Weakness

***

Он, спрятав крылья под одеждой,

Забыл, что раньше был другим.

И след, оставленный надеждой,

Он потерял. Теперь один.

Изабель проплакала всю ночь, закрывая рот рукой, чтобы Чон не слышал. Глупая привычка, приобретенная еще в детстве – скрывать свои настоящие эмоции. Характер девушки ужасен, она не хочет слушать и слышать людей, все время огрызается и считает себя взрослой, но стоит ей столкнуться с проблемами, вроде профессора Шина, как она чувствует себя паршиво и ждет, когда кто-нибудь решит ее проблему. Но, как показала практика, никому нет до этого дела. И глупо было полагаться на Чона, на человека, для которого проживание с ней является тяжким бременем. До того момента, как уснуть, Изабель слышала, как Чон злился. Он громко хлопал дверцами шкафов, настолько громко, что содрогалась лежащая в них посуда, разбил, по всей видимости, хрустальный бокал или бутылку из-под алкоголя и в конечном итоге ушел, оставив девушку одну в квартире, наедине со своими мыслями. Его можно понять. Он запихнул ее в престижный университет, и Бель даже не представляет, каких усилий ему это стоило, и вот она – неблагодарная – не смогла продержаться и семестра. Утром девушка проснулась разбитой: опухшие от слез глаза, стеклянный взгляд, бледный тон кожи и растрепанные волосы. Изабель быстро умылась, завязала тугой хвост, оделась и убежала из квартиры. Чонгука все еще не было. И несмотря на то, что ей было ко второй паре она решила, что не хочет появляться у него на глазах. Или же сама не хочет его видеть? Бель забежала в Starbacks, взяла овсяную кашу и двойной эспрессо в надежде, что он приведет ее в чувства, но этого не произошло. И на протяжении двух с половиной часов она клевала носом над кашей, стараясь не рухнуть в нее лицом. За сутки девушка проспала от силы несколько часов. Звонок мобильного телефона отвлек ее от столь сонного состояния, она нащупала устройство в сумке среди всякого хлама и приняла вызов. – Где ты? – завопила Эмили, как только Изабель произнесла «алло». Голос подруги звучал настолько громко, что Бель пришлось отстранить мобильник от уха. – В кофейне, недалеко от университета, – сонно пробубнила брюнетка. Она отпила из стаканчика уже довольно остывший кофе и, сморщившись от терпкого вкуса, отодвинула его в сторону. – Пару отменили, поэтому предлагаю прошвырнуться в торговый центр, – довольно протянула Эмили. Бель с облегчением выдохнула. Сегодня была одна единственная пара – лекция по юридическому праву. И девушка усилиями пыталась заставить себя посетить ее, хотя и пообещала, что и ноги ее больше не будет на парах у профессора Шина. Этот мудак резко упал в ее глазах. И ей не то, чтобы видеть его, слышать не хотелось, знать, что он вообще существует. В голове девушки все никак не укладывалось, что то, что произошло вчера – было реальным. Это грязно, мерзко, отвратительно. – Представляешь, – продолжила Эмили, – профессор Шин оказался той еще сволочью. Оказывается, он предлагал студенткам оказывать ему сексуальные услуги ради зачета. – Откуда ты это знаешь? – насторожилась Изабель. Отчего-то стало не по себе от услышанных слов. Профессор нагло пообещал ей, что она не продержится долго в университете если не согласится на его условия и неизвестно чего можно ожидать от этого человека. А вдруг он решил выставить ее на посмешище? – Ох, подруга, ты многого не знаешь, – захихикала девушка. – В общем этот старый козел заигрался и предложил ЭТО не тому человеку. Студентка, я не знаю ее имени, оказалась не простой. У нее вроде как есть состоятельный мужик, имеющий уйму связей и все такое. Короче говоря, нашего профессора сегодня утром с позором уволили. И теперь ищут ему замену. Ну а пока этот день можно считать выходным. Сердце бешено застучало в груди, а сон как рукой сняло. Изабель больше не слышала, о чем щебетала Эмили, ее поток слов было невозможно остановить. Она думала лишь о том, что все это не может быть простым совпадением. Только вчера девушка рассказала обо всем Чону, а уже сегодня узнала, что человека, доставившего ей неприятности – уволили. Глупая улыбка озарила лицо брюнетки, и она прямо-таки почувствовала, как загорелись ее щеки. Ему не все равно.

