Война - моё ремесло

Я резко поцеловал Софью в щёку. На её милых щёчках появился румянец. - Что ты… а? – растерялась она. Я немного улыбнулся и погладил её щеку. - Просто так, дорогая. Принцесса загадочно улыбнулась и навалилась головой на мой живот, лениво чиркая ручкой по листку. - Я устала. Учи меня сейчас, а? Прижав её голову к себе, я сказал: - Ладно. Повтори, J'aime Napleon (я люблю Наполеона) - Дж… чё? - J'aime Napleon. Это нетрудно. - J'aime Napleon. – кое-как сказала она. Я немного поморщился, улыбаясь. - Совсем плохо? – спросила Софья. - Нет, просто… если честно, то у тебя с произношением проблемы. - Видимо, французский – точно не моё. Кстати, что я сказала? - Что любишь меня. – она улыбнулась – тогда давай разберёмся с произношением. Мерси. - Мерси. - Нет. ты сильно давишь на «р». Слушай ещё раз, мерси. Она пыталась понять и повторить еще раз пять, но в итоге перевернула стол, вскакивая. - Аааа, я не понимаю! Я не умею так! Я не грёбаная француженка и не умею так пиздато картавить! Вот не умею я, доволен?! Я рассмеялся, поднимая стол магией. - Чего так злиться? Что тут страшного? я ведь не ругаюсь. - Зато я знаю ругательства, кстати. – довольно сказала она, магией складывая листы. - Откуда? – насторожился я – и какие? - Авортон. Меня не столько перекосило от произношения, сколько от осознания того, что это вылетело из её уст. Хоть я и привык, что она может ругаться матом, но тем не менее. - А… а ты значение знаешь? – спросил я. - Нет. Это значит «придурок»? - Это значит «мразь». Или «выродок». - Ой… неловко получилось. – она покраснела и опустила голову – извини, я это не тебе. Я поцеловал её. - Не надо так стесняться, ма шер. Я не сержусь. Она уткнулась лицом мне в живот и вздохнула. Так тепло. - Вот как ты со мной живёшь? Как? Счастливо. Хоть мы и были очень похожи внешне, характеры наши были разные во многом. Моя холодность уступала её импульсивности, её несдержанность проигрывала моей точности, моё властолюбие покорялось её саркастичности, её наивность оберегало моё недоверие, мой эгоизм боролся с её гордостью, и моё тщеславие возвышала её мстительность. Вспыльчивая, агрессивная, нетерпеливая она открывалась людям сгоряча. Я же был холоден, властен и самолюбив, изучая её. Признаться, за всё время, что мы знакомы, я успел запомнить большинство её слабостей, недостатков, достоинств и душевных травм. Например, она не может концентрировать внимание на чём-то дольше часа, когда я могу делать это сутками. Или же, когда перед ней возникают трудности, она впадает в панику, пока я иду и решаю их. Если Софье сказать о её весе, будь то комплимент или замечание, она без суда и следствия может сломать челюсть. Однажды было, не буду вдаваться в подробности. Правда, было это не со мной, я оказался сторонним наблюдателем. Моё же эго и самолюбие жадно принимают комплименты и плюют на замечания, считая людей, которые это говорят, жалкими созданиями. Мне кажется, что её стеснение своего тела является душевной травмой детства. Со временем я узнаю больше. Если вам кажется, что я описываю только её слабые стороны, то смею возразить, сейчас я расскажу и о других. Она способна полюбить своих солдат, в отличие от меня. Будучи живым, я не испытывал чего-то даже отдаленно похожего на то, что чувствую к ней. Нет, конечно, я был женат, и не раз, но ни одна из моих жён не последовала за мной на войну. Не подумайте, я и не взял бы их. Этот пример вообще является довольно спорным, хоть Софья и пошла за мной, она не может отличить цель от временной блажи. Является ли бытие со мной здесь её целью – я до сих пор не понимаю. Наверное, преобладающее количество недостатков в её описании подталкивает на мысль о том, что я только и делаю, что выискиваю их в «любимой» женщине? Это вовсе не так. Я склонен замечать подобное, и нисколько об этом не жалею. Я в самом деле очень люблю Софью, и поэтому так жадно ищу её слабые стороны. Я хочу заботиться о ней, и сделать так, чтобы её слабые стороны были под защитой. Это и есть часть той любви, которой я проникся к ней, но не к Жозефине или Марии. Я взял её красивое лицо в руки и посмотрел в малахитовые глаза. Я улыбнулся. - Я счастлив жить с тобой, моя пышечка. Я поцеловал её. Софья смутилась и ещё немного покраснела. Как же это мило. - Ты тоже пышечка. – смущенно сказала она. Улыбаясь, я обнял её. - Я люблю тебя, ваше высочество. - Я тебя тоже, ма шер. Нежа её в объятиях, я услышал приближающиеся шаги к палатке. - Ваше высочество! – крикнул голос одного из фельдмаршалов. - Ваша честь! – звал меня второй. Я