Красное мясо

Минхо. Джисон любил его. Он был почти одного возраста с ним, но Минхо был красивее, чем любой 21-летний парень. Джисон мог часами смотреть на его гладкую кожу, вены на шее и руках, которые вздувались всякий раз, когда Джисон слишком долго смотрел на него или говорил что-то, что ему не нравилось. Он обнаружил, что ведет себя возле него совсем по-другому: краснеет, отводит взгляд и неловко ерзает на стуле. Джисон привык легко возбуждаться, но теперь он был практически все время тверд. Он крепко сжимал под столом свои бедра, наблюдая, как подрагивает кадык Минхо, когда он глотает. Иногда, пока Минхо готовил, он садился на диван и осторожно прятался под одеяло. Устроившись на кровати, Джисон поднёс миску к носу и понюхал содержимое. Картофель быстро остывал, но все равно пах восхитительно, как и все блюда, которые готовил для него Минхо. Они были прекрасны. Он погрузил три пальца в миску и разложил картофель на языке. Немного холодновато, но все равно вкусно. Джисон спустил нижнее белье вниз по бедрам, его член уже становился твердым, когда он ел картофельное пюре и с нежностью думал о своем личном поваре. Он думал о сильных руках Минхо, о том, как они будут сжимать его талию или узкие бедра и прижимать к матрасу. Он лизнул миску и подумал о том, чтобы провести так языком по подбородку Минхо. Джисон плюхнулся на спину, стянул трусы и принялся отчаянно сосать картофельное пюре на кончиках пальцев. Он обхватил член рукой, покрытой картофельной глазурью, и изо всех сил старался сдержать стон, сжимая бедра. Еда у Минхо была отменная. Перед его мысленным взором возникли картины того, как Минхо жует, как его горло выпячивается, когда он глотает. Он представил себе, как Минхо кормит его, одной рукой грубо дергая за волосы, а другой запихивает еду ему в горло, пока он не начнёт хныкать и скулить. Картофель казался зернистым и липким на чувствительной коже его члена, но ему больше нравилось знать, что он принадлежал Минхо. Джисон быстро впал в отчаяние, скуля и размазывая ком пищи по своей груди, играя со своими сосками. Он закрыл глаза и представил себе руки Минхо, сжимающие его горло. Настолько сильного. Минхо бил его головой об стену, пока все, о чем он мог думать-это его личный повар. Джисон перекатился на бок. Он попытался засунуть свой член полностью в миску, даже не обращая внимания на то, что кончиком резко потерся о фарфоровое дно. Он размазал еду между ног, засовывая один палец себе внутрь. Ему было все равно, что это больно. Джисон вообразил, что эта боль была болью от того, что член Минхо разрывает его на части. Интересно, подумал он, насколько же большой у Минхо. Он видел такие члены только в порно, вечно неуверенный, что он слишком мал, даже не зная, что такое средний член. Джисон всунул еще один палец внутрь себя, всхлипывая и постанывая, раздвигаясь для Минхо. Минхо, должно быть, огромный. Он должен быть совершенным, что бы это ни значило-совершенным даже в постели. Джисон снова поднес другую руку ко рту, опустившись на колени так быстро, что у него потемнело в глазах, пока он смаковал соленость своей собственной предэякуляции, смешанной с картофельным пюре. Он плюхнулся лицом, становясь в позу, в которой Минхо взял бы его. Он отчаянно трахал себя в холодном картофельном пюре, вытягивая пальцы так далеко, насколько позволяло его неопытное тело. Это было неглубоко, но было чертовски больно, и глаза Джисона закатились. Он представил себе, как Минхо прижимает руки к его рту, к носу, закрывает все лицо, чтобы старшему даже не пришлось смотреть на него. Минхо не должен смотреть на него. Минхо должен задушить его и трахнуть его отключенное тело. Джисон подумал, что Минхо должен использовать его так, как он хочет. Он сжал пальцы внутри себя, сильно толкаясь и кусая простыни. Минхо. Минхо. Минхо. Когда Джисон вышел, он кончил в миску с остатками и оставил её на своей тумбочке с остальной частью его недоеденных (наполовину трахнутых) остатков пищи. Внизу Минхо наконец-то закончил мыть