***

В Его глазах увидеть можно

Лишь отраженье пустоты,

Но оторваться невозможно –

Паденье в пропасть с высоты.

В конечном счете Изабель согласилась отправиться с Эмили в торговый центр. Девушки провели там шесть часов. Ее новая подруга затаскивала ее чуть ли не в каждый магазин. Бель купила себе черный спортивный костюм от Adidas, как обычно, огромных размеров и классический серый галстук для Чонгука в качестве благодарности за помощь. Бель все еще надеется найти спортивное авто, и именно поэтому она не могла позволить себе дорогостоящую вещь, как он привык. Но ведь это всего лишь благодарность, и она не всегда должна быть дорогая, не так ли? Главное, чтобы от сердца. Когда Изабель вернулась в квартиру было уже поздно. Чонгук сидел в гостиной, развалившись на диване. На нем была простая белая футболка и серого цвета растянутые штаны. Он смотрел передачу про амурских тигров и выглядел при этом весьма сонным. Девушка положила перед ним на журнальный столик свой мобильник, хотя именно сегодня он был ей крайне необходим, ведь Дамир обещал вечером написать место проведения гонок. Но Изабель уже придумала некий план по его возвращению и сегодняшней ночью она обязательно утащит его у Чона, когда он будет спать. Бель прошла и села рядом с мужчиной. Девушка нагло засунула руку в пачку чипсов, которую он держал и выловила пару штук, сразу закидывая их в рот. Мужчина на это жест никак не отреагировал. Спустя несколько минут Изабель решила разбавить тишину: – Вам настолько нравятся животные? – брюнетка перевела на Чона взгляд. Он, не обращая на нее никакого внимания, продолжал смотреть передачу, пережевывая чипсы. – Нет, – через минуту все-таки ответил он. – Я спонсирую этих животных, поэтому каждую неделю мне приходится смотреть эту передачу, дабы убедиться, что мои деньги потрачены не зря. – Это здорово, – все, что смогла выдавить из себя девушка. Находиться так близко к Чону всегда было неловко для нее. Изабель действительно чувствует себя маленькой рядом с ним. Он такой статный, мужественный, сильный, во всех смыслах этого слова и...опасный. А еще ей стыдно за вчерашние слова. Как же я Вас ненавижу! И даже не смотря на сказанное в порыве гнева, злости и обиды, он все равно помог ей. – Спасибо, – четко проговаривает Бель, глядя на профиль мужчины. Девушка забрасывает ногу на диван и разворачивается корпусом в его сторону. – За что? – незаинтересованно спрашивает Чон. – За то, что сделали, – Изабель пожимает плечами и невинно улыбается. – Не понимаю, о чем ты, – Чонгук переводит взгляд на девушку и то, что он видит застает его врасплох: девушка сидит с яркой невинной улыбкой на лице, смотря на него с обожанием. Так, будто он является Богом для нее. То, что Чон сделал – мелочи. Это было не сложно. Но то, что он получил в конце – стоит того, чтобы попытаться. На него давно так не смотрели. А если и смотрели, то только ради того, чтобы получить денег. Но Изабель явно это не интересует, ведь он сам дает их ей каждую неделю. – Почему Вы отрицаете? – Изабель наклоняет голову в бок и слегка прищуривается, прожигая в мужчине дыру, чем заставляет его напрячься. Сейчас, в этот самый момент, она не похожа на неопытную невинную девушку. Сейчас она похожа на львицу, которую желают мужчины. – Я действительно не понимаю, – Чонгук делает непроницаемое выражение лица, отвечая ей тем же взглядом. – Ладно, – сдается девушка. – Но я хочу, чтобы Вы знали, – Изабель пододвигается к нему ближе, так, что ее колено касается его ноги, – то, что Вы сделали – действительно важно для меня, – девушка достает из кармана толстовки черную коробочку, – тот самый подарок в качестве благодарности, – кладет ее ему на ногу и решается на то, от чего ей еще долго будет стыдно: она поддается вперед и оставляет невесомый поцелуй на его щетинистой щеке. Стараясь не пересекаться с ним взглядом, Изабель отстраняется, резко подрывается с места и раскрасневшись, как помидор, убегает в свою комнату. По пути она слышит, как Чонгук смеется с такой глупой, по ее мнению, выходки. Как только дверь за девушкой закрывается, она дрожащими руками хватается за голову. Сердце бешено колотится, а внутри целый ураган эмоций. Что