Я не от мира сего...

Конеко никогда не считал себя сильным духом или каким-то могущественным монахом, коим являлся дедушка Рина с Юкио. Он не приписывал никогда себе звание даже эксвайера – он не считал себя им потому, что думал, что он недостаточно хорош в своем деле. Он всегда считал для себя примером Сугуро: образ Рюдзи для Конеко давал какие-то попытки стать таким же сильным и уверенным в себе, как Сугуро, вот только Рюдзи не всегда проявлял свою уверенность и эгоизм в нужную сторону – вместо этого он обычно подвергал себя опасности, иногда и других тоже. Конеко боялся потерять рассудок, как это было однажды, когда он узнал о том, что Рин на самом деле является демоном, – да что там! Самим сыном Сатаны! – он поддался демону и сам стал монстром, которому только и надо было, что убить Окумура-старшего, но Мива все-таки поборол в себе эту темную сторону; Конекомару хотел как-нибудь выделиться, показать себя с другой стороны; пытался первым начать разговор, хотя это у него не очень получалось; Мива отличался от других своей сообразительностью, умом, но никак не ловкостью, скорее Конеко был более неуклюж, нежели проворным. Он всегда хотел быть таким же ловким и быстрым, как Рин, таким же грозным и сильным, но одновременно милым и добрым, как Сугуро, таким же хитрым и проворным, как Сима, таким же рассудительным и серьезным, как Идзумо, таким же добрым и чуток наивным, как Сиеми, хотя она наивна не чуток, а слишком, таким же странным, как Сюра-сенсей. Он хотел походить на них, хотя бы самую малость. Но, когда появились Хвостатые Феи, то Конеко понял, что все стереотипы, выдвинутые различными учеными гипотезы о земном притяжении, разновидностях животных, их возможностях – и доказанные ими, рухнули и разбились, как стекло, вдребезги, не оставляя шанса на обратное. Все, чего хотел достичь Конеко, одновременно находилось в каждом из магов: в Нацу, в Люси, в Эрзе, в Грее и даже в Хеппи. Они ворвались в его сознание внезапно, необратимо. Фейритейловцы стали кем-то, похожими на героев. Но вот разве они таковыми являлись? Нет. Они точно такие же люди, просто имеющие магию. Просто они немного необычные, странные, в особенности, как понял Мива, Люси. Девушка вроде и милая, но в ярости, почти как Эрза. Все они были неординарными. Конеко даже думал, что они пришли сюда по воле судьбы. Нет, он конечно рад был тихой и миной жизни несколько месяцев, даже терпя надоедавшие задания со слизнями, но все равно хотелось приключений, драйва, экстрима на свою пятую точку. И вот, когда дверь распахнулась в их класс, а на пороге показалось четыре человека и один говорящий летающий кот, то в эту дверь незаметно прокрались веселье, азарт и, самое главное, приключения. Они принесли немало неприятностей, но зато было весело. И теперь, Конеко твердо решил, стать таким же, как и они, хвостатые феи.