посуду и наводить порядок в гостиной и кухне. Минхо не нравилось застревать с 18-летним парнем, но были преимущества от родителей Джисона, которые почти все время уезжали в командировки. Вот что он говорил себе, сидя на диване и допивая третий бокал дорогого вина. Он переключался между настоящими криминальными шоу на netflix, прокручивая свой телефон и медленно скользя в тот вид нечеткого опьянения, которым он любил наслаждаться. Именно так он проводил большинство ночей. После того, как его кот умер, он не чувствовал особого желания возвращаться в свою дерьмовую однокомнатную квартиру. В настоящее время он перевозил всё своё шмотьё в машину, так что ему не придется платить за аренду в этом месяце. Не то чтобы ему не платили достаточно, просто это казалось пустой тратой времени, ведь деньги можно начать копить. В любом случае, это был прекрасный дом, даже с пристальным взглядом Джисона, смотрящим на него из каждого угла, и родители никогда не возражали против того, чтобы он рухнул на диван или в одну из трех гостевых спален. Иногда он делал обход между ними, всегда находя простыни мягче, чем те, на которых он спал в своем собственном доме. У Минхо свело живот. Должно быть, прошло уже несколько часов после обеда, и вино затуманило его рассудок ровно настолько, что он перестал обращать внимание на то, какую еду кладет в рот. Он выключил телевизор и принялся рыться в шкафчиках, в поисках упаковки рамёна Джисона, она всегда у него была странного вкуса. Минхо немного споткнулся по пути к плите, носки пьяно заскользили по тщательно отполированному кафельному полу. Он надеялся, что Джисон не проснулся, он знал, что был довольно громким, находя чистый чайник, и как бы сильно этот ребенок не злил его, он действительно не заслуживал того, чтобы его беспокоили. Во всяком случае, он был всё ещё молод. Возможно, он был недостаточно социализирован, пока рос в таком доме. Минхо наполнил ещё один стакан и быстро осушил его, ожидая, пока закипит вода. “Я думал, ты не любишь рамён?”- Минхо вздрогнул, пролив немного вина. “Господи Иисусе, Джисон.” “Прости.”- Молодой человек прошелся по полу, его влажные ноги немного прилипали к плиткам пола. Его волосы все еще были влажными, длинные черные пряди прилипли ко лбу - “Ты опять пьешь вино?”- Джисон всегда стоял слишком близко. Минхо чувствовал, как его глаза-бусинки обжигают затылок. “Да.” “А можно мне немного?” “Может быть, когда тебе будет 21.” “Да ладно тебе.”- Джисон потянулся за бокалом, стоявшим на столе, и Минхо быстро выхватил его, одним глотком опустошая всё содержимое. Джисон нахмурился. - “Я знаю, что другие 18-летние пьют!” "У других 18-летних ребят нет личных поваров, которые готовят для них.”- Минхо втянул в себя немного вина и стал рыться в поисках ложки. Джисон пристально смотрел на него. Минхо яростно помешивал воду, позволив кубику сушеной лапши удариться о стенки кастрюли. Он все еще чувствовал, что Джисон пристально смотрит на него, и благодаря силе воли заставил свои пьяные щеки не краснеть. Если бы он мог, он бы сам себя уничтожил всякий раз, когда этот ребенок был рядом. Внезапно Джисон протянул руку и прижал ладонь к краю кастрюли, удерживая ее там, пока запах горящей кожи не просочился в воздух. “БОЖЕ МОЙ!”- Минхо схватил 18-летнего парня за запястье, оттягивая его от горящего металла “Какого хуя ты делаешь? Ты же сам себе навредишь!”- Глаза Минхо были широко раскрыты и полны паники, но когда он посмотрел на Джисона, то увидел, что младший вовсе не выглядел таким уж страдающим, как, вероятно, следовало бы. Вместо этого он посмотрел на свое запястье, а затем снова на лицо Минхо с легкой улыбкой. “Ты что, издеваешься?”- Минхо потащил Джисона к раковине, сунув его руку в холодную воду и крича на него. “Твои родители убьют меня нахуй, если увидят это!” Минхо не видел этого, но в трусах у Джисона уже стало тесно. Он никогда еще не был так близко к старшему. Он практически чувствовал его запах. Джисон не сопротивлялся, но слегка повернул запястье, чтобы почувствовать, как Минхо крепче сжимает его кожу. “Боже, это выглядит ужасно,”- проворчал Минхо, оттягивая большой палец Джисона назад, чтобы посмотреть на его темно-красную ладонь. Джисон затаил дыхание. “Зачем ты это сделал?”