Звёздная ночь. Книга 1: Новое созвездие.

      Предупреждение! Глава тупая, бессмысленная, и вообще, калека, хромающая на две ноги. Но блин, большая! Буду принимать тапочки с кирпичами внутри.

***

      Прошло всего каких-то жалких полтора года. Трава всё такая же зелёная. Небо всё ещё необыкновенно бирюзовое. Птицы, растения, животные. Ничего не поменялось. Но взгляд некоторых людей охолодел, застыл. Хошизори знает, что в Конохе поднимается взбаламученная вода. От её запаха воротит, тугим узлом завязываясь в животе, словно напоминание. Это чувство напряжения, тело само собой всё сжимается, наливается силой от всякого шороха и тени, чтобы быть готовым первым атаковать или защитить жизнь.       В главном здании селения, словно в гнезде пчёл. Сперва видно трудяг, неустанно несущихся куда-то, и завал работ. И только потом всё твоё существо медленно начинает выть, ныть и сжиматься внутри, неприятным чувством охватывая сердце и лёгкие, не давая спокойно дышать. И это не исчезает. Будто за тобой непрестанно следят, но на самом деле никого поблизости. Паника нарастает, и ты не понимаешь почему, но поддаёшься. Но у тех, у кого сильная воля, достаточно твёрдо выносят всё это, хоть и стараются скрыться оттуда побыстрее.       У Хошизори на затылке волосы дыбом встают. Зверь внутри царапает разум, разрываясь напополам. Одна часть, так, что с инстинктами, срывается с поводка, мчась куда подальше, за горизонт, на другую часть света, лишь бы выжить. Такого сильного чувства побега у неё ещё никогда не было, а она привыкла прислушиваться к нему. А вторая часть наоборот, оголив весь свой арсенал клыков и когтей, говорит ей атаковать и защищаться. Взять к себе поближе всех родственников и близких и, распушив шерсть, величественно и грозно встать для готовки к атаке. Никакой паники, только уверенность в себе.       И это случилось. Недели тянулись, словно горький гречишный мёд. Тёмный и тягучий, он медленно лился. И тёмной тучей нависал над Конохой. Десятихвостая напрягалась, нервно дёргалась, готовилась. Она просто попросила Минато и Кушину переехать в главный дом в Клане, за множеством барьеров чувство животного страха за близких немного успокаивалось, затихало. И то, оставшиеся ученики Намикадзе, знакомые из клана Учих, и других, с кем она за года проведённые в Листе познакомилась, все они всё ещё оставались в какой-то невидимой, неосязаемой опасности. И ни Кушина, ни Минато не понимали, к чему всё это и лишь немного грустно посматривали в уставшие глаза Хошизори.       Даже клан Учих и Узумаки ничего не чувствовали. Они все будто ослепли, оглохли, не чувствовали мурашки по коже, каждый раз выходя за барьер. Шикаку странно посматривал на всю резко накалённую, словно только сделанный меч, Старейшину Узумаки, он молчал, но делал выводы из увиденного. Он не был глуп, не мог не обратить внимание на настороженность сильной мудрой куноичи, с которым был лично знаком. Поэтому Нара сейчас были так же осторожны, как и их олени.       Курама, который хоть и не был знаком с человеческими ощущениями, согласился с Хошизори. Они оба это чувствовали, старались придумать, как избавиться от этой назойливой, неизвестной паники. Время шло, а решение приходило, словно заторможенное, кем-то неосязаемым, но достаточно сильным, чтобы не дать идеям и ответам проскользнуть у него из под носа.       И да, всё началось. Что-то грянуло. Чаша будто треснула. Те ощущения оказались правдивы. Шинигами был близко… - Сакумо-сан?! Какаши!! – резко открыв сёдзи, Минато застывает в напряжённой позу, смотря на двух человек на полу.       Сегодня утром, Хошизори-сан подорвалась ещё до восхода солнца. Она панически испуганно подорвалась с кровати и прибежала в комнату спящих супругов. Почувствовав что-то неладное, Кушина так же проснулась, разбудив Минато. Хошизори, обрывчато, истерично, стала объяснять, что что-то случилось. У неё ком в горле вставал, когда она это объясняла. Животные инстинкты прорвались вместе с хвостами, ушами и искрящейся от холода тёмной шерстью.       Впервые увидев настоль напуганную старейшину и просто заменившую Кушине семью женщину, девушка не на миг не сомневаясь, стала собираться. Минато, осознавая, что всё это неспроста, быстро ушёл одеваться. А через пару мгновений трое сильных шиноби стояли у выхода из клана. Через минуту явился, тоже почувствовав по нити связи Биджу то напряжение, Курама. Спустя относительно короткий срок, они определили, что Хошизори летит пулей к клану Нара и Учих, Кушина направляется к Рин и, позже состыковавшись с Десятихвостой, направляется к Обито. Курама обегает Акичими и Яманака. Минато же по пути в резиденцию заскакивает к Какаши в квартал Хатаке. И ведь именно там он находит причину беспокойства и гнёта. - … - его ученик, повесив голову, сидит напротив охладевшего тела, пачкая ноги в крови. Сцена, представшая перед молодым чуунином, не смогла попасть должным образом в мозг, застыв где-то, пытаясь усвоится. Минато без замедлений более влетает в дом и оттаскивает своего ученика от трупа его отца. - Какаши! Какаши!! – ударяя по щекам оставшегося Хатаке в маске, Намикадзе хочет привести того в чувство. Молча за спиной появляется чакра Десятихвостой и Кьюби, позже подключается отставшая Кушина. Они уже поняли, что что-то произошло, раз они не встретились у резиденции. Но придя, они не ожидали такого. - Курама, на тебе осмотр и вынос тела. Кушина, за мной. – подойдя к мужчинам, красноволосая уже собиралась позвать по имени сереброволосого мальчика мягким голосом, но она резко замолчала. - Не пытайтесь. – ударив по шее, другая женщина подхватила на руки бессознательное тело. Пара скрещенных на ней недовольных взглядов не произвели должного эффекта. – Он слишком напряжён. Ещё немного, и он бы перекорёжил себе всю СЦЧ, выпустив мощную волну неуправляемой чакры из очага. Удар по психике слишком велик. Я отнесу его в квартал. - Мы поняли. – кивнули, благодарно посмотрев на развернувшуюся женщину. - Минато… Ты же понимаешь, что вряд ли это самоубийство? – кивок – Возьми кого-то из наших и пару Учих. Пусть посветят шаринганом, а Узумаки пока пройдутся по всем печатям. Если будет взлом, то точно останется остаток чакры. - Мы обязательно выясним правду! – Кушина, выглядящая лишь мгновение назад подавленно, вспыхнула праведным гневом, быстро переместившись шуншином к выходу, проверять охраняющий контур барьера. - Я с Курамой осмотрим место, и позже отправлю весточку Хокаге. - Хорошо. Как только Какаши очнётся, я вам сообщу. Допрашивать не дам! По крайней мере ещё день или два.

