Звёздная ночь. Книга 1: Новое созвездие.

— Фугаку, вы сделали что?! — Хошизори стояла напротив взрослого мужчины, сверля гневным взглядом широкую спину. Не так давно её попросили пройти в квартал Учих, попросив взять медицинскую сумку. Биджу удивилась, но быстро сориентировалась, ведь кто-нибудь из приближённых Фугаку людей мог быть серьёзно ранен на задании. Было логично, что он попросит доверенное лицо помочь. Хошизори боялась лишь того, что это кто-то из её знакомых. — Так было нужно. — спокойно сказал глава клана шаринганистых, не поворачиваясь к собеседнице. Плечи его были широко расправлены и напряжены, руки немного подрагивали от каждого громкого слова Десятихвостой. Мужчина хмурился, немного покусывая губу. Он не ожидал, что всё выльется в такое. — Ты прекрасно знаешь, что можно было поступить по-другому! Это ребёнок, Фугаку! РЕБЁНОК! Я никогда не понимала, зачем детей ввязывать в ошибки взрослых. Я думала, что ты понимаешь это, как и я! Но видимо я ошиблась. Как же тебе повезло, что здесь нет Микото. — последние слова прошипели, словно ветер прошёл по тонкой трубке, создавая свист. Женщина подняла медицинскую сумку и с гордо поднятой головой прошла на второй этаж. Он ещё долго будет злиться и пыхтеть. — Так было нужно…

***

— М-м-м… — Итачи вертелся на кровати, комкал одеяло, истекая потом. Его ломала лихорадка, а горло будто засохло. Голова раскалывалась, словно ваза, которую с силой били о стену. Температура не облегчала всего этого, а будто специально нарастала и нарастала. — Тише. — вдруг, холодная рука легла на лоб, покрытый испаренной. Холодок пробежал по телу, от чего захотелось съежиться, но Итачи стоически выпрямился, и потянулся к прохладе. Вторая ладонь легла ему на живот, так же разливая холод по телу. Жар стал пропадать, а под напором прохлады голова стала меньше отдаваться пульсацией. — Всё хорошо. — Кто?.. — хрипловато, с трудом, Итачи произнёс слова, приоткрыв глаза. Они болели от еле просачивающегося через шторы света, но всё же разглядеть какую-то женщину он смог. Ласковые касания её ладоней напоминали его мать. Но лицо, которое он уловил расплывчатым взором, явно принадлежало не ей. — Узумаки Хошизори. Не беспокойся, я знакомая твоих родителей. — женщина насильно прикрыла раскрасневшиеся глаза мальчика, посылая медицинскую синюю чакру на восстановление расшатанных и треснувших микро чакроканалов и лопнувших капилляров. Боль в глазах потихоньку сходила на нет, от чего тело мальчика расслаблено выровнялось. Рука, что была до этого на животе, исчезла, но мягкая прохлада то поднималась, то опускалась от шеи до поясницы. Женщина будто знала, где появились боли у Итачи. Мальчик порывисто вздохнул. — Мне рассказывала о вас ка-сан. Как стыдно за такую первую встречу, Хошизори-сама. — Итачи прилёг на подставленную ему под голову подушку, что так милостиво пододвинула обратно Хошизори. Он не мог лежать на ней до этого, ведь ему становилось только жарче. — Не страшно. Когда ты поднимешься на ноги, мы с тобой познакомимся, как подобает, маленький наследник. — осторожно, Биджу убрала руку с лица мальчика, но Итачи не спешил открывать глаза. Он не глупый, поэтому представлял, что будет, открыв он их вновь, после того, как боль наконец утихла. Что-то щёлкнуло и зашебуршало. Потом что-то вязкое и холодное легло на веки Итачи, от чего он немного дёрнулся, но не стал что-либо предпринимать. Медик наверняка знает лучше, что делать. Размазав тонким слоем по верхним и нижним векам массу из чего-то напоминающего по запаху лаванду, Хошизори попросила приподнять голову с подушки, чтобы перебинтовать глазницы. Секунды пять и свет полностью исчезает, но в мгновение ока вновь появляется, только более приглушённый. Если она Узумаки, то наверно наложила какую-то специальную печать, подумал Итачи. — Всё. Я приду к тебе через день, чтобы посмотреть на действие лекарства. Я оставлю тебе вот такую баночку, — она вложила в руки Учихе небольшую склянку, чтобы тот запомнил форму и выгравированное название препарата. — в ней находится настойка. Постарайся хотя бы по три капли в день её выпивать, размешивая в стакане с водой. Я передам такую же твоей матери, на всякий случай. — Благодарю, Хошизори-сама. Ам… Можно вопрос? — он неуверенно вновь прилёг на подушку, но приподняв, чтобы не лежать, а быть в полусидящем положении. — Слушаю. — Это вы ругались с то-сама? Я слышал голоса с первого этажа. — пару минут в комнате стояла тишина, и, когда Итачи уже не надеялся на ответ, то голос снова заговорил: — Да. Не беспокойся. — женщина явно встала со своего места, потому что послышались мягкие шаги. Хошизори потрепала взмокшего Итачи по длинным волосам, что-то закрыла и удалилась из комнаты наследника, осторожно прикрыв сёдзи.

