Глава 5: Хогсмид
7 июля 2020 г., 12:10
В Хогсмид отправились, естественным образом разбившись на пары. Малика, конечно, шла вместе с Ладой, пока к ним не присоединились догнавшие их Налёка и сопровождающий её Аяна Пепилан, которого Малика однажды наградила званием идеального хаффлпаффовца.
Что до Динки... Малике удалось высмотреть её спину (светлые хвостики не позволили ошибиться), и она даже хотела было подобраться ближе, но тут обратила внимание на принцессиного спутника.
Это не был Рачён.
Рачён определённо был немного выше и гораздо стройнее. Когда динкин сопровождающий для чего-то повернулся в профиль относительно маликиного взгляда, оценить его фигуру стало ещё проще: были видны выдающиеся живот и таз, в то время как ноги оставались довольно тонкими — жир у бедняги был распределён неравномерно. Должно быть, долгие прогулки давались ему с трудом, и Малика даже начала немного за него беспокоиться, пока не вспомнила, что это не её дело.
В настоящее время право для подобных волнений имела разве что Динка, которая аккуратно держала спутника под руку и, похоже, была занята интереснейшей беседой. Голова её почти всё время была повёрнута к спутнику, и, судя по начинавшим то и дело дрожать хвостикам, она периодически заливисто смеялась.
И этого спутника Малика узнала. Точнее, она не могла бы назвать его имя, но неоднократно видела его на уроках зельеварения.
Это был слизеринец.
— Как зовут этого человека? — пробурчала Малика, обращаясь, разумеется, к всезнающей Налёке.
— Ган Гяалониан, — немедленно ответила та. — Пока ты не спросила: его фамилия... В отличие от меня он, кажется, имеет какое-то отношение к королевской семье. Седьмая вода на киселе... А может быть, и нет, — неожиданно завершила она.
— Как это понимать? — фыркнула Лада.
— Да кто его знает, — пожала плечами Налёка. — Может быть, он нарочно это не опровергает, чтобы казаться значительнее. Мало ли нас, Гяалониан... Я бы не доверяла слизеринцам в таких вопросах.
— Эмм... — протянула Малика, — стоит ли мне говорить тебе, что ты никого этим не удивила?
— Мне больше интересно, — елейно произнесла Лада, — откуда тебе известны такие подробности о слизеринцах?
— В основном от ревенкловцев, — с готовностью ответила Налёка, будто не замечая подножки. — Слизеринцев, конечно, мало кто любит, но это не значит, что с ними совсем не общаются. Если измерить... Я бы сказала, что у Гриффиндора и Слизерина настоящая вражда, хаффлпаффцы в этом смысле чуть мягче, а некоторые ревенкловцы могут и сами подойти заговорить. У них чувство противослизеринской, мм, солидарности бывает слабже, чем научное любопытство.
— Ничего себе, — засмеялась Малика, — как ты здорово всех рассортировала.
— Да ну тебя, — отмахнулась Налёка.
— Нет же, я серьёзно. Это была отличная речь.
— И всё-таки, — Лада даже хлопнула в ладоши, привлекая внимание, — почему твоя Динка идёт под ручку со слизеринцем?
— О, раз это Ган... он имеет какое-то отношение к Чи́ше с Ревенкло и Вы́швичке с Хаффлпаффа... кажется, их родители совместно... А, впрочем, нет. Не помню.
— Что это ты там такое лепечешь? — поинтересовалась Лада.
— Динка что-то мне рассказывала, — призналась Малика, — но я ничего не поняла.
— А зря, — покачала головой Налёка. — Тебе это понадобится, ведь... А, хотя неважно.
— Что — неважно? — не поняла Малика.
— «Неважно» и есть «неважно», — и Налёка почему-то вздохнула.
— Нелегко, наверно, принцессе с тобой, — вдруг произнёс до этого молчавший Аяна.
— Что это значит?! — возмутилась Малика, но ей никто не ответил.
— Дементоры обходят деревню раз в сутки, — пояснила Налёка, когда они вчетвером устроились греться в пабе «Три метлы». — И даже сейчас улицы ими кишмя кишат. Но быстро поглотить счастье целой толпы радостных школьников им, похоже, не под силу. Наверно, местные жители теперь обожают такие дни, когда нас отпускают в деревню. Не меньше, чем их обожаем мы.
— Отличная работа была бы — радоваться, — хмыкнула Малика.
— У тебя бы не получилось, — вздохнула Налёка. Лада и Аяна согласно закивали, причём если от Лады этого можно было ожидать, то причина, по которой это сделал Аяна, была неочевидна.
«Всё-таки он идеальный хаффлпаффовец, — подумала Малика. — Должно быть, тот ещё эмпат».
Меж тем Малика осторожно косилась на других посетителей, выискивая светлые хвостики Динки. Ей казалось, что она делала это незаметно, но сидевший рядом Аяна сочувственно похлопал её по плечу.
— Совсем влюбилась, — констатировала Налёка.
— И что мне теперь делать? — с тоской произнесла Малика.
— Кажется, — хмыкнула Лада, — у тебя уже есть подруга, страдающая тем же. С ней и посоветуйся.
— Посоветоваться? — Малика даже засмеялась. — Из меня и то будет лучший советчик.
— Даже простой разговор может принести облегчение, — заметил Аяна. На этот раз засмеялась Лада:
— Хватит цитировать азбуку.
С Динкой, всё так же сопровождаемой Ганом, они столкнулись, когда пришли полюбоваться Визжащей хижиной — то есть как раз когда Малику, постыдно трясущуюся от жуткой атмосферы, прижимала к себе Лада, вообще не впечатлённая мрачностью здания. Это было неудачно: Малика совершенно не хотела, чтобы Динка видела её в таком жалком состоянии. Были, впрочем, и плюсы:
— Тут совершенно безопасно, — попыталась утешить её принцесса и, желая закрепить эффект, взяла Малику за руку.
У Малики были подозрения на этот счёт, и динкину руку она отпустила далеко не сразу. Ган смотрел на них, неприкрыто хмурясь.
По итогам Малика зареклась навещать хижину когда-либо ещё.
Счастливая случайность заставила Малику и Динку пересечься повторно в «Сладком королевстве», где они пространно и с удовольствием обсудили вкусы друг друга, несмотря на то, что обменивались сладостями всё лето.
Динка заставила Малику наклониться:
— В следующий раз, — шепнула она ей на ухо, — я хочу, чтобы ты сводила меня сюда сама.
Неудивительно, что в замок Малика вернулась абсолютно счастливой, несмотря на всех дементоров.
