Яд и лекарство

      Снейп ни словом не обмолвился о произошедшем в лесу. Гермиона благоразумно не распространялась об этом — по возвращении в замок на расспросы Минервы ответила, что всё прошло замечательно и она почерпнула множество полезной информации. Северусу наверняка понравилась ее сдержанность, но виду он не подал — лишь кивнул, подтверждая ее слова.       В кабинете Снейпа появилась очередная банка с ценным ингредиентом, а в памяти Гермионы навсегда отпечатался очередной теплый момент.       В последний день лета Джинни в ультимативной манере, свойственной женщинам из семьи Уизли, пригласила Гермиону составить компанию ей и Гарри на прогулке в Хогсмид.       — Ты совсем закиснешь в этих стенах, нельзя же так! — настаивала она, отметая все возражения. — К преподаванию ты, считай, готова.       Гермиона нехотя согласилась, и подгоняемая неугомонной Уизли, лихорадочно искала вещи.       Гарри был искренне рад увидеть подругу. Он засыпал ее расспросами о делах в школе, в свою очередь рассказывая о собственных успехах в аврорате. Его сразу взяли младшим аврором, минуя школу и стажировку. Разумеется, к юному герою приставили опытного напарника — Нимфадору Тонкс. Они прекрасно сработались и уже задержали первого преступника — одного из бывших членов Комиссии по учету магловских выродков.       — Представляешь, он даже не успел достать палочку! — захлебываясь от возбуждения, хвастался Гарри, — Я так врезал Ступефаем, что он пробил спиной дверь. А Тонкс наложила на него инкарцеро в полете, и он упал на пол уже упакованный.       — Гарри, будь осторожнее, — глядя на нездоровый блеск в глазах друга, забеспокоилась Гермиона, — в твоей работе нет места самоуверенности. Береги себя и Нимфадору.       — Да серьезных соперников уже и не встретишь. Из старой гвардии Пожирателей остались в живых только Руквуд, Макнейр, Мальсибер и Яксли, — фыркнул Гарри, встряхнувшись. — Они покинули Англию и наверняка осели где-то в Южной Америке. Пусть там и сидят хоть до конца своих дней!       — Гарри, они очень опасны! Озлобленные, отчаявшиеся. Если кто-то из них решит вернуться…       — То мы проводим их в уютные камеры Азкабана, в компанию к дементорам. Они загнанные в угол крысы, не более того.       Гермиона не стала продолжать спор, лишь грустно покачала головой. Гарри унаследовал самоуверенность от своего отца и крестного, и с этим вряд ли можно было что-то сделать. Оставалось надеяться, что старые враги не вернутся…       Вдоволь погуляв по Хогсмиду, они решили заглянуть к Розмерте. В «Трех Метлах» было не протолкнуться, практически все столы были заняты, и Розмерта сбивалась с ног, лавируя в узких проходах, когда разносила выпивку. Свободными оставались лишь три места за длинным столом в самом дальнем углу паба. Гермиона пошла за Гарри и замерла на месте, увидев, с кем им предстоит сидеть.       За единственным полупустым столом сидели Северус, Элис и незнакомец, лица которого невозможно было разглядеть — он сидел спиной ко входу.       — Профессор! — радостно заорал Гарри на весь паб.       Несколько посетителей обернулись, некоторые вздрогнули. Элис дернулась так резко, что смахнула локтем пустой бокал, и тот вдребезги разлетелся на каменном полу. Выругавшись вполголоса, она ловко восстановила его взмахом палочки и поставила обратно. Взирая на поднявшийся переполох, Снейп лишь усмехнулся.       «А чего еще ожидать от Поттера?» — Гермиона без легиллименции угадала его мысли. Она думала точно так же.       Незнакомец зашелся утробным смехом и резко повернулся к вошедшим. Гермиона рефлекторно выставила руку в защитном жесте и потянулась за палочкой.       На нее в упор смотрели глубоко посаженные глаза Антонина Долохова.       — «Постоянная бдительность» — так, кажется, говаривал старина Грюм? — одобрительно кивнул Долохов, глядя на нее. — Рад видеть вас в добром здравии, мисс Грейнджер.       