Terra Incognita

Во всём Аду не было лучшего места, чтобы собрать сплетни и слухи, чем «Лунная пыль». Возле неё теперь постоянно крутились копы, да и внутри, наверняка, было полно полицейских под прикрытием, но тем не менее люди продолжали ходить в клуб, бухать, танцевать и трахаться, как в последний раз. Я тоже ходил — только теперь с большей охотой ввязывался в общение и прислушивался к чужим разговорам. В основном обсуждали Моргану. Ту самую планету-убийцу, к которой на всех парах летела Терра. Кто-то, правда, с пеной у рта убеждал, что это не планета вовсе, а чёрная дыра, что, впрочем, не отменяло пиздеца. Про мифическое Сопротивление я слышал мало: то ли Фарго просто узнал о нём раньше, чем остальные, то ли это действительно была чушь. О Джои говорили как о каком-то сверхъестественном существе. Якобы его ищут, потому что он сбежал из лаборатории, где выводят сверхлюдей. Или потому, что в его крови — какой-то вирус, способный выкосить всё население Терры. Одним словом — бред. Но, по заветам Фарго, я послушно собирал любую информацию, надеясь, что рано или поздно наткнусь на что-то стоящее. Через неделю после нашего разговора с Фарго, я снова отправился в «Пыль» — со вполне определённой целью. Если мне повезёт, я найду того же мальчишку с неоновыми прядями в волосах. Он мелькал передо мной в те дни, когда я просто приходил в клуб, чтобы выпить, но я был не в настроении, и он не подходил ко мне. На этот раз я решил исправить ситуацию. Он вынырнул из толпы танцующих так внезапно, что я вздрогнул. В темноте ярко светились пряди в его волосах, но мне показалось, что его причёска стала короче. И комбинезон он сменил — с чёрного на белый, совершенно не скрывающий соблазнительных изгибов его фигуры. Он поманил меня рукой, и я пошёл к нему, огибая танцующих. Когда я приблизился, он развернулся и направился в сторону Лабиринта, сверкая упругой задницей под тонким слоем белого латекса. Я двинулся за ним, не сводя с неё взгляда. Мы прошли за занавес. Я шёл вплотную к нему, шалея от запаха каких-то лёгких цветочных духов. Здесь, в Лабиринте, пахло чем угодно — спиртным, спермой, потом, несвежим дыханием, — и этот аромат казался чужеродным, немыслимым, удивительно чистым. Мы свернули за угол, он толкнул дверь, и мы вошли в небольшую комнатушку, которая лишь чудом оказалась свободной. Внутри горела лишь небольшая лампочка, забранная сеткой, слабо озаряя узкий топчан и раковину с ржавым краном. Парень остановился, развернулся и прислонился спиной к стене. На его лице поблёскивал густой слой грима, чёрные глаза были жирно обведены тенями. У меня внезапно замерло сердце, потом скакнуло к горлу и ухнуло куда-то вниз. Слабого света лампочки оказалось достаточно, чтобы разглядеть его получше и осознать, кто стоит передо мной. — Джои? — хрипло проговорил я. Он кивнул. — Твои глаза… — Линзы, — сказал он. — Маскарад. Как и всё это, — он обвёл рукой себя. — Но… — Говори тише, Генри, — прошептал он. — У стен есть уши, а здесь они особенно большие. Снаружи доносился привычный шум Лабиринта — шлепки, охи-вздохи, влажное хлюпанье, грубые и томные голоса, мужские и женские. Я плотнее прикрыл дверь и обернулся к Джои. Его фигура, затянутая в белое, словно светилась в полумраке. — Что ты здесь делаешь? — прошептал я. — Тебя искал, — тихо ответил он. — Ты же предлагал помощь? Вот я и пришёл. — Как тебе удалось пробраться сюда? Всё оцеплено… я думал… Он сделал шаг вперёд, приложил палец к моим губам. Потом приподнялся на цыпочки и шепнул мне в ухо: — Я расскажу тебе, но нам нужно притвориться, что мы пришли сюда не просто так. Я не уверен, что нас не подслушивают. И что за тобой не следят. Прежде чем я, ошеломлённый, успел что-либо сказать, Джои повернулся к стене, упёрся в неё ладонями и глянул на меня через