Жизнь с нуля в мире шиноби

      Хотелось закрыть глаза и ни о чём больше не думать, хоть я и понимала, что так нельзя. Я наблюдала сфокусированным взглядом за этой командой. Они ничего не стоят. Наивные подростки. Омут воспоминаний накрыл словно огромная волна. Честно говоря не знала, чего хотела, не знала, о чём думала, но когда осознала, что творю, чакра резко снизила свой напор. Время было не для этого, сейчас не до эмоций. Наруто повернул ко мне голову, но я не хотела видеть его взгляда, потому отвернула глаза. Я ясно осознавала, что теперь за моими плечами висит долг. Когда придёт время, я помогу ему в ответе, но оставить всё, как есть, не имею права. От таких людей, как из «Акацуки» он должен держаться подальше. Я сделаю это. Ради него. Ради брата.       В воздухе воцарилась напряженная атмосфера.       — Саске-кун… может пойдём уже? Вряд ли сенсей одобрил бы это…       Учиха задумчиво глядел в одну точку. На его лице не было никаких эмоций, словно их отключили. Розоволосая особа рядом с ним, поджав губы, неловко поглядывала на него, но парень не обращал на напарницу никакого внимания.       — Эх-х, — Наруто закинул руки за голову и сомкнул пальцы.       Мне наверное, просто захотелось как-то разнообразить эту серость. Девчушке-то нужно развиваться. Тут мне хватало и взгляда, чтобы понять многое о человеке. А эта троица… всего-лишь свежачок только ступившай на опасный путь мира шиноби.       — Ж-жаль мне тебя. Хорошенькая. Весьма примечательная девушка. Платье подчёркивающее тонкую талию, ухоженные ногти, сладенький парфюм, одним словом: красота.       Её лицо выражало полное непонимание этого вопроса. Саске отчетливо всё видел, но так и не решился вмешаться. Мои пальцы быстро подхватили Сакуру за запястье, отчего та неожиданно взвизгнула. Все остальные уже постепенно ушли на задний план. А Харуно не стала долго ждать и показательно закатила глаза.       — Ты чего такую мордочку скукожила? Обиделась? А нечего. Поди думала, что раз ты принарядилась, то тебе тут все будут угождать? Самолюбие той нагло было задето. Харуно нахмурилась, пытаясь вырвать свою руку из моей хватки, но у той ничего не вышло. Она не выдержала и закричала.       — Ты издеваешься? Отстань!       — Привыкай, что я ещё могу сказать? Привыкай… — весело усмехнулась, а в её взгляде и напряженной ауре читалось: «убью». Взмахнув локтем та попыталась ударить другой рукой, но я с лёгкость остановила слабый удар, нанесённый без чакры. — Не знаю, чему там вас учили в вашей «академии». Видимо, навешали лапшу на уши, а вам остаётся только наматывать её себе на голову.       Харуно лишь со второй попытки вырвала свою конечность и то упала на пыльную дорожку. Я потянулась к той вновь. Совсем рядом послышалось шуршание. Через секунду рядом с Сакурой, словно тень, опустился Наруто. Он взял её за руку и помог подняться, тем самым оборачиваясь в мою сторону, зыркнув на предложенную руку помощи, смело произнеся:       — Эй! Я вообще-то всё ещё здесь! И не смей так насмехаться над академией и Сакурой-чан! Понял?!       Наруто фыркнул и резво улыбнулся своей напарнице. А она грустно отвернулась, даже не поблагодарив за помощь. Видимо ожидала совсем другого, который и глазом не моргнул чтобы хоть что-то предпринять по отношению к ней.       — Как тебя там зовут, горе-спаситель?       — Моё имя Наруто Узумаки, даттебайо!       — Забавный ты ребёнок. Забавный… может нам немного позабавиться? Блондин вскинул брови на пол лба от удивления. В одно мгновение Саске как вскопанный заорал на напарника «берегись», а я уже тенью взметнулась возле блондина и коротко сказала:       — Без этого ты же не шиноби, верно? Но тут, видимо, до Наруто не дошло. В один момент повязка с его лба была сорвана. Следом озираясь на того-же Учиху, он тянул свою руку чтобы помочь напарнику, но мои кончики пальцев успели коснуться и его протектора, и я чуть ли не вырываю её.       — А-а-а! — завопил Узумаки.       — Да как ты…       Я развернулась и, даже не взглянув на ошарашенных ребят, что ещё некоторое время стояли в ступоре. Взметнулась тенью от них, в сторону бескрайнего леса.       — Эй, ты?!..       К месту назначения пришлось сделать огромный крюк. Ребята подозрительно долго меня не догоняли, а ведь двигалась-то не быстро. Я не верила самой себе, слышала лишь тишину. Никаких предпосылок к чему бы то ни было. Глухота. Напрягшись внутренне, будучи готовой ко всему, я села на корточки. Выждав несколько секунд, аккуратно вытащила один протектор из-под плаща и медленно опустила на землю, замерев. Но ничего не произошло. Никаких шагов и хруста деревьев. Я пошевелила пальцами, мысленно подчитывая про себя секунды. Всё ещё смутно, я медленно поднялась. Ничего. Шаг, другой. Снова ничего. И всё же…       В следующий миг краем глаза удалось засечь какое-никакое но движение. С последующим хрустом веточки. Двое скрылись за кустарником. А нужно быть хитрее. Я повернула голову в сторону тех, подростков, полыхающих гневом. И прислушалась за тихими шепотками.       — Зачем… Зачем он это делает?       — Тихо ты! Всё ещё не понял? Да ему и дела никакого нет до того, что мы шиноби. Слушай меня, я смогу лишь сдержать его на время. А ты делай то, что должен.       Правильно мыслишь, но нервировала лишь наша разница в силе. Это конечно подло. Держать их в напряжении. Но без этого никак…       — Одолеть этого засранца? Я тут и без тебя разберусь!       — Кретин! Это невозможно! Поднятой ладонью остановила поток речи.       — А вы быстро клюнули… Но тут же у нас — ниндзя, прекрасно знающие свою работу. Не так ли, Наруто? И долго прятаться собрался, шут-гороховый? О, я не пытаюсь тебя задурить! Тебя же не задело, ни разу…       Хаос сеялся аккуратно, выборочно, с точным расчётом. Тишина звенела, но звуки моей речи текли спокойно и размеренно, вынуждая против воли прислушиваться. Учиха знал, чего делать не следует. И он молчал, пока я не закончила говорить. Отличный самоконтроль, но не у второго. Это видимо была последняя капля мальчишеского терпения.       — Ты мальчик не маленький, управишься… Всё же решать придётся не тебе, а тому кто думает за тебя. Вернее, выражаться нормальным языком, ты же у них — на побегушках. Вот блондин и сорвался, а Саске успел заткнуть тому рот и остановить.       — Ты не особо умен… Да и Коноха лакомый кусочек… Может осесть там. Хочу устроиться где-нибудь… В генины что-ли податься? У них там шевеления какие-то, не хочу пропустить всю движуху. Ведь главное у нас что? Правильно, авторитет!       Пуф!       Я усмехнулась и не стала сдерживать лёгкую полуулыбку, завязывая на лбу протектор. Когда двое мальчишек чуть не выдали своё укрытие. Молча наблюдая за тем, как я применила облик одного из них.       — Всё оказалось проще, чем забрать у младенца конфету. Одежда конечно гадость. Ну что ж поделать, датебайло.       — Что ты делаешь?! — послышался звонкий мальчишеский голос. Я неспешно повернулась, уже догадываясь кого увижу. Себя. Ну, нынешнего себя. Точной копией того ребенка который стоял в пару метрах от меня. Я смотрю на него сверху вниз. А после вздохнула и закинула руки за голову, назло усмехаясь.       Движение не осталось незамеченными, но лицо не вызвало напряжения, ведь то был мой брат. Из его ладони потянулся заранее упрятанный кунай. Бездушными глазами он устремился на мой образ.              Нельзя действовать в лоб, иначе надо, быть хитрее. Я не сделала ни единого движения, ни чтобы скрыться, ни чтобы взять оружие. А брат резко затормозил и указал на меня указательным пальцем.       — Ты что творишь спрашиваю?! Развей технику!       — Я хотел-же кое-что сделать… Ты ведь, понимаешь?       Увидев всю картину в целом Наруто ничего не сказал, он продолжил молча на меня смотреть. Он скрестил пальцы, отошел в сторону и позволил своим клонам в оранжевых костюмах пойти в наступление. Началось сражение, победитель которого был ясен с самого начала. Но останавливать, по сути, было некого, ведь как можно остановить того, кто лихо спрятался среди них. Настоящий-Наруто изрядно взволнованный, стоял почти что обездвижено, пытаясь отыскать среди клонов подлинника. А они решили атаковать каждого — дабы загнать меня в угол. Саске отсиживался в стороне и лишь наблюдал за происходящим цирком. Пока видимо не выдержал и не вышел из-за разоблаченного мной укрытия.       — Наруто, ты в своём уме? Я тебе уже говорил, что так не выйдет. Ты получаешь ранение от своих же атак! Лучше убегай! С помощью рук Саске формировал технику.       — Катон: Огненный шар! — закричал Учиха и направил его в сторону клонов. И когда огонь Учихи прекратился лишь двое остались в стороне.       — Ну хоть напоследок помог уяснить истину. Клоны — знаешь-ли служат не для этого. Демонстрация их количества это не признак твоей силы. Вот если бы они могли использовать опасные техники, то это уже другой разговор.       — Наруто берегись!       — Эх… куда это ты собрался? Готовый нападать, должен крепко держать зубы. Я не собиралась на этом останавливаться и кулаком ударила блондина по ребрам. Сбив дыхание. А дальше… Брат сломанной куклой упал на землю.       — Больно? Это всего-лишь одно ребро. А всё потому, ребят, что вы не думаете мозгами. Вы всего лишь мелочь, смерть которой не будет каким-то ужасным горем и вам не устроят величественные похороны, а вы ведь так много сделали для Конохи, верно? Наруто сжимал руки в кулак. Он ведь чудом сдерживался. Громкий протяжный стон и Узумаки оттолкнулся от моей хватки, ушёл в сторону. Он знал, что не смел позволять себе ныть и жаловаться. Ни при каких обстоятельствах, даже если было жуть как больно.       — А ты своим шаринганом меня не удивишь. Заставила себя отвлечься до рассматривания столь интересного явления, я посмотрела Саске в глаза. Тут же выдыхая. Только одно томоэ. Недотягивал, по крайней мере лично для меня. На одной внешности не вытянешь, тут нужно иметь уникальный внутренний стержень. Как, клин клином, да?       Учиха вдруг отшатнулся, широко раскрыв глаза. Как пораженный.       — Что такое? — максимально мягко поинтересовалась я, подметив, что ломка в его висках не прекращается.       — Твои глаза… Они стали красными. Всего на секунду. Это же…       — А ты уверен? — глухо произнесла я, повернувшись всем корпусом к Саске. Я была настроена серьёзно, как никогда. Наруто почесал щёку и задумчиво склонил голову набок.       — Это был Шаринган. Клановое наследие Учиха!       — Недооценил… — на лице расплылась кровавая улыбка. — Недооценил ты меня, понимаешь? — я вытащила из задней сумки кунай. — Ну и что теперь делать будем?       — Так значит ты?..       — Удивительно, что ты вообще можешь видеть в них что-то хорошее. Я имею в виду клан, да и шаринган в целом. Эх, вот что мне с тобой, таким непутёвым, делать-то, а?       Я внезапно активировала шаринган и посмотрела в глаза Учихи. И специально — взяла под контроль его тело, оно перестало слушаться и безвольно повисло, а мне оставалось лишь неотрывно смотреть на его пугающее выражение на лице.       — Наруто, закрывай глаза! — кричит Саске очень громко.       — А ну цыц, — кивнула шеей. Немного погодя пошатываясь мальчишка обессиленно свалился на колени. — Ну а теперь, не рыпайся и жди своей очереди.       — Какого, ты творишь с Саске. Отпусти его сейчас-же! — заорал блондин не своим голосом и дёрнулся — инстинкт самосохранения заставил тут же безвольно умолкнуть и не рыпаться. Когда его самодовольно схватили за воротник.       Мы смотрели друг другу в глаза. Такие же небесно-голубые глаза с длинными ресницами. Солнечно желтые волосы, остро лежащие во все стороны и эта почти забытая, чертовски красивая улыбка, которая когда-то была у брата в детстве. От этого воспоминания у меня пробежали мурашки по коже. Ведь было-то не сладко. Но… его ноздри трепетали. И буквально через секунду раздался тихий хохот из моих уст. Я немного прикрыла рот рукой, пытаясь сдержать вновь подступивший смешок.       — Что смешного? — Наруто непонимающе уставился на меня.       — Больше не закатывай свои брови. А то они так и до небес взлетят. Хахаха, — я попыталась успокоится и нормализовать своё дыхание. — Просто это действительно так смешно. Ты как надутый ребёнок. Лучше не отвлекайся.       Узумаки вновь попыталась дернуться, стараясь отцепить от себя мою руку, но я с силой обхватила его запястье и рывком сжала в кулак, так сильно, что послышался хруст. Тотчас голубая чакра была совсем близко. Белая неопрятная шевелюра кинулась в глаза чуть ли за сто метров. И в то же мгновение шиноби в чёрной маске запустил кунай в мою руку, заставляя опустить запястье блондина, и отойти на шаг в сторону. Даже при таких обстоятельствах я чувствовала себя спокойно. Джонин пока осматривался, ему медлить было нельзя.       — Какаши-сенсей!       Наруто смотрел вслед старшему и улыбался. Всё же он был очень рад увидеть своего сенсея. Какая-же искренность. Быстрым движением запястья, с добавлением чакры я пронзаю его грудь тем самым пойманным кунаем. Но — это был всего лишь кусок бревна. Настоящий джонин уже стоял рядом со своей командой.       — Не думал что вы собираетесь нападать на меня в открытую…       — Это была крайняя мера, — будто в оправдание заявил этот шиноби. — Не хотел чтобы у моего ученика была раздроблена рука.       Качнув головой и пожав плечами, Хатаке нацелено посмотрел на меня. Что-то угнетающее нарастало в груди, ощущение, словно его что-то связало по рукам и ногам невидимыми нитями. Таким собранным он не был уже давно.       — Может хватит скрывать свою личину? — спустя минуты молчания попросил он. А дальше активировал шаринган и «мягко» посоветовал мне уйти по-хорошему. Наши взгляды встретились. Я смотрела в его глаза и видела все обуревавшие в миг эмоции — редкое зрелище увидеть эмоционального Хатаке.       — А если и нет, то что вы мне сделаете? Припоминаете?       Джонин не знал, как себя вести сейчас. Он моментально напрягся вставая в боевую стойку и потянулся за кунаем, отступая назад, поближе к Наруто. Тот заинтересованно разглядывал своего сенсея из-за спины.       — Не вздумай к нему приближаться, Наруто, это профессиональный убийца, не ровня генинам. Поверь мне, — проговорил он тихо, замерев и посильнее обхватив свой кунай.       Наруто приоткрыл рот, словно хотел что-то сказать, но тут же его захлопнул. Хатаке Какаши при этом, как-то подозрительно покосился в сторону второго генина. Он смотрел на Саске, обдумывая следующие моментальные действия уйти не пострадав. Пока…              — И? — прошептал Узумаки. — Я не буду прятаться! — впервые не вклинился Наруто и воинственно потряс кулаком.       «И откуда в нём столько храбрости? Глупость и дурость, » — вновь промелькнуло в голове.       А ведь я не могла ему возразить. Курама говорил правильные вещи.       — Наруто! — раздался грубый голос мужчины. Взмах руки и пепельноволосый встал между дерзким мальчишкой. Его самого едва ноги держали, словно жеребёнок. Если упадёт, то поползёт на четвереньках. Так я думала. Но Хатаке Какаши пересилил себя: ни морщин на лбу, ни трепета век. Словно всю боль превратили в каменную маску. В анбу всё-таки служат не слабаки. Чего уж тут из себя жертву строить. Нужно спасать молодняк. А то коллеги засмеют, куда уж тут…       Ничего не происходило. Разве что у деревьев, промелькнула фигура. Интерес взял верх над разумом и я двинулась, предварительно перехватив пару летящих в спину железок, и метнула кунаи обратно, оба по инерции столкнулись меж собой и попали в сантиметрах от кожи третьего члена команды. Харуно даже не заметила в моих глазах пронизывающий командам шаринган. Она как завороженная облокотилась о дерево и медленно скатилась по нему вниз. А затем я развеяла хенге. Просто надоело. Да, конечно, отношение ко мне тут же изменилось, причём ощутимей чем можно было ожидать. Для этой троицы. И их наставника — никогда не забывай тех людей, кто сломал твой внутренний стержень. Как же безмерно осторожно Хатаке смотрел за мной. Жаль, что он совершенно не знает как донести об опасности до окружающих генинов. Взгляд его метался из стороны в сторону в поисках быстрого решения. Эту растерянность заметил один любопытный блондин.       — Какаши-сенсей?.. Я не отступлю от своих слов, таков мой путь ниндзя! Наруто потуже завязал повязку на лбу. Ту самую, которая была… А я только сейчас это заметила. Отсмеявшись, блондин посмотрел на меня и усмехнулся. Такое открытие стало очень любопытным. Такой насмешливой иронии было невозможно передать одним только взглядом. Всё же сумел забрать. Ну что ж…       В какой-то момент подул ветер и зазвенел необычный звонкий звук колокольчика. Саске вдруг вздрогнул, а затем медленно приподнял свой подбородок, уставившись на меня.       — Э-это же… — озадаченно процедил Учиха. — Откуда у тебя эта вещь!       Я наблюдая за невиданной картиной. Мальчишка на последнем издыхании мучаясь мигренью указывал мне за спину. Его привлекла побрякушка или же моё необычное снаряжение.       — Эта катана. Была лишь у одного человека, слышишь! И это… ведь сямесен, ублюдок. Откуда он у тебя?!       — Хмм… если и так то… это не твоего ума дело. Саске разозлился, в его и без того красных глазах пробудился второй томоэ.       — Говори! Сейчас-же говори где она! Где Минами!       — Ты серьёзно? — хватало только пару слов из уст и его сердце колотилось, как бешеное. — А-а-а, — закатила глаза. — Так ты глаз на неё положил, что ли? А пойдешь против Конохи дабы заполучить джинчуурики. Ну сам знаешь, «разыскиваемые» лучшие охотники за головами. Особенно нункенины — они стоят двадцати обычных ниндзя. Если не сотни. — Уверенно проговорила. Пока тот прыжком не накинулся прямо на меня. Бурый порыв Учихи остановил лишь его сенсей. Опрокинув лицом на землю. Двое призванных клонов стояли в обороняемой стойке и в тужу минуту накинулись в бой. Я не побрезговала активировать шаринган вновь. Четкие очертания сразу же запечатлели картинки в памяти, а характерный красноватый оттенок, что приобрёл мир, уже почти не отвлекал. Рывком, я протянула руку назад и выхватила кунай. Клон отразил атаку своим кунаем. Раздался звук звенящего железа. Немедля ни секунды, я сделала сильный замах, наклонившись на левую сторону, чтобы уйти вниз от новой атаки бывшего АНБУ, и, поднырнув под его руку, воспользовалась малым ростом, чтобы незаметно пробраться за спину занеся смертельный удар кунаем в шею. Не останавливаясь на этом с чакрой взметнула рукой. Другой клон уже в следующую секунду с широко распахнутыми глазами смотрел на лезвие, торчащее где-то между его ребер, рядом с сердцем. С хлопом оба клона испарились.       Сражаться с настоящим противником намного интересней. Зря я, конечно, но я просто не смогла сдержаться. Стянув побрякушку с рукоятки, слабо швырнула в паре сантиметрах от Учихи.       — Не горячись, может у тебя будет шанс поверить мне на слово?       — Она не такая, слышишь! — Саске был уверен в своих словах как никогда. Это показывало выражение его лица. С такой уверенностью он схватил брелок и сильно прижал его пальцами.       — Не говори того, чего не знаешь. По крайне мере, знаешь, но не полностью, — нащупывая в задней сумке пальцами миниатюрную книгу, вытащила её перед троицей, перелистывая бесцельные страницы, нашла нужную и указала пальцем нужного материала. На светловолосую девочку с таким серьезным лицом. Наруто вздрогнул и замер. Всё его тело застыло, и он не мог пошевелиться. И сказать хоть слово, он всё слушал, и впервые там много молчал. Это было очень тяжело, осознавать ту правду, которая, казалось, была на вершине. Джонину и так было тяжело, но такое поведение Узумаки его только сильнее выводило из равновесия.       — Мина… — посмотрел жалобно Наруто на сестру через фотографию. Он должен был хотя бы так увидеть её. В этот момент в глазах Узумаки можно было заметить страх. Совсем небольшой… Но всё же страх.       — Когда зверь разрывает живого зверька когтями и глотает куски сырой плоти, окровавленной и горячей, то о приличиях он как-то не думает. Так и о джинчуурики. Рано созрела. Когда впервые встретил её, улыбнулся — мол, посмотрим, на что годишься. Позвал прогуляться. Короче, ой и ай! А обидно-то: что она холодная как лёд, будто снега кто сыпанул. Напрочь забыла моё имя. Так ещё получил от ворот поворот. Да и ножи воткнула во всей красе, не как всякая порядочная куноичи. Я прозевал один удар, ткнувшего под ребро, что у сердца. Всего одно мгновение без страха смерти. И мимо, лишь поцарапала. Было больно. И приятно. И ещё как-то, слов таких нет, чтобы не соврать. Талант по мелочам не разменивают. Н-да… подумаешь какой у неё характер, главное ведь красива, да Саске, сам же разглядывал во всей красе?.. Небось желал чего-нибудь, но не обессудь, я её тоже приметил. Намёк понятен?       — Да пошёл ты!       — А ты… — указала кивком на блондина. — Ты же на её стороне? Или всё же на стороне Листа? Так зачем же оттягивать этот момент?       — Хватит уже… Перестань меня недооценивать! Я никогда не отступлю! Я шиноби- Конохи! Я стану Хокаге, уяснил?! И не важно, насколько сильная боль живёт в глубине души сестры, я найду её, слышишь?! И верну домой!       — Забавно. Пытаешься одновременно быть как и преданным шиноби, так и любящим братом. Что ж, изменяться-ли твои намеренья и дальше Наруто Узумаки.       Издалека я увидела знакомую фигуру, даже не присмотревшись толком к ней. Я и так знала, кто меня там ждал.       — Что ж, мне уже пора.       — Стоять, куда это ты собрался, я ещё с тобой не закончил!       — Наруто, тихо!       — Ты… — смахнув рукой, я направила на них мою угрожающую ауру и зло проговорила. — Правда, всё ещё не понимаешь в какой затруднительной ситуации оказался.       Хатаке прикрыл своих учеников, но этого было мало. Сакура наблюдавшая дальше всех, не могла сдержать дрожь. А Наруто с Саске крупно дышали, схватившись за горло. Их — генинов явно давила моя чакра. А Наруто прекрасно понимал, что сам это начал знал, и что его ждет дальше, но от этого сердце колотилось не меньше. Брат, не в силах противиться такому напору, всё ещё старается сдерживать нахлынувшие чувства тревоги.       — Я тебе по порядку всё объясню, если не дошло. Вы — жалкие шиноби. Что вы ребята, что и ваш джонин.       Дыхание брата было прерывистым, но его пальцы потянулись к оружию. Из уст послышался тихий рёв. И лишь после этого он поднял свой взор на меня. Было достаточно одного раза, чтобы взглянуть ему в глаза. Они были кроваво-красными со звериным зрачком по середине. Он не мог контролировать себя и здраво мыслить. Наруто закричал, словно противясь моему напору, а затем взмахнул кунаем.       — Забери свои слова обратно! Забери!!!       Хатаке удивился заметив, как его генин собирается наступать. Его тело вздрагивало, а левая рука перекрыла блондину путь.       А я ведь не могла показывать свой истинный объем. На кончиках пальцев ощущался напор чакры. Долго же приходилось сдерживаться. А скидывать напряжение удавалось далеко не часто. Может…       И тогда я подняла руку перед собой.       — Тогда. Может продемонстрируешь? Ты ведь знаешь, как сражаются шиноби? Отбросим банальности скрытости и начнём финальную схватку. Вполне одного удара будет достаточно. Докажи что ты не жалкий ребёнок.       — Д-даа, я тебя…       — Тогда начнём.       Одно мгновение, я решила перейти к более решительным действиям и в руке начал формироваться шар из чакры. Чёрный шар медленно начал уменьшаться. Наруто на мгновение замер, не зная, что делать. Какаши, понимая, что надо быстро реагировать, не нашел ничего лучше как применить энергию чидори. Четверть его правой руки была покрыта электричеством. Он не хотел применять эту технику. Словно это был его последний козырь На лице каждого генина виднелся страх. Мало ли, какими могли быть итоги. А мне было гораздо труднее контролировать потоки чакры, которая выплескивалась наружу. Это всё не стоит того, что я делаю. Но этим детям нужно знать край дозволенности, куда они могут пока ступить. Ведь бежать уже было бессмысленно.       Я медленно сделала шаг вперед и не нужно было слышать, чтобы понимать, что вообще происходило в данный момент. Рука бросает шар в совсем другую сторону от джонина, а в сторону булыжника. Одно мгновение и раздался ужасный разрывающий звук. Эта техника была достаточно мощной, дабы разломить камень. Поднятая пыль поднялась ввысь, марево ненадолго сошло на нет. А Хатаке Какаши всё ещё смотрел своим шаринганом за моей рукой, в которой помимо первого снаряда были ещё два. И он здраво понимал. Он не смог бы её отразить или увернутся. А если бы пошёл в атаку, то был бы уже мёртв. Я смотрю на свои фрезы и усмехаюсь, добавляя ещё стихию. Их форма начала немного меняться и становиться больше. Это был кеккей-генкай: Фуутона, Суйтона и Катона. Проще говоря — улучшенный рассенган. Техника, похожая на кипящий пар. Количество воды становилось больше. Ветер, исходивший из техники, походил на ураган. И, это казалось, уже невозможным. Прищурив левый глаз, джонин оперся на колено о землю, он медленно дышал и ждал. Он понимал, что это будет финальная атака.       — Центрифуга!       Я медленно делаю замах и следом активирую левый шаринган с камуи. Наруто, успел закричать, как всё внезапно прекратилось. Каждый из генинов лежал обессилено на земле, не шевеля даже пальцами. А джонин осознал одну важную вещь для себя: он бы не смог отразить эту атаку. А самое главное куда исчезла эта ужасающая техника?       — Мой вам совет. Будьте бдительны к одиноким странникам с кровавыми облаками, а то состраданием на сей раз не отделаетесь.       Информации было мизерное количество, но и этого мне стало достаточно, чтобы понять — что поставленная задача выполнена.       Я выдохнула и собралась с мыслями. Сделав резкий рывок я даже не посмотрела в их сторону и исчезла из видимости. Спина маячит далеко впереди, на грани видимости. Путник, за которым я иду, знает обо мне. Капюшон скрывает его лицо. Слова не нужны. Прыжок, ещё и ещё — с загибом вправо, влево. Следом маячит запах, особый привкус стали — пахло кровью. На теле Хаку шелковое кимоно, сейчас оно смотрелось особенно изящно. Пестрая нежная ткань красиво гармонировала с его бледной кожей и длинной блестящей гривой черных волос, вызывая у окружающих весьма недвусмысленный интерес. Забуза Момочи решил сделать его сильным, сделать своим помощником, дабы грамотно использовать уникальный геном в своих целях.       — Странно, что я мог забыть девушку с такой примечательной внешностью, очень странно…       — Ты заблуждаешься.       — То-то и оно. Это у тебя развлечение такое? Случиться всякое может? Вдруг судьба-шутница развернется не тем местом, что у осла под хвостом, а тем чем нужно?       Он ускорился, тяжело вдыхая воздух ртом. Видно что разозлился, снова. Наверное, шутка не понравилась. Несмешная разве?       Преодолев некоторое расстояние в тишине с этим парнем. Мы единожды остановились дабы чтоб парень переоделся в свою рабочую униформу.       Впереди стал маячить конусообразное строение, тросы из метала были перевязаны к ближайшим деревьям. И это выглядело дико, некогда не бывают уютных убежишь. Всегда попадаются одни «дыры».       Тут везде стоит стража, охраняющая, как зеницу ока владения своего нанимателя. Справа слева, тайком, все они смотрели за новыми вторженцами. Хаку тянется к двери и тут его останавливает вышедший самурай. Седоволосый парень с банданой. В сиреневой ветровке, и бежевом поясе, лишь одна катана делала из этого парня самурая. Только на смех курам.       — Кто это с тобой? Нам не давали приказа впускать незнакомца. Так, ещё и в маске. Маску сними, — самодовольно потянул свою ладонь на меня.       — Руки свои убрал! Или тебя вновь захотелось почувствовать лезвие у своей глотки?!       Хаку повернул голову и уставился на самурая, словно тот ничего не стоил. И следующим жестом указал своими иглами, в сантиметрах от его шеи.       — Впустите, — сплюнул под конец этот тип и отошёл в сторону.       Мы прошли внутрь, и то я смогла услышать о чём тайком поговаривают об этом парне. Но не придала этому особого значения.       — Подожди пока тут.       Меня предоставили комнату, похожую на комнату отдыха, если таковая вообще могла быть в этом здании. Там было несколько диванов горчичного цвета, две полки с книгами. За последние дни, никак не могла отдохнуть в тишине. Вот просто даже посидеть спокойно. Вечно кто-то что-то говорил, спрашивал, или куда-то нужно было идти. Я вальяжно развалилась на мягких подушках и закинула ноги на маленький столик. Позволив себе ненадолго закрыть глаза. Никто так и не соизволил мне помешать, кроме одного человека. Голос которого прозвучал очень близко с лицом.       — Забуза-сама, ожидает тебя.       Этого было достаточно чтобы пальцы содрогнулись. Хаку ожидал чего угодно, но прекрасно понимал, что поступил опрометчиво. В эту же секунду глаза сменились на пламенные, огненные. Он чувствовал себя, как мальчишка, рядом со мной. Это невозможно было на секунду вынести, так сильно внутри у него все сжималось, а сердце громко билось. Да слишком тяжело было думать, когда все мысли были заняты волшебными глазами. Я наблюдала за притупленным взглядом, полуоткрытый ртом и тяжелым дыханием.       — Не трусь, — ласково сообщаю и возвращаю глаза. — Я не стану дурманить тебе голову.       Ничего не отвечая, Хаку резко выпрямляется. И ступает в соседнюю комнату, дверь которой оставалась приоткрытой. Внутри комнатушки стоял полумрак. Лишь свечи освещали эту тьму. Для моих глаз это был лучший вид. Но другие так не думали, вот Хаку и приоткрыл шторку пошире.       — М-менма-кун! — подался вперёд Накамура. Стоя уже напротив, он поднял голову вверх так, чтобы ему пришлось посмотреть мне в глаза, через отверстия в маске. — Я тебя ждал!       Рукой я прикоснулась к его волосам, затем поглубже запустила руку, поглаживая пряди на светлой макушке. Парнишка глупо уставился на меня и улыбнулся. В своих руках, тот держал белого кролика, этот зверёк был — приручён к рукам, а значит чей-то домашний зверёк из старших. Я плавно повернула голову и увидела прикованного к постели мужчину. И почесав макушку, выдала:       — Не важно выглядите. Кто же смог так потрепать такого знаменитого мечника?       