Глава 4. What is WT
2 января 2021 г., 20:47
Иногда человеку лучше залечь на дно. И пусть в этот момент он покрыт илом, он обязательно однажды получит Небесный мандат. Но только живя с таким намерением в своем сердце. (Морокудзу Такэхито aka. Гакуто)
В убого обставленном помещении царил густой полумрак. Пятеро в тюремных робах стояли рядом, и в скудном, сочащемся снаружи через какие-то щели солнечном свете были более-менее видны только белые полоски их спецодежды. - Наконец-то… - Киёши услышал собственный голос как будто со стороны. - Пришло время… воистину… - из темноты надвинулось сбоку лицо очкарика, обрамлённое отросшими до прежней длины волосами. - Ах, ну наконец… я так устал ждать! – с другой стороны проступили черты модника-блондина. - Именно сегодня… Как будто мы жили только ради этого! Кхха! – Джо со своим капюшоном смотрелся здесь фантасмагорическим приведением. - Это же не сон, правда? Мы в самом деле… - произнёс здоровяк Андре. Да, вот оно. Свершилось! Все они, друзья, вместе подошли вплотную к вожделенной цели. И Киёши с торжествующей улыбкой, которая так бесила оба студсовета, ответил: - Не волнуйся, Андре… сегодня… наши мечты… мы сделаем их реальностью. Гакуто нашарил дверь: - Други мои, воистину… Вы готовы к этому? - Кхе… - В любое время… - Пошли… Гакуто! - Ну что ж… - любитель Троецарствия надавил на дверь, и яркий солнечный свет ворвался внутрь, заставив пятёрку щуриться, - воистину, давайте пойдём. - На конкурс мокрых футболок!! – воскликнули они хором и пошли прямо на этот слепящий свет… …Пронзительный звук разодрал сон в клочья. Фудзино, всё ещё под впечатлением от пригрезившегося, резко вскинулся на кровати, опёрся на локоть и принялся лихорадочно нашаривать на полу свой электронный будильник, поучаствовавший в незабвенном «уроборосе». - Чувааак! Что за отстой?! Сегодня же первый день каникул, что ещё за дурацкая побудка?? – раздался недовольный голос с верхнего яруса. - Прости, Шинго… Блин, забыл отрубить будильник, вот зараза! – Киёши поспешно нажал на отбой. Сокомнатник что-то буркнул ещё, перевернулся на другой бок и довольно скоро задышал, как дышат спящие. А вот изгою школы доспать уже была не судьба. Он лежал, уставившись в одну точку и прокручивал в голове медленно тающие в памяти подробности сновидения. «Ну, то, что приснился конкурс - ничего удивительного, мы ведь столько перетирали об этом постоянно. Хмм, Гакуто был патлатый, как прежде, и я успел удивиться этому даже во сне. Но… почему мы были в тюремной униформе?? Вот не особо-то верю я в вещие сны и прочую дешёвую мистику (хотя, после приснопамятной кавалерийской битвы, пожалуй, стоило бы!), но какое-то снова предчувствие нехорошее…»***
- Назначила новым Президентом первогодку?! – изумились Риса и Мицуко. - Представьте себе, - тряхнула рыжими завитками Кейт. – Меня уже, казалось, ничего в этой школе не удивит… и на тебе. Я была уверена, что будет Мэйко, ну Хана на крайняк. В конце концов, во главе обоих студсоветов всегда стояли ученицы выпускного класса, очень редко – второго года обучения. А тут эта мелкая Чиё делает такую карьеру – не успела быть принятой в стажёры-патрульные, и уже, ты гляди, 21я кайчо Подпольного. Беспрецедентный случай в истории Хачимицу! Что ж, я всегда говорила, что семейная мафия Курихара творит в школе, что хочет. - Что поделать, у ПСС издавна своя кухня, - потянулась за печеньем худощавая вице-президент. – У нас выборная демократия, у них – монархия. - Точно подмечено, Риса. Но вот что я скажу вам, девочки, - Такэномия важно подняла указательный палец вверх, - влияние Подпольного рано или поздно сойдёт на нет после решения принимать в школу мальчишек. В текущем учебном году поступило всего пятеро – и смотрите, каков был переполох… и