Лжец

      Едва уловимые, нежные поглаживания по щеке разбудили Минги, вытаскивая понемногу из зыбкого сна. Ему казалось, что это всё еще сон. Но для него всё было слишком приятно, и тяжесть чужого тела не могла быть настолько явной.       Потирая глаза, репер проморгался и увидел рядом с собой Сонхва. Старший вновь поцеловал его в уголок губ и погладил по взлохмаченным волосам. - Доброе утро, соня. - ласково сказал парень. - Просыпайся. - Хён? – сонно пробормотал репер и тут же обнял старшего, притягивая к себе. – Я не хочу.       Удивительно, как Минги может быть настолько мягким и одновременно сильным. Пак не успел сообразить, как оказался в крепких объятьях, лежа на кровати. Сон никогда не казался слабым, но прямо сейчас он, как медведь, обнимал хёна, утыкаясь лицом в его макушку, довольно посапывая. - Нет, так не пойдет. Просыпайся и иди собираться.       Минги только крепче прижался, игнорируя любые попытки Пака сбежать. За последнее время Сон стал немного капризным, стараясь как можно чаще находиться рядом с любимым. Однако большая часть его попыток улетала в молоко из-за работы, усталости и других мемберов. Репер злился и даже обижался, но виду не показывал. Сонхва нежно куснул парня за шею, и тот отпустил. Сонхва воспринимал его поведение как обычную ревность и усталость, не догадываясь, что причина куда глубже.       Он старался быть внимательнее к реперу, радуя его незаурядным вниманием. Он чаще садился рядом, оставался на тренировке, даже если жутко уставал. Заботился больше обычного и лично будил, хотя раньше этим занимался Чонхо, с которым трудно спорить. И, лёжа в кровати рядом с этим комочком его личного счастья, вообще не хотелось вставать. Но как старший он обязан взять всю тяжелую работу на себя и любым способом разбудить, накормить и доставить мемберов в студию.       Сонхва знал, что остался единственный рисковый, но весьма действенный способ, после которого Минги может обидеться или отплатить той же монетой позже. Он осторожно куснул его за шею, затем целуя теплую кожу. Вся сонливость Минги мигом прошла, но, к сожалению, репер знал, что за этим сейчас точно ничего не последует.       Он чуть отодвинулся, посмотрев на старшего, что в качестве извинения поцеловал его обиженно надутые губы. - Почему я не могу хотя бы одно утро провести рядом с тобой, а не ехать на работу?       Если бы кто-то видел сейчас эти печальные глаза, то сдался без попыток сопротивления. Они не могут так поступить, и парень сам прекрасно это знает. Но внутренний протест всё же вырывается через обиду на весь белый свет. - Господи, Минги~я, ты такой милый. Поверь, я хочу урвать несколько таких дней, но у нас есть работа. Как только будет время, мы обязательно проведем его так, как захочешь ты. - Обещаешь? - Конечно. - И сделаешь, что я попрошу? - Если только это законно. - кивнул старший. - А если я предложу поехать куда-нибудь - поедешь? - Только при условии, что до этого мне не придется наблюдать твои грустные глаза, слушать тяжелые вздохи, и ты будешь просыпаться без проблем. Тогда я исполню любое твоё же-ла-ни-е. - прошептал под конец Сонхва, соблазнительно улыбаясь и поглаживая через одеяло репера по ноге. - Может желание прямо сейчас? - не менее соблазнительно и дерзко спросил Сон, откидывая одеяло и расстегивая пару пуговиц на пижамной рубашке. - Мы здесь не одни. - наблюдая за этим действием с огоньком в глазах ответил Пак, облизнув в своей манере губы. - Хён, если что, я уже проснулся и меня так будить не надо! – предупредил с верхней кровати Чонхо, который молился про себя, лишь бы эти двое опять не устроили ему бесплатное и крайне возбуждающее шоу. - И не надейся! – возмущенно буркнул репер, смирившись с обломом. - Не ревнуй, малыш.- Сонхва наклонился, поцеловав и тихо шепнув. - Я люблю только тебя. - А я тебя.       Старший встал, посмотрев на чуть раскрасневшегося маннэ и, потрепав того по щеке, громко добавил: - Тот, кто выйдет последним, моет посуду за всеми. - и удалился, пока его не снесло двумя конкурирующими ураганами.

