Размытое фото

— Все в порядке, Эзи? — Джозеф выглядел обеспокоенным. — Да… Нет… Не знаю — запинаясь, ответил я. — Что значат записи в дневнике? Ты что-то понял? — поинтересовался Джозеф. — Кажется, да — задумчиво сказал я. — Моего отца зовут Нортон, а мать Сьюзен. — Получается, что здесь написано про твоего отца? — Джозеф заинтересовался. — Вот почему он прятал дневник. — Я хочу спросить у него об этом — сказал я и положил потасканную тетрадь на стол. Снаружи я выглядел спокойным, но в голове свирепствовала буря. Зачем отцу нужна была интрижка на стороне? Почему он не остался с этой Эмили? В конце концов, я прожил почти тридцать лет не зная о том, что у меня где-то есть брат? Часы на камине пробили четыре. Я взглянул на Джозефа и спросил: — Что с фотографиями, Джо? Мы уже можем их посмотреть? — Я думаю, что да — ответил Джозеф и подошёл к веревке. Аккуратным движением он снял фотографии с прищепок, глянул на них, утвердительно кивнул головой и положил их на стол рядом со злополучным дневником. — Присаживайся, Эзи — мягко сказал Джозеф. — Давай посмотрим. Я придвинул стул к креслу, на котором сидел Джозеф и впился глазами в фотографии. Только они могли дать ответ на большинство вопросов. Джозеф взял в руки первое фото и поднял его. На нем было изображение группы людей. Я посмотрел на фотографию, потом на Джозефа. — Так, это мы уберём сюда, это свадебные фотографии. Как бы мне их передать? — Джозеф аккуратно положил несколько снимков в папку, перевязал ее и убрал к себе в сумку. — Тебе уже заплатили за работу, так ведь? — с любопытством спросил я. — Да, поэтому я переживаю, Эзи — ответил Джозеф. — Честные люди заплатили мне деньги, а фотографии они до сих пор не увидели. Надеюсь, я смогу им вернуть их. — А это моя мастерская, смотри! — воскликнул я, взяв в руки карточку. — Ничего необычного не видишь? Джозеф взял в руки фотографию и начал пристально рассматривать. — Вроде ничего подозрительного нет — протянул Джозеф, вертя в разные стороны карточку. — Просто горящий дом. — Гляди, там экипаж — я ткнул в него пальцем. — Это свадебный? — Нет, свадебный экипаж стоял у церкви — задумчиво произнёс Джозеф. — Постой, он мне что-то напоминает — я на мгновение задумался. — Точно! Такой же рисунок был на дверце экипажа, который принадлежал мистеру Беккету! Удивительно, но я запомнил это за одно мгновение, когда выглянул ради любопытства из окна. Что меня толкнуло сделать это? — Мистеру Беккету? — изумился Джозеф. — Я даже не знаю, чему больше удивляться: тому, что ты знаешь экипаж мистера Беккета или тому, что это тот самый Беккет, а не его однофамилец. — А кто он? — поинтересовался я. — Кто? Он королевский казначей, считай, третье лицо государства — ответил Джозеф. — Забавно… Он был моим клиентом — сказал я. — Ты уверен, что это он? — спросил Джозеф. — Я не знаю, как выглядит королевский казначей, но прекрасно помню, как выглядел мой клиент — сказал я. Я описал Джозефу мужчину, принёсшего мне свою дочь в день пожара. — Это точно он! — Джозеф выглядел удивленным — Как его любимая дочурка могла погибнуть? Они с неё глаз не спускали. — Он сказал, что ее сбил экипаж — ответил я. — Ее тело и правда было изувеченным, как после мясорубки. Джозеф содрогнулся. — Странно все это… — протянул он. — Получается, тело сгорело вместе с мастерской? — Получается, что так — со вздохом сказал я. — Теперь мне точно в Лондон путь заказан. Я понимал, что остаток своих дней мне придётся провести в бегах. А ещё лучше уйти из дома родителей, чтобы они ни в коем случае не пострадали из-за меня. Но куда идти? У меня не так много денег, чтобы купить где-нибудь дом. Может, стоит