▀▄▀▄▀▄▀▄▀

Вечер. Так как сейчас была поздняя осень, то на улице быстро темнело, а, когда солнце полностью закатывалась за горизонт, то сильнее холодало. На часах время показывало семь вечера, самое время для того, чтобы отдохнуть и заняться чем-нибудь после учебы. И вот один человек стоял около бассейна, дожидаясь других. Он, точнее она, была явно раздражена и зла на тех, кто опаздывал. Сохраняя позу королевы, а именно сидя на скамье, скрестив руки на груди и перекинув ногу на ногу, Эрза ждала остальных, но те, походу, совершенно не спешили появляться. Только Эрза собиралась встать и пойти за другими, пригнав как овец, как с разных сторон стали показываться силуэты, которые рьяно и быстро бежали к бассейну. – Неужели! – рыкнула Скарлетт, стараясь не сломать что-нибудь рядом. Первым прибежал, как ни странно, Конеко. Он выглядел запыхавшимся, а потом, с виноватым выражением лица, поклонился и попросил прощения, чем привел раздраженную Скарлетт в удивление и тем успокоил ее. Второй прибежал Рин, а за ним и Нацу с Хеппи, и все трое получили смачные подзатыльники от Титании. – За что?! – взвыли Нацу, Рин и Хеппи. – За все хорошее! Сколько вас можно ждать?! – задала риторический вопрос аловолосый рыцарь. – Ты не представляешь, через что нам пришлось пройти!.. – протянули боязно Нацу, Хеппи и Рин, вспоминая, как они убегали от какого-то мужика, как оказалось – гея. Да и внешностью он явно смахивал на гомосексуала. Уложенные как-то странно волосы, ярко-желтого цвета, в ушах полно серег, глаза подкрашены тушью и карандашом, распахнутая настежь рубашка, показывающая его неплохой торс на котором были татуировки, и опущенные, до нельзя, штаны, и пошлая улыбка на смазливом личике. Еще он был надет в белый медицинский халат, который был полностью расстегнут. Откуда он только взялся в Академии? У Драгнила, Хеппи и Рина по коже пробежался холодок. – Да мне без разницы, что вы там делали! Хоть самого мастера Боба встретили! – Почти, айя! – поддакнул Хеппи, поднявшись в воздух. Сзади послышался топот, а потом и шум тормозящих ног. Это прибежали Сугуро и Сима. – Ух, еле отделались, – выдохнул Рюдзи. – Ага… Этот парень какой-то сумасшедший. И какого он устроился в школу доктором? – спросил сам у себя Рэндо. – Ты это у него пойди и спроси. А сейчас отставить разговорчики! – сказала размеренно Эрза, вставая со скамейки. Сейчас предстоит распределиться на команды. – Чертов Грей! Где его черти носят?! – воскликнула с досады Скарлетт. За спиной послышалась отдышка после долгого бега. – Да тут я, тут. Фух, как жарко! – сказал Грей, вытерев пот со лба. Эрза, развернувшись к нему, дала подзатыльник и сказала, указав на подошедшую Идзумо: – Да ты и так голышом тут гуляешь. Постеснялся хоть перед девушкой! Дождавшись, когда все встанут плотной кучкой, Скарлетт, потерев переносицу, начала монолог: – Что же, все в сборе. Как было сказано ранее, мы отправляемся на наше персональное задание. Дело крайней важности и не требует каких-либо отлагательств. Неизвестно, сколько дней мы будем на задании. – Дней?! – воскликнул Сугуро. – Нас же сразу раскроют! Эрза была совершенно спокойна на его восклицание. Скарлетт, покачав головой, продолжила: – Об учителях и нашей прочей работы в Академии я уже позаботилась. На какое-то время, неделю-полторы, я немного навела беспорядка, поэтому всех учеников отстранят от занятий, а, следовательно, нам не придется придумывать себе отговорку и тому подобное. У нас законные выходные, которые мы провели «в экскурсии по городу». Еще вопросы и возражения есть? – Эрза с ожиданием посмотрела на других и, получив отрицательный ответ, продолжила: – Теперь, когда с вопросами об Академии закончили, я приступлю к распределениям на команды. Первая команда, которая пойдет в северном направлении от Академии: Нацу, Рин, Хеппи. Окумура, так как ты знаешь дорогу, ты будешь вести. Вторая команда направится в восточном направлении. В ней: Грей, Конеко. Третья команда идет в южном направлении. В ней ты, – Эрза указала на Сугуро, – и Сима. И последняя: я и Идзумо. Окумура, что-то обдумав, спросил: – А если мы найдем главный источник, как связаться с остальными? Или нам самим его убивать? – Хороший вопрос, Рин. И правда, что делать? – переспросил Конеко. Скарлетт, кивнув Нацу, Грею и Хеппи, сказала: – Что делать? Поступать способом хвостатых фей… Потом Грей, Нацу и Хеппи выдали, стукнув кулаки друг о друга: – «Разнесем всё нахрен»! Остальные удивленно посмотрели на магов. Сколько же в них энтузиазма и энергии? Потом Нацу воскликнул, покрывшись язычками пламени: – Я аж воспылал! – Молчал бы, головешка угольная, - хмыкнул в ответ Грей, образовав в руке небольшие кристаллы льда. Рин, не став дожидаться дальнейшего, вытащил меч и, как и Нацу, покрывшись язычками пламени, но только синего цвета, спросил у Скарлетт: – Выдвигаемся? – Вперед! – дала команду Эрза, а после все скрылись за воротами школы.

