Комуникабельщик.

— «У нас в Рязани грибы с глазами. Их едят, а они глядят!», — первая «фраза» которую я, очухавшись, услышал, принадлежала Скептику.       Что бы я без него делал? — «Помирал», — ёмко припечатал собеседник.       И не поспоришь. Метод, которым я воспользовался для избавления от паразита был на грани самоубийства. Пришлось долго и нудно «перебирать архивы». Удалять лишние отпечатки на кладках стен. Лишь разнесённость и дублирование навыков и памяти позволили корректно убирать ненужное. Без критического восприятия можно было не заметить, как удаляешь самого себя!       Впрочем, от подобного «самокопания» была и польза. Как появляется новая информация? Действительно новая? В основном — извне. Перебор уже готовой — это не то. «Внутренняя» новая информация возникает в результате сбоев и ошибок. Зачастую она бесполезна, лишь единичные экземпляры представляют из себя какую-никакую ценность. Хотя многое, что считается «мусором» — просто выходит за пределы понимания, или для её корректного использования нужен целый комплекс аналогичных «ошибок».       Сохранив перспективные участки «каменной мозаики», принялся обустраивать «подвальный уровень». Кусочки чуждой памяти несли в себе способ воспроизводства олнабов, именно этих многоногов я и настропалил обустраивать «глиняную дорогу». Надо будет потом проверить, как они разберутся с пустым магазином и ещё одним Замком с лавой в основании.       Ещё не совсем отойдя от имперской «химии», «задним умом» осознал ещё один факт. Онемение, окутывавшее весь мой организм, было похоже на то, чем меня «угостила» владелица посоха. По всей видимости короткий трёхгранник с кольцом был обработан чем-то похожим. И эта мерзость мешала работе Средоточия! Интересно, почему тогда я не вырубился или не выпал из «боевого режима»? — Ох-хой, моя голова!       Думал употел — ан нет — дождь! Мелкий, моросящий, едва-едва гуще тумана. Рассыпанные таблетки превратились в расплывшиеся лепёшки. Плата за реактивную впитываемость — никакой устойчивости к воде! Они даже к влажному воздуху чувствительны. Не даром каждая крышка плотно притёрта. Жаль, тент-то я не удосужился натянуть, не ждал перемены погоды и не предполагал, что проваляюсь так долго! Нащупав нужный мини-тубус, не спеша извлёк ещё одну пилюлю — антидот и стимулятор. Ресурс невосполнимый, но смысл таскать аптечку с собой и не пользоваться?       Кое-как приведя себя в порядок, подтягиваю котелок с тёплым варевом. Жрать хотелось неимоверно. Проглатываю не жуя — надо сбить острую фазу голода, а потом уже не спеша посмаковать пищу.       В пасмурную погоду комарам раздолье. Если дождь не слишком сильный — летают, не боясь высохнуть на Солнце. Помню фильм, где даже ливень не может приземлить этих кровососов. Огромная по сравнению с насекомым капля его просто отталкивает в сторону, а не обволакивает. Слишком лёгкий!       Травяной «фумигатор» в последнее время применяю редко — быстрая скорость защищает от них куда надёжней. Тем не менее, несмотря на подходящую погоду и мою беззащитность — ни одного укуса.       А я ведь их чувствую! Тех, кто недалеко — лучше, остальных — уже не так уверенно. Описать словами такое тяжело. Больше всего это походило на управление комнатой-кошмаром. Хотя были и отличия. Комары перемещались куда шустрее, чем стенки и наросты моего порождения. Хаотичные на первый взгляд полёты подчинялись определённым закономерностям. «Мысли» их были ещё более примитивными, чем у олнабов. По сути их вообще не было! Играл роль и размер. Более короткие нервные волокна в силу геометрии проводили сигнал быстрее.       В свете установленных фактов управлять ими было просто. А «выхватывая» отдельных особей, можно было, не тратя лишнего внимания, заставлять лететь остальных куда надо. Ведь комары зачастую ориентируются в полёте на сородичей.       