Жизнь с нуля в мире шиноби

      Шиноби в масках неслышно пробирались, безмолвными тенями скользили между стволов и зарослей кустарника, в обход открытых мест. Их было четверо — пёс, две хищные птицы и лис. Шиноби в маске пса приподнял руку, готовясь отдать команде приказ, но вдруг замер. Что-то его смутило. Пригнувшись, он внимательно посмотрел поверх высокой травы. Здесь меня будет видно как на ладони… думай ещё.       Светлые волосы порядком беспорядочно взлохматились, а по лбу стекали капельки пота. Анбушник подал остальным знак остановиться и скользнул в противоположную сторону, таясь среди деревьев. Это было бы неудивительно. В любом случае, всё было чисто. Он вскинул вверх указательный палец, предупреждая об опасности, и тут же что-то блеснувшее на свету свистнуло над самым ухом, попадая сзади в кору дерева. Масочник инстинктивно метнулся вперёд, перемахнул через кусты и оказался рядом. Он без особых усилий схватив меня за растрёпанные от бега волосы, и грубо процедил:       — Что за выходки?       — Блин. Не стоило мне недооценивать опытных шиноби, — жалобным невинным детским голоском произнесла я. — А вы дядь, качественно маскируетесь со своими товарищами!       Его ладонь расслабилась. А затем меня отпустили. Через какое-то время, минуту, может, надо мной нависла маска. Палец указал на появившегося рядом Анбушника с оскалом ласки, и он же хватает меня на руки, поднимая с земли.       — Не спускай с неё глаз, а то снова убежит, — выдал командир отряда, и свернул в другую сторону. Обиделся что-ли? Не даёт мне даже хоть немного почувствовать себя гордо. Так легко сбежала от этих вояк ранним утром, навела на отряд панику, а они… И вот какое мне за такое вознаграждение, к само-подготовке к чрезвычайным ситуациям? Не благодарите в общем…       — Очень проницательно, — сказал анбушник с оскалом лиса. — Но, наш капитан не так прост, как кажется.       — Хм… понятно почему он тут за главного, — устало опрокинув подбородок на плечо Итачи, отвернулась, когда этот тип вновь поглядывал на меня с интересом.       — Нравиться маска?       — Я не знаю.       — Ну конечно, что — ты можешь знать…       Это конечно меня раззадорило, он словно хочет увидеть мою реакцию. Выпытывает свои интерес, как это было при первой нашей встрече. Этот хитрый лис то и делал, что крутился рядом. С его уст чаще услышишь: «вот и славно», «вот и хорошо».       — С таким дрянным языком, — я посмотрела на анбушника внимательно смотревшего на меня. — Может быть только облезший падальщик, а не лис. Вот уж не знаю как это прозвучало со стороны — глупо, наверное.       — Ха-а-ах, — шумно засмеялся тот. Что позволило немного осмотреть его. Темный ежик, поднятый к затылку хвост волос, широкие плечи, мощные руки и толстые сильные пальцы. Взгляд карих глаз чуть глубже, чем надо, просканировал меня с ног до головы. Вот наши взгляды пересеклись. И он громко хохотнул.       — Знаешь, всё хорошо, что всё хорошо кончается. Ровно до того момента, пока ты не открывала рот. Заткнуть ли мне его, чтобы он больше не паясничал?       — Прекрати, — отрубил Итачи спокойным взглядом чёрных глаз из-под маски. Словно это не только предупреждение.       — Трус, — фыркнул анбушник, не громко, и не тихо, ровно так, чтобы мы оба это услышали. — Не будь у тебя этих глаз, то тебя бы здесь и не было, самоуверенный мальчишка.       Странное чувство. Состояние другого быстро изменилось. Руки держащие меня вдруг напряглись и немного сдавили болезненно рёбра. Неудобно… Брюнет отворачивается и готовиться уйти. А я вытягиваю руки, прямо перед его затылком.       — Эй! Анбушник оборачивается и боковым зрением улавливает движение. Я громко хлопаю в ладони. Тело мужчины само по себе дёргается, надо сказать очень вовремя. Не ожидавший шиноби подскакивает словно от испуга.       — И кто здесь из вас трус? Это нормально — перерасти людей, которые не растут. Будь «ласка» даже слепым, то не проиграл такому обалдую, и дело здесь вовсе не в статусе, а в способностях добиваться своими собственными силами.       Разумеется. Но это был не выход. Безнадежно закручивающее напряжение всё сильнее,       сильнее… кружило в этих карих озлобленных глазах. Наконец, сорвался, цедя сквозь зубы: «Лучше бы ты молчала!».       Всё произошло словно одновременно — горло свело, я рефлекторно втянула воздух, издав хриплый сип. Пальцы, пытавшиеся вцепиться в этот самый момент были остановлены. Какая-то заглушка, рука сбоку от меня сжала запястье брюнета. Но даже когда слишком увлекшийся, лис не отпустил руку, он не вырывался. Оказывается, он зажмурился. Спохватившись, раскрыл глаза. Сморгнул несколько раз. Можно сотни, десятки, тысячи раз твердить это себе, повторять, кидать ему в лицо. Но ведь всегда в этом была горькая нотка, верно? Злобная горечь. Ядовитый шип. Недоверие… а они ведь напарники. Сослуживцы, как-никак!       Ласка и не решается оторвать руку. Его тело непроизвольно качает вперёд, будто оно само, неосознанно прорывается двинуться. — Всё хорошо. Слышишь?..       Цепляя пальцы на его спине, ничем не помогли. Тогда я дотрагиваюсь до запястья руки, которой тот держит. Итачи прищуривает глаза, и теперь внимательно смотрит за мной — застывший как статуя от простого такого прикосновения. А я продолжаю, аккуратно смыкаю на нём пальцы, и тяну на себя. Тот, как ни странно, понимает. И без слов подчиняется. Позволяет подтянуть руку к себе. Пальцам расцепиться, легким выдохнуть, векам, наконец, опуститься.       — Тц, мы ещё не закончи…       — Лис, — донёсся напряжённый голос старшего. — Прилетел почтовый ястреб. Идём.       И он быстро понял, что это означает «заткнуться». Было видно, что он хотел сказать что-то ещё, но отчего-то не решался.       Шиноби в маске пса вёл группу. Расстояние до Конохи — вопрос нескольких часов для сильных и молодых. Про меня словно бы, на какое-то время попросту забыли. В своё время, я же наблюдала за ними со стороны, что кто делает, чем занят. Эти ребята были собраны, и каждый знал своё место и время повыпендриваться. Во всех тех случаев, лишь одно слово командира давало повод собраться и слушать дальнейшее распоряжение. За половину суток, я выяснила, как отправляют птиц посланников. Как налаживают на свиток блокирующую «печать неразглашения», и у этих печатей есть свой ранг от «Е» до «A» класса. С их помощью есть смысл, как быстрее прочесть послание, со всем этим справляется расшифровщик.       Я старательно прожевывала очередной кусочек мяса. Бурно растущий организм требует пищи, а не этой химии. Отряд отсиживался у небольшого костра, смеялся, подшучивал над Итачи, который за этот промежуток уже несколько раз отчитывал меня. Ребята ему даже «кодовое имя» переделали во время этой необычной миссии. Что-что, но, мама-ласка — ему подходит. Анбушники кроме «военных пилюль» ничего другого не ели. А эти малышки, специальные пилюли, которые пополняют чакру и питают организм. Они состоят из мощных стимуляторов и питательных веществ, которые позволяют пользователю продолжать борьбу в течение трех дней и трех ночей без отдыха. Мне хотели дать попробовать, но командир и мама-ласка, не давали этому произойти, говоря о том, что от них есть и побочный эффект, а именно в конце трехдневного эффекта, организм шиноби доводится до полного истощения. Полезная вылазка оказалась, питавшая в себя разнообразный опыт? С небольшим ранением конечно не обошлось. Старший братишка и сам единожды напомнил. Пообещал исполнить любую мою просьбу после возвращения. Выглядел он загнанным и сильно уставшим, что-что, но понервничать досталась и ему.       Лишнее внимание означает лишние проблемы. Я снова незаметно ушла. Совсем недалеко, на ходу придумывая самую простую отговорку, чтобы отлучиться по своим делам. Плавно, растягивая мышцы и сухожилия ног. Потягиваюсь и приседаю. Проведя разминку, почувствовала, что мышцы налились кровью и начали гореть от легкого напряжения. Хорошо. Широко раскинув руки в разные стороны, я вздохнула полной грудью успокаивая себя, продолжать путь до дома, висев и дальше живым-грузом на костлявом плече.       — Что это ты делаешь? — внезапно раздавшийся за спиной голос, заставил меня резко оглянуться. Встретившись взглядом с капитаном анбу.       — Разминаюсь.       Если бы он не был в маске, то наверняка бы скептически приподнял одну бровь, даже может и обе, кто его знает. Пепельноволосый шиноби подошёл ближе. Настолько, что обогнул и встал напротив. Подняв ладонь на уровень моего лица, и коротко сказал:       — Бей.       