Виляя хвостом

Мы вместе смеёмся, вместе плачем. И эти простые чувства были для меня всем.

Сегодня вечер пятницы, и как правило, Хосок снова уйдет к друзьям, чтобы закатить громкую тусу (третью на этой неделе, на самом деле, но как говорится — вечеринок много не бывает). Чонгук продолжает ощущать фантомные касания губ хена на своих, хотя прошла уже почти неделя с их последней встречи. Старший вдруг резко перестал отвечать на сообщения и звонки. Перестал заходить по вечерам, что немало расстраивает Чона. Он уже весь извелся, думая, что он сделал что-то не так. Боится, что хен в нем разочаровался или он перестал нравиться ему, но не хочет говорить об этом Чонгуку напрямую, чтобы не обидеть его. Чонгук не раз сам порывался сходить к старшему, но каждый раз его что-то останавливало. Возможно, страх и неуверенность стали той стеной, через которую Чон перепрыгнуть не смог. Спрашивать брата он не спешил — вдруг хен и правда захотел порвать с ним все отношения, какими бы они не были. Чонгук морально был не готов к такому. Он ведь только почувствовал себя нужным. — Эй, братец медвежонок, погнали на тусу? — Хосок без стука вваливается в комнату, прерывая душевные страдания младшего. У Чонгука дежавю. — Я не против, — Чонгук, даже не думая, соглашается, ведь там будет Тэхен, и он непременно все выяснит. — Тогда поднимай свой тощий зад и вперед, — не дожидаясь брата, Хосок выходит. — И вовсе не тощий, — бормочет Чонгук, мельком бросая взгляд в зеркало. Быстро переодевается и бежит к Хосоку.

***

— Ну вот, я ему и говорю… О, парни, наконец-то! Мы уже вас заждались, — Сокджин прерывает свой интересный (судя по лицам остальных, не очень то и интересный) рассказ, обращая внимания на вошедших Чонов. Чонгук ищет взглядом своего хена, пока здоровается с остальными. Долго искать не пришлось. Тэхен сидит в кресле, тупо пяля в одну точку. Лицо не выражает абсолютно ничего. В руке бутылка пива, почти осушенная до конца. Странно, что Ким с порога не налетает на младшего, как делает это постоянно. Чонгук боится, что все, что он надумал — правда. Чимин подскакивает к Чонгуку, приветственно обнимая, и одаривает понимающим взглядом. Он, как самый близкий друг Кима, понимает, что вообще происходит. — Поговори с ним. Случилось кое-что, что не дает ему покоя, — шепчет на ухо, а затем отходит, возвращаясь на свое место рядом с Юнги. Хосок подбадривающе ударяет его по плечу. Чонгук садится рядом с Кимом, только вблизи рассматривая покрасневшие глаза и темные синяки. Он вообще спит? Чонгук в этом сомневается. — Хен-и, привет, — тихо произносит Чонгук. Тэхен словно отмирает, выходит из транса, чуть вздрагивая. Поворачивает голову к Чонгуку, одаривая грустным взглядом. — Привет, Чонгук, — голос хриплый и тихий. Состояние старшего пугает Чонгука, и все волнения, которые мучали парня разбиваются, потому что Чон понимает, что дело далеко не в нем. Что-то случилось, что беспокоит его хена. Тэхен отпивает из бутылки, выпивая до конца. Чонгук обеспокоенно смотрит на Тэхена. Парни старательно пытаются разрядить атмосферу, чтобы хоть как-то привести Тэхена в себя. Но тому хоть бы что. Его сейчас собственные переживания сжирают, и он просто хочет домой, но не может туда вернуться. Тэхен накидывает капюшон на голову, поднимаясь с насиженного места. Идет, чуть покачиваясь, к выходу, не говоря ни слова. Чонгук подрывается за ним. Чон удивленно смотрит на Тэ, когда видит, как тот тянет сигарету в рот, подкуривая ее массивной зажигалкой. — Ты куришь? — присаживается рядом со старшим на ступени, убирая руки в карманы. — Редко, — тихо выдавливает Тэхен, после нескольких секунд молчания. Сизый дым то входит, то выходит из легких парня, быстро растворяясь в воздухе. — Что случилось, Тэ? — спрашивает Чонгук, кладя подбородок на плечо старшего. Тэхен выдыхает в другую сторону, чтобы дым не попал на Чонгука. Тушит недокуренную сигарету, пальцами стреляя ее куда-то в сторону. Складывает руки в замок, опираясь локтями на колени. Поворачивает голову к Чонгуку, сталкиваясь с ним носами. — Мой отец попал в аварию, — прикрывает глаза, поджимая губы. Воспоминания молотом ударяют в голову. — С ним все хорошо? — обеспокоенно спрашивает Чонгук. Тэхен выдыхает и отрицательно машет головой. — Он в тяжелом состоянии, — Тэхен отворачивается, склоняя голову и накрывая ее ладонями. — Это я во всем