Смотрела уже на того из-за кого план пустился на суматох. Забуза потерял дееспособность. Весь его вид желал лучшего и до этого, но сейчас он выглядел особенно пугающим.       — Тоже я хочу спросить у тебя, — протянул Мамочи. — С какого перепугу ты оставил их в живых?       — А, вот оно что… — скинула в сторону плащ. — Это они вас? Пф…       — Заткнись! Я не проиграл этому мусору, слышишь! Через два дня я покончу с ними! Но почему ты не добил их? Пожалел? По тебе не скажешь.       — Один из них, — подошла ближе и оперлась правой рукой о раму стекла, — брат-близнец одной знаменитой-беглянке из Конохи.       Забуза выглядел очень серьёзно в этот момент. Вскидывая брови от удивления, он был слегка поражён.       — Чёрт… ты всё ещё ищешь её. За всю жизнь таких не встречал. Ты ведь одиночка. Ты один спишь и один ешь. Ты посмотри на себя! Словно одержим… Да что в ней такого?! Почему ты жаждешь встречи с этой девкой!       В ответ не последовало ни единого звука. Мечник лишь усмехнулся.       — Скольких ты убил, Менма?       Ничего не отвечая, замираю на несколько секунд. А затем пришлось посмотреть в глаза мечника. Для его глаз это был лучший вид. В его глазах было только безумное желание узнать правду. Не отводя взгляд, плавно и медленно снимаю с лица мешающую маску-кицуне. Ведь в этой комнате уже никто не носил масок, так и поступил мечник, кивнув на Хаку. Этот самый парнишка ослабил бинты на его челюстях, для того чтобы раскрыть лицо.       — Не смотри ты так. Я просто разочарован, — произнёс Забуза и постарался улыбнуться правым уголком рта. — Смешно же, нет, ну правда, смешно. Ты стал думать о чувствах? Это чушь! В этом мире запрещено помогать жертвам — их нельзя вытаскивать из дерьма. Ты и я жертвы. Смешно, но ведь правда. Я вижу твои глаза, жаждущие крови. Но ты же… всё рыщешь в поисках джинчуурики.       Мамочи Забуза, лишь марионетка, невольник в плену и жертва обстоятельств, по крайней мере, он привык так считать. Неудача за неудачей, возможно, поэтому мечник так недоволен моим открытием.       — Но ведь цель оправдывает средства. Разве мы не похожи? Кажется, такой моя жизнь стала уже давно. Мы — чужаки в собственных деревнях. Вот почему в приоритете месть. Для вас это Четвёртый Мизукаге, а для меня… Чего уж тут говорить про того кого не знаете, главное то, что «он» из Конохи. А по поводу Узумаки. Мне известно местонахождение джинчуурики. А это значимая новость.       Первые секунды отступник просто отрицал у себя в голове информацию, которую услышал. А потом его настроение сразу поднялось. Насмешка с его лица пропала и сменилась интересом и безумным желанием. Было заметно, что теперь он уже точно положил бы все свои силы, чтобы завладеть такой победой в своей коллекции.       — Ты молодец, — усмехнулся мечник. — Это же просто замечательно! Где… где же она находиться? Сколько ты хочешь за информацию? — сразу поступил деловой разговор не по делу.       Я ни проронила ни слова, продолжая глупо пялиться в окно. Хаку и Накамура стояли в стороне, и то оба были этим заинтересованы. Не каждый же раз мечник такой напористый.       — Ну, говори! — он снова вскрикнул и удивленно уставился на меня.       — Что говорить?       — Мы с тобой сообщники… А сообщники — должны делиться информацией. Где сейчас находиться джинчуурики? — выпалил со злостью Мамочи, понимая что его опять игнорируют.       — Для того чтобы завладеть важной информацией нужны не только средства, но и действия, — голос резко изменился и стал приобретать всё более угрожающую тональность. — Или ты уже не так уверен, что выполнишь свою месть безукоризненно, а? Снова смелый шаг в сторону отступника и уже стремительно приблизилась к нему, пока не оказалась почти вплотную к лицу, и резким движением наклонилась у головы. Прошептав в ухо, от чего мечник тут же оцепенел и уставился в одну точку.       — Посмотри на себя. Показываешь молодняку, обреченную жертву. Не можешь даже и пальцем пошевелить. Как говорится, сила есть, а ума не надо…       Мечник хотел было возмутиться, но слова не подступали к горлу, тяжёлым комком скатываясь куда-то вниз. А встречаться взглядами он не хотел совершенно. Пытаясь прийти в себя от произошедшего. Этого человека не так легко убедить, нужно было искать решение. И оно нашлось, пожалуй, самое неожиданное. Я игриво усмехнулась, и ткнула двумя пальцами чужого лба.       — Что, страшно стало, да? И вот тогда мечника по-настоящему прервало.       — Это попытка обнадёжить, или оскорбить? Если нет, тогда заткнись! Не всё идёт по плану, знаешь-ли! Я же тоже вижу тебя насквозь. Я вижу, ты устал, но от чего? — Про себя усмехнулся мечник, но даже бровью не повёл, немного поморщился и спустя считанные секунды расслабился, внезапно засыпая. Меня это удивило, и я похлопала мужчину по щекам. Ноль реакции.       — Это лекарства, — всё ещё с сомнением произнёс эти слова Хаку, находясь рядом.       — Вот оно что…       Я взглянула на наручные самодельные часы, чёрные лакированные стрелки показывали двадцать-первый час пятьдесят минут. Для трудной работы требовалось много энергии, поэтому хоть как-то восполнять её надо было, помимо еды. Устала. Слишком много поручений — мало отдыха. Что ж, нужно выпить лекарство, которое точно поможет.       Рука потянулась за пазуху в сумку, за ёмкостью с водой. В руке были две пилюли — цвета земли. Пахнущее медикаментами и травами. Эти стимуляторы слишком хороши. Принимать их — переросло в тягу. Приятную тягу — больше сил, меньше сна. Во рту неприятно сухо, начиная противно перерастать в горечь. Сделав пару глотков, положила баночку обратно, тяжело вздохнув. Словно открывается второе дыхание и заставляют жить.       — Теперь есть ещё тройка дней бодрствования, — зачем-то вслух сказала, снова глянув на наручные часы ещё раз.       — Что же с тобой… не так, — раздался голос Хаку с нескрываемым удивлением в глазах. — Ты злоупотребляешь, — его руки сложены прямо перед ним, взгляд уже довольно долгое время устремлен на меня, а затем он подходит ближе и садиться на стул рядом с кроватью. Отворачивает лицо, чтобы его эмоций не было видно. — Я расскажу тебе одну чухну. В сердце есть сухожилия… Этакие струнки, могут лопнуть… Без них — сердце будет плохо циркулировать и качать кровь и в итоге остановится. Проще говоря — твои пилюли могут привести к смертельному исходу.       Казалось, словно атмосфера в комнате стала отвратительной, воздух можно было уже трогать, а время остановилось. В груди всё томительно сжалось, а уголок губ невольно поднялся.       — Хаку, — мой голос разнесся прямо над ним. — Ты уж, присмотри за ними, — похлопала брюнета по плечу. Он не отшлепнул мою ладонь и даже не дрогнул. Видимо привык уже к моему присутствию рядом с ними. А я тем временем смотрю под ноги, наклоняясь, скидывая на его колени того самого кролика.       — Не идите на самотёк, вдвоём. Подождите моего возращения.       — Извините, я пойду с вами?.. — прошептал хриплым голосом Накамура, но в замен получил щелбан в лоб. Он схватился за ударенное место, смотря на меня.       — Не так формально… Просто подожди меня. Эти двое за тебя в ответе, — и вышла из комнаты закрывая двери за собой, оставляя их наедине со своими мыслями.       Ночной ветер развивал плащ, тормошил волосы в разные стороны, принося свежесть. На улице вновь расцветает ночь, своими цепкими лапками захватывая всю местность темным, и вступая в свои права. Это спокойное и тихое время, когда люди спят, птицы и животные тоже. Когда нет постоянного шума. Когда можно просто сосредоточиться.       На юге, юге-западе и востоке отсюда находились сошки — мелкие корабли патрульщики. По изученным мне бумагам, там в основном ловить нечего. Патрули передвигаются по рекам и перехватывают чужие лодки жителей страны — грабят, убивают, по возможности и привозят всё в порт Страны Волн, где всем найденным имуществом распоряжается Гато.       Чтобы разрушить эту монополию нужно разорить судоходства. Команда семь займётся недостроенным мостом, а я пиратами-шиноби. Сейчас я на самом крупном из них. Хотя моё положение более, чем близко. Корабль наплыву посреди бушующей реки. Члены экипажа в такой поздний час были полны безмерного счастья и то и дело, что распевали песни моряков, пока выполняли свою грязную работу. «И только ночь глухая, знает, как я одинок» слетало с их болтливых уст через каждые две или три песни они запивали всё чашами с сакэ.       Пробыв наверху ещё немного, свысока наблюдая за трудящимися мужчинами, и подождав так несколько минут, я спустилась вниз, направляясь к главарю. Капитан со старшими помощниками стояли у штурвала. Я сразу приметила капитана только раз взглянув. Грандиозно стоящего полу-боком. Его жёсткий взгляд, шрамы и большой чёрный плащ уравновешивают друг друга. Чёрные, как смоль волосы, плоские обветренные губы. Планы скрытно уйти отошли на второй план.       — Почему вы сами этим не займётесь, капитан? Мы возьмём старика на борт и тогда… мост уже некому будет строить.       — Что, так сложно перерезать, кому-то глотку, без моей помощи?       — Ну, нет…       — Тогда поваливайте и выполняйте мой приказ! — свирепо вскрикнул мужчина, бросив кинжал в сторону своих людей, промахиваясь. Тот стукнулся об косяк и пролетел под моими ногами и врезался в деревянную преграду. Эффект оказался создан. Двое мужчин тут же разбежались по поручению старшого.       — Можно было обойтись без этого показа силы, если неумело пользуетесь метательным орудием. Увидев меня краем глаза, капитан прямо обратил своё лицо, тут же улыбнувшись.       — К дьяволу этих псин. А вот ты, кто такой?       — Мне бы хотелось просто пообщаться с капитаном, — произнесла я, ухмыльнувшись, склонив набок голову. — И не ожидал его встретить не в своей каюте, а у штурвала.       — Что? Выведать о чём-то, захотел?       — Наверное, меня не отпустят, если я это сделаю. Кстати, неплохой меч.       В эту минуту мужчина направил чакру в ноги и откинулся вперёд, пытаясь схватить за лежащий воротник плаща. Я ушла назад встретившись спиной со стенкой, ощущая покачивание на волнах.       — Сопляки нынче, не знают куда сунуть носы. Я сам бы мог перерезать тебе глотку, но слишком занят. Эй! Живо всем сюда!       На зов капитана прибыли все люди на корабле. Все хищно-заинтересованные взоры начали поедать меня словно до костей. Все головы присутствующих обращены только ко мне.       — Дерзкая шутка! — съязвил капитан корабля с расцветшей на губах ухмылкой, радостной, весёлой. Мужчина отстранился и хлопнув в ладони. — Но бежать уже некуда.       — Молчит… видимо уже наложил в штаны, — вскрикнул кто-то, опередив меня, вызвав массовый смех. Все хором засмеялись, наговаривая друг с другом гадости.       — Да что он может соображать теперь, — подхватил лихо другой.       — Может изобьем засранца и выкинем за борт?       — Звучит заманчиво, но у меня идея получше…       Скорее всего, прошло всего лишь несколько секунд, но для меня они превратились в долгие минуты, так как я находилась в неком вакууме. Голова заболела ещё сильнее, чем было утром, и я схватилась за неё руками. Я не могла этого осознать, но догадывалась, ведь ощущала просто тонны чакры, ежесекундно проходящие по венам. Закусив губу, попыталась сконцентрироваться. Невыносимым было погружаться в эту рутину, забывать обо всех целях, медленно теряя себя. В конце концов в глазах померкло.              До меня долетел отголосок чьего-то голоса. Словно я находилась во сне. Я старалась прислушиваться к чему-то тихому, еле уловимому. Подающиеся с трудом слова. И наконец услышала.       — Неубиваемая, вшивая псина! Убейте мальчишку уже! — крикнул зловещий голос, а потом отчаянный крик.       Разумеется, я постоянно слышала ещё и своеобразные «помехи», вроде шуршания тихого голоса, этот голос шёл будто извне. В голове загудел яростный шум, рычание проклятиями и угрозами предостерегало меня от глупейшего поступка.       — Что ты вообще тут забыла, дрянь?       Я удивленно приоткрыла глаза, заглядевшись на светло-пепельное Сусанно напротив себя. От которого меня до этого насильственно отгораживали. Когда я наконец обнаружила кого-то внутри, усилием воли заставила себя сконцентрировать внимание на образе. Чем дольше я это делала, тем отчетливей ощущала «сближение». Я ощутила полную совместимость и идентичность моей чакры и природной энергии — они вошли в резонанс. Этот кто-то был не чужак. Но стоило мне взглянуть снова… словно всё встало на круги своя. Словно много маленьких частиц сложились в целостную картину воедино. Этим человеком напротив меня была — я. Точнее другая я. Другая моя противоположность. Глазное яблоко было чёрным. И взгляд такой призренный…       — Сообразила наконец, кто перед тобой? — возмутилась она и показательно смахнула силу шарингана, затягивая длинные волосы на затылке в хвост. — Совсем туго соображаешь.       В пол-оборота я могла видеть клыки, длинные когти, она не смотрела на меня, как будто я ей не интересна. Просто делает что хочет.       — Чего ты хочешь?       — Что трудного в том, чтобы ворваться в эту хилую деревеньку и уничтожить там всех, пока эти двое сопляка на миссии? Слабые всегда — уходят первыми. Мы с тобой это очень хорошо знаем. Может я и подельник, но отлично тебя понимаю. Всё уже не вернётся в норму. Мы — убийцы, с проклятым шаринганом, внутри которого запечатан демон лис. Отменный реверанс. Нас никто не примет к себе… если только не будем пленниками, но ни тебе, ни мне, от этого не будет легче. Вся эта история в конце концов предугадана. Наруто — мальчик света, станет героем, а мы…       — Заткнись! Глубоко вдохнув, я стукнула себя по груди и заорала на другую себя:       — Чужие жизни для тебя только способ существования, пытаешься выразить ненависть к людям, убивая их? Какая же ты сволочь!       — Ха, кто-то захотел обсудить это? Не ты ли убивала беспричинно?       Неожиданно она накинулась на меня, сев сверху и шлёпнула по лицу. Затем ещё раз и ещё… щека заныла. И подстраиваясь под чужую силу. Перехватила запястье и рывком перехватила инициативу, и тоже сев верхом, стала хлестать её. Она схватила меня за волосы, и вновь мы стали придираться. Пока силы не ушли на пяти-минутный перерыв, обе тяжело дыша готовились ко второму раунду. Я не могла отвести от неё взгляда, хоть это и было подозрительно, глаза просто меня не слушались.       — Для чего нам дали шаринган по-твоему? За красивые глазки и фразочки? Нам дали их чтобы — отомстить, тому сукину сыну и Конохе в том числе. Почему ты этого не понимаешь, вторая — я? Вспомни, как они к нам обращались? Вспомни, что говорили! Так, какого чёрта, ты медлишь?!       Сплюнув моя вторая «я» встала на ноги и повернулась спиной.       — Если честно, тяжело делать вид, что я потеряла свой дом. Но если я уничтожу Коноху и всех там взятых, куда я вернусь? На то пепелище? Как в прошлой жизни? На моём пути «отступницы» встречалось столько людей, сколько по пальцем рук и ног не пересчитаешь. Но они промелькивали мимо, не оставляя на душе и следа. И самый большой кусочек, завершающий всё — был Наруто. И ты знаешь, надежда всё же ещё есть. Какими-бы мы не были, это наша тяжкая жизнь, с лисиком на пару.       — Кха-ха, -ха, за такие слова этот мохнатый тебя бы задушил, — подала голос вторая. — Он не должен думать, что я трусиха, даже если он не знает, что это я.       Ляпнула первое, что пришло в голову, а потом пожалела об этом. Я шла и смотрела ей в спину, рассматривая каждый миллиметр, словно боялась, что она скоро снова исчезнет и я больше её не увижу, ни о чём не спрошу и не услышу. Руками я обхватила её со спины. Чувствуя вибрацию по телу и тихий всхлип, а когда я посмотрела вперёд увидела, как она плачет. В руке соскользнул чёрный кинжал, с гравировкой огня. Подарок от Сатоши-сана.       — Я ведь. Так хотела спасти его.       А ведь вторая «я» выглядела беззащитной и робкой в тот момент. Эта настоящие эмоции ускользяюще в ту ужасную ночь. Мало кто сможет понять это чувство, только лишь тот, кто испытал похожее. Но я совершенно никому не желаю такой жизни, какая была у меня. Ведь было-то не сладко. Почему-то, говорить было очень тяжело.       — У нас ещё всё впереди.       — Я так долго тебя ждала. Эти безумства не давали мне покоя. Я же не могла тебя заставить чувствовать тоже, что и я.       Мои руки обвивали шею и я положила подбородок ей на шею и посильнее прижалась к своей половинке, сократив расстояние между нами до минимума. Чувствуя как тело обмякло, а яркий свет бил по глазам. Я стараюсь сдерживать нахлынувшие чувства, крепко обнимая то что вопреки себе исчезало из рук. Так было и с Минато.       — Знаешь, оказывается пламенно-пепельный, это наш цвет…       На моё лицо легла знакомая лапа, и я не вздрогнула от внезапности её веса, понимая, кто передо мной. Лис молчал, но его скулы крепко сжались, и спустя минуту он повернулся. Рядом какой-то источник звука. Я обернулась на источник звука и увидела, ошарашенного капитана, из разворошившейся на груди одежды, характерная жидкость красно-бардового цвета разливалась по коже. Моё сердце пропустило гулкий удар в этот момент. Все матросы на корабле бездыханно в луже крови валялись на судне.       — Стало быть, тот паренёк был прав. Достаточно посмотреть на всё это, и все становится понятно. Ты не помнишь, как моя чакра поглотила тебя, так ведь?       Стало только хуже. Определённо, Курама знал, как доставить человеку страдания. За ним нужно просто наблюдать со стороны. Не глуп, напорист, постоянно указывает, парой слишком груб и недоверчив. Вот он — Девятихвостый лис. И к чему тут радоваться? Вот прямо сейчас он ходит вокруг, отмечая словом каждый шаг. Нет, что бы там ни было, проблема не в нём. Их всех, как будто зверь разорвал, что уж тут недотрогу строить. Сама же была.       — Прекращай. Мне тебе совет, а то опять с катушек слетишь, — как обычно с издёвкой проговорил лис. Он просто угрожает, хотя угрожающе это не выглядит.       — Ох, — внезапно раздалось у меня из уст. И это оказалось такой банальной глупостью. — Говоришь, как будто кто-то умер, ей-богу… Ты ещё нужен здесь. — сказала, имея ввиду, что нужен одному конкретному человеку. — Мы связаны, помнишь?       — Лучше тебе сдержать это слово. Какой всё же сложный попался мне джинчуурики. Мы сконцентрировались на нападении, поэтому даже не подумали о…       Я ощутила как вновь начинает мутить и сознание неуловимо ускользает от меня. Как обличие лиса ускользает прочь.       — Эй! Ты меня слушаешь? — спросил он тихо. — Хватит, — спокойно процедил он, с тревогой. — Просто не помри раньше меня…       Кьюби нахмурился, наклонился ко мне, не отводя красных глаз. Что-то его тревожило.       Сил бороться уже не было. Я вскочила на ослабшие ноги и меня прямо выворотило за борт.       — Отвратительно…       — Ох, лучше бы молч… кхаа…       От небытия меня пробудила чья-та забота, небрежно швырнутая мне на лицо. Мокрая по ощущению тряпица. Она заставила меня, — хотела я того, или нет — прийти в себя и лежать на чём-то мягком с закрытыми глазами, не шевелясь.       — Пришла в себя?       Голос, тихий по своей природе строгий, зазвучал слишком громко для неподготовленных барабанных перепонок. Сморщившись и нахмурив брови, я невольно приоткрыла глаза. Поначалу лишь неясные пятна, но затем они собрались в знакомые очертания и через несколько минут я смогла различить хмурое лицо. В горле — адски сухая пустыня. Лучше пока ничего не говорить. Во рту набралась вязкая жидкость и, сглотнув, с вялым отчуждением подметила, что она имеет кислый привкус.       — Вижу, что ты сейчас не в состоянии вообще говорить. Мы на этом судне уже двое суток. А наши дела на этом не кончаются, хватит беспомощно валяться, поднимайся. Усмехнувшись, сил хватило только коротко кивнуть.       И как же так вышло?