***

      Было достаточно поздно. Луна распустила свои холодные лепестки, рассыпав звёзды. Тяжёлый воздух помещений смешался с холодными порывами, будто разлитые чернила на белоснежной бумаге, пробегающие беглой рысью в открытые нараспашку окна. Тёмные, пушистые облака походили на серую шерсть или пух, свалявшийся и медленно несущийся на крыльях небесных невидимых змей.       Часы отстукивали свой ритм. Неумолимо, непреклонно, стрелки неслись, словно бешеные по табло. Они, словно усмехаясь, клацали и щёлкали, наполняя пустующую комнату резкими звуками.       На улице было прохладно и свежо. Вдыхая ртом, по кошачьей привычке, женщина начинает разбирать запахи, милостиво преподнесённые природой. Влажно, воздух густой, но кое-какие знакомые нотки уловили чуткие органы обоняния. Был запах холода, он был мимолётен, словно шаловливо прокатившись вблизи. Значит, утро будет с росой. Был запах гари и древесной коры, она заучила его не так давно. Минато любил возиться со своими кунаями, и, заменив рукояти на большинстве из них, запах свежей древесины теперь преследовал его, а выжженные на них печати добавляли сверху гари, словно был небольшой пожарик. Темноволосая хмыкнула своим мыслям. Курама теперь нашёл новую тему для своих шуточек.       Был медленный, тягучий, словно ползущий запах ежевики и огня. Это Кушина, любящая побаловать себя сладкими ягодами, что покупала чуть ли не каждую неделю на рынке у счастливого торговца страны Волка. Огонёк же был с ней от рождения, в виде личного аромата. Всё же у каждого он есть.       Ветер принёс запах металла и разожжённого горна. Видимо, кто-то из оружейных мастеров клана заработался в кузне, или подмастерье воплощает свою идею в жизнь. Далеко-далеко, практически на окраине сознания, Хошизори уловила запах чая и выпечки. Это любящие матери пекли что-то вкусное для своих чад, наверняка приглашая отведать выпечку за семейным столом. Позднее чаепитие в кругу родных. Приятно наверно.       Так же были остатки какого-то порошка, тёртых оленьих рогов*, коими с ней поделился Шикаку Нара, в знак дружбы кланов, и лекарственных трав. Видимо, её одежда пропахла медикаментами из личного залежа в дальней подземной части дома. Всё же ей сегодня предстояло пару раз туда спускаться, чтобы принести пару целебных трав. Не сильный запах зверобоя* впитался в кожу, так как Бижду возилась с ним днём. Медовый мягкий аромат немного поднадоел, но не раздражал.       Так же был какой-то резкий, пронзающий обоняние запах от её волос. Видимо белокудренник черный*, не так давно свалившийся ей на голову в той комнате с травами и медицинскими снадобьями, был ещё не полностью высохшим и капнул соком. Нужно будет избавиться от запаха, иначе она так весь нюх себе угробит, а в звериной ипостаси это смерти подобно. Будто без зрения или слуха ходишь. Неполноценность.       Недалеко, в пределах дома, что-то задвигалось. Небольшие печати воззвали к хозяину с настороженностью, но почувствовав знакомый след чакры, быстро стихли. Звон в голове и колющее чувство в ладонях и кончиках пальцев стихло. Перестав дышать, Хошизори с точностью стала отслеживать все звуки в своём жилище. Вот Минато и Кушина тихо дышат, будто и правда в унисон. Десятихвостая уже не в первый раз ловит себя на том, что всё время пытается понять что-то из их поведения. Их мимику, жесты, позы, эмоции. Она не может нагнать всё время упархивающую мысль того, почему она за ними наблюдает, и скользкое чувство всё время приятно томиться в груди лишь от одного взгляда на счастливых Узумаки-Намикадзе. Она ещё не разобралась, но это было определённо светлое чувство.       Вот Курама, который спит на втором этаже, всё время крутится, то на один бок, то на другой, что-то себе тихо бормоча. Возможно, у него неспокойный сон или его донимают человеческие прихоти организма или окружающая среда, что непривычна не мила и не тиха. Особенно после молчаливости пустоты в подсознании Мито-сан.       А на первом этаже, рядом с комнатой Старейшины клана, за дверью, скрипнула кровать. Там уже дышат глубоко и размеренно, оповещая Хошизори, что человек в комнате проснулся. Видимо, даже зашевелился, осматривая помещение. Нужно к нему подойти.       