***

      После того утра Минги вел себя как самый послушный мембер, не доставляя возлюбленному вообще никаких проблем. Сонхва отнесся к этому сперва с радостью, а потом немного насторожился. Сон все так же мог поймать его в коридоре и поцеловать, или же ластился, как большой кот, под руку, когда старший отдыхал. Но не перетягивал внимание на себя, позволяя тому побыть наедине с книгой, просто находясь рядом. Он мог часами сидеть за компьютером, а потом сорваться куда-то и вернуться с крайне довольным видом.       Паку было очень любопытно, что это за перемены такие с его сокровищем. А Сон на все вопросы пожимал плечами и говорил, что просто выполняет обещание. Старший не знал, что и подумать, но не давил. Ситуация начала немного проясняться, когда он случайно услышал разговор Минги и их менеджера. Хён чуть ли не умолял репера оставить его в покое и обещал, что сделает всё, как тот просит, уже только ради того, чтобы парень перестал его терроризировать.       Промоушен завершился хорошо, и парни настолько заработались, что не поняли, как пролетел почти месяц. А это означало, что компания предоставит парням маленький отпуск, о чём все благополучно забыли.       Сонхва сидел над учебником китайского, давно потеряв суть задания, и просто смотрел в прострацию. Дверь в маленькую студию распахнулась. На пороге стоял счастливый Минги. - Ты выиграл в лотерею или воцарился мир во всём мире? - устало, но беззлобно спросил Пак.       Репер закрыл дверь, подлетая к Сонхва и глубоко и чувственно целуя, обхватив его лицо ладонями. - Вариант с лотереей правильный? - выдыхая жарко в губы и игриво касаясь вновь, спросил старший. - Мы едем в SPА-отель на два дня.       Сон не отказывал себе в нежных поцелуях, пока брюнет переваривал информацию. - Какое-то шоу? - промурчал под натиском игривых поцелуев Сонхва, обнимая младшего и сажая к себе на колени. - Наше личное шоу. Одно на двоих. - гордо, и не прекращая ласки, ответил Минги.       И тут Сонхва совсем запутался. Он посадил парня рядом и, хоть и с трудом, но угомонил этого любвеобильного манипулятора. - Так, а теперь объяснись. - Мы едем на два дня и две ночи в Каннын, где располагается SPА-отель Seamarq Hotel. Для нас забронирован двухместный номер с прекрасным видом на море и личным бассейном. Но самое прекрасное, что мы едем вдвоём, и до нас не будет никому дела, потому что, насколько мне известно, все остальные разъедутся по своим родным. - Погоди, - остановил воодушевленный поток репера старший. - Во-первых, это очень дорогой отель. Во-вторых, почему и как мы туда едем вдвоём? Что-то я сильно сомневаюсь, что ребята так просто отказались бы от такого отдыха. Да и кто нам даст так просто уехать на два дня?       Минги видел непонимание и напряжение в глазах хёна, но очень надеялся, что обойдется без драм, и его план не пойдет крахом. Хотя бы потому что деньги за отель он уже точно вернуть не сможет. - В конце этой недели нам дают небольшой отпуск. Так сказал менеджер, и он точно согласовал все даты. Именно по ним я и бронировал отель. Про отпуск он сообщил парням сегодня, но я уже давно знал об этом, потому что спрашивал еще в начале месяца.       Все парни собираются поехать к родным и друзьям, а я решил, что мы могли бы провести немного времени вместе. - По-твоему мне не нужно поехать к семье? Или тебе? Твоя мама была бы очень этому рада.- строго сказал старший. - Именно поэтому я и взял только два дня. Я же знаю, что ты тоже скучаешь по родным.- как-то грустно сказал парень. - И вообще, ты обещал, что если у нас появится возможность, ты будешь со мной. А я взамен обещал вести себя хорошо и не огорчать тебя.       Репер был уязвлён, и его радость понемногу сменялась обидой и даже разочарованием. Он так старался, но, кажется, его труды так и останутся недооцененными. - Малыш, - ласково позвал Сонхва, сразу заметив, как изменилось настроение Сона. - Извини, я не имел ввиду ничего плохого. Ты меня очень удивил, и я растерялся. Минги, всё еще немного хмуря брови, посмотрел на него. - Значит, ты не против поехать? - Смеешься? В такой отель у моря, да ещё и в компании любимого человека − только псих откажется поехать.       Репер тут же вернулся в режим самого счастливого и довольного человека на земле, и лишь ради профилактики продолжил строить из себя недотрогу, когда Пак попытался его поцеловать. - Ты забыл сказать, что с очень щедрым и прекрасным человеком. Потому что всё уже оплачено. Даже билеты до отеля и еда. - Мне начать называть тебя Папочка или Господин? - с улыбкой спросил старший, посмеиваясь и целуя репера в кончик носа.       Минги ухмыльнулся. Судя по тому, как он замолчал, а его глаза забегали, парень определенно обдумывал эту идею. - Давай обсудим это уже на месте. - Я уже считаю дни до отпуска, малыш.

