Война - моё ремесло

Она щелкнула пальцами. Перед Софьей появилась моя одежда на вешалках, и она стала выбирать, что надеть. - Хмм. Не то… не это… явно не это… о, вот это можно?– она выхватила мой костюм. - Можно. - Уииии, я генерал! Она шустро стала одеваться. Забавно было наблюдать за её злостью, когда на её груди не застёгивался жилет. - Фак! Да блин, ну же! Сука! – ругалась она. Обречённо вздохнув, она сняла жилет и лифчик, и стала заматывать свою грудь длинной повязкой. - Скотство, блять, ненавижу свою жизнь. – бурчала она. Затянув грудь, она снова стала надевать мою одежду. Всё застегнулось. Софья положила руку на эфес шпаги, висевшей на боку, и довольно улыбнулась. - Я похожа на тебя? – спросила она. - Нет. – улыбнулся я. - Блин, почему? - Потому что мои волосы тёмные и не такие длинные. - Точно! Она собрала волосы в хвост, оставив пару прядей по бокам лица и на лбу, надела на один глаз повязку, и мою шляпу на голову. Затем снова повернулась лицом. - Вот, теперь как? - Хорошо. - Зашибись. – сказала она моим голосом, ударив себя в грудь. Она и так может? Интересно. Тут в палатку вошёл Бельфегор. Увидев нас, он несколько растерялся. - Ваше… высочество? – сказал он мне. - Я здесь. – сказала Соня, подняв повязку на глазу и шляпу – в чём дело? - Ох, ваше высочество, это вы! – вздохнул он с облегчением – армия готова двигаться в сторону Реверана. - Прекрасно. За этот день вы доберетесь до Мефистофеля? - Да, ваше высочество. - Просто прекрасно! – властно улыбнулась она – как только вы доберётесь, передайте ему вот это – она взяла свёрнутый в трубочку листок со стола и протянула генералу – и передайте, что пусть не медлит и осаждает город как можно скорее. Наполеон и я будем его ждать в Реверане. - Да, ваше высочество. извините, но где мсье Бонапарт? Разве вы не должны уже идти? Софья глянула на меня. Не смей говорить, что это я. вот не смей. - Он сейчас придёт. Идите же, генерал. В добрый путь. Он поклонился и вышел. Соня опустила повязку обратно и немного прыснула. - Видал? Тебя точно не узнают. Ты шикарная леди. Сомнительный повод для гордости. Софья поправила шпагу и посмотрела в зеркало. Затем приблизилась и вздохнула. - Как же я похожа на алкаша. Я обнял её со спины. - Софья, это вовсе не так. - Да ладно уж, я не обижусь на правду. - Это и есть правда, мон амур. Она повернулась ко мне и обвила шею руками, улыбаясь. - Ты дурак. - Это почему? - Ты помаду сожрал, теперь заново красить. – сказала она, потянувшись за помадой. Накрасив мои губы, она немного отошла и осмотрела меня. Затем поправила ненавистный мне корсет. Чмокнув мою щёку, Софья щелкнула пальцами. Меня ослепило. Софья Мы у стен Реверана. Фак, прохладненько. Я накинула себе на плечи шинель Наполеона и поправила повязку на глазу. - Ну-с, майн либер фройлен, пойдёмте. – сказала я ему. Он прикрыл глаза. - У меня большая просьба, когда это закончится, не называй меня так. - Хорошо, дорогая. – улыбнулась я, отдав шинель ему. Я-то хоть в костюме, а он, бедный, замёрзнет напрочь и снова заболеет – ты только помни, что ты не говоришь. - Помню. – вздохнул Бонапарт. Мы прошли немного вдоль стен и оказались перед воротами. Они были открыты. Офигенно! Если они пускают всех подряд, то о нашей осаде они ещё не в курсе! Хотя, откуда им знать, я ведь сожгла их разведчицу. Наполеон сдул с глаз длинную блондинистую чёлку парика и