Комуникабельщик.

      Лаинь вновь подлечил ей пальцы, снимая боль и залечивая потёртости от непривычной работы. Благодарно кивнув, Лаита повела своего спутника в столовую. Работая рядом с ним, она приметила много странностей. Почему он, столь совершенно владея силой Средоточия, не сделает себе нормальную одежду? Материал был великолепен, но грубый, примитивный крой портил всё впечатление. Ходил как последний босяк! Единственной деталью одежды, что выдавала его мастерство, был пояс. И он тоже был очень странным. Не поддерживая штанов, походил на длинную верёвку, украшенную металлическими треугольниками. От него исходила... угроза. Как будто змея обвилась вокруг торса Лаиня!       Поклонившись патрулировавшему улицу Стражу, девушка заметила, что её спутник не удостоил последнего и взглядом. Блюститель спокойствия на миг замедлил шаг, не став одёргивать Лаиня за непочтительность! Ещё одна загадка...

***

      Столовая походила на те, что я помнил по предыдущему Миру. Правда, с учётом местного материала. На входе было несколько керамических рукомойников, «льняных» полотенец, а дальше была раздача. По видимому, здесь не готовили, а только ели. — Глаза разбегаются, — говорю Лаите. — Подскажешь, что здесь вкусного? — А что тебя интересует? — отозвалась она, двигая разнос по жердям, расположенным вдоль трёх полок. — Сладкое, солёное, острое? — Всего понемногу и мяса. — Мяса нет, есть мясные корни и рыба, — кивнула она на соответствующие миски.       Квадратные и треугольные кусочки, плававшие в соусах и подливах, можно было принять за тесто, нарезанные овощи, но никак не за рыбу. Подхватив пару разносов, начинаю расставлять на них всё подряд, стараясь не повторяться. Тарелки, мисочки и плошки, несмотря на толстые стенки, были практически невесомыми. Быстрый анализ показал, что внутри они состоят практически из одного воздуха. Этакая «термопосуда». В ней горячее дольше будет оставаться горячим, а холодное — холодным. — Ты это всё съешь? — удивилась она. — Может, придётся за добавкой идти. Развитие Дара требует много пищи. — Да? — Не веришь? — Не знаю. Наши мастера не замечены в обжорстве, — дипломатично поделилась девушка своими наблюдениями. — Они действуют по-другому. Я же совершенствую собственное тело. Ты знаешь, где в городке работают с камнем? — Ниже по течению есть карьер. И ещё, Лаинь... — замялась она. — Смелее. — Не обижайся, но ты не выглядишь... сильным. — Гора мышц пасует перед скоростью. Меч, нож или просто поднятый камень способны в умелых руках ранить лучше кулака. Средоточие нивелирует разницу в силах. — Понятно...       Продолжать тему она не стала, я же в это время подошёл к раздаче «супов». Один разнос еле вмещал набранную мою снедь, и это при том, что я расставил на нём «пирамидкой» два «слоя» тарелок, другой уже заполнился наполовину. Понятливая раздатчица, что слышала наш разговор, споро наливала парящие похлёбки по мискам, подавая их мне. Дальше шли напитки, ими я и «добил» оставшееся на разносе место.       Четыре длинных стола с лавками могли вместить до пятидесяти человек, мы «приземлились» за ближайшим. На столе, помимо нарезанного хлеба, были «булочки» и «пирожки», несколько видов сыпучих приправ, соусы, кувшины и горшки с напитками. Присутствовали и сладкие заедки. Сырые сердцевины папира, полупрозрачные, янтарного цвета кусочки сахара(?), горки мелких, светло-коричневых крупинок.       Увлечённо работая керамической(!) ложкой, воздал должное местной кухне. Продуктовое изобилие было представлено по большей части овощами. Варёными, тушёными, запечёнными, жаренными, самой разнообразной консистенции. Одних только видов салата было больше десяти штук! По мере заполнения столов народом, примечал, какими приправами они сдабривали взятые блюда.       Компоты, травяные настои, отвары, «морсы» и «кисели» оттеняли вкус яств. Несмотря на отсутствие мяса и целиком жаренной рыбы, обед был необычайно вкусным и сытным! Ну и количество взятых мной блюд тоже сыграло роль.