Гермиона не могла ответить взаимностью. Да, после войны выяснилось, что Долохов не собирался убивать ее тогда, в отделе Тайн, но… Единственный близкий человек Гарри Поттера остался там, за завесой арки Смерти, не в последнюю очередь из-за действий Антонина. Гермиона не забыла, как Долохов держал ее за волосы, тыкал в шею волшебной палочкой, а потом грубо швырнул на пол, и приложил очень болезненным и потенциально смертельным проклятием. У нее на всю жизнь остался шрам чуть ниже груди. Первый из многих.       — Вопреки вашим стараниям, мистер Долохов. Благодаря этому вы легко отделались, — холодно ответила Гермиона, не опуская палочку.       Лицо Антонина скривилось, в глазах мелькнула тень обиды. Он отвел взгляд и кивнул Гарри и Джинни:       — Что ж, похоже сама судьба пожелала, чтобы мы встретились за этим столом. Присаживайтесь, прошу!       Гермиону фамильярность Долохова покоробила, но Джинни и Гарри радостно заулыбались. Гарри даже подал руку бывшему («Едва ли!» — поправила она про себя) Пожирателю, и тот немедленно пожал ее. Джинни скользнула к столу и нагло уселась между ними.       Гермиона натянула улыбку, присаживаясь на единственное свободное место рядом с Элис. Француженка едва заметно отодвинулась, поджав губы.       — Элис Макферсон, профессор Чар. Вы, вероятно, мистер Гарри Поттер и мисс Джиневра Уизли? – любезно поздоровалась она, наклонив голову. – Рада познакомиться.       Джинни удивлённо воззрилась на неё – мало кто использовал её полное имя.       — Взаимно, — ответил Гарри, замявшись и вопросительно взглянув на Элис.       — Мисс, — улыбнулась она.       Гарри с восхищением разглядывал новую преподавательницу. Макферсон заметила его взгляд и слегка улыбнулась, отчего на щеках у него заиграл легкий румянец.       — Сэр, я хотела спросить: мне надо что-то приобрести для работы? — начала Гермиона, с наслаждением глядя, как брови Снейпа ползут вверх, а губы сжимаются в тонкую линию.       «При Гарри и Джинни ты не нагрубишь мне, а теперь все будут знать, что я твоя помощница».       — Ничего не требуется, — сухо ответил Снейп, не глядя на нее. — Все необходимые материалы и оборудование предоставит директор Макгонагалл, раз уж навязала мне вас.       — Мисс Грейнджер теперь твоя ассистентка, Северус? Что ж, она будет получше предыдущей, — усмехнулся Антонин. — От воспоминаний об Андромеде у меня до сих пор мурашки по коже.       — О, профессор, у вас уже была помощница? — Джинни удивленно уставилась на Снейпа.       Он коротко кивнул, поджав губы:       — Ее мне тоже навязали. Темному Лорду требовалось много специфических зелий, мисс Уизли.       — А кем она была? — невинным голоском поинтересовалась Уизли.       «Кто тебя за язык тянет?» — от злости Гермиона сжала кулачки под столом.       Снейп с отсутствующим видом повернулся к Элис, делая вид, что происходящее его не касается. Однако он напрягся и сузил глаза — знакомый с первого курса признак того, что грозного профессора лучше не провоцировать.       — О, мисс Уизли, это была удивительная женщина. Звали ее Андромеда Вуазен, хотя мы называли ее «Вырви-глаз». Разумеется, за глаза, — хрипло усмехнулся Антонин, прервав повисшую паузу.       — Долохов, — в голосе Снейпа прозвучала угроза, — если ты…       Но Антонина было не остановить. Наливка Розмерты хоть и уступала в крепости его собственным жутким настойкам, развязывала язык ничуть не хуже.       — А как она получила свое прозвище? — тепло улыбнулась Джинни.       Гермиона едва не застонала — не хватало еще выслушивать пожирательские истории.       — Она была специалистом по жертвенным ритуалам и магии крови, — Антонин полностью увлекся своим рассказом. — Весьма занятная особа, скажу я вам. А прозвище… Варила она как-то раз с Северусом одно зелье для Темного Лорда…       Джинни, вытаращив глаза, внимательно слушала, боясь упустить хоть слово. Гарри тоже наклонил голову, ловя каждый звук.       — В его состав входил свежий человеческий глаз, — Долохов говорил о жутких ритуалах так же обыденно, как о приготовлении алкогольных напитков. — А тут к ним крайне неудачно для себя заглянул один из егерей, и умудрился отвлечь её от работы. Ну она и позаимствовала у него столь нужный ингредиент, немедленно отправив его в котел.       — Так ему и надо, этому егерю! — заключила Джинни и рассмеялась.       Довольный донельзя, Долохов улыбнулся ей в ответ.       Гермиона не разделяла веселья подруги: ей претила подобная жестокость. Наверняка это чудовище убило множество волшебников и маглов. Судя по помрачневшему лицу Северуса, ему тоже не хотелось вспоминать бывшую ассистентку. Элис сидела абсолютно неподвижно, словно статуя, и лишь внимательно разглядывала Антонина.       — А что с ней случилось после войны? — спросил Гарри.       — Едва Темный Лорд пал, Андромеда сбежала во Францию. Через месяц ее, скрывающуюся в старом особняке у одной волшебницы где-то под Руаном, нашли авроры. При попытке задержания она вызвала Адское пламя и сгорела вместе с вошедшими в дом аврорами, — хрипловато ответил Снейп, отпив немного вина.       — Не думал, что эта крыса способна так глупо убить себя, — фыркнул Долохов. — Я ставил на то, что ее пришьют авроры.       Элис хмыкнула, неотрывно глядя на Антонина и поднесла бокал к губам.       — Судьба Крэбба, похоже, ничему ее не научила, — усмехнулась Джинни. — Интересно, смог ли хоть один волшебник сохранить контроль над этим заклинанием?       — Адское пламя невозможно «контролировать», мисс Уизли, — ответила Элис, заставив Гермиону вздрогнуть от неожиданности. — Это воплощение эмоций и чувств, обладающее собственной волей. Выпущенное, оно более не подчиняется волшебнику.       Макферсон поймала взгляд Гермионы и усмехнулась:       — Я работала в отделе изучения магических артефактов. Как наверняка известно всем присутствующим, Адское пламя — самый доступный способ уничтожения особо сильных темномагических артефактов.       — Но не самый безопасный, — заметила Гермиона, едва не отшатнувшись от ледяного взгляда.       — У нас не было ручного василиска, или меча, пропитанного его ядом, — медленно проговорила Макферсон. — Разумеется, к этой процедуре допускались по-настоящему талантливые волшебники.       — Вы уничтожали темные артефакты Адским пламенем? Невероятно… — с восхищением выдохнула Джинни.       — Я была одной из немногих, кому разрешалось уничтожать проклятые предметы на месте, — Элис гордо вскинула голову. — Поэтому изучила это заклятие в совершенстве.       Вскоре разговор потек сам собой. Гордая и надменная чистокровная волшебница преобразилась буквально на глазах — возможно, под воздействием вина, а может быть, ей понравилось внимание знаменитого Гарри Поттера. Она рассказывала о древних книгах, темных проклятиях и зловещих особняках, пустовавших со времен Гриндевальда. Гермиона даже забыла о недавней ссоре и грубых словах, которые Элис позволила себе в ее адрес, и тоже заслушалась историями Макферсон.       — И что же привело вас в Хогвартс, профессор? — вкрадчиво и обманчиво вежливо поинтересовался Северус. — У вас была столь интересная работа, что я начинаю завидовать.       — Я… — Элис нахмурилась, — я попала под удар проклятия, когда пыталась вскрыть защиту «De Vermis Misteriis» издания 1542 года.       «Тайны червя» — от самого названия отдает тьмой»…       — Вы сильно пострадали? — Гарри с сочувствием взглянул на нее.       — Отделалась сильным магическим истощением и ожогами, мистер Поттер. Можно сказать — практически не пострадала. Медики рассказали, что от этого проклятия, как правило, умирают.       — Вам очень повезло, мисс Макферсон, — заметил Снейп. — А что стало с фолиантом?       — Увы, он рассыпался в прах, — дернула плечами Элис. — Когда я восстановилась, врачи порекомендовали мне сменить профессию на… менее опасную. Я вернулась в Англию и вскоре получила предложение от Минервы Макгонагалл.       — Учитывая средний интеллектуальный уровень обитателей замка, я бы не назвал работу в Хогвартсе «менее опасной», — насмешливо фыркнул Снейп. — Ученики с завидным постоянством пытаются убить себя, а особо одаренные стараются прихватить за собой как можно больше — в идеале, разрушить весь замок.       