ещё будет, не сомневаюсь. А сколько придёт в следующем марте – пятьдесят? Или ещё больше, хи-хи… Коготок увяз – всей птичке пропасть! Мари сразу поняла это, когда препятствовала поступлению парней; что ж, пусть скажет спасибо отцу-директору. - Но ты же не увидишь этого, Президент, - сказала секретарь официалов, подливая себе из чайника. - Какая разница, Мицуко? Ты ведь любишь историю древнекитайских межусобиц? Вот и привыкай мыслить стратегично. ПСС уже проиграл. Это всё так, агония. И даже не сбеги Мари, это ничего бы не изменило. «А ты чуть покраснела и облизала губы, упомянув Курихару, - отметила про себя Бэтто. – Да уж, то, что мне рассказал Андре, наводит на размышления… Как и то, что ты плотно взяла в оборот ту французскую ученицу. Которая, естественно, прибыла по обмену из той самой школы в Париже, куда укатила Мари – ну кто бы сомневался! Президент, ты что… любишь эту воронью девку?! Ту, с которой яростно враждуешь? Но, как бы то ни было, ты моя единственная настоящая подруга, и я на твоей стороне. Вряд ли и ты осудишь меня за мою связь с парнем.»***
(Прошло несколько дней. Комната ПСС.) - Сестричка, возможно, теперь я могу спросить тебя прямо… Что за странные обнимашки-поцелуйчики были у тебя в тюрьме с Киёши? После тех расспросов на складе спортинвентаря я было решила, что вы в тайне что-то готовили на мой день рождения (как глупо, правда?), но сейчас понимаю, что ошибалась, и ваша тайна была в другом… - произнеся это, Чиё покраснела и спохватилась. - Но если у тебя до сих пор есть причины не раскрывать это, я пойму… и прошу прощения за свой вопрос. - Напротив, Чиё, я рада наконец разрешить это нелепое недопонимание между нами, - мягко улыбнулась старшая сестра с экрана монитора. – Видишь ли, это просто глупая шарада для моего побега… - Твоего… побега? – недоумённо подняла брови новоиспечённая 21я Президент ПСС. - Ах, ты ж не успела узнать всё из-за моего стремительного отъезда… В общем, я это тоже, наверное, тебе как-то расскажу подробно, но сейчас вкратце обрисую предысторию. Итак, когда я отбывала наказание с Мэйко, а несколько позже и с Киёши, Кейт всячески старалась насолить мне. Про пожар с гнездом с целью подставить Мэйко ты уже знаешь. Чиё тут же вспомнила, как Фудзино утешал её тогда, да ещё этот его порыв ради погибших, как они считали, птенцов… Мари тем временем продолжала: - Потом она организовала следующую грязную провокацию, в результате успеха которой разжилась компроматом на меня, – «уроборосные» подробности того происшествия старшая Курихара решила всё же опустить. – Затем, посредством угрозы опубликования компрометирующих меня записей, Кейт хотела вынудить меня участвовать в той самой кавалерийской битве, но таким образом, чтобы я заведомо проиграла на виду у всех… а ставку ты помнишь – роспуск соответствующего студсовета. Таким образом, у меня не осталось выбора, кроме как разработать свой контрплан, с целью нейтрализовать компромат Кейт – а для этого мне нужно было выбраться из тюрьмы до спортфестиваля. Мэйко – ну, ты сама видела, сестрёнка – была тогда не в себе, и помочь мне могли только Хана и… Киёши. Чиё слушала с всё возрастающим удивлением. - Вот, значит… для побега мне необходимы были некоторые предметы, которые могли достать и передать нам только друзья Киёши. Хане никак нельзя было с этим светиться, у неё была иная роль. Надо было как-то сообщить парням. И он жестами пытался показать им через окно общей камеры, что именно нужно. Ты не поверишь, но то, что Фудзино приобнял меня за талию и полез с этим притворным поцелуем, означало для него… аллегорию пластиковой бутылки! Нелепо, правда? Самое забавное, что мальчишки это послание Киёши поняли… (В памяти Чиё тут же всплыли воспоминания: она, Хана и разбивший