Помню в некоторых рассказах попаданцы использовали комаров в силу своего разумения. Кто-то «выпивал» их, восполняя энергию и даже леча раны. Другой использовал для атаки — либо создавая ядовитых особей, либо заставляя выпить яда, чтобы потом натравить на врагов. Я углядел ещё одну грань столь полезного инструмента. Но не сейчас!       Частью сознания осваивая новые возможности, насыщался и обдумывал возникшую дилемму. Я не очень ладил с имперцами. Была мысль «подложить им свинью», не сообщая о реальных возможностях грибницы. Рано или поздно они «доиграются». С другой стороны — я сам «глупый двуногий», и мне проще найти общий язык с остальными двуногими, чем с обретшей разум грибницей. Хотя, грибницей как таковой оно уже не было. Это был гибрид, способный из единого «семечка» породить полноценную колонию.       В силу восприятия, с ней невозможно найти «общий язык». Кто договаривается с собственными ногтями или кожей? Ждёт, пока рука ответит? Игнорирует порчу органов чувств, которые периодически повреждаются Пустотой и безболезненно заменяются на здоровые?       Сохранить свою волю было неимоверно трудно. Главная Задача, не стесняясь, (для неё это было в порядке вещей), продавливала множество директив в моём сознании. Иной должен был пройти Пустоту и выбрать идеальное место для улья. Пока спора маленькая и беззащитная, снабжать её пищей и материалами, а после появления частей Целого нести бессменную вахту по защите колонии.       Недостаток тонкости воздействия компенсировался мощью. По сути мне «прошивали» программу поведения королевы. Не спрашивая согласия, не интересуясь моим мнением, и вообще не видя в этом ничего дурного. Для грибницы это был естественный порядок вещей.       Воздействие глубоко «пропечаталось», игнорировать «кусочки сознания» было невозможно. Приходилось исхитряться, делать так, чтобы нужные мне действия совпадали со «смыслом существования». Катер бросать ради большей манёвренности нельзя — в нём запас еды и железа, что пойдёт на благо колонии. Мотор позволит двигаться быстрее, неизвестно, как далеко расположены подходящие места. Рыбалка удочкой легче, чем возня с сетью. Время не ждёт! А музыкальный инструмент — для тренировки правильного Пения. Поделиться с Главным Сокровищем отголоском чувства, так похожего на Благость я не мог.       Не стоило забывать и о корректировке. Комплекс поведенческих реакций, позволяющий оценивать правильность поступков. Их эффективность. Как узнать, что из действий хорошо, а что противоречит Главной Задаче? Очень просто. Дать возможность «свободы воли» и оценить последствия поступков. Принесли благо? Оставить. Ни то ни сё? подтолкнуть в «нужную сторону». Вредит? Впредь запретить. Успел! Обхитрил и корректировку, и прямой запрет!       Правда, теперь стою перед выбором — сообщать имперцам или нет? И насколько подробно? Не решат ли меня превентивно зачистить, как представляющего угрозу с промытыми мозгами? — «Как дерзить Мико, так ты храбрец. Как сообщить о коварных грибах — прикидывать начал, а не прибьют ли тебя часом», — ехидно прокомментировал Скептик. — «Где твоя безрассудность? Где тот воплощённый кошмар, что не боялся ни стражей, ни охотников под дулами метателей и винтокрылов»?! — Не вечно же нам бегать. — «Слабину дашь — на шею сядут и ножки свесят», — Скептик как всегда был непреклонным. — «К тому же, как ты подашь сигнал имперцам? Будь у тебя браслет с очками рейтинга, мог бы попросить три Императорских Месяца! Хотел бы я поглядеть, как они бы на это отреагировали!»       Мне и самому интересно! С одной стороны отказать мне не могут. Любой подданный Вечной Империи имеет право на это. С другой стороны — как предоставлять доступ к Царству Снов существу, что уже раз прошло формовку и показало, что даже боевая звезда для него не больше чем корм? — Ладно, повеселились и хватит. Встречу — скажу. Не обратят внимания — их проблемы. Захотят отловить — перебью охотников. — «Или погибнешь». — Не исключено.