***

— Хокаге-сама… Главы… — поклонившись, Хошизори присела на кресло, сложив руки на длинном столе. Она медленно обвела взглядом собравшихся, ожидая начала совета.       В большом зале витала прохлада и пустота. Гнетущая тишина немного давила на всех сидящих, заставляя насторожиться и непонятно к чему приготовится. Они словно пташки, которых запустили в вольер к диким котам. Мышцы так и перекатывались, заставляя казаться больше, страшнее. Чакра десятка сильных шиноби заставляла бы чуунина или слабого джонина встать на колени, уперев взгляд в пол, будто провинившийся в стае стоял перед вожаком. Что же говорить о генинах или простых гражданских.       Хошизори заменяла Кушину, как главная Старейшина клана, что имела на это права. Она и с группой Минато, с ним во главе, отправились в Суну, чтобы передать приглашение в Коноху ради подписания мирного договора. Конечно, Десятихвостая не испытывала какого-либо удовольствия, но именно сейчас ей было очень интересно. Кошачья натура брала в такие моменты верх, заставляя Биджу последовать инстинктам и природной любознательности. Хокаге был достаточно спокоен, хотя даже его чакра выдавала напряжённость момента. Тема для данного сбора была внушительна.

***

— Ну что же, все Главы и Старейшины здесь. Поэтому приветствую вас, и мы начинаем заседание. — первый час был достаточно утомителен. Слишком много пустой болтовни, раздутого уважения и неясных лишних разговоров. К главной теме они ползли медленно, словно угри по земле. Я чуть ли не ушла в свои мысли с головой, едва-едва слушая тональность разговора, пока Хирузен наконец не заговорил, привлекая внимание всех утомлённых. — Ну что же… Сегодня мы так же собрались ради одного важного заявления. — я сощурилась, метнув взгляд на Фугаку, который вопросительно взглянул на меня. Он явно не подозревает, о чём пойдёт речь. Данзо и Старейшины же сидели смирно, словно охотники, напряжённо. Ждали какого-то момента? — Я собираюсь покинуть пост Хокаге. Сегодня я хотел бы узнать предложение, на тему следующего Йондайме Хокаге.       После слов Сарутоби поднялся шум. Фугаку удивлённо посмотрел на меня и стал тихо переговариваться с одним из своих старейшин, что пришёл сюда, как советчик главы клана. Хиаши и Хизаши, двое молодых глав клана Хьюга стали медленно, даже лениво общаться с сидевшим рядом Шикаку. Акичими и Яманака также подключились к разговору. Инузука же сидели молча, будто и не понимая о чём речь. Абураме тихо шептались, но они были на столь аккуратны, что попросили Кикайчу сделать некоторого рода звуковой барьер. Мне всегда было интересно узнать об этих насекомых, но лезть в дела другого клана без дозволения я не собиралась.       Шум стал становиться всё сильнее и сильнее, превращаясь в грохот голосов, что отталкиваясь от стен, превращались в настоящий шторм. У меня начали болеть уши, от чего я скривилась. Начинала ужасно звенеть в голове, я рыкнула. Ну что за базар! И это называют великим собранием?! — Успокойтесь! Тема собрания наисерьезнейшая, а Вы разводите здесь такой балаган! — я ударила ладонью по столу, от чего эхо прокатилось по залу. Гомон стал стихать, и пара удивлённых и недовольных взглядов ударило стоящую меня в грудь. Фугаку от чего-то фыркнул, переведя внимательный цепкий взгляд на Старейшин и ещё-пока-что Хокаге. Сарутоби не удержался от искры в глазах. — Насколько мне известно, то Хокаге — должность достаточно сложная и выматывающая. Поэтому предлагаю выдвинуть молодую кандидатуру. — Я против. — спокойно, с хрипотцой отозвался Данзо. Ну куда же без этого старика-мозгопотрашителя. Если