она делает? Совсем с ума сошла? Ей хочется кричать от переизбытка чувств. Ведь они с Чоном терпеть друг друга не могут, но в то же время она благодарна, что он вступился за нее, и не остался в стороне. При любой другой ситуации она бы так не поступила, но ей действительно было страшно, она была на грани и не знала, что ей делать. Так что этот поцелуй послужил лишь доказательством того, насколько важна для нее его помощь. Да,именно так. Но что если он воспринял это по-другому? Что если он теперь будет думать, что Изабель втюрилась в него по уши в то время, когда на самом деле ей иногда хочется его убить? Что тогда? Девушка тяжело вздыхает и от безысходности плюхается лицом в кровать. Дрыгает руками и ногами и рычит в одеяло. Все это по-детски глупо и кажется, что своими поступками она только и делает, что наживает себе все больше и больше проблем. Она действительно еще ребенок. Когда Изабель выползает из комнаты, на часах уже около часа ночи, в квартире темно и слышно лишь, как гудит холодильник. Чонгук спит. Ей это на руку. Ведь она должна любым способом забрать свой телефон. На носочках девушка прокрадывается к спальне Чона, к той самой, в которую он не таскает своих однодневных подстилок. Кажется, доступ к этой комнате открыт только Алексе. Изабель аккуратно опускает ручку двери вниз и толкает ее вперед. Благо она не скрипит, как это обычно бывает. Сквозь темноту девушка отмечает, что Чонгук спит отвернутым к окну. Так же тихо она подкрадывается к одной из тумбочек, открывает первый ящик, шарит там рукой – ничего, затем второй и третий – тоже пусто. На корточках Бель перебирается к другой тумбе, обогнув кровать. Проделывает все то же самое и в конечном итоге ничего не находит, кроме ленты презервативов, которую тут же бросает, покраснев от стыда. Черт. Где же он его прячет? Взгляд падает на подушки. Нет. Он ведь не может держать его там? Или может? Но, в любом случае это слишком рискованно. Брюнетка переминается с ноги на ногу, взвешивая все за и против, решается уйти, но понимает, что ей жизненно необходимо достать свой мобильник. Она подходит к кровати с пустой стороны. Одной рукой медленно приподнимает подушку, другой – проводит по матрацу, тщательно ощупывая каждый миллиметр пространства и чем ближе она придвигается к Чону, тем страшнее. Девушка запускает руку под край второй подушки, той самой, на которой спит мужчина, и подушечкой пальца нащупывает свой телефон, который прижат тяжестью головы Чона. Вот хрень. Неужели она была права, и он действительно засунул его под подушку? Дыхание учащается, а дрожь становится все заметнее. Изабель опускает одну ногу на кровать, стараясь сильно на нее не давить, локтем упирается на другую подушку и двумя пальцами пытается подцепить телефон, но все тщетно. Может просто пнуть Чонгука, чтобы он свалился с кровати, схватить мобильник и убежать? Все равно он быстро не очухается… Черт, ну что же делать? Чон слышит каждый шорох, каждое движение, когда спит и девушку, примостившуюся сзади него на кровати сложно было не заметить. Он наблюдает за каждым ее движением, отражающемся в стекле окна. Благодаря тусклой ленточной подсветке на потолке он может видеть ее лицо, то, как нервно бегает ее взгляд, как она каждый раз закусывает губу и убирает с лица волосы назад. Изабель не додумывается перевести взгляд на окно и увидеть, что он уже давно не спит. Примерно с того самого момента, как она отрыла дверь. Девушка делает тяжелый вздох и снова опускается на кровать. Чонгук чувствует, как шевелится его подушка и не может сдержать улыбки. Это наивное дитя действительно наивно по натуре своей. Мужчина еще не встречал таких. Но… Как же ему ее наказать? Изабель держит телефон в своей ладони. Да, ей удалось просунуть руку и полностью обхватить устройство. Теперь остается самое сложное – вытащить. Девушка медленно двигает руку по направлению к себе и замирает, как только замечает широко раскрытые глаза, уставившиеся не нее. Боже. Боже, боже, боже, боже, боже, боже, боже…Что же делать? Изабель дергается назад в попытках убежать как можно быстрее, но Чон перехватывает ее и одним движением подминает под себя. Она брыкается, дрыгает ногами, скулит