виноват, — шепчет, но Чонгук слышит. — Что ты имеешь в виду? — Мы начали ругаться, и я… я просто толкнул его, а затем из-за угла выскочила машина и я не успел ничего сделать. Она появилась так неожиданно, что я... я, — Тэхен словно начинает задыхаться, и Чонгук обеспокоенно гладит его по спине. Еще немного и есть вероятность того, что у хена случится паническая атака. — Тише, хен-и, дыши, — успокаивающе шепчет. Отнимает одну рук от головы хена и сжимает в своей. Тэхен всхлипывает, пытаясь успокоиться. Глубоко вздыхает, зажмуриваясь, и сжимает теплую ладонь Чонгука в своей холодной. — Машина сбила его на бешеной скорости так, что он пролетел несколько метров. Он сильно ударился головой и сломал несколько ребер и запястье. Врачи говорят, что состояние улучшается, но… Я так виноват перед ним, Чонгук. Если бы я не толкнул его тогда, с ним бы все было хорошо, — Тэхен заглядывает мокрыми глазами в глаза Чонгука. — Тэхен-и, ты не виноват. Ты не знал, что из-за угла появится машина. Кого и винить, так это неосмотрительного водителя, который к тому же превысил допустимую скорость. Его задержали? — Чонгук хмурится, не веря в то, что Тэ винит себя. Он ведь и правда не виноват в произошедшем. — Он скрылся с места сразу же, как только я понял, что произошло, — Тэхен отрицательно машет головой, выдыхая. — Ты заявил в полицию? — Конечно. Они занимаются поисками. — Тебе нужно домой, хен. Сколько ты не спал? — Чонгук пальцами поворачивает голову Тэхена к себе, заставляя его посмотреть в глаза. — Я не могу пойти домой. Там Суен… она винит во всем меня, — Тэхен отводит взгляд, и Чонгук понимает, что Тэхен не прекращает думать, что он стал причиной того, что его отец сейчас в больнице. — Кто такая Суен? — Чонгук ни разу не слышал о родителях Тэхена. — Моя мачеха. Мама с отцом в разводе. Иногда я езжу к ней, но у нас не очень хорошие отношения. — А с мачехой? — Отвратительные. Мы не переносим друг друга, на самом деле, но ради отца делаем вид, что мы счастливая семья, — Тэхен невесело хмыкает, вспоминая все ссоры с Суен. — Тогда она тем более будет винить тебя. Но пойми, хен, она не права, — Чонгук носом трется о щеку Кима, подбадривая. Как бы показывает, что он рядом, и он верит в невиновность Тэ. — Пойдем ко мне домой. Тебе нужен нормальный сон, — Чонгук поднимается и за руку тянет старшего на себя. — Я предупрежу хенов и пойдем. Постой здесь. — Ложись, — Чонгук толкает Тэхена на кровать, надавливая на плечи. — Хочешь, я сделаю тебе чай? — гладит по волосам, склоняясь над старшим. Чонгук превратился либо в заботливую мамочку, либо в курицу-наседку. Кажется, понятия друг от друга ничем не отличаются. — Чонгук, ты не обязан носиться со мной, — Тэхен чувствует себя виноватым перед Чонгуком, словно он вынуждает его заботиться о себе. Какие глупости. — Я делаю, что считаю нужным. Поверь, моя забота сейчас необходима для тебя, — и то верно, думает Тэхен. — Ну так что? Будешь чай? — присаживается на край кровати. — Нет. Просто… останься со мной, ладно? — берет руку Гука в свою, крепко сжимая. Смотрит на Чонгука, словно он его лучик во тьме. Возможно, так и есть. — Конечно, — Чонгук кивает, в ответ сжимая холодную ладонь. — Я буду здесь, пока ты не уснешь. И как проснешься, тоже буду рядом, — Чонгук улыбается, а затем удивленно вдыхает, когда резко оказывается прижатым к твердой груди. — Спасибо, — шепчет, носом зарываясь в пушистые волосы. Вес тела Чонгука на нем успокаивает, на самом деле. Вопреки этому, младший скатывается с Кима, устраиваясь рядом. Прижимается близко-близко, ощущая тепло тела Тэхена. Тот поворачивается к Чонгуку, обнимая за талию, и утыкается носом в шею, щекотя нежную кожу теплым дыханием. Чонгук водит кончиками пальцев по костяшкам на тыльной стороне ладони Тэхена. Кожа его рук такая нежная, что Чонгук на миг захотел потереться об нее щекой. — Спи, — поворачивает голову и легко касается губами щеки Тэхена. Тот что-то бурчит в ответ, и уже через пару минут Чонгук слышит мирное сопение под ухом. Не замечает момента, когда и сам проваливается в сон. Через какое-то время Тэхен просыпается, подскакивая на кровати, словно почувствовал, что Чонгук ушел, хотя обещал, что будет рядом. На плечи ложатся руки, и Тэхен с облегчением выдыхает — младший рядом. — Т-ш-ш, продолжай спать, — сонно бормочет младший, утягивая Кима в свои объятия. — я все еще с тобой.