вернуться в заброшенный особняк и жить там? У меня в голове крутилось много вариантов. — Есть же ещё фотографии, их тоже нужно посмотреть — Джозеф взял в руки карточки и начал их разглядывать. — А что толку? У нас нет доказательств, а рисунок на дверце экипажа никого не убедит — вздохнул я. — Либо я буду гнить всю жизнь в тюрьме, либо… Я не закончил свою фразу. — Как думаешь, Эзи — начал Джозеф. — Зачем, по-твоему, ему лично приезжать на место преступления? — Не знаю — ответил я. — Ему ничего не стоило просто послать какого-нибудь наемника для этого дела — продолжал Джозеф. — У него явно тут была какая-то цель. — Цель? — спросил я. — Может быть, он забрал тело своей дочери, чтобы оно не сгорело? — Подумай, Эзи, зачем ему это? — Джозеф посмотрел на меня. — С какой стати он будет лично присутствовать при поджоге обычного кладбищенского дома? — Наверное, пироман — хмыкнул я. — Тело он не забирал, я бы увидел возню — сказал Джозеф. — Получается, что он смотрел на то, как сгорает его любимая дочь в мастерской гробовщика. Забавная ситуация, не находишь? — Забавная, не то слово — с издевкой сказал я. — Запутанная она, а не забавная. Что нам делать? — Нам надо думать, Эзи — мягко ответил Джозеф и положил мне на плечо руку. — Мы обязательно придём к логическому концу. — Главное, чтобы этот конец не случился с нами — сказал я. — Тебя ведь из-за меня тоже могут привлечь к этому делу. — Уже привлекли, Эзи — посмеялся Джозеф. — Детектив видел, как я фотографирую и потом всю дорогу косился на мою сумку с камерой. — Детектива подкупили? — спросил я. — Все может быть — задумчиво ответил Джозеф. — Этот мистер Фокс мне сразу не понравился. — Хорошо, Джо, нам надо отдохнуть — сказал я. — Может быть, сходим поужинаем? — Хорошая мысль — Джозеф поднялся с кресла и убрал фотографии в стол. После ужина мы не стали подниматься к себе, а сидели в гостиной и разговаривали. Часы пробили восемь. — У меня голова разболелась — жаловался Джозеф. — То ли от недосыпа, то ли от переизбытка информации. — Я тебя прекрасно понимаю, Джо — согласился я. — Какие планы на завтра? — Я думаю, что нам нужно сходить и проветрить мозги — ответил Джозеф. — Неплохо было бы сходить к океану, сдаётся мне, что отсюда очень хороший вид на него. — С радостью, Джо — весело сказал я. За окном послышались звуки подъезжающего экипажа. — Я, пожалуй, пойду — сказал Джозеф, покосившись на входную дверь. — Доброй ночи! — Доброй — ответил я. Я понял: Джозеф не хотел быть свидетелем неудобного разговора между мной и отцом. Я остался один в освещённой камином гостиной. Двери шумно открылись и с улицы зашло несколько человек. Среди них был мой отец. — Ребята, можете быть свободны! — раздался из холла голос отца. — Эзи, привет! Что ты тут делаешь? — Я? Я жду тебя, папа. — ответил я. — Меня? У тебя есть ко мне какое-то дело? — весело ответил отец. Он был в хорошем расположении духа, что было мне на руку. Видимо, у него получилось заключить выгодную сделку. — Садись, пап — сказал я. — Хочу у тебя кое-что спросить. Отец сел на диван рядом со мной и посмотрел на меня. — Все таки стащили дневник, шалопаи — отец улыбнулся. — И что конкретно тебя интересует? — Кто такая Эмили Дайер? — спросил я, смотря отцу прямо в глаза. — Вы прочитали все, что там написано? — спросил отец. — Да, все до последнего слова — тихо ответил я. — Неужели ты знаешь, что это за дом в лесу? Отец поудобнее расположился на диване, оглянулся на дверной проем и повернулся ко мне. — Дом этот — поместье одного богатого человека, который уже умер. Он устраивал что-то вроде садистских игр в старые времена, которые ничем хорошим обычно не