***

      Попрощавшись с Лаитой (со своими порциями я расправился быстрее, чем она со своим обедом), отправился вниз вдоль канала. Мог бы запрячь катер, но было лень. Живот был переполнен, а потому лучше правильно усвою еду, чем буду тратить внимание на вращение мотора.       Если выше по протоке были утиные хозяйства, то сейчас мне стали попадаться рыбные пруды. «Карпы», «сазаны», «тилапии». Как правильно они зовутся я не знал, а потому обозначал по наибольшему сходству. В одном месте обнаружил «форелевую ферму». Мощный родник давал достаточно проточной, холодной воды, чтобы «форели» было комфортно. Почувствовав, что желудок больше не распирает нутро, перехожу на лёгкий бег.       Заметив постройки, увеличил скорость. Людей не было. Досадно. Где дом мастера по работе с камнем, я не знал. Оглядев навесы и штабеля готовых каменных блоков, заглянул в карьер. Инструменты обнаружились на спуске в него, в деревянных ящиках. И тут ни следа металлов — все они были керамическими. По большому счёту, чтобы добывать и обрабатывать камень металл не нужен. Даже без Средоточия можно обойтись песком, верёвками и деревом. Я же вообще могу «напилить» блоков с помощью Крысобоя. В крайнем случае — так обойдусь. Исследовав инструменты (структура керамики отличалась более плотной «вязкой арматуры»), отправился обратно.

