Взгляни в мои глаза

      Большую часть оставшихся от каникул дней Гарри провел в размышлениях о том, что же произошло с ним в Лютном переулке. Если бы он тогда повернул за угол, лоб в лоб столкнулся бы с Пожирателями смерти. Но что-то ему помешало… или кто-то. Тот незнакомец в плаще с капюшоном. Гарри вспомнил взгляд зеленых глаз, и по спине пробежал холодок.       — Ты чего? — Гермиона заметила, как ее друг передернул плечами, и теперь, отложив книгу, которую она перед этим читала, в сторону, с подозрением вглядывалась в его лицо. — Опять шрам?       Гарри хотел было отрицательно качнуть головой, но, опасаясь новых расспросов, утвердительно кивнул. Он рассказал друзьям о происшествии в Лютном переулке, после чего еще с полчаса выслушивал гневную тираду Гермионы о своей безответственности и наплевательскому отношению к собственной безопасности. А предположение Гарри о том, что Малфой стал Пожирателем смерти, как и его отец, явно не нашло отклика у его друзей. Так что теперь Гарри предпочитал держать размышления на эту тему при себе.       — Тебе нужно рассказать об этом Дамблдору, — наставительно проговорила Гермиона, снова опуская глаза в книгу. — Как только прибудем в Хогвартс.       Гарри невольно бросил взгляд в окно их купе. Они как раз проезжали вересковые пустоши — верный признак скорого прибытия в Хогвартс. Солнце уже почти скрылось за горизонтом, и в поезде зажгли фонари.       Внезапно в коридоре послышался чей-то недовольный голос, а через пару секунд дверь купе открылась, впуская недовольного Невилла Долгопупса. Следом за ним как всегда невозмутимая вплыла Полумна Лавгуд.       — Как же я его ненавижу, — недовольно буркнул Невилл, плюхаясь на сидение рядом с уминающим сладкую тянучку Роном.       — Кого? — не слишком внятно спросил тот.       — Забини. Наскочил на меня в коридоре, так я еще и виноват, видите ли.       После событий в Отделе тайн в прошлом году, Невилл явно стал чувствовать себя уверенней. Но, похоже, дать отпор старому обидчику всё же не получилось, хотя его взгляд до сих пор воинственно горел.       — Небось опять засядет в купе с Малфоем. Тот всю дорогу оттуда не выходит, хотя должен следить за порядком в поезде. Он ведь староста.       — Не выходил из купе?       Гарри невольно встрепенулся. Если незаметно туда пробраться, кто знает, что можно увидеть и услышать? Правда, времени осталось всего ничего, до станции Хогсмид не больше получаса пути, судя по безлюдным пейзажам за окном, но, раз никто не хочет принимать подозрения Гарри всерьез, надо самому потрудиться, чтобы раздобыть доказательства.       — Гарри, ты чего? — Невилл с явным недоумением смотрел, как друг роется в своем чемодане.       Через минуту Гарри достал мантию-невидимку и тут же накинул на себя, полностью исчезая.       — Увидимся позже, — кинул он друзьям, выскакивая в коридор. Кажется, Гермиона что-то крикнула ему вслед, но он не стал слушать.       В коридоре практически никого не осталось. Почти все разошлись по своим купе переодеться в школьные мантии и собрать вещи. Гарри старался держаться поближе к Забини, насколько это возможно было сделать, не касаясь его, и все-таки не успел проскользнуть за ним в купе. Забини уже начал закрывать дверь; Гарри быстро подставил ногу, не давая ей задвинуться до конца.       — Да что с ней такое? — разозлился Забини, дергая раздвижную дверь и каждый раз натыкаясь на невидимую ногу Гарри.       Гарри схватился за дверь и толкнул изо всех сил. Забини, все еще державшийся за ручку, повалился на колени к Грегори Гойлу, началась свалка. Гарри под шумок шмыгнул в купе и, подтянувшись на руках, забрался на багажную полку. Очень удачно; что как раз в этот момент Гойл и Забини сцепились друг с другом, а остальные смотрели на них, — Гарри был совершенно уверен, что его ноги высунулись из-под мантии. На какое-то ужасное мгновение ему даже показалось, что Малфой провожает взглядом его кроссовку, взлетающую вверх, но тут Гойл захлопнул наконец дверь и спихнул с себя Забини. Растрепанный и недовольный Забини рухнул на сиденье, Винсент Крэбб вернулся к своим комиксам, а Малфой, посмеиваясь, улегся на два сиденья сразу, положив голову на колени Пэнси Паркинсон. Гарри на полке скрючился под мантией, подоткнув ее под себя со всех сторон, и стал смотреть, как Пэнси Паркинсон перебирает прилизанные белобрысые волосы Малфоя с такой самодовольной улыбкой, словно другие девчонки только и мечтали бы оказаться на ее месте. Качающаяся под потолком лампа ярко освещала эту сцену, Гарри свободно мог прочесть каждое слово в комиксах, которые читал Гойл прямо под ним.       — Где тебя носило? — недовольно бросил Малфой.       — Столкнулся в соседнем вагоне с новым профессором — Горацием Слизнортом, — пожал плечами Забини. — Расспрашивал меня про студентов. Похоже его интересуют те, у кого знаменитые родители, и еще кто сам хорошо учится.       — Слизнорт этим знаменит, — хмыкнул Малфой. — Отец про него рассказывал.       — Про твоего отца он тоже спрашивал, — вспомнил Забини. — Но кажется, ему не понравилось, что твоего отца… — он запнулся, — ну, это… арестовали. По-моему, Слизнорта не привлекают Пожиратели смерти.       Малфой явно разозлился, но выдавил из себя исключительно невеселый смешок       — Да кому вообще интересно, что его привлекает? Кто он, в сущности, такой? Просто дурацкий учителишка. — Малфой демонстративно зевнул. — Я о чем — может, в будущем году меня и в Хогвартсе-то не будет, так какая мне разница, как ко мне относится какой-то толстый старикан, обломок дряхлого прошлого?       — Как это — в будущем году тебя не будет в Хогвартсе? — возмутилась Пэнси и даже прекратила ухаживать за волосами Малфоя.       — Да так уж, кто знает, — ответил Малфой со слабым намеком на самодовольную улыбочку, — может быть, я… ну… пойду дальше, буду заниматься более важными вещами.       Скорчившись под мантией-невидимкой на багажной полке, Гарри почувствовал, как у него заколотилось сердце. Что скажут на это Рон и Гермиона? Крэбб и Гойл вытаращились на Малфоя, разинув рты; как видно, они не подозревали о его планах заняться более важными вещами. Даже Забини позволил любопытству отразиться на своем красивом лице. Пэнси снова принялась медленно поглаживать Малфоя по волосам, вид у нее был ошеломленный.       — Ты говоришь… о нем?.       Малфой пожал плечами:       — Мама хочет, чтобы я закончил школу, но я лично считаю, что это теперь не так уж важно. Ну, подумайте сами… когда Темный Лорд придет к власти, разве для него будет иметь значение, кто сколько сдал СОВ и какие у кого оценки по ЖАБА? Да нет, конечно… Он будет смотреть, кто как ему служил, кто больше был ему предан…       — И ты думаешь, что можешь как-то послужить ему? — с убийственной иронией поинтересовался Забини. — В шестнадцать лет, даже еще не закончив школу?       — Я же только что об этом говорил, нет? Может быть, для него не имеет значения, закончил я школу или не закончил. Может быть, для того, что он мне поручил, совсем не требуется свидетельства об образовании, — тихо сказал Малфой.       Крэбб и Гойл сидели с разинутыми ртами, словно горгульи. Пэнси смотрела на Малфоя чуть ли не со священным трепетом.       — Уже видно Хогвартс. — Малфой, явно наслаждаясь произведенным эффектом, показал в темноту за окном. — Пора надевать мантии.       Гарри неотрывно смотрел на Малфоя и потому не заметил, как Гойл потянулся за своим чемоданом; чемодан, сползая с полки, больно стукнул Гарри в висок. Он невольно охнул, и Малфой сразу посмотрел на багажную полку, задумчиво сдвинув брови. Гарри не боялся Малфоя, но все-таки ему не хотелось быть застигнутым с мантией-невидимкой посреди компании недружелюбно настроенных слизеринцев. Он осторожно вытащил волшебную палочку, стараясь, чтобы мантия при этом не сбилась, и стал ждать, затаив дыхание. К счастью, Малфой, видимо, решил, что ему послышалось. Он вместе с остальными натянул на себя мантию, запер чемодан, а когда поезд начал рывками замедлять ход, застегнул у горла новенький плотный дорожный плащ.       Гарри видел, как коридор понемногу наполняется народом, и тихо надеялся, что Рон и Гермиона вынесут на платформу его вещи. Сам он не мог сдвинуться с места, пока все не уйдут из купе. Наконец поезд дернулся в последний раз и остановился. Гойл открыл дверь и вышел, расталкивая толпу второкурсников. Крэбб и Забини поспешили за ним.       — Ты иди, — сказал Малфой Пэнси Паркинсон, которая поджидала его, протянув руку, как будто надеялась, что они возьмутся за руки. — Мне тут нужно кое-что проверить.       