▀▄▀▄▀▄▀▄▀

Вечер тянулся к ночи, а на небе начали появляться звезды. Луна, нежно-матового цвета, то выглядывала, то опять скрывалась за проплывающими облаками, что были темными, но не казались слишком громоздкими. Но вот такая прекрасная и тихая ночь не была таковой для нескольких групп людей, находящихся в разных концах города. Северная часть. Улица Коджитсу. 19:15. Команда находилась в каком-то кабаке, под предводительством Сюры Каригакурэ, которая была в плохом настроении. Поэтому, чтобы сильно не печалиться, она решила захлопнуть это щемящее чувство, просто-напросто напившись до отвала. Ведь, когда организму хорошо, хорошо и телу, а тем самым и душа расслабляется. Мозг, который до этого работал, отключается, оставляя пост на бушующие клетки алкоголя, которые, не щадя ни сил, ни физических данных человека, начинают буйствовать, заставляя делать человеку самые глупые и нелепые, а порой даже и серьезные поступки. Но Сюра не Сюра, если не выпьет, чтобы утолить жажду разрушения. – Сюра-сан, с вами все хорошо? – спросил один из экзорцистов. Каригакурэ, даже не посмотрев на того, кто спросил, ответила, слегка подвыпившим голосом: – Я в норме. – Однако, не утвердительный ответ, - произнес шепотом спросивший, а потом пошел к другим веселиться и пить. – Ты не представляешь, как все нормально, - прошептала Сюра. Каригакурэ откинулась на спинку стула, поднимая глаза к потолку. Она и ее команда обшастали уже почти всю северную часть города, но ничего не нашли, впрочем, как и остальные экзорцисты. Почему же этот демон вообще появился? Что он собой несет? И, самое главное, как он умудряется так прятаться, что его даже сам Мефисто Фель не может отыскать? Это неимоверно бесило и раздражало. Сюра приняла нормальное положение. Встав и подойдя к остальным, Каригукурэ, материализовав меч и проткнув им пластмассовую бутылку пива, сказала: – И чего мы распустились? Я, конечно, не против лишний разок выпить, но сейчас, даже будучи в таком состоянии, я поняла, что не нужно сдаваться, даже, если поиски заняли две недели, а ничто из этого не вышло – все равно, нужно продолжать искать. Даже в неадекватном виде. Поэтому, идемте. Все экзорцисты встали и, пошатываясь, пошли за Каригукурэ, что уже была практически у выхода. Вдруг бармен крикнул: – Мисс, а кто будет платить?! Сюра, повернувшись, ухмыльнулась: – За счет заведения, милый! – а после скрылась за дверью. Охранник выбежал за ними, но увидел лишь силуэты, прыгавшие с крыши на крышу.

