I can be your new addiction

«Вину мою поглотит время, преступления мои забудутся. Но любовь моя не умрёт никогда». Манон Леско, опера Пуччини. Они вернулись спустя месяц из отпуска. Отдохнувшие, набравшиеся сил, насытившиеся вдоволь друг другом и тем спокойствием, которое раньше им обоим было недоступно. Братислава, как Настя Сергею и расписывала, оказалась гостеприимной маленькой столицей, единственной в мире граничащей сразу с двумя государствами — Австрией и Венгрией. Сегодня это сравнительно недорогой и беспафосный город, но когда-то в нем проходили пышные коронации, о которых чета Разумовских успела послушать в качестве туристов на нескольких экскурсиях. В таковых, к слову, не было абсолютно никакого недостатка: в Братиславе масса дворцов, церквей, музеев и памятных мест, посещение которых захватило уже больше самого Сергея. Приятный старый центр влюбил его в себя своими двумя главными площадями и пронизывающими город извилистыми улочками, по которым они с его уже законной супругой бродили после захода солнца. Один раз они даже отъезжали немного подальше от города к востоку, где можно было увидеть фермы, виноградники, сельские поля и крошечные деревеньки. Счёт памятным фотографиям уже тогда перевалил за сотню. Была у них поездка и к западу от города, когда в нем самом они на большую часть всё посмотрели — в горный парк, находившийся на холме высотой 260 метров над уровнем моря. Это один из самых интересных парков словацкой столицы, больше напоминающий девственный, нетронутый человеком лес. Зрелище было захватывающим, в особенности его продолжение (романтичнее придумать было нельзя): ночь, звёздное, покрытое молочной дымкой небо, купленная бутылка вина на двоих вместе с корзинкой для пикника и брошенная возле дерева машина. Они захватили с Настей красный мягкий клетчатый плед, расстелили его возле осеннившего холм раскидистого дуба и решили там заночевать на самой вершине, возле одной из смотровых площадок. К их счастью, несмотря на проходившее с июня по август «культурное лето», никто их так и не потревожил. Разве что наличие экономического института под боком, про который Настя нередко шутила. Не исключили они и прогулку по голубому величественному Дунаю — к крепости Девин, с открывающимся умиротворяющим видом на Малые Карпаты. На вершине замка Настя потеряла свой шарф, когда они пытались рассмотреть Австрию и впадающую в Дунай Мораву с высоты птичьего полёта. Сергею было жалко, ведь он сам его ей подарил, но Твердынская не выглядела сильно расстроившейся. Полученные впечатления стоили такой мизерной платы. Интересен район Девин был и своими винами из смородины, которые они успели перепробовать в большом количестве. Одна из особо понравившихся бутылок была куплена Олегу в подарок. Для Леры, пускай они и не были знакомы, Настя прикупила расписной жёлто-голубой платок. В общем и целом Братислава, как пешеходный город, оставила после себя уютные впечатления. Центр его, один из самых маленьких в европейских столицах, они прошли из конца в конец за несколько минут, и тот весь был закрыт для автомобильного движения. Первое время спать без гудения машин вокруг, в тишине, нарушаемой лишь тёплым дыханием супруги, было непривычно, но очень-очень сладко. Поднималась чета Разумовских и к Братиславскому замку, который не так давно реконструировали, полюбовались собором Святого Мартина, чью колокольню видно в городе отовсюду, и заглянули во францисканскую церковь, оценив "пышность" её интерьера. За месяц Сергей и Настя успели изучить всё, что было им доступно и не очень. А потом они схватили старую красную Альфа Ромео с откидным верхом и сорвались в слепящих лучах солнца в Вену и Будапешт. Под срывающую все покровы музыку ветра, оба в белом и черных солнцезащитных очках — в те мгновения они чувствовали себя бессмертными. Хемингуэй писал, что именно в этом заключается суть любви. Когда любимый человек помогает забыть хотя бы на мгновение о смерти. Хотелось ли им возвращаться после в Петербург? И скучали ли они по нему? Несмотря на всю прелесть отдыха, он хорош и прекрасен именно тогда, когда его в меру. Избыток вкуса убивает вкус, и с отдыхом действовало то же самое правило. Настя успела заскучать по компании Игоря и по нему самому, по Олегу, даже по работе, хотя о ней думать рядом с Сергеем не получалось. Кроме него думать о чем-либо постороннем вообще было тяжело. Сергей тоже скучал по родному городу, но думал об этом лишь в последний день отпуска — пока была возможность с Настей как можно дольше не расставаться и побыть вместе (только вдвоём), он ею вдоволь наслаждался. Все тревоги и мысли о будущем потом, для него в ту пору существовало лишь здесь и сейчас. По возвращению Олегу и Лере предстала неприлично влюблённая веселая слегка загоревшая чета Разумовских, полная впечатлений, которыми хотелось поделиться — противоположность уставшим Макаровой и Волкову, лишенных их праздного энтузиазма. — Что ж, Лерочка, можешь не говорить, как скучала по мне, я знаю, что очень сильно. — Сергей говорил об этом так убеждённо, что полностью идущее в разрез с его словами убийственное лицо Леры вызвало у Насти смех, который она деликатно замаскировала под покашливание в кулак. — Но я был вынужден уехать, потому как… Дела супружеские обязывали. — Нежно одарив Настю взглядом и положив ладонь на её спину, Разумовский решительно подтолкнул супругу к столу, возле которого Макарова и стояла. — Это моя жена, Анастасия Твердынская. Ещё в отпуске Сергей с Настей договорились, что пока раскрывать её новую фамилию никому не будут. Безопасность всё ещё стояла у обоих в приоритете, поэтому со сменой придётся повременить. Однако даже мысленно называть супругу про себя «Разумовской» было невероятно приятно. Они с Лерой не почувствовали никакого напряжение между друг другом, когда их представили. Макарова, кажется, не без львиной доли удивления во взгляде рассматривала её, как будто наличие жены у Сергея само по себе было фактом фантастическим. Настя рассматривала её с не меньшим любопытством в ответ: тренированное тело, светлые короткие волосы, высокий рост и лучащиеся особым свечением карие глаза. Лерочка была очень красивой. — Здравствуй, Лера. Меня зовут Настя. Рада знакомству с тобой. — Настя протянула ей руку для рукопожатия. — Вы… Анастасия Твердынская? — неверящим тоном спросила тихо Макарова, бодро схватившись за женскую ладонь. — Из компании «Юнит»? — Да, она самая. Моя слава идёт впереди меня, да? — Настя тихо рассмеялась, несколько неловко щурясь. Сергей наблюдал за знакомством девочек с горящими глазами, всеми фибрами души лишь желая, чтобы оно прошло успешно. — Я много про вас читала в «Бизнес-Россие». Никогда не думала, что познакомлюсь лично, но… Я тоже рада знакомству. — Это взаимно, Лер. Мы здесь вроде одной команды теперь, так что успеем узнать друг друга получше. — Женская узкая ладонь с длинными аккуратными пальцами сжала плечо Леры, и та слегка вздрогнула. Руки у Анастасии были ледяными, несмотря на то, что в квартире было довольно-таки тепло. Настя ловила на себе часто изучающие взгляды со стороны Леры. Словно Макарова то и дело задавалась вопросом, что же было и с ней не так, раз она затесалась в компании бывшего наёмника и международного террориста, являясь, к тому же, ещё и женой последнего. Это недоверие и боязнь Насте были понятны, ведь Лера до конца её не знала. Им лишь предстояло друг к другу притереться, и Твердынская возвела намерение сделать рабочие условия для Макаровой хотя бы приемлемыми в ряд первостепенных. К сожалению, на деле со своим бизнесом это было не так уж и легко. Круговорот будней в их команде закрутился очень быстро. Лера продолжала тренироваться, Настя — отлаживать бизнес, Сергей и Олег хлопотать над проектом возвращения Чумного Доктора в ряды местных «Мстителей». Когда она вернулась, Лиля буквально накинулась на неё с жадными расспросами, что это был за неожиданный отъезд, рассказом как ей было тяжело без босса под боком и списком, сколько Насте предстояло разгрести. Не то чтобы всё окончательно встало на стоп, но Твердынская осознавала, что все важные решения в компании не принимались, законсервировавшись до её возвращения. — С маркировкой разобрались? Что там с последним вышедшим законом? Обновления в законодательстве смотрела? В смысле, с поставками проблемы? Ах, соедини меня с ними, пожалуйста. Да, Лиль, кофе будет нужен. Неси сразу же две чашки. — Откинувшись глубже в кресло, Настя провела ладонями по лицу. Ожидаемо работы после столь длительного отсутствия было вагон и малая тележка. — Наааасть! Ой, то есть Анастасия Филипповна! — Настя тихо усмехнулась. Они так привыкли в кафе и компании Игоря обращаться друг к другу по именам, что Лиля иной раз могла забыть про официально-деловую этику их отношений как между секретарём и боссом. И всё же Настя прощала ей эти маленькие проколы, поскольку Абраменко справлялась со своей работой блестяще для бывшей официантки «Райдо». — Регистрацию новых поставок нужно оформить. — Откуда будет идти продукт? — К вам напрашиваются на встречу партнёры из Индии. Полагаю, оттуда и будет. Хотят зарегистрировать редкое лекарство у нас. — Наметь встречу на четверг, пожалуйста. Помимо разборок с застрявшими на таможне поставками на Настю свалилось ещё и оформление регистрационного досье жизненно-важного лекарства и паспорта сделки. Радовало хоть, что НДС платить им тогда не придётся. Как бы ей ни хотелось помочь Лере почувствовать себя более комфортно в их компании, нужно было для начала разобраться со своими делами. Не хватало ещё, чтобы налоговая сочла их с возможным выходом в -97 миллионов молодым предприятием, которое не справляется и обанкротила компанию. Не ради этого Настя столько лет старалась вывести их на приличную оборотку. Нужно было сосредоточиться, решить проблемы со встречами и заплатить людям деньги. Первое время было тяжело, что говорить. В особенности, когда Лиля заметила кольцо у неё на пальце и вопросов о поездке из десяти на дню перевалило за двадцать, а то и тридцать. Частое отсутствие Насти в «Райдо» хотелось обусловить тем, что она много работала и брала работу на дом, а не тем, что она ездила от всех подальше на тайную квартиру к мужу, но в один момент Лиля подловила её на том, что, когда приехала к Твердынской прямиком на квартиру, той дома не оказалось. Выходом из ситуации стала попытка ночевать иногда и у себя, но такой расклад уже не устроил Сергея — он и без того не видел супругу большую часть дня, жутко тосковал по ней и буквально давил в себе желание сорваться к Насте на работу (что было в корне неразумно и глупо, и он это понимал, но ничего не мог с собой поделать. Поэтому вечера он на законной основе хотел проводить с ней! Как и совместные ночи тоже). Стало вопросом времени, когда к вопросам Лили добавятся вопросы со стороны Игоря. Когда к Абраменко подключился ещё и Гром, он в очередной раз задушевно начал читать ей мораль, мол, неправильно без продыху сидеть постоянно работать и закрываться от всех, так ведь можно и головой тронуться, а Насте только полгода как стало лучше, и прочее, прочее, прочее. И Настя просто не выдержала. Ей казалось, она была готова вести жизнь на два дома, но когда тебя дёргают со всех сторон, ты можешь в один момент взорваться. Индусы — очень милые люди, но не когда вы ведёте с ними переговоры. Мало того, что все денежные траты они хотят скинуть на вас, так ещё и их особенность «индийского английского» ввергает в пучину безысходности и отчаяния. Ладно ещё Настя, она знала язык хорошо, но даже с её знаниями половина из речи мистера Чоудари заставляла нейроны нервно коротить в её уставшей голове. Они сошлись на том, что его компания тоже должна будет дать деньги для дальнейшего сотрудничества, иначе о заключении сделки не могло идти и речи. Мистер Чоудари выглядел оскорблённым (и, что более важно, расстроенным тем, что русские не уступили ему), обещал переговорить со своими людьми и повторно назначил встречу. Кажется, уже четвёртую, если подсчёты Лили были верны. Потом Абраменко опять затянула свою волынку, что Насте нужен отдых. Отдых-то, быть может, ей и был нужен, но от настойчивых попыток Лили засунуть нос в её личные дела. Естественно, Твердынская понимала, что, как хороший друг, она, как и Игорь, переживала за неё. Но когда забота выходила из ненавязчивой в степень назойливой, Настю это начинало раздражать. Вот её и прорвало в очередной их разговор, в котором фигурировали ребята из «Райдо», кино и вопрос, куда Настя из своей квартиры девается. — Ты явно не делаешь ремонт, можешь даже не пытаться пудрить мне мозги. Вадик твой, что ли, вернулся? — Во-первых, он давно уже не мой, во-вторых, Боже, Лиля, я с удовольствием с вами схожу вечером куда-нибудь, но только если ты перестанешь пилить мне мозги. — Сдувая растрёпанные светлые волосы с лица, Настя кинула полыхнувший взгляд в сторону подруги. — Я тебя не пилю, просто хочу точно знать, что у тебя всё в порядке. — Сбавив наконец обороты, Лиля неловко прижала к себе планшет с её расписанием на день. «Заговорила словами Игоря, господи», — Настя про себя тихо застонала. — До своей поездки в Испанию ты просто была… Другой. А сейчас ты как будто… Изменилась. И в лучшую сторону, и в то же время нет. Ты стала более активной, но такой скрытной. И я не помню у тебя такое кольцо на пальце. — Лиля вновь опустила папки с бумагами рядом с её компьютером и вместе с ними взгляд на кольцо. — Необычное, кстати… Нигде такой дизайн не видела. Авторское? — Я всё та же Настя. — Она глубоко вздохнула. Нужно было соблюдать спокойствие. Прямой взгляд синих глаз уставился на Абраменко. — И у меня всё хорошо. После поездки в Испанию стало даже лучше. Могу лишь сказать, что вы, как мои друзья, должны доверять моим решениям. И не пытаться препарировать их, как и рассматривать под микроскопом. Я вас люблю, ребята, но это моя жизнь. И некоторые её подробности я хочу оставить в секрете, потому что так мне самой спокойнее. Её речь, кажется, убедила Лилю, но не загасила полностью её любопытство. Настя потерла переносицу. — Тебе хватит того, что я… Встретила человека, который стал мне очень близок? Что мне с ним комфортно, спокойно, и я с ним счастлива? — КТО ОН И КАК ЕГО ЗОВУТ????? ГДЕ ЖИВЕТ??? ТЫ К НЕМУ ПОСТОЯННО ЕЗДИШЬ??? — Лиля. — Настя предупредила её одним голосом. — Ладно-ладно, поняла. — Однако карие глаза всё равно как-то нехорошо заблестели. Настя про себя молилась, чтобы она ничего никому не растрепала. Но когда на её номер телефона пришёл вопрос от Игоря, которому, в отличие от Лили, было более неловко выуживать подробности появившейся у неё личной жизни, Настя уже начала думать, что лучше бы все всё узнали. Потому что хранить их с Серёжей секрет оказалось с социально-активной жизнью очень уж тяжело. — Как прошёл рабочий день? — Сергей сразу же вскинул рыжую голову, когда входная дверь хлопнула. Настя, устало пройдя вглубь квартиры, сначала скинула пальто, потом упала на колени и бухнулась лицом Сереже в грудь. — Устало. Кажется, я случайно открыла наш секрет Лиле, хотя очень не хотела этого делать, — пробормотала она трагическим голосом и с трагичным видом. — То есть… Стоп, что, прямо так и сказала? — Брови Сергея подлетели. — Нет, не прямо. Просто сказала, что у меня появился близкий человек. А она всем нашим растрепала! Теперь Игорь думает, что я сошлась со своим бывшим, который… Не ты, Лиля пытается активно выяснить, кто является моим новым молодым человеком, а Уля так вообще смотрит иной раз, как будто всё уже давно знает. — Настя простонала, подняв голову. Сергей, обняв её, сдвинул светлые пряди волос с женского лба и поцеловал в него. — Это невыносимо. — Я понимаю, как ты устала и как тебе тяжело… Ещё и эта сделка затянувшаяся… — Индусы меня уже достали. Даже больше, чем Лиля. Грёбаные пройдохи. — Твердынская фыркнула и обняла Сергея сильнее. Эту трогательную картину сидевшей на полу возле Разумовского супруги заметил Олег, пришедший погреть им ужин. — Привет. Ну как ты? Выглядишь в край уставшей. — Лучше не спрашивай, — мрачно отозвалась она. — Расскажите, как у Леры успехи с тренировками. Есть улучшения? — Как раз об этом… — Сергей ответ взгляд. — Мы тут недавно повздорили немного. — «Немного»? — Олег приподнял невозмутимо бровь. — Серый, ты требуешь от девочки невозможного. Она до встречи с нами не занималась чем-то даже близким к криминалу. Конечно, она пока подпускает тебя близко к себе и не умеет стрелять. — Это базовые навыки для выживания в её новой роли, Олег, — огрызнулся Сергей, за что получил сильный щепок от Насти. Айкнув, он тут же перевёл внимание на жену. — Настя! — Вот и что ты творишь? Думаешь, если будешь её нещадно гонять и дрессировать, она у тебя как стойкий оловянный солдатик пойдёт на задания? Да такими темпами Лера быстрее от нас сбежит, несмотря на долг своей семьи. Мы должны к ней относиться по-человечески, а не вот так. — Настя столкнулась недовольно взглядом с супругом. Они недолго буравили друг друга, прежде чем он сдался. — Хорошо, и что ты предлагаешь? — Давай я её посмотрю. Завтра у меня отменилась встреча с голландцами, так что я буду свободна. Может, ей даже понравится со мной тренироваться больше, чем с вами обоими. — Настя довольно ухмыльнулась. Сергей не без ответной ухмылки посмотрел на неё с вызовом. — Да неужели? — Мы, женщины, в отличие от вас, мужчин, более деликатные и тактичные. Она ведь не робот, Сереж, а человек. С ней нужно быть мягче. — Суетиться враги с ней не будут. Ей нельзя расслабляться. — Разумовский заговорил знакомым ей стальным голосом. — Враги, может, и нет, но и убивать кого-либо она отказалась. Я с ней полностью согласна. Она должна уметь себя защищать, но не валить их направо и налево, как Валькирия. — Ох, я всё забываю, что моя супруга удерживает меня и всех нас от бесцельных убийств. — Сергей провёл ладонью по её линиям лица, оглаживая их с едва заметной насмешкой. — Не забывай, ты обещал мне. — Она весьма серьёзно на него посмотрела. — И я помню про своё обещание, Насть. Будь оно иначе, возиться с девчонкой по твоей указке я бы не стал, — спокойно осведомил её Сергей, после чего притянул к себе для крепкого поцелуя.