***

— Просыпайтесь, ребят! — в комнату, окутанную приятной темнотой из-за плотно закрытых штор врывается Хосок. В буквальном смысле врывается, видимо, с ноги открывая дверь, потому та ударяется о стену с характерным звуком. Чонгук нехотя открывает глаза, чувствуя вес чужой руки на своей талии. Спина плотно прижимается к мерно вздымающейся груди, а тихое дыхание греет затылок. — Который час? — Чонгук переворачивается на спину, не убирая руки Тэхена. Хосок смотрит на наручные часы, прежде чем ответить: — Два часа дня. Всю жизнь проспите, Гук. Буди своего принца и спускайтесь завтракать. У меня есть для вас отличная новость. Старший уходит, на этот раз аккуратно прикрывая дверь, снова погружая комнату во тьму. Чонгук потягивается на кровати, выгибаясь в спине и сводя колени. Выдыхает, разминая затекшие мышцы. — Хен-и, пора просыпаться, — парень поворачивается к хену, сгибая руку в локте, и подпирая ею висок. Хен красивый, когда спит. И когда не спит тоже. Хен всегда красивый, — думает Чонгук, разглядывая старшего. Умиротворенное лицо хочется поцеловать. — Пялишься на меня, когда я сплю? — Чонгук пугается, когда Тэхен резко открывает глаза. — Ч-что? Не пялился я вовсе, — бормочет, отводя глаза в сторону. Голос Кима хриплый после сна, словно стал ниже. Чонгук чувствует мурашки, покрывшие шею от этого голоса. — Идем, Хосок сказал, что у него есть отличная новость, — Чонгук спешит выбраться из кровати, но не успевает, утягиваемый обратно Тэхеном. Тот валит Чонгука на себя, крепко обнимая и зарываясь носом в приятно пахнувшие волосы, немного торчащие в стороны после долгого сна. — Пару минут, — шепчет в шею, стискивая тонкую талию. Чонгук для удобства перекидывает ногу через бедра Кима, опускаясь на него, обнимая в ответ. — Я бы хотел просыпаться с тобой каждое утро, — гладит кожу на талии, забравшись под футболку. Чонгук смущается от этих слов, утыкаясь носом в шею Тэхена. — Не говори таких смущающих вещей, хен. — Но это правда, Чонгук-и, — тихо смеется, оставляя невесомый поцелуй на шее. — Ладно, идем. — Ну и какая же отличная новость заставила меня расстаться с теплой постелькой, хен? — Тэхен входит в кухню, потягиваясь и зевая. Чонгук заходит следом. — Чимин предложил всем вместе поехать в лес. Палатки, песни у костра, барбекю и все такое. Все эту идею поддержали, так что выдвигаемся уже завтра утром. — Отличная идея, — соглашается Чонгук, кивая и улыбаясь. Ставит на стол две чашки кофе — себе и Тэхену. — Ага, только вот у меня отродясь нет палатки, а достать ее до завтра будет немного проблематично, — жмет плечами Ким, пододвигая чашку к себе. — Мы решили, что возьмем палатки через одного и разобьемся на пары, кто с кем будет жить, — объясняет Хосок, отпивая свой кофе. — Намджун, Юнги и Чимин берут палатки. С других же еда и алкоголь. Так же, Чимин возьмет машину у отца, чтобы все это вместить. И Намджун поедет на своей, потому что мы подумали, что двух машин нам не хватит. — На сколько мы поедем? — спрашивает Тэхен, беспокоясь, что не сможет приходить к отцу какое-то время. — Решили, что нам всем пора бы расслабиться. Так что пять дней нам вполне хватит, чтобы как следует отдохнуть. — Круто-о-о, я никогда не ночевал в лесу, — восторженно проговаривает Чонгук, убирая челку с лица. Тэхен умиленно улыбается, не отводя взгляда от младшего. Чонгук замечает взгляд хена и улыбается ему еще шире. Хосок наблюдает за младшими, радуясь, что у них все хорошо и думает, что они смотрятся вместе очень даже красиво. — Чонгук, предупредишь маму об этом, хорошо? Я пойду немного отдохну, а то после вчерашней пьянки у меня трещит голова, да и я уснул только под утро, — Хосок первым прерывает тишину, ставит кружку в раковину и выходит, потрепав Чонгука по мягким волосам, когда проходит мимо него. — Я рад, что смогу насладиться временем с тобой и другими хенами, — признается Чонгук, смущенно склоняя голову вбок. — Я тоже рад, Чонгук-и, — Тэхен улыбается, поднимаясь со своего места. — Ты такой милый, — берет в теплые ладони щеки младшего, заставляя его поднять голову и посмотреть на Кима. Чонгук смотрит большими глазками, чуть подняв брови. — Я могу тебя поцеловать? — старший склоняется на Чонгуком, сокращая расстояния между лицами. — Конечно, — произносит Чонгук, чувствуя, как уши начинают гореть от смущения. Тэхен улыбается и прикасается к нежным розовым губкам Чонгука. Совсем невесомо, не углубляя, а просто задерживая касание. Гладит большими пальцами мягкие щеки, наклоняя голову в другую сторону и так же легко оставляя поцелуй. — Нет, хен-и,поцелуй меня, — Чонгук шепчет, не открывая глаз, выделяя слово. Тэхен немного удивлен просьбой младшего, на секунду отстраняясь и смотря на лицо Чонгука. Слушается, снова касаясь губ, но на этот раз действительно целует. Так, чтобы сталкивались носы, чтобы не хватало дыхания, чтобы теплые губы на своих и учащенное сердцебиение.

***

— Долго нам ехать? — загружая вещи в машину, спрашивает Тэхен. — Пару часов примерно, — отвечает Намджун, захлопывая багажник. — Окей, ребят, садимся, — командует Сокджин, садясь в машину Намджуна, когда все необходимое убирается в багажник. Тэхен спешит в машину к Чимину, дабы успеть занять место рядом с Чонгуком. — Хочешь повести? — спрашивает Пак у Тэхена, прежде, чем сесть за руль. Тэхен думает, что предложение слишком заманчивое (он до ужаса любит водить), но повернув голову в сторону, где сидит сонный Чонгук, сейчас такой уютный и милый, понимает, что вынужден отказаться. — Нет, веди ты, — кивает в подтверждение своим словам, и залазит на заднее пассажирское, удобно устраиваясь. Старшие хены едут в машине Намджуна, поэтому места много. Только Юнги-хен пересел в машину Чимина в тот момент, когда тот уже завел движок. — В чем дело, хен? — спрашивает Чимин на это, трогаясь с места. — Хосок слишком шумный, а я не выспался, так что, пожалуйста, заткнитесь и дайте мне поспать, — шепелявит Мин, укладывая большую ладонь на колено Чимина, отворачивая голову к окну. Тэхен улыбается, переглядываясь с Чонгуком. — Ты тоже не выспался? — интересуется у младшего, видя сонные глазки. — Немного, — пожимает плечами, широко зевая. — А? — недоумевает, когда оказывается в положении лежа, головой на коленях Кима. — Поспи, крольчонок, — шепчет Тэхен, склонившись к Чонгуку. Целует в щеку и откидывается на спинку сидения, начиная перебирать волосы младшего. Тот улыбается, радуясь заботе хена.