***

      Сонхва ещё никогда не был настолько заинтригован. Вечером того дня, когда Минги рассказал, куда они едут, он изучил отель и без объяснений шлепнул репера по заднице на глазах у Ёсана и Юнхо. Те тактично отвели глаза, но вопросы всё же остались. Минги честно признался, что понятия не имеет, за что.       А вот старший решил, что ещё найдет время высказать младшему за такие растраты, но уже наедине. Ему, конечно, было очень приятно, что репер устроил это всё для него, но такой размах − это слишком.       После объявления о недельном отпуске все засуетились, планируя, как они проведут эти дни. Минги попросил хёна молчать об их планах и не рассказывать о них даже Юнхо. Поэтому они оба только неспешно собирали вещи, предварительно сказав, что едут навестить родню.       Парочке повезло, что их автобус был рано утром, и они уехали до того, как все проснулись. Через несколько часов парни добрались до отеля. Сейчас был не сезон, поэтому постояльцев можно было по пальцам пересчитать. А вопросов, почему парни приехали вдвоём, ни у кого из персонала не возникло. Минги просил менеджера при бронировании оформить несколько лечебно-расслабляющих процедур, ссылаясь на то, что им с хёном нужно как следует отдохнуть и восстановить силы.       Отказывать себе в таких удовольствиях никто и не думал. Поднявшись в свой номер, они быстро оставили сумки и на несколько часов погрузились в роскошную негу расслабляющих профессиональных процедур. Переходя из кабинета в кабинет, с перерывами на легкий перекус, Сонхва смог быстро отпустить все прошлые проблемы. Чего нельзя было сказать о Минги, который расслабился телом, но вот в его голове всё еще было слишком много мыслей.

***

      Вечером Минги вернулся раньше старшего и решил немного полежать в их огромной ванне у окна с видом на море. Ради такого никаких денег не жалко. Теплая вода успокаивала, как и вид волн, накатывающих на песчаный берег, подсвеченный фонариками.       Облокотившись руками на бортик и положив голову поверх них, парень упустил момент, когда старший вернулся. Только когда вода колыхнулась и поднялась выше, репер понял, что хён рядом. Через мгновение его обнаженной спины коснулись губы старшего, поднимаясь к шее. - Ты прав. Отличная идея приехать сюда. Спасибо за это. - Я до сих пор не могу поверить, что нам никто не помешает побыть вдвоём. - довольно протянул репер, откидываясь на грудь хёна.       Сонхва сел удобнее, опираясь спиной на гладкий деревянный бортик, продолжая целовать шею младшего и гладить под водой его грудь. Сон закрыл глаза, позволяя делать с собой все, что тому заблагорассудится. Сонхва не спеша гладил бедра и живот, не собираясь пока переходить к чему-то большему, просто наслаждаясь этими минутами рядом. Он закрыл глаза, слыша через стекло размеренный шум волн. Они обязательно должны поехать летом к морю. Гулять по песку, смотреть на заходящее солнце или на рассвет. Но главное − вместе с Минги.       Брюнет ласково чмокнул репера в красную макушку, и тот повернул голову, целуя Пака в губы. Он никогда не чувствовал себя настолько свободным и расслабленным, как сейчас. Все эти неторопливые движения и ленивые, но чувственные поцелуи заводили. Наплевав на не самую удобную позу, Минги не останавливался, кончиками пальцев рисуя узоры на внутренней стороне бедер хёна, поднимаясь к согнутым по обе стороны от него коленям.       Сонхва обхватил начинающий твердеть член парня, медленно водя рукой вверх-вниз, посасывая чужой язык. Первый сломленный стон и мурашки от возбуждения у обоих. Пак не хотел, чтобы репер кончил прямо сейчас. Ему нравилось доставлять как можно больше удовольствия любимому. Слушать, как он постанывает в поцелуй или замирает с сексуально приоткрытыми губами, выдыхая сквозь зубы. Как его язык меняет темп в зависимости от того, как старший ласкает его рукой.       