Медленно, словно протекающая река, женщина направилась в сторону своей комнаты. Плавно развиваясь, кимоно, словно верные хвосты, последовало за Биджу, огибая все препятствия. Женская рука ухватилась за ручку, медленно прокручивая её. Дверь, словно врата в другой мир, медленно распахнулись, давая лучам луны резко врезаться в возникшую в проёме фигуру. Зрачки на мгновение сузились, привыкая, но Десятихвостая загнала инстинкты куда поглубже, боясь раскрытия.       Ох, нет-нет, она доверяла Какаши. Но… Не сейчас. У него не то состояние. Тем более она не хотела, чтобы её знакомый боялся её и отстранялся. Слишком уж для него будет шокирующим ударом. - Здравствуй, Какаши… - тихо, разрывая тьму комнаты, которая была лишь освещена веселящимися на полу лучами ночного диска, произнесла Хвостатая. Подойдя к привставшему мальчику, она осторожно присела на край кровати в ногах Хатаке. - Здравствуйте. – хрипловато. Обречённо, болезненно. Мальчик обратил взгляд на свои руки, и резко сорвал маску. На столь быстрые движения немного удивили Хошизори, но она не отвела взгляда.       Хатаке поднял голову к потолку и настолько медленно вздохнул, что казалось, целую минуту кислород не покидал лёгких. Он, словно мешок, склонился, сжался. Вся его фигура верно превращалась в угнетённого, заваленного и избитого жизнью мальчишку. Руки его мелко подрагивали, приходясь пальцами по маске. Она, как вторая кожа, за всего полугод приелась, стала словно паразит. Без неё, как без одежды. - Не нужно меня жалеть, вы сами понимаете, что мой отец поступил правильно и … - не успел договорить он, как женщина прервала его. Всё же ей было видно, что последнее слово у него удалось произнести с каким-то скрежетом. - Нет, Какаши, мне кажется, он поступил неправильно. Да, он спас жизни близких ему людей. И поступил неправильно лишь тогда, когда решил, что уйдя в Чистый мир, сможет что-то исправить. Он поступил, как человек, который знает цену жизни и не знает одновременно. Ты можешь не согласиться со мной, и это будет твоё право, я не буду переубеждать тебя. Миссия – это миссия, она не имеет веса. Забота зависит от обстоятельств. Он решил так, значит в той ситуации жизнь сокомандников была важнее задания. – повествовала я, замечая, как глаза ребёнка округляются. – Да и знаешь, Какаши, ведь те люди, которых спас твой отец, сейчас наверняка благодарны ему всей душой. Ведь они вернулись к семьям и своим близким. А потери… Они всегда были, есть и будут. Я тоже совершала действия, которые приводили к ужасающим последствиям. Нет в мире человека, который не ошибался и не платил. Да и ты не должен осуждать его. Он поступил по зову сердца. Но, уйдя в свой Элизиум, он испугался вернуться в реальность. Он побоялся увидеть тот «рай» ненастоящим, фальшивым. Сакумо-сан совершил свой последний шаг в противоположную сторону нашего мира. Я боялась за всех, у меня вставали волосы дыбом, когда я чувствовала. Что-то произойдёт. Страшно, когда ты не знаешь, где тебя ударят. Страшно, когда ты не знаешь, как тебя ударят. Страшно, когда ты боишься не за себя, а за других. Поэтому… Отпусти. Ненавидь, кричи, оскорбляй, но живи. Незачем убиваться по мёртвым, по тем, кто побоялся… Увидеть… Почувствовать… - Хошизори-сан… - а глаза мальчика уже были на мокром месте. Не думал он, что человек, с которым он знаком от силы пару дней, так… чувственно и открыто опишет это со стороны, и не будет жалеть его. Просто расскажет свою точку зрения. Подставит плечо. По истине «Мудрый барс».       Какаши не показывал своих эмоций, особенно после того момента. Всё держал в себе, ведь никому чужие проблемы не нужны. Не показывал слёз и радости, никого не любил настолько сильно, чтобы это стало его слабым местом, знал, что ниндзя нельзя заводить связи и в любой момент должен порвать их. Исключением являлся отец. Но сейчас… Его просто прорвало.       Дорожки солёной жидкости прокатились по лицу, падая, разбиваясь о маску, впитываясь. А его обняли за плечи, не говоря ни слова, просто прижали к тёплому боку, давали тихо выплакать накопившееся за час пробуждения.       Так они просидели в комнате до рассвета, выговорили всё, и Хошизори проводила Какаши в зал, где мягкая улыбка Кушины и стоически, подбадривающий взгляд Минато-сенсея притянули его к столу, за которым он понял, что теперь, хоть и нет его главной колоны, на выручку пришли цепи. Они-то его не отпустят.