***

— Ох, моя спина, — вылезая из машины, произносит Юнги. Парень выгибает спину, разминая затекшие мышцы. — Чонгук-и, просыпайся, приехали, — Тэхен треплет младшего по волосам, наблюдая за надутыми губками. — Так быстро, — тихо произносит Чонгук, поднимаясь с удобных коленей Кима. Последний улыбается и резко тянет Чонгука на себя, заключая в объятия. — Хен, мне нечем дышать, — бубнит Чон куда-то в плечо старшего. Тот хихикает, проводя большими ладонями по спине. Чонгук оплетает руками шею хена, обнимая в ответ. — Эй, голубки, вылезайте, нужно разгрузить машины и поставить палатки, — открывая дверцу со стороны Тэхена, Хосок прерывает идиллию донсенов. Спустя долгое количество времени, палатки наконец установлены, а парни, немного уставшие и голодные, разводят костер, кидая старые подушки на землю, предварительно найденные Сокджином у него дома. — Нужно определить, кто с кем будет спать, — потягиваясь, произносит Хосок, оглядывая шестерых. — Я с Чонгуком, даже не обсуждается, — уверенно заявляет Тэхен, укладывая голову на плечо младшего. — Это решит жребий, бро, даже не спорь, — сидящий рядом Пак ударяет друга в плечо кулаком. — Но… — хочет было возмутится Ким. — Серьезно, Тэ, давай все честно решим. Может Хосок хочет ночевать в палатке с братом, — устало потирая переносицу, тихо произносит Юнги. Тэхен недовольно фыркает, кидая обиженное «делайте, что хотите», и снова ложится на плечо смущенного младшего, что пытается спрятать довольную улыбку. Методом жребия, парни распределились на пары. Каково же возмущение Тэхена, когда он оказывается в палатке не с Чонгуком. Последний сам немного расстроен, что он в палатке с Чимином, а не с хеном. Тэхен оказался в паре с Юнги, и кажется, удача все-таки на его стороне. — Хэй, хен, я на тысячу процентов уверен, что ты не сможешь уснуть без задницы Чимина, — начинает Тэхен, направляясь к Чонгуку, но уверенно смотря в глаза Мина. — А Чимин не сможет без твоего члена, так что увы и ах, дамы и господа, но я не позволю моему малышу находится рядом с текущим Паком, — Тэхен не знает, что такое смущение, поэтому говорит все, что в голову придет, совершенно себя не контролируя. Вижу цель, иду к ней — вот сегодняшний девиз Кима. Его цель — смущенно прижавший ладошки к щекам Чонгук. — Я бы тебе так вмазал, друг, — вздыхает Чимин, закатывая глаза, под совсем не удивленные таким поведением взглядом старших. — Но ты чертовски прав, — шепчет так, чтобы услышал только мимо проходящий Тэхен. Тот самодовольно ухмыляется и отбивает Паку пять. Старшие устало вздыхают, закатывая глаза на выходку младших. Тэхен подходит к Чонгуку, обнимая за талию одной рукой и притягивая к себе. — Значит вы вдвоем и готовите ужин, извращенцы недоделанные, — возмущенно шипит Сокджин, сверля взглядом то Пака, то Кима поочередно. Под общий смех парни разочарованно переглядываются, но послушно идут к предварительно установленному столику, на котором уже разложены необходимые продукты.

***

— Давайте выпьем, ребят! — кричит Хосок, перебивая о чем-то споривших парней. Юнги, словно прочитавший до этого мысли Чона, достает из багажника коробку, заставленную соджу и пивом. — Отличная идея, — соглашается Пак — тот еще любитель нахлестаться. Тэхен, уставший после готовки и уморенный атмосферой наступающего вечера утягивает несопротивляющегося Чонгука на мягкую подушку. Усаживает парня меж разведенных коленей, заставляя спиной опираться на грудь Кима. Окольцовывает тонкую талию и со вздохом кладет подбородок на плечо. — Хен, это…это смущает, — Чонгук жмется, прижимая плечо к щеке и отводя взгляд в сторону. — На нас даже никто не смотрит, — шепчет Тэхен, прикрыв глаза. Он наслаждается тем, что сейчас происходит. Мягкий вкусный запах младшего забивается в нос, заставляя вдыхать и вдыхать, пока не почувствуешь экстаз, словно от наркотической зависимости. Что уж там, Чонгук и есть самый настоящий наркотик, приятно растекающийся по венам и смешивающийся с кровью. Чонгук смотрит на старших, а те и вправду не смотрят на них, занятые алкоголем и разговорами ни о чем. Даже если их взгляд падает на обнимающихся младших, то в нем можно прочитать лишь нежность и умиление. Чонгук от этого расслабляется, самостоятельно откидываясь на спину Тэхена. Прикрывает глаза на несколько секунд, потираясь затылком о немного костлявое плечо. Уютно. Тепло и хорошо. От этого хвостик, не удержавшись, виляет пару раз, задевая внутреннюю сторону бедра Кима. Чонгук опасливо косится на хена, заметивший это. Тэхен улыбается младшему, на ухо шепча, что все в порядке. Чимин передает парням пиво и Чонгук, почувствовавший резкую жажду, присасывается к горлышку, словно младенец, за несколько глотков осушая почти половину. — Эй, эй, полегче, малыш, — хихикает Тэхен, а Чонгук краснеет от прозвища. «Малыш» прозвучало так легко и непринужденно и Чон признается, что готов позволить называть себя так. Но только Тэхену. Старшие смеются с покрасневшего младшего, настоятельно прося не налегать на алкоголь, ведь он все еще несовершеннолетний. Потеряв внимание хенов, Чонгук аккуратно переплетает пальцы с Тэхеном, чья ладонь удобно умостилась у него на животе. Получив