Большим пальцем брюнет чуть сильнее надавил на чувствительную головку, доставляя всё больше удовольствия, ленивыми поцелуями опускаясь к шее, нежно прихватывая губами адамово яблоко.       Сон повернулся боком. обнимая парня за шею и перехватывая инициативу. Минги опустился ниже к соскам, обводя нежные ореолы кончиком языка, оставляя крохотный, но заметный засос на коже рядом. Подбородок репера коснулся воды, но он не остановился. Сонхва притянул его за влажный затылок обратно. - Боишься, что я утону? – прошептал Минги, прикусив губы старшего. - И это тоже. А вообще, мне слишком нравится тебя целовать. - низким бархатистым голосом ответил старший, чуть сильнее сжимая член парня. - А я не собираюсь отказывать тебе в этом удовольствии.- улыбнулся репер, срываясь на мелодичный стон.       Хоть их и устраивала эта великолепная ванна, но долго находиться в воде становилось не комфортно.       Покинув это райское место, Минги накинул на свои плечи халат, проходя к столу, где стояла большая чаша с фруктами. Пока его внимание было сосредоточено на винограде, Сонхва тоже накинув на себя халат и опустил плотные шторы, чтобы утром их не разбудило яркое солнце. Они не планировали покинуть это место как минимум до полудня.       Пак достал из своей сумки флакон с маслом, что купил перед поездкой, и поставил на прикроватную тумбу, где уже лежали в выдвижном ящике смазка и презервативы.       Он тихо подкрался к Минги, ластясь, потираясь о его спину и плечи своей головой, как кот. Не понятно, кто из них больший охотник до ласки. Но прямо сейчас Сонхва хотелось окружить парня всевозможной заботой и любовью, даря только приятные и томительно-блаженные ощущения. Развернувшись в кольце рук, репер обнял талию Пака. Наклонившись к его губам, он разделил с ним напополам сладкую ягоду. - Вкусно. - Согласен. А с твоими губами намного вкуснее. – улыбнулся Минги, целуя ещё раз.       Вокалист не знал, почему он ещё не пищит, как школьница, когда репер так ведет себя. Он мог быть как наивный ребенок: топать ногами и громко возмущаться из-за того, что кто-то из мемберов съел его еду или взял что-то. Но рядом с Сонхва он мог стать таким, что у Пака дар речи пропадал. Его комплименты смущали, возбуждали и очень льстили. Когда Сон прижимал его к себе, целуя мягко и в тоже время уверенно и даже властно, вся спесь слетала с брюнета, от чего он буквально крошился от желания. Минги легко мог его подчинять и вертеть им как угодно. Но хочет ли он этого настолько сильно?       Отвечая на поцелуй, Сонхва развязал пояс халата, обнимая обнаженное тело и поглаживая кожу ладонями. Минги был совершенно не против такого развития событий и сам подтолкнул старшего к кровати, гладя его затылок и длинную шею, не отрываясь от поцелуя. Репер наивного полагал, что всё окажется куда проще, но был удивлен, когда хён отстранился, не позволяя ему вновь поймать себя в сладкую ловушку. - Устраивайся удобнее ко мне спиной и расслабься. - Прям сразу? Кто из нас еще нетерпеливый. – усмехнулся Сон, тут же получая по бедру звонким шлепком. У Минги дрожь по телу и раж в паху, потому что нравится.       Пак кивнул на кровать, снял с Минги халат, оставляя его на полу. Парень улёгся на кровать, удобнее устраивая голову на подушке и поглядывая на хёна через плечо. Сонхва снял теперь свой халат, и, не стесняясь собственной наготы, забрался на кровать и сел рядом с ним. Взяв с тумбы флакон, он вылил немного содержимого на спину репера и отставил его на место. - Ты продолжаешь меня удивлять, Сонхва~я. – довольно жмурясь, когда сильные ладони заскользили по коже. - Или ты ревнуешь к тому, что меня сегодня мял профи? - Думал сделать тебе приятный расслабляющий массаж уже давно, но опоздал. Тогда может прекратить? Я все же не профи... - Неужели я слышу нотки ревности? - Тебе кажется. - продолжая водить руками по спине парня, ответил Пак. - Если так, то прошу, продолжай. Я обожаю твои руки. Как и всего тебя одного.       