Трое

      В первый момент он думает, что умер, потому что в ушах стоит невероятный гул, а пальцы на затылке отпускают, позволяя уткнуться носом в грязь и блаженно выдохнуть. Но потом осознаёт, что скорее всего это просто контузия, потому что собственные руки по ощущениям находятся невероятно далеко от лица, которое старательно отчищают. К счастью, сыворотка, способная справиться с разрывным в живот, помогает и тут: не проходит и пятнадцать секунд, а Стив уже на ногах и смотрит на Рамлоу, из дула пистолета которого идёт лёгкий дымок.       -Рамлоу... - получается выдавить у него.       -Роджерс, - кивает в ответ мужчина и, осмотревшись, пинает ближайший к себе труп. - Вижу, Романова не зря попросила меня всё же пойти с тобой. Подумать только: Капитан Америка - ходячий магнит для неприятностей...       -Где Наташа?       -Подозреваю, что она сейчас кого-то режет на куски, пытаясь выяснить, где держат Зимнего. Но, если честно, понятия не имею.       -Рация...       -Мне не выдали, как видишь, - он трогает пустой слот на бронежилете и морщится, выглядывая из-под неглубокого козырька. - Давай быстрее, Роджерс, дождь начинается...       Видимо, о вежливости Рамлоу если и слышал, то исключительно по телевизору: он ещё раз пинает тело рядом с собой, словно проверяя насколько человек мёртв, и с довольной миной выпихивает его на улицу, под первые капли. А потом захлопывает дверь, оставляя тело снаружи.       -Ты... мы могли бы занести их...       -Кэп, не тупи. Первый же обнаруженный труп и они поднимут тревогу. А мы не можем рисковать Солдатом, он слишком ценен. И вообще... - мужчина оглядывается, словно что-то ищет. - Из нас двоих только у тебя усовершенствованный мозг. Так что включай его, как можно скорее, иначе пострадаем все поголовно.       -Ты не понимаешь, о чём говоришь.       -Роджерс, у тебя за спиной было четыре человека поддержки. Сейчас они мертвы. Согласен, нельзя винить тебя в их недостаточном профессионализме, но... Ты пошёл на эту бабу в рукопашную, хотя за спиной была возможность взять пару стволов. И вот это уже выглядит очень нездорово.       Стив молчит. Если подумать, он и правда немного сглупил. А может, даже и не "немного". Но с момента ухода Баки в нём будто что-то надломилось, сломавшись до конца после звонка Рамлоу. И пусть тот предатель и урод, лжец, ничего не знающий о нормах морали, и всё же... И всё же Баки искал его по миру, наверняка приложив значительные усилия. А значит Рамлоу ценен сам по себе и точно что-то значит не только для извращённого сознания Солдата, неспособного здраво оценивать мир вокруг, но и для самого Джея. Он раздражённо цыкает, когда понимает, что подсознательно сравнил себя и Рамлоу, поставив рядом с Баки и предположив, что в состоянии разобраться с его "многоличностью". На самом деле Стив понятия не имеет, как вести себя с другом, который оказался не тем Джеймсом Барнсом, за которого был принят, и у которого проблема с воспоминаниями. Он запоздало вспоминает о том, насколько горяча была их первая встреча в Барселоне и как сладко потом было ласкать доверчиво расслабляющееся в руках тело в Башне Старка, когда Баки - или это всё же был Солдат? - выбирался из камеры, чтобы наведаться к любовнику под покровом ночи. Член заинтересованно дёргается, но Стив привычно останавливает себя.       Пять месяцев.       Они не виделись почти пять месяцев и это стало настоящей пыткой. После ночей, полных жара и утоления всех желаний, после разорванных магнитных наручников и Баки, кончающего на члене, чей яркий образ застыл перед глазами... после всего это было тяжело снова возвращаться в пустой дом, ложиться в ледяную постель, краем глаза смотреть телевизор, проталкивая в горло безвкусную еду. Спасала только мысль, что он обещал вернуться и значит - точно вернётся. С каждым днём надежда истаивала, в конце концов почти испарившись. Выстрелом в голову прозвучал звонок Рамлоу, после которого Стив словно растерял все свои навыки, кроме бега и рукопашного боя. Планирование, стратегическая расстановка сил, способность здраво оценивать собственные шансы, чуйка на неприятности, и раньше частенько дававшая сбой - всё это отключилось, оставив его неспособным видеть дальше своего носа ребёнком. Будто Баки забрал с собой часть Капитана Америки, гордости нации и символа свободы. Будто теперь Стив неполноценен и в любой момент может тронуться умом от одиночества и неприкаянности...       -Ты предатель, - говорит он Рамлоу, пока тот копошится в пейджере, что-то насвистывая. - А ещё ты убил ту женщину. Пристрелил.       -Хорошо, в следующий раз сначала дам ей убить тебя, а потом прикончу, - шикает на него собеседник и, когда устройство пикает и начинает светиться зелёным, сообщает: - Зимний здесь, прямо под нами. Судя по карте, тут где-то должна быть лестница вниз, потому что иначе сигнал бы так не мелькал.       -Ты... ты можешь узнать, где он?       -Естественно. Я был его хэндлером, помнишь?       -Да, но... почему тогда не пошёл за ним один?       -Во-первых, эта функция работает лишь на малом радиусе. Во-вторых, вряд ли «голый безоружный мужик, в одиночестве штурмующий базу Гидры» — это именно та смерть, о которой я всегда мечтал. Ребята бы, конечно, поржали, но пулей в лоб снабдили.       -"Голый"? В смысле, ты...       -Нас поймали утром, Роджерс, когда мы только вылезли из постели. Думаю, начни я наряжаться, точно бы ноги не унёс. А так - был хоть какой-то шанс, к тому же... - Стив зарычал и Рамлоу, до этого выглядящий совершенно расслабленно, вдруг втянул голову в плечи, словно нашкодивший школьник. - Прости, - тихо выдавил он. - Я думал, ты в курсе, раз отпустил его.       -Что вы трахаетесь?       -Нет. Что Солдат... что порой ему невозможно отказать. Это как отклонение психики... - мужчина тяжко вздохнул. - Не знаю, как объяснить. Когда он пришёл ко мне в Нью-Йорке, я почуял его внимание ещё утром и петлял как мог. Однако с хвоста сбросить не удалось и потом, в гостинице... Короче, это была не моя инициатива. Пожалуй, будь я женщиной, случившееся можно было описать как "домогательства, закончившиеся почти изнасилованием"... Так сложно говорить о подобном вслух... - Рамлоу замер. - Роджерс, я был готов попрощаться с ним навсегда, когда отправлял тебе то фото. Честно. И уже сейчас, когда он пришёл в мой дом, выглядя при этом как потерянный щенок, наконец нашедший хозяина, это было как... воссоединение. Вынужденное, потому что говорить он не хотел...       -Он хотел трахаться, - закончил за ним Стив и успел поймать ехидную улыбку, скользнувшую по губам оппонента. - У меня было также. "Ты мне нужен", "пожалуйста, прими меня в дом", "я так долго тебя не видел, дай хотя бы поцелую"...       -"Пожалуйста, позволь мне остаться", - шепчет Рамлоу и от этой фразы встают дыбом волосы на затылке. Баки хотел остаться со своим Командиром, сам нашёл его, а не покорно принял новые правила. Это было его собственное решение, а не вынужденная мера. - Думаю, Гидра сломала в нём что-то важное, вырвала с корнем. И теперь Зимний, перестав быть Зимним и потеряв цели, ищет способ стать нормальным человеком, подбирая людей и пытаясь заменить ими нехватку жизненно необходимой детали. Он попробовал тебя, меня, может - кого-то ещё. Я не в курсе, сколько любовников было у Солдата за это время, ты наверняка тоже.       -Не смей...       -Хорошо. В принципе, мне наплевать. Ты заберёшь его в Башню, там будут тесты, проверки и попытки понять, что случилось. А через пару месяцев он снова объявится у меня на пороге. И всё повторится в точности как сейчас: ты будешь зло пыхтеть, мечтая свернуть мне шею, а я - делать вид, что всё в порядке. Конфликт между нами довольно быстро перейдёт из стадии "молчаливого неведения" в стадию "мирного вооружения", а следом - в категорию открытого противостояния. Видя это, Агент почувствует невыносимую боль, несравнимую ни с чем на этом свете. Неспособный бесконечно кидаться из крайности в крайность, в итоге Зимний либо снова превратится в безмозглого Солдата, не чувствующего душевной боли, либо - понизит общее количество любовников на одну единицу. Полагаю, тебя ему не взять, так что это буду я. Поэтому закрой варежку и не делай вид, что удивлён, когда однажды утром "Баки" заявится к тебе весь в крови.       -Этого не будет, - сказать честно, Стив и сам не уверен в том, что говорит. Но остановиться, когда кто-то вроде вчерашнего друга насмешливо косится боковым зрением, а под ногами мелькают мокрые ступеньки, от ударов подошв по которым колотит в висках, становится невыносимо трудно. Не сейчас, не в такой ситуации, не перед Рамлоу с его ореолом предателя, мешающим нормально воспринимать человека перед собой. Может, позже... - Баки - хороший человек, он бы никогда не стал делать что-то неправильное специально. Он... он просто запутался. Поверь, когда это закончится, всё встанет на свои места. И он снова будет улыбаться.       -Улыбка на лице Зимнего... Слава яйцам, я этого не увижу...       -Ты… - он и сам не знает, с какой целью изначально затеял этот разговор, но с первого же обмена фразами диалог свернул не туда, так что теперь можно не беспокоиться насчёт «что собеседник подумает». – Ты даже не представляешь, о чём говоришь. Мы были на войне и там…       -Ебались, - заканчивает за него Рамлоу, когда становится ясно, что сам Стив всё равно не сможет подобрать нужных слов. От его грубости немного передёргивает и лицо само превращается в оскал. – О, или это было ещё до войны? – по-своему понимает молчание и гримасу собеседник, и его губы растягиваются в мерзкой ухмылке. – Я видел записи Гидры, даже до модернизации и новой руки он был просто чудо как хорош, так что… Понимаю… Стиву хочется ударить Рамлоу по лицу. Стиву хочется броситься вперёд, вышибить дверь и убить всех, кого получится. Стиву хочется вернуться в прошлое и убить Рамлоу до того, как тот станет хэндлером Зимнего Солдата и начнёт… начнёт…       -Когда вы впервые… - он делает движение ладонью, подразумевая сексуальную связь, в надежде, что его поймут и не придётся произносить вслух то, от чего больно даже при воспроизведении в голове. Но Рамлоу не зря носит звание засранца: замерев на своей ступеньке, он смотрит в упор, вынуждая озвучить крайне неприятное завершение вопроса: - Когда вы впервые оказались в одной постели?       -Где-то через пару дней после знакомства.       -Так быстро?!       -Ну, скажем так: мы были достаточно близки и достаточно ненормальны, чтобы не заморачиваться мелочами вроде «люди подумают». Единственный раз, когда кто-то из персонала попытался отпустить шуточку насчёт «потрахивает собственное ружьё», Солдат сломал дверь, пару стен и шею этого урода, заработав внеплановое Обнуление и такое количество успокоительного, что когда после этого он приполз ко мне в койку, то вырубался на ходу.       -И ты всё равно его..?       -Ага.       -Как ты мог?! Он же не понимал, что происходит, был как ребёнок, к тому же – полностью беспомощен, накачан успокоительным и…       -Потому что я этого хотел. И он тоже.       -Как ты можешь быть уверен, что…       -О, тут всё просто: когда Агент чего-то не хочет, он сообщает об этом словами через рот. Думаю, ты и предположить такого не мог, но мы с твоим ненаглядным вполне мирно общались и вне койки, найдя достаточно слов для того, чтобы считаться приятелями. Да, иногда он слетал с катушек и душил народ, но в основном – вёл себя довольно прилично для человека, почти семь десятков лет просидевшего на смеси из наркоты, Обнулений и Заморозок, которые заканчивались побоями или опытами «по живому».       -И ты всё это видел?       -Да.       Желание врезать Рамлоу становится сильнее с каждой секундой, что тот молчит, смотря глаза в глаза. В какой-то момент Стиву даже кажется, что он сойдёт с ума, бросится на предателя и оставит потом труп в тёмном углу лестницы, малодушно пожимая плечами на все вопросы Наташи. Он бы точно сделал так, если бы не осознание того, что от вопросов Баки так просто не отделаться и что тот непременно будет искать. И уйдёт. Снова. Вернётся ли он, если узнает, что Стив своими руками убил его «розового человека»? Ответ на этот вопрос уже известен, тем более даже со своими супер-силами, довольно сложно будет заткнуть Наташе рот. Баки узнает, что Рамлоу пошёл спасать его меньше, чем через полчаса после взлёта. И что тогда говорить? Что делать?       -Я ненавижу то, насколько ты для него важен, - говорит Стив и поворачивается к Рамлоу спиной. Ему наплевать, решит тот ударить в спину, или предпочтёт последовать как в былые времена. Но бывший командир Страйка лишь хмыкает и сообщает:       -Зайду с другой стороны. Не хочу мешать «дружескому воссоединению»…       ***       Что именно Рамлоу имел в виду становится ясно меньше, чем через минуту. Навалившиеся с двух сторон амбалы теснят Стива обратно к лестнице, дверь к которой уже закрыл третий, непонятно как оставшийся незамеченным. Он отмахивается, закрывается щитом от особо удачных ударов, но всё равно зарабатывает несколько прямых в печень. То, что Рамлоу – чёртов ублюдок, бросивший его на амбразуру ради спасения собственной шкуры, становится ясно через пять минут: в конце коридора кто-то коротко вскрикивает и раздавшийся следом одинокий выстрел практически не привлекает внимания на фоне того шума, что производит четвёрка бойцов, активно пытающаяся выбить дерьмо из лазутчика. Стива валят на пол и несколько раз довольно сильно пинают, когда эхо доносит странный треск, больше похожий на хруст. Словно кто-то упустил и теперь он…       Силы находятся сами собой. Стив бросается вперёд, бьёт ближайшего противника в голову и, услышав хруст костей, чувствует лишь облегчение. Второй лишается головы лёгким взмахом щита, а третий… Видимо, он оказывается поумнее товарищей, потому что, почуяв явное превосходство врага, застывает на месте. В любой другой ситуации Стив позволил бы ему уйти, но сейчас…       -Что там творится? – спрашивает он чисто на всякий случай, кивая в сторону, откуда идёт шум. Амбал косится в указанном направлении, сжимает кулаки и, когда, наконец, открывает рот, становится очевидна проблема в виде обрубка на месте языка. «Немой инструмент» - приходит Стиву на ум, и он хмыкает, признавая логичность такого заключения. – Ладно, прости и прощай.       Он заносит щит, мысленно извиняясь ещё не один десяток раз, когда дверь за спиной открывается и ехидный голос сообщает:       -Мне срочно нужна физическая сила, Роджерс. Патриотизм можешь оставить себе, - амбал, почуяв возможность, дёргается вперёд, но оседает с дыркой в голове. Стив вздрагивает, пуля прошла настолько близко, что кажется – ещё можно почувствовать тёплую полоску на ткани костюма, которого она коснулась. – Давай живее, враги не дремлют! – торопит его Рамлоу, вырывая из размышлений и не самых приятных дум. – Они его обнуляют и, если успеют как положено приставить нового командира, нам пиздец!       На самом деле Стиву наплевать на то, что случится с человеком, предавшим Фьюри, ЩИТ и заодно целую страну. Он отдалённо надеется на шальную пулю, но здравой стороной мозга всё же понимает: Рамлоу непременно выживет и, что бы ни случилось, рано или поздно объявится снова, в очередной раз нарушив течение их с Баки жизни. Избежать этого можно будет лишь в том случае, если Стив собственноручно выкопает ему могилу, похоронит и потом до конца жизни будет отводить глаза на вопросе о бывшем сослуживце с таким именем. Но ещё он почему-то уверен, что Баки однажды вспомнит о своём «розовом человеке» и уже мысленно содрогается от боли расставания. С другой стороны, восстановление памяти может занять много времени и, возможно, Рамлоу просто не доживёт…       -Не хочу знать, о чём можно думать с настолько злодейским лицом, Роджерс. Так что просто иди сюда и вскрой уже чёртово стекло.       -Стек…       -Вопросы потом, сейчас – применение грубой физической силы к чужому имуществу без каких-либо моральных терзаний в будущем!       Мысль о том, Рамлоу, несмотря на свой не слишком-то впечатляющий список отрицательных черт, может оказаться прав, толкает Стива вперёд. Баки и правда там. За огромным стеклом, у которого стоит стол с каким-то оборудованием и лежит свежий труп, расположились трое: огромного вида мужик с автоматом, худая докторша с папкой в руках и Баки – его Баки, господи, почему он такой бледный и весь в поту – удерживаемый в кресле тройными ремнями. То, что врагам пришлось прибегнуть к многократной перестраховке, заставляет Стива скомкано порадоваться. Рамлоу тычет пальцем в запертую дверь и в стекло, что-то говорит, но это проносится мимо, потому что Баки вдруг корчится и странно вздрагивает. Его рот распахивается в немом крике, а докторша что-то раздражённо выговаривает застывшему истуканом мужику, непонятливо трясущему головой.       -…это не сработает, - врывается в сознание голос Рамлоу.       -Что?       -Говорю: они действуют по старой схеме «Обнуление-Знакомство», как делали до меня. После, когда Солдат начал направо и налево сворачивать шеи чужакам, пока я не появлюсь, придумали другой вариант, но эти, похоже, с ним не знакомы.       -То есть, это сработает?       -Ну, пока не сработал. Может, после десятка Обнулений подряд Агента и размажет настолько, что он примет нового командира, но у нас ещё есть немножко времени, чтобы этого не допустить. А если Солдата и срубит, у меня есть один беспроигрышный вариант его вернуть…       ***       Стекло разлетается от первого же удара. Рамлоу, скорее всего, пробовавший разнести его стрельбой из автомата и не получивший даже трещинки, лишь одобрительно чмокает губами. Стив и сам знает: его щит создавался для куда более сомнительных задач в виде пробивания стен, так что какое-то там стекло не стало полноценной проблемой.       Под звон падающих на пол осколков докторша останавливает процесс и снова произносит несколько кодовых фраз, сверяясь с папкой. Баки, всё ещё сидящий в кресле, замирает, его глаза останавливаются на украшенном очками женском лице и становятся не по-человечески цепкими.       -Я жду приказаний, - произносит он и всё у Стива внутри с грохотом катится вниз, по пути пронзая тело холодом.       Не успел. Снова.       -Это твой новый командир, Солдат, - отдаёт приказ женщина и отстёгивает первый ремень. – У него неограниченные полномочия в плане целей и право прямой команды. Принято?       -Принято, - равнодушно кивает Баки и, чуть наклонив голову на бок, внимательно следит за новым командиром, который беспокойно переступает с ноги на ногу. Докторша освобождает ему руки, затем ноги и, лишь когда переходит к креплениям на шее и голове, коротко приказывает: - Взять приказ у командира!       Одно лёгкое скользящее движение и Баки оказывает на ногах, утыкаясь носом в грудь «командиру», которого изучает взглядом. Наконец, он прищуривает глаза и кивает, словно признавая за этим человеком право командовать. Странно, что с женщиной такого не понадобилось, но Стив отбрасывает эти мысли, когда мужчина протягивает Баки свой автомат и слишком громко для такой маленькой комнаты говорит:       -Солдат, убей посторонних!       Пожалуй, Стиву даже неприятно от того, как глупо Гидра иногда подбирает кадры. Этот человек явно не создан для того, чтобы отдавать команды: он не уверен в себе и собственном праве приказывать, излишне тучен и громок, не понимает принципы управления доставшегося ему оружия, в общем – совершенно не похож на Рамлоу с его вкрадчивым тоном и будто въевшейся под кожу властностью. Хотя сейчас Стив, пожалуй, даже рад, что ошибка настолько груба: он бы ни за что не смог победить Баки в боевом столкновении, если речь не о семи-контакте. Тем более – сейчас, когда горечь пяти месяцев разлуки наконец не давит на виски, выворачивая наизнанку желанием бежать неизвестно куда, лишь бы хоть один раз увидеть.       Но Баки поворачивается к нему, механически принимая оружие, проверяет его и с негодованием отбрасывает прочь. На его лице при этом расползается брезгливость.       -Он не любит плохие стволы, - негромко комментирует Рамлоу из-за спины, но почему-то не спешит перешагивать внутрь, словно опасаясь за собственную жизнь. – Ты должна была это знать, милая, если открыла рот на что-то настолько грозное. Хотя бы докладные, что ли, изучила бы…       -Брок Рамлоу, - нараспев произносит женщина и Стиву на мгновение кажется, будто Баки, даже с тщательно вычищенной памятью, вздрагивает от этого имени, инстинктивно шаря по помещению глазами. – Бессменный командир Зимнего Солдата, предатель и дезертир, успевший нагадить напоследок, лишив нашу Организацию лучшего оружия! Как мило с твоей стороны было добровольно прийти сюда, чтобы нам не пришлось снова гоняться по земному шару, подстраивая несчастные случаи! Даже, наверно, ещё милее, чем обосноваться поблизости от сохранившейся базы, дав возможность поставить наблюдение и поймать Зимнего Солдата «на живца»!       Рамлоу молчит. Честное слово, если он сейчас снова отпустит одну из своих обычных грубых шуточек, Стив его просто придушит и тогда… Додумать эту мысль он не успевает: качнувшись вперёд, Рамлоу поворачивает к себе и целует, грубо и пошло, сходу врываясь языком в рот и почти порнографично постанывая. Стив отрывается, тяжело дыша и уже зная, что скажет чёртовому предателю, но слышит только вскрик, странный треск, а спустя секунду металлический кулак на полной скорости врезается ему в бок…