлично, уже сводим. — Какие шустрые, — усмехается Добровольский. — Ты выспаться перед перелётом успеешь? — спрашивает он. — Ну, мы ведь шустрые, — улыбается Антон. — Ты возьмёшь с собой какие-то вещи? — интересуется Паша и Шастун в ответ отрицательно мотает головой, — Окей, тогда я пойду собирать свои. — Ты куда-то уезжаешь? — спрашивает Антон, отрываясь от монитора. — С тобой, вообще-то, — говорит Паша. — Поговорил с твоим отцом, и мы решили, что, раз ты там остаёшься на всё лето, нужно подготовить какие-то материалы для социальных сетей и немного изменить графики, — в конце он шумно выдыхает, понимая, что не успевает за собственными мыслями. — Ты тараторишь, что случилось? — У Ляси командировка на три недели, а помимо тебя у меня больше нет никакой работы, — пожимает плечами Добровольский. — Ну ладно, да, класс, — кивает Антон, улыбаясь уголками губ. — А теперь, можно задать вопрос? — вмешивается Дима. — Ты реально там на всё лето останешься? — спрашивает он и Шастун кивает в ответ. — Ва-а-ау. — Окей, я пошёл, — говорит Паша, — утром за тобой заеду, — сообщает он и Антон согласно кивает. Требуется ещё минут пятнадцать на то, чтобы Антон закончил сводить трек и, облегчённо выдохнув, откинулся на спинку кресла. — Класс, скинь мне архивом на почту я займусь мастерингом, когда голова будет почище, — говорит Дима. — О Боже, — выдыхает Антон. — Мы это сделали. — А ты сомневался? — усмехается Позов. Антон даже не слушает «в последний раз», просто собирает все файлы в папку, архивирует и скидывает на почту Диме. Шастун уже наслушался и едва сдерживает рвотные рефлексы. Трек получился неплохим, очень даже неплохим, точнее, очень даже хорошим и фанатам наверняка понравится. Но Антон уже слишком сильно устал. Устал делать каждый раз одно и то же. Но и иначе не может, — не умеет. — У моего друга сегодня вечеринка в клубе, хочешь присоединиться? — интересуется Позов. — Да, — не особо раздумывая, говорит Антон, — конечно, — добавляет он. — Класс, — пошли тогда, — говорит Дима и поднимается на ноги. — Окей, — соглашается Шастун, попутно выключая компьютер. Антон сам не до конца понимает, зачем ему идти на эту вечеринку. Он не хочет ни слушать клубную музыку, ни выпивать, ни уж тем более танцевать. Но если размышлять глобальнее, то он в принципе ничего не хочет, а поход в клуб — всего-то способ показать людям обратное. Между тем, Антон не понимает ещё и того, зачем пытается создать видимость своей заинтересованности в чём-то. Он вообще ничего в последнее время не понимает и слишком сильно устал, чтобы пытаться. Охране на входе Дима называет своё имя и говорит, что Антон пришёл с ним. Двое мужчин смеривают их взглядом и пускают внутрь. Дима аккуратно маневрирует между толпы, а Шастун неуклюже плетётся следом за ним, чудом не наступая людям на ноги. Они подходят к компании, с которой Дима тесно дружит и Антон видит среди этих людей знакомые лица, быстро пожимая всем ладони в знак приветствия. — Я пойду к бару, — говорит Антон, наклонившись к Диме и тот отвечает, что скоро к нему подтянется. Антон вспоминает о том, что утром у него перелёт, а потому все мысли об алкоголе мигом отпадают и он просит бармена о стакане пепси со льдом. Шастун недолюбливает клубы и бары, но сейчас это кажется самым настоящим спасением. Потому что альтернатива — это спать в своей тихой просторной спальне. Казалось бы, совсем неплохая альтернатива, но Антон боится вновь видеть во снах кошмары. Каждый раз ему страшно засыпать просто потому что может присниться кошмар, пусть уже и давно не было, страх остался. — Привет, — Антон чувствует лёгкую ладонь на своём плече и слышит пьяный девичий голос, оборачиваясь в его сторону. — Привет, — отвечает он, изворачиваясь, словно змей, чтобы девушка убрала руку с его плеча. Иру Кузнецову Антон недолюбливает, но показывать