Улыбка сама собой тронула губы старшего, и Минги увидел это.       Старший всегда был чувствительным к словам и любил похвалу от него. А для Минги нет ничего более приятного, чем видеть, как хён расцветает от них.       Хва старательно разминал его плечи, руки, спину, ориентируясь на довольные вздохи парня, что доверял каждому движению. Паку нравилось рассматривать тело младшего. Он находил в этом особое удовольствие, особенно сейчас, имея безграничную возможность трогать его везде, где захочется. Вот маленький, едва заметный шрам на руке, из детства. Или очаровательные родинки на плече, и ещё одна почти у самого позвоночника. Не удержавшись, он оставил легкий поцелуй на ней.       Опустившись к пояснице, Пак вылил ещё немного масла на ладони и погладил упругие ягодицы, нанося его на них. Минги облизнул сухие губы, довольно постанывая. Его бедра невольно приподнялись, а головка упёрлась в простынь, от чего он тихо заскулил. Сонхва видел, что ему это нравится, и уделял бедрам и пояснице особое внимание, уверенно лаская, чередуя поглаживания с грубостью на чувствительной коже, оставляя парня в предвкушении большего. Его член был так же возбужден, а стоны любимого слишком будоражили. Не сдержавшись, Сонхва приласкал немного и себя, проводя по крепкому члену рукой. И репер сквозь пелену собственного возбуждения не мог не смотреть на то, как это было восхитительно.       Пак сел между разведенных ног репера, приступая к массажу внутренней стороны бедер.Сон дрожал, когда пальцы старшего мучительно нежно гладили его между ягодиц, чуть надавливая подушечками пальцев на чувствительный сфинктер, но не проникая внутрь. Это было так несправедливо, коварно и болезненно приятно. Минги сам качнулся бедрами, пытаясь почувствовать, как палец хоть немного окажется внутри. Но Сонхва убрал свои руки, перемещая их к внутренней стороне бедер, пару раз поводя скользкой ладонью по мошонке и возвращаясь к ногам. Бедный парень искусал всю наволочку, но не просил. Новые ощущения неизвестности от незнания того, как поведет себя старший дальше, возбуждали всё сильнее.       Сонхва обожает сильные ноги Минги, надавливая чуть сильнее, чувствуя, какой он крепкий. Они много тренировались, но Сон с Уёном так вообще как с цепи сорвались, не вылезая из зала. От этих нежных прикосновений становится жарко. Минги не выдерживает, просовывая руку под себя и начиная ласкать свой изнывающий член. Стараясь не спешить, он медленно гладит его, растягивая капли смазки по коже, доставляя себе дополнительное наслаждение. Репер встает на колени, приподнимая бедра для удобства, чувствуя, что Сонхва целует его под коленом поднимаясь выше. И это так приятно, что выть хочется. - Это не честно... Мне...очень...       Все слова теряются в стонах, лишь подстегивая старшего. Пак добрался до бедер и, чуть разведя их в сторону, тягуче и чувственно целует кожу, начиная с внутренней стороны и двигаясь выше к мошонке, между ягодиц. Только целуя и сжимая мягчайшую кожу в ладонях, не давая отстраниться. Репер ломается, едва не кончая от всех этих действий.       Сонхва продолжил дорожку поцелуев выше к пояснице, надавливая ладонями на талию, целуя позвоночник и лопатки, подбираясь к шее. Он ложится на парня сверху и его горячий член прикасается к чувствительным как никогда ягодицам. Парни тихо в унисон стонут. - Разреши повернуться, я хочу поцеловать тебя. – тихо попросил Минги, чувствуя в этом едва ли не болезненную потребность.       Брюнет позволил ему развернуться, тут же садясь на его бедра и целуя. Как только парень попытался его обнять, Пак сел, откинув руки репера на кровать, и рассматривая его перед собой. Красные волосы лежали на подушке, чуть прикрывая глаза легкими волнами, карамельная кожа слегка блестела там, где его касался старший, растирая остатки масла.       