Как сойти с ума за пять секунд?

      Внезапный грохот, донесшийся из гостиной, заставил нас вздрогнуть и оборвал наш странный разговор на полуслове.       — О боже… — в унисон выдохнули мы с Чикой и переглянулись, застыв на месте. В её фиолетовых глазах читался тот же вопрос, что вертелся у меня в голове: «Что они там ещё учудили?»       Забыв про всё на свете, в том числе и про включённую плиту, мы ринулись выяснять, что же случилось. Мои носки скользили по паркету, когда я вылетела в коридор, а Чика бежала следом, её сапожки отбивали частую дробь.       Картина, открывшаяся нам в гостиной, на мгновение заставила меня остановиться в дверях, чтобы осознать происходящее. Бонни с невозмутимым видом восседал на диване, уставившись в мерцающий экран телевизора, где какие-то мультяшные персонажи гонялись друг за другом. А вокруг него, словно заведённые, носились Фредди и Фокси, яростно споря и активно жестикулируя. Они двигались так быстро, что казались размытыми пятнами. Никто из троих даже не заметил нашего появления. Мои глаза тут же выхватили последствия их буйства: на полу возле столика красовались осколки разбитой хрустальной вазы, а яркие искусственные подсолнухи беспомощно валялись среди осколков, обрызганные водой.       «Мамина ваза… из Германии…» — с ужасом подумала я, но делать что-либо было уже поздно.       Чику, судя по всему, эта неразбериха надоела больше всего. С громким возмущённым цоканом она прошла через комнату, её платье развевалось от резких движений. Без лишних церемоний она влепила по шлепку обоим орущим мальчишкам. Её пальцы впились им в уши, и от неожиданности Фредди и Фокси с грохотом повалились на мягкий ковёр, на мгновение замолчав.       — Что вы тут устроили?! — её голос прозвучал настолько грозно, что даже Бонни невольно отодвинулся вглубь дивана.       — Этот, — Фредди, потирая ухо, с возмущением ткнул пальцем в Фокси, — сказал, что я петух!       — Причём самый настоящий, — не удержалась я, кашлянув в кулак, чтобы скрыть смешок. Мишка бросил на меня злой взгляд, но ему было не до меня. — Ну, а что? — фыркнула я, чувствуя, как нарастает раздражение от всего этого бардака. — Фокси вообще неуч, раз вазу разбил.       Я зря засмеялась. Рыжий лис, забыв про свою ссору с Фредди, с рычанием набросился уже на меня. Его единственная рука с крюком взметнулась вверх, и я инстинктивно отпрянула. В ту же секунду Фредди и Бонни, забыв все обиды, кинулись оттаскивать взбешённого пирата. Чика, вскрикнув, присоединилась к ним, пытаясь ухватить Фокси за камзол. Началась неразберишная, нелепая драка, больше похожая на возню щенков.       — Ну вы прям как дети. Вот честное слово, — раздался спокойный, слегка хрипловатый голос, прозвучавший так неожиданно, что все мы разом замерли.       Мы отскочили друг от друга, как ошпаренные, и уставились на источник звука. В дверном проёме, облокотившись о косяк и небрежно закинув ногу на ногу, стоял незнакомец. Парень лет двадцати двух, с болотного цвета волосами, спадавшими ниже плеч. Его глаза были серыми, холодными и острыми, как отполированная сталь ножа. Одет он был в светло-зелёную рубашку, чёрный пиджак и такие же чёрные штаны. Но больше всего привлекали внимание кроличьи ушки болотного цвета на его голове.       Мой взгляд скользнул ниже, и я с содроганием заметила детали: половина его правого уха отсутствовала, а на лбу, шее, руках и даже на коленях, проглядывающих сквозь дыры на штанах, были старые, истрёпанные бинты, пропитанные тёмными, почти чёрными пятнами засохшей крови.       — Мать честная… — всё, что я смогла выжать из себя, осматривая этого нового гостя. Внутри всё перевернулось — это был не страх, а шквал противоречивых эмоций. «Боже, это же он. Сам Спрингтрап». Я готова была визжать от восторга, смешанного с ужасом.       Аниматроники тоже остолбенели. Чика застыла, вцепившись в рукав Бонни, и с нескрываемым страхом пялилась на кролика-убийцу. Бонни просто смотрел на него широко раскрытыми глазами, забыв дышать. Фокси моментально встал в боевую стойку, его единственная рука с крюком была готова к атаке. А Фредди… А что Фредди? Он, не обращая внимания на происходящее, с аппетитом хрустел чипсами, уставившись в телевизор. Ну, нормально, чё. Только где он их взял? Мда… загадка века, прям.       — Что? Неужели я такой страшный? — Спрингтрап посмотрел прямо на меня, и я почувствовала, как краснею. Я дёрнулась и посмотрела в его глаза. Они были не просто серыми — они были цвета грозового неба, с серебристыми искорками внутри. Такие красивые… и такие опасные.       — Мия, держи себя в руках, — усмехнулась Чика, заметив моё потерянное выражение лица.       Я и так изо всех сил старалась не накинуться на него с объятиями, что было бы верхом идиотизма.       Спрингтрап медленно, с кошачьей грацией, подошёл ко мне. От него пахло озоном, старым металлом и чем-то ещё… сладковатым и неприятным. Он протянул руку и кончиками пальцев дотронулся до моего лица. Его прикосновение было на удивление тёплым, почти живым.       «Всё, я увольняюсь!» — заявил мой мозг, окончательно отказываясь работать.       — Что такое? — усмехнулся одноухий, проводя пальцем по моей щеке. «Вот чёрт…» — Ты меня так сильно боишься?       — Она сказала, что хочет пожениться на тебе, — с хитрой улыбкой ввернула Чика, глядя на моё пунцовое лицо. Ах ты, предательница!       — ЧИКА! ТЫ… — я задохнулась от возмущения. — ТЫ ДУРА! ЗАЧЕМ?! — заорала я так, что, наверное, было слышно даже в соседних домах. Бедные соседи. Земля им асфальтом.       — Э, чё сразу дура? — не поняла блондинка, наигранно надув губки.       — Зачем? Ты не должна была никому говорить! — я чуть не подпрыгивала от ярости. — Тебе будет приятно, если я всем скажу, что ты втюхалась в Бонни?       Бедный кролик аж на ровном месте подпрыгнул и снова плюхнулся на диван, издав странный звук, похожий на писк. Остальные, включая невозмутимого до этого момента Фредди, выдали не менее шокированные реакции. Я с удовлетворением усмехнулась. Так-то. Почувствовала?       — Дамы, я, конечно, всё понимаю, но… — Спрингтрап перевёл взгляд с Чики на меня, и в его глазах плескалось неподдельное любопытство. — Правда, что ли?       — Что? — я сгорала от стыда и отвела взгляд в сторону, не в силах выдержать его пронзительный взгляд.       — Не будь дурой, — он мягко, но настойчиво повторил. — Я тебе правда нравлюсь?       — Так, стоп! — Фредди, наконец, оторвался от телевизора и встал, отряхивая крошки с жилетки. — Что ты здесь вообще делаешь?       — Эм, я не знаю, — Спрингтрап пожал плечами и окинул комнату медленным, оценивающим взглядом. — О, кстати, а где я, собственно?        — Очнулся, блин. Доброе утро, солнышко, — фыркнула я, всё ещё не решаясь посмотреть на него.       — Может, ты ответишь на вопрос? Как тебя зовут? — его голос прозвучал прямо над моим ухом, отчего я вздрогнула.       — Эх, зовут меня Мия, — сдалась я и, чтобы хоть как-то совладать с дрожью в ногах, подошла и плюхнулась в кресло, которое Чика любезно освободила.       — Она хозяйка этого дома, — добавил Бонни, всё ещё выглядевший немного ошарашенным. — Так вот, как ты здесь оказался?       — Шёл убивать, — безразлично фыркнул сероглазый и, подойдя к дивану, устроился рядом с Фредди. Он без зазрения совести протянул руку к пачке с чипсами, и мишка, после секундной паузы, с неохотой разрешил ему взять горсть.       — А поподробнее? — изогнул бровь Фокси, всё ещё стоявший в боевой позе, но уже с заметно поутихшим пылом. Он опустился на ковёр, скрестив ноги.       — Аргх, — Спрингтрап скривился, словно от боли, и скрестил ноги. — Шёл, убил, дотронулся до стекла, happy end. А тут есть вообще еда? Я жрать хочу.       — Может, ещё стриптиз станцевать? — раздражённо спросила я, поднимаясь и подходя к нему вплотную.       Спрингтрап лениво скользнул взглядом по мне с ног до головы, и на его гунах расплылась наглая ухмылка.       — Грудь и зад есть. Вот и танцуй, — бросил он с вызовом.       «Ах, ты козёл! Чмо недоделанное! — закипела я внутри. — Ввалился в мой дом, так ещё и хамит!» Но, к собственному ужасу, я поймала себя на мысли, что его наглая дерзость мне… нравится. «Что я несу? Я совсем рехнулась».       — Извращенец! — фыркнула я и, чтобы скрыть смущение, отошла от него, устраиваясь на ковре рядом с Фокси, который сидел с откровенно скучающим видом.       — Я знаю, детка, — он подмигнул.       — А что такое «стриптиз»? — спросила Чика.       — Плохое слово, — Спринг усмехнулся.       И тут мой нос уловил в воздухе едкий, знакомый запах. — Эм, ребят, вы чувствуете? — я вертела головой, пытаясь определить источник. — Горит что-то?       — Ой, и вправду! — встревоженно воскликнула Чика, принюхиваясь. Её глаза расширились от паники.       — Секундочку… — я поднялась с пола, и ледяная тяжесть наполнила желудок.       Я медленно, словно в дурном сне, пошла на кухню, чтобы проверить, и пожалела об этом ещё на пороге. Чёрный, едкий дым клубился под потолком, а из сковороды, где мы оставили тефтельки, вырывались яркие языки пламени.       — МЫ ГОРИМ!!! — закричала я, и мой голос сорвался от ужаса.