▀▄▀▄▀▄▀▄▀

Северная часть. Улица Аллорос. 19:27. Нацу, Рин и Хеппи шли вперед, на ходу заглядывая даже в самые темные закоулочки. Больше доверяясь своему носу, Драгнил шел и вел за собой Окумуру и Хеппи, хотя все должно было быть наоборот. Хеппи осматривал все сверху, а двое парней вокруг себя. Наконец, когда уже было понятно, что на этой улице ничего нет, Рин вздохнул с досадой и сказал Нацу: – Блин, мы уже несколько улиц прошли, а еще ничего нет. Драгнил с шоком посмотрел на друга и сказал: – Ты что, устал? У нас нет времени на отдых! – Нет, я не устал, просто здесь еще столько улиц… Тебе лучше не знать, – ответил Окумура-старший. – Тц. Для меня, Нацу Драгнила, это не проблема. Так ведь, Хеппи? – спросил у своего лучшего друга Нацу. – Айя! – поддакнул искид, а потом, взлетев немного выше, воскликнул: - Нацу, Рин! Я что-то вижу! Там, за четырьмя улицами, какая-то толпа, видимо в чем-то темном, и среди них выделяется какая-то полураздетая девушка. Рин, поняв о ком речь идет, сказал самому себе: – Черт, и что она здесь забыла? А! Блин, это же ее часть для осмотра и поиска. – Кто она? – спросил Нацу, удивленно посмотрев на Рина. – Моя наставница – Сюра Каригакурэ. Экзорцист, класса: рыцарь, – вздохнул Рин, но потом крикнул Хеппи: – Хей! Спустись быстрее! Она может подумать, что ты демон! Хеппи быстро ретировался на плечо Драгнила. Но Нацу даже никак не отреагировал на его действия. Напряженный чем-то, он стоял, как истукан, уставившись куда-то. – Нацу, что случилось? – спросил Рин. – Воздух изменился не в лучшую сторону. Все становиться слишком странно. Ты не чувствуешь? – Драгнил спросил у Рина. Тот, прикрыв глаза, принюхался. – Ты прав. Что же происходит? – Не будем стоять на месте, пошли дальше, - кивнул розоволосый в сторону другой улицы. Хеппи обеспокоено посмотрел на хозяина. – Да, продолжим поиски. Но только давай свернем с прямой, потому что Сюра может обнаружить нас, – предложил Окумара-старший. Нацу кивнул. – Нацу, - искид тихонько потормошил Драгнила за плечо, взлетев на уровне его лица, – я беспокоюсь о Люси. Вдруг ей сейчас очень-очень плохо, пусть она и странная? – Рин посмотрел на искида. Он так волнуется о своем друге. Окумура невольно улыбнулся. – Хеппи… С Люси все будет хорошо, - Драгнил тепло улыбнулся коту, и Рин понял, что Драгнил очень хочет спасти Хартфелию. Очень хочет победить демона. – Нацу… - на глазах искида появились слезы, и он уткнулся в грудь Драгнила. – С нашей Люси все будет в порядке… – как-то грустно произнес Драгнил. Рину показалось, или в его словах еще и прозвучала надежда? Окумуре почему-то внезапно тоже захотелось победить. Нет, он с самого начала хотел этого, но сейчас он просто был обязан это сделать, чтобы спасти Люси. Но почему это желание так возросло? Из-за того, что беспокойство лучших друзей перешло к нему? Или это все по другой причине? Рин решил оставить этот вопрос на потом и отправиться за Нацу с искидом.