Он гладил вздымающуюся грудь, иногда сжимая соски и проходясь пальцами по рёбрам, опускаясь к животу. Сонхва чувствовал член Минги своими бедрами, и то, насколько он возбужден. Ещё не время.       Минги же смотрел на Пака, и его желание становилось уже несоизмеримым. Слегка растрепанные черные волосы закрывали половину красивого лица, на котором виднелась полуулыбка и эти глаза. Сон чувствовал, как на него смотрит хён. Жадный пожирающий взгляд, переполненный любовью и нежностью говорил о том, что он наслаждается процессом, и что это только начало. Репер послушно раскинул руки, едва прикасаясь кончиками пальцев к ногам старшего, пока Пак целовал его грудь. - Закрой глаза и забудь обо всём. - сказал брюнет, наклоняясь к груди и целуя уголок губ.       Минги украл еще один поцелуй, прежде чем сделал, как велел хён, закрывая глаза и полностью отдаваясь ощущениям.       Сонхва с упоением целовал его тело, наконец приближаясь к возбужденному члену. Он размеренными движениями поглаживал орган, лаская от основания, не забывая о том, как чувствителен Сон к поцелуям в районе паха. Минги сжимал простынь, стоило вокалисту провести напряженным языком по коже и прикусить внутреннюю сторону бедра, работая языком активнее.       Сосредоточив своё внимание на оральных ласках, брюнет не без удовольствия пускал своим горлом вибрации, откровенно улетая от того, как Минги чуть ли не выкрикивает его имя и как напрягается его член. Он брал медленно и глубоко, а репер метался в этом обволакивающем каждую клеточку блаженстве. Пак отстранялся, тяжело дыша, и возвращался к ласке вновь, поглаживая пальцами бедра любимого.       Минги трепетал от того, как его головка сначала скользит по нёбу, а затем глубже в горло. Нравилось ощущать, как язык Пака, что он так любит демонстрировать во время их выступлений, сейчас ласкает его с такой самоотдачей. Сонхва вел языком от яичек к головке, играя с ней кончиком языка и наблюдая через полуприкрытые глаза за тем, как стонет его парень, выгибая поясницу на смятых простынях. Стерев немного слюны с подбородка, старший продолжил ласкать репера рукой, позвав хрипло по имени. - Минги~я…       Сон открыл глаза и тут же, посмотрев на припухшие губы старшего, прошептал, как завороженный. - Поцелуй.       Сонхва улыбнулся, грациозно приближаясь к нему и останавливаясь напротив лица репера. Пак не целует, просто смотрит, любуясь тем, как красиво смотрится Сон с румянцем на щеках и затуманенным взглядом. - Поцелуй. – настойчиво повторил парень.       Вокалист лёг рядом, наконец разрешая себя обнять и поцеловать так, как хочет младший. Минги ведет по его скулам и линии челюсти с такой осторожностью, словно Пак хрустальный. Поцелуй выходит немного несдержанный, но в то же время томный. Подушечками пальцев он гладит его стриженый затылок и перебирает волоски снизу вверх, а затем запускает пальцы в прохладный шелк волос. Сонхва для него всегда остается чем-то запредельным, заполняя все вокруг него, не оставляя шанса разлюбить.       Он не может насытиться этой лаской, словно маленький ребенок сладостями. Минги всегда кажется, что вот-вот, и любимого опять у него отберут.       И Сонхва чувствует это. В жадных движениях и прерывистых вздохах, что становятся чаще. Он успокаивающе гладит напряженные плечи, останавливая его панику и возвращая поцелую и ласкам неспешный темп. Брюнет гладит его грудь, ощущая, как колотится сердце младшего, зная точно, что его колотится так же.       Репер второй рукой ближе прижимает к себе Пака, опускаясь поцелуями к шее, зная, как ему это нравится. Сонхва всего на мгновение отвлекся, и они тут же поменялись местами: репер уже целовал его плечи, вжимая горячим телом в кровать. Брюнет таял от восторженной нежности, что растекалась под его кожей. - Сонхва~я, хочу тебя так сильно…- низкий глубокий шепот проходит сквозь сознание старшего. - Это взаимно, дорогой. – и снова тихий стон и поцелуи на грани безумия. - Подготовишь меня для себя?       