плечо. — Сделай вид, что трахаешь меня, — прошептал он еле слышно. — Пусть твои стоны будут громче, чем они рассчитывают. Самое интересное, что мой стояк никуда не делся. Более того — жаркий шёпот Джои и его странный, незнакомый облик подстегнули моё желание — я не хотел притворяться, я хотел по-настоящему взять его здесь, у стены, накрыть его губы ртом, почувствовать кожей его гибкое тело, наверняка горячее под тонким слоем латекса… Это чувство накатило так внезапно, что я покачнулся. В ушах шумело, губы пересохли, тёмный взгляд Джои утаскивал меня в мой персональный маленький ад. — Не тормози, — одними губами прошептал он, отвернулся и уткнулся лбом в скрещенные запястья. Я подошёл к нему, замер на мгновение и вжал в стену всем телом. Он вздрогнул, подался назад и влип задницей в мой пах. Я был уверен, что Джои почувствовал, насколько завёл меня весь этот фарс, но он не подал виду. «Двигайся, — прошептал он. — Стони. Говори что-нибудь». — Да-а… — прохрипел я. — Какой же ты… сладкий. Я въехал бёдрами в его задницу, впечатав Джои в стену. Он выдохнул, выгнув спину, и прошептал: — Я спустился по лазу. Ты знал, что проход между левелами есть прямо в больнице? — Да-а-а, — простонал я, хотя, разумеется, ни хрена не знал. — Я сумел уговорить одного парня, который там работал. Заплатил ему… неважно. Я успел сбежать, прежде чем за мной явились. Я должен… должен найти одного человека, Генри. У меня есть информация, которая ему нужна. — Блядь, какая… какой ты охуенный, малыш… — прохрипел я, дыша Джои в затылок. Он повернул голову и прошептал: — Не сбивайся… Слухи о Моргане — правда. Я работал в инженерном центре на третьем левеле… месяц назад нам с нулевого спустили распоряжение — начать разработку шаттла вместимостью сто человек. Как ты понимаешь, мы тут ничего не производим… поэтому материалы предполагалось брать с нижних левелов. Но шаттл должен был быть достаточно крепким, чтобы продержаться в космосе несколько лет… Его тело прижималось к моему так плотно, что между нами нельзя было просунуть лезвие ножа. Я слушал его, но понимал через слово — настолько у меня кружилась голова и зашкаливало желание. Он говорил, а я хотел лишь одного: впиться зубами в его загривок, содрать с него этот сраный латекс и трахнуть по-настоящему. — Моргана — это не планета-убийца, Генри, — шептал Джои. — Это чёрная дыра… но не совсем. Искажение. Аномалия в космосе. Никто не знает… куда она ведёт. Некоторые учёные считают, что это портал между пространствами. Кто-то говорит, что это искривление времени. Факт тот, что нас… нас затягивает в неё, и примерно через месяц Терра исчезнет. — Как ты классно работаешь задницей! — прорычал я, и Джои уловил намёк. — Система управления Террой дала сбой, — прошептал он. — Мы пытались восстановить, но ничего не вышло. Эта жестянка неуправляема, Генри… В наших силах только построить этот грёбаный шаттл, на котором спасутся избранные. Остальные умрут. — Ты хочешь ещё, детка? — прохрипел я, накрыв ладонью его запястья и нащупав большим пальцем его бешено бьющийся пульс. — Это несправедливо, — тихо выдохнул он. — Люди должны знать, что их ждёт… У них должна быть возможность выжить. — Ты такой горячий внутри, — рыкнул я, и он вжался щекой в стену. — Я ненавижу их… ненавижу Рай, — зашептал он. — Там настоящий Ад, Генри… Они уже решили, кто летит. Запретили всем, кто выше пятого, спускаться на нижние левелы. Но слухи… просочились. Даже если меня не найдут, полиция никуда не денется. Они пришлют сюда армию, Генри… под высосанным из пальца предлогом. Если будет нужно, они перебьют тут всех ещё до того, как Терра влетит в Моргану… — Я слышал, нас можно просто отстыковать, — прошептал я ему на ухо, вдохнув сладкий аромат, исходящий от его волос. Он мотнул головой. — Нет, это