её сердце парень на площадке для барбекю, все эти странные «бутылочные» истории…) - В общем, никакого настоящего поцелуя, который тебе привиделся с твоей точки зрения, у нас с Фудзино не было. («Зато было ранее нечто похлеще, в ванной… но не могу же я такое рассказывать сестрёнке, в самом деле!») - Так что не целовалась я с Киёши. Да и никогда не нравился он мне как… как мужчина. Я потом влепила ему тааакую затрещину… - А кто тебе нравился, как мужчина? – хихикнула Чиё. - Ещё никто, пожалуй… - замялась Мари. («Да уж… в губы не целовались, зато поневоле основательно прошлись друг другу губами по телу в весьма укромных местах! У меня потом аж засос на внутренней стороне бедра был… И это даже до того, что было с Кейт!») - Но одно я не пойму, сестричка! Отчего же вы с Киёши не рассказали мне всё это, как есть. Я бы поняла. - Пойми, я не хотела втягивать тебя в свой побег. - Блин, я вот это сейчас обидно было! Парни всё знали, а я нет. Мы же сёстры; я бы тоже, чем могла, помогла тебе с побегом… как когда-то помогала Киёши и компании. Какая дура… выступала против тебя, выгораживая человека, к которому питала симпатию… - Ну, вот видишь, тогда была моя очередь обижаться, а значит, мы квиты, - подмигнула бывшая Президент. – Шучу, конечно… А мальчишкам ты помогала из присущего тебе чувства справедливости. Я поняла это тогда, в папином кабинете… Кстати, ты мне и так очень помогла, сама того не ведая – уже тем, что я спёрла твой телефон, когда ты посещала меня в надзирательской. Прости за это, но у меня не было выбора. - А ты меня прости, что посчитала тебя шлю… падшей женщиной тогда… Тебя называли этим словом в школе всякие сплетницы, вот я и накрутила себя, увидев тебя и Киёши в такой позе. Конечно, неправильно всё поняла, а потом вспомнила твои слова про «не поймёшь, пока сама не попробуешь» и скосплеила… ммм… «шлюху», как я это себе представляла. Глупо вышло, - сконфуженно потупилась младшая сестра. – А что это, кстати, за история, когда ты якобы предлагала Киёши потрогать твою грудь? Неужели ещё одна дурацкая шарада для передачи образа нужного предмета? - Нет, там всё проще… я расскажу тебе, но тут ты уж точно, наверное, заподозришь во мне шлюху, - Мари смущённо усмехнулась и покраснела. – Видишь ли… когда Кейт получила компромат на меня, я была почти в отчаянии, а, кроме Фудзино, просить помощи было не у кого. И, превратно истолковав некоторые его слова, подумала, что в награду он хочет полапать мои груди… и даже готова была наступить на свою гордость ради дела… но Киёши, к его чести, не стал этого делать. У Чиё тоже проступил румянец: - Хмм… знаешь, сестричка, а я ведь тоже… тоже предлагала ему трогать мою грудь. На складе спортинвентаря, когда Риса-сан увела тебя. Причём, я предлагала ему свои грудки… вместо твоих… из глупой ревности. Но Киёши не стал тискать меня, пользуясь моей тогдашней уязвимостью, повёл себя очень достойно… Меня это приятно поразило тогда. - Как и меня, - лицо Мари приняло задумчивое выражение. - Знаешь, Чиё… Мы ведь, учась в сугубо женских школах долгие годы, практически ничего не знаем о парнях. Чего стоит только моё удивление, что за «штуку» положил себе в штаны Фудзино вместо телефона – помнишь, когда он отвлекал Рису и передавал мобилу тебе? Да и Риса не поняла. Только одна Мицуко откуда-то знала такие вещи. Хотя с виду такая скромница, хм… - Да, трудно, оказывается, понять мужчин… вот как так случилось, что в этом Киёши хорошие, благородные стороны сочетались с такой грязью?! – горько произнесла самая молодая Президент ПСС в истории Хачимицу. - Сестрёнка… ты продолжаешь любить его? – мягко спросила старшая. - Как тебе сказать… я и сама не пойму. Я уже не могу, наверное, относиться к Киёши, как прежде. Что-то умерло во