Озеро

***

Сходив в магазин, который был расположен прямо около школы, Дазай уминал уже вторую шоколадку, хоть и маленькую, когда к нему подошел Накахара. — Привет! — вновь поздоровался он и радостно оповестил, — А я тут наконец-то продукты купил и бананы, а еще — несколько шоколадок! — про пару бутылок вина он счел нужным умолчать. — Несколько шоколадок? Ты про те, что съел сейчас? Заметив след, Накахара провёл пальцем возле губы, а после, собрав, слизал. Дазай улыбнулся и, прикрыв глаза, ответил: — Нет. Это я просто есть хотел. Там, в магазине, была акция — две шоколадки по цене одной. А еще они были большими. Вот и. — про «начинку» Осаму упоминать не стал. — Кто тут алкаш, Дазай. Когда ты и шоколадки взял, и вино. — цокнул Чуя, нахмурившись. Осаму снова довольно улыбнулся, присаживаясь на низенькие перила зелёного цвета, и невинным голосом пропел: — Но ты же не против, так? — а потом добавил хоть немного серьезности, — Но я не алкаш. Я вообще редко пью, и ты теперь знаешь, почему. Коленом раздвинув ноги, физик встал между ними. — Тебе повезло, что сегодня пятница и можешь просыпаться. — Это точно, но я не хочу спать~ — Дазай снова растянул губы в улыбке. Да сколько еще это вино будет действовать? Хотя… Так, можно сказать, и хорошо — можно делать то, чего на трезвую голову постеснялся бы, и потом, если что, спокойно свалить все на алкоголь. — Да? И что тогда ты собирался делать? Проведя лёгким движением руки по подборку, он тем самым поднимает взгляд шатена на себя. — Да была идейка… — туманно отзывается хитрым голосом Дазай. — И что за идея? — слегка надавливая, поинтересоваться Накахара. — Тебе интересно? — протянул Осаму, в голове продумывая как бы объяснить то, что он хотел сделать. — Не задавай лишних вопросов, а лучше скажи. — обвив рукой шею, начал постепенно сдавливать. — Мм, не дави так, нам еще идти вообще-то. «Может, получится ускользнуть от ответа? Хотелось это сделать, но вот согласится ли он? Хотя, он сам говорил, что ему трудно сдерживаться, а это — прекрасный вариант для нас обоих…» — Дазай погрузился в мысли. — Эй, ты не договорил. — Накахара прижал его голову к себе, ближе к паху, словно специально, хотя так и было. От странного действия шатен почувствовал как по коже побежали мурашки. — Просто ты говорил, что тебе трудно сдерживаться, вот я и подумал… — Не тяни кошку за хвост, говори. — Ну… — неопределенно протянул Дазай и, решив, что действиями показать легче, легонько провел рукой по тому, что минут двадцать назад ему довелось почувствовать сначала бедром, а потом и пятой точкой; словно намекая. — Не трогай там, придурок. — физик покрылся румянцем и добавил, — Не здесь же. Осаму поднял на него взгляд: — Тебе не нравится, если я делаю так, Чуя? — Мне нравится твоя игра, я же знаю, что не дашься мне. Осаму смущенно отвел взгляд и признался: — Н-но я хочу сделать тебе приятно, если, конечно, у меня получится и если ты согласишься… — он окончательно стушевался, — Извини. Не надо было мне спрашивать. Схватив того за руку, повел по направлению к дому. — Осаму, быстро домой. Пока ты согласен… я не выдержу. Немного удивился и постарался идти быстрее, а то с пакетом было не так уж удобно медленно тащиться за коллегой. Но все-таки Дазай спросил: — А… Ты подумал о том же, о чем и я, или мы не поняли друг друга? — Надеюсь об одном и том же. Можно было бы сказать, что вокруг торопящихся мужчин стояла потрясающая тишина, однако это было не так — машины, проезжающие мимо, куда-то по своим делам; птицы, которые, к удивлению, еще продолжали хоть тихо, но петь; что касается редких, но иногда весьма шумных прохожих, то те спокойно шли также по своим делам, не обращая внимания на нашу парочку. В воздухе пахло свежестью, что очень редко для их города, но учитывая недавно прошедший дождь, не так уж и поражает. Что ж, вернемся к нашим учителям, которые уже успели добраться до скромного обиталища преподавателя ОБЖ, хотя, и это может не удивлять вас, ведь физик так торопился. И эта спешка, в принципе, понятна и весьма обоснована, ведь брать надо не только обстоятельства минувших