ложь. Терра — единый организм, оторви ему хвост — истечёт кровью всё остальное. Когда-то они предусмотрели такую возможность, но финансирования не хватило, чтобы закончить работу. Гермозатворы не работают, система снабжения кислородом едина, перекрыть её невозможно. Это огромная проблема, и они боятся, что утечка информации спровоцирует бунт, который невозможно будет обрубить на корню… Я застонал и услышал: — Я хочу, чтобы у каждого человека на Терре был шанс выжить. Мне удалось украсть коды, открывающие заслоны на кордонах между Адом и Чистилищем. Не спрашивай меня, как мне это удалось… но чип у меня. Если запустить программу в компьютерную систему жизнеобеспечения Чистилища, двери откроются, и никакая гвардия не сможет сдержать тех, кто пройдёт сквозь них. Говори… — Ты охуенно хорош…. Ты просто безумно, блядь, хорош… — Я не сумасшедший, Генри. В Аду есть те, кто готов проникнуть в Чистилище и сделать это. — Просто рай, детка… — Между Раем и Чистилищем нет таких кордонов, — прошептал Джои. — На пятый уровень можно проникнуть без труда… разве что справиться с военными, но… ты знал, что в Аду жителей больше, чем в Чистилище и Раю вместе взятых? И ещё… — выдохнул он, повернув голову, и я губами поймал его дыхание, — у меня есть записи, которые расскажут людям правду. И поверят все. — Я умираю, как хочу тебя… — Да, это будет мясорубка, — прошептал он. — Но, по крайней мере, справедливая. И умереть за правду будет честнее, чем сдохнуть в один момент, даже не поняв, как и за что. Ровно мои мысли после разговора с Фарго. Я замер, выдохнув, оторвался от Джои, прошёл несколько шагов до топчана и упал на него. Меня не держали ноги. В голове царила полная каша из откровений Джои, абсурдных призывов к революции и самых низменных желаний. Он повернулся, подошёл ко мне и опустился на колени между моих ног. Поднял голову и впился в моё лицо чёрным взглядом, за которым где-то пряталась ошеломляющая синева. — Помоги мне найти Уиллоу, — прошептал Джои. — Это тот, кто сможет взломать систему и открыть двери. Уиллоу. Это всё, что я знаю. Он быстро поднялся на ноги и направился к двери. — Пятьдесят кредитов, — громко сказал он игривым тоном. — Ты был хорош, красавчик. — Спасибо, — машинально отозвался я. — Ещё встретимся, милый, — проворковал Джои и, глянув на меня с надеждой в глазах, быстро вышел из комнатки. Я остался сидеть на топчане, оглушённый, ошарашенный и возбуждённый. На моих пальцах угасало тепло его тела, в моих ушах звучал его лихорадочный шёпот. Мне очень хотелось знать, где он пропадал эти дни после побега из больницы, как он догадался подойти ко мне именно в образе мальчика-шлюхи и куда, чёрт подери, делся настоящий? Я подумал, что Джои может быть безумен. Нет, он действительно спёр чип с кодами, но умудрился отправиться хуй пойми куда, чтобы найти хуй пойми кого, ведомый лишь пламенной идеей вселенской справедливости. Да и к тому же, трезвые расчётливые люди революций не поднимают, а действуют втихаря. Джои явно не принадлежал к их числу. Я поднялся с топчана, подошёл к раковине, умылся водой с неприятным железным привкусом. Как ни крути, если Джои не соврал, дело дрянь. И умирать в один миг, даже не врубившись, что происходит, мне не хотелось. Как и подыхать в бессмысленной борьбе за место на шаттле. Возможно, был третий способ — например, попробовать восстановить управление Террой, но я, чёрт подери, простой механик, а там, наверху, не смогли справиться умы получше моего. Если бы получилось решить дело мирным путём, объединить людей, собрать знания со всех левелов… хотя, блять, утопия, конечно. Кто такой этот чёртов Уиллоу? Где его искать? И как не привлечь внимание ищеек сверху? Фарго мне в помощь, подумал я. Как обычно. Он явно обрадуется, когда узнает. Революционер херов. Такое