Invincible (Кое-что из частной жизни детектива и его блогера)

Я не пожелал бы этого пережить злейшему врагу а не то, что лучшему другу. Если уж говорить об уязвимости, то в моменты такого горя у большинства людей она обнажается безысходностью, отчаяньем, шоком, и всем тем, что может свести сума, и почти всегда лишает желания жить дальше. Шерлоку Холмсу было достаточно издалека увидеть Ирен Адлер, и он безошибочно определил её болевую точку, но приходила ли ему в голову мысль, что, может быть, эта болевая точка у них одна на двоих? Итак, изображение шло с цифровой камеры, скорее всего, установленной на штативе или какой-нибудь импровизированной подставке. В кадр попадала стена, обклеенная светлыми обоями в неброский геометрический орнамент, к ней была приставлена обычная детская кровать с высокими боковинами. В кровати полуторагодовалый ребёнок – крепыш-головастик. Рослое тельце одели в пижамный костюмчик с весёлыми зверушками. Крупную голову обрамлял ореол русых волос, ещё редких, но уже завитых в упругие спирали. Я очень надеялся, что в итоге кудряшу великодушно предоставят шанс изменить причёску – потемнеть со временем и выпрямиться в волну. Карапуза давно следовало бы подстричь, но этого не сделали, скорее всего, умышленно. Завалившись на боковину, он из всех своих маленьких, но уже упёртых сил пытался дотянуться пухлой ручкой до чего-то интересного. Он видел нечто, что пока не видели мы, и это полностью завладело его вниманием. В огромных в пол лица синих глазах – глазах его матери – ещё влажных от недавних слёз, мерцало завороженное любопытство. Две сопливые струйки стекали из забавно задранного кверху носа на чётко очерченные губы – губы его отца – их контур был хорошо узнаваем для всех присутствующих в комнате, для всего Лондона и Британии в целом. В добавок этот жест не оставлял сомнений – вытянутая вперёд маленькая рука требовательная и настойчивая – в общем, трудно было ошибиться в происхождении ребёнка. Мне показалось, что я слышу голос Шерлока: «Дай мне!» Точно показалось, потому что с самого начала трансляции, мой друг не проронил ни слова. Учитывая то, какую жизнь вёл единственный в мире консультирующий детектив, можно было ожидать чего угодно, но что судьба преподнесёт ему такой подарок, было за пределами моего воображения, да и его, я думаю, тоже. В первое мгновение он воспринимал происходящее со свойственным ему сосредоточенным спокойствием, наверняка, даже не допускал мысли о своей причастности к появлению на свет этого милого создания. Чем дольше Шерлок всматривался в экран, тем сильнее хмурил брови, затем достал из кармана тот самый детский носок с изображением кенгуру, который я обнаружил на заднем сидении гибрида, и принялся теребить его в руках. Когда настал неизбежный момент признать очевидный факт, из его глотки вырвался судорожный хрип, он сильно зажмурился и поджал губы, словно хотел скрыть от нас свою готовность принять банальную правду о сути человеческой жизни, даже в такой немыслимой для себя форме. Я знал, что случится дальше, мне уже приходилось наблюдать крокодилий плач Шерлока Холмса, для пользы дела, он мог стенать навзрыд, но тут совсем другая история. Когда он широко распахнул глаза, две крупные слезы протекли по крыльям высокомерно задранного носа, сорвались с острых, как бритва, скул и обрушились на знаменитые пухлые губы – два начальных свидетельства кристально чистого восхищения свом чадом. Сжимая в одной руке новую реликвию, он прикоснулся кончиками пальцев к экрану в том месте, где была видна рука его сына, вытянутая в не менее знаменитом жесте. В этом контакте ощущалась какая-то удивительная гармония, выраженная в правильной предначертанности тех событий – он просто обязан был произвести