***

— Мне казалось, я занимаюсь с Сергеем и Олегом. Когда Настя скидывает одежду рядом, Лера пробегается по ней взглядом. Спортивный чёрный топ, лайкровые шорты, напульсники на запястьях, волосы собраны в низкий навесной пучок. Нетрудно было догадаться, что она задумала. — Я подумала, тебе нужна женская рука помощи. И что со мной тебе комфортнее будет тренироваться. — Настя вежливо мягко улыбнулась её растерянности. — Олег делился, что тренировал вас. Уверены, что сможете научить меня чему-то новому? — Насте казалось или Лера по-дружески пыталась её дразнить? Тихо усмехнувшись, она неожиданно перехватила её в захвате и уложила на лопатки. Лера изумлённо округлила глаза. Так быстро… Она даже не успела среагировать! — Мне кажется, что да. Давай проверим? — Настя сдула выбившуюся прядь светлых волос с лица. В чем-то её улыбка напомнила Лере улыбку Сергея: хитрая, лисья, уверенная, но не такая острая. Правду говорят, чем дольше живёшь рядом с человеком, тем больше перенимаешь от него поведенческих черт и привычек. Они с Анастасией тренировались вместе не очень часто, но Лера и правда смогла научиться у неё дополнительным приёмам, которые не изучала ни сама, ни с Олегом. Казалось, благодаря тренировкам они даже сумели сблизиться. Твердынская незатейливо расспрашивала её об увлечениях, как абсолютно нормальный человек, не ругала за ошибки и наставляла куда мягче Сергея. Даже с огнестрелом помогала по вечерам — да, вне центра и по банкам, но в этом прослеживался некий дворовой шарм. Потом она вызывалась её отвезти до дома или проводить до метро. «Она так старается. Буквально из кожи вон лезет, чтобы показать своё дружелюбие и расположение к ней. Но с таким начальством это даже лучше, чем если бы было наоборот. Лера думает об этом с меланхоличной отстранённостью. — Вы не обязаны это делать, если что. — Лера выглядит от усталости слегка безучастной ко всему, залипая на гонение воды дворниками на лобовом стекле. Настя долго на неё смотрит. — Что я обязана сделать, так это позаботиться о тебе». — Опасно сейчас самой ездить. Понимаю, деньги уже начали выплачивать с… Началом твоего обучения, но тебе стоит быть поосторожнее. — Почему вы так со мной возитесь? — Этот вопрос давно мучил Леру, и она наконец решилась его задать. Настя выглядела сконфуженной. Вздохнув и встав на красный свет, она побарабанила по рулю. — Ты мне напоминаешь когда-то меня, когда я только во всё это попала. Лера выдержала паузу. Очень хотелось узнать как и почему, но Макарова боялась, что этот вопрос будет бестактным. Благо, Анастасия избавила её от надобности его задавать, когда продолжила вместе с возобновившимся движением свой монолог. — Мне было 25. Я, как и ты, до конца не понимала, во что ввязывалась. Но мне помог адаптироваться и подготовиться тогда Олег. Сейчас… Волков, к сожалению, уже не совсем в той форме, которой был, когда мы с ним начинали. Поэтому, чтобы твоё обучение проходило полноценно и легче, я тоже решила за тебя взяться. — Тяжело, должно быть, совмещать моё обучение и вашу работу… — растерявшаяся из-за такого откровения пробормотала Лера. — Жизнь вообще штука непростая. Но я, как бизнесвумен, привыкла к сложностям. Они закаляют. Ты так не думаешь? — Настя весело на неё взглянула, и Лера, заметно оттаяв, едва заметно улыбнулась. — Вы говорите, как моя мама. Она тоже так считает. — Лер, знаю, мы с тобой еще… Не очень хорошо друг друга знаем, но я бы хотела сделать для тебя пребывание возле нас комфортным. Настолько, насколько это возможно. Если я смогу что-то для тебя сделать, я сделаю. Ведь мы за тебя теперь отвечаем не меньше, чем ты за реализацию идеи Сергея. Она не слышала подобных слов ободрения и поддержки от Сергея. От Олега нечто вроде их подобия. Но Анастасия сказала их прямо. То, чего так ей не хватало. Лера, поджав губы, отвернулась. В глазах защипало. С чего такая добрая женщина была замужем за человеком вроде Сергея? Это было… Странно и несправедливо. — Я не понимаю. Вы такая… Вы совсем не такая, как они. Как вы вообще… Разве вам с ним не тяжело? — Лера на неё решительно посмотрела. — Бывает нелегко, конечно. — Настя согласилась. — Но я люблю его. И я… Не настолько хороший человек, как ты думаешь. Я это признаю и осознаю. — Вы ведь разделяете мою позицию. Я слышала, вы тоже не убиваете людей. И не хотите, чтобы я их убивала. Так… В чем же вы плохой человек? Настя посмотрела на неё с плохо скрываемой грустью. — Так было не всегда. Если тебе интересно и ты не сильно спешишь, можем зайти в кафе. Я тебя угощу и всё расскажу, чтобы ты… Хоть немного разобралась в ситуации и смогла понять, насколько твое решение сильное, а выбор — судьбоносен. И она ей рассказала. Да, не вдаваясь в подробности и больше со своей стороны, но Лере стало хоть немного понятнее, почему каждый из них себя вел как вел. Сергей иной раз казался чересчур уж нервным и истеричным, Олег — не в меру возраста уставшим, а Анастасия и вовсе светлым пятном, которое без предыстории представить рядом с ними двоими было трудно. — Отсюда родилась идея «Юнита»? Вы захотели помогать людям? — Я устала вредить им. А это, пускай и маленькая, но помощь. Поэтому можно сказать и так. Квинтэссенция примера моей матери и моих собственных устремлений. — Они заняли низкий круглый столик возле выхода. Каждая заказала себе кофе — было видно, что обеих вечером ждал не отдых, а работа. Лера попросила добавить в свой латте банановый сироп. Настя взяла капучино с сеткой из кленового сиропа. — И всё же… Мне тяжело понять, как вы можете любить человека вроде него. — Было бы легче, если бы я была властна над этим чувством. Но, к сожалению, именно оно властно надо мной. — Она тихо печально усмехнулась. — Однако есть свои положительные стороны. Поверь, раньше было намного хуже. А сейчас он пытается сделать что-то хорошее. Правда хорошее. И мы хотим, чтобы ты доверилась нам, как мы доверились тебе. Лера чувствовала странное воодушевление и груз добавившейся ответственности на своих плечах после разговора с женой Разумовского и её прямого, понимающего взгляда. — Я всё равно думаю, что вы — хороший человек, Настя. Было заметно, что женщина смутилась. — Спасибо, Лер. А я считаю, что ты приняла очень храброе, непростое, но верное решение. Твои идеалы достойны восхищения. И я уверена, что в роли нашего посредника ты сможешь многого добиться. Своими методами. — Последнее она посчитала важным подчеркнуть. — Спасибо. — Макарова добавила тихо. — Слушай, ты сейчас наверняка даже на выходных занята учёбой, но отдыхать тоже очень важно. Я слышала, что тебе нравится японская анимация, верно? — Лера медленно кивнула. — Если есть желание, настойчиво приглашаю поехать посмотреть в субботу «Мэри и ведьмин цветок». — От ученика Хаяо Миядзаки? — Да, кажется. Я не вдавалась в подробности. — Твердынская рассмеялась. — Если ваш муж меня за это до полусмерти не загоняет на тренировках и вылазках, я только «за». С вами… Приятно проводить время. И очень спокойно. С моими друзьями опасно сейчас выбираться, они задают много вопросов. А я устала уже от них отбиваться. — Лера тяжко вздохнула. — Как я тебя понимаю. Нахожусь в подобной ситуации. — Настя вторила её вздоху. — Не переживай, я уж замолвлю словечко, что выезд исключительно направлен на твоё «промасливание». — Женщина задорно подмигнула ей, сделавшись похожей больше на девчонку Леркиного возраста, и её улыбка приобрела заговорщический оттенок. Лера тихо засмеялась в свой стакан.

