Всё началось с фанфиков

      - Скоро съёмки клипа и я надеюсь, что вы, ребята, об этом не забыли, - кричит Намджун и заходит на кухню, первым делом направляясь к Джину, что доваривает лапшу (на большее его, пожалуй, не хватит).       Ким обхватывает талию старшего и уютно устраивает голову на его плече.       - Ты мешаешь, - шипит старший, обмякая в ласковых руках.       - Ага, - соглашается Намджун.       Тренировки в последнее время были особенно выматывающими и выжимающими все соки. Однако, никто не жаловался. Ведь потом будет так приятно видеть отклик миллионов родственных сердец. И это лучше всяческой награды.       Намджун уткнулся во влажную от пота футболку старшего, совершенно не смущаясь. Он сам едва ли был в более собранной форме.       Где-то в студии Шуги Чимин устало растекался по острым коленкам старшего, читая очередной страстный роман, написанный фанатами по теориям, рождающимся в юных возбуждённых гормонами умах, вслушиваясь в клацанье клавиш ноутбука поверх его гудящих ног. Парень отрывался периодически, вглядываясь в лицо Юнги. В эти сосредоточенно нахмуренные из-под отросшей чёлки брови, в прищуренные требовательно лисьи глаза, затягивающие на дно морское, в закушенную губу бордовую (ужасная привычка), по которой он тут же прошёлся маленьким пальчиком, заставляя Мина выпустить плоть из плена. Капельки наушники, кажется, раскалились от напряжённой работы.       - Юнги-я, - тихо позвал Пак.       - Да, любимый, - не отрываясь, ответил Мин.       - Я могу сгонять нам за чаем, тебе принести сюда еду? - младший обеспокоенно нахмурился, пытаясь вспомнить, как давно измотанный старший пил хоть что-либо.       - Ты уверен, что можешь стоять на своих двоих ровно, Чиминни? – мягко спросил Юнги, прекрасно зная, как Чимин изматывает себя на практиках, требуя от себя перед камбэком иногда даже больше, чем Хосок.       - Да, вполне, я просто принесу тебе еду и знаменитый травяной чай Джина, который успокоит мои дурацкие переживания, что скажешь? – Пак, правда, старался держать глаза открытыми и заставлять заплетак не языкаться.       - Йа, ты снова не будешь ужинать? – Юнги отворачивается от монитора и хмурится ещё больше, склоняя голову к плечу с неодобрением.       - Ты подловил меня, хён, - Чимин приоткрывает потяжелевшие веки и смотрит чуть виновато.       - Когда это прекратится? – требовательный тон шевелит что-то глубоко внутри, однако ситуация для этого не располагает. Скорее всего, пока.       - Айщ, у нас скоро камбэк, компания и арми должны быть довольны моей формой, разве нет? – Чимин приподнимает одну бровь вопросительно и находит в себе силы сложить руки у себя на груди.       - Не делай вид, как будто не видел, как часть фанатов просто мечтает нас как следует откормить, - низко шепелявит Юнги, зная о том, что это запрещённый во всех странах приём.       - Вот именно, что часть, - недовольно отвечает Пак, чувствуя это томное воздействие властного голоса старшего, - тем более, я же, по сути, сижу не совсем на диете, просто сейчас я не хочу есть, вот и всё, - находится парень, победно поглядывая на Мина.       - Ну да, ну да, и есть ты «не хочешь» только в определённое время и с известной периодичностью, - скептически хмыкает старший, - а вообще делай что хочешь, ты же уже взрослый мальчик, правда?       - Да твою мать, - не выдерживает Чимин, - я съем яблоко, хочешь? – он хмурится, не понимая, как снова позволил собой управлять.       - Да, хочу, а ещё, - бог знает как, но Юнги заставляет складочку между бровями Пака разгладиться одной лишь улыбкой с деснами, - ты же с чаем съешь печеньку?       - Нет, Юнги-я! – возмущенно восклицает Чимин, - я согласился ради тебя на целое яблоко!       - Ну, всего одну, - Мин улыбается шире и Чимин подозревает, что это какая-то магия, - просто их же, ну, я приготовил, - добавляет (добивает, будем же честны) он.       - Ч-что ты сказал? Ты? – нет, серьёзно, когда он успел испечь печенье с их-то графиком? – только одну, слышишь?       - Одну так одну, - Юнги пожимает плечами и радуется, что он снова накормит младшего.       Какое-то странное счастье, но уж какое есть…       Чимин поднимается, кряхтя, с диванчика, едва не снося ноутбук Юнги, и идёт на кухню, проплывая мимо гостиной, где задержались младшие.       Чонгук путается пальцами лениво в волосах старшего, перебирая волнистые пряди.       - Чонгук-а, - тихо зовёт Тэхён, ёрзая головой на коленях тонсена так, что увидеть лицо младшего, а не экран телевизора, где крутили «Круглосуточный магазин Сэт Бёль».       - Да, Тэ? – голос Чона не громче шёпота, потому что сегодня ему совершенно не понравился его вокал на практике, и он задержался настолько, насколько это было возможно, виновато поглядывая на своего парня, задержавшегося вместе с ним.       - Как думаешь, как много человек будут ненавидеть нашу песню? – Ким прикрыл глаза.       - Йа, Тэхён-и, разве это важно? Мне кажется, что ты сам говорил, что важно то, сколько людей её полюбят и скольким она поможет справиться с трудными временами, - Чонгук нежно массировал напряжённую голову парня.       - Да, ты прав. Но ведь там нет такого уж глубокого смысла и…       - Возможно, там и нет глубокого смысла, - убаюкивающе произнёс парень, - но многим людям сейчас важно отвлечься от мрачной реальность и не грузиться ещё и глубоким смыслом. Тем более, что мы вложили в наш сингл частичку души и это то, что сейчас по-настоящему важно. Вот увидишь, мы получим много поддержки. А то, насколько ты удивительный и глубокомыслящий человек ты вряд ли сможешь передать вот так огромной аудитории. От тебя ведь не останется тогда ничего, ты вложишься без остатка, - Чонгук мягко поцеловал парня в лоб.       - Айщ и почему ты такой умный? – угловатая улыбка неуверенно появилась на похудевшем лице.       Парни на время замолчали, всматриваясь в целую вселенную в чужих (родных) глазах.       - Чонгук-а, а что если опять начнётся? – прерывает мягкую тишь парень.       - М? – парень непонимающе хмурится.       - Ну, я имею в виду, вдруг арми вновь начнут осуждать то, что мы взаимодействуем так мало друг с другом, а потом другие будут ругаться, что нашего общения слишком много и… - Тэ перевёл дыхание.       - Так бывает, Тэ, люди видят то, что хотят, не желая замечать другого. И это и хорошо, и плохо. Потому что с одной стороны, та колоссальная поддержка наших отношений, о которых ничего не известно и правда окрыляет. А с другой стороны всё это навязчивое сводничество всех и сразу, да так настойчиво с ссорами и оскорблениями арми друг друга и правда отталкивает и разочаровывает, если честно. Людям тяжело понять, что счастье любит тишину, и мы не всегда получаем то, что хотим, - Чонгук дарит ленивый поцелуй, тягучим пламенем врываясь в чужое тепло.       А где-то фоном слышится диалог главных героев и звуки бьющей из душа воды.       Менджин, честно, не хочет сосредотачиваться на таком привлекательном теле младшего. В конце концов, они все устали от напряжённой подготовки и плотного графика. Но, чёрт, Чон Хосок разомлевший от тёплого душа в дымке водяного испарения, ластящийся, чтобы ему потёрли спину… Это слишком. Слишком возбуждающе.       - М-м, - стонет Хо облегчённо, а у Джина внутри, кажется Вселенная переворачивается, - как хорошо, что я тебя позвал, а то сам бы только измучался.       - Ага, а так измучался я, - бормочет Джин, ведя ладонями, смазанными ароматным гелем для душа, по крепкой спине, - смотри не пожалей о своём решении.       - Ты что-то ска… - Хо разворачивается к парню и замирает, сглотнув вдруг ставшую вязкой слюну, - …зал.       Просто с этой позиции было определённо и совершенно точно понятно, что Менджин возбуждён, кажется, до предела. И это было невероятно смущающе, но в то же время, покалывание внизу живота стало таким отчётливым, будто пресловутые бабочки устроили самый настоящий бунт внутри стального пресса танцора.       - Я боюсь, что нам лучше поспешить, - хрипло берёт слово менеджер, заставляя приятные мурашки скользить по чужому подтянутому телу, - если ты, конечно, хочешь завтра встать с кровати…       Всё, выдержка лопнула, как только Менджин представил себе краснеющего Хо, такого милого, хватающегося за поясницу неосознанно. Он прижал парня к холодному кафелю с глухим хлопком и тихим стоном младшего, выцеловывая любимые губы. Большая и тёплая ладонь зафиксировала наверху запястья младшего.       Мужчина врывался в тепло чужого рта, словно показывая, что Чон принадлежит только ему. Джин посасывал мягко горячий язык, тягучим пламенем запуская возбуждение по телу младшего, заставляя захлёбываться томными стонами.        С хлюпом, оглушающим даже при шумящей душевой воде, старший отстранился с твёрдым желанием услышать больше смущенных звуков любимого. Он слегка прикусил мочку уха, с удовлетворением вслушиваясь в чужой судорожный вдох. Менджин поцеловал невесомо шею Хо, услышав робкое:       - Б-без, ах…меток, пож-жалуйста.       