***

      До вечера успел проверить и ветряк, вскарабкавшись на самый верх. Узнал, как местные обходятся без подшипников. Оказалось — никак. Подшипники состояли из камней и керамики, а смазкой служила обычная вода. «Помедитировав» у основания, узнал, на что тратится энергия ветра. Местная «мельница» качала воду из реки. Труба тянулась в сторону посёлка, выходя из зоны моей чувствительности.       Вернувшись в городок, увидел, как он преобразился. Над входом каждого дома появились лампадки. Огоньки, горевшие без копоти, скорее распространяли приятный запах, чем разгоняли подступающие сумерки. С удивлением заметил, что плоды на кустах испускали едва заметное флюоресцентное сияние. Интересный эффект!       В воздухе стояло ощущение праздника. На центральной площади было много народа. Даже чинуши покинули дом старосты, и помогали с украшением городка. Девушки и парни развешивали на домах гирлянды и венки из цветов. Расставляли на многочисленных столиках чайники и чашки. Ставили недавно сплетённые факела на ступенях храма. А вот «небесных огней» я нигде не видел. — Лаинь! — заметила меня Лаита, несущая корзинку с угощениями. — Где ты ходишь?       Что за тон? — Где хочу.       Отведя глаза, стала расставлять возле чайника тарелочки. — Малый праздник скоро начнётся. Ты же мог всё пропустить! — Танцы будут? — Обязательно! — обрадовалась смене темы девушка. — А ещё — музыка!       Музыка-музыка. Точно! У меня ведь есть глюкофон! Но прежде чем случайно испортить людям развлечение, стоит кое-что уточнить. — Поучаствовать можно? — Конечно! Этот праздник для всех!       Так, конкретизируем «запрос». — Самому музицировать можно? — А ты умеешь? — неподдельно удивилась она. — Более-менее. — Кицура ценит искренность и старательность! Попробуй, Лаинь!       Что-то она какая-то перевозбуждённая. Остальные жители были ей подстать. Цапнув одно «пирожное» со столика, отправился к катеру за музыкальным инструментом. Ходил недолго, а народу за это время стало ещё больше. Триста двадцать семь человек, из них всего пятёрка Стражей. Доблестные защитники, проникшись атмосферой праздника, перестали настороженно реагировать на моё присутствие. Даже местный «агроном» не источал в мою сторону негатива.       Появление роскошно одетого толстячка заставило людей умолкнуть. Синь Тарг, глава поселения, наконец-то соизволил показаться на людях. Темно-зелёное, практически коричневое «кимоно», ярко-алый пояс и шапка, походившая на крышу пагоды. Оглаживая рукой седые, свисающие на грудь усы, он осматривал площадь прищуренными глазами. Благостная улыбка завершала образ довольного жизнью человека. — Мы славно трудились всё лето, — необычайно мощный для столь тщедушного тела голос накрыл площадь.       А, «усилился магией». — Как растения готовятся к отдыху перед зимой, так и нам надлежит прервать свои труды.       Хорош «отдых». Скорее летаргия. Интересно, местные жители тоже в «спячку» впадут, когда снег выпадет? — Вечная Империя чтит традиции. Если машины выйдут из строя — мы научим остальных, как возделывать сады и поля! Мы не дадим вернуться Голоду, что забирал миллионы жизней!       Воодушевлённые речью, жители разразились радостными криками, переходящими в овацию, а я мысленно разбирал спорное заявление. Даже если выгнать всех «городских» «на плантацию», прокормить первое время даже самих себя они не смогут. Если нет машин, в широком смысле этого слова — то прощай логистика. Ручная копка, сбор, прополка — не в любом месте человек сможет вырастить достаточно пищи. Сила Средоточия тут, несомненно, поможет, но ею владеют далеко не все. Животные смягчат недостаток механизмов, но даже их будет мало, чтобы избежать катастрофы.       Сполна насладившись восторгом толпы, Синь Тарг больше не стал толкать торжественных речей и направился к ближайшему столику. Присев, налил себе в пиалу, и начал степенно отхлёбывать напиток. Раз говорильни не будет, то ничего интересного не услышу. Положив глюкофон, сам присаживаюсь у столика. Ухватив чайничек, чувствую характерный запах. Эгей, да тут спиртное! Плеснув в пиалу, разглядываю прозрачную жидкость. Экспресс-анализ показал, что тут градусов пятьдесят. Могли бы вина поставить, а не местной самогонки! Впрочем, на халяву — уксус сладкий и хлорка — творог. Да и «накидаться» высокоградусным проще, чем «компотиками».       Несмотря на крепость, плод труда местных виноделов был неплох. Обычно, чем больше «оборотов», тем противней напиток. Здесь же градусов вообще не чувствовалось. Сладковато-кислый напиток, вкупе с другими «нотками», содержал пузырьки, приятно пощипывавшие язык. Странно. Либо местные дрожжи способны пережить большую, чем обычно концентрацию этилового спирта, (что является страшным ядом для них, ведь это отходы), либо продукт брожения крепили, добавляя спирт позже. Имел право на существование ещё один из вариантов — углекислым газом насытили готовый напиток.       В ходе размышлений пиала показала дно, пожевав выпечку с кусочками сердцевины папира, наливаю ещё одну. Лаита от меня не отставала, а многие соседи опустошали чайнички куда быстрее. Не беда — показавшую дно посуду и блюдца с угощением заменяли на новые. Выпив третью пиалу, отставляю её прочь. Градусы меня не пьянят, а вкус я уже оценил.       Разговоры стали громче и веселей. Трен-н-нь! — пропела струна, перекрывая многоголосицу. Ей вторили переливы «флейты», звон колокольчиков и удары барабанов. Постепенно музыканты подобрали единый ритм, и площадь заполнилась музыкой. Ритмичной, но при этом не слишком быстрой. — Пойдём танцевать? — спросила раскрасневшаяся Лаита. — Пока не хочу.       Подтянув глюкофон, укладываю его на колени и начинаю вплетать собственные звуки в полотно мелодии. Из-за того, что музыка была мне незнакома, пришлось для части сознания «ускорить время». Начальные волновые гармоники давали достаточно данных для прогноза, с какой амплитудой и продолжительностью будут распространяться звуковые волны. Что в свою очередь позволяло дополнять их звуками глюкофона, не внося дисгармонии. Количество проанализированных повторов и сочетаний нот позволили обходиться без экспресс-аналитики, и я смог полностью отдаться игре.       Танец людей был простым и незамысловатым. Плавные махи руками, полупоклоны, приседы. То и дело они проходили мимо друг друга, снова кланялись и притопывали, одна «стойка» перетекала в другую. Танец не был парным, а потому каждый, двигаясь как ему удобно, не мешал соседям. Лаита крутилась неподалёку, даря мне улыбку и «многозначительные» взгляды. Музыка, судя по звучанию, близилась к своему завершению. Следом за остальными «приглушаю» звучание глюкофона, и откладываю его в сторону. — Красиво получилось, Лаинь, — поделилась девушка своими эмоциями. — Первый раз вижу столь странный инструмент! Такие необычные звуки!       Налив себе и мне из чайничка, девушка стала вспоминать наши встречи в Царстве Снов. При этом она тактично обходила финансовую сторону, когда с подругами «выдаивали» меня. Вместо этого делала упор на мои изобретения. Говорила, что всегда верила в меня, и теперь видит, что не ошибалась. Самое забавное в этом было то, что её плохо скрываемая лесть была и мне приятна. Не потому что сумела задеть «струнки тщеславия» в моей душе, а потому что помнила, какие изобретения я совершил.