***

      Я быстро двигаюсь назад. Надолго задержалась. Закончив разгребать контрабанду. Деревянные большие ящики с наживой пиратов были прямо под палубой. Этих ящиков было больше — сотни. И оставлять их на корабле призраке, как-то не хотелось. Можно ведь продать за большие деньги. Десять процентов от выручки вручить работодателю, двадцать тем двоим, а остальное оставить себе и прикупить снаряжение, и наилучшую жизнь в дальнейшем.       По дороге от порта ощутила сильный поток чакры. И задрав голову, ощутила чьи-то крики, сверху. Догадаться, не трудно. Эта битва на мосту.       Чёрт вас побрал, сказала же подождать, что тут непонятного?!       Я была так близко, но всё ещё далеко. Некоторые смельчаки из жителей любопытно выстроились вначале этого пути. Я прошла мимо их, но вдруг остановилась, даже не взглянув на перепуганные лица обоих мужчин-строителей, которые попытались остановить меня.       — Ты ведь тоже из Конохи? Лучше не иди туда, там опасно, убьют.       — Чего же вы здесь стоите, трусы?       — Т-ты, просто не понимаешь о чём говоришь! Этот Гато…       — И? Этот чужак возомнит себя лидером в стране Волн, а когда главного мостостроителя убьют. Что же ждёт вас, потом? Хотите расскажу. Денежный расклад упадёт в упадок. Налоги возрастут. Сторонники Гато будут выискивать пользу из ваших ценностей в доме, потом, когда у вас не будет средств, пойдут на изнасилование ваших дорогих жён и дочерей. А с вас, мужчин, будет спрос в смертельных схватках, до конца своих дней. Кто-то может помочь остановить этот беспредел? Не смешите. Дайме даже не вмешается. И вы не сможете сбежать, не выпустят самураи за пределы этой глухой деревеньки. Этого хотите, в скором будущем?       — Конечно нет!       Ведь в этих словах был смысл, ведь у обоих была семья.       На мосту послышался грохот, а за ним яркая вспышка. Я быстро обернулась и указала пальцем на обратную дорогу.       — Тогда заставьте их поплатиться первыми. Оба мужчин сдавила злость и засверкала первая отвага в потухших глазах.       — Спасибо парень из Конохи!       Сказали они прежде чем уйти. А я ступила дальше. Туман — выглядит, будто живая стена, невозможно угадать, осталось ли за ней хоть что-то. На моём пути слышится шум. Повсюду разбросаны иглы, сюрикены в воздухе витает свежий запах крови. Мне едва удаётся стормозить, когда передо мной открылась вся картина. Хаку лежит с раздробленной дырой в груди на мосте, рядом с ним стоит взъерошенный брат, он осторожно смаргивает, когда замечает меня и тут же стирает с глаз слёзы. Хатаке Какаши стоит рядом с учеником и вновь его озадаченность проявляется на глаза. В паре шагах от меня лежал Саске с наштыкованными сенбонами по всему телу, но судя по звуку сердцебиения — жить будет. Рыдая над ним склонилась отчаянная Сакура. Рядом с ней в молчании был и сам мостостроитель с отпущенной бонданой. И что они тут за цирк устроили?       — Эй, розоволосая… — проявила милость перешагивая железо, пройдя поближе к троице. — К чему давить соболезнования, когда он просто в отключке?       Девчушка тут же со слезами на лице уставилась на меня, вначале недоверчиво, стиснув губы. Ведь ответить не могла. Только всхлипнуть. А я прошла их и пошагала себе дальше.       — Учись ирьендзюцу, если ничем не помогаешь команде. Прислушайся к сердцебиению, раз не веришь мне.       Я не стала досматривать, то как Сакура восторгалась, стоило той только услышать ритм сердца своего лежачего товарища.       — А это ещё кто? — заявляет низкорослый мужчина в чёрных округлых очках, наступая подошвой прямо на лицо Хаку. Позади него стояла дюжина самураев с ухмылками на лицах. Седоволосый с банданой на голове, чуть криво улыбнулся, ведь уже видел меня.       — Этот в маске однажды приходил к ним на базу. Видать тоже с ними за одно.       — Да ты что… — подошва медленно поднимается и вновь ударяет кого-то рядом с ним. Ведь рядышком лежал побитый Накамура, без сознания. На ребёнке ещё не было таких смертельных ран, как у брюнета.       — Ногу убрал, — грозно програзила, незаметно касаясь рукоятки меча. И меня тут же одарили смехом. И в ту же секунду Гато пожалел что вообще раскрыл рот. Кровь брызнула во все стороны, а потом тихо покапала на доски моста прямо в воду. Оглушительный крик мужчины оглушил всех до единого. Он согнулся напополам и держал в дрожащих руках отрезанную конечность. А после свалился на колени и пополз на корточках к своим людям, которые поторопились остановить глубокое кровотечение.       — Эй… — приблизилась к Хаку и присела перед ним на корточки. — Я просил оберегать их, не собственной жизнью. Как будто сам всю работу сделал, строишь тут благородного спасителя. Так ведь мечник, тебя же защищал? Чего застыл, иди-ка сюда. Или мне тебе помочь добраться?       Наруто и бандиты на несколько секунд вскрикнули, когда чакра-лапа вышла из моего тела и схватив в свои тиски мечника вернулась назад.       — Судя по ране, это сделал копирующий, генины на это неспособны. Я спрашиваю тебя, зачем ты позволил Хаку умереть?       Момочи просто не смог сдержать эмоции. Ярость застилала глаза. Гнев и боль накрыли с головой. Никто не смел вот так трогать его. Надавить на живое. С горкой сыпануть на рану. Единственное, на чём он задержал взгляд — мои глаза.       — Бесхребетный-пацан, побежал за нами, на мост, — мгновенно вскинулся Забуза, и указал головой на смотрящую толпу бандитов и они захихикали.       — Этот сопляк сам напросился. Пожалуйста, не причиняйте вреда Мамочи-сану и Юки-куну, просил он, — засмеялся один из самураем и сплюнув. — Не переживайте, скоро ваши мучения тоже закончатся. Нас то много.       — Эй… пацан, — чуть ли сипло произнёс мечник, и с опущенной головой у того покапали слезы. Раненные и злые слёзы от своей беспомощности. — Они ведь следовали за таким как я…       — Четыреста семьдесят два трупа, — проговорила, поднимаясь на ноги.       От этого числа брови мечника невольно удивлённо приподнимаются. Сам то он убил наверняка больше, но он точно не ожидал подобного числа от кого-то вроде меня. Я же медленно отошла и Наруто продолжил осыпать мечника душевными воспоминаниями. Я же встала над Учихой, и разок пнула его под рёбра, тот тут же пришёл в себя и захаркал кровью.       - Ты...       - И долго в отключке будешь? Видел когда-то живую резню в действии?       - Что?..       Учиха удивился когда я успела за это время кинуть ему в рот пилюлю, силой схватила за щёки и завалила затылком о землю. Сакура попыталась отцепить мою руку, но у той ничего не вышло, как и в первый раз.       - Лучше не рыпайся и глотай. А ты если укусишь, зубы передние сломаю.       Угрозами эти двое повиновались, Саске тут же почувствовал себя намного лучше, что у того появились силы даже встать. Всё бы ничего, но Хатаке уже готовился всадить мне кунай в спину, вот и пришлось подальше отойти.       — Эй, пацан из Конохи, не одолжишь мне кунай?       — Лови, — подбросил ему, а он схватил её зубами.       Забуза оскалился в свирепой улыбке и поднялся на ноги. Блестящие клыки и сверкающие глаза окружили его, он вновь зарычал, обнажая собственные клыки ощущая внутри всплеск новой силы. Он тут же метнулся вперёд, убивая самураев на своём пути, едва не упав. Перебив почти десяток людей одним лишь кунаем в зубах. Тот продолжил двигаться вперёд.       — Какаши-сенсей! Нам нужно…       — Не лезь в чужое сражение проблемный-мальчишка. Эта битва его заключение. Лучше возьми за урок все движения. Ох, нет, лучше не стоит…       Пошлепав ребёнка по щекам, тот не приходил в сознание. Он явно хорошо приложился головой, и затылок кровоточит, губа разбита.       — А-аааа! — бегом мчался на меня какой-то смельчак с катаной в руках. — Сдохни! Взмахнув чакрой кунай взметнулся в глотку. Кровь брызнула ссверху. Я не успела обернуться, как в меня упёрлись дрожащие ладони. Пришедший в сознание ребёнок стал отползать, прямо на четвереньках. Ему попался стоящий неподалеку Наруто, и мальчишка зацепился за его штанину.       — П-помогите… по-могите мне… прошу…       — Эй, что с тобой?       Я смотрела за ними двумя и мне больше ничего не оставалось как, вытереть кровь с маски. Наруто помог мальчишке подняться на ноги и тот обхватил джинчуурики за руку. Не знаю к чему привели изменения к потери памяти. Но это и к лучшему?       Когда Гато падает с моста в реку, половина бандитов растеряно принялись обдумывать дальнейшие действия. А мечник ослабевает хватку челюстей, и на пике, сваливается на мост. Воцарилась тишина от которой только отступник тяжело дышал. Я подняла тело Хаку и медленно пошагала по мосту, оставляя за собой кровавые следы и подошла к мечнику, тот лежал на животе, истекая кровью. Он уже был на грани смерти.       Когда я уложила рядом с ним Хаку. Забуза перевернулся на спину. А над головой закружили хлопья снега. Мечник тихо заговорил:       — Прямо как в день нашей первой встречи… спасибо, пацан.       Лёжа рядом с Хаку, он вдруг понял, что они не смогут быть вместе даже после смерти. Таким, как он, никогда не попасть в Рай. Хотя Забуза не верил в Ад или Рай. Всё склоняется к поступкам…       Я наклонилась ближе и уже прошептала о том, что мечник уже не мог возразить этим руганью, только лишь улыбнулся мне на последок. Такой мучительной улыбкой. И прикрыл уставшие глаза в вечный сон.