часов, но и позднее время. Режим сна, знаете ли, принято соблюдать. К сожалению, не все так делают, и особо жаль, что многие просто не могут, ибо дела себя ждать не заставляют. Не замечая никого, они пробрались в лифт, где физик сразу же прижал высокого к стене. — Чуя..? «Черт, почему это так возбуждает?» Шатен отвел взгляд куда-то в угол лифта, краснея. — Ты такой милый, когда краснеешь. Выскочив из лифта, высокого снова прижали, пихнув к двери. «Я лучше промолчу, а то ляпну что-нибудь такое… Но как он прижимает меня к стене…» — Осаму вновь уплыл мыслями не в то направление. — Осаму, открывай дверь. — прошептали ему на ухо. — А, д-да, сейчас. Кое-как справившись с замком, шатен распахнул дверь, отходя в сторону: — Ну… Добро пожаловать, что ли? Вогнав его в угол и плотнее к нему встав, рукой начал спускаться ниже. — Ох, Чуя, что… Аах~ — смущенно взглянул в голубые омуты, пряча взгляд ниже. «Эх, лучше б в сторону отвел!» — запоздало осознал свою ошибку он. Накахара решил провести линию от бедра и все ниже, слегка надавливая. Осаму цепляется за плечи рыжеволосого, прижимая ближе, а затем спуская их на талию, обнимая. «Подожди… Я хотел попробовать сделать другое…» — Подожди. Ах… — не договорив, сбивается на короткий стон. — Еще чуть-чуть. Опустив руку еще ниже, кажется, не замечает своего тяжелого дыхания. Шатен сдается, тихо выдохнув: — Да… Просто я так хотел… Сделать то… Но если ты не хочешь… — Помолчи, Осаму. Потянув шатенистую голову на себя, впился в губы. Дазай пытался что-то еще сказать, но, поняв, что все это — тщетно, лишь закрыл глаза, отдаваясь чувствам. Отпрянув, облегченно вздохнул, опустив голову: — Вот так. Кареглазый учитель обеспокоенно спросил: — Ч-что-то не так? Достав из пакета бутылку, удивленно смотрит на него: — С чего это ты решил? Поняв свою ошибку в толковании поведения Чуи, второй мужчина предложил им пройти в ванную с цель помыть руки, — гигиена важна! — что они и сделали, хоть физик и там попытался вжать немного удивленного обилием такого рода ситуаций в одном дне, Дазая. Затем они, вытерев руки мягким оранжевым полотенцем и закинув пиджак Осаму в корзину для белья, вышли, вновь оказавшись в коридоре. После некоторого — минута, может, две — времени, шатен решил разрушить ту неловкость, возникшую меж ними, предложив: — Может, на кухню пойдем, или в комнату? — Дазая все же не покидала немного навязчивая идея. — Я пошел в комнату, а ты сходи за бокалами, пожалуйста. — Хорошо. Уже стоя на кухне с двумя бокалами в руках, Дазай начал судорожно вспоминать закрыл ли он шкаф и ноутбук… Хорошо, что кошка молча хрумкала кормом, который он только что ей насыпал, потому как если бы еще и Масибелла пыталась привлечь его внимание, что он, если говорить честно, из-за работы, а точнее — занятости, и усталости, уделял не очень-то достаточно; то это бы действительно напрягало. Но кошка у Осаму была поднимающая, а потому, похоже, радовалась за хозяина, который наконец обрел свое… Счастье? Да, наверное, именно так — счастье. Быть любимым и любить одного из самых дорогих ему людей. Войдя в комнату, огляделся — все-таки, впервые в его спальне, но тут же волна смущения пробила сознание после того, как он посмотрел на открытые створки шкафа и такой же раскрытый ноутбук. — Осаму? — Да, Чуя, звал? — в дверном проеме появилась высокая фигура, являя физику Дазая с двумя бокалами в руках и шоколадкой, торчащей из кармана брюк. — Это что такое? — Накахара удивленно хлопает ресницами, пытаясь понять. — А что ты имеешь в виду? — Осаму нервно сглотнул. — Это Чуя развернул к нему экран, нервно сглатывая. — И что это? «Как я мог забыть и не выключить? Стыдно…» — То есть ты настолько хотел подчинения, что теперь нашел замену ремню… — Накахара почесал затылок, тяжело выдохнув. Присев на диван и смущенно сведя коленки поближе, Дазай старался не смотреть рыжему в глаза. — Ну… Мне просто понравилось… — То есть, ты бы хотел быть моим пёсиком? — коварно ухмыльнулся. Смутился еще больше, что, казалось, было невозможно: — Может быть… Вдруг тишину, повисшую между ними, словно тонкая, такая