ощущение, что все вокруг сошли с ума, кроме меня. Я вышел из комнатки и тут же наткнулся на копов. В униформе, вооружённых шокерами. Полуголые люди щемились по углам, а полицейские внимательно разглядывали каждого, впрочем, никого не трогая. Я остановился, не зная, что делать дальше, и коп подошёл ко мне, посветив фонариком мне в лицо. — Какого хрена ты там прятался? — грубо спросил он, обшаривая меня взглядом. — Я не прятался, сэр, — сказал я. — А что ж ты делал? — Дрочил, сэр. На его каменном лице не дрогнул ни один мускул. — Один? — Один. Он заглянул в комнатку через моё плечо, перевёл взгляд на меня и опустил фонарик. — Вали отсюда. Я прошёл мимо, недоумевая, как Джои опять удалось ускользнуть от облавы. Ведь явно им было что-то известно, иначе они бы сюда не сунулись, продолжая наблюдать за входом в «Пыль» и пастись на танцполе. Когда я вышел из клуба, то чуть не ослеп от бело-синих всполохов мигалок. Несколько человек в наручниках стояли вдоль стены, но Джои среди них не было. Он снова испарился как призрак. Удивительно. Парень никогда в жизни не был в Аду, но сумел так приспособиться к местным реалиям, что не только выжил, но и научился маскироваться так, что не подкопаешься. Перед глазами возник его дикий образ — блестящий белый латекс, обрисовывающий мышцы, липнущий к телу, как вторая кожа, неоновые пряди в густых тёмных волосах, глаза угольно-чёрного цвета… Я подумал, что где-то, должно быть, лежит его мёртвый двойник — тот мальчик, которого я встретил несколько дней назад. Но Джои не способен убить… Или способен? Он следил за мной. Скорее всего. Затерявшись в толпе, видел, как я ухожу с хастлером в Лабиринт. И решил подменить его собой, чтобы поговорить без палева. Оставалось только надеяться, что всё же Джои как-то убедил его помочь, а не грохнул в тёмном переулке. Надо же… а я когда-то опасался за его жизнь. Я вернулся домой, постоянно оглядываясь по пути. Слежки не было. Я понял, что в ближайшее время возвращаться в «Лунную пыль» бессмысленно и небезопасно. Если Джои такой мастер перевоплощений, он найдёт меня, где бы я ни был. А пока нужно заняться этим Уиллоу. Может быть, он окажется разумным парнем и не захочет кровопролития. У нас ещё есть время, чтобы что-то придумать. Я знал, где искать Фарго. Мне лишь нужно было дождаться пятницы. Если я начну суетиться, то те, кто за мной следит — если следит, конечно, — могут что-то заподозрить. А пока мне действительно жизненно необходимо было сделать одну вещь. Именно ту, о которой я соврал копу. *** Несмотря на полицейский кипиш, игорное заведение «Чёт-нечет» на двадцать седьмом работало исправно. Мне пришлось ответить на несколько неприятных вопросов вышибалы на входе, но в итоге он всё-таки пропустил меня внутрь. Я снял куртку, оставшись в одной чёрной рубашке с закатанными рукавами — лучшей моей рубашке, между прочим. На запястье я нацепил стальной браслет — бессмысленную недешёвую цацку, которую мне подарила одна подруга в далёком прошлом. В обычной жизни я такие штуки не носил, но сейчас, когда всё шло кувырком, приличный вид — это залог хоть какого-то успеха. Тем более в заведении вроде «Чёт-нечет». Несмотря на своё расположение, игорный клуб считался престижной лавочкой. Сюда пускали не всех, а лишь лучших из худших представителей Ада. У охранников на входе был настолько намётан глаз, что они без труда вычисляли количество кредитов в карманах. Я не мог похвастаться толстым кошельком, но рубашка и браслет, плюс выбритая рожа, аккуратно причёсанные волосы и отчищенные по максимуму от масла руки сыграли свою роль. И теперь я шёл по широкому коридору в заполненный гулом голосов и стуком фишек зал, где собрался весь цвет Ада. Когда я вошёл, ко мне тут же подошла темноволосая девушка в соблазнительном платье с большим