Две недели спустя.

      Деревня Скрытого Водопада. Время 5:20. Миссия ранга «С» — цель «Перехват». Местонахождения: окраина леса. Командир — Учиха Шисуи, подчиненные Учиха Наори, Учиха Нака.       — Я же говорила, что тебе понравиться? — красавица с волнистыми волосами звонко смеется и прижимается к моей руке.       Я нежно ловлю на себе её взгляд. Мы танцуем, музыка словно льется по моему телу, я сильнее прижимаю её к себе, крепко сжимая её талию руками. Её пальцы сцепились на спине, щека лежит на плече. Музыка кажется, играет целую вечность.       Здесь так красиво — все яркое, красное, жёлтое и голубое. Я не знаю, где мы, но я хочу всегда быть здесь…              Мне так хорошо…       Я слышу её, она меня зовёт, снова и снова. А я и рад, ведь её голос доводит меня до блаженства. Я не хочу, чтобы это кончалось. Хочу чтобы она назвала меня по имени. Слышу, как она шепчет.       — Раз, два, три, четыре…       Рука тянется за ней. Я касаюсь пальцами её кожи, и увожу из заведения.       Я жадно впиваюсь в её губы, властно целую, целую, целую. Словно это наш последний поцелуй. Она улыбается. Трогает руками мои плечи. Она стонет. Мне становится очень тепло… Ведь в мыслях я хотел эту девушку. Страстно, властно и жестко. Прямо у переулка. Прямо в одежде. Просто хотел.       Держать свои чувства в себе становится невыносимо сложно. Невыносимо больно. На этом всё заканчивается. То что мы желаем постепенно исчезает… Также было и с Минами.       В моих снах она стояла напротив меня. Одиноко стояла и смотрела на меня и я считал, что мне этого хватит. Я ведь так часто за ней смотрел. На действия. Наблюдал за робкой улыбкой и напряженным взглядом. Любовался эмоциями и каждый раз обещал себе запомнить их до мелочей. Я хотел видеть её каждый день. Хотел видеть эти чистые глаза, напоминающие чистейшее-море. Только Минами разрешено дотрагиваться пальцами до хмурой складки на лбу Итачи. Только ей одной было смешно добавлять это своё дурацкое «сан», которое так меня бесит. Эти светлые волосы, черт, как же меня бесило, ведь они вечно лезли мне в рот…       Эта девочка была самым закрытым человеком, которого я только встречал. Да и не верила никому. Дерзкий, слишком упрямый характер. Разве возможно было устоять? Я ведь привязался к ней.       — Думаете, если бы я убежала далеко-далеко, мы бы встретились вновь?              Как-то невзначай она спросила. Наверное, она совершенно не придала этому вопросу никакого значения, а меня всю передернуло.       — Конечно. Я бы тебя нашёл где бы ты ни была, — я рассмеялся и легонько коснулся кончика её носа указательным пальцем.       — Вот оно как, — она теребит по краю свои шорты, неуверенно переминаясь, будто забыла что-то сделать или сказать. — Значит, увидимся?       Она ведь не могла не бежать…       С каждым воспоминанием это чувство обрушивалось на меня, словно горсть больших камней. Но в итоге всегда просыпался, так и не успев коснуться рук. Хотя бы кончиками пальцев. А ведь если ты так часто видишь человека во снах и так часто о нём думаешь…       То так и находят то самое, верно? Я перевернулся набок, дрожащими пальцами сжал кулак и проговорил.       — Я иду за тобой.       Тихий шорох — такой была реакция на мои слова. За ним же сразу последовало пару робких вздохов.       — Что ты несешь?       Пришлось медленно приоткрыть глаза и посмотреть перед собой. Взору предстал вначале слабенький костёр. У костра сидел седоволосый парень. Он — Учиха и не только он. У другого края дремала ещё одна представительница нашего клана. Это новая команда. Нам поручают запутанные миссии за пределами Конохи.       Напарник вдруг перевел голову в другую сторону и устремила свой взор на горизонт.       — Забавно… Это с тобой происходит всё чаще и чаще. Ты нормально высыпаешься? Голова раскалывалась, даже казалось, что она и вовсе распалась напополам. Тело все ломило. Это было не в первый раз, так что я уже привык к такой боли. Но им необязательно это знать.       — Забудь Нака. Это же Шисуи-шуншин, с чего бы ему нам об этом рассказывать?       — Наори…       Куноичи взглянула на костёр и закатила глаза. Руками она потянулась и пригладила растрепавшиеся волосы. Она заправила фиолетовые пряди за уши, схватила свои мечи и направилась к костру. Ей было плевать на то, что произошло ночью — такое уже было не впервые, но слишком много мороки. Но как же тяжело вздохнула попыталась не лезть не в своё дело — она чувствовала. Она редко интересовалась другими, только в крайних случаях. И то по делу.       — Лови, — куноичи швырнула что-то скомканное. Это была кислая конфета.       — Мученику будет полезно, — со смешком сказал Нака.       Куноичи и стукнула друга по плечу. Это позабавило. Их дружба такая — невинная, искренняя. Такая же как была и у нас, верно?       — Ладно, — девушка в очередной раз решила не продолжать этот бессмысленный разговор. — Просто выговориться иногда тоже нужно.       — Мы ведь даже не знаем, кого должны искать. Поиски не останавливают даже ночью, — парень сложил руки на груди, скрыв кисти. — Как нам добиться чего-то стоящего.       — Это твои пташки напели? — усмехнулся я и поднялся с лежанки, начиная собирать ту. — Рябчики?       — Это лучше чем следить самому.       — Тогда ты может слышал. Этот случай произошел тоже недавно. Спутники познакомились в гостинице за кружкой пива. А когда вышли на улицу, незнакомец вмиг превратился из мужчины в молодую девушку с короткими каштановыми волосами. Она неожиданно напала сзади, пытаясь перерезать одному из них горло каким-то клинком. Но… разве свидетели остались бы живы?       — Это же смешно! — он немного повысил голос. Но затем вновь успокоился, понимая, что их могут услышать. — Конечно же нет. Думаешь, мы должны проверить?       — В точку! Собирайтесь. Жду вас на окраине деревни через пятнадцать минут! С помощью шуншина переместился к той самой деревеньке, а затем уселся, свесив ноги на ветке.       — Шуншин! — прошипел бедолага, и начал более спокойно и тихо. — Это она?       Я подошёл ближе к парню и, резко схватив его и дернул ближе к цели. Умело скрываясь под иллюзией.       — Да. И не только она, — взору снова предстало молодое девичье лицо с большими серыми глазами. Девушка сжала большой кусок черной, плотной ткани и накинула его поверх плеч, завязая шнуровку плаща. Произошёл хлопок и она резко обернулась в голубоглазую блондинку.       — Ты сегодня задержалась! — резко обернулся темнокожий мужчина, вставая напротив блондинки.       — Д-да, были некоторые сложности с клиентом. Его люди заплатили не ту сумму, которая была обговорена заранее.       — Ха, ха-ха, — засмеялся мужчина и сплюнул. — Так им и надо. Кстати, сегодня придётся задержаться дольше обычного. Можешь взять кого-то из них себе в помощники. Впрочем это может и не понадобиться. Ведь каждый страшиться этой девчонки.       — А если пуститься слух?       — Мне насрать, твоя главная цель заполучить внимание и почтение. И они в том числе — поведутся, как и многие другие, — он покорно засмеялся и, мягко ступая, удалился прочь.       — Проследи за ним. А я с Наоми посмотрим за самозванкой.       — Есть!       Все втроём бесшумно разошлись. Стряхнув волосами, вошёл в заведение. На лице как всегда маска-хенге. По столикам вояжно рассиживали посетители. Только одни люди из заведения привлекли внимание. И я подобрался ближе, присев за столик в самом углу зала. На посетителях была дорогая одежда, а на столах присутствовал шквал разнообразной еды и дорогой выпивки. Главный человек выглядел как мужчина лет сорока. У него были короткие чёрные волосы и ужасный шрам на правой щеке. А рядом со столом стояли вооруженные ребята. Так называемого протектора в наличии не было, ни у кого, а это значило что они не — шиноби. Шайка обычных бандюганов. Как стервятники. Лишь некоторые из «них» изначально являлись хищниками, но другие употребляли падаль.       — А может, это мои воины слишком расслабились? — мужчина вцепилась пальцами в подлокотник, и вливает в себя полный стакан выпивки. — Ты хоть понимаешь, что моя жизнь в опасности?       — Ик… у вас стоит шесть защитников, вы находитесь под охраной круглые сутки. Зачем вам тогда вообще беспокоиться? Вы как Лорд. Ну а что? Лучше уж подле вас, чем нет, господин.       — Лорд Ёсинобу, — улыбнулся этот человек и расхохотался. — А что? Мне нравиться! Выпьем за это!       Входная дверь стукнула и в забегаловку зашла та самая куноичи. Мужчина вздрогнул, когда та сняла с головы капюшон. Воцарилась тишина.       — Хм… — этот самый мужчина сложил руки на животе, скрыв кисти длинными рукавами, — народ прозвал её «Кровавой лисой». Найти так ни кому её не удалось… — он немного замялся, — говорят, что она давно самоубилась, но… кого я вижу?! Проклятье, не молчи! Говори, ты та самая джинчуурики?       — Зачем вам так много обо мне рассказывать? Может, мне вам язык отрезать?       Если бы она действительно захотела лишить его языка, она бы это сделала.       — Что ты такое говоришь?       — Говорю то, что знаю. И… могу это устроить.       — И они в том числе, — усмехнулся тот и кивнул на блондинку. — Посмотрим, не растеряла ли она свои способности, за столько времени. Чего встали? Приручите нахальную девчонку!       — Мы всё сделаем, — самоуверенно заявили покровители и двинулись к куноичи. А позади той вышел громила, подошёл ближе к одному бандиту и, резко схватив его за лицо, и швырнул в окошко, разбивая стекло. Девушка грустно улыбнулась и прикоснулась тыльной стороной ладони к своей щеке, стирая кровь.       — Кто-то хочет ещё получить?       — Ты не она, — смело заявил закидывая ноги на стол, даже не поворачиваясь на потасовку лицом.       — Ч-что? И кто же я по-твоему?!       Об этом больше не знала ни единая душа из этого места. Весь со стороны можно было только догадываться что эти «шрамики-усики» кто-то назло дорисовал.       — Са-мо-зва-нка, — проговорил по слогам и указал на лицо. — У малышки Минами были шрамики на щеках. Ещё слегка выделялись верхние клыки по бокам. А ещё она не носит юбок, предпочитая зауженные брюки — чёрного цвета. Почему чёрного? Специально для того чтобы не было видно пятен крови на одежде. В её обуви прикрепленные железные пластины, из-за того что после её техник подошва вперёд изнашивается. А ещё, — взмахнул рукой и металлический конец пролетел в сантиметрах от лица самозванки, порезав. — Она всегда начеку, где бы ни была. Применяя облик человека нужно учесть не только как выглядеть, но и как должна вести себя копия.       Её настоящее лицо смог увидеть только тогда, когда её и других сковала железная нить. Наори спрыгнула с потолка и вздохнула, разорванно взяв всех под контроль через глаза.       — Значит… вот по кому тоскует этот шиноби, — девушка начала говорить, с жадностью. Иногда, не желая себя понимать, я заводил эти никчемные глупые разговоры о том, что нужно перестать. Я просто боялся за её жизнь.       Куноичи с каждым словом останавливалась, прежде чем продолжать. Но эти слова было больно слышать.       — Она сама выбрала себе такую жизнь. И… её нет, понимаешь? Она уже мертва! Ками же тебя дери! Сколько уже прошло! Я просто беспокоюсь за тебя Шисуи-шуншин. Позволь себе хоть немного поспать до рассвета!       Но, тут внезапно ворвался Нака с мечами в руках, настроенные не очень-то дружелюбно, каким было у него раньше. Я оглянулся по сторонам и увидел чёрного ворона. Посланника. Пальцу тут же устремились за письмом. Там всего три послания, и лишь на второй перехватило дыхание.       «Саске пробудил шаринган.»       «Поступили детали по поводу Узумаки Минами.»       «Заканчивай миссию, нужно поговорить.»       В глаза с первых секунд засияла надежда. Тем двоих от этого вида становилось только хуже.       — Нака, лучше идём отсюда, по добру…       — Фу-ух, — слегка успокоившись, окинул взглядом своих напарников. — Эй ребятки, куда это вы?       За столько времени они научились подслушивать так, чтобы никто об этом не знал. И вот прямо сейчас…       — С миссией закончили. Теперь домой.       — Брат, — ласково прошептал Нака, — как же я тебя люблю. Наконец-то!       — Надо же, я вот тоже спешу вернуться в клан. Как можно быстрее… понимаете?       Учиха с сединой заглотнул но это было скорее от отчаяния и осознания того, что его ждет неминуемая гибель по дороге. Ведь не зря их командира так прозвали. Его подруга не смотрела на него, предпочитая молчать. Конечно, она не забыла. А разве могла?       — Н-нет! Только не снова! У меня меньше всего чакры! Ох, — наигранно свалился шиноби Листа на колено. — Нога… я кажется подвернул лодыжку, когда спешил с посланием. Вы идите, а я как-нибудь сам, доковыляю.       — Тс… смеешься, ты же ирьёнин? Живо вставай!       — Хочешь, ступай домой, а я… — он одарил жадным взглядом куноичи и улыбнулся, — ненадолго задержусь. Он буквально запрашивал её не идти домой.       — Ну раз Нака не может передвигаться то можно устроить ему отдых.       — Ч-чего?       — Камуи! С помощью шарингана переместил напарника в одно из измерение.       — Наори присмотришь за больным?       — Если он будет там в одиночестве, то зарыдает когда выпустят, — рассмеялась куноичи и сама прыгнула в измерение.       Это была скорее вынужденная мера, чем правда. Но на самом деле ей уже давно нравился друг-детства. Он был единственным, с кем тесно общалась Наори из клана. А Нака по-своему любил эту железную-леди.       Я украдкой посмотрел в зеркало подвешенное у вода в заведение, но восхищения внешний вид не вызвал. На вид был словно бродяга. Не выбритое лицо, кудрявые волосы средней длины, впалые синяки и уставшие чёрные глаза. Я был худощавым, но достаточно высоким.       — Что ж… — окинул себя вновь взглядом, до сих пор не в силах поверить что этот шиноби напротив — я. — Нужно привести себя в порядок. И когда это я перестал ухаживать за собой? Нет на меня старика Сатоши, получил бы за это давным-давно. Надо бы… навестить его могилу.       Обиделся ли он, что давненько не навещал? Как бы трудно не было ходить на кладбище. Я его посещал. Невмоготу шёл среди рядовых надгробий… слышала этот запах… запоминается на всю жизнь, как «запах смерти». Но меня всё продолжает тянуть туда. Найти все знакомые могилы. И остановиться на самой свежей и родной. Все понимают, что души в могиле нет, что там лишь прах, но я считаю своим долгом, приносить к памятнику цветы, стирать с таблички грязь. Безвольно помолчать. Иногда, бывают моменты когда мне хочется поговорить, и я разговариваю. Неторопливо, вначале расскажу парочку смешных историй, затем позволяю себе говорить с ним о чём-то сокровенном.       А перед уходом затаив дыхание и до боли закусив губу, понимал, что мне не хватает этого «строптивого отца». Стало, как-то пусто, как и в жизни, так и на работе. Хватит ли сил дойти до конца?       Решив, что все те мысли, которые пролетели в голове за последние минуты были ерундой, я просто уходил оттуда, не оглядываясь назад.

***

      Солнечные лучи пробивались сквозь густую висящую ткань, тускло освещая небольшую комнату.       — Итачи, пострижёшь мне волосы? — мило улыбнулся, когда красовался у зеркала в его комнате. — Я кстати, побрился. Смотри стал походить на человека! Сам хозяин тяжело выдохнул пряча свой кунай обратно в подсумок.       — Тебя уже предупреждали, не заходить без стука.       — Ну надо же, как только стал главой, так сразу новые правила выставляешь. Может скажешь мне обращаться к тебе Итачи-доно?       — Садись уже! Коротко?       — Не совсем лысым. Убери немного с боков и шеи… о привет Изуми-чан.       — Шисуи-кун, ты так быстро вернулся. Эм… я приготовлю чай, а вы пока поговорите. Она не сводила взгляда с Итачи, наблюдая за каждым его движением, а затем её улыбка ушла, и она вышла, спускаясь вниз до кухни.       — Ну, теперь я тебя слушаю.       — Саске вернулся с первой серьезной миссии в стране Волн. Заказчик умолчал какая шайка бандитов за ним стоит. И понизил свой ранг. Так команда нарвалась на «Демона Тумана — Мамочи Забузу, с ним был подопечный с кеккей-генкаем льда.       — О, тогда ребятня пошла сражаться и там твой брат получил шаринган, ведь так, я думаю?       — Драться-то они пошли, но был там кто-то посильнее мечника Тумана. Это был парень в чёрных балахонах с красными облаками. Брюнет в маске — кицуне.       — И чем же он отличался? Меч получше был?       — Не меч. А глаза. Это был — шаринган. Чистокровный или же нет, ребятне это неизвестно. После их миссии меня, как главу, вызвали в кабинет к Хокаге. Там же стоял отец. Откровенно говоря среди нас объявился «предатель», он ошивается вне Конохи. Очень силён и опасен. Точный возраст — неизвестен. Назвался именем: Менма. Большей информации я не владею, но Хатаке Какаши, сенсей был там, и ничего не смог сделать.       — Мда… нелёгкая ребятам попалась миссия. Никто не пострадал?       — Лишь их самооценка. Ведь этот самый мальчишка, назвал их жалкими слабаками. С одной стороны это хорошо, но с другой… Саске с полигона не выходит. А Наруто вырубается от нехватки сил каждый вечер. Вот и приходиться их оттуда выносить. Кстати, Узумаки ищет встречи с тобой. Чему ты его там обучаешь?       — О, это секрет, но он справиться. Вдруг стало как-то тихо. Слышно лишь кур, отдающими своим: ко-ко, при каждом шаге. К горлу подступил комок.       — По поводу нашей беглянке. Откуда ты узнал информацию о ней? Я как бы не сижу на месте, уже каждую маленькую деревеньку заглянул. Слухи прослушиваю, но так ничего и не обнаружил. Нет стой, подожди, дай мне, подготовиться, может угадаю. Только не говори что её поймали?       — Нет. Я и сам не знаю точно. Тот парень с маской — кицуне, носил её снаряжение. Саске первый приметил неладное. Смотри, — мне скинул на ладони маленького лягушонка. — Узнаешь?       Как это нельзя не узнать. Она день за днём ходила с этим сувениром на катане. И этот особый звук — был только её.       — И?       — Этот парень, знает местоположение Минами. Поймав его мы найдём и её. Сзади появилась обеспокоенная Изуми, она подошла к нам двоим и первым делом положила свою ладонь мне на плече, спрашивая:       — Ты как?       — Да, спасибо, настроение стало немного получше. Мне вдруг захотелось выйти, прости что не останусь на чай. Я могу взять это с собой?       Итачи резко подхватил меня за локоть и замолчал. Ничего не сказал и решил увельнуть от настоящего вопроса.       — Сегодня собрание клана. Ты будешь? Конечно по моему выражению на лице, он знал ответ. Сейчас клан мне не настолько важен. Важные темы мне и так сообщат.       — А у меня есть выбор? — горько усмехнулся, поворачиваясь к окну.       — Ты можешь отказаться. И… если ты снова без ведома уйдешь возникнут ещё больше проблем, чем было в прошлый раз.       — Ну, а кто же еще? — улыбнулся и посмотрел на растерянного парня. — Только так я могу отыскать хоть какие-то следы. Дай мне пару дней, а потом можешь призвать ворона.