***

— И все-таки сюжет очень сильно пострадал. Рисовка такая же, но у Миядзаки лучше было со сценариями. Они с Лерой покидают зал уже после окончания титров. В надежде застать сцену после неё и с искренним желанием дослушать божественный саундтрек, они активно переговаривались о просмотренном. Да и не только о нем. — Это так освобождает… Когда есть с кем обсудить все это дерьмо. — Лера ойкает, закрывает рот ладонью и смотрит на Настю извиняющимся взглядом щенка. Твердынская смеётся и машет рукой. — Извините. — Во-первых, милая, мы можем быть на «ты», я же уже говорила тебе, во-вторых, я полностью с тобой согласна. Это очень разгружает, когда теневую часть своей жизни есть с кем обсудить и разделить. Я ведь… Тоже ни с кем не могу этим поделиться, кроме тебя, Лер. Так что ты сильно меня выручаешь своей дружбой. Настя смыкает полы светло-розового пальто, наброшенного поверх чёрной кожанки, и Лера про себя думает, как ей только внутри Художественного в таком виде не жарко. Но когда они заходят в кафе при входе, Твердынская скидывает его на спинку своего колченогого стула, оставаясь в полностью чёрном эффектном костюме. Получался поразительный контраст между невинностью и скрытой до поры до времени от глаз брутальностью. — Вы с друзьями Сергея тоже не обсуждаете? — Лера не боится переходить с ней на «ты», скорее, пока стесняется. Они с Анастасией Филипповной начали общаться относительно недавно, и иной раз Макарова ловила себя на мысли, будто общается с человеком своего возраста. Но, порой, в Твердынской прослеживалась печать духовного старшинства и опыта, который самой Лере был неведом. В такие моменты она напоминала Лере больше её маму, и Макарова чувствовала себя рядом с ней совсем маленькой и зелёной. Не познавшей жизнь с той стороны, с которой довелось за годы работы наёмником ей. — Нет, что ты. У меня в друзьях человек, который когда-то давно посадил Серёжу в тюрьму. Он, конечно, не в восторге от этой дружбы, но Игорь… Спас мне жизнь когда-то. А потом заботился обо мне во время восстановления. Так что я многим ему обязана. И прекращать из-за ревности мужа дружбу с Игорем не собираюсь. — Она тихо усмехнулась. — Вы дружите с Игорем Громом??? — Лера округлила карие глаза. Настя косо улыбнулась, пожав плечами, прекрасно понимая и чувствуя удивление Леры на всех уровнях. — Как говорится, друзей держи близко, а врагов еще ближе, да? И пускай Игорь давно ей был не враг (и Настя даже не смела думать о том, чтобы отслеживать, контролировать его перемещения и сливать информацию про них Сергею), в этом выражении скрывался глубокий смысл. — У вас это получилось как-то уж совсем буквально. — Лера неловко приподняла уголок губ. Ей принесли наконец-то напиток и дневной перекус. — Кстати, как ты относишься к лечо? — Настя подалась вперёд и положила поверх её ладони свою. Её глаза зажглись инициативным блеском. — Лечо? Пробовала давно, ещё в глубоком детстве. А что? — Лера оторопела. — Раз завтра ты всё равно едешь к нам, приглашаю тебя на ужин. Готовить будем мы с Олегом, тебе наверняка понравится. Невежливо было бы отказаться от такого радушия. Тем более, Лера была уже научена опытом месячного нахождения под боком Волкова, что готовит он вкусно. Наверно, Анастасия Филипповна от него и в этом аспекте не отставала. — Отметим удачную вылазку на склад с контрабандой табака? — Лера не без ужимки улыбнулась. Она помнила, что завтрашняя вылазка должна была быть связана с поимкой ушедшего от ответственности насильника. Давно она уже не горела столь сильным желанием нацепить на себя птичью маску, как в этом случае. После чтения информации по заданию внутри неё будто проснулся жгучий кусачий гневный огонь. Было ли это хорошо или плохо, она обсуждала как раз с Анастасией. Та сказала, что это нормальная реакция. Тем более, это признак женской солидарности, учитывая, что жертвами Чумакова были девушки её возраста и младше. — Конечно, если ты хочешь. Если есть другие планы, мы тебя удерживать не будем. — Настя спохватилась, подумав, что слишком уж настойчиво действует. — Это… Немного смущает и непривычно, особенно учитывая, что я… Пытаюсь сохранять дистанцию между своей «работой» и личной жизнью. — Настя это прекрасно видела. Без доверия Лере было тяжело перейти с ними на более близкую ступень общения. Однако она медленно, но верно открывалась ей. Это было хорошо. — Но если меня приглашаете вы, я не могу вам отказать. Лера прямо на неё посмотрела. Настя невольно вспомнила их разговор с Сергеем о том, что она возится с Лерой, ей Богу, как с ребёнком. « — Она ведь не маленькая девочка, а ты носишься с Лерой так, будто она не наша протеже, а наш ребёнок. Хотя нет, постой… — Тон Разумовского стал бархатистым и вкрадчивым. Пальцы забежали по женской линии плеч, а потом рука и вовсе поверх них вытянулась, когда он к ней подвинулся. — Что же это, Настя? Рано проснувшийся инстинкт материнства?» « — Или правильный дух наставничества. Не молоти чепуху, она ведь на нашей ответственности находится! И мы столько её готовили, она так старается, как можно оставить её без похвалы и заботы? Да и вообще, ничего я не волнуюсь за неё каждый раз, когда они с Олегом уезжают, и я не… — Под насмешливым игривым любовным взглядом Сергея она стушевалась, закрыв ладонями лицо. — О Боже, я и правда рассуждаю как родитель». Лера была старательной, умной, находчивой и схватывала всё буквально на лету — разве нельзя было ею проникнуться? И она так уставала из-за совмещения работы на них и учёбы, плюс тренировки по кендо… Во многом она и правда напоминала Насте себя. Может, Сергей прав? И вмешался инстинкт материнства, не вовремя давший о себе знать? Чем бы это ни было, Настя заключила одно — они обязаны о ней позаботиться, насколько это возможно. Хотел Сергей того или нет, Настя уже начала вмешиваться в её подготовку. Свою лепту она обязательно внесёт, как главное дипломатичное лицо их компании. — Я очень рада это слышать, Лер. Ммм, если ты сейчас не занята, можем ещё успеть прогуляться по центру. — Мне необходим будет воздух. Голова чугунная от недосыпа, нужно её хотя бы проветрить. — Макарова устало потерла переносицу пальцами. Мешки отчётливо при наклоне головы выделились под глазами. Настя с искренним сочувствием на неё посмотрела. — Значит, доспишь хоть немного у меня в машине, пока я тебя буду отвозить. — Вы же обещали, что тот раз был последним. — Лера вскинула смущённо брови. — Боюсь, в этот раз непогода буквально заставляет меня забрать свои слова обратно. Смотри, что за окном творится. — С хитрой улыбкой кивнув на окно, Настя медленно перевела взгляд вместе с Лерой за него. В Петербурге выпал первый снег.