он не вставит свой Йен, то не успокоится. Пфр… — Если человек, выбранный нами, окажется слишком молодым, то он не будет иметь достаточного опыта для управления Конохой. Лучше будет, если человек имеет некоторый, а лучше, хороший опыт в управлении массой и поддержки спокойствия. Я предлагаю свою кандидатуру. — Данзо-сама, я согласен, что человек, имеющий опыт будет намного лучше, нежели какой-нибудь незнающий, но как же ваш Корень? Вы не сможете бросить или расформировать его. — вставил своё слово Хизаши. Некоторые согласно кивнули. — Что будет мешать мне в управлении Корнем, с попутной работой Хокаге? — А почему не один из учеников Хирузена-самы? Достаточно опытные и сильные шиноби, которые уже были в боевых действиях, и доказали, что могут управлять людьми? — Нара как всегда. — Джирайя-кун никогда не стремился к этой должности. Цунаде-чан отказалась после моего предложения. А Орочимару-куна сейчас нет в деревне, да и не сложно предположить, что его слова будут такими же категоричными. — Сарутоби покачал головой, кидая сверкнувший взгляд на главу секретного подразделения. Так значит, у них какие-то тёрки? И в них задействован Орочимару? Плохо, Орочимару был умным и достаточно хитрым саннином, из-за чего мог бы быть хорошей поддержкой. Нужно тайно отправить пару клонов под Хёнгё, чтобы посмотрели, что там происходит. Нужно отыскать Орочимару, с ним в поддержке было бы намного лучше, нежели без. Тем более, насколько я знаю, у него была команда. Нужно и их отыскать. — Тогда может рассмотрим героев утихающей войны? Например, ту же Жёлтую молнию? Он достаточно подходящая кандидатура. — предложил Фугаку. Было видно, что он пошёл против своего собеседника, ведь за спиной главы раздался раздражённый цык. — Поддерживаю. — сказала я. КО и Данзо недовольно заскрипели зубами. Думают, что спелись. Ну посмотрим, я умею ждать. — Вы уходите от первого предложения, Фугаку-сама, Хошизори-сама. — Кохару, одна из старейшин, приближённых к Хирузену и его советница, наравне с Митокадо Хомурой. Она была достаточно эмоциональной женщиной, быстро заводилась, и была достаточно противной. Я немного сжала от недовольства челюсть. Фугаку остался спокоен. Уже привык к шавкам Шимуры. — Я лишь предлагаю объективный вариант. Согласитесь, Данзо-сама, наш с вами расцвет сил уже давно пройден… — Данзо вспыхнул КИ, словно спичка. — Не нужно, я живу дольше вас и сама признаю, что стара. Мы должны уступить новому поколению. Так было, так будет и сейчас. На смену нам придут новые, сильные шиноби. Смерть неизбежна. И что мы из этого получаем? Данзо-сама, вы не знаете жизни молодых людей, генинов, что скоро станут сильными ниндзя, молодых парней и девушек, что сдадут в будущем экзамен на джонина. А Намикадзе сейчас самый оптимальный вариант. Он молод и силён не по годам. Он признан гением со времён академической скамьи. В Третьей мировой он был признан сильнейшим, наравне в скорости с самим господином Эйем. С ним знакомо много выдающихся молодых чуунинов и джонинов. Достаточно позитивная личность, с большим запасом энтузиазма. Он активен и достаточно надёжен. — я повела рукой, будто отмахиваясь от слов Кохару. — Конечно. Вам удобнее держать на таком высоком посту кого-то из близстоящих к вам. Чем же моя кандидатура не угодила вам? Я достаточно опытен и селён, меня так же знают большая часть населения-шиноби… -так бы продолжалось до того момента, пока Данзо бы не задавил меня аргументами, но кошачья натура быстро смекнула что к чему, и каковы последствия его победы. Я выпустила клыки. Была не была! — Остановитесь. Данзо-сама, что вы