мне. Но и забыть хорошее не так просто… - Чиё шмыгнула носом, но быстро взяла себя в руки и сменила тему. – Кстати, о твоём побеге. Я так понимаю, он увенчался успехом, раз Кейт так и не распространила компромат на тебя по школе? - Да, тут я преуспела, и смогла бороться за дальнейшее существование ПСС на равных – если так можно назвать соотношение сил в кавалерийской битве, конечно. Но должна сказать, что без помощи парней у меня ничего бы не вышло… К слову, я так и не поняла, почему именно эти оболтусы решили всё-таки помочь мне? - Может быть, Киёши просто хотел произвести на тебя, как на мою сестру, хорошее впечатление… ну, чтобы ты не препятствовала нашему с ним общению? - Нет, тут другое, что-то сложнее, - возразила Мари, - ведь поначалу Киёши отказал мне в просьбе о помощи, сославшись на серьёзный разлад со своими друзьями – из-за чего, не сказал. Но уже через несколько часов ему удалось пошептаться с Гакуто, который был тогда охранником, и он тут же очень решительно заверил меня, что парни помогут, невзирая на их ссору с Фудзино. «Есть куда большая проблема, которая заставляет нас действовать» - так он сказал мне. Но отказался раскрывать детали. Только спросил, выживет ли ПСС в случае моего побега… - То есть парни помогали нашему Совету потому только, что его роспуск сулил им некие куда большие проблемы? – прищурилась младшая. – Что-то мне подсказывает, что не зря Киёши отказался тебе поведать подробности... Сестричка, пожалуйста, вспомни ещё что-нибудь! - Дай-ка, дай-ка… - Мари напрягла память. – Хмм… Ну, во время работы на складе Гакуто втихую показал Киёши какую-то бумагу, Риса увидела это и потребовала объяснений, но это оказался всего-то календарный план мероприятий «официалов»… - Может, в расписании было зашифровано некое послание? Однажды я смогла подать Киёши знак, сложив камни для игры в го в слова… Возможно, там были подчёркнуты какие-то символы, или лист был сложен особым образом, или что-то вроде того? - Не знаю, сестрёнка. А может, тот листок вообще был обманным манёвром, а настоящую записку Фудзино получил незаметно? Но, как бы то ни было, Риса отобрала то расписание, а Гакуто и Андре были сутки спустя отстранены от исполнения обязанностей охранников. Но! прямо перед этим, парни подали знак Киёши – они все одели футболки со странным принтом, I♡WT. А когда я спросила, что значит эта надпись, Киёши ушёл от ответа… сказал лишь, что это знак того, что они связаны одной целью – помочь нам. - Футболки… дабл-ю-ти? - Именно. - Странные они всё же… То «бутылкосимволизм» какой-то, то лодка из бутылок, то эти футболки. И всё время шушукаются о чём-то своём, только им понятном. - Что ты хочешь… - вздохнула бывшая Президент. – Мужчины!.. - Всё ещё дуешься на папу? - С одной стороны, я люблю его, и безмерна рада, что он не разбился на вертолёте, и что с него сняли обвинения. Но с другой… эти женские трусики на нём, тогда… Почему?? Он что, извращенец, носящий дамское бельё? Или он изменяет маме, и одел по ошибке трусики своей любовницы? А сколько раз я застигала его за разглядыванием непристойностей! – возмущённо воскликнула Мари, заводясь всё больше. – А начинается это всё у них ещё со школы! С заглядывания под юбки! Потом подглядывание в душевой! Облапывание девушек при каждом удобном случае! Потом они взрослеют, но не проходит эта их вечная эротомания! Просмотр порно на работе! Притихшая Чиё слушала тираду сестры с широко раскрытыми глазами.***