прозрачная, но крепкая вуаль, разрезал бархатный голос, красиво, низко, звучащий: — Осаму, назови меня хозяином. Чуя подошёл к нему вплотную, убирая из рук «лишнее» Покраснев, Дазай прикусил губу и, сводя ноги еще теснее, попытался выполнить просьбу: — Х-хозяин? «Это возбуждает не слабее того, как когда он прижимает меня. Особенно то, что это была его инициатива…» — Почему так неуверенно? Накахара подошёл к шкафу, доставая то, что считал необходимым в данной ситуации. — А теперь четко и уверенно. — Чуя, я… — Дазай вздыхает и выдавливает то, что так долго не говорил, — Я не это имел в виду там, около школы. Просто у меня была идея, да и твое тело само говорило, что идея довольно-таки неплохая, но вот на счет тебя… Я такого не делал, не уверен, что у меня получится, однако все же хотелось бы попробовать, к тому же… Я хотел бы попробовать сделать тебе приятно, Чуя… — Осаму опустил голову, про себя думая, что сложновато будет объяснить что же он имеет в виду после того, что сейчас видел Накахара. — Знаешь, ты можешь говорить все, что угодно, но честнее тело. Говоря это на ухо, он щелкнул застежкой — на бледной, и из-за того еще более соблазненияющей, будто призывающей к дальнейшим действиям, шее Дазая появился ошейник. Последний вздрогнул и все же не оступился: — Эм… — он все еще не знал, как сказать, а значит остался лишь один вариант — напрямую, без всяких намеков и прочего. — После твоих слов сегодня, про то, что тебе трудно сдерживаться, — добавил Осаму, — Я снова подумал… Это может звучать странно или смущающе или еще что того похуже, но… Я хотел бы попробовать сделать… Сделать тебе минет. Я знаю, что это все-таки странно звучит, и если ты против, то я пойму… — Дазай замолчал, выдохнув и посмотрел на Чую. — А, это… Кто бы отказался от такого заманчивого предложения, но разве тебе не будет мерзко? — Мерзко? Я не думал об этом. Не знаю, просто я люблю тебя, ты мне нравишься, и я хочу доставить тебе удовольствие, хотя не уверен, что у меня с первого раза получится, на счет самих действий я тоже не знаю, но мысль эта… Возбуждает. Возможно, это также странно, но… Надеюсь, я не противен тебе из-за этого… Из-за этого всего. — Аа, хватит, просто делай, что хочешь. — ответив, Накахара сел на диван. — Нет, так не пойдет, Чуя. — Осаму посерьезнел. — Я должен твердо знать, хочешь ты этого или нет. К тому же я не умею это делать. — Дазай быстро вернулся к волнующему его вопросу, — Но ты мне точно скажи, против ты или согласен. — Я согласен, ведь я точно знаю, что это будет приятно, так как это ты. — Чуя погладил любимого по голове. Шатен подластился под руку, чуть жмурясь. Это было приятно и успокаивало. — Надеюсь, у меня получился доставить тебе удовольствие. — пробормотал он, все-таки нервничая. Это же ему сейчас делать, и самое главное, что инициатор то — он, так что отступать некуда, хотя и, в принципе, не хочется. — Но скажи, Осаму, как я могу доставить тебе удовольствие? Дазай немного смутился. — Не знаю. Я как-то вообще не думал об этом… — Так подумай хорошенько, я сделаю все, что угодно. — Чуя, не надо так говорить. А про то… Я, конечно, не маленький, что люди друг с другом иногда делают знаю, но сейчас как-то, как сказать то, забылось все, что ли… — Осаму потер ладонью шею. Притянув за его шею, Накахара прошептал — видимо ему нравилось говорить шепотом, по-крайней мере, с Осаму — на ухо: — Позже скажешь. — Хорошо. — кивнул Дазай и решил, что надо бы начать что-нибудь совершать. Вот то, что он недавно читал поучающие статьи на подобные темы, его радовало. Улыбнувшись, физик провел по бледной щеке: — Осаму, тебе не обязательно это делать. Я не хочу доставлять дискомфорт. Перегнувшись через колени рядом сидящего, кареглазый заглянул в голубые глаза напротив, спрашивая: — Ты… Все-таки не хочешь этого? — Я тебя хочу. — голубоглазый кратко поцеловал его, прильнув к губам. С трудом оторвавшись от столь желанного рта, как впрочем и всего, связанного с Чуей, Дазай словно почувствовав, что вот он — нужный момент, и встал с дивана, опускаясь перед возлюбленным и удобнее устраиваясь, поближе к