Доброй охоты

      В кабинете повисла оглушающая, такая же громкая, как звук выстрела, тишина. Драконы, слетевшиеся на защиту своего главаря или девушки, которая присоединилась к ним совсем недавно, недоуменно разинув рты, толпились у открытой двери. Голубые глаза Вишни, искрящиеся непониманием, бегали от мишени к зажатому в руке Сары пистолету.       — Какого черта?! — Тряхнув кудрявой головой, спросил он.       — Он не поверил, что я умею стрелять. — Сара невинно хлопала глазами.       — Теперь верю. Как и в то, что ты превзошла Вишню в воровстве.       Когда совсем рядом с ним прогремел выстрел, Хилл даже не вздрогнул. Он молча смотрел на девушку, которая открылась для него совершенно по-новому, которая стала еще более притягательной, когда сжимала в своей маленькой ладошке огнестрельное оружие. Его не пугала маленькая Сара О’Нил, умеющая попадать по мишеням или то, что может стоять за желанием этому научиться, это завораживало его, ослепляло и подавляло.       Драконы вышли из кабинета, убедившись, что никому и ничего не угрожает. В комнате повисла тишина, которая теперь была обволакивающей и убаюкивающей. Сара медленно подняла руку вверх и коснулась кончиками пальцев щеки Хилла. Это был мимолетный порыв, который она не хотела в себе убивать. Щетина приятно покалывала нежную кожу подушечек пальцев, горячее дыхание, вырывающееся изо рта Дракона, овевало ее лицо. Хилл замер, чтобы не спугнуть девушку, которая вдруг решилась на этот шаг. Ее тонкие пальцы нежно поглаживали его щеку, а внимательные карие глаза пронзали его насквозь.       — Прости? — Улыбнувшись краешками губ, Сара начала опускать руку, но Хилл перехватил ее пальчики и несильно сжал в своей ладони.       — Не извиняйся. Я тоже хотел этого, но не так.       Хилл будто сидел на пороховой бочке, гадая, взорвется она или нет. И ему это нравилось. Ему нравилось, как Сара из бушующего шторма может в один момент превратиться в легкий бриз. Всего несколько минут назад ее глаза горели холоднокровием, когда она выпускала из дула пистолета пулю, а теперь в этих же глазах плещется нежность и интерес.       У Сары вспотели ладошки. Глядя на Хилла, она невольно вспоминала первое в своей жизни свидание, этих пресловутых бабочек в животе и легкое головокружение, вызванное легким волнением. Она будто снова окунулась в те времена, когда главной проблемой в ее жизни были хорошие оценки и симпатичные футболисты, от которых сходили с ума все девчонки в школе. Сара вдруг почувствовала, как ее сердце распахнулось, впуская в себя новые чувства и желания. Она понимала, что это опасно, что при том образе жизни, который она ведет, возможности выстроить здоровые отношения слишком быстро стремятся к нулю, но истосковавшееся по любви сердце приказывало ей хотя бы попробовать. Она не боялась боли, которую может испытать, если ничего не выйдет, потому что видела все ее грани.       — Сара? — Тихий шепот Дракона заполнил собой все свободное пространство. Девушка словно по наитию подалась вперед, чтобы оказаться как можно ближе к источнику звука и затаила дыхание.       Лицо Хилла теперь было лишь в нескольких сантиметрах от ее лица, Сара могла почувствовать тепло его кожи, могла рассмотреть каждую морщинку в уголках его глаз. Во рту у нее пересохло от волнения, пульс участился, бешено несущаяся по венам кровь грохотала в ушах. Поддавшись искушению, девушка облизнулась и прильнула к губам Хилла с поцелуем. Его губы были мягкими и горячими, а на вкус напоминали Саре крепкие сигареты. Ее язык скользнул по его нижней губе, и Сара задрожала, предчувствуя продолжение, однако Аарон мягко, но настойчиво отстранил девушку, заглядывая в ее глаза.       — Сара… — Он почувствовал боль и страх в этом поцелуе, и поэтому остановил его. Конечно, Хилл сгорал от желания поцеловать ее по-настоящему, ощутить под ладонями ее кожу, изучить ее тело своими прикосновениями, но не так. Он провел большим пальцем по ее нижней губе и выдавил из себя улыбку. — Женщина, вроде тебя, никогда не должна целовать мужчину первой.       Стену из секретов, которая мешала Хиллу отдаться своим чувствам, Сара ощущала всей своей кожей. Она вздохнула, прокручивая в голове свою речь, которую репетировала раз за разом, но никогда не произносила вслух.       — По лицу вижу, что ты хочешь мне что-то сказать.       — Да. Да, хочу. — Глубокий вдох. — То, что я рассказала тебе про своего отца — правда, но только частичная. Меня преследует не только он.       Хилл хмурился, размышляя над тем, чем он смог заслужить столько откровений Сары в один день. Девушка, сидящая рядом, начинала дрожать и нервно хватать ртом воздух, перебирая в голове неприятные воспоминания. Аарон не торопил ее, он терпеливо ждал, пока она соберется с мыслями, чтобы продолжить свой рассказ.       — Человек, которого отец выбрал мне в мужья, оказался зверем. — Сара сглотнула, готовясь вытащить на белый свет грязные тайны своего прошлого. Она понимала, что делает ход, после которого останется перед Хиллом абсолютно беззащитной, но это ее не пугало. — Я не замечала этого до того дня, когда он в первый раз избил меня. Он старательно выстраивал стену, которая скрывала его истинное лицо ото всех, включая меня. На людях мы были идеальной парой — богатые и счастливые, но стоило двери нашего роскошного особняка захлопнуться — он сбрасывал с себя всю доброжелательность и истязал меня. Изо дня в день он внушал мне, что я его собственность, что никто мне не поможет, что я обречена жить так.       — А твоя семья?       — Семья? — Сара насмешливо фыркнула. — О матери я ничего не слышала с момента их развода с отцом, бабушку я не хотела в это втягивать, а отец делал все, чтобы его гребаный бизнес не пошел на дно. Я пришла к нему сразу же, моя разбитая губа и ноющие от пинка в живот ребра гораздо красноречивее меня просили о помощи, но он приказал мне сидеть и помалкивать, а еще не забывать улыбаться. Для родного отца я была лишь средством достижения финансового благополучия, он променял меня на мешок денег и остался доволен исходом сделки. — В ее карих глазах сверкнула настоящая ненависть. — Я продолжила улыбаться и делать вид, что моя жизнь идеальна, пока Кристофер не решил сделать из меня инкубатор для своего наследника. Он хотел, чтобы я родила ему новую жертву или новое чудовище.       Сбежала ли она из-за угрозы, нависшей над ее собственной жизнью, или просто не хотела подвергать опасности чужую — Сара и сама не знала и не хотела знать. Сидя в кабинете, каждый миллиметр которого был пропитан запахом Аарона Хилла, Сара чувствовала, как по ее телу растекается ощущение безопасности.       Дракон до сих пор держал ее за руку, между его бровей пролегла глубокая складка, выдающая его озадаченность, а глаза изучали ее лицо. Все, чего он хотел, когда слышал, как дрожит ее голос, и чувствовал, как ее пальцы сжимаются в кулаки — это спрятать ее, сгрести в охапку и увезти как можно дальше, подарить ей спокойствие. Но он понимал, что те, кто ее преследует, ни за что не отпустят ее просто так.       — Постой-ка. Кристофер? — Вдруг его, словно обухом по голове, ударило имя, которое он совсем недавно видел на страницах документов, украденных из дома Дэвида Моринга. — Кристофер О’Коннелл?       — Да.       Этот простой ответ изменил все. Теперь все козыри были на руках Дракона, и только он один знал, как их разыграет. Саре же оставалось только гадать, достаточно ли зарождающейся у Дракона симпатии к ней для того, чтобы он пошел против одной из самых влиятельных семей штата Мэриленд? Нервно покусывая губы, которые все еще хранили на себе терпкий привкус несостоявшегося поцелуя, Сара отвела взгляд и выдохнула, полностью отдавшись в руки судьбы. Ее тело саднило от воспоминаний, в которые она снова себя окунула, она вспоминала каждый момент из своей семейной жизни, когда лежала на паркете даже не в силах плакать или кричать. Тогда она смиренно принимала все, что с ней происходило, и Кристофер привык к этому. Ее муж не ожидал, что запуганная девушка сможет ударить его в ответ, а удар уже готовился. Сара отводила назад свой кулачок, который уже чесался от желания стереть с лица мужа его мерзкую ухмылку.       Аарон долго молчал, сжимая в своей ладони маленькую ручку Сары, он взвешивал в своей голове все «за» и «против», хотя уже знал, что поможет ей, что не оставит девушку без защиты. Если Хилл объявит войну О’Коннеллам, то банда должна быть на его стороне. Ему нужен надежный тыл и те, кто не побоится замарать руки. Если дело выгорит, то не только Сара обретет долгожданную свободу, но и Драконы смогут расширить сферу своего влияния. Но если они проиграют, то пойдут ко дну все вместе.       — Судя по тому, что я увидел в той папке, которую ты достала, весь наркотрафик Мэриленда проходит через руки Роберта О’Коннелла и его сына. Они связаны с картелем Синалоа, они напрямую взаимодействуют с Мигелем Гальярдо. — Хилл встал, выпустив руку Сары, чтобы достать ту самую папку и сейфа. Быстрым движением он разложил на журнальном столике несколько фотографий, развернув их так, чтобы она смогла все рассмотреть, и вернулся на свое место. — Ты знаешь кого-то из этих людей?       — Это мой отец. — Тонким пальцем Сара указала на мистера О’Нилла и пробежалась глазами по остальным лицам. — Этого я видела на юбилее Роберта вместе с этой девушкой.       — Это Дэвид Моринг и его дочь Адель. Их ты совсем недавно обокрала.       Девушка пропустила мимо ушей новость о том, что она вломилась в дом местного наркобарона. Все ее внимание было приковано к лицам, изображенным на фотографиях.       — Я не помню ее. — Сара указала на Адель.       — Они с братом учились в какой-то частной школе в Лондоне и редко приезжали в Сентфор.       — Крис тоже учился в Лондоне. Вот и связь.       — Ты понимаешь, что мы ввязываемся в настоящую войну, которую вполне можем проиграть?       — Я не могу заставить тебя помогать мне. — Сара устыдилась своего желания втянуть Аарона и Драконов в конфликт, который, по сути, был им не нужен. Оторвавшись от созерцания фотографий, она взглянула на Хилла и замерла — он смотрел на нее со странной улыбкой на губах и качал головой.       — Не можешь. — Хмыкнул он. — Но я сам хочу тебе помочь.              Аарон Хилл, как лидер банды, принял решение, и теперь Драконы находились в состоянии войны. Их оппоненты еще не представляли, что против них плетут настоящий заговор. К Саре и Аарону в кабинете присоединились Вишня, Майкл Тернер и мужчина по имени Роджер, от одного вида которого у Сары по позвоночнику пробегал холодок. Несколько глубоких уродливых шрамов тянулись слева направо через все лицо, губы были искривлены в устрашающей усмешке, холодные, ничего не выражающие глаза ощупывали лицо Сары.       Неосознанно Сара прижималась к Аарону, пытаясь сбежать от этого холодящего кровь взгляда, чем откровенно забавляла Роджера. Он производил впечатление абсолютно отмороженного психопата, и Сара узнавала в нем своего мужа. Радовало только то, что этот псих был на ее стороне. Мужчины планировали, как будут вести войну, обсуждали слабости своих противников, на которых могут сыграть, и обдумывали, как им спрятать Сару, вцепившуюся в руку Хилла мертвой хваткой.       — Ты обращалась в полицию, Принцесса?       — Неофициально. — Выдавила из себя Сара ответ на вопрос Вишни.       — Так-так-так. — Протянул кудрявый брюнет. — Неужели наш маленький коп Никсон согласился запятнать честь мундира?       — Только ему этого не говори. — Сара не могла сдержать улыбки, когда смотрела на довольное лицо Вишни.       — И что ты у него попросила?       — Мне нужна информация, и Дерек может найти ее в полицейских архивах. — Девушка пожала плечами, забыв о пугающем ее Роджере.       — Будем работать с копами? Это что-то новенькое. — Вопреки ожиданиям Сары, голос Роджера оказался приятным. В нем сквозили убаюкивающие, усыпляющие опасения нотки, он обволакивал, проникал в сознание, распространялся по телу, убивал страх. С таким голосом можно без труда втереться в доверие жертвы прежде, чем перерезать ей глотку.       — Ты сможешь договориться о встрече, Сара? — Хилл сжал ее руку, привлекая внимание к себе.       — С Дереком?       — Да. Будем только я, ты и Вишня.       — Когда?       — Через неделю. Нам нужно еще проработать пару вопросов.       — Например?       — Например, где мы спрячем тебя и твою бабушку. Ей нельзя оставаться в городе, а тебе нельзя оставаться в ее доме.       — Я сниму себе квартиру, если ты заплатишь мне вперед. А бабушку я попрошу съездить в гости к ее, скажем, подруге в Иллинойс.       — Она согласится?       — Шутишь? Какая ирландская женщина откажется от бриджа и виски с подругой?       Механизм пришел в движение. На стороне Сары теперь была целая банда, во главе которой стоял такой притягательный Аарон Хилл, и один полицейский-отступник. У Сары появился шанс на спасение, и она не собиралась его упускать.