Ламия

      За горизонт медленно закатывалось солнце. Его ярко-золотые лучи освещали мордашки необычных, можно даже сказать чудесных созданий, что выбрались взглянуть на прекрасный закат. Ламии. Крайне редкий вид, существующий еще с незапямятных времен, на данный момент являющийся вымирающим, к большому сожалению. Одна маленькая ламия, сиротливо прижимающаяся хвостиком и обнимая лапками хвост своей мамы, также всматривалась в цвета алого, оранжевого, золотистого и в их оттенки, широко распахнув красные глазки с разноцветными зрачками внутри. Такой красоты он не видел. Впрочем, неудивительно - всего несколько денечков от роду, да и то, большая часть времени была проведена в норке, под маминым боком, простите, хвостом.       Тишина была мягкой, нарушаемой лишь порывами легкого ветерка, что проносился по округе, колыша стебли растений и траву, усыпанную желтоватыми листочками с деревьев. Осень. Было еще тепло, но пора бы и подумать о том, чтобы запастись едой, многие зверьки впадают в спячку, или просто готовятся к суровому холоду зимы.       Внезапно раздался выстрел. Два. Ламии, лежавшие на камнях и со спокойством наблюдавшие за медленно садившимся солнцем, вдруг встрепенулись, испуганно начали мотать головой туда-сюда. Еще один выстрел, на этот раз гораздо ближе. Словно по команде, змейки рассыпались в разные стороны, а мать схватила своего малыша на руки, юркнув в кусты. Страшно..       — Нам много отвалят за этих ламий! — сказал самодовольно человек, заходя на полянку, где буквально минуту назад было полно хвостатых. — Ну и где они, алё?       — Да не ори ты, распугал всех, небось, — ворча, ответил второй человек, выбираясь из-за густых кустов. У обоих было оружие.       — Отловим?       — Отловим.

ВОСПОМИНАНИЯ УТЕРЯНЫ

      Вся поляна была в крови. Вся. Повсюду валялись тела мертвых ламий, каких-то забрали. Оба человека, хохоча, утащили нескольких в машину, договариваясь приехать сюда завтра и забрать остальных с грузовиком. Малыш, до смерти напуганный, вслушивался, как вдалеке раздался гул мотора, а затем наступила оглушительная тишина. Уже не та мягкая, что была до этого, нет, теперь она была нагнетающе-давящей, тяжелой. Преодолевая страх, кроха подполза к слабо дышащей матери. На душе было тяжко, стало трудно дышать. Взрослая ламия с улыбкой взглянула на свое чадо, протягивая к нему ослабленную от потери крови руку. Малыш прижался к ней, потеревшись носиком о ее щеку. Ламия улыбнулась, приобнимая его, а после тихо заурчала, прикрывая глаза и убаюкивая ребенка. Урчание постепенно становилось все тише, тише и тише, пока вдруг не оборвалось, а из приоткрытого рта вырвался последний вздох. Малыш, поняв, что его мамы нет, взвыл тихо, поднимая голову вверх, к вечерним сумеркам. Небо загоралось звездами, луна, величественная и холодная, подымалась над верхушками деревьев. Единственная уцелевшая ламия вновь жалобно заурчала. Но никто не пришел...

***

      — Держи его, держи! — вскрикнул скелет невысокого роста, указав на кусты, что были неподалеку от него. — Он ускользнул туда!       — Да ловлю я, ловлю! — крикнул немного взволнованно низкий монстрик, напоминающий кота — длинная бежевая шерсть развевалась по ветру, а янтарные глаза так и бегали по местности. Секунда — и он прыгнул в кусты. — Черт! Упустили!       — Мы ловим его уже неделю, давай, поднапрягись!       — Да может черт с ним, а, Эджи?       — Ты мне еще тут повякай! Последняя ламия, живущая в этом лесу, имей совесть! А если браконьеры найдут? ЖИВЕЕ!       Что-то негромко проворчав, монстр кивнул и послышался его топот небольших ножек. Эджи напрягся — услышал шорох неподалеку от себя. А затем хитро улыбнулся. Позволил себе сделать вид, что расслабился, и сел на пенек, что стоял неподалеку, перед этим как бы невзначая уронив пустую банку пепси-колы на землю. Что-то молниеностно едва оцарапало его по плечу сзади, а затем послышалось рычание и шурчашание. Скелет оглянулся. Позади него, в опасной близости, лежала крупная ламия с синим хвостом и трепыхалась в сетке, что выскочила из "пустой баночки пепси-колы".       — Ньех-хех-хех, ламии умны, но я, великий Эджи, оказался умнее! ЛЕО! Тащи свой зад сюда, я поймал его. И захвати из машины ограничители. Он явно агрессивный.       Ламию-скелета с костями цвета ночи погрузили в небольшую клетку, что была прицеплена к машине, на колесах. Существо рычало, билось о клетку, но все бестолку — каждый раз, как только он пытался коснуться прутьев — его несильно било током. Не больно, но достаточно, чтобы понять, что лучше их не трогать. Змейка с красными глазницами и разноцветными зрачками, под которыми были две синие отметины-полосы, уже начала потихоньку отчаиваться. Поправив дранную белую майку, что висела на нем как мешок, он тихо заскулил, свернувшись в клубочек, и положил черепушку на свой хвост. Он не знал, куда его везли, зачем, за что. Те "разумные" выглядели не очень дружелюбными. И ламии это не нравилось.