Этот вопрос пропускает по телу старшего толпу мурашек от предвкушения и безграничного обожания. Минги сам разрывает их долгий поцелуй, и, несмотря на сильное возбуждение, укладывается на постель, разводя ноги шире.       Сонхва дотягивается до тумбы, вытаскивая презервативы и смазку. Минги не отпускал его от себя, всё ещё обнимая за талию. Брюнет устроился на боку, выдавив на правую руку достаточно геля, и опустил её на пах репера, размазывая его по члену и проскальзывая между ягодиц. Левую руку он положил Сону под шею, перебирая его волосы на макушке и целуя сладкие губы.       Он осторожно растягивал его, сгибая пальцы внутри, двигаясь очень плавно. Член Минги дергался каждый раз, когда Сонхва задевал простату, пуская дрожь внутри от этих ощущений. Пак положил свою правую ногу на бедро репера, прижимаясь к нему пахом и оставляя едва заметный след от естественной смазки на коже младшего.       Сегодня все было томительно медленно. Запредельно нежно и словно в первый раз. Они потеряли счет времени, не обращая внимание ни на что. Поцелуи становились всё медленней, сменяясь с глубоких и властных на воздушные и чувственные. Брюнет целовал скулы, нос, лоб − везде, куда мог дотянуться. Подняв левую руку, Минги накрыл своей ладонью запястье старшего, гладя его. Даже этим маленьким прикосновением пытаясь показать свою любовь.       Паку нравилось чувствовать, как младший всегда реагирует на ласку, и как входят в него его пальцы. Стоны низкие и волнующие. Тело горячее и упругое внутри, что так и жаждет кульминации. Вытащив пальцы, он не мог дождаться, когда сможет оказаться внутри вновь. Ладонь скользила по возбужденному члену, а у Минги только стоны и взгляд полный мольбы и обожания. Пак потянулся к презервативам, но репер покачал головой, ласково прильнув лбом к подбородку старшего. - Как в прошлый раз. Мне хочется чувствовать тебя.       Старший улыбнулся, целуя его в лоб. - Хорошо.       Добавив немного смазки себе на ладони, Сонхва нанес её на свой член и ещё раз на Минги. Он сел перед ним, уложив его ноги поверх разведенных своих, и одним плавным толчком вошел внутрь. В этот раз Минги не испытывал никакой боли. Только обжигающее удовольствие, от которого аж дыхание перехватывает.       Сонхва двигался очень медленно и глубоко. Ни единого резкого движения, только плавные и чувственные. Его ладонь скользила по члену репера в такт толчкам. Тот громко стонал, хватаясь за икры хёна, но не сжимая их, а только даря ответную ласку.       От этого медленного секса вело ещё больше, чем от того, что был до этого. Удовольствие на грани, что никак не доходило до конца. Сон рефлекторно согнул ноги. Садистское наслаждение вперемешку с эйфорией, от чего тянет и сводит поясницу, и не хочется всё это заканчивать. Головка Сонхва нажимала на стенки внутри и ударяла по простате, выворачивая нервы Минги наизнанку.       Он даже не понял, как старший поменял положение. Ноги младшего теперь прижимались к груди вокалиста, пока тот всё в той же манере входил на всю длину, немного ведя бедрами по кругу, тем самым даря новые ощущения. Репер смотрел на него, но не видел из-за того, что при каждом толчке в глазах фейерверки из ярких звезд.       У Сонхва уже выдержка на пределе, когда он опускает его ноги и наклоняется, чтобы поцеловать. Кончить хочется настолько сильно, что он сам дрожит не меньше младшего. Опускаясь на грудь любимого, Пак обводит язычком один из его сосков. Не двигая бедрами, просто находясь внутри. Репер обнимает его, хаотично лаская ладонями, не зная, как ощутить старшего ещё ближе. Всё ещё так мало.       