***

      Дождь припустил, но для воздухозаборника он не был помехой. Водо-воздушная смесь работала не хуже, чем расчётная. А если скорость и упала — то не сильно. Двигаться на полном ходу по не разведанному фарватеру — чревато. Можно налететь на мель, топляк или корягу. Но я решил, что скорость оправдывает риск. А если что — починить промятину/пробоину не составит особого труда. Река была «ленивой», по ней давно (или вообще) не сплавляли лес, да и предыдущие плавания давали обнадёживающую статистику. А потому — полный вперёд!       Получалось так, что по мере движения погода улучшалась. Не в последнюю очередь это происходило из-за того, что я банально выбирался из зоны непогоды. Впрочем, тучи и так хорошо гнало ветром. «Выехав» под Солнце, перекусил, обсушился и опять «поддал газа».

***

      День едва подошёл к обеду, как в моём путешествии «образовались» нежданные попутчики. Почуяв чьё-то внимание, обернулся, задирая голову, и обнаружил винтокрыл. Лётный механизм имперцев догонял меня сзади-сбоку, из-за шума воды и его удалённости услышать шелест винтов не представлялось возможным. Тем не менее я уловил... взгляд(?).       Похоже, он за мной. Каков бы ни был настрой любопытствующих, лучше всего его понять на берегу. Сбивать винтокрылы мне нечем, уворачиваться на катере от выстрелов — тоже. Зато на земле появляется шанс. С учётом уже увиденного оружия — весьма призрачный, но шанс. Да и переговоры вести будет проще.       Высадив человека (девушку!) винтокрыл взмыл в небо, зависая на довольно приличном расстоянии. Причалив, подтянул нос катера из воды и пошёл к ней навстречу. — Тридцать пять, Брамир! — донёсся до меня приятный голос с хорошо скрываемыми нотками страха.       Защитный комбинезон, пояс с «аптечкой». Ни шлема, ни чёток, ни оружия. — Привет-привет! Как там поживают мои рыжие близняшки?       Вижу, как «внутренняя пружина» в ней расслабляется, затаённый страх в ярко-медовых глазах сменяется обычной настороженностью. — Тренируются. — При случае передай им привет. И ещё, зачем ты одна? Почему воины спрятались за женские плечи? — Женщины сражаются не хуже мужчин! Причина в том, что попавшие под воздействия олнабов не проявляют агрессии к противоположному полу.       Скрестила руки. Защитный жест? Неа! Прикрой она свои «верхние девяносто» (скорее стодесять) — тогда — да. А так — дополнительно подпёрла их снизу, подчёркивая размер и притягательную форму. — Да? Буду знать.       Судя по ответам незнакомки — она в курсе моей истории. По крайней мере знает, про кого я говорю и то, что недавно посетил улей. Сейчас ещё проясню ситуацию. — Ты допущена к секретам? Насколько полно знаешь мою историю? — Я одна из тех, кто занимался случаем сбоя Формовки с самого начала!       Ого! Редко когда увидишь фанатика науки, способного ради дела рискнуть собой. Сейчас предо мной один из них. Эти интонации и взгляд ни с чем не спутать. С другой стороны, чистым «кабинетным учёным» она не была. Спортивная, приятная глазу фигура. Можно, разумеется, добиться такого эффекта серией пластических операций. Но по движениям видно, что это её, родное. К тому же она не собиралась со мной воевать в открытую. Оружия на виду нет, длинные серьги в ушах, украшение на шее и две тугие косы — плохое подспорье в схватке.       Комбинезон отличался от виденных мною ранее. Броня стражей и охотников — это действительно броня. Анатомическая форма — чтобы не стеснять движений. Скорость — вот главная основа имперской боёвки.       Наряд гостьи больше походил на латексные «костюмы» из секс-индустрии. Чего стоит застёжка-молния с крупной «собачкой». Не удивлюсь, если и сзади подобная есть! «Кожаные» участки соседствовали с тканными вставками телесного цвета, толщина костюма на глаз не превышала пары миллиметров. «Вторая кожа»! Видимо, чтобы самый «стукнутый» олнабами сразу концентрировался на продолжении рода, а не ликвидации неправильного иного. — Хочу предупредить. Вы недооцениваете опасность олнабов. — Отдельные особи не проявляют способностей к ментальной атаке. При падении численности особей ниже половины — оставшиеся также перестают представлять угрозу. — Даже рой на такое не способен, за исключением самок и самцов. И то их «голоса» скорее дезориентируют, чем наносят вред. — Ретрансляция? Это невозможно! А если уточнить коэффициент Армеана? Пересечение плоскостей в динамике Вирманта...       Гостья полностью ушла в себя, Исследователь был в восторге от обилия научных формул и подходов. Я же просто любовался «ушедшей в себя» девушкой. Приятно очерченные скулы, платиновая блондинка (что редкость!), да ещё и глаза без раскосинки. — Олнабы тут ни при чём, — прерываю монолог. — Всё дело в грибнице. — Её строение недостаточно сложное для подобного. — Обычный мицелий не способен породить ничего, кроме спор и плодовых тел. Спора же ульевого «продовольственного базиса» олнабов может при отсутствии королевы воспроизвести рабочую особь. Что мешает нитям грибницы точно так же «отрастить себе мозги»? Нужные гены у них есть. — Оотека отмирает, когда первые рабочие вылупляются, минуя стадию личинки и куколки. — Вы давно препарировали колонию? Изучали строение коридоров, делали срезы и пункции грибницы? Смотрели, как по мере роста она эволюционирует? — Стабильность генома обесценивает повторные исследования.       Ками вразуми этих «яйцеголовых»! Это же не числа, чтобы сложив два с двумя, больше не нуждаться в проверке! Меня слушают, но не считают сколь-нибудь авторитетным в этой области. Плюнуть на всё, раз в силу своей спеси не только не способны оценить угрозу, но даже знать о ней не желают? Нельзя! Сперва съедят их, потом и до меня доберутся! Земля ведь круглая! Спрашивать «веришь ли ты мне» бесполезно. Учёные не верят. Они Знают. — Хорошо. Вы умеете определять интенсивность воздействия и его границы? — Разумеется! О какой науке может идти речь, если не делать замеров?       Ну-ну. Не ты ли мне недавно заявляла, что повторные исследования априори бесполезны? — Тогда скажи, почему во время лёта граница воздействия не меняется? Пыталась ли Империя поймать большую часть олнабов живьём, и, собрав их вместе вдали от улья, проверить, могут ли они «бить по мозгам»?       Если есть ответ на первый вопрос и озвученный мной эксперимент имел место быть, то опасность олнабов ещё больше. Прижав палец к уху, она слушала «подсказки из зрительного зала». Было забавно наблюдать, как меняется выражение её лица. — Первый парадокс работает из-за свойств стенок улья. Второе никто не проверял. — «Гранты» выбить сможете? — «Granty»? — Средства на проведение исследования. Отловите, не повреждая, насекомых колонии, свезите в одно место и посмотрите — смогут ли они опять оказывать воздействие. В другом месте повторите эксперимент, заранее доставив туда и обломки тоннелей и стен колонии. Вдруг им действительно важно иметь вблизи «муравьиный камень».