(Тот же день, вечер. Общежитие парней.) - Эй, и что там пишут интересного? – Шинго прилизывался, явно перед очередным свиданием, косясь на Джо, читающего лёжа какой-то пёстрый журнал. - Да вот, тут про радикальных феминисток написано. Вот, например, некоторые из них считают, что просмотр порно приравнивается к изнасилованию женщины… Кха! - Ах, эти… сдались они тебе, чувак. - Не находишь, что это довольно-таки похоже на нашенский Подпольный студсовет? - Неа. Уж больно они красивы, стройны и… ммм… феминны для феминисток, во! - Как же можно судить книгу по обложке? Я вот сужу по делам, а не по внешности… И как вам всем, кстати, Чиё-чан в роли нового Президента ПСС? Вот уж про кого ни в жисть бы не подумал, кхаа! - Да уж, это, конечно, полная жесть… Гакуто сидел за столом у окна, опёршись подбородком на скрещенные руки и погрузившись в свои мысли. Друзей он слушал вполуха. «К великому прискорбию, Шлюха-сэмпай-доно теперь избегает вашего покорного… По всему видать, сию деву я интересовал, лишь как приз, как военная пожива! Несомненно, искушена она в плотских утехах; но, воистину, ещё не имела она дел с девственным юнцом, и порождённое этим любопытство умножило вожделение её и охотничий азарт. Посему приложила столько усилий для соблазнения вашего покорного. Но, как только получила требуемое, скука быстро одолела её…» - Слышь, а куда это наш Киёши запропастился? Все наши пару-тройку дней погостили у родителей и тут же вернулись в кампус, а он нет, - спросил Нэдзу, - Кхах! - Перед августом должен вернуться. Я бы тоже вот побыл дома подольше, но лучше проведу больше прекрасных часов, гуляя с Анзу-чан. - Ещё бы… как и я с Кексик-сан. И Андре, сколько раз видел его с этой фурией с ши… эээ, я хотел сказать, с Рисой-сан. Вот как поедем в августе на море, как возьмём с собой PBR… кха! будем девчонок наших катать, - юноша в капюшоне отложил журнал и с удовольствием потянулся. - PBR-сама, ты хотел сказать? – поправил друга белобрысый, нанося на волосы ещё одну порцию геля. - Именно так, прошу прощения. А Богиня-то наша хранит и направляет! Чем ещё можно объяснить успех нашего путешествия седьмого числа, кроме как волей PBR-сама? Да, мы проигнорировали вечеринку, но, как показали дальнейшие события, наше нахождение там вряд ли что-то изменило бы. Да и сам Киёши такого мнения. Хоть он и не рассказал подробностей произошедшего, но даже поблагодарил нас, что отсутствовали там и не были свидетелями его позора. А вывод простой: PBR-сама было угодно, чтобы мы не попали на этот сейшен, кхха!.. «Истинно, всё так, как молвил Джо-доно! Единственно волей PBR-сама мы совершили сие плавание, пусть и не попали на вышеозначенный пир. И токмо волею нашей Богини Шинго-доно и Джо-доно получили Её благословение и стали ближе с милыми их сердцам девами. Что же до участи вашего покорного – сие есть ничто иное, как кара PBR-сама. Не стоило мне, окаянному, так поступать с несравненной Мицуко-доно! Сокрушаюсь и раскаиваюсь в своём несовершенстве! Но не поддаться чарам Шлюхи-доно было совершенно невозможно, похоть одолела мой разум…» - Ладно, ребзя, бывайте, я пошёл, - Шинго отбыл на свидание. - Кха! Ага, давай, - откликнулся Нэдзу. «Могу ли я, недостойнейший из недостойных, надеяться на примирение с истинной дамой моего сердца? Милой, бесконечно доброй, любящей книги, немного неуклюжей, с причёской оданго… я даже готов простить ей увлечение рисованием додзинси с мужеложескими сюжетами – в конце концов, это лишь рисунки, не более… мне достаточно не обращать на них внимания. Что ж, неудача горька, но прозорливый и неравнодушный ум всяко извлечёт из неё урок…» (Подносит к переносице сложенные домиком руки.) «Воистину, сделанное не обернёшь вспять! Нет ничего ценнее житейского опыта – даже если получен оный ценой бесславного поражения! Итак, как же могу я использовать сии уроки, ниспосланные PBR-сама через Шлюху-доно, для вящей пользы моей?..» Лицо очкастого принимает выражение внезапного озарения.***