вырезом и поинтересовалась, во что я хочу сыграть. Я отшутился, сказав, что для начала осмотрюсь и прикину, кого тут легче обдурить. Она рассмеялась и пожелала удачи, но спиной я чувствовал её пристальный взгляд. Взяв с подноса официанта стакан с коктейлем ядовитого цвета, я принялся бродить между обшарпанными столами и видавшими виды древними игровыми автоматами, пока не увидел Фарго. Мой друг сидел за покерным столом, рядом с ним громоздилась куча фишек, а у его оппонентов были абсолютно каменные лица. Возможно, назревал конфликт. Я подошёл к нему со спины, и он, не поворачивая головы, проговорил: — Привет, Генри. — Как ты узнал, что это я? — Увидел в его очках, — он кивнул на лысого мужика напротив. — К сожалению, карты он прячет, а тот как удобно было бы… У тебя что-то срочное? — Относительно, — сказал я, глянув на его расклад. Неплохой, если у его противников не припрятан туз в рукаве. — Давай, обувай этих милых ребят, прощайся и подходи к бару. Если кто-то из них захочет тебя грохнуть, тогда двигай на выход — я заведу кар, и мы свалим отсюда. — Какой ты предусмотрительный, — Фарго перекатил губами зубочистку. — Ладно, отвали. На тебя косо смотрят, ведь ты не баба с сиськами пятого размера. Я мельком глянул на публику — за плечом почти у каждого игрока стояли девицы всех мастей, но объединяло их одно — платья, откуда богатство вываливалось чуть ли не на стол. Крупье неодобрительно глянул на меня, и я отошёл подальше. Сел на высокий табурет у бара, отпил глоток ядовитой дряни и стал смотреть, как Фарго виртуозно завершает раунд. Как ни странно, никаких обвинений в шулерстве не последовало. Видимо, ему повезло сесть за стол с приличными людьми. Фарго сгрёб фишки, пожал руки оппонентам, щипнул за зад особо аппетитную красотку в кожаном комбинезоне и, насвистывая, направился к кассе. Оттуда он вернулся с оттопыренными карманами, плюхнулся на табурет рядом со мной, отобрал у меня стакан, отпил глоток и выплюнул пойло на пол. — Шипучки, — приказал он, повернувшись к бармену. — Только хорошей, прямиком из Чистилища, а не этого вашего суррогата. Фарго уселся поудобнее и облокотился на стойку. — У тебя горят глаза, Генри, — сказал он. — Мне это нравится и не нравится одновременно. Рассказывай. — Нас могут подслушать? — спросил я, оглядывая зал. — Здесь стоят глушилки, — отозвался мой друг. — Копам сюда путь заказан даже под угрозой штурма. Бармен глухой, как пробка. Ты попал в правильное место, дружище. Я хмыкнул, понизил голос и рассказал ему всё. По мере того, как я говорил, выражение лица Фарго менялось на глазах — от скепсиса до крайней степени удивления. Когда я закончил, он протянул мне бокал с шипучкой лилового цвета. — За это стоит выпить, Генри, — сказал он тихо. — За неминуемый пиздец? — поднял брови я. — За начало грандиозного шухера, — улыбнулся он. — У нас есть… сколько? Месяц? Месяц, чтобы перевернуть мир и уйти в небытие максимально красиво. Финал человечества — чем не повод? Мы чокнулись бокалами. Я пригубил и удивился, насколько ярким и в то же время мягким был вкус. — А теперь давай серьёзно, — Фарго склонился ко мне. — Уиллоу? Имя мне незнакомо, но я постараюсь разузнать. Ты действительно веришь в идею, что наш шанс — не война, а объединение? Ты же должен понимать, что времени у нас в обрез, а пули достигают цели быстрее, чем слова. — Но попробовать-то можно, — сказал я, глядя на хохочущую девицу, повисшую на плече потного толстяка в синей рубахе из синтшёлка. — Что мы теряем? И так, и так — шанс, что мы выживем, невелик. Но если получится избежать крови, я бы попытался. — Ты же знаешь, что не получится, — возразил Фарго. — Кто будет слушать голос разума? Начнётся паника, кто-то пойдёт на баррикады, кто-то затаится, многие просто забьют болт, удолбанные по брови. Как