заканчивались. За выигрыш он обещал крупную сумму денег, но никому не удавалось дойти до конца и забрать приз. Почти все умирали во время его пыток. Это был больной человек с разрушенной психикой, но мной двигала забота о семье. Тогда мы с твоей матерью были уже как два года женаты, и копили на отдельный дом. Нам очень нужны были деньги. Только попав сюда лично я понял, что это за место, но пути назад не было. Я познакомился с Эмили первый из прибывших и у нас завязалось общение. Без взаимовыручки в том страшном месте было не обойтись. Конечно, в конце нас все равно ждала смерть, но я с этим был не согласен. Мне удалось найти путь побега и я решил взять Эмили с собой. Она была врачом при церкви, очень тихой и скромной девушкой. Я не мог допустить, чтобы она умерла такой страшной смертью. По началу у меня не было к ней никаких чувств, но со временем они начали просыпаться. Я их отгонял, у меня, в конце концов, уже была любимая жена. После удачного побега наши пути разошлись. Но это только казалось на первый взгляд. Спустя несколько месяцев я случайно встретил ее в церкви, тогда мы с твоей матерью пытались завести ребёнка, но ничего не получалось. Пришлось обратиться за помощью к святому отцу. Я увидел ее снова и мои чувства разгорелись еще сильнее. Я ненавидел себя за это и страдал, но не мог совладать с собой. Я стал добиваться ее, я позорно думал, что твоя мать никогда не сможет родить. В конце концов Эмили сломалась. Потом я узнал, что она беременна. Я не хотел думать, что причастен к этому, но в душе понимал, что виноват именно я. После этого случая я места себе не находил. Через пару дней оказалось, что и твоя мать беременна, мы были безмерно счастливы. Я не забыл про Эмили и всячески пытался ей помочь — она была одинока. В конце концов судьба распорядилась так, что они обе — моя жена и моя любовница — оказались в одном госпитале. Эмили родила на три дня раньше, а роды твоей матери задерживались. Я начал было думать о самом плохом, но вовремя остановился. Я бы не смог бросить свою законную жену. Эмили с ребёнком на руках была счастлива, но обессилена после родов, поэтому ее не отпускали домой. Я думал, что все наладилось — Эмили спокойно будет растить ребёнка, я со своей женой буду растить другого. Но господь распорядился иначе — твоя мать, моя жена родила ребенка, который через два часа умер. Мне ничего не оставалось делать, как подменить детей. — Ты хочешь сказать… — Да, Эзи, твоя настоящая мать — Эмили Дайер, владелец дневника. Вот так вот нити жизни вновь сплелись воедино. Я сидел рядом с отцом и моя голова раскалывалась. — Но отец, как в это поверить? — спросил я. — Никак, сын мой — он обнял меня. — Это нужно принять. — Как быть с мамой? Которая моя мама… — Никак, она не должна узнать, иначе ее сердце не выдержит — серьезно сказал отец. — Все равно она тебя воспитала, причем воспитала очень хорошо. Примерно минут пять мы просидели в полной тишине. — Что с Эмили сейчас? — я первым нарушил тишину. — Я не знаю — вздохнул отец. — После того дня я не видел ее ни разу. Я поднялся с дивана и посмотрел на отца. — Все равно вы навсегда останетесь моими родителями — тихо сказал я, кивнул и пошёл в свою комнату. Уже лёжа в кровати с разбитой головой я думал о том, что я узнал. Мне предстояла очередная бессонная ночь. Какого это, узнать через тридцать лет, что твоя мать не родная? Меня распирало изнутри. Я хотел увидеть женщину, которая родила меня. Я не могу назвать ее мамой, мать у меня одна — и она сейчас спит в своей кровати в спальне в другом конце коридора. И все же я знал, что жизнь моя необычна и полна всяких приключений и загадок.