***

— Серёжа, ты мешаешь мне собираться. Ему нравилось наблюдать, как она с утра переодевалась в свои строгие официальные костюмы. Да, у них было совершенно разное расписание дня: она вставала утром, принимала душ, завтракала, одевалась и выезжала на работу, в то время как он мог дрыхнуть до полудня, вставал поздно, ел поздно и принимался преданно ждать её возвращения, параллельно ковыряя дела по проекту Чумного Доктора. Однако ради такого зрелища Сергей готов был просыпаться хоть в пять, хоть в семь, хоть в восемь часов утра — ради того, как она крутится перед зеркалом, застегивая медленно пуговицы на рубашке, натягивает на себя брюки, разглаживая мелкие складки, подбирает украшения, приводит в порядок волосы и душится. Сергей мог круглосуточно молча любоваться супругой с кровати, не пытаясь скрыть сонного благоговения в слипающихся голубых глазах. А мог подобраться сзади, пристроиться и прижаться недвусмысленно утренним стояком к упругим ягодицам. Весь марафет тогда летел насмарку (уже после первого поцелуя в шею и одного брошенного пристального взгляда в зеркало), Настя опаздывала, шутливо его журила, что он настоящий змей, не позволяющий ей нормально работать, а он даже не пытался с ней спорить, до неприличного довольный заваливающийся обратно после утреннего секса в постель. У них были свои маленькие разногласия, как и у любой молодой женатой пары, ведь подстроить ритмы жизни друг под друга было отнюдь не так легко, как могло казаться сначала. Насте не нравилось, как он постоянно не берег свою спину и мог сидеть безвылазно до 5 часов утра в серверной (она превращалась тогда в живой референс Мадонны с закатанными к потолку глазами), Сергей не выносил, когда она пыталась привить ему полезное питание, к которому он относился так, словно его переставали кормить вовсе. Но кроме этого припомнить хоть что-нибудь ещё, хоть убейте, Разумовский не мог. Он задавался вопросом, так вообще бывает? Или это прелесть лишь первых трёх лет брака? Настя не умела по-настоящему на него злиться, он же, когда она с ним спорила при Лере, подвергая его методы обучения и язвительные комментарии критике, сначала спорил в ответ, отстаивал авторитет и свои права, как главы дома, а потом всё равно под её влиянием становился покорным. Думал, прислушивался, уступал. В чем-то он от Насти перенимал её гибкость, и это со временем начало помогать при общении с их протеже. Ничего не попишешь, жена влияла на него положительно. И Сергей был счастлив этой простой истине. Больше всего он полюбил совместное времяпрепровождение на выходных. Когда они могли остаться вдвоём, освобождённые от своих каждодневных обязанностей, и просто уйти гулять в какой-нибудь парк под руку. Влюблённые, счастливые, да, немного скрывающиеся (Сергей никогда не выходил без солнцезащитных очков, даже если погода была пасмурной, словно самый настоящий член людей в чёрном), но главное что вместе. Они ничем не выделялись из толпы других таких же закономерных посетителей парков, разве что тем, что выглядели намного круче их всех — по мнению Сергея. С вафельными рожками клубничного мороженого, с белой сеткой разделённых на двоих наушников и в чёрных очках уже на пару. В любую погоду и время суток. — Боже, мы с тобой как эти, Кейт Бланшетт и Сандра Буллок из… — Не пытайся даже у меня спрашивать, ты же знаешь, я и половины не смотрел, что ты смотрела. — Боже. — Настя театрально округлила рот, в который тут же ткнулась холодная розовая густая масса. — Мне нужно заняться твоим кинематографическим образованием. — Она рассмеялась, он перекинул руку через её плечи и наигранно оскорбленно фыркнул. Они посмотрели в тот же вечер «8 подруг Оушена», а потом залпом «Ла-ла-лэнд». Сергей уже и не помнил, когда он в последний раз плакал над фильмом. «City of stars» быстро перекочевала на звонок Насти, а сам Сергей ещё с неделю утром на кухне под боком жены ту напевал. Настя с просони сначала не всегда понимала, однако по перебору пальцев в воздухе, изображающих игру на пианино, догадывалась, что нужно было сделать дальше. И она ему подпевала. И так Сергей Разумовский окончательно и бесповоротно полюбил смотреть с ней мюзиклы, как и вообще фильмы по вечерам, несмотря на то, что по его мнению они являлись не более чем демотиваторами. Новой традицией у них в воскресенье неожиданно стало устраивать ужин на четыре персоны: его, неё и Леры с Олегом. Разумовский всё гадал, неужели Насте и вправду так нравилось с Лерой возиться? Хотя чем он отличался от неё? Тоже проскальзывали по-отечески тёплые нотки, вот например, как сейчас, когда он передавал ей пузатую тарелку с салатом. — Смотрю, ты теперь у нас ещё и ужинаешь? — Он с ухмылкой сощурил глаза. — Не пытайтесь только, пожалуйста, строить из себя отца, как Анастасия из себя мать. У неё хотя бы получается, а вот у вас — не очень. — Лера язвила практически как подросток, и это было до боли в животе смешно. Они с Сергеем деловито друг на друга посмотрели. — И не собирался. Но, если что, у нас есть гостевая спальня. Можешь остаться после ужина, если настоящие родители отпустят. Олег с Настей спорили по поводу приготовления лечо, поэтому они их не слышали. Лера до конца не понимала, как нужно было вести себя в такой… Непринужденной обстановке рядом с её начальством, но один брошенный взгляд на Волкова, подлезающего под руку Твердынской, чтобы спасти зашипевшее и запахшее сильно томатами нечто, развеселил и заставил до этого плотно сжатые губы разъехаться в улыбке. — Олег, ну тебя, я знаю, как это надо готовить! Получится очень вкусно! — Ага, если готовить по рецепту и не пренебрегать его этапами, как это сделала ты. — Они чуть ли не скрещивали на манер мечей деревянные, вымазанные в томатной пасте лопатки. Анастасия смотрела на Олега снизу вверх блестящим игривым взглядом, то и дело норовилась его отпихнуть подальше от своей стряпни, но Волков был упорным, он не сдавался и добавлял специи уже по своему вкусу. — Олег с вами так часто здесь находится, что иной раз кажется, будто у вашей жены два мужа, а не один. — Лера надеялась, что её шутка не прозвучала грубо. Сергей, сидящий рядом и подперевший кулаком подбородок, дёрнул уголком губ. — Мой друг когда-то давно был влюблён в неё. Это до сих пор проскальзывает между ними. — И вы… — Лера постаралась быть деликатной. — Не ревнуете? — Конечно, ревную, — поделился он с ней, словно большим страшным секретом, предварительно загородив их бокалом распиваемого вина. — Всегда, везде и ко всем. Такова уж моя любовь и привязанность к ней. Только Насте об этом не говорю. А то мне вынесут вердикт, что я хочу держать её возле себя на коротком поводке. — С вас станется. — Ой, похоже, не я один становлюсь болтливым и острым на язык после бокала вина из смородины. — Сергей смешливо сощурил глаза и чокнулся с Лерой бокалами. — До дна. Уже совсем скоро, когда лечо наконец оказалось на столе, а вино полностью разлито по бокалам, пришло неожиданно время для откровений. Добавленная в состав водка ударила быстрее всего Лерке и Насте в голову — у первой из-за непривычки пить, у второй из-за низкой выдержки к алкоголю. — Анастасия Филипповна, я хотела сказать, что я вас очень уважаю, как семпая. — Лера даже поклонилась ей, как ученик, когда они встали и собирались отойти заварить чай после сытного ужина. Глаза Твердынской зажглись. Она приложила холодную ладонь к горящей щеке и неожиданно перешла с размеренного приятного тона на высокий и восторженный, практически пищащий. — Боже мой, ты такая милая! Я просто не могу! — Настя крепко обняла её, потеревшись щекой о светлую макушку. — Меня ещё никто так не называл, но, если хочешь, можешь стать первой! Лера из такого положения посмотрела на Сергея, будучи прижатой лицом к женской груди. Мол, Анастасию-то это уважение касалось, а вот его — не очень. Разумовский со смехом фыркнул себе в бокал. Олег вскинул брови. — Вот видишь? Настя была права. Тебе нужно стать более тактичным. — Да я вот вроде бы как пытаюсь, но она всё равно меня сторонится и побаивается. — Небезосновательно. — Олег скосил на него расслабленный взгляд. — Зато к Насте привыкла. Тебе, кстати, пить с таблетками много не рекомендуется. — Я ещё в начале медового месяца снизил потребление лекарств, — поделился Сергей, положив поверх глаз ладонь и откинув голову на подоконник. — Только не начинай мне компостировать мозги. Я контролирую это. Или, если быть более верным в своих словах, его контролирует Настя. — Ты в этом уверен? Ты хоть помнишь, что между ними чуть не случилось в Венеции? — Олега эта новость ввергла в смятение. — Помню. И он помнит. А ещё я помню, что Птица потом спас ей и мне жизнь, когда мы попали в «Сад». Знаешь, Олег, лучше уж выпускать зверя общаться, чтобы он… Привыкал к ней и постепенно приручался. Чем позволять ему и дальше напитываться злобой в своей клетке. Таблетки — не гарант того, что Птица вечно будет у меня под контролем. И Венеция тоже служит тому доказательством. Значит… Надо искать другой выход. Принимать себя, учиться принимать его, как свою часть. Порой мне даже кажется, что граница между ним и мной начинает исчезать, когда она рядом. — Сергей убрал руку и кинул мягкий взгляд на женскую фигуру, весело щебечущую о чём-то и явно смущающую ещё сильнее их бедную протеже. Олег понуро замолчал. У него были свои счёты с Птицей, но в словах Сергея был резон. Всю жизнь жить на таблетках с таким буйным соседом в голове — это не жизнь. Может, он прав? И если Птицу контролируемо выпускать, это даст свои положительные плоды? Волков и не помнил за последние месяцы, чтобы пернатый как-то дебоширил, даже если он иногда и бывал вместе с Сергеем или вместо него. Другой вопрос, что Насте тогда стоило быть осторожнее. И Олегу нужно было за ней лучше присматривать. Если с ней что-нибудь случится, он, в первую очередь, не простит этого себе. Но был немаловажен и тот момент, что у Сергея тогда съедет крыша окончательно. — Следи за этим и снижай потребление лекарств постепенно, — настоятельно порекомендовал Волков. — Иначе может в голову вдать сильно побочкой. — Господи, ты заделался мои психиатром? — В осоловевшем взгляде проскользнули едкие огоньки. — Если брать во внимание тот факт, что я забрал у него рецепт для тебя, то можем сказать и так. — Хэй, вы чего такие хмурые? — А вот и подоспел чайник с Настей. Или наоборот. Сергей сделал вывод, что ему на сегодня хватит. — Ты наконец-то отлипла от нашего ребёнка? — поинтересовался с ленивой улыбкой кота он. — О господи, ты только не называй её так прямо перед ней, а то неловко ведь получится. — Настя со смешком щелкнула супруга по носу и разлила облепиховый чай по чашкам. — Да куда уж, все ступени неловкости между нами практически были преодолены: во время тренировок друг друга наполовину без одежды видели, она прямо мне сказала, чтобы я не набивался к ней в духовно-наставнические родители, как ты, а ещё, да, она заподозрила тебя в много… Мужстве. Настя кинула смущённый взгляд на Олега, а потом запрокинула голову и захохотала. Олег смущённо дёрнул кончиком носа с невозмутимым выражением лица. — Мне кажется, так нельзя говорить. — Ой, а ты у нас прямо толковый словарь Ушакова или Даля. — Сергей с таким же выражением лица потянулся к чаю, пряча смех в осевшем голосе. — Прекращайте препираться, а не то обоих оставлю без десерта. — Какая ты страшная женщина. — Сергей оперетточно округлил глаза. — У нас тут суаре, как можно вводить такие страшные наказания? — Вы ведь паясничаете, — вставила свое Лера, вернувшись за стол. — Прямо как в театре. — Можно легко превратить театр в квартирник, кстати! — Сергей неожиданно оживлённо вскинул чашку и чуть не расплескал её содержимое. Благо, Настя вовремя успела ту словить, накрыв ладонью сверху. — Олег, тащи гитару. — Я петь не буду, — заворчал Волков. — Ну Олееееег, — уже затянула Настя. — Я бы послушала. — Лера любопытно на него взглянула. Спустя недолгие «переговоры» с выражением лица «вы все меня уже достали» Олег все-таки смилостивился и отправился в свою комнату за гитарой.