мимолетный поцелуй в заднюю сторону шеи, Чонгук окончательно расслабляется, отдаваясь в руки приятного вечера и приятного Ким Тэхена. — Чонгук-и, я думаю, тебе уже хватит, — Тэхен забирает третью по счету бутылку пива из рук младшего. Тот недовольно хмурится, смотря пьяным взглядом в глаза двоящегося хена. Кажется, тот прав, и Чонгуку действительно пора остановиться. Алкоголь проник в организм, став его временным правителем. — Идем спать, детское время вышло, — смеется Тэхен, стреляя взглядом на наручные часы, показывавшие половину второго ночи. На улице стало немного холоднее, отчего по рукам ползут мурашки. Хоть пламя яркого огня и согревает, но Ким хотел бы согреться теплом чонгуковых объятий, лежа в палатке. — Я не ребенок, хен! — восклицает немного громко Чонгук, сводя брови на переносице. Рукава огромной толстовки натянуты на пальцы, прядь волос заколота заколкой с хэллоу китти, некогда подаренной Тэхеном. Выглядывающие из-под объемных кроссовок носки с железным человеком. Ну да, как же. Не ребенок. Ким ухмыляется собственным мыслям, первым поднимаясь с насиженного места. За горячую ладонь тянет на себя Чонгука, чуть было не свалившегося на ватных ногах. — Доброй ночи, хены, — бурчит Чонгук, но послушно следует за Тэ. — Давай, снимай ботиночки и ложись баиньки, — издевается Тэхен, умиляясь с рассерженного лица опьяневшего Чонгука. — Я. не. ребенок. — произносит, отделяя каждое слово паузой. Молча скидывает кроссовки и ложится на мягкую поверхность, обиженно отворачиваясь к стенке и складывая руки на груди. Как только голова касается подушки, перед глазами начинает плыть еще больше. Хочется поскорее провалиться в сон, но в голову залетает шальная мысль. Дождавшись, когда Ким умостится рядом, Чонгук резко садится, выпрямляясь, словно натянутая струна. Назойливая идея пугает, но ведь один раз живем, так ведь? — Чонгук-и? Все хорошо? Тебя тошнит? — обеспокоенно начинает Тэхен, поднимаясь вслед за Чонгуком, опуская ладонь между лопаток. — Я докажу тебе, что я не ребенок, хен-и, — шепчет Чонгук, неожиданно забираясь на бедра удивленного Тэхена. Тот, раскрыв рот, наблюдает за действиями младшего, отчего тот не двигаясь с места. Чонгук укладывает ладони на плечи Кима, выдыхая и заставляя успокоится бешено бьющееся сердце и обеспокоенно дергающийся хвостик. — Чонгук-и? — Я не хочу, чтоб ты воспринимал меня, как ребенка, Тэ, — опускает формальное обращение, совсем сокращая и без того мизерное расстояние. Дышит в губы, грудью касаясь груди напротив. Смотрит немного опущенными веками в глаза Кима, закусывая губу. — Я не… — хочет было возмутиться Ким, но коснувшийся его губ Чонгук не позволяет этого сделать. Младший целует неуверенно, все еще сомневаясь в том, что собирается сделать. Но, собрав пьяные мысли в кучу, целует настойчивее, беря большие ладони Кима в свои, и укладывая их на чуть оттопыренную задницу. Тэхен резко выдыхает через нос, удивленно смотря на прикрытые веки младшего. Его вечно смущенный Гук-и сам проявляет инициативу, кто он такой, чтобы отказать любимому донсену? Хоть он и не понимает, с чего Чон вдруг резко решил проявить такую активность, но его все устраивает. Он только за, если Чонгук будет открываться ему и не стесняться сам стремиться к близости. Увереннее сжимает округлые половинки, притягивая Чонгука ближе. Тот улыбается в поцелуй, первым отстраняясь. Упирается руками в грудь Тэхена, заставляя того откинуться назад на подушку. Прикусив губу и немного наклонив голову, Чонгук смотрит прямо в глаза напротив. Ведет кончиками пальцев от груди до живота, пробираясь под футболку. Тэхен резко втягивает воздух, когда холодные пальцы касаются его живота. Свои руки он сжимает на бедрах Чонгука. Тот резко склоняется к лицу хена, но не целует, а достав руку, за подбородок поднимает голову Тэхена, целуя место под челюстью. Опускается ниже, целуя влажно и оставляя следы. Словно помечает, что «этот хен мой и ничей больше». Тэхен учащенно дышит, чувствуя как кровь приливает к причинному месту, но старается не думать об этом. Еще не время, да и Гук пьян. Ах, да, он все еще несовершеннолетний. Чонгук, тем временем, опускается все ниже и ниже, выцеловывая острые ключицы и там оставляя засосы, которые уже завтра буду украшать большую часть тэхеновой шеи. Неожиданно даже для себя, Чонгук вдруг задирает полы футболки Тэхена до самого подбородка. И все целует и целует, оставляя блестящий след от слюны тянутся от груди до низа живота, где тонкая полоска темных волос уходит под резинку штанов. — Чон… Чонгук, что ты делаешь? — шепчет Тэхен, смотря на спустившегося к паху Чонгука. Тот проводит языком по низу его живота, смотря прямо в глаза, а тонкие пальчики тянутся к вздымающейся ширинке. — Хочу сделать тебе приятно и доказать, что я не ребенок, — спокойно отвечает младший, а у самого щеки горят от смущения. При всем желании, Тэхен не может позволить Чонгуку здесь и сейчас отсосать ему. За тонкими стенками все еще сидят хены, а Чон недостаточно трезв для подобного и Ким боится, что после случившегося, младший захлебнется в своем смущении и стена снова возникнет перед ними. Тэхен падает затылком в мягкую подушку, защитившую