Элис сдержанно улыбнулась:       — Не думаю, что им удастся сделать то, что не удалось артефактам Гриндевальда.       Книга заинтересовала и Гермиону, но выспрашивать она не стала — незачем давать Снейпу повод посмеяться над ее незнанием. Северус засыпал Элис вопросами о древних фолиантах, и в разговоре мелькали названия, о которых Гермиона даже не слышала. Увлечение профессора темными искусствами было секретом Полишинеля, но тот факт, что его новая подруга была осведомлена в них не хуже, вызывал определенные опасения.       Время пролетело незаметно. Лишь когда Снейп намекнул на необходимость хорошего отдыха, Гермиона заметила, что за окнами уже смеркается. Северус и Элис сопроводили изрядно выпившего Долохова к выходу и аппарировали втроем.       — Невероятно! — Гарри так и сиял, глядя на то место, где секунду назад стояли трое волшебников. — Если бы кто-то пару лет назад рассказал мне это… Что я буду сидеть в «Трех метлах» рядом с Долоховым и слушать рассказы подруги профессора Снейпа…       Джинни тоже восхитилась новой преподавательницей:       — Если бы она вела чары у нас… даже братец Рон выучил бы «Вингардиум Левиоса» с первого раза! Повезло же нынешним ученикам.       — Да как вы можете судить о ней всего лишь после нескольких часов знакомства? Она ни одного урока еще не провела! — Гермиону трясло от возмущения. — Профессор Флитвик был замечательным преподавателем и все, кто хотел, отлично научились обращаться с палочкой!       — Не кипятись ты так, никто не говорит, что Флитвик был хуже, — примирительно начал Гарри, положив руку ей на плечо. — Просто признай, что она… впечатляет.       Джинни кинула на него многозначительный взгляд и едва заметно потянулась к палочке.       — Своими знаниями, — торопливо добавил он.       «Конечно, знаниями, Поттер! То-то ты весь вечер искоса пялился на «вместилище» ее знаний!»       Гарри и Джинни по очереди крепко обняли Гермиону и, взявшись за руки, исчезли в вихре аппарации.       Оставшись одна, она медленно побрела в замок. После посиделок в «Трех метлах» необходимость ужина в Хогвартсе отпадала, так что особенно выбирать не приходилось. Библиотека всегда была для Гермионы надежным убежищем и хранила ответы на многие вопросы.       Когда она спросила про «De Vermis Misteriis» у мадам Пинс, библиотекарь испуганно отшатнулась и удивленно уставилась на нее.       — Откуда… ты знаешь про эту книгу, Гермиона? — в голосе послышались нотки трепета и плохо скрываемого страха.       — Слышала. Говорят, она что она очень редкая и некоторые ее экземпляры защищены сильными проклятиями. Может, у вас что-то есть?       — Я никогда не позволю держать в своей библиотеке такую мерзость! Даже в Запретной секции ей не место! Пусть невыразимцы ковыряются в этих отвратительных страницах, им плевать на всё.       — А что с ней не так? — Гермиона недоуменно посмотрела на взмокший лоб мадам Пинс.       «Что могло настолько напугать бедную Ирму?»       — Ты даже не знаешь, о чем эта книга? Ведь так? — голос старушки-библиотекарши дрогнул, а руки сцепились в замок, чтобы унять дрожь.       — Да, мадам. Я только услышала название от… одного из профессоров.       — От Снейпа, разумеется, — констатировала Ирма. — Он тоже искал ее, когда… впрочем, неважно. Этот фолиант написан давно, еще до Основателей. Автор, или, скорее, авторы неизвестны. Там собраны первые сведения о ритуалах крови, крестражах, темных зельях и прочих омерзительных вещах за гранью добра и зла. И действительно, на большинстве сохранившихся экземплярах лежат проклятия. Одни просто не откроются, но некоторые вполне могут и убить. Лучше оставить эту дрянь Снейпу и невыразимцам. Ты что-то еще хотела?       Гермиона взяла несколько книг на вечерние посиделки и, попрощавшись с Ирмой, удалилась к себе. Ей предстояло о многом поразмыслить.