Чиё потёрла усталые глаза и покосилась на часы в углу экрана. Почти полночь. Засиделась из-за такой ерунды, казалось бы… но любопытство сильнее. С новой силой пальчики девушки запорхали над клавиатурой. «I♡WT… ну явно же, что-то по-английски, аббревиатурой. Продолжим мучить поисковик… walkie-talkie... weigt… watertender… weapon’s technician… white trash… wealth tax… нее, всё не то! Итак, дано: парни помогали ПСС и сестре не только (и не столько!) из доброты душевной, но исходя из каких-то своих целей. Причём устранение Подпольного и установление единоличной власти «официалов» грозило им некими куда большими проблемами… Это притом, что Кейт-сан неоднократно декларировала, что не против отношений учениц с мальчиками. Спрашивается – что же это?! Сколько же возможных значений у этого “WT”! Web toolkit… Wing Tsun… wireless telegraphy… Withing Temptation… web technology… тьфу ты, ерунда всякая! Никаких зацепок, хоть мало-мальски правдоподобных… Wavelet transform… Washington Times… Wellcome Trust… watertight… Хмм, “WT” – знак того, что они связаны одной целью – помочь нашему Совету. Ничего подходящего не нахожу, хоть убей. Waste transfer… walk through…»***
(Утро следующего дня.) Фудзино Киёши подходил к школе от станции, размышляя про дальнейшие планы на жизнь. Едва начались каникулы, он уехал навестить родителей. Будь его воля, он просидел бы в родительском доме до самого сентября, ведь в этой школе его не ждало ничего хорошего, кроме насмешек, презрения и всеобщего игнора. Но как объяснить это папе и маме, да и зачем? Рассказать про всё случившееся с ним совершенно невозможно. Хорошо, хоть ПСС не выносит сор из избы и наказание школьной тюрьмой никак не отражается на личных делах учеников. Что ж, не всё так плохо, если подумать. Большинство учащихся в августе отправится на море, можно будет остаться в общаге и занять себя чем-то на остаток лета… а там видно будет. Свернув к мужскому общежитию, Киёши увидел одну из досок объявлений и решил бегло ознакомиться со школьными новостями. По самому центру висел листок с крупно напечатанным лаконичным текстом: «20я Президент Подпольного студсовета, Курихара Мари, сложила полномочия в связи с отбытием на учёбу по обмену. Новой, 21й Президентом назначена Курихара Чиё.» - Что за… ?! – невольно вырвалось у парня. - Чего ты тут чтокаешь? – Хана появилась настолько внезапно, что Киёши шибануло в холодный пот. Держалась она спокойно, но по лицу блуждала какая-то странная ухмылка. В руках девушка держала знакомую брошюрку - «Официальный Подпольный студенческий совет. Подпольный путеводитель (образец)». - Зд-д-дравствуй, Хана-сан… Да вот, ничего… Извини, мне уже пора! «Вот только на тебя не хватало напороться! Что за непруха!» - и юноша попытался ретироваться. - Эээ, куда это ты? Я тебя не отпускала! – в тоне Мидорикавы прорезались металлические нотки. - Что ты хотела от меня, Хана-сан? – Киёши изо всех сил старался не показывать своего волнения. - Ты это… поможешь мне! – уже абсолютно дружелюбно продолжила златоволосая. - Я направляюсь в школьную типографию, Президент распорядилась напечатать тираж нового издания нашего путеводителя, вот, видишь… - Помочь… в чём? Донести образец путеводителя до типографии? Он не выглядит тяжёлым… - Чёртов Киёши! Не пререкайся! Идём со мной, я сказала! «Вот блин, надо что-то придумать! – лихорадочно соображала Хана. – Киёши теперь избегает как меня, так и Чиё… и повода как-то общаться с ним у меня нет…» «Что на уме у этой поехавшей?» - в свою очередь волновалась незадачливая жертва обмена нижним бельём, обречённо плетясь за девушкой. - Ты что, от родителей вернулся? – секретарь кивнула на объемистую сумку в руках кохая. - Да, - был односложный ответ. - И что планируешь делать на каникулах? - Для начала, нужно забрать свой велосипед в полиции и отдать, наконец, цветочнице