***

— Анастасия Филипповна, мне надо поговорить с вами. Вся поза выдаёт в Лере нервозность. Запихнутые руки в карман зелёной толстовки, лёгкое постукивание ноги по полу, чрезмерно прямая спина и бегающий взгляд — Настя улавливает каждую деталь ещё заблаговременно до того, как снимает очки и приглашает Леру сесть рядом. Они сейчас находились в её спальне, так что их всё равно никто не услышит. Олег передавал последний отчёт о задании Сергею, а тот занимался подчищением записей за Лерой. — Да, Лер, что такое? — Настя принимает сразу же участливый вид. Лера не знает даже, с чего именно начать. — Недавно… Помните задание с мужчиной, сбившим целую группу детей и ушедшим из-под следствия? — Конечно. — Настя кивает. — Такое тяжело, к сожалению, забыть. Твердынская трагично хмурит брови. Лера повторяет за ней и тихо угукает. — В тот день… Помните, у меня произошёл сбой с камерой? Я ещё сказала, что не знала, почему так случилось. — Так… — Настя аккуратно подводила её к продолжению. Кажется, она начала примерно догадываться, в чем обстояло дело. Скользнув взглядом по своей двери, она осторожно положила поверх плеча Леры ладонь. — Давай продолжим этот разговор лучше на улице, ладно? Они, может, сейчас и заняты, но так тебе будет спокойнее. И выключи телефон на всякий пожарный. Проскользнув мимо в прихожую и отрапортовав Олегу, что она идёт провожать Леру до дома, Настя накинула на плечи чёрный плащ и вышла на лестничную площадку. Они с Лерой вскоре ретировались в местный сквер, где Макарова вновь взяла слово, стоило им отыскать место под сенью деревьев, где не наблюдалось камер. — Это был не сбой, — вымученно наконец призналась девушка. — А мой прокол. — То есть? — Настя непонимающе заморгала, чуть нахмурившись. — В тот вечер я оказалась не одна. После приведения наказания в исполнение, меня схватили за голову и завязалась драка. Мужчина подкрался сзади, я при всех его габаритах его просто не заметила! Увидела тень, успела обернуться и вывернуться из захвата, как вы меня учили, а потом он сорвал маску и… — Лера побледнела и закусила сильно нижнюю губу. Настя, не растерявшись, взяла её за руку, чтобы та продолжала. — Я не ожидала, что найдутся такие смельчаки, как он. Ведь у Чумного Доктора сейчас страшная репутация местного мстителя, пугающего любую дворовую шпану и не только. — Если только кто-то специально не хотел убедиться, кто находится под маской… — тихо пробормотала Настя, сразу же делая вывод, что кто-то, стало быть, ищет Сергея. И его паранойя по поводу снесения детского дома, быть может, таковой и не была. Прослеживалось чёткое действие, следствие и результат. Но рано пока было делать выводы, не выслушав Леру до конца. — Простите?.. — Нет-нет, ничего, Лер. Продолжай. Он увидел тебя без маски, да? — Да. И на следующий день нашёл мой номер и написал на него. Пригласил в кафе поговорить. Я не рассказала, потому что подумала, что сама смогу исправить ситуацию. И у меня ведь практически получилось! Мы договорились с ним встретиться после кафе на старом заводе, выпускавшем сладости. Я его пыталась припугнуть убийством, но он мне не поверил, так ещё и сразу дал знать, что с его «неожиданной» смертью фотографии попадут в газеты. Потом сказал, если я смогу одолеть его в схватке, он удалит их. И я победила его. Дело было не в деньгах. Будь в них, неизвестный бы сразу же потребовал плату. Здесь играл роль охотничий интерес, Настя сразу же сделала правильный вывод. Леру поймали на крючок, и её противнику хотелось вынудить её на бой. Вопрос только, зачем? — Но? — Он удалил фотографии, но до конца от меня не отстал. Было… Ещё одно дело. Мне в напиток подмешали тогда наркотик, я отрубилась в клубе. Сергей ещё после этой операции метал, как гарпия, потому что я не вернулась вовремя, помните? Настя кивнула. Она и сама в тот вечер, помимо успокаивания нервов супруга, уже подумывала поехать с Олегом Леру искать. — И… Этот мужчина спас меня. Я у него проснулась на следующий день. За этой встречей потянулась ещё одна, и я просто… Настя знала этот растерянный взгляд. Словно случилось то, что не должно было случиться. — О Боже, Лера…? — Настя взглянула на неё вопросительно. — Если кто-то меня и может понять в этом плане, так это вы, — заключила понуро Макарова, пряча в миг побагровевшее лицо вместе со взглядом в своих коленях. — Я не понимаю, как это произошло. — Так… А есть его фотографии? Запись голоса??? Хоть что-нибудь? Лера вновь на неё посмотрела с плохо скрываемым расстройством и покачала головой. — По договорённости я каждый раз снимала потом маску, если мы виделись, когда я была на патрулировании. А прослушку он глушил. Могу только сама его описать и знаю, что прозвище у него Дракон. Имени он мне своего пока не называл. — Стало быть… Если у него такой продвинутый набор навыков… Ты приглянулась какому-то… Наемнику? — Настя и сама не верила, что говорила это вслух. Твою мать, только этого сейчас им не хватало. Всё шло прекрасно, безукоризненно отлажено и хорошо. И тут появляется неизвестный наёмник, который, мало того, что раскрывает тайну личности их протеже, так ещё и потом… Настя же правильно её поняла? Скорее всего, да, а если ещё и нет, то они недалеки от этого, учитывая, как пышет жаром лицо Макаровой после признания по сию минуту. И это неожиданное спасение… Если Дракон и искал под маской изначально Сергея, то он явно не разочаровался тому, что находка оказалась иного пола и толка. Интерес от рабочего быстро перешёл в личный. — Дракон… Дракон, Дракон… Черт, кто же это может быть… — Настя пыталась перебрать список всех наёмников, которых сама знала. Половина их ребят полегло, значит, точно не член «Волчьей Стаи». Может быть, связан с Джессикой? Не факт, но если бы они связались, определить личность неизвестного стало бы намного легче. Самой узнать у Игрока? Так он всё расскажет в тот же день Олегу, Олег — Сергею, и пиши пропало. У Леры будут проблемы. Сергей сочтёт её некомпетентным исполнителем и разорвёт их контракт. Нельзя было, чтобы это случилось! Тем более, при таком бедовом положении в её семье… По загруженному лицу Насти было видно, что она активно искала выход из сложившейся ситуации. На лице был написан мозговой штурм. — Анастасия Филипповна… Я многое на себя взяла, признаю, и я не знаю, что мне теперь делать… Я не могла рассказать об этом вашему мужу, сами понимаете… — Я понимаю. — Её голос звучал глубоко и мягко. Она похлопала Леру по руке. — Правда, понимаю. Такого никто не мог ожидать. Главное… Сориентироваться сейчас, что нам делать. Фотографии он твои никому не сдал. Не знаю уж, уничтожил реально или отложил до лучших времён, но то, что ты ему нравишься, может стать нашим козырем в рукаве. Учитывая твой взгляд, могу сделать вывод, что тебе даже не придётся для этого притворяться… — Настя издала тихие смешки, и Лера покраснела ещё сильнее. Из-под светлых волос горящие кончики ушей смотрелись просто очаровательно. — Ты пытаешься понять, насколько это нормально, да? Она тяжело вздохнула. — Он сильно старше меня. Отбитый. Любит идти явно на риск, но мне с ним… До странного было спокойно. В его студии особенно. Он привёз меня туда после отравления. Я словно знала, что он ничего мне не сделает. И он сразу же недвусмысленно начал производить в мою сторону выпады, что я ему, мол, нравлюсь!.. — Лера спрятала лицо в ладонях. — Это полнейшая катастрофа. Настя почувствовала, как улыбка Чешира у неё проступила на губах. — Красивый хоть?.. — Очень. — Лера небрежно выдохнула и сгорбилась. — Ооооо… — Настя! — Она впервые её назвала по имени, и Твердынская захохотала. Хотя ситуация была серьёзной. Причём очень. У них есть, как минимум, один человек, который знает Лерку в лицо. А они даже не могут узнать, кто он. Это большая проблема. Другой вопрос, что это, судя по словам Леры, творится не первый месяц, а чуть ли не с начала её вылазок… Значит, им ведёт не интерес профессиональный, а исключительно романтический. — Так, ладно. — Настя быстро вернула себе обратно серьёзность. — Мы пока ничего не говорим Сереже и Олеже, ясно? Будем пытаться разобраться с ним сами. Докладывай мне, если что-то выяснишь от него. Может, он неосторожно поделится… Или что-нибудь ещё из рук вон выходящее случится, как с твоим неожиданным спасением. Хотя я более чем уверена, что его интерес укрепился окончательно в тебе, даже если до этого он и был иным, Лер. Слишком уж долго тогда бы он сохранял от своих боссов информацию о личности Чумного Доктора. А за это ему могли бы прилично заплатить, ты и сама прекрасно это понимаешь. — Значит?.. — Лере нужно было, чтобы эту мысль кто-то озвучил. — Ты ему сильно нравишься, — подытожила Настя, тихонько вздохнув и окинув её лиричным взглядом. Господи, ну и дерьмо. Но лучше уж пытаться вести переговоры через Леру с этим возникшим недоразумением, чем давать сразу же отмашку Сереже, который, если и не убьёт его сам, то вполне может подключить к этому Олега. А Волков, увы, не обещал ей пытаться держать свои руки чистыми. С их общим рабочим прошлым и отсутствием романтических связей в нормальном их понимании это было невозможно. — Вы уверены, что у нас получится?.. — Не знаю. Не уверена. Но это лучше, чем потом мучиться совестью, что на твоём счете будет труп, хотя ты в этом и не будешь виновата. Если от него нельзя откупиться, мои его убьют. Не Сергей, так Олег точно. Для него наша безопасность много значит, и её сохранение не знает путей милосердия. Да и… Подумай сама. Он — лишь исполнитель. Если и пытаться разобраться, надо метить выше. Понять, кто ему заказал тебя искать. Или Серёжу, что более вероятно. Лера кивнула. Вполне себе звучало как адекватный и логичный план. — Я попытаюсь что-нибудь выяснить и передать тебе. Но если не получится, то… — То нам просто останется наблюдать за ситуацией. И исходя из неё уже принимать дальнейшие решения.

***

Он помнил, что ездил тогда по делам в центр на встречу с Плаховым. Для планирования его убийства нужно было точно узнать, когда будет открытие «Золота Востока». Юма давно дала понять, что раз договориться не получается, его нужно было убрать. Алтан принял приказ и понял его — без крови не обойтись. Жаль. Но раз так, нужно было найти, на кого перевести при убийстве стрелки, чтобы самим, не есть час, не запачкаться. Там же была запланирована встреча с одним из людей Каменного. Он передал данные про Чумного и последние точки его перемещений. Неуловимый гад, хвост подчищает отлично. Но, впрочем, для айтишника это неудивительно. Вадим говорил, что в последний раз видел его после того, как мститель надрал задницу Чумакову. А там он начал ускользать и от него. Поразительная ловкость. В тот день в Петербурге выпал снег. Время года ещё к нему не располагало, но в этом городе осадки часто выпадали раньше назначенного срока, лихорадясь от снега и мелкого назойливого града обратно к дождю. После Гонконга Алтан не мог заставить себя привыкнуть обратно к питерской погоде от слова совсем, предпочитая улице пребывание дома, но иной раз возможности остаться просто-напросто не было. Кутаясь в теплое пальто Berkytt, он раздраженно часто дышал сквозь кожаные перчатки на зябнущие ладони, мечтая лишь об одном — поскорее оказаться в салоне машины и отправиться к себе. В тот день, выходя из Tokyo City к Маяковке, он впервые увидел её. Это случилось спонтанно — она выходила на улицу вместе с девушкой в голубом плаще и о чем-то активно с ней переговаривалась, разливая звон своего смеха по воздуху. Поверх плеч был нежно-розовый плащ, волосы светлые, распущенные, задумчивый взгляд устремлён в небо и улыбка… Алтан давно не очаровывался незнакомым ему человеком из-за одной лишь его улыбки. Слегка лукавая, игривая, словно она видела в этом снеге некий недоступный им всем повод для радости. Он застыл, как вкопанный, на одном месте, жужжащий по правое плечо Вадим тоже тогда встал, но когда он попытался отыскать объект пристального внимания шефа глазами, Дагбаев скинул с себя напавшее на него оцепенение и отправился дальше, приказав и ему не отставать. У них на день было запланировано ещё много работы. Кто была эта молодая женщина? У него возникло чувство, словно он где-то уже её видел. Жаль, не смог снять, но такая съёмка означала бы нарушение её личных границ. В работе его этот момент не беспокоил, но когда подобное касалось близкого общения, Алтан старался соблюдать комфортную для себя и человека дистанцию, не нарушая её без дозволения. В розовом плаще поверх чёрной кожанки, среди белых хлопьев снега и с трогательным румянцем на щеках — кто бы она ни была, она была прекрасна.