***

      Музыканты сменились, новая мелодия начала набирать силу, и я решил присоединиться к танцующим. Давно я так не отдыхал! Движения танца я уже изучи... ан нет! С чего я решил, что танец один единственный? Музыка ускорила темп, рисунок танца изменился. Не сговариваясь, люди разбились на пары. Сам Синь Тарг, не участвовавший в первом танце, водил под ручку какую-то брюнетку. Вновь «ускоряясь», считываю моторику сразу с нескольких пар.       Лаита ненавязчиво оттёрла от меня пару других девиц, и я подхватив её за талию, закружил в танце. В отличие от первого — целомудренного и незамысловатого, этот был куда откровенней. Ногу партнёрши выше головы никто не задирал, да и прижимались пары друг к другу не так чтобы сильно. Но из-за того, что танцоры не переходили грань между поддержкой партнёра и откровенным облапыванием, было даже приятней.       Звуки музыки начали стихать, возвещая о новом перерыве между танцами. «Наш» столик пустовал, вернувшись за него, разлил по пиалам себе и Лаите, прикидывая, не придётся ли её нести с праздника. Как ни странно, несмотря на крепость напитка и того количества, что уже употребили жители — никого не шатало.       Музыканты вновь сменились. Если не ошибаюсь — на слух они играли куда лучше остальных. Станцевать или присоединиться? Выбирать не пришлось — все сидели у столиков, не спеша разбиваться на пары или отплясывать самостоятельно. При этом взгляд толпы был устремлён в сторону храма.       Подтянув глюкофон, я стал подыгрывать смутно знакомой мелодии. Вроде ни разу не слышал её, тем не менее, не испытывал никаких трудностей, чтобы попадать в ноты. Верхушки расставленных на ступенях плетёных факелов вспыхнули, заливая ворота колышущимся светом. Створки, изукрашенные резьбой, стали медленно и торжественно раскрываться. Усилив зрение, разглядел кусочек внутреннего убранства. Храм был погружён во тьму, и если бы не отблески от факелов, увидеть хоть что-то было бы невозможно.       По ступеням спускалась четвёрка... жриц! Одеты они были в ярко-изумрудные платья-кимоно, покрытые жёлтыми узорами, похожими на пламя. Ярко-рыжие волосы, (притом никаких веснушек и конопушек на лицах и шеях), лицом и фигурами были похожи друг на друга, словно дальние родственники. Династия жриц — почему бы и нет?       Вокруг танцующих девушек летали десятки плетёнок с пухом внутри, я узнал среди них и свои поделки. Вереницы «корзиночек» выписывали замысловатые восьмёрки и «кренделя», при этом ни разу не заслонив от моего взора лица девушек.       Пух внутри «небесных огней» начал светиться, и вскоре вспыхнул. Пламя не вырывалось за пределы «прутьев», придавая «корзиночкам» вид фантастических светлячков. Или, скорее, пойманных «солнышек».       Огненная феерия не спешила заканчиваться, хотя пух давно должен был прогореть. Даже примени они спиртовую пропитку, не смогли бы добиться столь длительного горения. Впрочем, пламя вело себя достаточно необычно, чтобы понять, что здесь замешана местная «магия».       Вереница «небесных огней» устремилась вверх, они летали всё быстрее. Протуберанцы стали прорываться сквозь прутья, оставляя за пылающей «головой» огненный след. Ринувшись навстречу друг другу, они слились в единое целое и взорвались, заливая небеса огненным шквалом. Полыхнувшее во все стороны пламя потухло, оставляя медленно летевшие вниз синие искры. Вскоре они истаяли, не долетев даже до шпиля храма.       Вместе с искрами, «истаяла» и музыка. Так, а где жрицы? Пока я, играя на глюкофоне, следил за полётом огней в небесах, их и след простыл! Воспользовавшись тем, что на них никто не смотрит, они «испарились». Люди громко радовались, свистели и хлопали в ладоши. Выразив свои восторги, население городка стало расходится. Всё, что ли? Какой-то короткий праздник вышел — не поиграл толком, ни наплясался! — Лаинь, ты уже разбил палатку? — спросила меня девушка, поднимаясь на ноги. — Времени не было. — Может, заночуешь у меня? Соседки по комнате согласились пойти в гости к другим соседям, — без обиняков предложила Лаита.       Откровенно. Взвесив все за и против, озвучиваю ответ: — Веди, красавица.