деньги за… - Фудзино чуть было не продолжил «за букет, который ты вышибла», но вовремя прикусил язык. - …за букет, который я вышибла? «Блин, зачем я это сказала?!» - По правде говоря, да… - Киёши… ты, конечно, дуешься на меня за всё это. Но когда-нибудь ты поймёшь, что я уберегла и Чиё-чан, и тебя… от ужасной ошибки! - Хана-сан… Помнишь, на кавалерийской битве ты обещала мне помощь с признанием Чиё-ч… нет, пожалуй, надо привыкать называть её Президентом. Так вот, значит, какая это была помощь… - А по-твоему это нормально – носить трусики одной девушки и предлагать встречаться другой?! Чьи на тебе сейчас хоть? - Не беспокойся, не женские. Не веришь? Могу приспустить шорты и посмотри сама. - Да нафиг мне это нужно! Вот же трусёвый извращенец! - Это не те, которые ты носила… те так и остались на площадке для барбекю, где ты их бросила. - Побрезговал надеть после меня, значит? Или так и ушёл в моих, полосатых? - Нет… я тогда был в таком шоке, что даже не помню, куда их дел. Помню только, что когда вы с Чиё-сан ушли, я помылся и постирался в реке, и надел мокрые шорты прямо на голое тело. А те трусики, очевидно, так и остались там. - Да мне плевать. Даже если ты их и припрятал… От помешанного на трусах извращенца можно чего угодно ожидать. - Хана-сан… позволь тебе напомнить, что ты перед кавалерийской битвой пребольно ухватила меня за нос и сказала, что мои боксёры принадлежат тебе навечно. И что я должен носить твои полосатые трусики… - Дурак! Так было нужно для победы, а не для того, что ты подумал!! - Мидорикава стала красной, как вареная свёкла. - Да, я дурак. Оставил себе твои трусики и надел их на вечеринку. Но ведь… и ты тоже не выкинула мои трусы! - Так было нужно, чтобы раскрыть Чиё-чан твоё истинное лицо! Говорю же, я уберегла вас обоих от ошибки! - Допустим, ты ненавидела меня, но зачем ты так поступила с Чиё-сан? - Это было болезненно для неё, но необходимо! Да, она страдала, но будь уверен, Чиё-чан справилась с этим… и больше никогда не будет иметь с тобой дел! - Конечно, ведь ты же об этом позаботилась! - Нет, ты сам виноват. Ты и только ты! - Да, Хана-сан, я сделал много ошибок и совершил много глупостей. Но без тебя я не совершил бы их столько… - Дубина, да как же ты не поймёшь, что ты просто внушил себе, что любишь Чиё. Она не твоего поля ягода. Она настоящий ангел. Добрее и благороднее девочки я не видела. - Ты так говоришь, потому что сама не ангел?? Чувствовала свою «неангельскость» по сравнению с ней, да?! «Блиин. Щас она мне как врежет…» «Ччёрт! А ведь и вправду… Я тогда восхищалась Чиё-чан и спрашивала, как мне стать такой же. Кто угодно влюбится в такую…» - Киёши, вот только не пытайся казаться лучше, чем ты есть! Да ты бы побежал за любой юбкой! Скажешь, я не права?! «А ведь она права… Если признаться самому себе, то мне было по большому счёту всё равно, чьи титьки жамкать…» - в голове парня пронеслись все пикантные ситуации, в которых он успел поучаствовать за весьма недолгое время пребывания в этой академии. - И всё же между нами была искра… - неуверенно попытался парировать он. Каратистка только пренебрежительно хмыкнула в ответ. «Но… но тогда можно сказать, что и между мною и Ханой-сан она была…» - вспомнился поцелуй в надзирательской, «фотосессия» в той же самой надзирательской, «приключения» под футонами, соревнования перед кавалерийской битвой, шоппинг со вспыльчивой сэмпаем… Юноша и девушка подошли к комнате, где располагалась типография школы Хачимицу. «Ну, вот мы и пришли… а я всё так же ничего и не придумала в качестве повода для дальнейшего общения с этим придурком!» - Ладно, Хана-сан… Прошу простить… теперь ты отпускаешь меня? - Киёши… ты парень неслабый, вон ты какую сумку тащишь… Не мог бы ты помочь