***

Кто в этом может быть замешан? Кому это выгодно? Кто до сих пор может хотеть узнать, жив Сергей или нет? В первый раз они накрыли склад Каменного. Дракон появился примерно после этого у Леры на хвосте. Наверняка первое время следил, а потом исподтишка вылез. Значит, надо будет трясти губернатора. Но как? Без подключения Серёжи к этому? Он сам давно мечтал начистить ему морду хотя бы за то, что он дал добро на снесение детского дома… Подтолкнуть его к этой мысли? Или попытаться выяснить самой, без применения силовой поддержки? Голова у Насти пухла. Она и не сразу услышала задаваемый Лилей уже в четвертый раз вопрос. — Насть! — А?! — Она отвисла и перестала пялиться в компьютер. — Сегодня состоится важный вечер от компании «Махаон». Ты туда приглашена, помнишь? Нужно будет поехать! — Ох, Лиля, да-да, конечно, я помню… — Она совсем успела забыть про эту встречу. Интересно, а там может появиться Каменный? Или Плахов? Хотя от последнего будет мало толку. — Во сколько она? — В семь вечера. Ты иди домой пораньше, подготовься. Я все встречи на сегодня отменю. И да, Насть… С тобой все нормально? Выглядишь какой-то загруженной. — Всё нормально. — Настя натянуто улыбнулась. — Просто очень устала. Ты, кстати, подъедешь потом туда? Мне нужна будет помощь. — С «ловлей-то»? Без проблем, я подъеду сразу же, как сама переоденусь. — Договорились. Встретимся тогда там. Выключив компьютер и заблокировав его, Настя вытащила флешку и закинула её в сумку. Спускаясь вниз, она набрала Сергея. — Прости, милый, у меня сегодня вылазка в свет. Приеду поздно и сейчас поеду на старую квартиру. Переодеться и подготовиться. — Настя активно параллельно искала ключи от машины в основном отсеке Furla. — Ясно, понял, буду ждать. А к кому едешь на «разведку»? — Компания «Махаон» пригласила. Они уже давно подумывают заключить контракт с нами. Заодно, может, обсужу с их главой, насколько это возможно. Читала, что дела у них несколько мутные, поэтому с опаской к этому отношусь. Но, в конце концов, упускать возможность познакомиться с кем-то ещё будет глупо при всех их заслугах. Обязательно всё расскажу как буду дома. — Хорошо. Будь только осторожна, ладно? — Конечно, на этот счёт можешь не переживать. Да и я могу за себя постоять. — Когда двери лифта открылись и Насте открылся выполненный в белых цветах холл, она вышла. — Мне пора бежать, пока! Пришлось в темпе вальса приезжать домой, переодеваться в платье с пиджаком и выезжать обратно. Сегодня Настя выбрала длинное белое свободное платье в пол с необычным узором в виде зебры на юбке и маленькой оранжевой рыбки на правой части лифа. Пиджак в тон платью, дополненный узорами из бабочек, птиц, стрекоз, и белые изящные туфли с ремешком на высоком каблуке. Она почти не накрасилась, разве что оставила стрелки и сменила украшения на серебряные. Встреча должна была проходить в Luce, ресторане средиземноморской кухни на последнем этаже галереи Grand Palace на Итальянской улице. Когда Настя припарковала свой красный Range Rover Evoque рядом с входом и поднялась в назначенное место встречи на лифте, ей открылся вид из окон уютной застеклённой мансарды на Спас на Крови, площадь Искусств и петербургские крыши. Интерьер выдержан в пастельных тонах, на стенах можно встретить фотографии виноделов, отсылающие к итальянским берегам. Меню заведения — собирательный образ Средиземноморья. Есть домашняя паста, а есть и деликатесы вроде морского языка с пюре из артишоков или лаврак на гриле. Дополняет меню безупречная винная карта, из которой можно выбрать идеальный напиток под любое блюдо. Организаторы заказали на вечер банкетное меню. Настя сразу заметила, что был выбран самый дорогой сет из всего перечня предложенных — закуски составляли ассорти сыров с фруктами и медом, фруктовый каскад, антипасти и рыбная палитра. Бурату с томатами и руколой к моменту её приезда уже всю разобрали, зато остался салат с белыми грибами и говядиной. Взглядом приметив себе еще и сорбет, Настя двинулась уже было к нему, остановившись с небольшой дрожью вдоль позвоночника, когда ее окликнул тихий спокойный, но твердый голос. — Палтус с соусом из красной паприки здесь хорош. Настоятельно советую попробовать. Твердынская мгновенно повернулась на каблуках обратно. Голос её внезапного собеседника очень гармонировал с его внешностью: черные волосы, собранные в диковинную прическу в виде мелких колосков, одежда цвета vantablack с золотыми вставками, агрессивно демонстрирующими его богатство (но даже они терялись и словно пропадали в абсолютно пугающе поглощающей любой свет черноте), высокий рост, статная фигура. Настю гипнотизировало отсутствие цвета, способного быть воспринятым обычным человеческим глазом, на одежде…юноши? Мужчины? Выглядит молодо, но взгляд его говорил о том, что перед ней стоял человек, не по годам умный и уверенный в себе. Раньше его видеть ей не доводилось. — Боюсь, я не большая фанатка рыбы. Но спасибо. Филе миньон выглядит лично для меня аппетитнее. — Забавно, но она его взгляд буквально чувствовала кожей, настолько незнакомец её пристально и детально осматривал. Настя почувствовала, что внутри неё взвилось волнение. Она настолько растерялась, что слова для продолжения беседы с трудом приходили ей на ум. — Вы давно сюда прибыли? — Ещё с самого начала. — Вот как. Завидую вам, я нередко с пробками опаздываю. — Настя неловко рассмеялась. Боже, почему она так сильно в его присутствии волновалась? Гость скупо ей улыбнулся. Его глаза прищурились. — Вечером в Питере бывает пробиться трудно. Здесь очень оживленное движение. — Вы…так поразительно хорошо говорите по-русски, что невольно напоминаете мне моего партнера из Китая, — пораженно поделилась Твердынская, вылавливая из толпы официанта, несущего им вино. Незнакомец с её согласия позволил его выбрать им сам. — Muscat Orange, довольно неплохое. И я не китаец, мисс. Она вскинула руки и прикрыла ими рот. Такая очаровательная эмоциональность. — Извините. Я нередко путаю национальности людей с восточным типом внешности. Значит, вы…? — Она приняла с благодарным взглядом бокал. — Бурят. — Бурят, ясно. Это многое объясняет. — Она вновь широко улыбнулась. А ведь и правда, для китайца у него были слишком изящные черты лица. — Вы работаете с Китаем? — поинтересовался он. — Да, с недавних пор. После неудачной работы моего друга постаралась учесть его ошибки и не совершить похожих. Его компания, представляете, обанкротилась и он не смог выплатить китайцам деньги. Они ему пригрозили закрыть въезд в страну и разослать письма в страховые компании, а ещё приехать сюда и устроить пикет под окнами его уже бывшего офиса. — Настя вздохнула и пригубила вино, вспоминая, как Ширяев ей потом по телефону жаловался на них, потому что они исполнили одну из своих угроз и реально приехали вытряхивать деньги из него в Петербург. — Не понимают, что работать в Россие очень тяжело. И многое, к сожалению, от нас не зависит. — Доходность обычно у вас не оправдывает вложений. — Неизвестный покрутил бокал вина и долгое время любовался игрой света на пламенной поверхности. Такая надменность Настю покоробила — она, как и любой другой бизнесмен, не любила подобных высказываний, несмотря на их правдивость. — А вы, смотрю, разбираетесь. — Она издала тихий, едва заметно оскорбленный смешок. — Но бизнес — это всегда риск, обе стороны должны это понимать перед заключением торговых отношений. — Вполуха Настя слушала женщину, с трибуны вещавшую о ближайших целях компании на собранные пожертвования. Однако было видно, что Твердынская, что её собеседник были увлечены больше друг другом, чем благотворительным вечером. — У вас…такой необычный цвет глаз. Никогда такой раньше не видела. Вам очень идет. Кажется, незнакомец не ожидал такого комплимента в свою сторону. — Спасибо. Как думаете, то, о чем здесь говорят, правда? — Я и половине не верю из того, что они обещают. На словах многие громкие, но на действиях компании вроде них быстро сдуваются, стоит им отмыть нужную сумму денег. Как бы мне ни хотелось думать об обратном, чувствую, «Махаон» не является исключением. Незнакомец тихо усмехнулся и уголки его губ приподнялись. — Приятно общаться с умным человеком. Не хотите прогуляться, раз всё равно ничего интересного здесь ни вы, ни я не услышим? Заметив, что в дверях появилась Лиля и помахала ей, Настя согласилась. Незнакомец обернулся. — Прибыла моя помощница. Её хлебом не корми, дай кого-нибудь к нам завлечь. Она любит делать контакты на подобных мероприятиях. И раз уж вы решили меня украсть, оставлю эту обязанность всецело Лиле. Незнакомец протянул ей локоть, и Настя охотно за него взялась. — Что вы здесь забыли? — тихо спросила его она, когда они ушли гулять по боковому коридору. В нем было тихо и совершенно пустынно. Изредка можно было заметить курящих возле балкона людей и снующих с дополнительными заказами официантов. Ветер тихо приподнимал из распахнутых окон дамастовые занавески. Их плавное волнообразное движение перед гулявшими добавляло некого мистического таинства всему неожиданному променаду. — Поскольку это благотворительный вечер, думаю, вы можете догадаться и сами. — Жертвуете деньги на озеленение города? Похвально. Будем надеяться, что они пойдут именно на это. — А вы? — Ищу связи для бизнеса. Обязательный выход в свет является для меня сейчас необходимостью. Я на рынке всего два года. — Какое же направление у вашей компании? — Фармацевтическое. На данный момент занимаюсь импортом субстанций. Они остановились возле выхода на балкон и ступили на него. В этой части ресторана было особенно ветренно, но зато никто не станет мешать их беседе. — Мне неловко об этом говорить, но мы с вами так и не представились друг другу. — Молодой человек, кажется, находился в смешанных чувствах из-за своей бестактности. — Ох, вы буквально читаете мои мысли. — Настя протянула ему свободную от бокала ладонь. — Анастасия Твердынская, компания «Юнит». Когда ладонь юноши перехватила её руку, тыльной стороны коснулся мягкий деликатный поцелуй. Настя едва не поперхнулась воздухом. Щеки неожиданно горячо запекло. — Алтан Дагбаев. Деятельность моей компании тесно связана с вырубкой лесов в Сибири. Настя сильно удивилась. — Жертвуете деньги на восстановление деревьев в Петербурге, а в Сибире их вырубаете? Непростой вы человек. Не боитесь этим заниматься после всех слухов, которые ходят вокруг Сибири? — А вы им верите? Слухам. Настя пристально на него посмотрела. Алтан смотрел на неё ровно точно также, и его ладонь до сих пор не выпустила её ладонь. — Слухам — нет, но я лично знаю людей, которые пострадали в «Сибирском конфликте» и даже были его участниками. Поэтому советую вам быть осторожным и поменять место деятельности. Алтан наконец выпустил её руку и оперся о перегородку балкона. Настя невольно повторила это действие за ним, только в инверсии — она прижималась к холодному поручну спиной, в то время как Алтан налег на него грудью. — Не могу сказать, что вы не правы. В мире существует масса вещей, которые с рациональной точки зрения необъяснимы. — Разве этим мир и не прекрасен, что в нём есть загадка? — Настя деловито следила за покачиванием ножки бокала меж своих пальцев. — Вы — романтик, Анастасия. — Кажется, его это позабавило. — Привыкла смотреть на окружающий мир чуть иначе, чем другие. Когда признаешь своё достоинство перед другими людьми, но полное ничтожество перед природой и необъятностью сущего, это освобождает. Ещё Чехов так считал. Такая точка зрения помогает заручиться обо всём