***

- Вам понятна миссия? – Хокаге восседал на своём кресле, вновь забивая трубку новой порцией табака. Его одеяния были мяты, лицо осунулось от усталости, а под глазами запали мешки.       Третья мировая война шиноби. Кто же мог подумать, что нападки каких-то мелких разбойников, так быстро, так скоро перерастут в уже дымящиеся угли. А страны лишь подкидывали солому. Первым стал Камень, что хитро стал просачиваться через границы. Это, словно выстрел на старте собачьих бегов, оглушил, но дал команду. Команду к Выходу.       Через неделю шиноби Пяти Великих Стран уже грызли друг другу глотки. В военные действия были введены все. Старики, взрослые, молодые… Дети. Хошизори, как человек, увидевший войну в ставшей родной и такой любимой деревне Узушио, и как Биджу, который видел все войны человечества, видевшая ту сторону, была против всего этого. Но кто будет слушать какую-то там Старейшину еле выжившего клана. Говоря по честному, в своём нынешнем положении, по сравнению с Каге, она не стоила и Йена.       Время шло, сено загорелось, заполыхало, поднимая высокий столб пламени и дыма войны. Третья мировая прогремела, словно приговор. Коноха, под стать своему названию, полыхала не хуже, и даже похлеще от разворачивающихся на территории страны военных действиях. Военные лагеря, сотни чуунинов и джонинов на полях брани. Просто страшно. Страшно, когда такое бурлящей дырой пожирает всё на своём пути, всё отрывая куски больше-больше-БОЛЬШЕ, а ты осознаёшь, что всех уберечь просто нереально. Вот, что значит, такое вроде простое при чтении, и страшное при взгляде слово. Война. - Хай! – трое подростков и взрослый мужчина стояли перед главой деревни, готовые выдвигаться на очередную миссию. Они были готовы к чему-то такому, но настолько серьёзного задания они не ожидали. Они обязаны справиться! - Так как ваша команда слишком маленькая для такой миссии, то я прикреплю АНБУ. Так будет надёжнее. – после этих слов в кабинете появляется несколько людей в масках зверей из обычного отряда. Но выбор прерывает появившаяся фигура в чёрной экипировке и маске барса. Движения её были плавные, будто настоящая кошка, парные ниндзято висели на поясе в ножнах из тёмной стали, не мешая хозяйке. Через отверстия блеснули синие глаза в прищуре. А голос был ровным, уверенным и серьёзным. - Не нужно, Хокаге-сама. Я заменю нескольких. Отправьте меня. – предложила женщина из спец. отряда «Тени». Да, она вновь встала в строй, как и многие. Хошизори была готова ко всему, рискнуть жизнью, защищая родных и деревню, за которую муж её девочки готов отдать жизнь. Кушину не отпускали на миссии вместе с мужем из-за того, что она джинчурики, и она попросила её приглядеть за ним и его подопечными. А сама Биджу попросила Кураму, если что-то произойдёт, защитить её «внучку», пока она на миссиях. Тот лишь покачал головой, но согласился, пожелав напоследок удачи. - Кхм, хорошо Барс. Задача понятна? Можете отправляться. – махнув рукой на такое поведение Хоши, он отправил её и команду Минато. Пусть уж лучше она, чем слабые. Миссия всё равно крайне важна. Жаль только будет, если такое боец погибнет, хотя это вряд ли произойдёт. - Хай, Хокаге-сама! – все четверо развернулись и направились к воротам Конохи.

Чуть позже.

- Я рад, что вы отправились с нами, Хошизори-сан. – улыбнувшись, искренне благодарно произнёс прыгавший по дереву блондин. Он и его команда уже пару часов бежали до цели. Разрушить мост Каннаби будет легко, сложность составляет возможная встреча с противниками, но Минато нужно срочно нужно отправиться на передовую, возникли сложности. Прилетел посыльный сокол. Он оставит за главного Хошизори. Будет надеяться, что все вернуться хотя бы живыми. - Конечно, не могла я вас оставить. Беги, мы выполним задание. – улыбнувшись, женщина прихватила чуунинов и направилась к цели миссии, оставив Минато.