и жалобно просит ее отпустить. Мужчина заводит руки Бель над головой и, задерживая их одной рукой, другой упирается в матрац для устойчивости, придавливая девушку своим телом. Чонгук нагло улыбается, рассматривая ее испуганное выражение лица. Только сейчас Изабель понимает, что он обнажен. Вернее, его торс. И благодаря тусклой подсветке девушка может внимательно рассмотреть каждый перекатывающийся мускул под его кожей, каждый узор татуировки, переходящий от груди к плечу и ниже по руке. Так же ее привлекает колечко пирсинга в его соске, что слегка поблескивает. Интересно, а если его потянуть зубами, ему будет больно или приятно? Запястья Изабель горят от его хватки, он держит крепко. Чонгук расположил ее под собой идеально: он коленом раздвинул ее ноги и уместился между ними, его грудь соприкасается с ее. И черт, она ведь без бюстгальтера. Поэтому девушка уверена, что он кожей ощущает ее, затвердевшие от страха, соски. Бель часто моргает, но тем не менее не отводит взгляд, держится молодцом. Чон словно охотник, загнавший добычу в угол. Ему хочется с ней поиграть, но в то же время он не хочет переусердствовать с этим, ведь она еще совсем не опытна. – Ну и что мы здесь делаем? – издевательски, шепотом задает вопрос мужчина. Он наклоняется и оставляет несколько поцелуев на ее влажной шее. Либо в комнате слишком душно, либо девушке слишком страшно. – Я…я…– заикается Изабель. Чон улыбается ей в кожу, изо всех сил сдерживая смех, что рвется из его груди. Ему приносит невероятное удовольствие наблюдать за этим маленьким зверьком, попавшим к тигру в клетку. И как бы сильно он ненавидел находиться с кем-то в одной постели, сейчас это не кажется ему чем-то отвратительным, наоборот, это забавно. – В этой квартире есть две комнаты, в которые тебе запрещено заходить. Одна из них – моя спальня, – Чон возвращает свое внимание девушке. Он освобождает из захвата ее руки, но она настолько напугана, что не замечает этого и продолжает держать их в замке над головой. – Так что ты здесь делаешь, Изабель? – мужчина нежно проводит указательным пальцем по ее скуле, плавно переходит на приоткрытые губы, опускается ниже к ключицам, к ложбинке между грудей, выводя знак бесконечности. Он внимательно следит за каждым своим действием и за тем, как медленно он переводит палец к твердому соску девушки, обводит его пару раз и отстраняется, как только ощущает ее дрожь. – Не трогайте меня, – хриплым голосом выдает девушка. Она осознает, что ее руки давно не в плену и опускает их на свою грудь, закрываясь от него. – Я не трону тебя, – заверяет Чон, слегка отстраняясь. Игра не удалась. Зверек оказался слишком хиленьким, чем разочаровал монстра. – До тех пор, пока ты сама меня не попросишь, – усмехается мужчина, параллельно открывая верхний ящик прикроватной тумбы. Он достает оттуда тяжелые металлические наручники и пристегивает ими одну руку девушки к изголовью кровати. – Что Вы делаете? – Изабель брыкается и пытается вырвать руку из хватки мужчины, но не успевает и глазом моргнуть, как оказывается пристегнутой. – Это наказание, малышка, – Чонгук поднимается с кровати, поправляет волосы, зачесывая их пальцами назад. Мужчина просовывает руку под подушку и забирает оттуда ее телефон. – В следующий раз будешь думать, прежде чем что-либо делать, – он говорит это серьезно, глядя брюнетке в глаза, и покидает комнату. Черт. Он – черт. И он никогда не изменяет своим принципам. И ежели он не привык делить с кем-либо свою постель, то так тому и быть. Изабель не является никем особенным для него. Чонгук не возвращается час, а может два. Рука девушки, задранная к верху и прикованная к кровати, уже жутко болит. Она каждые пять минут меняет позу, пытаясь приспособиться к неестественным условиям. Спустя еще тридцать минут она чувствует, как постепенно проваливается в сон, а еще она чувствует себя грязно. Из-за того, что его прикосновения вызывали в ней необъяснимые ощущения. Из-за того, что это было приятно и вовсе не противно, как она думала изначально. Из-за того, что уснула, думая только о нем. И плевать, что ее мысли были наполнены жуткой ненавистью. Так или иначе, она не могла думать ни о ком другом.

