От реальности к мечтам и обратно...

— Идиот ты, Илюха, ой идиот, — покачала головой Лера, когда вместо ответа на свой вопрос получила лишь опущенный в пол взгляд, — линолеум не интересный, можешь не разглядывать. А с Женей… Делов вы, конечно, оба наворотили. Но ты будь мужиком, сделай первый шаг — она тебе сто таких шагов навстречу сделает. — А если… — Без если, Илья! Повзрослей наконец! И глаза разуй, — поджав губы, Лера фыркнула, не понимая, как можно не замечать очевидных вещей, — она на тебя смотрит, как… как семиклассница, которой мальчик понравился, а она с ним заговорить боится… В общем, тебе решать: или нюни распускать, или вновь завоевать сердце любимой женщины. Я спать, — Лера удалилась к себе, оставляя Соколова наедине со своими мыслями. Всё-таки к главному решению он должен прийти сам, от неё достаточно было хорошего пинка.

***

Женя тем временем сидела на кухне. Рядом на столе стоял уже остывший чай, а за окном ливень — погода словно плачет вместе с ней. Как облака, наполняясь водой, сбрасывают её на землю, облегчая себе жизнь, так и она через эти слезы выплескивает накопившиеся внутри горечь, обиду и напряжение от неизвестности того, что будет дальше. Она пыталась дать понять сыну, что не надо её успокаивать, что слезы пройдут, отправляла его спать, не желая показывать свою слабость, но Ромка стоял на своём, все так же обнимая маму за плечи. Родителям тоже нужна поддержка. — Мам, — вдруг тихо произнёс сын, — а ты его любишь? — Люблю, — кивнула Женя, пуская новую порцию слез на свободу, — вот только я запуталась и не знаю, что будет дальше. Я просто уже плыву по течению. — Успокойся для начала, — твёрдым голосом попросил Рома, стирая слезы с её лица, — улыбка тебе идёт гораздо больше, чем слезы. Улыбнись! Знаешь, как однажды сказала Вера, пока была моей виртуальной подругой? «Все будет так, как ты себя настроишь!» Настрой себя на хорошее — все так и будет. Если у вас действительно любовь, то она пройдёт через многие преграды, лишь укрепляя ваши отношения… А сейчас Илья просто хочет остыть от произошедшего, боясь сорваться на тебя так, что не сможет себе потом этого простить. Вот увидишь, скоро он вернётся и будет говорить, какой он идиот, что такое сокровище упустил. — И когда ты успел так вырасти? — задала риторический вопрос Женя, обнимая сына. Он у неё отходчивый и её любит. Ну, не сложилось с папой, пусть будет счастлива с другим, жаль, что он поздновато это понял. А на душе стало легче… Всё будет хорошо — Женя это знала.