его от удара. Жмурится, когда слышит звук расстегнувшейся молнии. Чонгук не верит в то, что собирается сделать. Куча сомнений забивают голову, но он пытается отстраниться от них. Желает сделать хену приятно настолько, насколько сможет. Но не успевает даже накрыть рукой вставший член Кима, как тот резко притягивает его к себе, и переворачивает, оказываясь меж разведенных бедер. — Послушай, Чонгук, — громко сглатывает, чувствуя как ладони гладят его ребра. Чонгук непонимающе моргает, потянувшись за поцелуем. — Малыш, пожалуйста, мне… мне тяжело и больно, остановись, — Тэхен утыкается носом в шею Чонгука, медленно вдыхая и выдыхая, пытаясь избавится от приятного возбуждения. Член пульсирует, больно упираясь в ткань штанов, но Ким не может позволить себе принять хоть какие-то действия. — Я могу помочь, хен-и, — ласково произносит Чонгук. На самом деле, не будь он так пьян сейчас, ничего бы из произошедшего произошло бы еще совсем не скоро. Но решив идти до конца, почувствовав смелость из-за алкоголя, он делает то, что делает. Забив на смущение и стыд, что сжирает его изнутри и снаружи. — Нет! — слишком громко, отчего Чонгук начинает терять уверенность в своих действиях. — Не надо, — спокойнее произносит Ким, обнимая Чонгука. — Я не считаю тебя ребенком, Чонгук. Ты взрослый не по годам, на самом деле. Ты умнее многих своих сверстников, я уверен в этом. И даже не смотря на твое детское личико, Чонгук, ты уже достаточно взрослый. Ты сам принимаешь решения, сам проживаешь свою жизнь и сам заботишься о себе, — Тэхен поднимается на локтях, заглядывая в доверчивые глазки младшего, — Но пожалуйста, пойми, Чонгук-и, то, что ты сейчас делаешь, не делает тебя взрослее. Да, это какой-никакой опыт, но возраста он не прибавит, Гук. Я правда не считаю тебя ребенком, а все, что я говорил тебе недавно — всего лишь шутка, чтобы посмотреть на твое миленькое недовольное личико, понимаешь? — улыбается Тэхен, потираясь кончиком носа о кончик носа Чона. — Ты говоришь правду? — обнимая за крепкую шею, произносит Чонгук. — Конечно. Тебе не обязательно делать мне минет, чтобы казаться взрослым, — прыскает, но не со зла. Видит, как младший еще больше заливается краской, прерывая зрительный контакт. — Ты удивил меня, малыш, — шепчет в ухо, мягко целуя мочку, вбирая ее в рот. Чонгук резко вздыхает от приятных ощущений. — Я думал, что если сделаю это, то ты не будешь считать меня ребенком, — прикрывает глаза, когда Тэхен опускается губами на шею. — Глупенький, — хихикает, оставляя последний поцелуй и укладываясь рядом. — Давай спать. — Но как же… — косится на все ще торчком стоящую ширинку. Тэхен, проследив за траекторией взгляда Чонгука, закидывает одну ногу, согнутую в колене, на бедра младшего. — Все в порядке, спи. Спустя несколько минут парни засыпают, тихо посапывая. Длинный день со странным завершением уморил их. Чонгук просыпается от внезапного холода, окутавшего его тело с головы до пят. Во рту неприятно сушит — последствие выпитого количества алкоголя, а глаза словно засыпаны песком. Парень со стоном переворачивается на другой бок, едва раскрывая глаза. Тэхена рядом нет. Судя по звукам за палаткой, — точнее, по их отсутствию, можно сказать, что за тряпичными стенами все ещё глубокая ночь. Куда же мог деться Ким? Хвостик в беспокойстве задергался и Чонгук всеми силами старается его успокоить, но никак не получается. Как парнишка выбирался из палатки — то еще зрелище. Недовольно пробурчав, Чон вразвалочку выполз из палатки, чуть не свернув ее, ведь координация после попойки отстойная. Потянув спину, Чонгук выдыхает, хватаясь пальцами за виски. — Куда же он делся? — спрашивает сам у себя, обеспокоенно хмурясь. Он мог бы сказать об этом хенам, но те наверняка крепко спят, уморенные несколькими бутылками соджу и бескрайним весельем. Чонгук неожиданно вспомнил, что Тэхен хотел искупаться в озере, расположенное чуть дальше через лес от места, где они разбили лагерь. Похвалив себя за сообразительность, Чонгук немедля побрел в предположительную сторону, куда мог уйти Тэ. Атмосфера жуткая: деревья, покрытые ночной мглой с едва шуршащими листьями; звуки ночных мелких животных и гарканье птиц высоко в воздухе. Чонгук неуютно поежился от этого. На улице оказалось совсем не холодно, и Чон удивился тому, что в палатке он действительно замерз. Через пару минут парень видит сверкающую от полной луны гладь чистого озера. Завораживает. Прибавив шагу, Чонгук в считанные секунды добрался до берега, еще там, около деревьев приметив кучку одежды хена. — Он что, совсем идиот? — недовольно фыркает, удивленный тому, что Тэхену приспичило искупаться прямо сейчас — посреди глубокой ночи, пока все нормальные люди видят десятый сон. Беспокойство снова накрывает с головой. Одежда Кима здесь, а самого его не наблюдается. Что, если утонул? — думает Чон, сам себя запугивая нежелательными мыслями. — Хен-и? — зовет Чонгук, но ответа не следует. Нижняя губа и хвост начинают трястись, а самого Чонгука одолевает паника. — Хен, не шути так, — в пустоту произносит, идя вдоль каменистого берега. Юноша прислушивается, в надежде услышать хоть какой-то звук. Но ничего. Совершенно. Облегчённый