Имя твое запретное

Ты идешь, И поверх следов твоих Распускаются васильки. Конечно, тебе не видно. Зато видно мне, Идущему следом. Эвиг Кайт

      Драко удобно растянулся на небольшом диванчике-козетке возле камина. Костюм давно был снят и заменён обычными домашними брюками и толстовкой; он смаковал пирожное, заботливо приготовленное для него Типси, и мычал про себя мелодию Брамса, засевшую у него сегодня в памяти и крутящуюся без конца в голове. Так приятно тянуло в животе при воспоминаниях о сегодняшнем вечере, накатывала слабость в конечностях и хотелось ласкать себя, представляя на месте своей руки чью-то чужую, смуглую и сильную, нежно касающуюся его неуверенным движением. Эти абстрактные крепкие руки гладили его по лицу, мягко массировали шею, спускались на грудь, изучая, ласково двигались ниже и ниже к краю его домашних брюк...       Громкий хлопок аппарации резко выдернул Драко из неги фантазий, заставляя подтянуть брюки и выйти на крыльцо в свете Люмоса. У ворот чётко виднелся тёмный силуэт.       — Кому не спится?! — недовольно поёжился Малфой, но все же переместился к воротам, не без удивления опознав в тёмной фигуре пришедшего своего недавнего партнера по танцам — Гарри Поттера. Драко молча открыл скрипучие ворота, ничем не выдав своего замешательства, впустил незваного гостя и ни на секунду не сомневался, что впустил сейчас не просто посетителя, но неизвестную переменную в свою жизнь.       Только когда они уже были в гостиной, в которой буквально минутами раньше Драко лежал на мягком диванчике, Гарри прервал молчание совершенно обычным тоном:       — Привет, Малф, не потревожил? Ты ещё не спал, надеюсь?       — Нет, Потти, я не спал, — так же буднично ответил Драко. — Чем обязан столь позднему визиту национальной гордости? — прищёлкнул он языком и протянул Гарри бокал красного вина. Тот с удовольствием принял его и, отпив, зажмурился.       — Не зря говорили, что вина из погреба Малфой-мэнора — это почти сокровища Агры.       — Ты пришел обсудить мой винный погреб? — ёрничал хозяин дома, продолжая эту странную игру в невозмутимость.       — Не совсем, — Гарри поставил уже пустой бокал на столик и, не дожидаясь разрешения, сел в кресло возле камина. — Почему ты продаешь мэнор? — спросил он, пристально вглядываясь в лицо собеседника.       Драко удивленно приподнял бровь, явно не ожидая такого вопроса. Он замялся и сел в кресло напротив, отводя взгляд к огню.       — Хочу новый дом. Свой. Где-нибудь у моря. Здесь слишком... — он провел рукой в воздухе, рисуя абстрактный узор. — Слишком много всего для одного меня.       — Но ты ведь не всегда будешь один, — твердо произнес Гарри как само собой разумеющееся.       — Как знать... — медленно ответил Малфой, всё так же глядя в огонь, но, вскинувшись, тут же вышел из задумчивости. — Но я так и не услышал цель твоего визита? Или мир сошел с ума, и ты пришел поболтать со мной обо мне же за бокальчиком винца, Поттер?       — Может, я хочу купить твой мэнор, — как бы между прочим произнес Гарри, но глаза цепко ловили реакцию сидящего напротив.       Драко посмотрел на него изумлённо.       — Ты?! Хочешь купить мой мэнор?! — голос его повысился, а глаза немного округлились. — После всего, что тут произошло? После всего, что я сделал тебе? Ты хочешь купить этот дом?! Но зачем? Зачем, Поттер? Я тебе совершенно точно не друг, мы совсем чужие. С чего бы тебе помогать мне? — он налил себе ещё вина, игнорируя бокал Гарри. — Не понимаю. Что тогда на суде, что потом на балу, и вот сейчас... Ты хочешь купить почти проклятое место, которое я отчаялся кому бы то ни было сбагрить!       Он одним глотком осушил свой бокал и громко стукнул его хрупкой ножкой о столешницу.       — Ты очень однобоко судишь, Малф, — не реагируя на его вспышку раздражения, Гарри встал и сам налил себе ещё вина. — Знаешь, я не раз убеждался, в том, что чувство юмора, нравственный склад, да даже природный запах порой имеют куда более важное значение, чем общие интересы или даже общий набор хромосом. Для меня вот это правильно. И по такой правде нет на свете одиноких людей, есть только не опознавшие своих и оттого вынужденные мыкаться с чужими, — он подошел к Малфою ближе и звякнул своим бокалом об его, уже тоже вновь наполненный и зажатый в хозяйской руке.       — То есть, если я правильно тебя понял, ты считаешь меня «своим», — аккуратно подбирая слова, уточнил Драко, звякнув бокалом о бокал в ответ.       — Сто очков Слизерину! — весело выкрикнул Гарри. — Ты всегда был очень умен, Малфой.       — Ну, допустим, я тебе поверю, хоть это и очень странно и... — Драко мялся. — Странно, в общем! Но зачем тебе мэнор? Что ты будешь с ним делать?       — Если честно, я пока не думал об этом. Просто… И вот тут мы переходим ко второй части, — Гарри загадочно улыбнулся и подошел ещё ближе, заглянул напрямую в глаза Малфоя. В изумленные и оттого показавшиеся ещё более туманными, чем обычно, глаза хозяина этого прекрасного мрачного дома. — Я думаю, ты продаешь дом, чтобы освободиться от прошлого и отправиться в путешествие, о котором говорил мне тогда, у колонн Хогвартса. И я решил просто ускорить процесс своим вмешательством, но, увы, что бы ты там обо мне ни думал, это не безвозмездно. Я кое-чего хочу от тебя, — теперь изумление в серых глазах сменилось страхом, но тут же и страх был смещен заинтересованностью и капелькой ехидства.        «Ох уж этот лисий взгляд, — думал Поттер. — Как часто я видел эту искорку-хитринку в его глазах».       — Возьми меня с собой! — резко выпалил Гарри и легонько ухватил Драко за предплечье. — Я никогда не мог понять, чего хочу, что мне нужно, — продолжал он, — Если честно, кроме военных целей и борьбы я ни разу ничего не планировал, не размышлял о будущем, думая, что его у меня попросту не будет... Но когда мы сидели с тобой там, в этом хаосе и в дыму, я слушал тебя, и мне впервые в жизни захотелось чего-то для себя самого. Захотелось того, о чём ты говорил. Я так ясно всё это представил! Но я не решился бы сам, не такой уж я отчаянный герой, — усмехнулся Поттер. — Так что, Малф? Рванём вместе? Вдвоём проще — и за рулём, и вообще!       Малфой стоял у камина, его рука все ещё была в цепком захвате пальцев Поттера, а зелёные глазищи сверлили его насквозь.        «Ну что за человек! — раздражённо думал Драко, не решаясь ничего ответить и отводя глаза к огню. — Парадоксальный склад ума, странное чувство юмора, полное бесстрашие».       На грани с идиотизмом, какое он и наблюдал в данный момент!       — Вот привязался... — устало выдохнул Малфой, высвобождая свою руку и устало опускаясь в кресло. — А как же твоя невеста, твои поклонники и вся твоя свита? Я не хочу, чтобы за мной гонялись, поди ещё решат, что я тебя похитил!       — Глупости! Я скажу, чтобы не искали. Это будет мой мальчишник, просто немного более долгий, чем бывает обычно, — отмахнулся Поттер.       — Да мы переубиваем друг друга через день! — почти обреченно проныл Малфой. — Ты — ходячая катастрофа! А я терпеть не могу невеж, лентяев и тех, кто очертя голову ломится куда не следует, не удосужившись включить инстинкт самосохранения или мозги!       — Для этого у нас будешь ты! — смеялся Гарри. — А я буду Мистер сила и Мистер внезапность! — уже откровенно хохотал он. — Ну давай, Малф, решайся! Всё взаимовыгодно. В конце концов, если достанем друг друга, просто разъедемся, и все! Я же не прошу тебя Непреложный мне давать...       — И на том спасибо, — фыркнул Драко.       — Боишься, Малфой? — сузил глаза Гарри и с усмешкой посмотрел на него.       — Ещё чего! — подпрыгнул в кресле Малфой. — По рукам! — протянул он ладонь для скрепления этой странной сделки.       Гарри обхватил его руку, и они оба вновь почувствовали теплую волну магической неизбежности — словно сама судьба пробежала по венам из одной руки в другую.       — С тебя деньги за дом. И не копайся со сборами. Много не бери с собой, — наставлял его Драко, что-то прикидывая в уме, возводя глаза к потолку. — А я составлю маршрут, закончу общественные дела и тоже соберусь, — перечислил он.       — О, точно, я и забыл, что ты у нас теперь член совета и прочее... — усмехнулся Гарри.       — Член — это ты Потти, а я мозг совета! — ехидно вернул ему Малфой.       Гарри радужно, весело расхохотался и шлепнул его по плечу.       — Вот увидишь, мы поладим, точно! Послезавтра утром я за тобой заеду, — он поставил бокал на столик и, подмигнув на прощание, продолжая широко улыбаться, аппарировал прямо из мэнора, минуя всю защитную сферу.       — Показушник! — весело хмыкнул в сторону вихря Малфой и довольно потянулся.       Судьба угощала его странным лакомством опасности и интриги, коктейлем из восторга и недоверия. Предчувствие и предвкушение бились в его висках! Снова штурвал его жизни взяли крепкие умелые руки Гарри Поттера, но в этот раз казалось, что это хорошо и правильно, что так и должно быть.       А Гарри, оказавшись в тишине собственного дома, первым делом открыл в комнате окно, впуская свежий воздух, тут же избавляя свое обоняние от сладкого, приторного запаха сандала и миндаля. Он вдохнул чуть прохладный воздух полной грудью, приятная щекотка бегала по всему его телу, ему отчаянно хотелось, чтобы скорее настало послезавтра, и тогда он снова почувствует себя легко и весело, снова возникнет это электрическое напряжение борьбы двух умов, дух соперничества, но теперь такого желанного, интригующего соперничества.       Свободный, уверенный в себе Малфой — это что-то! Его острый ум и язвительный язык теперь обрамляла светлая расположенность, он оставался тем самым действующим на нервы хорем, но в то же время он стал таким гордым, властным и неожиданно открытым. Всё, как тот сам и говорил. После обретения долгожданной свободы, у него открылись шлюзы, и хлынул поток настоящего, истинного Малфоя. И этим новым Малфоем хотелось любоваться, как наконец-то ограненным и заключенным в достойную оправу произведением искусства.       — Будет интересно! — сам себе сказал Гарри и пошёл в спальню, где не без радости обнаружил, что Джинни там нет — видимо, она ушла ночевать к родителям. Это было более чем удачно. Разборок не хотелось, вопросов тоже. Завтра было много дел. Нужно было отдохнуть и собраться.       Впереди его ждала дорога...