Пэнси ушла. Теперь в купе остались только Гарри и Малфой. Ученики проходили мимо, один за другим спускались на темную платформу. Малфой подошел к двери и опустил шторки. Теперь из коридора не было видно, что происходит в купе. Потом он наклонился и снова отпер свой чемодан. Гарри перегнулся через край багажной полки, сердце у него стучало все быстрее. Что такое Малфой хочет скрыть от Пэнси? Неужели Гарри сейчас увидит тот таинственный предмет, который так необходимо было починить?       — Петрификус Тоталус!       Без всякого предупреждения Малфой нацелил волшебную палочку на Гарри, и того мгновенно парализовало. Словно в замедленном кино он свалился с багажной полки и грохнулся на пол, так что все купе задрожало. Он лежал у ног Малфоя, мантия-невидимка распахнулась и почти вся оказалась под ним, так что он остался на виду, как был, с нелепо поджатыми ногами. Он не мог пошевелиться, мог только смотреть, не мигая, на своего врага.       — Не может быть, — кажется, Малфой сам был удивлен, что Гарри действительно оказался на багажной полке. — Он был прав, — едва слышно пробормотал Драко, и выражение удивления на его лице быстро сменилось ликованием. — Что ж, Поттер, пора преподать тебе урок.       И он с силой ударил Гарри ногой в лицо. Гарри почувствовал, как у него хрустнул нос, кровь брызнула фонтаном.       — Это тебе за моего отца… А теперь…       Малфой распахнул дверцу купе и выглянул в коридор, чтобы убедиться, что кроме них двоих в вагоне никого нет. После этого он отлевитировал неспособного двигаться Гарри в купе напротив и, накрыв его мантией-невидимкой, оставил лежать на полу.       — Вряд ли тебя найдут раньше, чем поезд вернется в Лондон, — тихо проговорил он. — Увидимся, Поттер… А может, и не увидимся.       И, не забыв по дороге наступить на пальцы Гарри, Малфой вышел из купе. Гарри мог видеть сквозь дверное окно, как Малфой обернулся, словно пытаясь рассмотреть что-то в дальнем конце коридора, а потом резко развернулся и скрылся в противоположном направлении, волоча за собой чемодан.

***

      Гарри не мог пошевелить ни одним мускулом. Он лежал под мантией-невидимкой, чувствуя, как кровь хлещет из сломанного носа, горячая и мокрая, и заливает лицо. В коридоре было совсем тихо, и лишь с платформы доносились затихающие в отдалении голоса студентов. Рон и Гермиона должно быть решили, что он сошел с поезда, не дожидаясь их. К тому времени, когда они доберутся до Хогвартса, займут места в Большом зале, несколько раз осмотрят гриффиндорский стол и наконец поймут, что Гарри здесь нет, он, несомненно, будет уже на полдороге к Лондону.       Он попытался издать какой-нибудь звук, хотя бы захрипеть, но не смог. Тогда он вспомнил, что некоторые волшебники, такие, как Дамблдор, умеют колдовать, не произнося заклинания вслух, попытался призвать к себе выпавшую из руки волшебную палочку, мысленно повторяя: «Акцио, волшебная палочка!» — но ничего не получилось.       Поезд дернулся. Пол начал вибрировать — это ожил, взревев, паровоз. «Хогвартс-экспресс» отправлялся в обратный путь, и никто не знал, что Гарри остался в вагоне…       Вдруг в коридоре раздались чьи-то приглушенные шаги, и сквозь стекло двери Гарри увидел знакомый профиль Тонкс. Он был так рад ее видеть, что забыл удивиться откуда она вообще взялась в Хогвартс-экспрессе. Девушка быстро бросила взгляд на дверь купе, где Малфой изначально обездвижил Гарри, но после секундного колебания, распахнула дверь купе напротив. Гарри почувствовал, что мантия-невидимка слетела с него, а затем сверкнула вспышка красного света, и к Гарри вернулась способность двигаться. Он приподнялся, упираясь в пол, сел, приняв более достойную позу, наспех вытер кровь с лица тыльной стороной ладони, поднял голову и взглянул на Тонкс. Она быстро складывала его мантию-невидимку, поглядывая в окно, по ту сторону которого перрон уже начал потихоньку двигаться.       — Давай-ка двигать отсюда поскорее, — она помогла Гарри встать и потянула прочь из купе. — Придется прыгать.       Гарри выскочил за ней в коридор. Тонкс распахнула вагонную дверь — платформа скользила всё быстрее, — поезд набирал ход.       — Не отставай, — крикнула она и первой спрыгнула на перрон. Гарри прыгнул следом, слегка покачнулся, приземляясь, но сразу выпрямился. Последние вагоны проносились мимо, и на мгновение ему показалось, что с другой стороны платформы, меж проносящихся мимо вагонов, мелькнула фигура в черном плаще с капюшоном. Гарри вновь охватило то самое необъяснимое чувство, овладевшее им в проулке у лавки «Горбин и Бэрк», словно некто видел его насквозь. Но всё это длилось лишь секунду. Сверкающий алый паровоз, разгоняясь все быстрее, исчезает за поворотом, и Гарри смог убедиться, что платформа по ту сторону путей пуста.       — Идем, — потянула его за рукав рубашки Тонкс.       Прохладный ночной воздух приятно холодил разбитый нос. Тонкс смотрела на него; Гарри было неловко и страшно досадно, что она нашла его в таком идиотском виде. Нимфадора молча протянула ему мантию-невидимку.       — Кто это сделал?       — Драко Малфой, — с горечью ответил Гарри. — Спасибо, что… В общем, спасибо.       — Не за что, — без улыбки сказала Тонкс. Насколько Гарри мог разглядеть в темноте, всегда яркие волосы ее сейчас имели тусклый мышиный цвет. — Постой минутку спокойно, я поправлю тебе нос.       Эта идея Гарри не очень вдохновила. Он рассчитывал заглянуть в больничное крыло к мадам Помфри, которой больше доверял по части исцеляющих заклинаний, но говорить об этом ему показалось неудобно, так что он встал неподвижно и зажмурил глаза.       — Эпискеи! — произнесла Тонкс.       Носу Гарри вдруг стало очень жарко и тут же — очень холодно. Гарри поднял руку и осторожно пощупал нос. Вроде все было в порядке.       — Спасибо большое!       Тонкс взмахнула волшебной палочкой; из палочки вылетело огромное серебристое четвероногое существо и умчалось в ночь.       — Это был Патронус? — спросил Гарри. Он уже видел раньше, как Дамблдор передавал сообщения таким способом.       — Да, я хочу дать знать в замок, что ты со мной, чтобы они не беспокоились. Идем, не стоит тянуть.       Они зашагали по аллее, ведущей к школе.       — Как вы меня нашли?       К его удивлению Тонкс задумчиво нахмурилась.       — Я заметила, что ты не сходил с поезда, и знала, что у тебя есть эта мантия. Подумала, что ты зачем-то спрятался. Увидела купе с задернутыми шторками и решила проверить.       — Но ведь я лежал в соседнем, а в купе Малфоя вы даже не заглянули.       — Верно, — кивнула Тонкс, и брови ее совсем сошлись на переносице в сплошную линию, отчего Гарри она напомнила профессора МакГонагалл, так что он даже невольно передернул плечами. — Когда я входила в вагон, услышала голос у себя за спиной, говорящий, что ты в купе напротив. Но когда я оглянулась, позади никого не было. Но всё оказалось правдой, ты действительно был в соседнем купе.       Гарри на мгновение представил, как Тонкс заглядывает в купе Малфоя, не находит там Гарри и уходит, а поезд увозит его назад в Лондон. От одной лишь мысли ему вновь сделалось страшно. И в тоже время он ощутил необъяснимую тревогу.       — А что вы вообще здесь делаете? — спросил Гарри, стремясь сменить тему и тем самым отвлечься от ненужных мыслей.       — Я теперь постоянно здесь дежурю, в Хогсмиде. Дополнительная охрана школы, — объяснила Тонкс.       — Только вы одна дежурите, или…       — Нет, еще Праудфут, Сэвидж и Долиш.       — Долиш — это тот мракоборец, которого Дамблдор оглушил в прошлом году?       — Он самый.       Гарри помнил этого волшебника. Он сопровождал Фаджа, когда тот явился арестовать Дамблдора после того, как Амбридж раскрыла место сборов Отряда Дамблдора. Гарри он еще тогда не понравился.       Они брели по темной, пустынной дороге, следуя за свежими следами от колес. Раньше Гарри всегда проезжал здесь в карете, и сейчас в первый раз заметил, как далеко до школы от станции в Хогсмиде. Наконец он с облегчением увидел высокие каменные столбы по обе стороны ворот с фигурами крылатых вепрей наверху. Ворота оказались закрыты, но почти сразу же вдали, у подножия замка, показался раскачивающийся фонарь. Гарри, замерз, устал и проголодался, так что был рад увидеть даже Филча, лишь бы попасть поскорее в замок.       Но когда мерцающий желтый огонек был уже футах в десяти от них, Гарри вдруг с отвращением узнал озаренные светом фонаря крючковатый нос и длинные сальные черные волосы.       К ним приближался Северус Снейп.