***

Бель заснула в муках с поднятой вверх затекшей рукой. Как привязанная к столбу ведьма, как ненужная вещь, с которой поиграли и бросили. Она знала, что Чонгук долгое время не спал. Чувствовала. Но не стала кричать и вырываться, решив, что это ниже ее достоинства. Когда девушка проснулась, первое, что она почувствовала – мягкие простыни, подушка под головой, пуховое одеяло и самое главное – отсутствие наручников. В ужасе, проведя по телу рукой, Бель распахнула глаза и обнаружила темно-вишневый кровавый браслет на запястье. Она уснула в сидячем положении и мысль о том, что Чон взял ее на руки и уложил как подобает на кровать, казалась немыслимой. Неужели он смотрел на то, как она спит? На протяжении сорока минут Изабель лежит, глупо таращась в потолок и только потом в растрепанном виде выползает в кухню, где Чонгук, одетый с иголочки в черный классический костюм и белую рубашку, сидит за столом и пьет чай. Бель фыркает с одного его вида и проходит мимо прямиком в ванную комнату. Ей хотелось бы увидеть его душу так же, как она видит его самого, и убедиться в том, что она черна, как ночь. Чтобы разочароваться. Но что-то заставляло ее бесконечно оправдывать его в самых глубинах ее сердца, не смотря на всю ту ненависть и злобу, что она к нему питает, она каждую минуту выдумывала объяснение его бессердечности… И это действительно пугало. Бесконечные игра разума, правила которых она не знает. Бель включает горячий душ, сбрасывает с себя пижаму и становится под воду. Запястье саднит от попадающей на него горячей жидкости. Нужно будет обязательно налепить пластырь. Или же заставить сделать это Чона, ведь все это его заслуга. Когда девушка снова появляется на кухне, на этот раз причесанная и умытая, Чонгук стоит, облокотившись на кухонный стол и что-то листает в телефоне. Он бросает на Бель мимолетный взгляд и произносит: – У тебя десять минут, чтобы собраться. Мы едем в офис. И не задавай мне глупых вопросов, – он отмахивается, замечая, что Бель хочет возразить и направляется к выходу. К удивлению девушки, Чон стоял у лифта, когда она вышла из квартиры, и ждал ее. Они в полной тишине спустились на подземную парковку, и она посеменила следом за ним, словно покорная собачонка. Мужчина не прошел к своей машине, как это делал обычно, вместо этого они с Изабель прошли к глухой стене, которая, как по мановению волшебной палочки разъехалась в разные стороны, стоило Чону ввести код. Бель поняла, что этот человек Бог или же сам Дьявол во плоти, потому что она увидела целый чертов авто парк, принадлежащий ему одному. В голове тут же завертелась куча мыслей. Она, как самая настоящая дурочка все это время искала машину, когда под носом была куча продвинутых спортивных авто: Maserati, Jaguar, Aston Martin, Bugatti, Ferrari, BMW, Audi, Mercedes и Porsche. Черт, да это же как найти несметные сокровища. И кажется ее проблема решилась сама по себе. – Выбирай, – кивает Чон в сторону автомобилей, заметив завороженный взгляд девушки. – Ч-что? – Бель ошарашено смотрит на него, надеясь, что ей это не послышалось. Он что, действительно хочет снабдить ее машиной? – Выбирай, на какой поедем. Ты ведь у нас хорошо в этом разбираешься, – усмехается Чонгук и подходит прямо к ярко-красной Ferrari 458 Italia. Ну да, конечно, у него ведь не могут быть при себе сразу все ключи от автомобилей. Он изначально