из этого сброда вычислить тех, кто способен помочь восстановить управление? В моём окружении таких нет, а я знаком с чёртовой прорвой народу. — По крайней мере, этот Уиллоу — профессионал в своём деле. Возможно, он знает остальных. Если мы найдём его, то можно попробовать его уговорить. — А если даже он согласится, Генри? То что? Как достучаться до верхних левелов? Ты думаешь, они с распростёртыми объятиями примут парламентёров? А даже если и примут, то хватит ли времени, чтобы наладить систему? Дружище, это утопия. Джои сказал, что шаттл почти готов. Это шанс. А твоё предложение — фантазия. — Сто человек, Фарго. Сто. — И нам с тобой может повезти оказаться в их числе, если мы прибьёмся к правильным людям, — сказал он. — Поднимемся на самый верх. По трупам, если угодно. Те, кто в Раю, уже получили свою дозу благ, двадцать пять грёбаных лет они жили там, не зная, каково здесь нам. Может, пришло время сменить расклад? — Джои сказал, что никто не знает, что это за аномалия. Возможно, она не значит, что мы все умрём. По крайней мере, сразу. — Твои Джои, судя по твоим рассказам, тот ещё чокнутый фанатик. Кстати, я бы расспросил его о жизни в Раю — действительно ли там летают золотые единороги и срут белым порошком? Ты предлагаешь просто ждать, пока Терра накроется медным тазом? — Я предлагаю найти Уиллоу и поговорить с ним, — раздражённо сказал я. — И желательно вместе с Джои. — Вы договорились о встрече? — Нет, но он найдёт меня. Фарго покачал головой. — Кто бы мог подумать, что мальчик, которого отпиздили у «Пыли», окажется грёбаным суперменом. — Сбой программы, — усмехнулся я. Он покосился на меня. — Это у тебя сбой программы, дружище. Я вижу, как у тебя блестят глаза, когда ты о нём говоришь. Я не позволял себе такого даже с самой сочной тёлкой с двадцать первого. Сдаётся мне, ты втрескался в него, Генри. — Я… — Ой, не заводи свою шарманку, — он закатил глаза. — Мне плевать, даже если ты влюбишься в Диву Стэнли. Просто это так… странно — видеть тебя таким. — Я не влюбился, — сказал я. — Просто он мне… интересен. — Вы почти трахались. — Почти. Какое это имеет отношение к делу? — Никакого, — он глумливо захихикал и залпом допил свою шипучку. — Послушай, Генри, пока весь мир не покатился в задницу, поехали в «Подсолнух»? «Подсолнух» — это бордель на двадцать первом, довольно приличное заведение и дорогое, как пиздец. Я подумал, что поиски Уиллоу можно отложить до завтра, тем более, что зацепиться нам особо не за что. Шипучка ударила в голову. Где-то я слышал, что низменные желания перед наступлением апокалипсиса и неминуемой смерти — обычное дело: организм напоследок хочет почувствовать себя живым. Проблема была в том, что я не хотел никого, кроме Джои. Но Фарго об этом знать было необязательно. Мы расплатились за шипучку, вышли из «Чёт-нечета» и сели в мой кар. Свой Фарго отогнал на парковку для гостей и всучил смотрителю двадцать кредитов, чтобы подержал до завтра. Пока мы летели, мой друг курил и разглагольствовал на тему отношений, я периодически вставлял свои «ага», «угу» и «хм», не особо вслушиваясь. Мои мысли занимал Джои. И ещё я вдруг остро осознал, как мало времени у нас осталось. А то, что есть, заполнено неопределённостью. В «Подсолнухе» Фарго тут же снял двух грудастых девиц и, подмигнув мне, предложил присоединиться. Я отказался, пошёл в стрип-зал и сел у бара, рассматривая девушку у шеста. Она извивалась в томном танце, встряхивая волосами, и я несколько раз поймал на себе её призывный взгляд. Она ничего не знала. Никто из них ничего не знал. И я не был уверен, что знание хоть как-то им поможет. Даже мне оно не особо помогало, если честно. Я не был готов умирать, но понятия не имел, как с минимальными потерями отсрочить финал. Я просидел так довольно долго, у шеста