мне с кое-какими закупками?? – внезапно выпалила она, заливаясь милым румянцем. «Вот же блин! Ничего умнее не могла сказать!» - Что, опять? Как тогда, перед Танабатой? - Только не говори, что будешь опять вымогать деньги за свои услуги! – нахмурилась Хана. - Не в этом дело. Просто, если я такой мерзкий изврат, с твоих же слов, то зачем ты хочешь от меня помощи? - Я – секретарь ПСС. Помогать Подпольному совету – честь и знак высокого доверия. Знаешь ли, на первом году обучения мы с Мари и Мэйко считали весьма почётным помогать организации… - Уж не хочешь ли ты сказать, что хочешь приблизить меня к ПСС? - Какая чушь! Парням туда нельзя, а такому испорченному, как ты, и подавно нечего там делать! На Фудзино внезапно накатила обида вперемешку со злобой: - Ну, раз так, я пошёл! Приятно было увидеться! Запоздало испугавшись собственной дерзости, он ожидал от импульсивной старшеклассницы вспышки агрессии, побоев, оскорблений. Но Хана лишь проводила его долгим взглядом.***
Чиё проснулась в кабинете Подпольного совета. «Ничего себе, отрубилась прямо за столом, - новая Президент, зевая в ладошку, обвела сонным взором перешедший в энергосберегающий режим ноутбук, исчёрканные листы бумаги. – Так мне и не удалось раскрыть, что же означало это I♡WT…» Чтобы быстро взбодриться, девушка вышла на середину комнаты и выполнила пару топаний в стиле сумо. «Спросить мальчишек напрямую? Наверняка уйдут от ответа, да ещё и насторожатся… Какие ещё есть зацепки?.. Что там ещё говорила сестра?.. Парни решили помогать ей после того, как Гакуто показал Киёши… Точно! Расписание! “Обычный” Студсовет контролирует внеклассные клубные занятия и школьные экскурсии, но ПСС традиционно играет ведущую роль в планировании общешкольных массовых мероприятий на весь учебный год. Когда сестра, Мэйко-чан и Хана-сан попали в тюрьму, всю полноту власти получила Кейт-сан и её приверженцы, и она могли либо как-то скорректировать прежний план мероприятий ПСС, либо написать свой с нуля… Хмм… запросить, что ли, у официального Студсовета их план? Нет, всё куда проще!» Ещё не полностью проснувшийся мозг тем не менее принял решение. Чиё схватила телефон и набрала Мэйко: - Вице-президент? Не разбудила? - Что Вы… я, как всегда, на ногах с раннего утра. - Пожалуйста, зайдите ко мне как можно скорее. - Извините, Президент, но я… я тренировалась… и сильно вспотела. Дайте мне немного времени, я переоденусь… приведу себя в порядок… - Это пустяки, вице-президент! Давайте быстрее! – в голосе Чиё уже слышались деловито-командные нотки. - С..слушаюсь. Сейчас буду! Вице пришла очень быстро. Она была в тесно облегающей ультракороткой спортивной форме с нашивкой «Шираки» на левой стороне груди и действительно изрядно взмокшая. - Давайте сразу к делу, - Курихара сразу взяла быка за рога. – Вспомните, пожалуйста, вице-президент: когда Вы приняли дела после моей сестры, обращали ли Вы внимание на годовой план школьных мероприятий? - Конечно, ведь в своё время мы с Мари-сан разрабатывали его в самом начале учебного года… - Скажите, вице-президент: видели ли Вы соответствующий план «официалов»? - Да. Кейт изменила там всего одну позицию, по сравнению с нашим расписанием. Остальное совпадало вплоть до запятой. - Вот как? И какую же? - Это касалось программы летнего лагеря. Она поставила сбор моллюсков вместо традиционного конкурса мокрых футболок. - Мокрые футболки, значит… ну конечно! Wet T-shirts… дабл-ю-ти! – Чиё нервно рассмеялась. - Президент?.. – обеспокоенно произнесла фигуристая заместитель. - Вот значит как... То есть, эти озабоченные помогали ПСС… только ради конкурса мокрых футболок. Вот всё и сходится, - удовлетворённо заключила глава «подпольщиц». Выражение её лица при этом не предвещало ничего хорошего.