знал, на какой машине они поедут и всего лишь издевался над девушкой. Так что закатай губу обратно, Изабель. Когда они сели в машину, Чон бросил мимолетный взгляд на истерзанное запястье Бель, которое она в конце концов так и не успела обработать. Мужчина молча завел двигатель. Через некоторое время машина остановилась около здания аптеки. Чонгук, не глядя девушке в глаза, просунул карточку и сказал купить мазь для обработки повреждений, чтобы в дальнейшем не образовалось загноения. Что это? Неужели у мистера ВЫСОКОМЕРНЫЙ ГАВНЮК проснулась совесть? Изабель молча сделала все, как он ей велел и уже через сорок минут езды по пробкам они оказались у высокого стеклянного здания, верхушку которого закрывали облака. Поднявшись на последний этаж, они прошли к кабинету Чона. Стоило войти, как Бель тут же заметила Ким Тэхена собственной персоной, который наворачивал круги по просторному помещению. Он был явно взволнован чем-то, но, когда увидел брюнетку, его напряженное выражение лица сменилось на озадаченное, а потом он и вовсе натянул на лицо улыбку, всем своим видом показывая, что все просто замечательно. Мужчина кивнул своему другу, подошел к Изабель, сверкая своими черными, как ночь глазами, взял ее руку в свою и поцеловал в тыльную сторону ладони. Снова. Этот жест заставляет ее чувствовать себя неловко. – Ты сегодня еще не завтракала, – подметил Чон, злобно зыркнув на Изабель глазами, чем заставил Тэхена отстраниться. – На втором этаже есть кофейня. Вот, возьми, – он снова просунул ей свою черную безлимитную карту, взглядом указывая в сторону выхода. Бель сразу поняла, что между мужчинами намечается серьезный разговор и без каких-либо пререканий приняла подачку Чона и вышла из кабинета. – Какой-то ты слишком дружелюбный сегодня. Мне аж не по себе, – усмехнулся Тэхен, не отводя взгляда от двери, только что закрывшейся за девушкой. – Хотя, прекрасно понимаю, почему, – мужчина наклонил голову в бок и серьезно посмотрел в сторону Чона. Он заметил это темно-вишневое пятно на запястье девушки, как только она вошла в кабинет. – Это не твое дело, – бросил Гук, махнув в сторону Тэ рукой. Он засунул руки в карманы брюк и подошел к окну, за которым можно было разглядеть только силуэты города, скрытые за плотным туманом. Испытывает ли он угрызения совести? Нет. Сожалеет ли о содеянном? Тоже нет. Но то, что он немного переборщил с воспитанием – с этим он согласен. – Надеюсь, это что-то срочное, раз ты вызвонил меня в выходной, – процедил сквозь зубы Чон, не отрывая взгляда от окна. – Если бы это были пустяки, стал бы я звонить? – задал вопрос Тэ. По шорохам за своей спиной мужчина понял, что тот сел на кожаный диван, стоящий позади него около стены. – Дело в том, что для завтрашних съемок CalvinKlein, мы выбрали фотографа, часто работающего с журналом Vogue. Сам знаешь, какой он. – И? – Чонгук развернулся, подошел к столу и взял папку с намеченным графиком всех последующих фотосессий в этом месяце. Для завтрашней была отобрана модель из Бразилии. Смуглая черноволосая красотка с яркими, на редкость, глазами. – Ни одна из предложенных моделей не пришлась ему по вкусу, – обреченно выдохнул Тэхен. – Он закатил мне целый скандал по этому поводу, сказав, что не будет работать с теми, кто его не устраивает. – Да что за черт?! – Чон остервенело бросил папку на стол, сметая ею прочие разбросанные