Тоска

      Подумать только, она встретила его воочию спустя столько времени, но чувства, которые зародились в далеком детстве до сих пор живут в ней. Стоило мельком увидеть в тринадцать лет, как Юнги занимался вместе с ее братом единоборствами во дворцовом дворе, окруженной стражей, и тогда она поняла, что он именно тот, кто ей нужен. Он был обаятельный, красив собой, умный и справедливый. Он был не как его отец, не как король, чье самомнение затмевало все вокруг. Конечно знала, что молодой человек не посмотрит на нее, на иностранку, да еще и малолетнюю.       Юнги общался с ней на равных и был ее другом, если это все можно было так назвать. Был раз, когда она по своей глупости решила проявить любопытство и выскользнула ночью вслед за парнем, на улицу. Позже Нейша поняла, насколько эта идея была провальная. Мало того, сценка между ним и его девушкой задела ее. Не то чтобы она не понимала этого, не осознавала или что-то в этом роде. Совсем нет. Было просто обидно. Когда же она уезжала на следующий день снова из дворца в другой город, куда отправил ее брат на обучение, мельком проскользнула взглядом по принцу, что мягко улыбнулся ей на прощание. Он не всем так улыбается. Впрочем, он сам по себе не особо то и улыбается. Напрашивается только один вопрос: почему это все не прекратилось, почему она все еще, когда закрывает глаза видит его, почему, когда засыпает все еще рядом с ним. Знает, что никогда не скажет о своей симпатии, никогда не обнимет, не поцелует. И знает, что совсем не похожа на его погибшую невесту. Она смотрит на человека, который теперь не просто мальчишка, не просто какой-то там принц, а император. Он стал тем, кого боятся, но уважают люди, а для нее стал тем, кто оправдал с лихвой надежды. Нейша ни капельки не разочарована в своих мечтах и дурном рассудке. — Ким Сок Джин, выйди, пожалуйста. Я хочу поговорить с твоей сестрой, – просит Мин Юнги, на что советник открывает рот, дабы напомнить, что это его должны были поддержать. — Но… — Просто выйди, – обрывает тот, и Джин молча выходит, напоследок зыркнув в сторону девушки. Дверь заперта и тишину обрывает лишь шелест деревьев за ограждением вечно открытого балкона. —Значит замуж не хочешь, Нейша? – цепкий взгляд проходится по ней снизу-вверх. И ей почему-то это нравится больше, чем будь на его месте кто-то другой. Девушка вспоминает слова брата, предрассудки, собственные ощущения, и вроде все правильно, все нормально. Но, черт возьми, это же Юнги! — Так ли важен Вам мой ответ? – конечно, хотелось нагрубить, но вежливость в столь деликатном вопросе не помешает. Действительно, так ли ему важен ответ? Он не знает. Знает, что ему хочется поговорить с этой девушкой, годящейся ему в сестры, будучи почти что его сестрой. Она и впрямь очень выросла, поумнела видно. Стала совсем другой, при этом оставаясь собой. Насколько он помнит, всегда ее знал как милую девчонку со своими странными мыслями. А сейчас он просто хотел вспомнить, каково общаться с красивой девушкой, так сильно своим характером, напоминающая Джию. Она смотрит в его прищуренные глаза, и даже может знать примерно, о чем он думает. Она не может винить его в таких мыслях. Влюбленная с самого детства, но с мозгами в голове, что на плечах. Ей просто надо подождать чуть-чуть и все станет на места. — Да, я хочу знать, хочешь ли ты быть всего лишь королевой. – Она заприметила те самые слова, прокручивая в голове коронное “всего лишь”. Мин Юнги, чего ты хочешь? Не законченная и далеко не начатая фраза зависла в воздухе. — Я подумаю, – медленно проговорила Нейша.

***

Он помнит, как отец умирал в собственной кровати, как его душил кашель. А еще помнит служанку, которая коротко улыбнулась Юнги, когда заставила выпить остаток яда почти прежнего правителя. Он помнит советника, что побледнел, когда узнал о смерти своего хозяина. А еще он помнит Джию, которая на следующий день переехала во дворец, как невеста молодого правителя королевства – Мин Юнги. Лучше бы было, если никто б не знал о ней вообще… “ – Мне очень жаль, Ваше Величество! – тихо произносит страж, – но они смогли добраться до дворца… – король онемел. Как смогли добраться до дворца? Знал же, нельзя оставлять город без наблюдения. Знал же, что на передовой не сможет ничего сделать, что там бесполезен. Знал, но поехал на границу. Знал, но оставил свою Джию одну. – Где же было городское войско?! – Шипит, стискивая меч в руках, а страж, бедный посыльный тяжело сглатывает. – Они пытались остановить нападение. Окружили город и дворец. Все были наготове, но… – Холод прокатился сверху-вниз по позвоночнику мужчины. Глаза застыли на горящем костре. – Они не смогли удержать врагов. Они спалили город дотла… – Как?! Сжимает руки в кулаки, желваки ходят по лицу, скулы сжаты до онемения. Как они допустили это?! Как?! С придыханием разжимает кулаки. – Дворец...? Моя невеста…? – Они никогда не верил в Небеса, никогда не молился, не верил в судьбу, однако сейчас молился буквально всем богам, о которых только слышал. Пусть Джиа будет жива. Пусть сгорит все и вся, но она будет жить. Пусть! Пусть не будет королевства, города, но… Она должна жить. – Никого не спасли, – Юнги натурально рычит, хватает юношу за глотку, притягивая к себе. Сжимает все сильнее и сильнее. “Никого не спасли” – фраза разрывает его на части, кровь возгорается, становясь жидким огнем, что сжигает все. Все, и его рассудок в том числе. – Но ходят… слухи… что… некоторых взяли… в плен… – еле хрипит парниша. У него то кровь изо рта и носа вот-вот потечет. Юнги разжимает пальцы на шее, и тот падает ему в ноги. Только король не обращает на это никакого внимания. Переступает через тело кашляющего человека, не смотрит на него даже. Злые слезы ненависти сверкают в глазах, но остаются там, словно ждут, пока мужчина останется один на один со своими страданиями. Он уничтожит всех. Все. Вражеские. Города. И. Народы. Уничтожит и сожжет дотла также, как сделали они.” Поэтому, когда Нейша мило улыбнулась и рассказала одну из историй, что произошла в другом городе с ее новым поклонником, за столь долгое время Юнги смог улыбнуться искренне, заинтересовано задавал вопросы, сам давал ответы.