выдох срывается с покусанных губ, когда Чонгук видит фигуру Тэхена, застывшую в нескольких метрах от него. Тот стоит прямо посреди переливающейся воды, любуясь огромной луной. Кожа красиво блестит, словно Тэхен самая настоящая русалка с бархатной кожей. — Тэхен-и хен? — зовет Чонгук, касаясь носками кроссовок воды. — Почему ты не спишь, Чонгук-и? — Тэхен сначала вздрагивает, не ожидавший визита Чонгука, но затем расплывается в квадратной улыбке. Черт, его хен такой красивый прямо сейчас. Кожа Тэхена, при дневном свете отливающая карамелью, сейчас выглядит словно фарфоровой; она покрыта мелкими каплями воды и, кажется, Чонгук задыхается от этого. Мокрые волосы зачесаны назад, открывая вид на широкий лоб. Губы немного посинели и дрожат — видимо, Тэхен уже долго плавает. — Я проснулся, а тебя нет, — спустя пару минут отвечает Чонгук, все ещё не отрывая взгляд от Тэхена. — Поплавай со мной, — просит Тэхен, полностью оборачиваясь к Чонгуку. Тот видит подтянутый торс парня, по которому словно в замедленной съемке скатываются капли воды. Взгляд скользит выше по груди, к которой так и хочется прикоснутся. И шея. Мощная красивая шея, в красных пятнах, которых так много. Чонгук краснеет еще сильнее — воспоминания их совместного времени в палатке всплывают перед глазами, и Чон просто хочет провалится сквозь землю. — Холодно ведь, — отводит глаза в сторону, обнимая себя за плечи. — Я согрею, — тихо произносит Тэхен, но Чонгук слышит. Это еще больше заставляет его краснеть и он ничего не может с собой поделать. Смущение просто захлестывает его, и кажется, что Чонгук вот вот задохнется. — Ну же, Гук-и, иди ко мне, — Тэхен призывно расставляет руки, расслабленно растягивая губы в улыбке. Его крольчонок такой милый. Чонгук закусывает губу, но толстовку послушно стягивает, роняя ее прямо на песок. Следом летят и свободные штаны вместе с кроссовками и носками. Всё это время Тэхен, не отрываясь, следит за действиями Чонгука, разглядывая красивое стройное тело. Тэхен не думал, что талия Чонгука такая по-девичьи тонкая. Широкие плечи и жилистые руки, покрытые едва заметными мурашками от прохладного ветерка. Взгляд скользкой змейкой ползет ниже — на ярко проглядывающий пресс, а затем и на длинные стройные ноги с мощными бедрами. Чонгук невероятно красив. Тэхен видит, как напряжен Гук и как он не решается ступить в воду. Направляется к парню, съежившегося от его взгляда. — Ну же, не бойся. Вода не холодная, — подбадривает, и Чонгук наконец заходит в озеро. Тэхен умиляется с парня, что поднял сжатые в кулаки руки на уровне лица и медленно направляется к нему. Чонгук морщится от мурашек, пробежавшихся по ногам, спине и рукам от прохладной воды. Хорошо, что за день она успела достаточно прогреться, чтобы сейчас быть не слишком холодной. Тэхен хватает Чонгука за запястья, притягивая к себе и сокращая расстояние. Чонгук выдыхает, смотря в карамельные глаза напротив, в которых плещется нежность к нему, к Чонгуку. Его сердце бьется так сильно и грудная клетка быстро то поднимается, то опускается. Тэхен кладет свои руки на его талию, и склоняет голову вбок, улыбаясь. — Ты такой красивый, — шепчет, бегая взглядом по удивленному чонгукову лицу. Большие глазки, блестящие от света луны, красные щечки и все еще пухлые после поцелуев губы. — Такой милый, — очередной комплимент срывается с посиневших губ напротив, и что-то внизу живота Чонгука приятно скручивается. Обещанные бабочки щекочут? — Такой прекрасный, — Тэхен сжимает талию Чонгука, поглаживая мокрую кожу. — Хен, ну хватит, — почти визжит Чонгук, неожиданно обнимая Тэхена за шею и утыкаясь холодным кончиком носа в его шею. Ким тихо смеется, обнимая Чонгука в ответ. — Я говорю правду, — оставляет легкий поцелуй на шее и опускает взгляд ниже, замечая хвостик Чонгука, торчащий из-под резинки боксеров. Незамедлительно касается мокрой шерсти, сначала кончиками пальцев пробежавшись по пояснице. Хочет было начать корить себя за поступок, ведь знает, что Чонгуку не нравится, когда трогают его хвостик, но останавливается, слыша удивленный вдох парня прямо под ухом. Чонгук начинает жаться к нему еще сильнее, прикасаясь грудью к его груди. Тэхен может чувствовать то, как быстро бьется сердце крольчонка. Умиленно улыбается и убирает руки, отплывая на несколько метров, дабы больше не смущать и так красного, словно спелое яблоко, Чонгука. — Хочу поплавать с тобой, — гребет еще дальше, и Чону ничего не остается, кроме как оплыть за хеном, приказывая телу наконец выйти из ступора. Он все еще не может поверить в то, что ему было невероятно приятно, когда Тэхен коснулся его хвостика. По телу в тот момент пробежалось тысячи разрядов электрического тока, пронзивших низ живота приятными ощущениями. Парни плескаются в воде, словно маленькие дети, уже довольно много времени. Тэхен понимает, что пора вылезать, когда видит, что губы Чонгука слишком синие, а его тело не прекращает дрожать. Тот отнекивается, смеясь и показывая, что все в порядке, но он действительно не хочет, чтобы парень заболел. Чонгук понимает, что Ким находится в воде намного дольше, чем он сам, поэтому хватает его за холодную ладонь и