сменялись девушки, потом вышел парень. Длинноволосый блондин в красных кожаных штанах в облипку. Музыка сменилась на агрессивную, рваную, и стриптизёр начал танцевать. Мне понравились резкие движения его сильного тела, то, как он крутился вокруг шеста и изгибался в немыслимых позах. В полёте он поймал мой взгляд и улыбнулся. Я знал, что после танца он подойдёт ко мне. Так и случилось. Стриптизёр, оставшись в одних полупрозрачных трусах, не скрывавших ровным счётом ничего, спустился с подиума и направился в мою сторону. Я вздохнул и начал придумывать повод, чтобы отказать ему, но внезапно причина нашлась сама. К шесту подошёл парень. Через плечо улыбающегося блондина я видел стройную фигуру в джинсах, съехавших на бёдра и открывающих соблазнительную впадинку между ягодицами. Рыжие волосы. Ярко-зелёные глаза. Соблазнительный изгиб полных губ. Тонкие, но сильные руки, унизанные неоновыми браслетами. И взгляд, который я не спутал бы ни с каким другим. Да ёб твою мать, а, подумал я. Хамелеон чёртов. На кой ляд тебе сдался я, если ты сам прекрасно справляешься? Он улыбнулся мне, не разжимая губ, запрокинул голову и лениво крутанулся вокруг шеста, изогнувшись красивой дугой. Я смотрел на него, как заворожённый. Блондин пристроился рядом и что-то зашептал мне на ухо, красноречиво потираясь своим бедром о мою ногу, но я движением руки отстранил его. Стриптизёр на подиуме сделал полный оборот, плавно опустился на корточки и волнообразным движением поднялся, потираясь грудью и и пахом о шест. Немногочисленная публика одобрительно засвистела. Рыжий парень рассыпал вокруг себя солнечные улыбки, тряхнул волосами и, подтянувшись, обвил ногами шест. Съехал вниз головой, едва не коснувшись шевелюрой подиума, застыл на мгновение, и, ухватившись руками за шест, опустился на пол. Меня прошибло током. Протряхнуло хорошенько с головы до ног и вернулось жаром в паху. Мир катился в пропасть, а я любовался изгибами чужого тела и мечтал только об одном: снова оказаться с ним наедине. Меня даже не смущало то, что это маскировка, и Джои, скорее всего, просто отлично играет свою роль. Даже переодетые копы, если таковые в заведении есть, ничего не заподозрят. Стриптизёр дразняще медленным движением расстегнул джинсы и слегка спустил их ниже, вильнув бёдрами. Белья на нём не было. Я сглотнул, увидев тёмную дорожку волос, убегающую в пах. Мягкая ткань обрисовывала контуры его члена, и мне показалось, что он возбуждён. Меня тут же кинуло в дрожь, в жар, чёрт знает куда ещё. Я едва сдерживался, чтобы не подойти к нему ближе и не выдать себя, а он, как назло, играл со мной взглядом, телом, плавными покачиваниями бёдер, гибкими движениями рук… Он танцевал для всех — и только для меня. Публика зааплодировала и тут же обиженно засвистела, когда музыка кончилась, а стриптизёр остался в джинсах. На подиум тут же вспрыгнул какой-то брюнет в чёрной коже, а рыжий спустился и, застёгивая ширинку, направился к бару. Не ко мне. Я недоумевающе проводил его взглядом. Джои повернулся ко мне спиной, заказал что-то выпить, перекинулся парой слов с барменшей. А потом, всё так же не оборачиваясь, прикончил свой шот и направился к двери, ведущей на лестницу к комнатам отдыха. По пути его несколько раз облапали благодарные зрители, и я едва сдержался, чтобы не вломить каждому. Когда Джои скрылся из виду, я посидел ещё немного для отвода глаз, выпил рюмку ядрёного синтетического пойла и прогулочным шагом потащился к лестнице. Наверху меня встретили закрытые двери и характерные звуки, раздающиеся почти из каждой комнаты. Мне показалось, что я услышал голос Фарго, но его тут же заглушил пронзительный женский стон. Я растерянно остановился посреди коридора, не зная, что делать дальше, как вдруг дверь за моей спиной распахнулась, в