***

- Ха… Ха… - звон кунаев и сюрикенов, словно небольшой оркестр разыгрался на поле боя. Четверо ниндзя, разбросанных по всему небольшому участку, вблизи леса, из которого их выкурили, сейчас были зажаты. Небольшие кольца образовались вокруг них, а ниндзя быстро передвигались меж друг другом, всё наращивая и наращивая скорость, кружась в смертельном танце.       Давно уже плеснула кровь. Давно уже не было видно в глазах упавших наземь тех чувств, присущих живым. Сейчас над этим куском земли витал лишь удушающий запах крови и пота. Тяжёлые рваные вздохи с хрипотцой тут и там разрывали нависшее безмолвие, словно когти разрывая гнетущий к земле воздух. - Сенсей! Уф. – тяжёлый удар в плечо телом сокомандника разрубил громкую фразу Обито. Словив собой прилетевшего в него Какаши, который болезненно простонал, кувыркнувшись через Рин и, сметя её за собой, молодые чуунины встали в совсем крохотный треугольник, спиной к спине прикрывая слепые зоны. Нападки противников стали лишь резче и агрессивнее. - Сейчас! – быстро проносясь мимо преграждающего ей путь последнего противника, Хошизори в уже порезанной униформе, но без единой царапины под местами разрыва, перерезала сухожилия у ступней и быстрым движением руки снесла голову недошиноби. Но от части Биджу понимала, что это была ещё одна молодая жизнь, унесённая в Чистый мир. Путь войны, где ты сражаешься с подобными твоим близким людям, вынуждает убивать и смотреть на реки крови.       Прорыв был внезапным, отчего ниндзя Ивы резко разделились, направив практически все свои силы на уничтожение самого сильного человека. Убив её, будет не сложно прирезать этих щенков. Хошизори прекрасно это понимала, поэтому был достаточно резка в убийстве. Это ученики Минато. С ними знакома Кушина. Она не имеет права так просто отдать их ещё совсем юные жизни в лапы Шинигами. - Рин, чакра есть? – быстро очертив кольцо взглядом, примерно 3 на 3 метра, прозрачно-синиватая стена резко выскользнула будто из земли, накрывая подростков и АНБУ куполом. Шиноби снаружи не стали медлить, стараясь ударить в ещё неокрепшие места барьера техниками посильнее, но лишь капли воды и искорки смогли просочиться, даже не долетя до целей. Купол стал мутнеть, и вскоре совсем скрыл тех, кто под ним. Будто непроглядный серый дым затянул всё внутри него. - У меня осталось меньше половины. Сенсей… - обеспокоенный взгляд перекинулся на дрогнувшую, но не прогнувшуюся стенку барьера. Видно, был сильный удар. - Не беспокойтесь. Я обещала Кушине и Минато, что пригляжу за вами. Раньше меня вы не умрёте. - Что насчёт Минато-сенсея? Мы можем как-нибудь с ним связаться? – Какаши был потрёпан не меньше. Встряхнувшись, словно настоящий пёс, мальчишка нахмурился и внимательно посмотрел на оставшихся ниндзя, по ту сторону стены. Они, хоть и не видели их, но пытались с упорством баранов, тратя силы и чакру, проломить купол техниками, некоторые уже отошли, понимая, какое это гиблое дело, лишь дожидаясь момента открытия. - Я хотела отправить клона, но не успела. Я постараюсь отвлечь внимание толпой из клонов, пока вы отходите, а один пусть летит к Минато. Ему понадобиться пару часов или час, чтобы быть хотя бы с этой зоне. Хирайшин ему поможет. – Хошизори пока убрала один из клинков в ножны. - Нам нужно передохнуть. Сколько выдержит ваш барьер, Барс-сан? – Рин отвлеклась, быстро и профессионально перематывая своих товарищей. - Сколько понадобиться, но в этом и проблема. Ивовцы могут разделиться и завершить своё задание. Так мы провалимся. Не так далеко я почувствовала ещё пару человек. Тоже джонины. Точно не наши. - Чёрт! Я-то думал, что мы быстро закончим, а тут эти! – проныл Обито, упав на пятую точку. С его взъерошенными волосами и потрёпанным видом он был похож на маленького чёрного дрозда, который распушил перья. - Обито…! - Ладно. Я конечно подозревала, что тут будут оказывать сопротивление, но не думала, что они устроят облаву прямо в том ущелье. – согласилась в какой-то степени с ним женщина. - Тут недалеко есть пещера. Я предполагаю, что именно там то, что нам может помочь. Шиноби Ивы слишком привыкли к скалистым местностям, это их территория. – Какаши указал на северо-запад. – Примерно в полутора километрах отсюда. - Это опасно. Если у них есть смертники, то мы просто попадём в их клетку. А смертники на войне, герои в собственной стране. Как ты думаешь, кто из этих не сможет себя подорвать или использовать какую-то из техник Дотона. Для них будет малой жертвой, если пару людей погибнут, унеся с собой нас. - Но нам придётся рискнуть. Вы владеете Хьётоном. Укрепите стены пещеры или просто заморозьте потолок. Это сделает её более безопасной. А мы вытащим взрывчатку и всё, что внутри. - Я не… Ух, ладно. Рискнём. Всё равно мне потом головой отчитываться. – угрюмо заметила женщина, натягивая маску. Обито обречённо встал с земли, подавая руку присевшей Рин. Небольшая улыбка появилась на лице молодого ирьёнина. Хатаке хмыкнул, но так же приготовил кунай. Вскоре купол спал и шиноби кинулись друг на друга.