буркнул: - Как ты ходишь? - Молча, Наполеончик, молча. К нам вдруг подошло двое солдат. Блять. - Кто такие? – спросили они на русском. О, они русские! Вааа, я щас порвусь! - Честь имею, господа! – сказала я голосом Наполеона и торжественно поклонилась – я граф… Николас… Болконский… а это моя супруга, Евгения. – я показала на Наполеона – не сочтите за труд показать, где находится фельдмаршал Михаил Илларионович Кутузов? Солдат с эпичными усами усмехнулся. - Да ладно тебе, какой ты граф, Болконский? – сказал он с доброй усмешкой. Он мне нравится. - Хех, ну вот такой. – ответила я, неловко улыбаясь – я плохо играл? - Играл хорошо, только вот графы в военной форме не ходят. - Виноват. – созналась я. - ты откуда, а, граф Болконский? – спросил второй. - Из… из… из Арэса. Мы с женой сюда в отпуск приехали и не поверишь, обокрали! Даже ночевать негде. - Уууу – протянул чел с усами – да, брат, не повезло. А к Кутузову-то тебе зачем? - Да вот… я это… - блять, план пошёл не по плану – я к нему в полк хотел… вернее, не хотел, я уже, я просто… как сказать-то… увидеть его хочу. Второй солдат с черными волосами усмехнулся. - Тебе бы сначала с ночлегом разобраться, граф Болконский. Ну да ладно, пойдём, помогу. - Поможешь? Как? Он положил руку мне на плечо, встав рядом (блин, да чё они все такие высокие?), и показал вперёд на небольшое поместье. - Вон там живу я. пошли, у меня переночуете. - В поместье?! – опешила я. - Не видел никогда что ли? – усмехнулся он – даже если не видел, то не позорился бы перед женой. Наполеон молчал и старался не подавать признаков жизни. Солдат с усами поцеловал его руку. - Рад знакомству, сударыня. – сказал он. Наполеон беспомощно глянул на меня. Я шагнула к нему и прижала к себе за талию, которой у него не было, но корсет творит чудеса. - Евгения, дорогая, не стоит так стесняться. Господа, она нема – пояснила я солдатам – если можно, не смущайте её. Усатый на секунду потерялся. - Виноват, не знал. Слушай, граф Болконский, – я так понимаю, у меня новое погоняло? – мне кажется, что я твою форму уже видел где-то. Ой. Блять, а вдруг они умерли во время войны с Наполеоном? Фак, они ж меня убьют! - О, я не думаю. Я её только в Арэсе получил. - Хмм. – протянул он, глядя на Бонапарта – сударыня, я могу ошибаться, но вы мне кого-то напоминаете. По-моему я услышала, как Наполеон икнул. - Ладно, пошли, граф Болконский. – сказал мне солдат без усов, хлопая по плечу – Андрей. - Здрасьте. – промямлила я – хех, пойдём, мон шер, не смущайся так. – сказала я, ведя за «талию» Наполеона. Мы двинули к поместью. Чел с усами пошел рядом с Андреем, ибо потом им нужно было сделать обход по городу. Его кстати звали Борей. Идем мы такие по улице, и тут вдруг Борис бьёт себя ладонью по лбу, и восклицает: - Вспомнил! Вот дурак, как я мог забыть? Я вспомнил, чья на тебе форма, Колька! А я думала, я граф Болконский. - И… и чья же? – промямлила я с натянутой улыбкой, сильнее прижимаясь к Наполеону. Он же, в свою очередь, торжественно молчал, держа меня под руку. Он вздохнул, поправляя свою высокую шляпу. - Я тогда и умер, вот те крест – он перекрестился, от чего меня стало шатать – в 1812 году на Бородинском поле. Перед боем на французов глянуть решил, и его увидел, гада. Наполеона это форма, всё еще помню. Фак, мне страшно. Бонапарт, понимая, что если всё пойдёт по пизде – он убежать далеко не