Повседневность чудесам не помеха

- Ты издеваешься? Сколько мне, по-твоему, лет, чтобы носиться на чёрных лошадях и забирать в неведомое далёко маленьких девочек? Может, меня вообще посадят после такого, - Брунгильда с силой встряхивает постиранную простыню, отчего несколько капель воды приземляются на плащ Корбана, а несколько – на его лицо. - Хильда, пожалуйста. Меня она видела, да и… белый – несколько не мой цвет. К тому же, по поводу удочерения мы с тобой уже всё уладили. Лишних вопросов не возникнет. Я представился твоим дворецким и сказал, что ты захотела сделать приёмной дочери сюрприз, потому заберёшь её сама на… чёрной лошади. Это представление, Хильда! Ну же! - Я с самого начала была против. Вот надо было тебе сделать всё официально, а потом взять и впихнуть сюда какой-то спектакль. Да и чёрная лошадь? Дворецкий? Ты в каком веке живёшь, Корби? Мы с тобой уже говорили об этом, - Брунгильда продолжает развешивать постиранное бельё и неодобрительно косится на Корбана, который не слишком умело ей помогает… или делает вид, что помогает. - Мы всё потом расскажем Нэт*. Но давай сделаем так, как я прошу. Детям нужно волшебство, нужна магия, Хильда. Я хочу, чтобы девочка поняла это с самого начала. Она пока ещё не окончательно испорчена взрослым миром, а нам это очень нужно. - Ты хочешь, чтобы она поняла, что волшебство есть, а потом стала служанкой у твоих приёмышей? - Да какой служанкой? – Корбан хмурится. – Рахиль и Шона помогут ей справляться с её приступами агрессии, когда мы их познакомим. А пока я сам буду этим заниматься. Она не будет служанкой. Она будет учиться вместе с ними. - Но она же человек, Корбан! - Вот именно! В нашей Академии должны быть люди. Я специально выбираю тех из них, кто разочарован во всём окружающем и стоит на грани того, чтобы переступить границу, разделяющую любовь и ненависть в сторону ненависти. Тех, у кого нет рядом людей, на которых они могли бы положиться. Многие пойдут по кривой дорожке, но я смогу спасти хотя бы кого-то. К тому же, немало людей, которые вечно находятся на грани падения, но мужества, чтобы действительно упасть, им не хватает. Таких людей я точно могу спасти. - Определился с ролью спасателя на ближайшую сотню лет? – с усмешкой спрашивает Брунгильда, в глубине души радуясь, что Корбан потихоньку начинает отказываться от жизни отшельника, выползать на свет и искать возможность установить связь с людьми и укрепить её. - Почему бы и нет, Хильда? Уж слишком надоело мне проживать свою вечность в одиночестве. Если уж мне дана возможность прожить её и как человеку, и как зверю, я не стану останавливаться на чём-то одном. Я совмещу всё это и добьюсь гармонии между этими двумя мирами, - уверенно произносит ворон, серьёзно глядя перед собой на цветочный узор чьих-то труселей. - Корби, я бы попросила тебя так не таращиться на нижнее бельё… - женщина, довольная произведённым эффектом и промелькнувшим на бледной коже друга румянцем, передвигает тазик с бельём. – Хорошо, я заберу её. Только смотри, не откладывай разговор на потом. А то знаю я тебя, любитель плыть по течению и упускающий любые возможности. - Все мы не без изъянов, Хильда, - грустно улыбается Корбан. И Брунгильда молча соглашается с ним. Консенсус достигнут в очередной раз. Можно отложить копья слов в сторону и прожить ещё один счастливый день в череде бессчётного количества дней. Вопрос с доставкой к месту назначения одного из первых новобранцев решён, теперь пора задуматься о его, вернее, её обучении.