***

      С перерывами на поцелуи, добрались до домика Лаиты. Дверь была без запоров, керамические петли открылись без скрипов и звука. — Сейчас, Лаинь, зажгу светильник! — сказала девушка, снимая с полки у порога масляную лампу.       Ударив пару раз кресалом, зажгла огонёк. Фитиль разгорелся, давая немного света. Пройдя «прихожую», она поманила меня за собой. Скользнув следом, подцепляю пальцами узел её пояса, одним движением распуская сложный «бантик».       Качнув плечами, Лаита позволяет платью соскользнуть вниз. Вышагнув из него, ладонями отстраняет мои руки. — Не здесь, Лаинь! Идём!       В следующей комнате к потолку был подвешен огромный котёл (или, скорее чан), в котором могли поместиться сразу несколько человек. Девушка, избавившись от уличных сандалий, обула деревянные, и, подкинув поленья, принялась раздувать угли под котлом. — Раздевайся, сейчас смоем грязь, — произнесла она, обернувшись на миг в мою сторону.       Полюбовавшись ещё некоторое время на её «тыл», последовал совету. Сняв с полочки горшочек с мылом и деревянную плошку, она зачерпнула в неё воды из чана. Добавив мыла, ловко взбила пену и, подойдя поближе, стала наносить её на меня. Ловкие ладошки с мочалкой, скользили по телу, лукавая улыбка без следа стеснения, задорный блеск глаз! Впрочем, чего нам стесняться? Пускай в Царстве Снов, но мы уже не раз «познавали друг друга».       Забрав у неё мочалку с плошкой, в свою очередь намыливаю Лаиту. Поворачиваясь и изгибаясь для удобства «напенивания», провоцировала меня ещё больше. Зачерпнув деревянным ведром воды из чана, окатываю её с головы до ног. Теперь пора и с себя смыть. Пока возился — она успела забраться в котёл. Непорядок! Ухватившись за горячий край, без плеска вхожу в воду. «Подплыв» со спины, усаживаю её на колени. Обернувшись через плечо, Лаита жадно ловит своими губами мои губы.

***

Предрассветные часы.       Кроватей в комнате не оказалось. Вместо них были матрасы, и, судя по количеству оных, с Лаитой жили ещё три девушки. Сворачивая «лишние» постели «рулоном», складывая в несколько слоёв, изменял «конфигурацию» «траходрома» после каждого «взаимопознания».       Пробуждённое Средоточие усиливает своего владельца, но несколько часов «интенсивных тренировок» сделали своё дело, и Лаита вырубилась. Не став пользоваться её беспомощным состоянием, привёл «ложе любви» в первозданный вид, обтёр её от пота и теперь сидел рядом, изучая её состояние.       Не столь давно я сумел пробудить Средоточие Делле. Лаита сделала это сама, и я решал, стоит ли вмешаться в процесс его становления. Задерживаться в городке надолго, как и брать девушку с собой, я не планировал. Делать её своей женой — тоже. А потому разрабатывать комплекс подходящих ей упражнений не было смысла.       И всё же, оставлять её без подарка с моей стороны, будет последним делом. Вещь, пускай вышедшую даже из-под руки Мастера, можно сломать или потерять. Её, в конце концов, могут украсть или отнять. А раз так — лучше усилить её Дар, «разжечь» чуть сильнее. За время нашего совместного (весьма приятного!) времяпрепровождения, я успел не раз «снять мерки» с её Средоточия. Подобрал «ключики» к её разуму.       И сейчас стал аккуратно «подпитывать» Средоточие. Раз она останется здесь, пускай учится «стандартно». Тем не менее, раз Средоточие усилится, следует «подправить» ей наработанные навыки.