можете дать населению Конохи? Наше время разница с тем, что наступило сейчас. Закончились те кровопролитные войны, каменные стены вражды перестают точиться. Новым шиноби нужно солнце и спокойное, плавное будущее, чтобы вырасти в удивительных личностей. А вы ладите с подростками, Данзо-сама? — я встала со своего места, резанув синими глазами по маленькому старику, у которого заходили желваки. Я развела руки в стороны, охватывая аудиторию. — Главы, что вы делаете для своих кланов? Сколько сил вы прикладываете, чтобы ваши люди были счастливы? Сколь долго продлился ваш запал, коей вы использовали? Много, я сама знаю, сколько всего высасывает из нас всех управление всего лишь частью этого огромного и великого селения! А теперь задумайтесь, хотите ли вы марать своих людей в море крови и пепла?! Сможем ли мы, те, кто уже знает всем телом и душой, что значит быть ответственным за десятки, сотни душ, поддержать тот хрупки баланс, что настал после войны?! Нет! Мы уставшие и потрёпанные временем люди. Не стоит сердиться на чистую правду. Мы все получили многолетний опыт, с которым можем посоревноваться друг с другом. Но мы уже остановились на месте, лишь бы стоять ровно, гордо, прикрывая своей широкой и сильной спиной своих подданных, лишь бы держаться, ради этих людей. А теперь представьте перспективы, которые откроются с появлением на посту молодого человека, с которым считаются все, его лицо видят обычные прохожие, которые часто с ним здороваются, они знают о нём не понаслышке, не из книг, свитков, газет. Нет, многие виделись с ним на передовой, кто-то лечил его в мед. лагерях, кому-то он спасал жизнь, с кем-то мило беседовал на улицах. Они знают, что он такой же человек, как и все. Он открыт, поэтому люди будут тянуться к нему, к его спине. Они знают, что человеку нужна поддержка, опора, и они сами станут добровольцами. Да, иногда люди глупы, но когда они осознают, что вместе они могут быть не только слабы, но и сильны, то они, словно кольца кольчуги, сплетутся вокруг главного звена, коим может стать Намикадзе. Разве это ни есть то, что мы зовём Волей Огня? То пламя, что ярким бутоном цветёт внутри! Что готово в любой момент вырваться наружу, лишь бы скрыть всех за своими лепестками! Так почему же нам не выбрать того, кто готов расправить свои лепестки, встав на защиту Конохи? Неужели трудно сделать верный шаг по светлому пути, нежели по тернистым тропинкам, цепляя болезненно впивающиеся в нас шипы? — я выдохнула. Впервые за множество сотен лет я заговорила так пламенно, яростно отстаивая свои намерения. Даже Хагоромо бы открыл свой Риннеган, лишь бы удостоверится в правоте того, кто перед ним стоит. — Согласен я с речью пламенной Хошизори-сама. — со своего места встал глава клана Абураме. На него удивлённо глянула добрая половина зала. За ним встала глава клана Инузука. Не думала я, что до них первых дойдёт то, что я завуалировала в свои слова. — Да. — Я думаю так же. — Как проблематично… Я за! — Хьюги согласны со словами Старейшины клана Узумаки. — Учихи дают согласие. — Хокаге-сама? — я была приятно удивлена, когда в зале послышались одобрительные и согласные голоса глав, что начали медленно, один за другим вставать со своих мест, выжидающе смотря на Хирузена. По окончанию сей процессии, я так же обратилась к застывшему Сайдаме Хокаге. — Я… Складываю свои полномочия Тени Огня и передаю их Намикадзе Минато, как избранным Советом следующим Йодайме Хокаге, Четвёртой Тенью Огня. — старик снял свой головной убор главы селения и сложил его на стол, мягко и устало улыбнувшись.       Всё разрешилось.