быстро отпустил её. Соня сделала вид, что работает, а я встал перед столом, будто о чём-то прошу. Тут вошел один генерал. - Ваше выс… ох, ваша честь, и вы тут! Чудесно! - В чём дело? – спросил я строго. - Я занята, давайте без меня. – отмахнулась Софья, смотря на бумагу в руке. - Сражение выиграно! И мы взяли в заложники одного из их армии. Верней, одну. Она пыталась сбежать с поля боя. – доложил генерал. Я потер переносицу. Женщина на поле боя? Ещё и у меня в заложниках? Куда катится этот мир? - Заложницу накормить, напоить и допросить. – сказала Соня властным голосом – ударите – руки оторву. Короче, давайте, как там надо? – она сняла очки и посмотрела на нас вопросительно – предоставлять всё необходимое, шагом марш! - Слушаюсь, ваше высочество. – едва сдержал генерал улыбку и вышел. Я не понимая посмотрел на неё. - Чего? – спросила она. - Ты отдала приказ без меня. Может ты не знаешь, но армией командую я. - И что? айм факинг принцесса, мне можно. – она надела очки – или ты собрался бить ту бедную девушку? - Я никого не собирался бить. – несколько оскорбился я – у меня просто большая просьба, не делай так больше. - Ладно-ладно, пардон, я задела твоё самолюбие. Больше мне генералам не приказывать, не посоветовавшись с тобой, так? Хорошо, обещаю. - Спасибо. – вздохнул я. - На здоровье. – она активным жестом руки расписалась на листке и бросила ручку на стол – аллилуйя, я закончила! Пошли, глянем на неё? - Ну, пойдём. – согласился я, взяв её под руку. Тут раздалось урчание. - Сука. – прошипела Софья – ты ничего не слышал. - Нет, слышал. Ты есть хочешь. - Ргх, да. - Пойдём, сначала накормим тебя, а потом будем на заложницу смотреть. Вздохнув, Софья вышла из палатки. По пути я незаметно щелкнул пальцами. Книга в моём плаще перенеслась в мою палатку, дабы она её больше не читала. Мы стали близиться к палатке, служившей кухней. Там Соня отодвинула ткань и торжественно сказала: - Здрав-ствуй-те! (Именно по слогам) Мне пожрать приспичило, есть лишнее яблоко, или банан, там? Или дошик? Я зашел за ней. Повара стали метаться в поисках яблока или банана. Я кашлянул в кулак. - Кхм, дайте её высочеству НОРМАЛЬНОЙ еды, а не той, что она попросила. – сказал я строго и властно. - Я вообще-то… ай, похер. Давайте вот то, что он сказал. – показала она на меня. - Уже! Сейчас! – наперебой загалдели четверо солдат, метаясь от одной кастрюли к другой. Спустя несколько минут ей на поднос водрузили суп, мясо, салат с креветками и чай. - Спасибочки! – довольно улыбнулась она. - А я что-то этого не видел. – сказал я немного удивленно. - Его величество король приказал нам кормить принцессу только этим. – ответил один демон, помешивающий кашу. - Моя светлость вас премного благодарит, добра вам, дети мои! – сказала Софья, выходя из палатки. - На здоровье, ваше высочество… - блаженно промямлил один солдат. Фыркнув, я вышел за ней следом. В своей палатке она рванула к мясу и стала рвать его клыками. Видимо, вилка и нож – это не для неё. Я глянул на улицу. Немного пасмурно. Ночью будет дождь. - Наполеон, иди сюда. – позвала Софья. - Иду. Я закрыл её палатку и подошел к столу. - Что такое? - Открывай рот. – она зачерпнула ложкой салат и поднесла ко мне. Улыбнувшись краем губ, я сделал то, что она просила. Затем она сама стала хрустеть листьями салата, пока я смотрел на бумаги, которые она заполнила. Приказ о подкреплении, приказ о доставке еды в полк, приказ о взятии города Арэс, приказ о… что это? я взял бумагу в руку и стал читать: - Я, хозяин юга и верховный владыка Сатана, назначаю Мефистофеля командующим армией… чёрт! - Фево? – спросила Соня с набитым ртом. Я убрал волосы с лица и показал ей бумагу. - Что за Мефистофель? Почему он командует прибывающим полком? Запихнув в рот салат, она отряхнула руки и пробежалась по листку глазами. - А, он сын Дагона. Это лорд, который отправил своих солдат сюда. Видимо, поэтому и командует. Кстати, тут ещё такое дело… - она замялась. - какое? – спросил я мягко, положив лист обратно. - Хех… т-ты только не нервничай и не злись, ладно? - Ты опять сломала мою саблю? – прикрыл я глаза. - Нет. Я помню, что ты без неё – как без рук. - Что тогда? - Н-ну… обещай, что не рассердишься? Я взял её за плечи. - Софья, только не говори мне, что ты опять решила поиграть в правителя и отправила десять тысяч солдат собирать землянику. - Да нет же! Это было один раз! - Мне одного хватило. Так в чём дело? - Мефистофель… хех… ты главное не переживай… он… он… он мой жених. Сейчас был тот редкий случай, когда я потерял самообладание.