Они целуются, чтобы хоть немного остыть от нависшего над ними возбуждения и продлить их близость. - Предлагаю поменять нашу позицию.- прошептал Хва, очерчивая кончиком языка чувствительный хрящик уха.       Он вышел из него, переворачивая почти ничего не соображающего парня на живот и ставя на колени. Минги только и смог, что подтянуть к себе подушку, сжимая её в ладонях и облокачиваясь на неё грудью. Он совершенно не стеснялся, прогибаясь откровенно в пояснице, чуть обиженно хмыкая, как бы намекая Паку, что ему не нравится бездействие.       Взяв ещё немного смазки, брюнет нанес её прямо на поблескивающее колечко мышц и протолкнул гель внутрь своими пальцами. Младший весь подобрался от удовольствия, хоть и не такого острого, как когда внутри него член Пака. Но тот и пальцами творил с ним что-то невообразимое.       Вытащив пальцы, парень нежно погладил ложбинку, и снова вошел в Минги членом. Как только колени репера не разъехались от этого сразу, он не знал. Толчки глубокие, частые. Столь постыдные звуки и возбуждающие стоны сливались в нарастающее возбуждение, что готово было поглотить обоих.       Сонхва сжал талию Минги в ладонях, двигаясь резко и глубоко, так, что тот стонал, сжимая наволочку до хруста. Его напряженная спина и отведенные назад лопатки доводили старшего своей красотой. Его черные волосы мешали, и он откинул их, лишь бы не отводить глаз от возлюбленного.       Минги все больше срывался на высокие стоны, так несвойственные его голосу, но ласкающие слух вокалиста. Сонхва не сдерживается и ускоряется. Репер едва не вскрикивает от того, как часто Пак попадает по комочку нервов внутри, но оргазм всё равно остается на грани, и это убивает.       Сон тянет свою руку к члену, стараясь ускорить тем самым пьянящее удовольствие, что прошибает его так неожиданно. Внезапно на глазах появляются слезы, а дрожащая ладонь перепачкана в семени. Сонхва загнанно дышит, но не останавливается, пока репер бьётся в оргазме под ним, сжимая в себе. Он кончает спустя несколько фрикций глубоко внутри младшего.       У Пака так сильно кружится голова, что не держись он за парня перед собой, то попросту упал бы. Аккуратно выйдя из Минги, он гладит его влажную спину, оставляя пару поцелуев на плечах, а после без сил падает рядом на кровать. Репер не может нормально пошевелиться и все, на что его хватает, это расслабить ноги, и лежать, уткнувшись в подушку.       Сонхва тянется к тумбе и достает салфетки, которые заранее подготовил, предполагая подобное. Он переворачивает Минги, и тот сперва тянется за поцелуем, а уже после позволяет себе помочь. Старший вытирает его ладонь и живот, а также пару капель с простыни. Он очень надеется, что персонал не будет рассматривать их и просто поменяет. В конце концов, у них есть вторая кровать в номере, куда они могут перебраться. - Сонхва~я, я очень хочу пить. Минги с трудом говорил, потому что горло и правда пересохло. - Сейчас, любовь моя. - целуя в висок, ответил старший и, на с трудом сгибающихся ногах, пошел к столу.       Два стакана воды и тарелка с фруктами оказываются на кровати, и репер жадно пьет, с любовью держа ладонь старшего в своей. Сонхва переплетает их пальцы и с нежностью улыбается, убирая второй рукой надоедливые прядки с лица. - Если сегодня было так хорошо, то что же может быть завтра?       Минги отставил пустой стакан, наконец чувствуя, как он постепенно приходит в себя и как сильно ему хочется спать. - Мне тоже интересно.       Выражение лица репера невозможно понять, и Сонхва, отставив блюдо с фруктами на тумбу, садится ближе. Заглядывает в глаза и не знает, что это за странный блеск и интерес. Он только ухмыляется, когда Минги украдкой смотрит в сторону своего чемодана.       Пак поворачивает лицо младшего к себе и целует сладко. - Тогда завтра я хочу узнать, почему в твоей сумке лежит кожаная плеть, и почему ты мне ничего не сказал об этом.