***

POV Фугаку.       Меня вызвали на немедленный совет верхушки быстро. Молниеносно разнеслась новость важности этого собрания, из-за чего я спешно собрался и поспешил к Резиденции. У входа в зал, где обычно проходили такие Советы, стояло уже пару человек. Глава клана Нара и Хьюга, Акичими и несколько их помощников и советчиков. Через две минуты явился и один из старейшин моего клана, которого я успел предупредить через посыльного о срочности дела.       Прошло около 15 минут, прежде чем двери в зал заседания распахнулись, представив перед нами уже сидящих Старейшин, главу Корня и самого Хокаге. Пройдя по определённым заранее местам, мы стали дожидаться оставшихся. Как часто любит говорить Кушина-сан, не прошло и года, как явились главы кланов Абураме, Инузука, Яманака и собственной персоной Куш… Оу, видимо сегодня на собрании будет Хошизори. Видно, Кушины-сан нет на месте. Точно, у неё же миссия! Удивительно, как её отпустили?.. Хотя, беря в расчёт её темперамент и Хошизори, которая была в праве занять место главы на время под роспись о не захвате власти, то я не удивлюсь, что Кушина-сан всё же заставила её занять на время место.       Все наконец поприветствовали друг друга как подобает и совет был открыт. Темы для разговоров было много, как и воды в океане. Мы плавали вдоль и поперёк по всем вопросам селения, от значительных, до пустяков. Признаюсь честно, мне было настолько утомительно слушать всё это, что я, натянув серьёзное лицо, просто стал медитировать. Зачем времени зря пропадать?       Вскоре я прервал медитацию, почувствовав эмоциональный сдвиг и прекращение неважной болтовни. Вынырнув, я стал быстро сортировать информацию. Всё же хорошо, что я Учиха. С этим проблем у меня никогда не было. — Ну что же… Сегодня мы также собрались ради одного важного заявления.- я насторожился, уловив на себе взгляд. Повернувшись, я встретился с внимательными глазами Хошизори, которая хищно сощурилась. Я не очень понял тематику такого взгляда, но в какой-то степени уловил, что она указывает на тему начавшегося разговора. Я лишь легко покачал головой, давая немой ответ. Я не знаю. Но Хошизори явно не только догадывается, но и знает, как ответить на следующий вопрос. — Я собираюсь покинуть пост Хокаге. Сегодня я хотел бы узнать предложение, на тему следующего Йондайме Хокаге.       Удивительное спокойствие в словах нынешнего Хокаге немного поразили меня, но не гоже зависать лишь от смены власти. Нужно срочно что-то придумать. Я вижу, как приготовился Данзо. Развернувшись к старейшине, я тихо начал с ним шептаться. — Что думаете? От нас возможно выдвинуть какую-то кандидатуру? — На правах клана-основателя это возможно. Особенно если вы выдвинете какого-нибудь знакомого, но далёкого от вас человека. Это снизит подозрительности, и прибавит некой вольности остальным. Так мы поймём реакцию господина Хокаге-сама.       Шум на заднем фоне нарастал в геометрической прогрессии, от чего у меня уже уши начали завядать. Я недовольно хмыкнул, переведя взгляд обратно на сидящих за столом участников заседания. Да уж… Никогда не любил вот такие собрания. Они всегда неподготовленные, ровным счётом не составленные, основанные на чистой воде, которая ничему не поможет. Никто не был готов сегодня к такому заявлению. Да и многих вырвали с явно важных дел, только по одному недовольному взгляду главы Инузука можно было предположить, какие ругательства крутятся у неё на языке. — Успокойтесь! Тема собрания наисерьезнейшая, а Вы разводите здесь такой балаган! — словно гром средь ясного неба раздался твёрдый удар о деревянный стол и недовольный голос женщины, напротив меня. Хошизори, пышущая злостью, редкое, но достаточно пугающее зрелище. В крови всех Узумаки есть этот запал, от которого они вмиг загораются, ударяя в стороны КИ, но Хошизори не являлась Узумаки полностью. Видимо, ген одного из родителей взыграл вверх, из-за чего она чаще всего серьёзна в похожих ситуациях, хотя она всё равно остаётся достаточно эмоциональной. За такую смесь её уважают и в собственном клане, и у нас, и у всех, кто подписал с Дьяволами договор. Отдельно я уважаю её за «золотую середину». Она может держать равновесие между твёрдой серьёзностью, и открытой теплотой эмоций. Микото она также нравится. Да и тем более, она достаточно умна, чтобы не быть где-то в определённых моментах такой или иной, показывая одну из трёх сторон. — Насколько мне известно, то Хокаге — должность достаточно сложная и выматывающая. Поэтому предлагаю выдвинуть молодую кандидатуру. — Я против. — ввязался Данзо. Чёрт бы его поломал, да Биджу на клыки насадил. Сколько этот несносный старикашка попортил крови всем сидящим здесь?! Но уж слишком властен этот козёл. Я сжал челюсти, лишь бы не выругаться. — Данзо-сама, я согласен, что человек, имеющий опыт будет намного лучше, нежели какой-нибудь незнающий, но как же ваш Корень? Вы не сможете бросить или расформировать его. — Хизаши задал встречный вопрос, от которого я передёрнул пальцами. Неужели не зажмут? — Что будет мешать мне в управлении Корнем, с попутной работой Хокаге? — А почему не один из учеников Хирузена-самы? Достаточно опытные и сильные шиноби, которые уже были в боевых действиях, и доказали, что могут управлять людьми? — Шикаку-сан прошёлся по своей бородке, откидываясь на спинку кресла. Он явно считал сложившуюся ситуацию сложной и запутанной, раз даже так широко открыл глаза. — Джирайя-кун никогда не стремился к этой должности. Цунаде-чан отказалась после моего предложения. А Орочимару-куна сейчас нет в деревне, да и не сложно предположить, что его слова будут такими же категоричными. — Тогда может рассмотрим героев утихающей войны? Например, ту же Жёлтую молнию? Он достаточно подходящая кандидатура.