не спешит. Чем меньше конфликтов, тем лучше. Девушка она самая обычная — инстаграм-модель, которая любит красивую жизнь, дорогую одежду и хороший алкоголь. Не то, чтобы Антон всех девушек такими считал, но в случае с Ирой, Шастун называет её «обычной» просто потому что она намного проще, чем пытается казаться. — Давай сделаем фото, — предлагает девушка, доставая свой айфон из небольшой сумочки. — Давай не будем, — говорит Антон. — Да ладно тебе, это же просто фото, — отвечает она, приобнимает Антона за плечо и жмётся щекой к его щеке, быстро делая селфи. — Вот и всё. — Не выкладывай никуда, — недовольно фыркает Антон. — Чего ты такой бука? — спрашивает Ира и касается кончиком пальца родинки на носу Антона. Шастун шумно недовольно выдыхает, словно его оставили водиться с маленьким противным ребёнком. Он сжимает ладонь в кулак и делает пару глотков пепси, оставляя Кузнецову без ответа. — Давай потанцуем, — предлагает Ира. — Я не танцую. Девушка переводит взгляд на стакан в руке Антона. — И, видимо, не пьёшь, — замечает она, — скучный ты. — Меня всё устраивает, — пожимает плечами Шастун. — Ну удачи, — саркастично улыбается Ира, несильно хлопает Антона по плечу и отправляется прямиком в танцующую толпу. Антон прячет лицо в ладони и размышляет над тем, что он вообще творит со своей жизнью и какого чёрта забыл там, где быть не хочет. Парень допивает пепси из стакана и направляется к выходу из клуба, даже не предупредив никого о своём уходе. Шастун не знает, что поставило ему мозги на место в данный момент, но всё равно очень этому рад. Стоит ему только вернуться в свою квартиру, он спинывает кроссовки с ног, делает пару шагов, попутно снимая футболку с толстовкой, и ложится на пол. Касается голой кожей холодного пола, раскидывает руки и облегчённо выдыхает в пустоту. Он достаёт телефон из кармана джинсов, листая уведомления, и видит среди них «Ирина Кузнецова отметила вас в своей истории». Антон приподнимается, жмёт на уведомление и пятнадцать секунд смотрит на экран, а потом инстаграм-история закрывается и Антон вновь жмёт на неё. — Да твою ж мать, — ругается парень и пишет Ире о том, чтобы она удалила. Проходит около пяти минут, Антон остаётся без ответа — Кузнецова даже не читала сообщение. Шастун думает о том, что девушка, вероятно, сейчас крутится среди танцующей толпы. Антон приходит к мысли о том, что Дима, возможно, поможет в этой ситуации, ведь сам он, скорее всего, ещё в клубе. А потом бросает эту идею куда подальше. Всего-то фото, ничего серьёзного.

х

Антон устал, но спать ему не хотелось и он почти всю ночь ворочался в постели. Иногда выходил на балкон, чтобы подышать воздухом, прижавшись виском к оконной раме. Паша приезжает к квартире Антона раньше оговорённого времени и открывает дверь своими ключами. Он застаёт Антона за завтраком и застревает на пороге кухни. — Ты не смотрел уведомления на телефоне? — спрашивает Добровольский. — Не-а, — отвечает Антон. — Хорошо, лучше не смотри. Антон устало выдыхает, закатывая глаза. — Что там опять? — спрашивает парень. — Вчерашняя фотография Иры дала некоторым повод считать вас парочкой, — Паша вытягивает губы в линию, чтобы не засмеяться. Антону уже не смешно, он опять устало закатывает глаза, а ещё даже восьми утра нет. За несколько лет парень привык к тому, что любое его действие и слово могут перевернуть и представить с совершенно новой стороны. Паша со всего этого иногда посмеивается, ведь ситуации порой настолько абсурдные, что ничего больше и не остаётся. — Я говорил ей не выкладывать, — говорит Антон и отпивает чай из кружки. — Ты оправдываешься что ли? — спрашивает Паша. — Забей, не думай об этом, — он миролюбиво хлопает парня по плечу, в попытке успокоить. Антон кивает головой, мол «да, окей, я уже забил», а сам понимает, что охренеть, как сильно от всего устал.