исключительно своим мнением. — И какое же у вас сложилось относительно меня? — Его взгляд вновь ожившей змейкой забродил у неё по коже. Настя издала тихий смешок. В их общение всё больше влезал флирт, а этого она никак не планировала. — Вы кажетесь мне очень закрытым человеком. Могу судить, что вы привыкли держать многое под контролем сами, раз прибыли сюда один без помощника. Не доверяете людям, способны на радикальные действия, которые внутренне вам, на самом деле, хочется компенсировать. — Может, это всего лишь такой ход? Вам не приходило это в голову? — Алтан прищурил глаза. Такое ощущение, что он пытался её провоцировать или что-то, одно ему известное, проверял. — Чтобы показать себя хорошим перед другими? Бросьте, мне кажется, вы лучше, чем сами привыкли о себе думать. — Взглянув на его губы, Настя чуть нахмурилась и медленно поморгала. Вино уже вдало немного в голову. — По крайней мере, мне хочется в это верить. Я не знаю вас до конца, а потому могу сохранить за вашим образом иллюзию чего-то светлого. Пока не узнаешь человека достаточно хорошо, не стоит о нём судить лишь по первому впечатлению. Всегда есть причина, почему тот или иной индивид себя ведет определенным образом. Вы пытаетесь меня убедить своими словами, что вы не такой уж хороший человек, однако вы же пожертвовали деньги компании, обещавшей озеленить этот город. Значит, что-то хорошее внутри вас всё же есть. Просто вы не привыкли кому-либо это показывать. — Глубоко же вы копнули. И всё это можно узнать из нашей короткой беседы? — Он постарался скрыть смущение за привычным показным хладнокровием. — Я не первый день изучаю людей, общаюсь с ними и применяю свои знания в общении, мистер Дагбаев. — Настя рассмеялась в свой бокал. — Вы можете меня поправить, если я во что-то не попала, а можете оставить слова висеть в воздухе, чтобы их очарование окутывало вас. И, Боже, мне противопоказано много пить, потому что я всегда потом начинаю нести высокопарную чушь. — Она рассеянно потерла кончиками пальцев пространство меж бровей, пройдясь после по щекам. Но убежденность из её блестящих глаз никуда не делась при взлетевшем смехе. — У вас необычное мышление, — задумчиво протянул он, вновь усмехаясь, когда Анастасия попыталась хотя бы начать бороться с эффектом от алкоголя. — Почему вы решили заниматься фармацевтическим бизнесом в Россие? Это ведь очень тяжело. — Меня трудности не пугают. И…мне хотелось сделать что-нибудь хорошее для людей этой несчастной страны. Изначально я занималась проектом, связанным с лекарствами по социально приемлемой цене. У меня получилось в нём преуспеть, и я двинулась дальше. — Чем более заметным становишься, тем больше риск, что ваш бизнес накроют и попытаются отобрать. Какие-нибудь криминальные авторитеты или само правительство. — Но неужели эта…ммм…угроза, этот риск обязывает к бездействию? — Они вновь долго друг другу посмотрели в глаза. — Будь вы на моем месте, неужели ничего бы не сделали, приди вам в голову идея, как помогать доступным легальным способом другим? Алтан не нашелся, что ей ответить. Он вновь выглядел растерянным. Взгляд его быстро бегал по женскому лицу. — Я думаю…нам пора возвращаться. — И правда, а то наверняка уже шепчутся, что мы с вами являемся любовниками, раз так надолго скрылись вместе. — Шутливо подмигнув и вновь взяв Алтана за локоть, Настя отдала пустые бокалы пробежавшему мимо них официанту. По дороге они успели вскользь пройтись обсуждением по культурным особенностям бурятской национальности. Настя поделилась, что является большим фанатом китайской культуры, а вот о бурятах до встречи с ним знала совсем мало. — Никогда бы не подумала, что серебро у вас столь высоко ценится, в отличие от того же золота. Это так необычно. — Серебро считается символом чистоты и святости у нас, а также богатства. Женщины в древности носили как можно больше серебряных украшений для защиты от духов. Иногда его по сей день дарят в качестве оберега или с пожеланиями к процветанию и здоровью. — Я…когда-то очень давно, помню, слышала от своего друга, что ваши женщины носили также почти все украшения на себе. — Так выделяли особо знатных людей, было дело. — Алтан прислушался к окружающим звукам. После речи вечер решили закончить танцами, о чем известила гостей хозяйка приема. — Ужас, представляете, насколько это было тяжело и неудобно? — Зато такую тяжело было бы украсть. — На его попытку пошутить Анастасия заметно прыснула. Алтан протянул ей руку. — Потанцуем? В тот самый момент огонек беспокойства, гулявший у неё в груди, дал о себе знать особенно сильно. Однако вино перебивало его легкостью и весельем. Разве один танец — это противозаконно? В конце концов, мистер Дагбаев в буквальном смысле разбавил этот наискучнейший вечер своим присутствием рядом с ней. — Почему нет? — Настя осторожно вложила ладонь в его руку, устроив вторую на плече. Её мгновенно притянули ближе. Среди толпы таких же танцующих людей они неспешно закачались. — Забавно…знаете, я заметила такую странную закономерность, что я обязательно танцую с теми мужчинами, которые после влезают глубоко в мою жизнь. Чтобы не потерять зрительный контакт, ей пришлось запрокинуть голову. Так близко… Вблизи горбинка на носу была ещё более отчетливой, как и алый отблеск в глазах. Алтан едва слышно рассмеялся. — Боитесь, что и я окажусь таким же? — Почему-то я в этом уверена. — Краем глаза Настя заметила, что Лиля, вставшая возле еды, теперь активно за ними следила. Она очень хорошо знала этот взгляд и эту улыбку. «О нет, вот только этого сейчас не хватало…» — Вы оказались во многом правы насчёт меня, когда мы говорили с вами на балконе, — негромко поделился с ней юноша, вновь возвращая полноценное внимание Анастасии к себе. — Вы подкармливаете моё самомнение или мне кажется? — Откуда в голосе опять проскальзывает эта игривость? Настя, стоп, стоп, стоп. — Что вы, говорю только правду. — Уголки малокровных губ вновь приподнялись. — Признаться, я поражен. Для столь молодой девушки вы очень мудры. Сколько вам? — Неприлично спрашивать женщину о таком, но я своего возраста не стесняюсь. Мне 28. — Ох…выглядите моложе. — Спасибо. Ну а вам? — 23. — Ого! Вот вы выглядите как раз сильно старше. — На её удивление он улыбнулся. Его взгляд, направленный на неё, смягчился. Наступила стадия большого количества комплиментов. Срочно нужно было перевести тему. — Чем вы любите заниматься на досуге? — неожиданно спросила она его. — Моя большая страсть — цветы. Особенно редкие или больные. Вторые трудно выхаживать, но для меня это своего рода челлендж. — Алтан удивлённо поморгал такой резкой смене темы. Настя зачарованно на него посмотрела. Как интересно. Значит, ему нравится «ставить на ноги» цветы… Что-то невольно ей подсказывало, что для Алтана это имело особое личное значение. Может, травмирующий опыт из детства? — Вот я и оказалась права. В вас что-то всё-таки есть, глубоко от всех спрятанное. Не каждый человек станет заниматься цветами. В особенности их восстановлением. Он наклонил голову к ней ближе. Грудь прижалась к груди. Одна из ладоней невесомо коснулась подбородка, приподнимая за него лицо. Вот черт!.. — Вы и сами мне невольно напоминаете диковинный цветок… Среди бизнесменов встретить столь честного человека — большая редкость. — Его шёпот уже ощущался на уголке её губ. Настя тихо выдохнула. Она прошлась снизу вверх по его губам взглядом. Ещё секунда промедления, и это может кончиться для них обоих плохо. Алтан закрывает глаза и подаётся вперёд. Впервые неконтролируемый порыв так сложно сдержать. Анастасия под конец танца делает шаг назад и едва слышно роняет: — Я замужем. Извините. Лиля, чуть ли не с писком наблюдавшая за ними, резко вытянулась в лице. — Замужем?! — воскликнула громко она. — Замужем? — повторил её вопрос тише уже сам Дагбаев, осоловело моргая. Настя опустила горящее смущением лицом резко вниз. Она от него отстранилась. — Извините, нужно было раньше сказать. — Она заметила, что взгляд не смог скрыть его расстройства этой новостью. — Мне жаль, если мои действия заставили вас… Неправильно меня понять. Сзади проходил мимо Каменный. Вот и её возможность узнать хотя бы чуть больше и точно подтвердить, что он может быть замешан! Настя перевела взгляд быстро с губернатора на Дагбаева и виновато ему улыбнулась. — Но я всё равно была рада провести с вами этот вечер и познакомиться, Алтан. До свидания. Буквально ветром сдувшись к Николаю, Настя нагнала его спешащим шагом. Вдох-выдох. Нужно успокоиться и угомонить неправильно стучащее слишком быстро сердце. — Да? — Губернатор, кажется, не ожидал такой роскошной компании. — О, Анастасия Филипповна? — Здравствуйте! Давно мы с вами не виделись. — Давно-давно. — Каменный был удивлён тому, насколько Твердынская была красной. — Это вы от кого такая сбежали? — Да… Познакомилась тут с одним интересным лицом. — Она кивнула на оставшегося позади Алтана. Лицо Каменного накрыла нервная тень. Настя изогнула бровь. — Господин Дагбаев… и правда интересный человек. — Вы выглядите так, будто его боитесь. — Не говорите глупостей. — Однако нервная улыбка губернатора выдавала его с потрохами. Настя сочла эту деталь подозрительной и странной. — Но поговорить я хотела не о нём. — Она быстро свернула тему. — А о деятельности Чумного Доктора. Вы ведь слышали, что мститель в маске вернулся? — Не помню, чтобы вы набивались в журналистки раньше. — Каменный криво улыбнулся. — Я всего лишь пытаюсь прояснить ситуацию. А ваше мнение считается для меня авторитетным. — Настя очаровательно захлопала глазами. Увы, но под таким трепещущим движением ресниц не был способен устоять даже он. — Очень страшно стало ходить по улицам в последнее время. — Правильно боитесь. Этот псих раньше вешал людей на фонарных столбах! Уверен, что Разумовский совсем скоро возьмётся за старое, несмотря на то, что пока не произошло ни одного убийства. Настя заострила на его словах внимание. — То есть вы пристально за его деятельностью следите?.. — Милочка, это моя обязанность, как губернатора, — возмутился Каменный. — А… Не могло ли затесаться что-либо личное у вас? Не знаю, быть может, есть весомый повод, почему вам так важно знать о нём?.. — Её тон стал вкрадчивым. — Если хотите, можете поделиться. Мне лично важно знать для сохранности бизнеса. Каменный воровато покрутил головой. Потом тихо добавил: — Недавно он накрыл один мой склад и побил моих людей, разгромив там всё. Всё дело было в табаке? Настя нахмурилась. Бред какой-то получался. Чтобы Каменный и посылал из-за этого наёмника по следам Серёжи? Нет, тут явно было что-то другое… Что-то, похожее на то, что он отстаивал не свои интересы, а чьи-то другие. Могло ли быть возможно, что губернатора загнал кто-то под каблук? Настю осенило. Да, это была лишь интуиция, но она вполне могла оказаться права. Но как это точно выяснить? — Какой кошмар. Я вам очень сочувствую. Нам всем нужно быть осторожнее. — Да, определённо… Кстати, вы тут одна? — Меня ждёт моя помощница. И мне уже пора. Была рада побеседовать. — Вежливо сверкнув улыбкой, Настя отправилась походкой от бёдра к Лиле. Алтан подошёл к Каменному следом. — О чем вы говорили? — Она расспрашивала меня про Разумовского, — не менее удивлённо ответил губернатор. — Клянусь, я ей ничего не рассказал. Только наплел чепухи про свой склад. — Твоё счастье, чтобы так оно и оставалось. — Скользнув тяжёлой рукой по мужскому плечу, Алтан проводил Анастасию сузившимися глазами. Зачем ей было узнавать про Разумовского? Дагбаева этот вопрос поставил в тупик.