щель просунулась рука и, дёрнув меня за ремень, втащила в комнату. Мы снова встретились лицом к лицу, и я подумал, что стал забывать, как он выглядит на самом деле. Рыжий парик, зелёные линзы и умело наложенный грим изменили его лицо до неузнаваемости. Он был всё в тех же джинсах, но надел футболку с каким-то дурацким рисунком и снял браслеты. — Какие у тебя ещё таланты? — хрипло спросил я, разглядывая его. — Лучше спроси, что я не умею, — отозвался он. — Например, драться. Стрелять. Красиво уходить от погони. Водить кар. — Ты перечислил основные навыки, чтобы выжить в Аду. — Но я умею перевоплощаться, — сказал Джои. — И это компенсирует мою рукожопость. — То-то я смотрю, ты долго продержался, — я подошёл чуть ближе. — Тебе кто-то помогает? Каким образом ты попал в «Подсолнух»? Он состроил брови домиком. — Ты видел объявление на двери, Генри? Там написано, что сегодня «открытый шест». А это значит, что любой может прийти сюда и станцевать — без всякого вознаграждения, за чаевые. — А откуда у тебя парик и линзы? — Линзы купил, парик спёр в парикмахерской. Генри, всё проще, чем ты думаешь. Ад — не такое уж жуткое место, если умеешь сойти за своего. — Тогда какого хера ты в тот вечер припёрся в «Пыль», одетый, как типичный представитель «верхних»? — поинтересовался я. — И схлопотал по морде? Если бы я не вмешался, тебя бы грохнули, и дело с концом. — Это была моя ошибка, — сказал он. — Я просто не успел подготовиться как следует. — Ты танцуешь вполне… профессионально. — Я занимался танцами, — ответил он. — В детстве. Его голос изменился, дрогнул. Я не стал расспрашивать дальше. С меня выше крыши хватало тех загадок, которые высыпались на меня за последние две недели. Джои сел на кровать, застеленную несвежим дырявым покрывалом, и спросил: — Ты что-нибудь нашёл? — Я поговорил с другом. Он — ушлый, но порядочный парень. Поможет. Джои задумчиво пожевал губами. — Ты в нём уверен? — Как в себе. — Хорошо, потому что время идёт. — Послушай, — сказал я, подходя и садясь рядом с ним. — А ты не думал, что можно… решить этот вопрос как-нибудь по-другому? Скажем, найти этого Уиллоу и предложить ему собрать умных и рукастых ребят со всего Ада, чтобы попробовать наладить систему? Если в Раю согласятся пойти навстречу… — Не согласятся, — жёстко перебил меня Джои. — Если ты думаешь, что там живут ангелы, ты ошибаешься. Они уже готовы перегрызть друг другу глотки. Никто, кроме самых главных, не знает точно, выбрали его в число счастливчиков или нет. Скоро наверху начнутся убийства и без нашей помощи. Пока что мои дорогие коллеги пытаются сохранять лицо, но чем ближе день икс, тем хуже настроения. — Но это был бы шанс спастись… — Они не поверят, Генри. Да и потом… времени слишком мало. Ты знаешь, сколько мы уже дрейфуем без управления? Почти год. Грёбаный год мы полагались на авось, и, к счастью, астероиды и прочие неприятные штуки обходили Терру стороной. А потом по курсу возникла эта… аномалия. Чинить что-либо поздно, Генри. Все ресурсы брошены на создание шаттла, он почти закончен. Может быть, они изначально не хотели что-то менять, и судьба, бог, дьявол, законы вселенной — что угодно — встали на их сторону. — И ты хочешь крови? — Я хочу справедливости, — сказал он. — Я хочу, чтобы люди почувствовали себя живыми — пусть и за мгновение до смерти. Я хочу дать всем шанс оказаться на этом шаттле. — А ты сам? — спросил я, глядя на его тонкий профиль. — Если повезёт, — ответил он, пожав плечами. — Ты знаешь, что ходят слухи про Сопротивление? — Да. И я очень надеюсь, что Уиллоу — из них. — Откуда ты вообще знаешь про этого Уиллоу? Джои посмотрел на меня, и сквозь зелёную радужку линз я различил синий оттенок. — Он работал на первом левеле, — сказал он, помолчав. — Он был одним из тех, кто построил Терру.