Да что же тебе нужно? Чего ты хочешь от ребенка? Правда, как ребенок-то я себя совсем не веду… В этом и моя проблема. Не моё это, быть актрисой. Сейчас он выглядел совсем по-другому, совсем не так как при первой встрече и дело тут не только во внешнем виде. На этот раз на нём не было перчаток, не висело оружие, ну да оно и понятно — не против же меня его применять. Дело не в этом. Я увидела уже две его стороны: ленивый идеалист и суровый вояка. Упрямо посмотрев на него, я ответила:       — Я не хочу ненароком получить. И при всём моём желании, нападать на столь неординарного шиноби — слишком опасно, глупо даже попытаться…       — Скажи, ты умеешь драться? Я ответила, не особо задумываясь:       — Конечно умею.       — А как научилась? — Отпуская ладони, пепельноволосый выжидательно следил за мной, словно ожидая от меня чего-то определенного. Кажется, я начинаю понимать его замысел, но разве не проще всё сказать прямо? Зачем городить такие сложности? Может я и ребёнок, но не в край же глупа. Решив подыграть, ответила ему:       — Самостоятельно. Довольно усмехнувшись, он не заставил себя ждать.       — Хорошо, а как?       — Книжки там, наблюдательность, — почесав затылок, я действительно подумала, а как? А нужно ли мне вообще что-то объяснять? Подойдя ближе, он навис надо мной словно скала, внимательно вглядываясь в мои глаза.       — По вечерам, а бывало, и по утрам бегаю, на полигонах — там куда спокойнее и тихо. Ещё я учусь концентрировать чакру — процесс не быстрый, медитация таки. Приёмы само собой. И автор — «Хидэо Дайгаку» отлично описал их в своей книге. Почитайте тоже, рекомендую! Прошло уже около месяца-второго. Мне больно, стыдно, порой и вовсе хочется всё бросить, но меня всё устраивает! Хочешь не хочешь, но это куда лучше, чем получать люлей.       — Хорошо соображаешь, — хмыкнув, пепельноволосый подошел и отвесил легкую оплеуху. — Всё, что увидела здесь и услышала — выкинь из головы, поняла?!       — Да поняла я, поняла. Можно было обойтись и без рукоприкладства. — Угрюмо уткнувшись взглядом под ноги, потёрла рукой ноющий затылок. Не иначе как шишка вскочит. Наверняка этот парень в детстве крошил руками гранит.       — Хидэо Дайгаку… м-да, прочти лучше автора — «Кога Сэйдзи», там куда реалистичнее приёмы в собственной пользе, чем у первого. А теперь пойдем, — сказал мне и мы ушли. Что не говори, но он хорош… Молчаливый наблюдатель.       Через четверть часа, анбу спустились на поляну и кого-то дожидались. Из-за стволов деревьев, совершенно беззвучно, вышли трое. Все как один в чёрных накидках с капюшонами, за спиной виднеется меч, на поясах у кого-то рукоятки кунаев. Странно что Коноховский дозор показался только сейчас, я ожидала их гораздо раньше. Они что-то обговаривали, а затем один из «масок», размазался в воздухе, а другие — тот самый «лис» и ещё двое скрылись в тенях.       Дальше — было куда хуже… а именно меня привели на досуг главы деревни.       Ситуация, сама по себе, немного подняла моё настроение, и я настроилась на более позитивный лад. Натянуто улыбалась, когда команда оставшихся ребят привела меня в кабинет Третьему. Тот в свою очередь, выглядел слегка сдержанно. Скрещенные руки на столе говорили о многом. Старик полностью выслушивал доклад капитана Анбу, до самого его конца. И всё же что-то такое в нём чувствовалось, по движениям рук и неконтролируемой мимике. А отвечать, по сути-то, и нечего. Обо мне мало чего говорили.       — Ясно, — устало ответил Хирузен. Резко поднявшись, он подошёл ко мне и опустил руку на плечо:       — Минами… это всё, или есть что ещё сказать?       — Я?.. Мне нужно что-то рассказать, вам? Выгнув брови, глава деревни широко распахнул глаза:       — Да… как ты оказалась…       — Ах, ну да! — Я беспечно приподнялась на пятках, и приложила ладонь у своего лица, говоря полушёпотом. — Я ничего не знаю, — глядя на изумлённое лицо Хокаге, чуть было не улыбнулась. — Правда, не знаю. Пришла лишь встретить нии-сана с миссии. А что мне нельзя?       Видимо обрадовавшись моим словам, капитан позади был доволен. Чувствовалась некая ностальгия. А может всё это по тихому блеску глаз. Только сейчас заметила деревянный стол, а с краю на нём лежала кипа бумаг, с другого бока горка свитков. Старик резанул меня взглядом, словно я совершила невозможное. Эти глаза могут быть — такими острыми, но сейчас они чуть не вынудили от меня правды.       Я попятилась назад, протягивая руку к Итачи, который тут же начал разглядывать наши скрещенные ладони.       Вопросы, одни вопросы… которые в большом случае остались неуслышанными.       Идти домой было сложно. Через десять минут, я начала быстро переставлять ноги. Преследователь словно разделился, теперь внимание исходило не только сзади, но и справа. К ощущение внимания примешалась злоба. Не моя злоба. Дорожка кончилась неожиданно. По глазам ударил свет, всё-таки деревья скрывали его, но не теперь я видела только половины картины, но мне не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что убежать не получиться.       — Что это было? — серьезным тоном произнёс Итачи, стоя позади. — Ты сама поняла, что попала в затруднительную ситуацию? В серьезную затруднительную ситуацию, которая стоила тебе жизни!       Вот как, значит он переживал и держал все эти слова глубоко в себе. И спорить с ним сейчас приведёт к ещё большему скандалу, чем тогда. По правде, я признаю свою ошибку. Я же не ребёнок, всё понимаю.       — Извини, — пальцы сжимаются в кулаки, легкие на несколько мгновений забывают, каково это — дышать. Я прямо чувствовала это — чувство вины. — Потому что было слишком бесцеремонно, слишком резко, слишком эгоистично… не правильно… Невозможно поверить, сколько яда можно влить в одну такую простую фразу.       — Я рада что ты оказался рядом, Итачи-кун. Спасибо.       Выдохнув, Учиха оглянулся, боковым зрением увидев в небе парящую птицу. На его плечо уселся чёрный ворон. Гортанно каркнув, пальцы шиноби привычно тянуться к лапке на котором был закреплён маленький свиток. Итачи быстро разворачивает чтиво, и ведёт глазами по строкам, вчитываясь в послание. Через пару секунд, птица испаряется в белом облачке.       — Пройдёмся к озеру у набережной? Нам есть что ещё обсудить, наедине.       Проследив взглядом дорогу до дома и парк в противоположную сторону, не знала куда пойти. Парень со спокойствием на лице выражал что беспокоиться не о чём. Разве что, поговорить можно было и дома, странновато… Чувствуется мне что это не просто так. Бесплатный сыр, бывает только в мышеловке. И я решила подстраховаться, мало ли…       — Не хочу туда. Может сходишь со мной в библиотеку? Мне как раз нужно взять одну книжку?       И без его согласия двинулась в свою сторону. Хмурые брови Учихи выражали всё и без сказанных слов. Постепенно взгляд его становился острым. Бескорыстное лицо!       — В чём дело, мама-ласка?       — Можно считать, что встряска имела действие. Дело-то нешуточное, Минами. Рано или поздно…       — И-итачи-кун! — раздался пронзительный голос. Я вздрогнула. Сзади нас, кто-то был. Обернувшись, разглядывала молоденькую юркую куноичи. Ухоженные, длинные каштановые волосы завязаны в высокий хвост, рассыпались при легкой походке. Она была одна из клана Учих, одета в баклажанную кофту без рукавов и высоким воротником, тёмные бриджи. Веки у девушки случайно дрогнули, стоило той взглянуть на меня. Но в глазах не было ненависти, презрения. Была только лёгкая заинтересованность. Она сделала небольшой вздох и улыбнулась, так невинно, нежно и дружелюбно…       — Изуми-чан, что ты тут делаешь? Реакция первого, была та ещё занимательной. Голос был обычным. Тон не был грубым, спокойным, как он обычно говорит со семьёй.       — Пошла по магазинам и когда услышала твой голос, решила поздороваться, — улыбнулась она. — Я не помешала? А то мне показалось, что ты занят… Со стороны, наверное, так оно выглядит. Расскажет? Или вряд ли? Показалось, что он вот-вот кивнёт. Кивнул?..       — Нет. Не помешала.       Девушка то красивая и улыбчивая, не как один хмурый Учиха. На такое стукнула Итачи локтем и вышла вперёд. Играя свою детскую игру: «помоги старшему братику раскрепоститься».       — Сестренка, так ты знакома с братцем Итачи? Дружите? — вытянула улыбку. Девушка с улыбкой присела ко мне напротив, её ладонь ласково коснулась моей макушки.       — Ну… я, когда-то училась вместе с Итачи-куном в академии, потому мы знакомы ещё с детства. Моё имя Учиха Изуми, а тебя как зовут?       — Моё имя Узумаки Минами.       Шатенка не среагировала, значит она не так знает обо мне, как другие. Прелестно, хоть что-то радует.       — Нии-сан, — схватилась за нагрудную защиту, и дёрнула того на себя. — Может ещё погуляем?       Девушка смущенно опустила взгляд и как бы хотела попрощаться и уйти, но я успела взять ту за краешек кофты.       — Сестрёнка ты уже уходишь?.. Ты не присоединишься к нам?       — Минами, ты отрываешь Изуми от дел.       — Нет-нет… — резко пробурчала девушка, нервно кусая губы. — Если я не помешаю, то с радостью присоединюсь.       Самоуверенно не мигая посмотрела на парня, склонив голову.       — Так, идём!       Час дня. Продолжительность свидания — 3 часа. За это время оба совершенно обыденно разговаривали обо всём новом. Итачи рассказал кто я, и этим диалог не кончился. Они разговаривали! Долго. Тем было гораздо больше, чем они себе этого представляли. «О постройке нового магазина в клане». «Миссия в которой куноичи чисто по случайности перепутала заказчика полом и всё пройденное время обращалась к «ней» в мужском роде». «Даже зашёл самый простой разговор о еде и погоде». Когда они наконец отрываются друг от друга, то беззвучно отворачиваются. Разумеется, они не слышат. Но чувствуют. То что — внутри живота рефлекторно поджимается, по хребту, как вверх пробегают мурашки. Это не объяснить внимательностью, и Итачи делает вид, что ничего не замечает.       — Я бы хотела, чтобы мы чаще иногда так гуляли. Мы ведь друзья?       На парня смотрели совершенно ясные глаза. Прошла минута… две… три… куноичи затаила дыхание, поправляя упавшие волосы. Слегка смутилась из-за своих сказанных слов и молчания второго.       — Изуми-чан! Смотри какой красивый распустился цветок! Отвлекая её таким ходом. Не дав опомниться, хватаю парнишку за руку и быстренько тяну за собой за ближайшую стену.       — Что ты творишь… Если ты откажешься, она расстроиться!       «Успокойся», — сказал мне приблизив лицо в переулке, закрывая губы рукой. Учиха был в малом замешательстве. Взглянув на выражение его лица, можно было и не спрашивать. Он оглянулся. Ему казалось, что на него смотрит Изуми. Шанс… Это может оказаться его последний шанс.       — Что это вы спрятались? — говоря это она заглянула прямо в мои глаза. За спиной шатенка прятала обе руки. И тут…       — Думаю, да, — внезапно ответил Итачи, отпуская свою ладонь с моего рта.       — Что? — вслед переспросила девушка.       — Ты нравишься братику.       Повернувшись к парню, было видно, как он слегка изумлён. Конечно, Итачи же всегда молчаливый и упрямый. Может быть, на него подействовала атмосфера. Ему нужно было лишь раз увидеть реакцию девушки, с которой он дружил с детства. Лицо Изуми пылало.       Я замечаю движения её рук, она прячет своё лицо, резко отворачивается. Два чувства бились друг с другом. И сдержать этот порыв, похоже будет, довольно, непросто…              — Прости меня… — дрожащий голос Изуми звучал подавленно. Итачи закрыл глаза — и словно закрылся.       — Тебе не за что извиняться.       Он уже почти промолвил «забудь», но я успела оставить его. Повернула голову и перед своим уходом, попросила выслушать.       — Я тебя недопоняла… Предложила стать друзьями, — глаза девушки были влажными. — На самом деле, я… — Изуми запнулась, рассеянно провожая мою удаляющую фигуру. Но я не стала далеко уходить, просто укрылась в небольшом лесу, среди старого перелесья. Уселась на корточки и смотрела за ними, попутно щелкая языком. Может немного подшутить? Честно говоря, мне любопытна реакция Итачи. Я вдруг услышала - чей-то вздох.       — За такие шуточки можно и схлопотать.       — Ах, да… это точ…       Со спины не разглядишь, кто такой. Я просто успокоилась и стремительно просчитывала ситуацию наперёд, вскочив на ноги, я было собралась метнуться в сторону, но фигура появилась буквально сбоку. Резким движением меня схватили за талию и подняли в воздух. Задёргавшись, я попыталась ударить ногой по чужой сильной руке, чтобы выбраться из захвата, но хватка сжалась ещё сильнее. Я что есть силы впилась ногтями в кисти противника и внезапно почувствовала разжавшуюся хватку, подавшись немного вперёд резко ударяю затылком назад, зашипев от боли, словно по камню попала. Упав следом, ощущая под собой тело напавшего человека и по ощущению габаритов и мышечной массы, это уж точно не простой любопытный прохожий.       — Ты там цела?       Узнав этот тон голоса, подтянулась к нему лицом. Учиха ошеломлённо смотрел на меня сверху вниз, почёсывая подбородок, по которому я видимо и попала. Волнистые волосы, как попало торчали в разные стороны, а его глаза смотрели прямо в мои.       — Чего дёргаться-то так?       — Не вам такое спрашивать! — Сжав кулаки, я перевернулась и нещадно вцепилась в воротник. Сам же всё и испортил. — Напугали! Вы напугали меня до чёртиков. А если бы я ударила вас не кулаком, что тогда, а?!       — Ой, ой… твои слова под конец заставляют меня обидеться, потому, как ты не смогла бы. Кунай-то твой у меня, — вытянул вперёд словно игрушку, помахал орудием у лица, возвращая назад. — Тебе бы подсумок, а то поранишься по неосторожности, когда-нибудь. Но, лучше давай вернёмся к твоему подглядыванию? — со смешком произнёс он последнее.       — Я просто жду тут и всё.       — Случаем не тех двоих?       — Да, — быстро ответила и совсем не задумалась зачем это сказала. А старший Учиха прямо-таки светиться улыбкой, продолжая так беспечно лежать, даже не возражает, что я валяюсь на нём, как на диване и тяну этот Учиховский воротник, который уже походу растянула, да помяла.       — Может оставим их наедине, и поговорим в другом месте?       — Поговорить, о чём?       — Узнаешь, пойдём.       Не успели мы уйти в другое место, ближе к первому попавшему полигону. Как Учиха стал серьёзным, его улыбка сошла на нет. Он торопился, но когда уловил тишину, то перестал идти и остановился. Он как-то странно прищуривает глаза. Стоит, в паре шагов, не шевелясь. В целом — это незнакомое для меня ощущение. Таким я его вижу впервые. Учиха Шисуи — умелый шиноби. Возможно, дело не только в теле. Но и в разуме. Опытный, осторожный и наблюдательный. На этот раз — даже, кажется, чересчур. И больше здесь не от актуальности, а от внимания. Я всё же улавливаю отблеск во взглядах, которые он бросает. Он вдыхает полной грудью, раз, другой и начинает говорить.       — Одно дело — когда ты шиноби. И совсем другое — желание проявить себя, и в итоге остаться совершенно безнаказанной. Уж теперь-то поясни, пожалуйста. Какое ощущение после вылазки? Весело было? Пока тебя каждый, в закоулке искал по всей деревне! Когда я и сам облазил каждый куст, каждый уголок, пока не получили послание от Итачи. Искал или выискивал? С чего ему делать такое? Потому что было слишком бесцеремонно, слишком резко, слишком эгоистично. О, да. Разумеется.       — Вот как, — тем временем, я развела руки в стороны, глядя на изумлённое лицо Учихи. — И с чего бы такая щедрость с вашей стороны? — это звучало внутри как мантра, на повторе, снова, снова, заглушая все мысли. И он ясно понял — это было тем, что спустило пружину. Безнадежно закручивающее напряжение всё сильнее, сильнее… кружило в этих чёрных глазах.       — Щедрость? — Будто проснувшись, Шисуи осмотрел меня с ног до головы. — Ты называешь это щедростью?       — Скажем так.       — Ясно, — раздражённо сказал парень, так и не дождавшись ответа. Резко изменился в лице. Тяжелая и опасная чакра вышла наружу, что так отчётливо чувствовалось на коже, от которой поступили мурашки и в горле тот-час пересохло. Он шёл всё ближе и ближе ко мне. Это чудо, что тело всё же поддается команде разума. Я предусмотрительно сделала шаг назад, и когда поняла, что он идёт быстрее, поняла что лучше просто бежать. Понятно. Здесь мне ловить нечего. Фигура Учихи появилась буквально напротив. "Не стой столбом. Беги! Этот Учиха нападает!"       — Не подходите! — Повысив голос, стукнула костяшками об дерево. И едва я начала движение, засветившийся голубым маревом Учиха слитным движением схватил меня за горло, уперев затылком назад. Всё равно, что сейчас будет. Голова кружится… А ещё стало холодно. Очень холодно. «Какого он себе позволяет?» — будто прорычал в голове Намикадзе. Его рука тянется и он хочет взять надо мной контроль. Вместе с этим красная-лисья чакра прорывается по венам, колется на кончиках пальцах, что аж клыки полезли и глаза чуть не поалели. Нет! Это наши с ним дела! Отстаньте!!!       Я моргаю, дотрагиваюсь до запястья руки, и пытаюсь хоть, как-то её убрать. Впиваюсь ногтями, расцарапываю кожу до крови, но ему всё ровно. Даже не морщится, только смыкает пальцы и тянет на себя. Впервые видела такое выражение лица. Впервые мои ресницы немного дрожали. Вина, тревога — всё медленно исчезает, будто смывается из этого взгляда. И еще… другое, чему даже и названия не хочется давать — постепенно, словно тучи рассеиваются под ветром. Глаза вдруг изменяются, появился прославленный шаринган, от которого задержала дыхание, так отчётливо смотрящего прямо в глаза. Я ничего уже не понимаю. И потому вообще не горю желанием иметь с ним какие-либо дела. Я переборщила? Дерзнула? По-другому это и не назовёшь. Что с ним вообще происходит?!       — Такая смелая. Настолько уверенна в себе. Давай же… ударь, прямо сюда, — голос был холоден, просто разрывал изнутри своим требовательным тоном. Он вложил в мою ладонь рукоять куная, и вместе с этим отпустил свои пальцы с горла, и я едва не свалилась на колени. Все те приемы и приемчики, что годами были отработаны. Он хочет контроль. Чёткую грань дозволенности. Вот и давит здесь и сейчас, для того, чтобы я его слушалась. Признала и остерегалась его силу… Будто передо мной вышедший из спячки голодный гризли. А меня разбирала злость и раздражение одновременно. Чакра неумолимо утекает сквозь пальцы, которыми я ничего не могу сделать. Давящая злость моего собственного сознания, как никогда даёт о себе знать.       — Прекратите, — губы медленно задвигались, и я выкидываю оружие. — Да что вы можете знать обо мне? Вы не были там где стояла я. Надели бы шкуру «джинчуурики» на день, и поняли тех, кого на дух ненавидят. Вам рассказать? Я родилась и единственное, что услышала, когда стала чётче понимать других, то: «какие мы демонические отродья», — я с шипением сжала пальцы левой руки, на плече под тугими бинтами нестерпимо чесалась кожа. — Живя в приютских стен, мы находились с братом отдельно, словно изолированные от других, то-то он и понятно почему. В тёмной, маленькой кладовой — без окна, и спали вдвоём в одной узкой кровати. Помню, как меня пихнули в спину и я упала головой об угол стола. И я поняла это только когда оказавшись на полу, что с головы течёт кровь. Я тогда ничего не могла сделать, в глазах стояла чернота. Никто тогда не пришёл — кроме чакры лиса. В тот день, когда на меня напали двое прохожих, разве я им что-то сделала? Так кого мне считать монстром, себя или других?! Что я вообще сотворила для такого отношения, я же человек — чувства и ощущения, все те же, что и других. Так почему же я не могу покинуть эти земли! Кому-же мне остаётся доверять в этой чёртовой Конохе? — Последние слова почти выкрикнула, стиснув от злости зубы.       Чакра Шисуи ушла и он потянул руки и обнял меня. Я раздражённо дернула щекой и кулаками стала бить его по почкам. Удар за ударом, видно что он терпеливо ждал, понимая что заслужил. Чувствуя подгибающиеся ноги, всхлипнула и вцепилась в его рубашку пальцами, с силой прикрывая глаза. Всё вокруг будто в тумане. Голос предательски дрожал.       — Скажите, для вас, я тоже всего лишь сосуд для хвостатого? Или обычная незнакомая девочка из соседней квартиры. Кем мне считать вас? Чтобы я понимала наши полномочия приличия в обществе, — слова давались с трудом. Усталость давящими тисками прижимала меня к земле, только благодаря этим объятиям, я всё ещё держалась на ногах.       — Да, — сипло произнёс он, притягивая ближе. — Конечно мы друзья… С тобой никогда не будешь спокойным Минами-чан.       — Знаете что? — Слова давались с трудом. Ещё бы меня не трогала вся эта возня… Конечно, мне было интересно, и дело тут вовсе не в гордыне. Чем больше натыкаюсь на этого Учиху, тем чаще замечаю, какой-то скрытый интерес в его глазах. И дольше я не буду с ним церемониться. — Мне это совершенно - не нравится. Не показывайте вновь эту сторону.       — Ладно-ладно, — подняв голову вновь, я уловила на его лице смиренную улыбку. — Но пообещай, что больше так не поступишь. Да что он ко мне пристал-то? Посмотрев на Учиху как на идиота, я дёрнулась в попытке вырваться — правда безуспешно!       — У меня есть, скажем так… небольшая проблемка.       — Я тебя всё ещё не услышал.       — А с чего вы решили, что для меня это проблема? Вот же настырный тип! Да, я откровенно нарывалась. Да, отчётливо понимая, что при желании, он может превратить меня в мясную лепёшку.       — Ну ладно!       — Не особо тебя услышал… — прошептал он, обречённо закатив глаза. — Может уже скажешь конкретно. Кто бы сомневался… Какой-же раздражающий характер!       — Я… обещаю, — голос с небольшой хрипотцой, звучал с участием и какой-то внутренней теплотой, которую сложно описать словами. — И спасибо, за то что пытались найти меня.       Разговор замялся сам собой. Не знаю о чём думал парень, но меня занимала сложившаяся ситуация. Чувствую, как чьи-то тёплые пальцы проводят вокруг шеи. Неприятно. И чего его так удивило? Ощущение, что стоит мне сделать хоть один неверный жест, и он тут же скроется или же уйдёт. Через некоторое время, меня поднимают на руки и виновато отводят глаза.       — Я отведу тебя домой. И прости… что не рассчитал силы.       — Всё хорошо. И действительно, вот сейчас — хорошо…       Я смотрела на него, и очень, очень хотела показать, что и в правду не вру. Ни капли. Мне удаётся дотронутся до запястья руки, которой тот держал меня. Тяну к себе. Шисуи смотрит на меня. Этого парня все привычно называют красавчиком, но он не то чтобы красив. В чём-то его черты слишком грубы, если бы не улыбка. Я задумываюсь, что, вообще-то, никогда и не оценивала его с этой точки зрения — насколько Учиха Шисуи красив. Это было неважно, еще одна неважная вещь… Это было странно. Всё же скорее да. Нет, не красив. Привлекателен. По крайней мере, для меня.       Продолжая глядеть глаза в глаза, я подтягиваю к губам его руку — и провожу языком. Он резко вздрагивает, смущается, не зная что на такое сказать, и просто одёргивает кисть. А я хохочу и показываю язык.       — Мази-то у меня нет, а это самый проверенный способ быстрее залечить царапины. Расслабьтесь, а то словно смущённая куноичи визжите. А теперь идём, а то за задержку попаду на «домашний арест» от главы полиции.       И ему больше не хочется напрягаться. Разум отпускает поводья. И он позволяет себе расслабиться.       — Тогда может и я сделаю то же, - улыбается и показывает жестом на свою шею.       — Ну вы даёте... вылизывать меня собрались?       С хохотом меня проводили до дома. Наруто увидев меня из первых, сразу накинулся в обнимку. Еле как успокоила Узумаки, и теперь настало время отчитываться старшим о том где меня носило этих два дня. Разговор должен был начаться после плотного ужина, к этому времени подошёл и последний член семьи. Он быстренько оглядел обстановку и решил поговорить позже. Итачи переместил свой стул ближе со мной, и обменявшись с Шисуи пару дружеских приветствий начали есть. Взяв в руки протянутую тарелку с горячим мисо супом, я поняла, что каких-либо упрёков не добьюсь пака видимо не поем. Вздохнув, прикрыла глаза и стала не спеша есть, то подумают, что меня морили голодом. Однако…       — И? — грубый голос привлёк внимание всех собравшихся. — Где же тебя носило?       Обречённо всматриваясь в свой чай, ловя взглядом выпавшие чайные листья, за один присест опустошаю чашку, мимолётом переглядываясь со старшими. Кто бы знал, что мне сейчас назначат допрос.       — Ничего необычного не произошло, — произнесла твёрдо. — Вы можете считать что угодно. Больше я вам ничего не ска...       — Она была со мной, отец. Тайком пробралась, пока её не засёк капитан. Я не могу рассказать большего но…       Охвативший старшего гнев был сильнее. И он прервал сына на последнем слове.       — Да как ты умудрилась додуматься до такого?! Это тебе не просто беготня туда-обратно. На миссии Анбу нет ничего занимательно кроме смертей и… кхм… неважно, — гневно уставившись на меня, вновь не выдержал эмоций. — Самое главное, как? Как ты вышла за пределы ворот, незамеченной?       — Больше так не поступлю, получила уже шишку от зло-капитана, а у него рука крепкая. Он рассказал мне — что «шиноби отдаёт все свои силы для просветления Конохи», — брехня, придумываю фразочки на ходу, чтобы снизить риск отсидки дома и что есть силы, перевожу эту тему. — Я действительно удивлена, это действительно так? Мне показалось, что Шисуи слегка улыбнулся, и он ответил один из первых.       — Это правда. Разве это плохо любить и дорожить местом в котором ты родился?       — Вот как. Хотелось бы иметь хотя бы одно. Разве мир ограничен…       В воздухе повисло молчаливое напряжение. Казалось, на этот раз градус раздражения от злости на скромную меня, достиг новых высот.       — В анбу. Если попадёшь кому-то под руку — умрешь. Помешаешь — убьют, чего-же тут непонятного…              — Дорогой, хватит говорить о таком кровопролитии. Благо что с Минами всё обошлось, потому как с ней был Итачи, — мать наконец успокоилась, она встала со своего места, подошла ко мне и неожиданно обняла и бережно гладила меня теплой ладонью по спине. — Не испугалась?       — Ничуть, — призналась я, присматриваясь в сторону Шисуи, который улыбался мне. — Есть тут, кто пугает гораздо больше, но не будем о нём, могу я пойти отдохнуть? Вздохнув, потёрла раненое плечо, которое судя по всему уже залечилось. Быстро же затянулась рана. А Итачи, здорово так ниспускал взгляд.       — Конечно, — улыбнулась она, наконец отпуская меня из своих объятий. Прежде чем уйти с кухни, обернулась на прощание помахав ладонью знаменитому шиноби. С языка вырвался свист, а на губах вытянутая улыбка.       — Шуншин и впрямь нечто! Спасибо за то, что показали, добрых снов Шисуи-с-ан. Я человек чести: наказала же зазнававшегося Учиху. Как и полагается — око за око! Проучила, так сказать… После… с полным раскаянием и со всеми удобствами получала высказывания от детей.       — Дура! — первым делом накинулся на меня Саске, с немалой злостью зыркнув, как следует, и захлопнув дверь перед моим носом, в собственную комнату. Всё-таки мне хватило такта не лезть в эту идиллию со своими придирками. Ну, ладно, пусть они же гордые, первыми с извинениями не покажутся. И сколько он там стоять собрался?       Зато ещё один источник внимания наблюдался в метрах позади. Затылок сверлит всё тот же настороженно-любопытный взгляд. Я не выдержала, обернулась, Наруто стоял неподалёку и словно чего-то ожидал. Вопросы-вопросы. Кругом одни вопросы и все без ответов. Обиженно скривив губы, он впервые нахмурился.       — Ты совсем по мне не скучала? Совсем нет? Малыш повернулся ко мне в пол-оборота, фыркнул и помчался в свою комнату, дверь он не захлопнул. Она оставалась полу раскрытой. Мне не стоило молчать. И что же мне ответить? Тихонько войдя в комнату, приметила ребёнка лежачего в позе-эмбриона на кровати, новая вещь в комнате смотрелась уютно. Также из новья был комод жёлто-зелёного окраса, с таким же цветом весели шторы. Небольшой «кофейный» столик по середке комнаты был не пуст. На нём разбросанно лежали листочки с изрисованными линиями лица, жёлтые торчащие иголки, и голубые огоньки.       Босыми ногами пройдясь ближе, я взяла в руки рисунок, и как не старалась отрицать, понимала кто на нём изображен.       — Красиво, могу я взять его с собой, пожалуйста? Малыш ничего не ответил, лишь накинул на себя одеяло и теперь полностью меня игнорировал. А я лишь вздохнула, и села на пол.       — Скучала, — тихо произнесла, поворачивая взгляд в окно. — Как я могла не думать о тебе. Я допустила глупость что увязалась за опытными шиноби, и в итоге оставалась грузом, которой им во всём мешал. Ещё я поняла, что слишком увлеклась. Сглупила. Облажалась по полной. Прости, что у тебя такая сестра.       — Ты прощена! Наруто резво отбросил одеяло в сторону, и чуть ли не спотыкаясь о его кончик побежал ко мне. Руки ребёнка распахнулись и я очутилась в его объятиях. Настолько родных и теплых.       Чуть погодя, после такого тяжелого дня, приняв душ, я проходила мимо окна. Примечая, как стукнула калитка, и там снаружи уходил Шисуи. К нему навстречу подходит, какой-то соклановец. Смотрю заинтересованно. Шея от неудобного положения уже затекла, а голова стала в десятки раз тяжелее, но любопытство пересиливает. Неизвестный издал странный звук. Что-то среднее между раздраженным шипением и недовольным цоканьем. Я даже понять не могу полицейский ли он или просто какой-то сосед. Вдруг незнакомец посмотрел на меня спокойно и с легким вниманием. Это был немолодой мужчина. Чёрные волосы длинной достигали чуть-ли не лопаток, чем-то напоминая прическу Итачи. От такого сравнения мурашки пробежали по спине. Одет он был в одежду чёрного цвета, сверху на плечи небрежно накинут синий хаори. Весь его вид был таким непринужденным и незаинтересованным, что складывалось ощущение, что стоит мне сделать хоть один неверный жест, и он тут же цокнет. Угрозы, как таковой, я от него не ощущала. Старик-Учиха вдыхает, что-то говорит. Шисуи отчего-то вздрогнул после чего его собеседник исчез.       — Минами, что зависла?       — Да так… ничего. Увидела как уходил Шисуи-сан.       — Идём я перевяжу рану. Итачи открыл дверь в мою комнату. Непринуждённо плюхаясь на кровать, я смотрю за ним.       — Эм… всё в порядке, рана затянулась. Вот смотри, — стянула слегка свою футболку, показывая чистую кожу без малейшего шрама. — Что сказать, еда творит чудеса. Твоя пойманная дичь была вкусной! Спасибо.       — Защищать тебя входит в мой долг. Особенно, когда ты порой переступаешь границу, и дерзишь.       — Разве моя дерзость не помогла тебе с сестрёнкой Изуми стать ближе? Итачи положил ненужные сейчас вещи на столик и прижал пальцы к своему лицу. Глядя на его замешательство, я с улыбкой похлопала рядом с собой, подзывая старшего присесть.       — Ну как дела? Вы теперь вместе? — решила начать с приятного.       — Если я расскажу тебе, то это вызовет у меня факт самодоговорённости, — спокойным тоном парировал Учиха.       — Ты сомневаешься во мне, потому что я могу тебя после шантажировать? Старший повернулся ко мне в пол-оборота и долго смотрел.       — Почему бы и нет? Если так пойдёт и дальше… — Итачи сделал небольшой вдох. — Я не могу принять её чувства.       — Ты о чём?       «В клане Учих обычно брак распределяет глава семьи. Сыновья не могут так просто заявить о своих желаниях жениться. Вот почему он не может дать своего согласия, так как в скором времени ему подыщут пару, на которой он обязан жениться.» В памяти всплыла добрая улыбка Изуми.       — А давай теперь я задам тебе вопрос. Что будет следующей весной? В его взгляде было, что-то не то. Глаза полны тоски — и вместе с тем глубокой печалью.       «Его совершеннолетие», — спокойно догадался Минато. — «Долг перед отцом, для принятия клана, если он этого ещё заслуживает».       — Фугаку-сан иногда беседует на острые темы, но он определённо прислушается о твоём желании.       — Минами… мой отец этому пример. Его брак тоже был принудительным.       — Значит «это конец»… вашим отношениям и правда конец?       — Это уже не важно.       — Что ты творишь… — опустила ноги на пол и встала. — А вот и нет! — вцепилась руками в плечи и стала трясти того назад и вперёд. Я ухватилась за его хвост и стала драть его, и тянуть на себя. — Давай же, разозлись! Итачи находиться в довольно растерянном состоянии, одна его черта сдерживается, а другая хочет приучить. Он поднялся, чтобы скинуть меня, но я упорно держалась за него, когда он руками пихал моё лицо.       — Хочешь ещё удивлю. Со мной был тогда свидетель и мы…       — Угомонись. Я понял.       — Да! За дверью послышались шаги, и как в дверь постучали.       — Ох, Минами, что-то случилось? На секунду Итачи напрягся, и вновь сел ровно.       — Всё хорошо мам, мы просто разговариваем.       — Вот оно как, можно я войду, — тихонько заглянула она в комнату и увидела, как мы сидим. Показаться, может много чего в такой обстановке. А я просто устала пыхтеть, растеряв все силы подняться с этого Учихи. И просто сидела на его коленях. Присев рядом, она удобнее устроилась у бока, пока мои волосы не вытирали и полотенцем. Видимо Итачи не понравилось что с них стекали капли воды. Вот и помогает, знает какого оно, раз у самого длинные волосы. Я увидела в руках у брюнетки альбом с картинками, точнее с фотографиями. Она явно дорожила этими воспоминаниями. В первую очередь, я увидела её родителей. Чёрные волосы мужчины топорщились в разные стороны, грубые на первый взгляд, словно у аристократа черты лица, проницательные серо-чёрные глаза. Мужчина стоял в кимоно, а рядом с ним его дочь с пушистым чёрным котом. Микото ещё такая улыбчивая, маленькая девочка, стояла с подранной ладошкой и таращимся на неё котом.       — Это моя семья. Моя мама погибла, когда я была ещё маленькой. А это Миса — моя маленькая проказница. Я её очень любила, но она погибла, также скоро как и папа.       Эта фотография и правда была забавной. На следующей странице, она уже была в местной свадебной юкате, а рядом с ней стоял молодой такой Фугаку-сан, но даже тогда его хмурый взгляд говорил за себя.       — Фугаку может показаться страшным, но на самом деле он добрый и правильный человек. Прислушивайтесь к тому, что он говорит или замечает, это не будет лишним. На следующей фотографии девушка была уже в положении, а на следующей в её руках был маленький сверток.       — А это Итачи. Ещё такой маленький. Я тыкнула в его фотку пальцем, а затем посмотрела на него с улыбкой.       — Даже тогда ты мог улыбаться, куда же подевалась такая милая черта Итачи-нии?       — М-мам! Почему не позвала меня?! — возмущенно протараторил Саске стоя в дверях вместе с Наруто. — Эй! Не пихай меня!       — Тогда двинься! Детишки дерзнули, и с пыхтением стали драть друг-друга за волосы. Я со вздохом спрыгиваю с колен старшего.       — А ну цыц, — легким подзатыльником привожу двоих в чувства, тыкнув пальцем, чтобы оба сели. И тогда мы все вместе смотрим, комментируем и смеёмся над такими живыми фотографиями. Брату становиться отчего-то грустно, его опущенный взгляд говорит об этом. Он хочет сказать, но что-то его держит, не произносить слова вслух. И это не ушло от взора молодой женщины.