***

- Чёрт, как у него мозгов-то хватило начать обрушение пещеры прямо сейчас?! Мы же были практически на выходе!! – рычала от злости Биджу. Люди из Скрытого Камня были безбашенными, разрешили заживо прикопать и всех своих и врагов, хотя это было нормально для шиноби.       Но тут её отвлёк ярый хруст, выделявшийся из того гама и крика стонущей пещеры. Лёд, что был на потолке и стена, стал трещать и лопаться, словно закипая от натуги. В какой-то момент он просто, будто и не было, рассыпался на осколки, и битым стеклом полетел вниз, вперемешку с каменюгами и отколовшимися скалами. Послышался хруст уже костей и чуть ли не фонтаны крови прыснули во все стороны из переломанных тел Ивовцев. Их, словно вишню, раздавило. - Барс-сан, нужно выбираться!!Там есть ещё один выход! – крик Рин еле-еле был услышан в этой какофонии. Дети стояли рядом с центральными колоной из сталактита и сталагмита, сросшихся вместе, приплетавшие каменные нити в крепких объятиях. Они думали, что там безопасно. Они думали, там можно уменьшить свою внимательность. Ох, какая это была ошибка! - УХОДИТЕ ОТ ТУДА!!! – взревев раненным зверем, женщина, плюнув на режущие её кожу острые падающие камни, кинулась к ним. Ошарашенный взгляд Какаши перешёл наверх, и тот застыл. Больше колона их не защищала. Она стала падать. - Хошизори-са… - женщина сняла к чертям перчатку и снесла печать одним взмахом руки. Уже в прыжке она превратилась и накрыла их, толстым слоем покрыв себя льдом. Айсу Каба: Арумадиро*. - Хрф! С вами всё в порядке?! – дети уставились на тёмную грудь, что вздымалась и опускалась, вдыхая литры кислорода.       Она медленно опустила голову, смотря себе под брюхо. Видимо, шок. Но она не видит Обито. Забегав взглядом, она уже запаниковала, но Рин нашла его быстрее. - Обито! Обито! – стуча по щекам явно не соображающего друга, Нохара быстро стала его приводить в порядок. Мальчик, немного сверкнув глазами с шаринганом, быстро потушил их и простонал что-то нечленораздельное.       Ноги, что не были изначально видны, оказались придавленными небольшими, но от этого не менее увесистыми камнями. Было ясно, что ноги 100% сломаны, будет хорошо, если только кости пострадали, а не всё в целом, превратившись в кровавое месиво. - Рин, послушай меня. Не паникуй. Пока я поддерживаю потолок, тебе и Какаши придётся справиться самим. Я не уверена, что лёд выдержит напор без моего присутствия. – размеренно, подавляя удивление и небольшую панику в голове, Хошизори осторожно пощекотала замеривших чуунинов хвостами. Пепельноволосый отозвался быстрее, поэтому соображалку включил намного раньше, чем у медика группы. Нохара немного заторможено перевела взгляд на виляющие хвосты. – Какаши, с помощью моих хвостов, что поднимут завал, ты быстро вытащишь Обито. Будь аккуратен, мы не знаем, насколько его ноги пострадали. Для начала лучше всего сделать жгут. Ага, так пойдёт. Рин, ты будешь моими руками. Ты вряд ли знаешь такую технику, будем обучаться по ходу. Накопи чакру в ладонях и представь треугольную форму, при этом выпустив сгусток. – девушки последовала указаниям, и небольшой поток чакры быстро, словно в тонкую перчатку, что бугрилась, дрожала, пузырилась, но держала какую-никакую форму, окружил ладонь молодого ирьёнина. – Это скальпель из чакры… - испуганные карамельные глаза перевелись на наклонившуюся голову большой кошки. Уверенный взгляд агатовых глаз немного успокоил девушку. – Ты не будешь резать. Он имеет свойство прижигания, что нам и необходимо. Будь осторожна, так как ты только впервые его создала. Слабый поток прирывчев. Лучше сконцентрируйся.       Хвосты метнулись змеями к камням, обвив самые большие и увесистые. Они поднимали аккуратно, но быстро, так как кровотечение всё равно полностью не остановилось. Перевес на заднюю часть тела немного пошатнули Биджу, и пару камней предупреждающе упали, в тишине громко клацая и щебеча.       Какаши, не медлив, быстро приподнял друга и мягко вытащил Обито из под завала. Ноги были в не лучшем состоянии, а от движений, паренёк потерял сознание. Рин, выдохнув, начала уверенно прижигать сосуды, и немного справлять кости, хотя бы, чтобы те не продолжали травмировать остатки мышц. Икроножная мышца и большеберцовая превратились в куски потрёпанного мяса, отчего их было даже сложно различить. Хошизори с точностью может сказать, что ей понадобиться красная операционная в госпитале. - Айси Бокуссу: Токетсу джикан*! – произнесла Хошизори и наблюдала, как льдинки стали замораживать тело мальчика и толстым слоем окутывать пространство вокруг, превращаясь в коробку. Эту технику она создала, когда ещё вступила в ряды «Теней» в Узушио. На одном задании полегло пол отряда, и та не смогла им помочь, а ирьёнины появились лишь через полтора часа. Но было уже слишком поздно. Тогда Десятихвостая засела за ирьениндзюцу и придумала эту технику. Так женщина в последствии могла остановить время внутри этой коробки и тем самым спасти жизнь. Как потом она узнала, то это была одна из немногих временных техник. - Х-хошизори-сан, с ним всё б-будет хорошо? – заикаясь от нахлынувших эмоций, Рин тряслась, как осиновый лист и чуть-ли в обморок не падала. Скальпель исчез с руки девушки. Слава Ками, что рука Какаши на плече заставляла её хоть чуть-чуть быть в этом мире. А-то бы уже свалилась. - Не знаю. Так, не паникуем, сейчас ждём, потом я постараюсь вытащить всех нас отсюда и… - но всё не могло быть гладко. Подозрительная тяжесть вдруг с новой силой навалилась на ледяной панцирь спины, из-за чего Хошизори невольно дёрнулась, но в мгновение застыла, не смея даже вдохнуть. Кислорода было конечно ещё много, но нужно постараться меньше говорить, а ей так вообще дышать. Радовало, что хотя бы Обито не потребляет более кислород. - Ш-ш-ш… - Какаши приобнял Рин, которая стала подвсхлипывать, смотря на побледневшего сокомандника и близкого друга. Одно дело, когда ты лечишь кого-то незнакомого, другое, когда всем сердцем тянешься, лишь бы уберечь друга, близкого человека. - Какаши, есть ещё чакра? – в зобу дыхание спёрло от ощущения вновь упавших камней. Кошка обвила хвостами свои лапы, прикрывая пушисто-ледяной стеной детей. - Да. – кивнув, что понял причину такого вопроса, Хатаке быстро сложил несколько печатей, и стена земли стала вырастать. - Давай! – кошка быстро пригнулась, обхватив лапами всех троих под ней людей, и, грязево-каменная стена выросла над головой, быстро схлопнувшись. Биджу прикрыла глаза. Мгновение и валуны с пылью затмили взор…