▀▄▀▄▀▄▀▄▀

Сиеми, сделав отвар из трав, которые ей наколдовал Нии-чан, пыталась напоить им Люси. Хартфелия дергалась, но не могла нормально двинуться; на лбу у заклинательницы появилась испарина, а лицо все было красное. Морияма сменила тряпочку на лбу у Люси, намочив ее в холодной воде. У девушки жар, и Сиеми всячески пыталась его сбить. Наконец, когда Хартфелия проглотила содержимое из небольшой миски, она успокоилась понемногу, но начала говорить невнятные вещи. – Никак не сбивается температура? От внезапного вопроса, Сиеми подскочила на месте и, повернувшись, спросила: – Ах! Вы ведь дух Люси? – Да. Я – Локки. Дух созвездия Льва, – представился Локки. Потом, услышав невнятный шепот от Люси, спросил: – Она бредит, да? – Только начала. Но я не могу разобрать ее слов, – ответила Сиеми. Нии-чан кивнул. – Значит, дела обстоят еще хуже, – прозвучал еще один голос за спиной у девушки с фамильяром. Сиеми и Локки повернулись. Дух созвездия Льва спросил: – Козерог, ты сам прошел через врата? – Да, – ответил Козерог, а потом подошел к хозяйке и присел на колени, прислушиваясь к тому, что она говорит. – Ничего не могу понять, – внезапно встал Козерог. – Слова слишком не разборчивы. – Потом снова, повернулся к Люси, поклонился и, поцеловав руку, сказал ей: – Госпожа Люси, прошу, потерпите еще немного. Ваши друзья все выяснят. Но Хартфелия не ответила, потому что не могла. Сиеми и Нии-чан всполошились, увидев, что Заклинательница опять начинает бить дрожь, и ее тело начинает дергаться. Губы шевелятся, выдавая что-то нечленораздельное. Локки с сожалением и сочувствием посмотрел на хозяйку, сжав кулаки. Козерог встал, попрощался со всеми и ушел в мир духов, что-то обдумывая. Наконец, Сиеми приготовила снова какой-то отвар и приподнесла его к губам Люси, как вдруг, Хартфелия присела, а ее глаза, распахнувшись, стали светиться золотым оттенком. Локки с ужасом посмотрел на хозяйку и хотел было подойти, как Люси вновь рухнула в кровать, а около нее образовался невидимый барьер. Локки остановился, ударившись о барьер. – Не может быть... – шептал он. – Нужно срочно доложить королю об этом. Сиеми, увидев такое произошедшее только что с Люси, удивленно спросила: – Что это только что было? – Нии! Но Локки уже растворился в воздухе, отправившись в мир духов. Сиеми с Нии-чаном уставились с волнением и беспокойством на то место, где только что стоял дух, как до их ушей стали доноситься слова: – Леви... Морияма быстро подошла к Хартфелии и села рядом с кроватью на корточки, взяв ту за руку. Значит, на нее не действует барьер. Странно. – Леви... Джет... Помогите... – звала в бреду кого-то Люси. – Кто? Кто такие Леви и Джет? Кому помочь? – шепотом спрашивала Сиеми. Нии-чан обеспокоенно глядел на Люси. Но ведь Хартфелия не слышала, что говорили другие, поэтому продолжала: – Нет... Нельзя... Помогите... Эвергрин... Спасите... Бикслоу... Фрид... Спасите... Леви... Джет... Нет... – после этих слов Люси успокоилась и уснула, все еще дрожа, а на уголках глаз появились слезы. Морияма, лишь грустно выдохнув, сказала Нии-чану: – Наверное, ей снятся кошмары.

▀▄▀▄▀▄▀▄▀

Восточная часть. Улица Форентензо. 19:46. – Да прибудет с нами Господь! – сказал Конеко, когда они с Греем шли по улице, на которой не было ни души. Внезапно Фуллбастер остановился, будто чего-то ожидая. Мива не ожидал резкой остановки, поэтому врезался в спину Грея. – А вот и гости пожаловали! – ухмыльнулся Фуллбастер, наблюдая за внушительных размеров, силуэтом, выходящим из-за какого-то здания. – Но это ведь не тот, которого мы ищем! – воскликнул Конеко. – Я это понял. Но от этого же нужно избавиться тоже, – ответил Грей, раздеваясь и образовывая в руках лед. – Но... Но как я могу помочь? Я ведь всего лишь читаю молитвы, – поникшим голосом сказал Мива. Грей обернулся к нему и посмотрел серьезно. – И что? Разве ранее ты не сражался молитвами? Не говори ерунды, а присоединяйся. Представь, что это последний для тебя бой, и тогда ты все поймешь – какого это, сражаться, – сказал Грей, повернувшись к приближающемуся демону. Конеко в удивлении распахнул глаза. Последний бой? «– Тогда... я хочу сражаться! Ведь это мой последний день битвы.». – пронеслась мысль в голове Мива, пока он доставал печати. – Ну что, поехали? – с азартом спросил Грей. Конеко хотел помочь всеми силами. Только сейчас он понял, что ему не надо становиться вторым кем-то. Ведь у него есть свои силы, своя воля, свои способности, которые просто нужно повышать и верить в себя. Ведь Конеко это Конеко. Его никто не заменит... – Ага!

▀▄▀▄▀▄▀▄▀