- Я не обратил внимания на предупреждающий взгляд старейшины. Он недовольно цыкнул, но всё же ничего не сказал. Да и Минато будет наилучшим выбором даже для нас. Всё равно, кого бы другого не предложили, всё будет лучше, нежели Хокаге станет Данзо. — Поддерживаю. — согласилось с моим предложением Хошизори. Она уверенно взглянула на меня. Она тоже не поддерживает кандидатуру Шимуры. — Вы уходите от первого предложения, Фугаку-сама, Хошизори-сама. — опять они вставляют прутья в колёса. Неужели сами не хотят стать Хокаге? Хотя, куда им? Да и Данзо явно предложил им что-то заманчивое, раз они встали на одну сторону. Вопрос следующий, что же это было за предложение и какова его стоимость. — Я лишь предлагаю объективный вариант. Согласитесь, Данзо-сама, наш с вами расцвет сил уже давно пройден… — дерзко. Но что ещё ожидать от Хошизори? Она хоть и старше, но может точно дать фору Шимуре. Если тот и накинется на неё, то он явно не будет победителем. В любом случае, потрёпанным он выйдет стопроцентно. — Не нужно, я живу дольше вас и сама признаю, что стара. Мы должны уступить новому поколению. Так было, так будет и сейчас. На смену нам придут новые, сильные шиноби. Смерть неизбежна. И что мы из этого получаем? Данзо-сама, вы не знаете жизни молодых людей, генинов, что скоро станут сильными ниндзя, молодых парней и девушек, что сдадут в будущем экзамен на джонина. А Намикадзе сейчас самый оптимальный вариант. Он молод и силён не по годам. Он признан гением со времён академической скамьи. В Третьей мировой он был признан сильнейшим, наравне с господином Эйем. С ним знакомо много выдающихся молодых чуунинов и джонинов. Достаточно позитивная личность, с большим запасом энтузиазма. Он активен и достаточно надёжен.       Громкие слова! Я почувствовал явное удивление со стороны моего старейшины. Да и Хиаши и Хизаши удивлённо вздохнули. Ладно я и Шикаку-сан, мы более-менее уже привыкли к речи этой женщины, ещё когда та была на месте главы клана. Я помню, как она выдвигала свои идеи и чуть ли не с оскалом вдалбливала всем, что это идеальное решение проблемы. И с фактами, которые некоторые не хотели видеть, но когда их со смаком швырнули в лицо, спорить практически никто не мог. Ведь когда тебя «зарывает в землю» представительница другого поколения из клана Дьяволов, то тут уж и о жизни надобно позаботится, не то, что о чести. Нет, конечно, она никогда не поднимала на кого-нибудь руку, но вот её руки, что иногда сжимались до побелевших костяшег кричали о другом «хочу» Хошизори.       О чести с этой женщиной можно было давно уже забыть, ведь она сама выбирает, кому дать высшую и низшую ступень в своих глазах. Она сама распределяет вершины и низы. Получить её одобрение можно лишь с трудом и упорством. Она ценит, когда всё взаимосвязано, построено в одну картину, и часто бесится, когда где-то не хватает деталей и её знаний. Она не чуралась ходить в обычную библиотеку Конохи, хотя там и мало чего можно было почерпнуть в её годы, как по мне. Но она всё равно каким-то неведомым мне способом находила ответы на вопросы, дополняла пазл. Нара уважал её стремление к знаниям и не отставал, часто их можно было заметить за дискуссией на какую-то важную политическую или экономическую тему. — Конечно. Вам удобнее держать на таком высоком посту кого-то из близстоящих к вам. Чем же моя кандидатура не угодила вам? Я достаточно опытен и силен, меня так же знают большая часть населения-шиноби… — скрипуче, притворно обвиняюще произнёс Данзо, довольно разминая пальцы руки. Его забинтованная рука быстро прошлась по мозолистой ладони, очерчивая какие-то ему лишь понятные знаки. — Остановитесь… — после этого слова, женщина встала со своего кресла и, нахмурившись и хищно сощурившись, обвела зал по круговой взглядом. Она быстро стала бегать глазами по всем присутствующим, мазнула по мне сверкнувшими глазами, в знак того, что не нужно беспокоится. Я, уже который собирался возразить, вновь присел, готовясь слушать. Голос её был спокоен, но с каждым предложением становился всё громче. Каждое слово в замолкшем зале отдавалось в ушах эхом, а нарастающая интонация заставляла чуть ли не подниматься вслед за ней с места. Женщина жестикулировала, хоть её лицо оставалось каменным. Она быстро подбирала слова. Её речь становилась всё понятнее и понятнее, от чего даже Глава Инузука стала кивать головой.       Спустя пару минут голос Хошизори затих, как и её показанные эмоции. Тяжело вздохнув, она стала ждать. Через минуту встал Абураме, за ним Инузука. Дальше Акичими, Яманака, Нара, Хьюги. Я также поднялся со своего места, немного кивнув в знак поздравления в словесном поединке с Шимурой. — Учихи дают согласие. — Хокаге-сама?.. — Я… Складываю свои полномочия Тени Огня и передаю их Намикадзе Минато, как избранным Советом следующим Йодайме Хокаге, Четвёртой Тени Огня. Всё получилось! Конец POV Фугаку.