***

      На расстояние пяти или более километров был виден возвышающийся столп пыли и мелкой каменной крошки. Вблизи с обрушенной пещерой лежало много метательного оружия, и были видны следы техник. А на некоторых была видна кровь, кунаи и сюрикены попадали в цель. И это пугало Минато.       Парень мчался на всех парах к конечному месту схватки, которое ему сообщил клон Хошизори. Когда он закончил своё задание, то сразу направился к оставшимся под командованием Хошизори трём чуунинам. И вот, когда он начал приближаться к месту, где ещё были следы их чакры, прогремела серия взрывов, которая сотрясла землю. Вот тогда сердце блондина нервно сбилось с ритма. Неужели они погибли?       Прибежав к обрушенной пещере, картина произошедшего быстро встала перед глазами. Команда встретила противников, завязался бой, они или их загнали в тесную пещеру, а потом подкрепление из трёх джонинов-смертников Камня, подорвали своды пещеры. Они бы просто не успели выбраться. Их похоронило заживо. - Хошизори!! Какаши! Обито, Рин! Отзовитесь! Ками-сама… - кричал Намикадзе, пытаясь услышать в звенящей тишине хотя бы стон, хоть какой-нибудь звук. Но ничего. Мёртвая тишина. Ужас сковал тело молодого командира в свои костлявые руки, тихо шепча, что это он виноват. Ведь он оставил их. Паника и убийственная ложь подсознания пригибала.       Тут, в десяти метрах от него начали шевелиться камни. Минато ринулся к ним. Создав Рассенган, он разрушил один из крупных валунов и хотел уже перейти к следующему, но они сами разлетелись в стороны, являя взгляду огромную самку барса, которая была скрыта под слоем странной ледяной брони, полностью усыпанной крошкой и пылью. Намикадзе подбежал к кокону, бегая по панцирю взглядом. Да, где-то он треснул, надломился, готовый в следующую секунду рассыпаться воспоминаниями, но он отчаянно держался.       Хошизори стала шевелиться. Она, словно раскрыв веер, разогнула все десять серебристо-тёмных хвостов, под темнотой которых показались трое небольших тел. Оба взрослых облегчённо вздохнули. Минато потихоньку вытащил Какаши и Рин, и осторожно перенёс как будто хрустальный ящик с его последним учеником. Обито выглядел бледнее обычного, но мягкий снег прикрыл от взора раздавленные нижние конечности, отчего Минато оставалось лишь догадываться, что там такое.       За спиной послышался мучительный, надрывный бухтёж. Это хрипела Десятихвостая. Она заходилось в безудержном кашле, будто в лёгких у неё была пустыня. Кошка прилегла на помятую боевыми действиями траву боком, тяжело вздымая грудь. Чёрный мех будто ещё сильнее потемнел, когда Хошизори без сил развеяла технику ледяной брони, и та, превратившись в лёд, впиталась в шкуру. Минато медленно подошёл к сопящей Биджу, осторожно щупая её рёбра. Он подумал, что у неё сломаны рёбра, хотя это и было дикостью, осознавать, что хвостатый зверь не восстановится от такого в кротчайшие сроки. С удивлением и неким облегчением, камень с плеч спал. Грудная клетка в полном порядке. Но что тогда…? - Я просто не дышала продолжительное время… Пр..просто кислорода… было… мало. – Биджу дёрнула усами, вдыхая живительный воздух, будто рыба без воды, стараясь насладится таким сладким ощущением свободы. Стена долго не выдержала, а дети вскоре всё равно упали в обморок. Вскоре, пока хвостатая отдыхала, Нохара и Хатаке пришли в себя, испуганно подорвавшись с места, но Минато быстро усадил их обратно. POV Минато. - Что произошло?! – осматривая державшегося за левую глазницу Хатаке, я указал взглядом на саркофаг. Рин и Какаши были в норме, а вот вид Учихи его пугал, нет, ужасал. Он был мертвенно-белым, а кровь болезненно резала глаза ярким оттенком на белоснежной подушке из льда. Но самое страшное, что грудь мальчика не двигалась. - Минато, хватит паниковать, ты джонин, или кто?! Сейчас Обито просто заморожен. Техника не принесёт ему вреда. Но с ногами у него проблема. Мне нужно в красную операционную. Как быстро ты сможешь добраться до Конохи с расчётом на Хирайшин? – откашлявшись, Хошизори быстро привела себя в порядок. Шерсть её под воздействием чакры быстро высохла и распушилась. Немного устало и вымучено, но хвостатая поднялась на лапы. - Примерно за три часа. Если выжимать все соки, то можно уложиться в два с половиной. – помогая Какаши подняться, Минато с интересом смотрел, как Хатаке немного испуганно дёрнулся, когда женщина в облике себя настоящей стала подходить к нему. Я сжал плечо ученика. Хошизори выдохнула белое облачко пара и снега, которое словно подморозило кожу вокруг глазницы. Парень расслабился и благодарно кивнул.       Рин поднималась дольше, она ещё была в пришибленном состоянии, но увидя, что некоторым и похуже, перестала просто так сидеть на земле и поднялась на ноги. Осторожно подойдя ко мне, она опасливо покосилась на Хошизори. - Печать треснула. На восстановление уйдёт много времени, а у нас оно сквозь пальцы льётся. Она продержится ещё около двух суток, а позже принудительно перестанет работать. Нам нужно добраться в кратчайшие сроки, иначе я не успею прооперировать Обито. Но Хирайшин может губительно сказаться на моей технике, из-за чего ты уже после первого прыжка понесёшь труп. – встряхнувшись, Десятихвостая устало возвела глаза к небу, смотря на солнце. - Тогда я пойду с Рин вперёд. Я постараюсь обеспечить тебя этой операционной. Какаши не сможет поддержать темп, и есть возможность, что кровотечение вновь начнётся из-за прыжков Хирайшина. - Тогда оставь его и Обито мне, я их донесу. А ты быстрее в Коноху. Попроси Кушину принести из моего кабинета тёмно-бордовую книгу с иероглифом Сукуу* и мой чемоданчик, она знает, где это. Оно должно помочь в операции. - Тогда вперёд.

***

- Операционная готова?! – врываясь с ледяной коробкой на руках, спрашивает летящая, словно на крыльях, Хошизори. Она не поздоровалась ни с стражами у ворот, ни с медперсоналом, нет времени на разглагольствования. - Хошизори, сюда! – из раскрывшейся двери крикнула Сенджу. Она была в госпитале в тот момент, когда Минато ворвался в здание, быстро сказал что-то побледневшему ирьёнину и направился, скача по крышам, к кварталу Узумаки. Когда женщина спросила у медика, что сказал парень, то он рассказал, что Хошизори попросила подготовить её «красную» операционную и убежал выполнять. А испугался не только он, все слышавшие это как-то засуетились, ведь знали, женщина никогда ещё не пользовалась «красной зоной», а значит, случилось что-то поистине серьёзное. - Повреждение 79% тканей и мышц нижних конечностей, сильное кровотечение, нестабильная чакра. Я заморозила время вокруг, но ненадолго. Количество чакры стремительно падает. – быстро положив на каталку своего будущего самого сложного пациента, она листала страницу за страницей, стараясь найти нужное ей в поданной книге. Через пару минут две женщины в хирургических костюмах вошли в красные двери и не выходили больше десяти часов.

