Принудительное удовольствие

— Значит, в основе кошмаров лежат сюжеты эротического характера с преобладанием насильственных действий… Могу предположить, что таким образом вы пытаетесь как бы наказать самого себя за деструктивное поведение. В таком случае… — дослушивать я уже не стал. Монотонный голос мозгоправа вызывал только скуку, да и сам он кажется заскучал. Что-то втолковывает, тайком глядя в окно и наматывая пепельные волосы на палец. Красивые, блин, волосы. Шла уже вторая унылая неделя, как я, поддавшись на уговоры Джера, стал регулярно заглядывать к врачам. Моя рассеянность и нервозность доебали даже его, казалось бы, такого же рассеянного и нервного. Впрочем, мы на рехабе оба. Обсуждать свои ночные похождения с молодым и привлекательным мужчиной было неловко, но видеть из раза в раз, как мою задницу ебут в изощрённой форме было ещё хуже. Хоть и не сказал бы, что уж совсем неприятно… В любом случае, всё постепенно налаживается? Приглашение в Марку после первого раза больше не приходило, да и не особо-то и хотелось. Одного знакомства с милым и безумным чудищем, носящим узкие очки и длинный хвостик мне хватило. С парнями по договоренности решили делать вид, будто на месте не оказалось ничего интересного, слишком бы большой вышел удар по репутации среди перевозбуждённых подростков. Вряд ли кто-то поверил, но обсуждать не стал. Не знаю, что конкретно стало тому причиной, но в последнее время былая скованность и неуверенность постепенно отходила. Кажется, что я взрослею. Лол. Меньше надо трахаться со стариками. Дом встретил меня терпким сигаретным дымом и звуками бьющейся посуды. Тяжела жизнь двух бытовых инвалидов. Не особо заботясь, скидываю шмотки на заваленный хламом диван и падаю рядом. — Как прошло? — любезно интересуется Джер. Мокрый насквозь и в мыльной пене. Мечты о тёплом ужине пошли нахуй. — Скучно. Перемывали косточки мои родителям, а заодно и прошлись по самобичеванию. В красках описывал ему сочную еблю со связыванием и контролем оргазма, а он и бровью не повёл, — внутренне усмехнувшись отвечаю на колкий взгляд ревности, — в целом уже лучше. Подкинул теории про параллельные вселенные, иллюзию выбора и перерождения. Не знаю даже, в серьёз ли… А ты как? — Днём заходила сестра, проведать. Она всё ещё не доверяет тебе, считает одним из старых дружков. Ну знаешь, у меня ведь были проблемы со всяким, — парень неопределённо повёл пальцами в воздухе, — Это в прошлом. Обеляю тебя как могу. Хотел вот приготовить пирог… Кухня целая и даже чистая. Осколки тарелки скромно лежат в мусорке, вместе с обугленными кусками… Чего-то. На потолке копоть. У меня бы вышло хуже. — Надо в душ. — Я с тобой. Смесь горячих прикосновений воды и тонких пальцев невероятна. Руки проходятся по затёкшим от долгого сидения плечам, скользят к талии и мягко давят на поясницу. Повернувшись, встречаю влажные губы, целующие сразу страстно, глубоко. Кажется моё сердечко только что украли. Кровать противно скрипит. Вцепляюсь, будто в спасительный круг, притягивая к себе. Только б не сгореть. Поцелуи оставляют огни на шее, щеках, спускаются к животу. Внизу невыносимо тянет, Возбуждение поглощает, охватывает теплом. Интуитивно развожу ноги, поддаваясь языку. Обводит впадину пупка, выпирающие тазовые кости, разом берёт весь ствол в рот. Дыхание сбивается. Доводит до пика быстро, умело надавливая на самые чувствительные точки, помогая рукой. Перехватываю инициативу. Нависаю, обхватываю крепко, пальцами стирая выступающую смазку. Идеального размера член с выступающими венками манит прикоснуться ртом. Как же я обожаю своё чудовище. Никогда не думал, что буду когда-то вот так вот расслабленно лежать в кровати с парнем, поглощать пиццу с креветками и просто болтать обо всём. Совсем скоро выпускной год, завтра вечно насмехающийся препод с бархатным голосом и греческим именем будет отчитывать меня за проёбанную домашку, ангельский психотерапевт скучающе выслушает проблемы, становящиеся всё более далёкими, а Ник будет суетливо разносить слухи о новой заметке о Марке. Жизнь налаживается и всё, кажется, будет хорошо.