***

— Фугаку?.. Я пойду с тобой. Мне нужно проведать Итачи. Хоть повязки и сняты, а может он мазь под чутким контролем Микото, но меня беспокоит, чтобы у него не было передозировки. — Я подошла к мужчине, что стоял около входа в зал совещания. Всего пару минут назад всех выпустили из ставшей душной комнаты. Моё горло пересохло, поэтому я сейчас пью прохладную воду. Почему нельзя поставить стаканы для глав на стол перед ними? Это так сложно? Тем более, собрания часто затягиваются на пару часов. Это кончилось ещё достаточно быстро. И хоть Хирузен принял решение, ему ещё многое предстоит сделать перед инаугурацией Йодайме Хокаге. И да, я всё ещё недовольна поступком Фугаку, но ничего не могу уже сделать. Он добился своего. Мы конечно уже взрослые люди, и понимаем, что не всё зависит от одних нас. Но… Всё же, после наших разборок, я и он стали немного осторожнее друг к другу. — Ты хорошо постаралась, Хошизори. Да, я думаю, никто не будет против. Микото так же хотела бы узнать, что же за проблема такая, из-за чего меня дёрнули с важных дел. Думаю, ты согласишься остаться у нас на ужин? — мужчина кинул взгляд на удаляющегося старейшину собственного клана, который явно был не слишком доволен и доволен одновременно произошедшим на собрании. Он что-то бормотал себе под нос. — Благодарю. Но я не смогу надолго задерживаться. Я ещё должна буду зайти к Шикаку-сану и в уголок квартала, в кузницу. На последнем задании у меня треснул ниндзято. А рука на одном не лежит. Всё время на автомате тянется ко второму. — наконец сделав пару решающих глотков, я скомкала пластмассовый стаканчик и метко кинула в мусорку. — Тогда, пойдём?