***

      Теперь я смогла подобрать правильную формулу и выделять чакру так, чтобы она оказывалась на объекте. И все благодаря усердию — каждый день трата больше половины чакры, и теперь быстрый переход мне обеспечен. Печалило только то, что мой последний — годный кунай стал трескаться, снова. Моя чакра слишком разрушительна, и оружие не справляется с отдачей. Вот почему первым делом нужно проведать Тачибану, выяснить что стоит предпринять и из чистого любопытства поинтересоваться, как в общем у того дела, и смог ли Учиха вернуть свою куноичи назад.       — Мы пойдём сегодня к озеру? — Спросил Саске у старшего брата. Было ранее утро субботы, и вся семья собралась за столом, чтобы позавтракать.       — Я буду занят, давай в другой раз, — ответил Итачи, протягивая к себе палочки с овощным омлетом       — Ну когда мы уже пойдём туда? — Гримаса из смеси отчаяния и обиды отразилась на детском лице.       — Саске, не дуйся, — ласково обратилась к сыну Микото. — Он обязательно пойдёт с тобой, когда будет время. Пойми, Итачи только недавно вернулся с миссии, а ещё он присутствовал на собрании клана, дай брату отдохнуть, хорошо? Саске расстроился по-настоящему, прям как взрослый человек. Конечно, для остальных это было забавно, и поэтому он ходил за братом хвостом.       — Но я всё время только и слышу: «в другой раз», «потом», «может быть завтра», «я не знаю когда», — пробурчал Саске. Фугаку тяжело вздохнул.       — Ты портишь всем аппетит, Саске. Не хочешь есть — выйди из-за стола. Хочешь — значит жуй молча. Итачи молчал. Ни слова не добавил, хотя, вообще-то, Саске разговаривал с ним, а не с родителями. От этого стало ещё обиднее. В его переносице словно защипало, губы и крылья носа задрожали. Он изо всех сил старался проглотить скопившуюся обиду и разочарование. Спрыгнув со стула я поблагодарила за завтрак, убирая грязную посуду в раковину. Поправив спавшую чуть с плеча футболку, направилась в сторону выхода, пока не услышала:       — Куда ты собралась? — пробурчал Саске, на этот раз смотря на меня.       — Хм, тебе интересно?       — Мне интересно, — не сдавался мальчишка. — Так, куда?       — На пробежку, раз домашний арест уже закончился.       — Минами, может возьмешь с собой Саске?       — Что? — Вздрогнув в плечах брат. Я пожала плечами и сказала своё:       — Идём если хочешь.       — Ты, — Саске даже взгляд от стола оторвал, чтобы посмотреть на меня. — Правда? — Сомнение было весьма неприкрытым. Но с моим кивком, мальчишка активно доел и спрыгнул со стула, следом унося за собой грязную посуду, и также поставив ту в раковину. — Хорошо. Я пойду с тобой!       — Я с вами, даттебайо! Саске сегодня не участвовал в их обыденных гонках с Наруто. На этот раз Учиха бежал рядом со мной. Мальчишка либо не обращал внимание на кривлянье брата, либо ему было всё равно. И всё же… Несмотря на всё это иногда, совсем чуть-чуть, Саске поднимал голову и смотрел вперёд. Возможно в том, что Саске просто устал лезть из кожи вон и долбиться в глухую стену, в попытках привлечь внимания к себе. Фугаку никогда не показывал своих чувств. Никогда не говорил Саске, что любит его. Может быть его самого так воспитали, может быть, он считал проявление чувств слабостью, а может быть, просто не особо испытывал их.       Я смотрю на мальчишку и вижу с его отражения, себя, в далёком детстве. Ждущую похвалы… Одиноким ожиданием, пустым и бессмысленным…       — Набегался должно быть?       — Ещё чего? — Огрызался он. — Эй, хватит дурью маяться!       — Ну и чего ты этим добился? — Спрашиваю, улыбка едва тронула уголков губ. — Смотри-ка, у кого-то наконец голос, прорезался. А то весь день то и делал, что бурчал: нии-сан… Ребёнок остановился, откинул меня не самым приятным взглядом и ответил:       — Раздражаешь.       — Д-да… Саске вновь выпустив ментальный иглы. Злой и колючий ёж. Не подступиться, наверное… ну что ж.       — Тогда почему пошёл со мной, больше не с кем?       — А тебе какое до этого дело? — Мальчишка недобро сощурил глаза и на последних словах рванул с места. — У меня хоть друзья есть.       — Саске, — обогнала его, продолжая давить на него, обнимая одной рукой за плечи, и в наглую тыкала пальцем в щеку. — Не ври.       — Отцепись от меня! — Стараясь отпихнуть меня подальше, он возмутился. Саске скривился, словно щёку прикусил.       — Ну что ж, стой Наруто заворачивай налево! Саске молчит. Ему просто нечего сказать, он немного в шоке. А брат повинуется моим словам и бежит в сторону мостика, доски стали стучать от торопливых по нему ног, когда все трое остановились у края первым не выдержал брат, сел на краешек мостика, снял сандали и откинул назад, отпуская ноги в чуть прохладную воду, морщась от небольшого холодка по ступням.       — З-забудь, — отрезал мальчишка, понимая, что мы прибыли на то самое место, куда тот просился с самого утра, и сел к Наруто прижимая к себе ноги. — Ты что творишь, холодно ведь?       — Не-а...       — Даже лучше, чем мне бы того хотелось, — улыбалась сама себе, и тоже прижалась к ним двоим. — Так, что ты здесь хотел?       — Тебе не понять, ты не Учиха.       — Верно и? Саске поднялся, осторожно оглянулся вокруг, дабы убедиться, что мы здесь одни и нет посторонних глаз, и вдруг принялся выставить печати огня. Явно торопясь и забывая концентрировать чакру. — Что это за печати? - не понимая, что происходит тормошит его младший за штанину. — Не твоё дело, — отвернулся он и слегка цыкнул, бросая это дело. Видимо смутили его. — Чего застыл? — сложила руки на груди и посмотрела вперёд. — Скоро там ждать? — поинтересовалась у Саске. — Чего ждать? — не понял он. — Технику показывай.       — У меня не выходит! Я из-за этого хотел позвать сюда нии-сана, не хотел расстраивать отца! — Хм… концентрируй чакру. Знаешь как?       — Да знаю я! Саске закрыл глаза и выставил печать концентрации у груди. — Не спиши, никто тебя не торопит. Концентрируй больше, направляй чакру на пальцы постепенно, когда почувствуешь щекотку на кончиках, выставляй печати. Саске послушно стал выставлять печати. — А теперь высвобождай поток, представь огонь в своих лёгких и выдыхай пламя, таким каким ты его видел! Ну же!!! Саске открыл глаза и закричал: — Катон. «Огненный шар!» Сгусток пламени стал формироваться и полетел небольшим шаром прямо в воду. Оба ребёнка прямо не верили во случившиеся. Саске оторопел на месте, а Наруто, что есть силы кричал ему, чтобы и его научили.       — Если долго мучиться, то что-нибудь да получится, ты справился, молодец. Мальчишка робко кивнул, а затем уверенно с довольной улыбкой побежал назад, брат не успел надеть сандили и побежал за ним прямо босиком.       После того как проводила детей до дома, решила заглянуть в оружейный магазин, и одна на сей раз. Отстроено избегая лучший путь до нужного места, остановилась совсем неподалёку, возле кирпичной изгороди и принялась вырисовывать свою тайную печать, дабы как нибудь воспользоваться своим переходом, и лучше это сделать ещё в нескольких местах, на всякий случай, но точно не сегодня в другой разок.       — Минами!!! Узумаки Минами, это ведь ты?! Вот ты где, негодница! — Услышала знакомый мужской бас, и, когда развернулась, увиделась с оружейником, махающего мне своей ладонью, идущему навстречу.       — Да, добрый день Тачибана-сан. Мне как раз нужен совет! Мужчина резко приблизился и подхватил меня на руки, поднимая с земли высоко вверх.       — Где ты пропадала?! Я тебя искал, заходил домой к главе, пытаясь наткнуться на светлую макушку в городе, но всё оказалось безуспешным. И вот я возвращаюсь с пустыми руками к себе, а ты тут как тут! Где здесь справедливость?!       — Если это по поводу куная четвёртого, то я его не продам, ни за какие деньги, — скептически поглядывала тому в лицо, не наблюдая хмурых бровей и задумчивого выражения. Значит ли это, что тут совсем о другом пойдёт речь. Тогда в чём причина?       — Тут совсем другое дело. Кхм… идём я познакомлю тебя с Хазуки. Я смог вернуть её! Тебе же это ничего не стоит, правда? Я забрыкалась, пытаясь вырваться из такой сильной хватки, но безуспешно.       — Отпущу, когда скажешь, — улыбнулся мужчина, ожидая моего ответного слова. — Ну? — Потребовал старший Учиха. Я с натяжкой вздохнула. И я сдалась:       — Я согласна. Только впредь хочу "соблюдения моих личных границ".       — Да! — Засветился тот в лучезарной улыбке, наконец поднимая свой упавший груз и понёс меня в свой магазин.       — Вы не расслышали? «Личные границы…»       — Тш-ш-ш, Минами, не дёргайся, мы сейчас её удивим. Ты же мне в этом поможешь? Давай её немножечко разыграем.       — Вы думаете это хорошая идея?       — А то! Я ни раз так делал, и Хазу это очень сильно нравилось, вначале она конечно этого не признавала, но потом всё стало иначе.       — Может просто потому, что у неё не было другого выбора, так как вы очень твердолобый и настойчивый мужлан.       — Кх… не понимаю о чём ты… В любом случае, это ко мне не относится, — отрезал Учиха, тихонько открывая дверь, заглядывая внутрь. Ага. Не относится. И во что я вляпалась.       Дверной колокольчик благодаря моим усилием не зазвенел и Учиха с благодарность своего напарника кивнул, улыбаясь и кивая вперёд. Куноичи, не было видно, только спустя минуту, брюнетка вышла из комнаты, удерживая в руках небольшую коробку со свитками. Мужчина смекнул слишком поздно укрыться из вида, и он просто-напросто встал у стенки, за доспехами самурая, хватая с того рогатый шлем надевая на себя.. Он это серьезно?!       — Тачибана, где ты так долго пропадал. Ушёл ближе к обеду, а пришёл только сейчас? Мужчина мягко улыбнулся и неловко поглаживал ударивший затылок.       — Моя милая Хазука, как всегда надувается по пустякам. Между прочим я привёл гостя. Помнишь о девочке? Про которую я тебе рассказывал, так вот я хочу познакомить её с тобой. Это Узумаки Минами.       