сможет, вцепился в мою руку и куда-то потянул. Я сделала удивлённое лицо. - Да ну? Не может быть! - Может-может. А ты, кстати, когда умер? Не в тот же год? Лицо будто видел где-то твоё. - Я? хех… н-нет, ты чего? Я вообще не рождался там даже… я из ада… всю жизнь здесь. Оба солдата вскинули брови, а Наполеон сильнее стал тянуть меня в сторону. - Да ну? Отсюда? – опешил Боря. - А говоришь без акцента. – подметил Андрей, снова хлопая меня по плечу – и кстати о Наполеоне, я слышал, будто он командует армией Сатаны. Что думаете, господа? - Да даже если и так, то в этот раз уж мы ему дадим понюхать пороху. – сказал Борис с предвкушением – уж теперь он… Наполеон позвал меня, потыкав в плечо ладонью, и мотнул в сторону головой. - Ах, Евгения, ты хочешь пить? Конечно, сейчас. Слушайте, где тут вода? - А вот фонтан. – показал Андрей на фонтан перед нами. - Спасибо. дорогая, пойдем. Прошу простить, господа. - Да конечно, Болконский! Мы ждём. Мы с моей женой подошли к фонтану и отвернулись к солдатам спинами. Наполеон выхлестал стакан воды и ахнул. - Так, я не понимаю, о чём вы там говорите, но раз там мелькнуло моё имя, то ничего хорошего мне не ждать, так? – сказал он. - Стой-стой, не понимаешь? Но мы же… а, точно, мы же на русском! – дошло до меня – пардон. Бонапарт вздохнул, гладя мою руку - Так о чём вы? - Усатый сказал, что мои шмотки принадлежат тебе, и что ты гад. А еще, что в этот раз они тебе дадут понюхать пороху, и по слухам знают, что ты командуешь армией моего отца. Выслушав всё это, он, с холодным видом гордого достоинства, ударил себя рукой по лицу. - Твою мать. – ругнулся он – так, ладно, с этим я разберусь. Сейчас куда они нас ведут? - Тот который без усов, Андрей, ведёт нас к себе в гости, потому что я сказала, что нас обокрали и жить негде. - Ну да, по мне видно, что у нас денег нет – заметил он с сарказмом, показывая на платье. - Если это намёк на то, что оно выглядит дорого, то это нормально. - Соф, мне долго ещё в корсете ходить? Голова кружится. - Ща придём и я тебя раздену. Он загадочно улыбнулся. Ставлю свою жопу на то, что если бы на нас не смотрели, он прижал бы меня к себе. - Я тоже раздену тебя, мон амур. – сказал он, положив руку на мою стянутую грудь – тебе не тесно? - Ргх, ты не представляешь как, мон шер. Им так мало места. - Ах, моя бедняжка. – он похотливо и тихо рыкнул. Я рыкнула в ответ, гладя его по щеке. - Болконский, ты там идёшь? – крикнул голос Бориса. - Потерпи ещё немножко, дорогой – шепнула я Наполеону – Мы идём! Мы вернулись к солдатам. Пока мы шли, они высказывали мне своё мнение о Наполеоне, Сатане, их жизнях и французах. Если последние три были более менее благосклонны, то вот первого они опускали, как могли. Благо, он их не понимал. Странно, но когда я говорю с ними, то русская речь кажется мне такой родной. И эти люди кажутся такими простыми и добрыми. Если бы они не были солдатами, они были бы в раю и гуляли по елисейским полям, радуясь солнцу и наслаждаясь каждым днём. И вообще они довольно странные. Приютили пленных французов. Не думаю, что отец бы долго с ними возился. А Наполеон… а что бы сделал Наполеон? Спрошу как-нибудь. Мне уже не хотелось воевать с ними. Ну, с этими двумя – точно. Они замечательные, но глупые. Зачем они выбрали войну? Они могли сейчас быть в раю со своими семьями. Но они здесь, где даже после смерти обречены воевать.