кого-нибудь на свет. Теперь это для меня было очевидным. Создавалось впечатление, что где-то на другом краю земли, ещё в принципе несмышленый малыш тоже видит своего отца и инстинктивно тянется к нему. Реальность напомнила о себе осипшим от волнения голосом Майкрофта: - Оставьте нас. – В большей степени приказ, чем просьба предназначался сподручному Почти Британского Правительства, которое не желало чтобы, подчинённые видели его в минуты слабости. Айтишник, не заставил босса повторять дважды, и быстро убрался из палаты, плотно притворив за собой дверь. Возможно, последняя новость легла на плечи Майкрофта бременем, к которому он не был готов, под тяжестью новой вводной ему пришлось опуститься в то самое кресло, где ещё совсем недавно сидел его подчинённый. Меж тем изображение свернулось, и на дисплее появилась очередная надпись: «ЕСЛИ БЫ НЕ Я, ТЫ БЫ НЕ УЗНАЛ О НЁМ» Шерлок нервно передёрнул плечами. Смущение, смятение, раздражение, неловкость или, что он там испытывал на самом деле, растворились в этой атмосфере, как аромат дорого парфюма Майкрофта. - Теперь я должен тебя благодарить? - зло процедил он сквозь зубы. На дисплее высветилось: «ЕЩЁ УСПЕЕШЬ», и Джеймс Мориари снова развернул окно видеоконференции. За это время картинка сменилась - в кадре была видна мужская рука, на ладони лежали две сомкнутые чашки Петри, внутри них что-то шебаршилось, что-то живое и тёмное. Глупо было надеяться, что Холмс Джуниор - мы даже не знали его имени - видит своего отца, на самом деле его заинтересовал именно этот объект. Я тихо спросил: - Что там внутри? Какое-то насекомое? - Да, скорее всего, членистоногое. – Голос Шерлока прозвучал напряжённо. - То есть паук, – зря я это сказал, всё и так было ясно. Шерлок бросил на меня убийственный взгляд, а затем обратился к организатору он-лайн шоу, и это тоже было закономерно. - Ладно, продолжим игру. Я готов назвать слово. Изображение тут же исчезло, а вместо него – новая запись: «СМОТРИ» Мориарти снова развернул окно видеоконференции. Рука то приближала, то отдаляла от малыша стеклянный вольер в миниатюре. Каждый раз, когда чашки Пери оказывались достаточно близко, малыш пытался достать их рукой. Но изувер, дразнящий любознательное дитя, вовремя уклонялся, и малыш, обижено кривясь, снова оставался ни с чем. Пока эти манипуляции не причиняли вреда ребёнку, но мы изводились в дурных предчувствиях. Майкрофт издавал какие-то свистящие звуки и был бледен, как обезжиренный йогурт. Какая изощрённая пытка? Я не знаю, как до меня, но с моим появлением в жизни детектива, он всегда мог рассчитывать на мою помощь, неважно как это проявлялось - в моём присутствии, одобрительном кивке, восторженном комплементе или в готовности по его указанию совершить любое деяние - я всегда гарантировал ему поддержку. Однако сегодня ему потребовалось участие другого человека. Невозможность идентифицировать тварь за стеклом из-за постоянных перемещений и не достаточно прозрачных чашек Петри не позволяло Шерлоку оценить риск. Измотанный этой жестокой экзекуцией он пристально посмотрел на брата, прицелился в самое яблочко его сознания. Он ждал его помощи, не требовал её, а умолял одним лишь взглядом - первый случай за всё время, что я был знаком с братьями Холмс. Бледные пальцы Джеймса Мориари снова коснулись тачпада, и как результат – новая запись: «НУ ЖЕ, ШЕРЛОК!». Терпение Майкрофта Холмса было на исходе, он ослабил узел на своём стильном галстуке и расстегнул верхнюю пуговицу на сорочке, а затем, встав с кресла, подошёл к краю больничной койки. - Довольно, Том, - назвал он его настоящим именем. – Вину должен понести виновный, а это я. Именно я принял решение не вытаскивать тебя из плена. Шерлок раскрыл твоё прикрытие не