***

- Закончили. Скажите тут прибраться и перевести пациента в палату. Подключить все приборы, капельницы с анальгетиком и антикоагулянтом. Перевязка только под нашим надзором. – указывала Цунаде мед. персоналу. Медсёстры слаженно заработали и через пару минут оперированного уже не было.       Уже давно перевалило за полночь. Хошизори просто упала от ментального и психического истощения на диван в её кабинете и вырубилась, хотя у неё оставалось ещё около четырёх хвостов. Ну это всё равно было утомляюще. Она использовала две чакрозатратные техники, так ещё и работала после и пыталась не дать парнишке на скамью в Чистый мир попасть. Название той техники, что спасла жизнь пареньку, Хоши не озвучила, но просто гигантские объёмы чакры, что ушли на неё, давали понять, что она в числе запретных.       Сейчас Сенджу предстояла встреча с сокомандниками того счастливчика, которого вытащили за шкирку с того света и даже дали все шансы на продолжение его пути шиноби. Конечно год-два он будет слаб и только «знакомится» со своими новыми ногами, но это того стоило. Как позже женщина узнала, это был подросток из команды Минато. - Привет Минато. Давно тут сидишь? – сняв с себя всю грязную одежду, она отметила, что друзей Учихи уже не было, только Намикадзе. Родителей у пацана не было, погибли. Но мальчик не замкнулся, как Какаши когда-то. Он был энергичным и добрым, весёлым и чуть хулиганистым. А это лишь добавляло изюминку. - Достаточно. Рин и Какаши я отправил по домам, а-то уже носом клевали. Хотел дождаться вас, но увидев, насколько Хоши устала, я не остановил её. Вот сидел, тебя ждал. – пожав плечами, блондин встал и отправился за ирьёнином. В госпитале уже никого не было, часы посещения закончились, да и уже практически девять вечера. Ведь операция началась рано утром. - Правильно поступил. Хоши вряд ли тебе бы она что-то сказала. Ты устал, иди домой. С Обито всё будет хорошо, техника Хоши помогла. Ноги мальчика восстановлены, хоть шрамы и останутся. На всё остальное уйдёт время, даже если я или Хошизори будем повышать регенерацию. Да и со своими ногами он будет ещё учиться работать. Мальчишка живучий, я удивлена. Такая воля к жизни! – даже чуть эмоциональнее, чем думала, сказала Сенджу. - А к нему можно будет заглянуть? Завтра или позже, например? – спросил Минато перед уходом. Всё же он волнуется за ученика. Именно он нёс ответственность за них, а Хошизори была просто поддержкой. Но этот вызов на передовую и практическая поставившее крест на всей жизни Обито ранение выбило его из калии. - Думаю, послезавтра его можно будет навестить, только врятли он очнётся. – подперев подбородок рукой, ирьёнин рассуждала. Завтра будет перевязка, а послезавтра его только наблюдать. Так что можно и разрешить. – Да, можете через денёк заглянуть. - Хорошо, спасибо. Передайте мою большую благодарность Хошизори. Надеюсь мы с ней встретимся и я смогу лично её отблагодарить. – помахав рукой, парень развернулся и направился к выходу.

***

      Быстро идя по коридорам, команда Минато направлялась к палате №251. Они пришли на несколько дней позже, так как их посылали ещё на несколько миссий. Но ничего, сейчас сокомандники воссоединяться, поболтают и посмеются. Намикадзе на это надеется.       Кумогакуре согласилось подписать мирный договор, хотя это было подозрительно. Особенно в свете минувших дней. Другие страны пока в раздумьях, хотя военные действия продолжаются. Подписание произойдёт в Конохе, поэтому все ниндзя, способные к бою, были на готовности. Всё же это было очень опасно, принимать врагов на своей территории хоть и выгодно, но что они могут учудить, не мог знать никто, кроме них.       Пару часов назад прошёл совет джонинов и глав кланов. Там было решено, что Учихи, Узумаки и Хьюги должны будут выставить охрану и быть начеку. Возможно, кого-нибудь могут похитить, чтобы заполучить клановое додзюцу или ещё что выкинут. Хошизори, что смогла в кротчайшие сроки разобраться с треснувшей печатью, так же поговорила с главой клана Нара и в данный момент в штабе АНБУ проходит подготовка к прибытию «гостей» под командованием трёх глав кланов. АНБУшники будут распределены по территории селения, наблюдая за порядком своего квадрата. Сама Хошизори и Минато вызвались охранять кварталы Учих и Хьюга. Так как с кланом белоглазых лично была знакома только Хоши, то именно её поставили в один из пустующих «сот».       Сейчас вся Коноха была похожа на растормошённый улей. Шиноби всех рангов бегали туда-сюда, выполняя задания и поручения. Кланы тоже были задействованы, даже Корень был припряжён. Данзо отмахнулся и отдал несколько своих человек на растерзание. Рабочих рук катастрофически не хватало. Много погибли на полях брани, кто-то ещё лежит в госпитале и лазаретах.       Но что-то мы отвлеклись. Сейчас Минато, Какаши и Рин шли на долгожданную встречу. Недавно Цунаде сообщила, что мальчик очнулся и хочет увидеть всех своих друзей. Хошизори уже побывала у него, когда заходила проверить состояние. Учиха примерно знал, что тогда произошло, поэтому уже отблагодарил Хоши за спасение его жизни. На данный момент он ожидал ещё гостей.       Дойдя до нужной двери, Намикадзе подтолкнул подростков вперёд. Он ещё успеет поговорить с подопечным, а ребятам стоит побыть наедине. Распахнув белую преграду, двое вошли в палату. Белые стены и потолок, выложенный плиткой пол, большое окно, выходящее во внутренний двор госпиталя. Обычная комната для пациента.       Отодвинув ширму, ребята замерли. Какаши с каким-то неверием в глазах смотрел на сокомандника, Рин уже плакала от радости, прикрыв рот ладонью. Обито, с перемотанными ногами и торсом, улыбался им своей фирменной улыбкой. Не прошло и минуты, Какаши и Рин кинулись к другу. Обняв его, подростки дружно засмеялись и стали непринуждённо болтать.       Стоявший за дверью Минато лишь покачал головой и направился в кабинет Хошизори. Дети там надолго и ему не стоит им мешать. Времени у них предостаточно. Отпуск взят, миссии выполнены, можно и расслабиться. Хоть на несколько дней, до приезда «послов» из Кумогакуре.