- Джисон пожал плечами: “Я не знаю.”- Судя по тому, как Минхо держал его, эти двое стояли лицом к лицу. Джисон внимательно следил за тем, как Минхо нахмурился, как яростно прищуривался. “Я слишком охуенно пьян для всего этого.”- Минхо отпустил руку Джисона и вернулся к своему рамёну, который уже почти закипел. Сердце Джисона бешено колотилось. Он держал руку под водой - это немного облегчало боль - и смотрел, как Минхо готовит. Вены на предплечьях Минхо восхитительно вздулись, когда он помешал лапшу. Глаза Джисона остановились на изящном изгибе верхней губы Минхо. Ему хотелось ощутить эти губы рядом со своими и целовать так, как он целовал ночью свои руки, испачканные едой Минхо. Он попытался учуять запах Минхо, тот самый, который он едва уловил, когда они оказались ближе друг к другу, - слабый винный привкус в его дыхании. Джисон тихо спустил одну руку под раковину и начал ощупывать себя под нижним бельем. Мягко, медленно, когда его обожженная кожа вздулась под струей холодной воды, Джисон прижался всем телом к раковине и двинулся навстречу своей руке. Он был твердым, даже после того, как дрочил недавно, ещё более жестче в присутствии Минхо. Он наблюдал за глазами Минхо, так сильно сосредоточенными на готовке, как будто он пытался не замечать присутствия Джисона. Он смотрел, как Минхо облизывает губы, и не смог удержаться, чтобы резко не скользнуть рукой под пояс своего нижнего белья. Он начал быстро дрочить, наблюдая, как пар от кастрюли испаряется и стекает по идеальной коже Минхо. Минхо внезапно выключил воду, все еще помешивая, и схватил миску. “Ты уже можешь отключить воду,” - спокойно сказал шеф, небрежно переливая содержимое кастрюли в миску. Прошло мгновение, но ответа от Джисона не последовало. Минхо поставил кастрюлю обратно на плиту. Прошло еще мгновение, и вода хлынула. Джисон начал странно громко дышать. Минхо взглянул на него и замер. Джисон тоже застыл. Его глаза были устремлены на Минхо, рука крепко сжимала член. Взгляд Минхо скользнул по Джисону. Мерзкий маленький Джисон, парень, за которого ему платили слишком много за то, чтобы он просто готовил. Минхо открыл было рот, но тут же закрыл его. Рука Джисона нерешительно двинулась вверх по члену. Минхо был так зол, что еле соображал. “Какого хуя ты тут делаешь?”- Минхо подошел к Джисону, все еще немного спотыкаясь и начав учащенно дышать, после того, как увидел руку Джисона, которая все быстрее сдавливала его член. Минхо больше не беспокоился о воде, она только подчеркивала шум крови в его ушах. Он прижал Джисона спиной к раковине, лицом к лицу, и крепко схватил его запястье, отрывая его от промежности. Джисон все еще смотрел на него. Эти дурацкие глазки-бусинки. “Не смотри на меня, мать твою,” - прошипел Минхо. Джисон перестал пялиться, он просто отвел глаза в сторону, тяжело и часто дыша. Он покраснел. Он стоял практически распятый, его левая рука была почти забыта в воде, а правая - в руках Минхо. Он чувствовал, как край раковины упирается ему в поясницу. “Господи, да что же с тобой такое?”- Минхо почувствовал кровь в ушах. “Так вот почему ты все время пялишься на меня, грёбаный ублюдок?” Джисон ничего не сказал. Он наклонил голову и медленно кивнул. “О, мой гребаный Бог.”- Минхо наклонился, его тело двигалось быстрее, чем его мозг, и схватил член Джисона. Он крепко сжал его, впиваясь в него ногтями, и повернул. Если бы он был у него внутри, он бы сорвал эту чертову штуку. Но Минхо не было в нём. Он отпустил его, как только увидел, как глаза Джисона затрепетали, и почувствовал, как предэякулят стекает по его руке. “Возвращайся в свою комнату.” Минхо прислушивался к его шагам, поднимающимся по лестнице. Он уставился на рамён. Ничто и никогда не казалось ему менее аппетитным. В ту ночь он плохо спал.