Конечно, без меток. Завтра Хо должен будет сниматься в футболке.       - Я знаю, солнце, - низко отвечает менеджер, запуская непрошенные мурашки по подрагивающему телу.       Джин ведёт носом по чувствительной шее, оставляя несколько поцелуев-бабочек, и проталкивает длинный палец свободной руки к сжавшемуся колечку мышц. Он больше чувствует, чем слышит сдавленное «ох», когда палец, смазанный ванильным гелем для душа входит до упора. Менджин проталкивает второй и спешит поцеловать своего нахмурившегося парня в награду. Но этого мало…       - Держи руки наверху и не смей касаться себя, - Хо крупно вздрагивает не в силах сопротивляться приказу.       Менджин размеренно двигается внутри узкой дырочки, свободной рукой внезапно прокручивая потвердевший сосок парня. Хо извивается и хнычет, выгибаясь плавно. Мужчина же повторяет сладкую пытку, но теперь уже проталкивая и третий палец. Когда внутри становится чуть легче, он внезапно находит нужную точку, заставляя парня практически отлепиться от ставшей горячей стены.       - Ах, боже. П-пож-жалуйста, - Хо хнычет, вряд ли сам осознавая чего хочет, но Менджин, кажется, чувствует.       Мужчина вытаскивает пальцы с тихим хлюпом, оставляя неприятную пустоту, которую спешит тут же заполнить. Хо распахивает в шоке глаза, немея от лёгкой боли. Впрочем, Менджин несдержанно толкается в податливое тело, задевая заветный комочек нервов. И боль под натиском наслаждения окончательно отступает.       Менеджер входит резко, каждый раз попадая по простате, и выходит до конца не позволительно медленно.       Хосок не может выдерживать эту пытку слишком долго.       - Я… Ахм…Я близко…Мхм, слишком близко, - оргазм буквально оседает на кончике его языка.       - Кончай, солнце, - шепчет Менджин и Хо не может больше сдерживаться, сотрясаясь от наслаждения и сжимая в себе любимого мужчину.       Менеджера не хватает надолго и вскоре он кончает обильно от сладостной узости любимого парня, не успевая выйти.       - Ты был самым лучшим, - хрипит мужчина.       Менджин целует, дрожа от наслаждения. Шепчет о том, как сильно любит, помогая Хосоку вымыться дочиста. Чон чувствует себя гораздо лучше, чем за все последние две недели вместе взятые. Они уже одеваются в чистые вещи (Менджин решил переночевать у ребят на диване в гостиной), как вдруг:       - Сегодня ты нагнул меня, хоть и формально, поздравляю, но в следующий раз готовь свою сладкую задницу, - ухмыляется Чон и довольный произведённым эффектом сбегает из ванной комнаты.

***

      День Чонгука начался не с кофе и даже не с чая. Открыв уставшие веки, парень услышал телефонный разговор Тэхёна и невольно стал вслушиваться в чужие слова:       - Да, я всё понимаю. Конечно, я уеду. Меня тут ничего особо и не держит. С датами, конечно, так себе получилось. Первое сентября пропускаю, но, в конце концов, когда ещё получится, так ведь? …       Чонгуку больше не хотелось слушать чужой разговор. Первое сентября пропускаю… Меня тут особо ничего и не держит…       Интересненько, однако, получается… Может не стоит делать поспешных выводов и Тэхён всё ему объяснит?       Но, кажется, старший это делать не планирует. Он будит (ага, Чон же спал, ну конечно) Чонгука ленивым поцелуем, оттягивая нижнюю губу, так сладко сливаясь с губами младшего. Потом они идут, тихо переговариваясь завтракать.       Чуть позже едут на съёмочную площадку, а Тэхён всё молчит. Младший съедает себя изнутри. Серьёзно, если звонил тот парень-актёр, который так нагло заигрывал с Тэхёном на днях, прямо при младшем, заставляя последнего буквально скрежетать зубами, то Чонгук за себя не отвечает, и держите его семеро.       Кажется, перемены в его настроении заметны чуткому Киму, и он спешит разобраться со всем в гримёрке перед совместной сценой.       - Хэй, милый, ты в порядке? – Тэхён пытается заглянуть в глаза парню, но тот прячет свой взгляд.       Молчание (гордое) служит ему ответом.       - Чонгук-и, - старший хмурится, не понимая в чём может быть дело.       - Отвянь, Тэ, - бросает младший и вскакивает со своего места, несясь на съёмочную площадку, пока старший смотрит вслед ему шокированно.       