***

Илья ушёл на работу раньше, не желая напрягать Леру своим обществом, хотя она утверждала, что ей, наоборот, приятно его общество. На столе уже привычно стоял приготовленный Соколовым завтрак, который девушка очень быстро съела, не желая опаздывать на любимую работу. — Лера? — окликнул её знакомый голос, на который гинеколог мгновенно обернулась. Недалеко от неё шли Женя с Олей, — привет. Ты на работу? — Привет, — кивнув, улыбнулась Валерия врачам приёмного. Их компания почему-то была очень приятна девушке, поэтому отказать себе в удовольствии поболтать с ними вне работы она не могла. — А можешь ответить на один вопрос? — вдруг спросила Ольга, пристально рассматривая Леру, которая тут же кивнула, отвечая на вопрос. — А как так получилось, что тебе всего 24, а ты уже 2 года практикующий специалист? — Мне не нравилось в школе учиться, — девушка пожала плечами, — поэтому я её закончила в 15 экстерном и поступила в ВУЗ. 6 лет учёбы, год ординатуры и всё… Хотя, была ещё одна причина, которая старше меня на 4 года и училась со мной в одной школе. И эта причина зовётся Андреем, — предугадывая следующий вопрос Оли, ответила Валерия, — и теперь она работает со мной в одном отделении. — Это как так? — одновременно удивились подруги, — ты же в Москве выросла и училась. Или я что-то путаю? — недоуменно уточнила Евгения. — Нет, всё верно. Просто была одна ужасная ситуация, поэтому я тебя, Жень, очень хорошо понимаю. От Ланских я тоже пострадала… Лана не понимала, как Илья мог её бросить и променять на какую-то Тулу. «Дочь в детстве меньше баловать надо было и объяснять, что ничего по щелчку пальцев не делается и не появляется. Особенно любовь,» — фыркнула однажды Лера, отвечая на риторический вопрос Константина Сергеевича «Что у них опять не так?» По скорой доставили жену Андрея — Лину. Беременность, 20 недель, авария. Сопоставляя результаты анализов, рентген и результаты УЗИ, девушка осознавала, что операция Ангелине уже не поможет, но маленький тысячный шанс был, и Валерия надеялась его использовать: Андрея она безумно любила, а за то, чтобы он был счастлив, пусть даже с другой, она готова была многое отдать. С Линой и Андреем они учились на одном курсе, с Андреем она ещё и в школу вместе ходила, правда, он в классах старше. Закончив школу в 15 лет экстерном, Лера тут же поступила в медицинский университет. С Линой они поначалу дружили и ладили неплохо, пока она каким-то образом не познакомилась с Ланской, которая про ненавистную ей девчонку могла наговорить немало гадостей. На третьем курсе Андрей женился на Лине, из-за чего Лера убивалась: она любила его, а он любил другую. Если бы не Илья, она бы тогда с ума сошла и забила на учёбу, что ей было совсем некстати. Ангелину она не спасла, ребёнка тоже. Андрей впал в депрессию, уволился, уехал в другой город, а Леру заставили написать заявление по собственному. Она предполагала, что к этому руку приложила Лана с её отцом, потому что после увольнения её не брали ни в одну из больниц, хотя раньше любая клиника была готова с руками-ногами оторвать такого специалиста. Ланская так мстила за переезд Ильи в Тулу, сначала долго ожидая какого-то из ряда вон выходящего случая, а затем через папочку, души в ней не чающего, убирая из Москвы эту девчонку, которую она винила в своей неудаче в отношениях с Ильёй. — От них страдают невиновные, — добавила Лера, — Константин Сергеевич многое делал по щелчку пальцев любимой дочери, а она привыкла получать всё, что захочет, по-моему, даже не подозревая, что для этого нужно делать что-то самостоятельно… Ладно, девчат, я пойду. Надеюсь, сегодня будет лёгкий день, а не очередной аншлаг. — Что я тебе говорила про то, что за Илью она бороться совершенно не собирается? Она сама рассказала, что любит совершенно другого человека, — этого взгляда подруги с чертиками в глазах Женя побаивалась — кто его знает, что возникло в этой прекрасной головке. — Так что хватай свое счастье, пока никто другой не забрал. Действуй, Женька! — Иди работай, сваха, — рассмеялась Королёва, подталкивая подругу в ординаторскую. — А ты подумай-подумай на досуге, — хихикнула блондинка. — Не упускай своё счастье, — загадочно прошептала она напоследок. — Непременно подумаю, — кивнула «Не упускай… Сказать легко, а сделать?» — Женя вздохнула, открывая свой кабинет. «Сделаешь! — отозвался внутренний голос, — захочешь — сделаешь. Борись за свое счастье!» А может действительно нужно побороться? Она любит его, он любит её — в чём проблема? Накосячили они, конечно, знатно, но исправлять ошибки тоже нужно уметь… — Заслуживаю же я побыть счастливой? — задержав взгляд на отражении в зеркале, спросила сама у себя Женя, сама же отвечая, — а почему бы и нет? И она будет счастлива. Она поборется. В конце концов, лёгких путей к счастью не бывает. Но этот тяжёлый, извилистый путь всё стоит пройти…