Накахаре. Внезапно (по-крайней мере, для Дазая) рыжеволосый прижал его ближе к паху. — Осаму… — Чуя! Ч-что ты делаешь? Вообще-то надо сначала хотя бы раздеться. Ну, наполовину… Ох, ты понимаешь ведь, да? — Раздеться? То есть, ты действительно хочешь прикоснуться к нему? — ожидая, что это было сказано не всерьез, не на шутку покраснел. Осаму вопросительно перевел на его лицо взгляд. — Да, я действительно этого хочу. Что здесь такого? Это же ты, а я люблю тебя и, как уже говорил, хочу попробовать сделать тебе приятно. Хм… — шатен задумался, а потом высказал свое предположение, которое могло показаться странным, учитывая только что сказанную Накахарой фразу, — Ты бы хотел, чтобы я дотронулся до него? — Не используй мою фразу против меня. Хоть Накахара, признаться, не раз думал об этом, но фантазия распалилась не на шутку, демонстрируя картину и так возбужденному, но пока еще пытающемуся держаться, парню. — Ладно, не буду. Но ты так и не ответил. — Дазай перевел взгляд вниз, а потом снова вверх, на лицо Чуи. — Хочу. В штанах становилось невыносимо тесно, потому сначала Накахара расстегнул ширинку. Осаму нахмурился, а потом выдал: — Теперь надо… Слушай, давай просто снимем эти твои штаны и все? Они все равно будут только мешаться. — Хорошо, дорогой. Когда препятствие в виде сия элемента одежды было преодолено, накатило еще большее желание. — Называй меня так почаще. Если, конечно, хочешь. — попросил Осаму и отложил штаны в сторону. — А как по мне, лучше — любимый. — сделав акцент на последнем слове, рыжеволосый откинул голову чуть назад. — Если это говоришь мне ты, то все хорошо. — улыбнулся кареглазый и вновь перешел к еще одной, интересной для него сейчас, теме — подсев еще ближе, он подтянул Накахару к себе, взявшись руками под его коленями. — Ааа, да я сейчас умру из-за тебя и твоих действий! — в порыве эмоций запустил руки в его волосы, чуть хватаясь за них, оттягивая. — И-извини! Может, нам надо снять и это? — он подцепил кромку темных боксеров. — Поможешь снять? — дабы соблазнить шатена, Накахара принял самую «убийственную» позу из его арсенала. Однако, Дазая соблазнять и не надо было — и так возбужденный, он пытался скрыть это тем, как он сидел, наклоняясь вперед; теперь он почувствовал еще бóльшее напряжение в низу живота и, закусив губу, сглотнул накопившуюся слюну, наконец отвечая. — Помогу. Медленно проведя ладонями по Чуиным бокам, он добрался до резинки последнего ненужного сейчас элемента одеяния и, проникнув пальцами под него, начал неспешно стягивать их с рыжеволосого. Облегченно выдохнув, Чуя продолжил наблюдать за его действиями. — Скажи… Чего бы ты хотел сейчас? — томно протянул шатен, устраивая свою голову на накахарских коленях. — Больше всего — тебя и твоих ласк. Накахара смотрит на него чуть свысока, то чувство, что так нравится ему, если еще нависнуть над ним… — Да? Тогда, может, мне сделать так? — Дазай снова садится, подается еще ближе и не спеша ведет пальчиком по колену рыжеволосого, хитро поглядывая из-под полуопущенных ресниц. — Мне этого мало, неужели твой хозяин достоин только этого? Притянув за цепь на его ошейнике (Чуя до сих пор не понимал где тот его приобрести сумел. Из того зоомира, что ли?), Накахара практически вплотную прижал кареглазого к паху. Чуть отодвинув голову, Осаму наконец решился на хоть какое-то начало действий и аккуратно коснулся пальцами основания члена. Закусив губу, рыжеволосый намеренно прислонился его рот к бугорку. — Мой Пёсик не только лапами работает, но и своим языком. Дазай не удержался от возможности поёрничать: — Только языком? — Только собою. — немного туманно выразился голубоглазый, сжимая в руке цепь. — Хорошо, любимый. Обхватив рукой ствол, Осаму наклонился и лизнул чуть выше своей руки. — Вот так, мм, дорогой. — второй рукой Чуя забрался в темные пряди. — Хм, я даже почти ничего не сделал, а ты так реагируешь? — высказавшись, Дазай кротко коснулся губами головки. — Осаму, лучше помолчи. Краем губ усмехнувшись, Дазай постарался постепенно насадиться ниже и в то же время пытаясь не забывать про возможности языка.