***

      Солнышко светит, птички поют, и все это за окном у одного сладко спящего скелетика. Размеренно дыша, он закутался в одеяло, отчего можно лишь разглядеть то, что у него чернильное пятнышко на правой щеке. Неа, оно не смывается. Или смывается, но скелет явно не хочет этого.       Над черепушкой противно зажужжал будильник телефона. Инк терпеть эту мелодию не может, но лишь под нее он может проснуться — остальные его лишь убаюкивают, даже если будут громкими. Сев на кровать, коротышка потянулся, отчаянно зевая. Так спать еще охота. Вдруг, зазвенел телефон. Уже не будильник, а звонок. И звонить буквально после будильника мог только один скелет...       — Алло?       — Мьех-хех-хех, приветик, Инк! Не поверишь — еще одну ламию привезли!!       — О, это ту, что Лео и Эджи уже неделю поймать не могут?       — Та самая! Мальчик, к слову. Меня поставили следить за ней! Правда, здорово?!       — Еще как! Я люблю зарисовывать новичков, разрешишь и его нарисовать?       — Конечно! Приезжай в заповедник, жду!!       Улыбнувшись, Инк хихикнул. Вот и настроение появилось. Наскоро собрав все нужные ему вещи, чернильный побросал их в сумку, на ходу выпил чашку кофе с бутербродом и, дожевывая, выскочил на лестничную площадку. Если он хочет зарисовать ламию до прихода начальства, то стоит поторопиться!       До заповедника ехать минимум минут двадцать, так что можно расслабиться и откинуться на старое сидение автобуса, чьи механизмы и мотор скрипели и жужжали. Единственный автобус, который ходит до заповедника. Поэтому Инк был хорошо знаком с водителем, тот даже разрешал ему сидеть рядом с собой (это было некое подобие газели, возле водителя есть второе место, но, зачастую, оно почти всегда занято всякой мелочью от проезда, хотя, когда едет художник, водитель специально убирает ее, позволяя тому сесть). Периодически перебрасываясь парой словечек, художник, стараясь как можно меньше отвлекать довольно-таки старого водителя, рассказал ему, что к ним завезли новую ламию и Инк хочет ее зарисовать как и всегда.       Вдали показалась такая знакомая остановка — белая лавочка с подобием крыши, возле который по бокам были усажены красивые желтые цветочки. Сразу видно — рядом {россия} либо ботанический сад, либо заповедник. В этом случае — закрытый заповедник, существа здесь были редкими и никого помимо сотрудников терпеть не хотели. Поблагодарив за поездку, Инк оплатил ее и вышел из транспорта. Возле калитки его уже ждал голубоглазый скелетик — БлуБэрри. Обнявшись, они обменялись приветствиями, а затем гетерохромный пошел одеваться в легкую, но в то же время и защитную одежду — майку с рукавами, шорты на подтяжках, а также кепка — лето на улице!       — Блу? Блу, ты где? — спросил Инк, выйдя из центрального помещения. Нигде скелетика не было. Пожав плечами, коротышка прихватил с собой свою сумку, и пошел вдоль ограждений. Он знал заповедник наизусть и точно понял, куда заселят новую ламию — дальний отсек, там как раз несколько ламий держат, правда, некоторые из них особо агрессивные, но вряд ли новичок будет бунтовать!       — А вот и нужная территория, — сказал самому себе гетерохромный, доставая ключи и отпирая калитку, после ее закрывая. Тут было довольно-таки тихо.       — Эээй, — ласково сказал Инк, уходя вглубь, — дружочек, не бойся, я тебя не обижу! Выходи!       Тишина. А нет, где-то совсем рядом послышался шелест. Коротышка обернулсяя и тут же испуганно ойкнул — перед ним возвышалась довольно-таки крупная ламия. Темные кости, разноцветные зрачки, две синие полосы, что характерны для этих существ — чистокровная! Из одежды на нем была красная майка и синеватая кофта с капюшоном, накинутым на черепушку. Только вот зарычал змей явно не дружелюбно.       — Воу, какой ты большой! — зрачки сотрудника сменились, отчего тот замолчал и заметно снизился, ведь до этого он максимально поднялся на хвосте, а затем медленно начал ползать вокруг Инка, оглядывая его теперь совсем скорее с интересом, нежели с враждебностью. Затем взял в свою ладонь художника за подбородок, приподнимая вверх. Чернильный на это умилительно хихикнул.       — Привет-привет! Знаешь, я уже подумал, что очень агрессивный, но ты оказался очень даже милым! Так, как тебя зовут? — Инк скосил взгляд на ошейник. - Эррор? Здорово! А меня зовут Инк!       Этот скелет.. Он такой же позитивный и даже активный как тот мелкий, голубоглазый, но все же такой другой..       — Инк! Уйди от этой агрессивной ламии! — взволнованно вскрикнул Блу, показавшийся вдали территории Эррора.       — Агрессивной? Он же душка! — возразил Инк, не отводя взгляд от столь необычной и красивой ламии.       — Мне только что сказали, что он очень опасный! — Голубика остановился на недалеком расстоянии от этих двоих. — Разве не видишь на нем контролеры?       И только сейчас коротышка обратил внимание, что на нем действительно установлены наручные "браслеты", издающие еле слышный звук, если ламия высокого уровня опасности попытается напасть или в целом будет агрессивной.       — Ой..       — Вот и я о том же! Лучше бы тебе отойти, только аккуратно, ей богу!       Инк аккуратно принялся отходить от ламии, которая за ним внимательно наблюдала. Блу попытался подойти к Эррору, но тот зашипел и быстро уполз в кусты. Что ж, сегодня зарисовать, видимо, не судьба.       — Пошли, я покажу тебе всю информацию о нем, чтобы не возникало больше вопросов, — предложил Бэрри, потянув за рукав Инка...