сам быстро выводит из воды. Хватая одежду, Чонгук подталкивает Тэхена в сторону, где одиноко лежит одежда Кима. Сам на ходу быстро одевается, налетая на Тэ со спины, пытаясь согреть дрожащее тело. Идти не совсем удобно, но Тэхену приятна забота младшего. Парни тихо смеются. — Ты совсем замерз, хен-и, — говорит Чонгук и обнимает Тэхена за шею, привставая на носочки и делясь своим теплом. Парни стоят так какое-то время, просто наслаждаясь обществом друг друга. — Я хочу тебе кое-что рассказать, — произносит Ким, нарушая приятное молчание. Усаживается прямо на песок, утягивая Чонгука за собой. Чонгук заинтересованно смотрит на Тэхена, слегка подняв брови. Старший умиляется виду Чонгука. Медленно кладет широкую ладонь на скулу парня, большим пальцем поглаживая мягкую щечку. — Помнишь тот день, когда я сморозил глупость и обидел тебя? — убирает руку и отворачивается, скрещивая ноги и кладя руки на колени. Чонгук с нежеланием вспоминает те слова, которые произнес Тэхен. Согласно кивает и обхватывает колени руками. — Я тогда действительно не хотел говорить всего бреда, что наговорил тебе, — с сожалением шепчет, заглядывая виноватыми глазами в глаза Чонгука. — Я давно простил тебя, — улыбается, подбадривая старшего одним своим видом. — Это иногда происходит со мной. Такая… форма психического расстройства, с которой я не могу справиться. Не я контролирую ее, а она меня, понимаешь? — голос становится таким грустным и обреченным, что Чонгук не может не устроить подбородок на плече хена, как бы показывая, что все хорошо, и что Чонгук рядом. — У меня обсессия*, Чонгук. Отличная от серьезного ОКР, словно… подвид, что ли? — хмыкает, не зная, как доступно объяснить свое состояние младшему. Тэхену сейчас очень тяжело. Он не привык делиться тем, что происходит в его жизни, что происходит с ним самим. Он с трудом рассказал об этом друзьям, а Чонгуку он говорить вообще не собирался, но понимает, что это может привести к плохим последствиям. — Вместе с навязчивыми и суицидальными мыслями, я так же не могу контролировать свои действия. Например, в моей голове вспыхивает «а давай залезем на то дерево, с сухими ветками, которые сломаются от твоего веса?» и я просто беру и делаю, несмотря на то, что это опасно. Но это не самое худшее что я делал, — в голове проносятся все его приступы и каждый он помнит так, словно это произошло пару часов назад. — Да даже это ночное плавание — моя очередная обсессия, — Чонгук видит, что Тэхен злится сам на себя. Мальчику так жалко его хена, что глаза сами по себе начинают наполнятся слезами и он сдерживается, чтобы не шмыгнуть носом. — Ты обращался в клинику? — Конечно. Я ходил к психотерапевту два года. Мне, как видишь, не помогло. Я просто смирился. Иногда приступы несомненно раздражают. И не только меня, но и окружающих меня людей. Более того, были случаи, которые угрожали моей жизни и здоровью. И постоянная тревожность и панические атаки. Тревожность словно хочет расплавить мне грудную клетку. А панические атаки, чтобы я задохнулся. Но у меня нет контроля над этим. Во время приступов я словно становлюсь другим человеком и вижу себя со стороны, но помню каждый приступ отчетливо, — поворачивает голову к Чонгуку, смотря в мокрые глазки. — Такой экстрим сложно забыть, — хмыкает, потираясь носом о чонгуков, заставляя того улыбнуться. — Что самое безбашенное случалось во время приступов? — интересуется Чонгук, дабы узнать уровень угрозы болезни. Тэхен задумывается на какое-то время, и Чонгук понимает, что в его голове перебираются несколько вариантов, и это пугает не на шутку. — Пару дней назад я встал посреди проезжей части, несмотря на летающие туда-сюда машины, — почесывает глаз, принимая расслабленную позу, словно это случалось совершенно не с ним. — И отпрыгнул с дороги в тот момент, когда машина была от меня в паре метров, — кивает сам себе в подтверждение, в голове проигрывая тот момент. — Что ты чувствовал тогда? Тэхен застывает, грустно усмехаясь. — В том то и дело, что совершенно ничего. Во время приступов неконтролируемых действий мой мозг и чувства отключаются, — Ким пожимает плечами. — Как и инстинкт самосохранения. Тэхен согласно кивает. — Бывают обострения? — Чонгук все не прекращает задавать вопросов. Он просто хочет знать, с чем может столкнуться. — Осень — самое ужасное время для людей, страдающих обсессией. Твоя тревожность и депрессивность возрастает до отметки сто по десятибалльной шкале, а частота приступов увеличивается. — Мне правда жаль тебя, хен-и, — Чонгук не сдерживается и все-таки всхлипывает. — Ну что ты, Чонгук-и, — Тэхен разворачивается к парню, заключая того в крепкие объятия. — Со мной все будет хорошо, — на самом деле он не уверен в своих словах, но не хочется расстраивать Чонгука. — Я хочу быть рядом с тобой в каждый твой приступ, чтобы с тобой ничего не случилось, — признается младший, и Тэхену щемит сердце от такого заявления. Ким отстраняется от Чона, заглядывая в покрасневшие глаза и большими пальцами утирает слезки, скатывающиеся по щечкам. — Не плачь, малыш, я же не умираю, — улыбается Тэхен и прислоняется своим лбом ко лбу младшего. — И я буду рядом, хен-и, обещаю.