***

— Добрый день, Микото. Надеюсь, вы не против моего неожиданного визита? — я поклонилась женщине, которая вышла открыть нам дверь. Мило улыбнувшись, Учиха помотала головой. — Всё хорошо. Ты наверно к Итачи? Клановый ирьёнин был тебе благодарен, он снял повязку, но с твоей печатью он повозился. — Ах да! Приношу извинения, я забыла. Нужно было оставить вам ключ. Кстати, а где Итачи? — я разулась, и, услышав историю про проблемку с печатью на бинтах, немного виновато улыбнулась. Нужно было либо попроще печать ставить. Нам больше сложности не с вязью «неснятия», а с вязью «установки светового спектра». В общем, сглупила, а люди здесь голову ломали. — Он сейчас в зале. Дожидается вас. Сказал, что вы не смогли нормально с друг с другом поздороваться. — Микото поцеловала немного наклонившегося мужа в щёку и попросила нас пройти в зал, где уже был накрыт небольшой стол. Как неудобно. А у меня с собой ничего нет. Арх… Надо было хотя бы в магазин зайти. — Добрый день, Хошизори-сама. — с дзабутона* встал Итачи. Сейчас, когда его не мучила лихорадка, он выглядел намного лучше. Причёсанные тёмные волосы были заплетены в низкий свободный маленький хвостик. Им явно не хватало длины для крепкого захвата. Смоляные глаза наконец не были красные от полопавшихся капилляров и блистали светом. Это радовало. Мальчик наконец пришёл в себя. — Добрый день, старейшина клана Узумаки, Хошзори-сама. — осматривая сына Микото, я даже не обратила внимание на ещё двух людей, что сидели с краю ожидая минуты, чтобы проявить себя. Пожилой мужчина лет 50 и ещё один мальчик, приблизительно того же возраста, что и Итачи. Чуть постарше, рост и взгляд выдаёт. Мужчину я сразу узнала. Это был один из старейшин Учих, Кагами. — Приветствую, старейшина клана Учих, Кагами-сама. — я церемониально поклонилась пожилому человеку, что немного улыбнулся. Его явно порадовало моё знание его имени. Я перевела взгляд на немного то ли стесняющегося, то ли боящегося, мальчугана с короткими волосами на немного светлее. — Моё имя, Шисуи Учиха. Рад знакомству с вами, Хошизори-сама. — поклонился мальчик. Его глаза весело сверкнули. Он мне нравится! — Ну что же, раз вы все закончили, то прошу всех присаживаться.

***

— …Конечно, Итачи. Я рада, что ты здоров. Надеюсь мы с тобой более не встретимся при таких обстоятельствах. — я подмигнула мальчику, что стоял напротив меня. Я уже была в коридоре, около выхода из дома Фугаку и Микото. Вовремя вспомнив, я сняла перчатку, которую вечно ношу на руке, чтобы скрыть тыльную сторону ладони с печатью, и немного покопавшись в рядом нанесённой печатью, вытащила три свитка. — Итачи, это тебе. Я чувствую в тебе достаточно сильное родство со стихией Молнии. Надеюсь, это тебе пригодится. Поздравляю с выздоровлением.       Мальчик благодарно взял достаточно большой свиток, превышающий обхват ладони в пару раз. Там было много C-шных и B-шных техник, которые некоторые для него ещё сложны в понимании, особенно написанные закорючным подчерком Узумаки, но в будущем они наверняка ему пригодятся. Итачи, не показывая своей радости при отце, быстро удалился, хотя с моим слухом не составило труда услышать его радостный голос, который стал говорить о подарке с Шисуи. Насколько я знаю, они близкие друзья, да и кузены всё же. Я повернулась к трём взрослым, что вышли меня провожать. Поклонившись, я сказала: — Благодарю за радушный приём, Фугаку-сама, Микото-сама. Была рада личному знакомству, Кагами-сама. Я надеюсь, что мой подарок придётся вам по душе. — я подала двум стоящим мужчинам такие же увесистые свитки с некоторыми высоранговыми техниками Катона и Райтона, которые я запомнила ещё с того путешествия, а так же в другом свитке были пару десятков несложных, простых и умеренных запечатывающих и боевых фуин. Конечно, ничего ценного для Узумаки там нет. Просто основа основ, которую могут выполнить практически все дети с 5 из клана. Но всё же, для благодарности клану Учих, которые практически не разбираются в фуиндзюцу, да и за услугу, которую когда-то оказал мне Кагами, но об этом не сейчас, этого было достаточно. — Спасибо, Хошизори-сама. Это очень ценный для меня подарок. — поблагодарил Кагами. Он был достаточно понимающим и умным человеком, который быстро смекнул, за что ему отдельно дают такой свиток. Я махнула рукой и вышла из дома. Всё же, использовать шуншин в доме я не намерена.

***

- Ты согласен? Я могу это сделать… — Я желаю мести! Они будут страдать! — шипящий, еле слышимый голос. — Тогда упокойся спокойным сном и возродись вновь. План оставлю на вторую жизнь, когда ты вновь прибудешь. — Договорились!