***

      Брамир, уточнив чувствительность датчиков Вечной Империи, озвучивал граничные критерии серии экспериментов. Не прибегая к услугам вычислителей, предельно точно описывал сколько машино-часов понадобится на их проведение. Афродозиак, принятый перед встречей, стал выветриваться, позволяя Делле полноценно участвовать в дискуссии, а не просто озвучивать советы коллег, транслируемых через наушник-клипсу.       Лицо собеседника утратило свою неудержимую притягательность. В первую очередь от воздействия олнабов страдал интеллект, зато интуиция с базовыми поведенческими моделями обострялись до предела. Нельзя было показывать сильный страх и отвращение. В ходе завязавшегося спора она не раз одёргивала себя, когда подсознательно принимала «позы-подставки», провоцирующие на секс.       Риск со стороны Деллы был минимальным. Контактное вещество, покрывающее её одежду, могло в считанные мгновения парализовать того, кто коснётся. Датчики показывали, что объект не применяет на ней силу Средоточия.       Слова объекта убедили коллег, даже тех, кто не слушал его речей, а читал в виде текста. Значит, выкладки его правдивы? Вечная Империя бережно относилась к ресурсам. Всемирная война и десятки послевоенных лет приучают ценить и приумножать то, что имеешь. И быстро реагировать на угрозы!       Пока она вела переговоры, три колонии олнабов, максимально удалённых друг от друга, подвергли эксперименту. Предварительные выводы, поведанные переговорной клипсой, заставили её похолодеть. Нет! Нельзя показывать свой страх! Глубоко вздохнув, чтобы успокоиться, она, как можно незаметней, потянулась к иньектору, что введёт ей дозу успокоительного. Перехватив внимательный, понимающий взгляд, замерла, подчиняясь женской интуиции. — Что же тебя так напугало в нашем разговоре, что ты решила прибегнуть к химии? Надеюсь, это не яд? — Пожалуйста, Брамир, дай мне время! Я всё тебе расскажу! — Лучше ответь на мой второй вопрос. В начале разговора ты мастерски увела тему в сторону. — К-какой? — Страх память отшибает? Зачем ты одна?