специально, к тому же он ничего не помнил о вас и о том, что ты спас ему жизнь. «НЕ СТОИТ СТИРАТЬ ВОСПОМИНАНИЯ» - Обещаю, буду помнить тебя до последней минуты своей жизни, - огрызнулся Шерлок. Хотя после всего, он вряд ли рискнул бы снова забыть Джеймса Мориарти, слишком многое их связывало, слишком прочной оказалась паутина. - Верни ребёнка его матери, и я сделаю всё что, пожелаешь, - декларировал Майкрофт свои благородное требование и плату за его выполнение. Пока он вёл контрпродуктивные переговоры, я не отводил взгляда от экрана, ожидая очередного сеанса. Трансляция возобновилась, но с задержкой. Теперь движения выглядели, рвано, и это чертовки удручало. Шерлок всё ещё пытался вычислить, что за тварь скрывали чашки Петри, и с каждой утекшей секундой становился всё более грусным. Нет ничего хуже, чем когда тебя динамят. А бывший Бонд нас откровенно динамил: играл на нервах, разуме, чувствах. Одним словом - развлекался. Ну что ещё делать, когда ты - почти труп? Изводить живых. - Я подам в отставку, - пообещало Почти Британское Правительство искупить конкретным действием свою вину. – Сегодня же напишу рапорт, утром он ляжет на стол премьер-министра. Хочешь, даже могу застрелиться на твоих глазах, только прикажу своим людям подать мне оружие. «ОЙ, КАК СКУЧНО )» - Чего ты хочешь?! – гневно вскрикнул Шерлок. Ярость плохой помощник. Но в его ситуации сдали бы и титановые нервы. Стерва-судьба одной рукой подарила, а другой вознамерилась отобрать подарок. Это была чудовищная несправедливость - испытание без права на ошибку, без права на покаяние. То, что насекомое смертельно опасно не у кого не вызывало сомнения. С новым сеансом что-то было не так, изображение едва заметно наклонилось и медленно стало уходить в сторону. И тут до всех дошло - это было не механическое действие, человеческая рука направляла устройство именно в таком направлении. Злой гений не просто удерживал ребёнка в миллиметре от смертельной опасности, он заставил его мать снимать всё на камеру. Ирен Адлер наверняка связали, обычный человек не смог бы долго удерживать подобное оборудование в зафиксированном положении, только если он не оператор. Я сомневаюсь, что Эта Женщина располагала опытом профессиональной съёмки, от нервного и физического напрежения её повело в сторону. Она попыталась незаметно принять исходную позицию, но привлекла внимание своего мучителя. Всего на пару секунд его рука задержалась на достаточно близком расстоянии, чтобы неугомонный проныра, достал своим пальчиком до чашек Петри. Малыш толкнул верхнюю чашку к несчастью достаточно сильно для того, чтобы она свалилась на пол. В тот же момент я увидел членистоногую тварь: небольших размеров, максимум пять сантиметров, с непропорционально длинными и тонкими ногами, тёмный почти черный щиток отливал жирным блеском. Паук мгновенно встал на задние лапы, приняв вертикальное положение, и сделал два стремительных наклона вперёд. Несмышлёныш даже не подумал отдёрнуть палец, и насекомое запустило своё жало в нежную плоть. Сначала на детском лице появилось выражение обиды, но когда руку стало бить в конвульсиях, оно искривилось в гримасе боли. Было видно, что ребёнок кричит не своим голосом. Майкрофт пропустил это зрелище, но Шерлок, так же как и я наблюдал. Мой друг словно окаменел, впал в ступор, из чего следовало, что он узнал насекомое, и, судя по всему, оправдывались наши самые худшие подозрения. Рука мучителя заметно дрогнула, и паук вывалился из стеклянной тары на пол. Изображение подпрыгнуло вверх и в сторону, но мы усели заметить, что в другой руке подельник Мариарти держал парабеллум. После этого сеанс закончился. На экране высветилось короткое сообщение, которое я буду ненавидеть всю свою жизнь: «УПС(»