Хотел ведь себя не накручивать. Но эта, чёрт возьми, неподдельная тревога Кима. Как будто старший не придаёт значения утренним словам. Чонгук правда не хочет портить атмосферу клипа и палиться под камерами, но когда Тэ пытается взять его за руку, ярко улыбаясь для переживающих фанатов, Чонгук отшатывается, и они оба на мгновение замирают, вскоре, впрочем, продолжая работать. Тэхён не может сдержать тревогу во взгляде, когда кладёт свою руку на плечо Гуку, а он осматривает её, как нечто совершенно лишнее.       Перерыв кажется им обоим и спасением и гибелью.       - Чонгук, объясни мне, что происходит, - вихрем врывается Ким в гримёрку и все остальные спешат покинуть её, дабы не попасть под горячую руку распалённых влюблённых, - я, пока, знаешь ли мысли читать не умею.       Пока Чон задумывается о том, как лучше ответить, Юнги, обнимающий Чимина, шепчет Тэхёну на ухо:       - Перерыв будет около часа, поэтому наша запасная смазка лежит в моей толстовке, - он подмигивает закипающему парню под ощутимый тычок от Пака и скрывается за дверью, нашёптывая любимому что-то явно непристойное.       - Да при чём тут… - кончики его ушей алеют непозволительно ярко.       - Ты правда не понимаешь в чём дело? – Чонгук угрожающе наступает на растерянного парня, - с утра ты сказал, что тебя ничего не держит и для тебя вполне допустимо проторчать где-то первое сентября, - шипит он в лицо сжавшемуся Тэ, подрастерявшему свой пыл.       - Я хотел разыграть тебя, - шелестит Ким.       - Ты хоть понимаешь, что… - Чонгук, кажется, может испепелить взглядом, - ты ч-что? Ну-ка, повтори-ка…       - Прости, я… - Тэхён мямлит, не зная, куда себя деть.       Зато Чонгук, кажется, в курсе, потому что прижимает в следующее мгновение любимого к стене.       - Я сказал, по-моему, повторить, - рычит он и вопреки своим словам не даёт Ви сказать и слова, затыкая собственническим поцелуем.       Младший хочет отомстить старшему. Он ласкает тело Тэхёна, точно зная все его эрогенные зоны. Он распаляет парня до чёртиков в глазах, цепляя чужие чувствительные соски через ткань футболки, припадая поцелуями к местечку за ухом. Он вслушивается в жалобные и тихие стоны, не понимая, как мог отдать позицию в их первый раз. Утробный стон рвётся из запрокинутой головы и призывно открытого рта…       Впрочем, кажется, всё же понимая.       Чонгук спускает чужие штаны с боксёрами красного цвета, цепляя смазку из кармана чужой толстовки, что лежит на столике рядом. Приятный запах клубники растекается по маленькой комнате, заставляя Тэхёна заерзать в ожидании. Младший же, словно наказывая проталкивает сразу два смазанных пальца в тугое колечко мышц, заставляя Кима зайтись в тихом всхлипе. Чонгук целует не то утешающе, не то издеваясь над старшим.       Он растягивает Тэ со всем удовольствием, специально щекоча в определённом месте, но не там, где надо. И Ким старается вырваться и самому насадиться уже на три пальца, но у Чона другие планы…       Он входит резко и до основания, выбивая несколько хрустальных слёз. Больно, но властность тонсена так возбуждает…       Чонгук ещё соображает немного и позволяет парню привыкнуть, чтобы потом задать быстрый темп с точными ударами по припухшей простате, выбивая тихие стоны и сладкие хныканья. Довести до пика Тэхёна оказывается так легко, но младший не даёт кончить, пережимая основание члена и заставляя старшего содрогаться в мнимом – сухом – оргазме.       - П-пожалуй-ста, Гук-и. Ахм… П-прошу, мхм… Позволь мне кончить, - брови домиком, отчаянные всхлипы и закушенная губа, не дают младшему продержаться слишком долго и он отпускает парня, кончая и получая удовольствия от искажённого в сладком оргазме лица старшего.       - Прости, пожалуйста, - бубнит Тэхён, зарываясь пальцами в чужие волосы и утыкаясь лицом в плечо любимому, пока тот приводит их в относительный порядок.       - Мгм…       - Я не хотел, чтобы ты расстроился, я думал подловить тебя на том, что ты подслушиваешь и не спишь, - голос Тэхёна и правда кажется несколько убитым, - пожалуйста, прости, и, если вдруг приключится что-то подобное, то ты просто скажи мне, ладно? И мы со все-ем разберёмся, - парень зевает, разморенный и уставший.       - Я не злюсь, Тэ-Тэ, уже нет, - Чонгук ласково улыбается и дарит своему парню парочку целомудренных поцелуев в нос и лоб…       Они так и стоят в объятиях друг друга, получая необходимое тепло, когда группа возвращается обратно.       - Вааа, - тянет Юнги, шумно вдыхая воздух, - вам, не кажется, ребята, что мы настоящие извращенцы?…