***

Закрыв за собой дверь, Настя устало вздохнула. Ну и денек… И тебе Лиля, которая теперь будет мусолить тему её тайной женитьбы вплоть до раскрытия личности жениха, и нарисовавшийся ухажёр в лице Алтана, при воспоминаниях о котором у неё до сих пор бежали мурашки вдоль кожи, так ещё и практически подтвердилась информация, что Сережа был прав. Вполне возможно, что Каменный пытался выманить его. В квартире было тихо. Олег либо уехал к себе, либо спал в своей спальне. Пройдя в спальню к Сергею, Настя скинула пиджак на его рабочий стул и туда же повесила сумочку. Она изможденно скинула туфли, отшвырнув их в дальний угол комнаты, потом прижалась к закрытой двери плечом. — Привет, милый. Сергей оторвался от книги. Сегодня он дочитывал «Убить Пересмешника». — Привет, дорогая. Как всё прошло? — Ну…меня чуть не соблазнил бурят, поэтому мне пришлось сказать, что я замужем. Это услышала Лиля. Теперь она точно знает, что я тайно вышла за тебя в Испании. Прости. Из рабочего — было скучно, Лиля собрала около пяти полезных контактов, так что у меня будет куча встреч на следующей неделе. Брови Сергея подлетели к линии волос. Он отбросил книгу. — Стоп, кто к тебе лез? Бурят? — Остынь, он думал, что я свободна. — Настя сразу же его осадила. — И отстал, когда я ему прямо в лоб сказала, что я занята. Однако… Меня волнует не сколько он, сколько твоя тайная деятельность и выяснившиеся подробности. Знаю, мы оба решили, что это не больше паранои, но…мне кажется, Каменный за тобой следит. Я говорила с ним сегодня. Он выглядел очень нервным, когда речь зашла о тебе. — Ты уверена? — Сергей, напротив, явно сомневался. — Доказательств точно у нас нет. И ты не боишься так подставляться, спрашивая обо мне? — Нужно было мнение со стороны. Нечистые на руку люди всё ещё тебя жутко боятся. А я выглядела так, будто интересуюсь исключительно ради сохранения спокойствия на работе.— Оттолкнувшись от двери бедром, Настя проследовала к кровати и притянула мужа к себе. Тот, не менее уставший, ткнулся лбом в её низ живота, заключив супругу порывисто в кольцо своих рук под ягодицами. — Ты…можешь просто его проверить? Не послал ли он хвост за Лерой? Или хотя бы порыться у него в почте? — Это будет потенциально проблематично, — пробормотал Сергей. — Но можно попробовать проверить. Понять бы, что нам искать. Говорить про Леркиного наемника Настя всё ещё боялась. Если она окажется права, послать его мог не Каменный, а кто-то другой. В попытках узнать, кто именно, Сергей и Олег вполне себе могут перестараться. Нужно пока пытаться выяснить всё самим. Лера передавала, что Дракон был с ней нейтральным в темах и не касался работы вообще. Более настойчивые расспросы маловероятно что к чему-то хорошему приведут. Он не заинтересован в том, чтобы сдавать Леру, но и не в том, чтобы раскрыть личность нанявшего его человека. Любопытный игрок оказался на поле, но всё же он не был чем-то большим, чем просто исполнителем и пешкой. Убери его с доски, его заменят кем-то другим. Кем-то менее снисходительным к их тайне и к самой Лере. С усмешкой Настя вспомнила, что он весьма метко предположил, что советы по общению с ним ей даёт умная женщина. Мужчина, мол, до такого бы не догадался. Льстец. — Это лишь домыслы, родной, но… Вдруг они помогут нам себя обезопасить. Разумовский задумчиво помолчал, потом кивнул. — Хорошо, я изучу его более детально. Значит, к тебе лез бурят? — Сергей теперь никак не мог угомониться. — СЕРЁЖА. — Настя вымученно простонала. — Иногда я жутко жалею, что не могу официально, в широкую известность заявить, что я твой муж, — продолжал настойчиво ворчать он, по-настоящему этим расстроенный. Настя и умилялась, и вздыхала. Она принялась поглаживать его по голове, причесывая волосы пальцами. — Мы выбрали такую жизнь. Она непростая, но даже тайно быть твоей женой для меня большое счастье. Можно просто не вдаваться в подробности, но всем говорить, что ты у меня есть. — Настя поцеловала его в макушку. — Ммм, муж — фантом, который нигде не появляется… Для кого-то это настоящая мечта. — Тихий смешок. Следом эту макушку легонько стукнул согнутый палец. — Уж точно не для меня. В эту же секунду Настя оказалась завалена рывком на кровать. Оказавшись под Сергеем, она удивлённо округлила глаза. Её запястья вздернули и сковали одной ладонью. Глаза Сергея знакомо ей зажглись. Настя вскинула деловито брови. — Я должна воспринимать это как ярую демонстрацию ревности? — Ты мне задолжала за все споры на этой и предыдущей неделе. — Это называется конструктивный диалог, Сереж. И в женатых парах считается нормальным не соглашаться друг с другом и искать… Своего рода… Компромисс… — Настя тяжело задышала, когда он её поцеловал в самый низ живота через платье, запихнув ладони под юбку и игриво сжав ягодицы. Исподнее нетерпеливо потянули вниз. — Я помню, что мы с тобой на равных позициях дома, но это не значит, что мой авторитет перед глазами Леры надо окончательно вогнать в могилу. — Он перекинул её ножки через свои бёдра, прижавшись меж них вплотную к розовым складкам. Настя ахнула и выгнулась. Даже через одежду она чувствовала, как член Сережи напрягся. — Я и не пыталась… Просто иногда ты ей грубишь… А надо быть тактичнее. Ты ведь её наставник. — Поцелуи в шею окончательно заставили разомлеть. Таз задвигался по одному известному ему движению, помогая трению между ними возобновиться. — О, так я и стараюсь быть… И если ты заметила, достаточно успешно. — Он оттянул её волосы и буквально накрыл сверху собой. Второй ладонью заскользив по бедру, Сергей нырнул ею под юбку и начал под ней орудовать, дразня клитор потирающими прикосновениями. — Так что пообещай, что не будешь меня пилить. — Я тебя не… — Когда он убрал руку, она нахмурилась. Тяжёлый выдох покинул нос. — Сереж, так нечестно. Он весело на неё смотрел сверху вниз с возбуждённо горящими глазами. — Пообещай мне. — Хорошо, я обещаю, что не буду говорить о твоих промахах при Лере, только наедине. Доволен? — Это не совсем то, чего я добивался, но уже хотя бы лучше, душа моя. — Ладонь вернулась обратно. Выдерживать издевательство в виде стимуляции через одежду уже не смог сам Сергей — он первый дернул на себя связку презервативов, спрятанных под подушкой, а потом стянул домашние штаны. Настя с громким стоном выгнулась под ним, когда он резко в неё вошёл. — Ты чертов садист! — задушенно прошипела она. — Считай, проявляю так свою ревность. — Он прижался губами к уголку её рта, заметно покусывая его, а потом и вовсе накрыл в полноценном поцелуе. Он знал, что Настя выстраивала перед ним маленькую мизансцену — если бы ей и правда было больно, он бы сразу же остановился. Но нижние мышцы живота были расслаблены алкоголем, и она быстро завелась даже под лёгкими игривыми прикосновениями, позволив ему легко проникнуть в себя. Приподнявшись над ней, он с нескрываемой ухмылкой оглядел представшее перед ним чудо — платье вздернуто, щеки раскраснелись, причёска оказалась испорчена, рот от поцелуев покраснел и набух, соски игриво торчали из-под съехавшей ткани. Сразу вспомнилась их брачная ночь, хотя тот раз вообще оказался полон необычных экспериментов. Из полусидячей позиции удавалось двигаться глубже и чаще. Настя закусила нижнюю губу, жмурясь. Хватка на бёдрах стала сильнее. Нормальным женщинам не должно до такой степени нравиться, с какой страстью их ревнуют и проявляют наклонности собственника потом в постели. Но чем больше Настя задумывалась над тёмной природой вспыхнувшего у супруга возбуждения, тем больше возбуждалась от этой мысли сама. Порой от Сергея, излучавшего от себя ауру доминанта, в хорошем смысле бросало в дрожь. Она протянула к нему руки, крепко обняв и притянув ближе к себе. Корпус тела Сергея сместился, и он вошёл глубже, тесно прижавшись грудными мышцами к округлившейся и часто вздымающейся от сбитого дыхания груди супруги. В футболке стало откровенно жарко. Сорвав её, Разумовский отшвырнул ту на пол. Пальчики Насти забежали у него по спине, прежде чем хорошенько вцепились, прокладывая красные полосы от района затылка до пространства меж острых лопаток. Сергей довольно застонал. Оргазм накрыл его дикой пламенной волной уже совсем скоро, когда к основательному (почти мстительному) царапающему скольжению добавились кусачие поцелуи в шею. Перекатившись на свободное пространство смятой постели рядом, он часто дышал, чувствуя приятное ощущение отпускающего возбуждения, которое вскоре могло вновь вернуться. Настя, с плывущей от лопающегося в крови дофамина головой и разливающейся по телу ленивой негой, подтянула к себе отброшенную мужем книгу, с улыбкой взглянув на обложку. Она тоже пыталась привести сердцебиение и дыхание в порядок. Бедра подрагивали в послеоргазменной дрожи, ребристые стенки до сих пор активно сокращались. — Убить Пересмешника? И как тебе, успел проникнуться гражданской виной после этой книги? — Скажем так, — Сергей убрал со смехом растрёпанные рыжие волосы с лица, с лукавой улыбкой закусив нижнюю губу, — слегка преисполнился в познании.

***

— Анастасия Филипповна, тут просят освободить у вас окно для встречи в среду. Настя хмурится. — Мне казалось, мы уже распланировали после того вечера все встречи. — Да, но позвонил Алтан Дагбаев. Он сообщил, что хочет стать вашим венчурным инвестором. — Что?! — Настя не верила своим ушам. Лиля не смогла сдержать смешка на обратной стороне провода. — Похоже, ты его в тот вечер очаровала, даже если не пыталась это сделать. Ну так что, для мистера Дагбаева найдется у нас окно в среду? Я могу перевести звонок на тебя, если хочешь. — Переведи, пожалуйста. — Спустя несколько непростительно долгих гудков, растянувшихся в целую вечность, ей наконец ответили. — Мистер Дагбаев? — Рад вас слышать, Анастасия. Настя растерянно захватила ртом воздух. В отличие от неё, Алтан был кристально спокоен. Она ощущала это через телефон, пускай и не видела его. — Венчурное финансирование? Вы серьезно? А как же ваши слова, что доходность в нашей стране не оправдывает вложений? — Ваши взаимоотношения с Китаем заинтересовали меня. Как и ваша деятельность тоже. Я детально изучил вашу работу, проделанную за последние несколько лет, и она поразила меня. Не вы ли сказали, что риск все равно будет преследовать меня и вас, куда бы мы ни ступили? Прищурившись, Настя выдержала паузу. Её пальцы невольно сильнее сжались на трубке. — Я готов рискнуть, — продолжил он. — А вы? Или это были всего лишь навсего слова? — Не дразнитесь. Я просто так слова на ветер не бросаю, — сразу же начала защищаться она. — Тогда все подробности мы сможем обсудить в среду, я полагаю. Не смею больше вас задерживать. Вложить деньги в один конец, не получив при этом пока ничего себе? Какая щедрость. Для первого знакомства даже чересчур, но что плохого может случиться, обсуди они все договоренности в среду? Если не примешалось личное отношение. Но Настя решила все же попробовать. — Приезжайте в среду, в три. Хорошего вам дня. — И вам. Настя перевела звонок обратно на Лилю, ощущая вновь россыпь холодных мурашек на открытых плечах.