Женщина в том же фартуке посмотрела на меня и сразу изменилась в лице. Появилась дрожь, но почему-то она не стала ничего говорить. Она посмотрела на меня, как-то странно. Я будто увидела в них, или, может быть даже, почувствовала скрытую ненависть. Будто струна, протянутая между нами, завибрировала на какой-то тоскливой грустной частоте. В груди неприятно защемило.       — Мой миленький нежный бутончик, что-то не так? Брюнетка молчаливо поставила коробку на столешницу и тихонько попросила её распаковать, пока она приготовит всем чай. И с этими словами ушла за ширму.       — Ты в порядке? — перевёл на меня взгляд и увидев отстраненный кивок, подошёл к столешнице, и с глубоким вздохом взял коробку в руку. — Чёрт с ним, пойдём уже… поможешь же своему напарнику с его работой.       — Сделаю вид, что не расслышала, — отвернулась прикрыв глаза и ощущала всем своим телом, как Учиха слегка подёргивал мышцами, а затем:       — Ты же пришла за советом, так как мне быть, когда тут столько работы на одну руку?       — Отпустите меня, тогда и и две свободные руки появятся, и работа пойдёт быстрее!       — Одному скучно… — возмутился мужчина, скорчив обиженную мину. — А с тобой напротив, думаю мне будет весело. А если я тебя отпущу, то не замечу, ты ведь как жук путаться под ногами или вообще возьмёшь да потеряешься.       — Мне сколько лет по-вашему?       — Ха-ха-ха, всё-таки Минами-чан, у нас с характером, — показал кончик бледно-розового языка и направился к полке, поднимая выше коробку, кивая на ту. И я со вздохом, против воли принялась за работу. Губы старшего растянулись в пакостной обещающей улыбке.       — А о чём ты думала когда шла сюда? — поинтересовался Учиха. — Я видел как твои пальцы были в чакре. Уже умеешь пользоваться ей? Неплохо. Неловко почесав макушку урывками смотрю сколько ещё вещей в коробке.       — Учиться никогда не поздно. Вдобавок ко всему, я живу в доме с сильными личностями и брать у них уроки совсем не сложно. Учиха неуклюже дёрнулся и с зевком спросил:       — Ты уже всё?       — Если бы вы были чуточку заинтересованы в этом, то не стояли бы просто так. Дверь позади отворилась, и вместе с мелодичным звоном послышался мягкий голос:       — М-мам, я пришла! Знакомая куноичи заинтересованно взглянула на нас, и уловив моё лицо, тут же обрадовалась.       — Минами-тян, какими судьбами, ты здесь оказалась?       — Изуми-чан…       — Ох, можешь просто называть меня по имени, так намного проще разве нет?       — Так вы знакомы? — удивленно пропел старший Учиха. — Благодаря Минами, я смог вернуть Хазу домой, — мужчина проводил меня взглядом и всё-таки отпустил на ноги, притрагиваясь широкой ладонью к моей макушке. — Решено… отметим всей семьёй!       — Так Хазука-сан, твоя мама Изуми-чан?       — Верно. Я уловила грохот в стороне комнаты, в которой прогремела посуда.       — Может всё таки не стоит? Я пожалуй пойду домой...       — Я как раз ходила за сладкими булочками с кремом, останься, — тихонько уговаривала Изуми, подходя ближе и беря меня за ладонь. Будет очень… некрасиво, если я в последний момент откажусь. Но мне, что-то не нравится данная атмосфера.       — Хорошо, спасибо за приглашение.       — То-то же! Тачибана подтолкнул меня за плечи, но я упёрлась обоими ногами в пол.       — Постойте-же, вначале мне нужен совет оружейника!       — Совет… а ты же, что-то там говорила об том, так что тебе нужно?       — Я пойду помогу маме, — с улыбкой оставила нас наедине, а я развернулась и вытащила свой наполовину треснувший кунай. — Уже весь свой купленный запас разломала, как мне исправить этот изъян?       — Дайка посмотрю. Хм… а ты усердно тренируешься я смотрю.       — Это ничего, я привыкла. Так, что можно сделать. Укрепить печатью например?       — Таких печатей не существует. А твоя чакра от здешних редкая, мощная, что металл разламывается от такого давления. Пока посоветую контролировать её или вообще не добавлять больше, иначе разломается, — выдохнул мужчина и размял плечи. — Обычно кунаи куют мастера своего дела и чакра является главным — компонентом. Чтобы подстроиться для всех людей они создают модель, которая едина для всех. Но, из тысячи один может выделять чакры больше. Лучше конечно отыскать мастера, чтобы он создал кунай по твоим параметрам.       — Вот как. Оружейник слегка задумался и с кивком головы ответил:       — Раз ты помогла мне, то и я помогу и тебе. Отыщут годного мастера.       — Правда?! Спасибо!!!       — Я ещё ничего такого не сделал. Поблагодаришь потом, а теперь пойдём за стол. Внутри помещения возникло, какое-то неприятное чувство. Странное и напряженное, сосёт под лопатками. Хочется просто развернуться и уйти. И тут я приметила глубокий взгляд матери, посмотревшего на меня из-под чёлки. И я тут же ощутила этот до боли знакомый взгляд.       — Я пожалуй откажусь, мне... Женщина с грохотом поставила чашку на стол и стала наливать кипяток да самого верха, чуть не проливая всю воду.       — Что тут происходит? — спросил Тачибана, когда возникла пауза. Он хотел подойти к своей куноичи, но Хазука остановила его, громко закричала: «не лезть». Она опустила руки на стол и с резким криком осадила меня:       — Убирайся! Уходи сейчас-же!!! Уйди, уйди, уйди же…       — Что? — опешил мужчина. — Постой же, Минами… Женщина подняла чашку с кипятком и плеснула жидкость прямо на меня. Хорошо, что руками успела прикрыть лицо. Но и то кожа защипала и покраснела. Она резко замахнулась ладонью пытаясь хлестануть, но подоспевший мужчина оттаскивал её от меня на расстояние.       — Хазука, ты что творишь?       — Хочешь убить и второго моего мужа? Тебе одного не хватило! Убирайся, убирайся, из моего дома демон! — Со слезами прорычала она, задрожав от страха.       — Мама… да что с тобой? — вышла вперёд Изуми, пытаясь хоть, что-то сделать. С боязнью её пальцы подрагивали от непонимания всей ситуации.       — Ты ещё не знаешь? И ещё ходила и разговаривала с ней! Она носит в себе того демона, который убил твоего отца и разрушил всю деревню! Смотри на её лице, отметины того зверя!       — Хазука! Минами тут не причём, она ни в чём не виновата, слышишь? — Пытался успокоить женщину Тачибана, поднимая её лицо, чтобы она взглянула на него.       — Думаешь это надолго? Демон заберёт своё. Раз она носит его в себе - она чудовище!       Ту-дум… Ту-дум… Ту-дум… Ту-дум, — громко забилось сердце в груди. И мне не пришлось выслушивать остальное, что закричала мне вслед эта женщина. Я резко выбежала на выход. Руки нещадно жгло, во рту слегка пересохло. Плечи слегка тряслись, но я не останавливалась и безмятежно шла подальше от народа. Туда, кому хоть по крайне до меня есть дело.       «Минами… мне жаль» Услышала уже напротив входной двери, только вздохнула ничего не ответив и громко стала долбить ногой.       — Прелестно, его нет… — уткнулась макушкой о дверь, съехав на колени. Пока не услышала еле доносившиеся шуршание. — Шисуи-сан это я Минами.       Дверь открылась тут же, но из-за того что я сидела, меня ни сразу заметили, пока я не поздоровалась, укрывая на время свои ошпаренные руки под коленями, продолжая сидеть на корточках.       — Пришла в гости? А где братик? — Чуть взволнованно облизнул губы Учиха и тоже присел напротив, упирая руку о дверь, чтобы слышалось только нам обоим. — Что это ты так сидишь... в туалет срочно нужно?       Вот он шутник! Даже на улыбку потянуло, но когда я вытянула обе руки, то его сразу передёрнуло.       — Обожглась чутка… Поможете перевязать, а то клонов создать не могу от неприятного жжения в пальцах.       Спустя немного тишины, Шисуи аккуратно ухватил за мой подбородок и потянул вверх, разглядывая нет-ли, чего другого кроме ожогов, ссадин например или синяков. И когда убедился в достоверности, поднял меня на руки и поторопился в комнату, закрывая за собой дверь. Опустив на свою не заправленную кровать, принялся шарить по шкафчикам, задумчиво призвал клона, который по итогу повёл меня к холодной воде. И отыскав из бардака аптечку, мои раны стали обрабатывать мазью. Ватная палочка осторожно касалась обожжённой кожи, я старательно терпела, но и то в некоторые моменты морщилась. Чтобы хоть, как-то меня отвлечь, он останавливался для передышки и смотрел прямо в лицо, хмурился со стиснутыми губами, пытаясь наконец спросить о том, как это произошло. И кто это сделал, Но пока этого не делал.       Я глубоко выдохнула и вздохнула. Переведя взгляд на комнату и снова на него. Руки зудели нестерпимо. Видела волосы старшего, тут же невозможно хотелось запустить в них пальцы. Я вновь внимательно посмотрела на него. Сейчас могла свободно разглядеть лицо старшего очень хорошо, ведь он сидел так близко, что каждый раз выдыхая, видела, как его глаза чуть прищуриваются. Чёрные-пречёрные глаза в ловушке ресниц, чуть сдвинутые брови с образовавшейся морщинкой между ними, прямой нос, губы, аккуратный подбородок, щёки, лоб.       — Спасибо. Я случайно поранилась, поменьше надо было играть с огнём, — вытянула улыбку. Чтобы хоть, как-то подбодрить обстановку с самолечением, стала говорить:       — Если у них «двоих» всё наладиться. Я вас уверяю братцу Итачи не повезёт с его будущим тестем.       — Не думаю, — всё же стал говорить со мной, как обычно, без намёка на злость. — У Изуми-чан, же нету отца?       — А вы совсем не следите за новостями.       — Да, и кто же он?             — Тачибана-сан. На такое Шисуи аж лицо поднял и на его устах появилась еле заметная улыбка с дальнейшем смешком. — Серьезно?! Ха-ха, теперь понимаю к чему ты клонишь.       — Чипсы с кальмаром такие вкусные?       — Ты их не ела? На мой отстранённый кивок, Шисуи потянулся другой рукой и схватив одну.       — Так попробуй. Вот, братик Шисуи тебя покормит, — со смешком улыбнулся мне, и всё же, я сдалась. А вкус и правда мне понравился. Ловкие большие руки легонько бинтовали мои руки. Он старался делать так, чтобы я не ощущала боли.       — А теперь расскажи правду, кто это сделал? Я же посмотрела на обмотанные руки и осторожно двинула пальцами, ощущая дискомфорт.       — Тому, у кого Лис забрал слишком дорогого, в ту ночь. Давайте не будем об этом, и можно спросить? А что с вашей комнатой опять? Примечая ещё в момент захода сюда, жуткий беспорядок.       — А это… ну небольшой творческий кавардак.       — Помочь убраться?       — Нет, отдыхай.       — Если выпью обезболивающие, ничего не почувствую, а на утро ожогов уже не будет.       — Нет не нужно. Итачи же дома?       — Отмахиваетесь.       — Не совсем у меня к нему есть дело. В это же момент постучав костяшками пальцев по окну, снаружи появился Итачи. Недолго смерив эту обстановку взглядом, тот изменился в лице. Старший Учиха прошёлся оценивающим взглядом, и с улыбкой помахал ему, подходя навстречу, открывая окно.             — Как раз о тебе думали, не занят?       — Что здесь происходит? Что у Минами с руками?       — А… ну здесь такое дело…       — Итачи-кун, я случайно обожглась, вот. Шисуи поднялся с кровати захлопнул аптечку.       — Идём, я помогу надеть сандали… а они же на тебе.       — Только сейчас заметили?       — Минами-тян, совсем не милая, держи Итачи, — шутливо улыбнулся Шисуи, и подняв меня на руки передал ношу другому соклановцу. — Встретимся внизу, я быстро.       — Я вообще-то не багаж. А куда мы?       — С такими делами стоит пойти домой, мы проводим.       — Только пешком. По дорожке обратно, оба соклановца почему-то молчали. Долго же они не проронили ни слова, словно переглядывались друг с другом читая по губам, будто я этого не замечаю. Пока впереди не увидела больно знакомую баклажанную кофту. Я быстро спряталась за спину старшему и не отходила от него.       — Итачи-кун, Шисуи-сан! — Со сбитым дыханием взволнованно прокричала куноичи. — Ми-минами-тян! Изуми подняла ладони и прикрыла ими лицо, она вдруг всхлипнула и заплакала.       — Успокойся, — подоспел к ней Итачи и тихонько притронулся к ладоням, опуская их чтобы она взглянула тому в лицо. — Что произошло?       Изуми всё ещё плача рассказала им, что там произошло. Шисуи стоял смирно не шелохнувшись, потянул ко мне руку и тронул ею волосы. Я не знала, что сказать, и он прекрасно об этом знал. Дав время успокоиться он посмотрел на шатенку и серьезно спросил у неё.       — Изуми-чан, теперь и ты… её ненавидишь? У меня аж плечи вздрогнули от такого тяжёлого голоса и заданного вопроса, я вцепилась пальцами в штанину и не разжимала пальцы до тех пор пока девушка не ответила: — Конечно нет, Минами-тян, очень хорошая! Мама поняла, что сотворила. Она сейчас разговаривает с Микото-сан, и они все ждут её возвращения домой. Но Минами… пропала… что же делать?.. Итачи, молча приняв всё это к сведению оглянулся назад. Я всё ещё стояла сзади них и не могла вот так вот просто выйти и показаться той на глаза. Я поймала взгляд его чёрных глаз и он ответил тем же. Шисуи, почуяв неладное, и наклонился всем телом, нарушая моё личного пространство, до тех пор пока его рука не вынырнула и, переместилась на плечо и...       — Прямо же в болевую точку! — взвыла и зажмурилась, протирая больное место. — Вы это специально?! Я в долгу не останусь и припомню это!       — Ми-минами - тян… Я старалась не обращать внимание на довольно ощутимый дискомфорт нависший надо мной. Я старалась взять себя в руки, посмотрела вначале на неё.       — Всё в порядке. Я не обижаюсь.       Изуми распахнула руки подалась ко мне обнимая, я тихонько прижимаясь лицом к её груди. Теплые настолько нежные руки коснулись моей спины и гладили её. Она много извинялась, а я не знала, как её успокоить. Девушка наконец вытерла сопли, усадила меня на скамью и принялась лечить лечащей чакрой. Её удивило то, что я совсем не была заинтересованна в этом. Обычно, когда малые дети видят этот процесс радуются, а я просто смотрю и всё тут. Немного погодя я рассказала все троим, что меня уже лечили, но по ощущению опытного ирьёнина и её, девушка лечила куда качественнее. Может из-за сочуствия или чувства вины. Ожоги стали заживлять кожу и больше не ощущалось никакого зуда. На хорошей ноте страрший Учиха попрощался и ушёл, видимо на миссию, потому как обычно тот никуда так не спешит. А Изуми неожиданно подняла меня к себе на руки.       — Изуми, давай я. Куноичи не успела ничего ответить, когда Итачи уже казался очень близко с девушкой, мимолётно я увидела образовавшийся румянец у той, прежде чем меня забрали другие руки. И им было неловко всю дорогу.       В доме Учиха было тихо, мы вернулись полчаса назад и сейчас я просто сидел на диване с кружкой чая. В голове раз за разом менялись узоры плана, сотни ключевых моментов передвигались, складываясь во всё новые идеи. Меня просто оставили одну в комнате, пока за стенами общались друг с другом взрослые. Как видно, ребёнку это не надо слушать. Через пару минут вышла Микото, как пока Фугаку нету дома она за главную, но итак её не очень обрадовала эта новость. Девушка присела ко мне, на колени и взяла осторожно за руку.       — Прости, Минами. Тебе было сильно больно? Я лишь покачала головой, и взглянула из-за спины куноичи, где стояла Хазука и оружейник. Второму было до скирипа в зубах очень жаль, ведь он совсем не ожидал, что такое, когда-то произойдё. И сейчас эта палка на двух концах - потерять любовь всей своей жизни или встрать на сторону итак опозоренного джинчуурики. Я выдохнула и поднялась, ставя стакан на столик. В этот же момент, ко мне подошла эта самая женщина.       — Прости меня... пожалуйста, прости... Девушка сжалась и закрыла глаза и всхлипывала.       — Я запуталась, все вокруг твердят, что ненароком услышишь, но теперь я поняла, что была не права. Простишь ли ты меня, глупую.       Я глубоко вздохнула, и отпустила взгляд. Сомневаюсь, что это искринне. Я чуствую и ощущаю эту липкость ненависти всё ещё внутри женщины, не было бы такого покравительства главы клана, эта ситуация бы была совсем другой. Всё было куда проще если бы мы не были знакомы. А тут не такой плохой оружейник и теперь уже и Изуми. К чёрту, пусть будет что будут!       — Хорошо, но если я вам совсем буду невыносима, лучше скажите. Я как ни крут, остаюсь джинчуурики девятихвостого.

Тем же днём за ужином

      Саске, молча продолжил ковырять палочками рис в тарелке. Сегодня на ужин была традиционная для японцев еда: рис, соленья и жареные кусочки рыбы. Наруто довольно поливал соевым соусом свою порцию риса, и тихонько смеялся по этому поводу, подливая соус и своему ненаглядному маленькому врагу, который в долгу не остался и перекинул ему палочками васаби.       — Мало что ли, теме? Я между прочим помогаю тебе быстрее подрасти! — возмутился Узумаки, но соус в сторону всё же отставил и надуто посмотрел на меня, а точнее на перемотанные в бинтах руки. — Кстати что с тобой, сестрёнка? — поинтересовался брат.       — Наверное ей хрен на зуб попал, вот и молчит, — хмыкнул Саске, палочками отодвигая от себя подальше пиалу с пастой васаби. — Как ты это вообще ешь?       — Ну попробуй, может тоже понравится.       — Я уже пробовал и мне не понравилось.       — Значит плохо пробовал, попробуй ещё.       — А ты что не ешь? Остро, да?! Добе у нас неженка!       Да, у Наруто с острым были особенные отношения. Стоило чему-то такому попасть ему в рот, как тут же выступала испарина, текли слёзы, сопли, а губы и горло жгло так, будто он раскалённую сковородку облизал, а если приходилось съесть много, то потом и желудок болел.       — Тьфу на тебя! Смотри я сейчас всю тарелку за один присест съем!       — Да, да, только я буду быстрее. Хазука молча наблюдала за мной. Микото попросила их всех остаться на ужин. И вот за небольшим столом вместилось столько народу. Друзья Учихи лишь общались друг с другом, Саске пытался прослушать их диалог, но из-за этого получал двумя пальцами старшего брата по лбу. Фугаку пока ничего не прокомментировал. Он был зол, когда узнал что со мной произошло, но я всё уладила до того, как мужчина бы действовал. И вот прямо сейчас он вынужденно смотрел на мило улыбающуюся Изуми, бросающие невинные взгляды на старшего сына.       — Я слышал о том, что у вас очень близкие отношения. Это правда? Девушка немного занервничала, когда разговор пошёл по этой теме.       — А что если и так? — без каких либо намеков растерянности, ответил спокойным голосом Итачи.       — Ты же знаешь обычаи клана? — Намекал с ноткой укоризной Фугаку. — Когда вскоре унаследуешь право распоряжаться кланом у тебя будет невеста.       — Знаю, — без тревоги ответил старший сын.       — Так чего ты этим добиваешься? Перестань играться и приготовься к тому, что тебя ждёт на следующие восемнадцатилетние! — строго отозвался глава и всё вокруг перестали есть и замолчали. Изуми укоризненно отпустила голову.       — Нет, — поднялся Итачи со своего места и подошёл к девушке, уверенно протягивая к себе за плечи. — А если что-то не нравиться, то я откажусь от наследия стать следующим главой.       — Что?! — поднялся с места Фугаку, а Итачи с Изуми уже ушли с помощью шуншина. На той-же теме мужчина разгневался и ушёл из-за стола. Когда вечер подошёл к концу я провожала двоих взрослых, и попросила не разглашать тему с девятихвостым при Наруто. Малыш ещё настолько невинный, что такие истории ему ни к чему хорошему не приведут. Взрослые пообещали и пошли домой. А Микото взяла меня за руку и стала снимать бинты, ранки затянулись и уже совсем прошли, она выдохнула и обняла меня. Так и закончился день.