документы. – Я понять не могу, что им всем нужно? – мужчина обращает свой взгляд на Тэхена и хочет было продолжить дискуссию, как слышит: – Кофейня еще не открылась, но глядя на мое разочарованное лицо, они все-таки сделали мне кофе. Я и Вам взяла, – Изабель с радостной улыбкой на лице вваливается в кабинет, не додумавшись постучать. В ее руках три больших стаканчика кофе и столько же плюшек. Бариста в кафе оказался весьма приятным молодым человеком, который с удовольствием продал ей все, что она попросила, даже несмотря на то, что было еще слишком рано для открытия. Бель не знала, какой кофе предпочитают мужчины, поэтому взяла два американо без сахара и один капучино для себя. Когда девушка подняла взгляд на мужчин, наконец-то справившись с закрытием этой треклятой двери, то улыбка мгновенно пропала с ее лица, потому что ее тишиной встретили две пары глаз. Причем Чонгук смотрел с раздражением, а Тэхен с интересом. – Что-то не так? – с волнением поинтересовалась Изабель. – А что, если…– промолвил Тэхен, проигнорировав ее вопрос. Он прожигал девушку взглядом, изучая от и до. – НЕТ! – перебил его Чонгук, отрицательно качая головой. Мужчина плюхнулся в кожаное кресло, закинув ногу на ногу. – Это исключено. – А вот я думаю, что она подходит. – Подхожу для чего? – нервно спрашивает Бель, продолжая стоять, как истукан около двери и переводить взгляд с одного мужчины на другого. – Я СКАЗАЛ НЕТ! – громко выкрикнул Чон, строго смотря в сторону Тэхена. На его шее от злости вздулись вены, а на руках побелели костяшки от того, как сильно он сжимал кулаки. – Да брось, Чон, – промолвил Тэ, усмехаясь. Мужчина встал и направился к девушке, все еще продолжая оценивать ее взглядом. – Изабель, покажи животик. Она опешила от подобной просьбы и вместо того, чтобы сделать так, как он просит, лишь сильнее прижала кофе к своей груди, которое довольно неприятно обжигало ее через свободно висящую на ней худи, и сделала шаг назад, упершись спиной в деревянную поверхность двери, сделанную из красного дуба. – З-зачем? – заикаясь, выдавила из себя девушка. – Мне всего-то нужно посмотреть, в каком состоянии находится твоя фигура, – мужчина подошел близко к Изабель и рукой схватился за низ кофты. – Не бойся, – все это время он смотрел ей в глаза, таким образом уверяя ее, что все в порядке. Изабель неуверенно кивнула, одобряя его действия и расслабилась, наблюдая за тем, как он медленно приподнимает до груди ее худи. Где-то в глубине души она знала, что Тэхен не из тех, кто способен причинить ей боль. Но отчего-то его слова застали ее врасплох. – Не смей этого делать, Тэхен! – подорвался Чонгук со своего места. Но мужчина уже не слышал его, заворожено рассматривая каждую родинку на животе девушки. Он, как и обещал, оголил лишь малую часть ее тела. Она была в весьма неплохой форме. Может быть у нее и не было идеально накаченного пресса, зато был плоский животик с проколотым пупком. Мужчина утвердительно закивал головой, задумчиво закусывая губу, выпрямился, опуская кофту на свое место, обворожительно улыбнулся, глядя на выпученные испуганные глаза девушки, забрал один из стаканчиков кофе и сделал шаг назад, не прерывая с Изабель зрительного контакта. – Спасибо, милая, – он потряс перед девушкой стаканчиком с кофе и развернулся к разгневанному Чону. – Она идеальна! И завтра отправляется на фотосессию.